Часть 2

ОТКАЗ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ: я не являюсь владельцем «Наруто» или кого-либо из его персонажей.) Глава 1 Вдохновлено песней «Тринадцать печальных прощаний» — Стю Ларсен Хината устала. На самом деле «устала» — не совсем подходящее слово для описания её состояния. Юная Хьюга была совершенно измотана, и дело было не только в её теле. Нет, её душа была невероятно измотана. С момента окончания Четвёртой войны шиноби прошло три года, и это были три самых долгих года в жизни Хинаты. Для большинства жителей Конохи последние несколько лет были наполнены лишь упорным трудом и мирным существованием. Прогресс, достигнутый деревней после нападения Пейна, был почти напрасной тратой времени после войны с Мадарой и, в конечном счёте, с Кагуей. Однако это никак не повлияло на желание жителей Скрытого Листа вернуть деревню на ноги. Как шиноби, так и обычные граждане снова взялись за работу и принялись восстанавливать деревню. Хината не могла не восхищаться тем, сколько сил жители её деревни вложили в свой дом за эти годы. Это было заметно по новым зданиям, которые гордо возвышались вокруг. Наряду с материальными улучшениями, казалось, что и враждебность между жителями деревни с годами сошла на нет. После окончания войны практически не было случаев злодеяний или насилия, за что все, особенно недавно назначенный Хокаге Какаши Хатаке, были благодарны. В конце концов, это означало, что у него стало меньше работы. В целом жизнь после войны была мирной. Все устали от сражений и были готовы наслаждаться послевоенным спокойствием. Хотя они знали, что рано или поздно появится кто-то со злыми намерениями — так уж устроен мир, — но это, казалось, только мотивировало их наслаждаться текущим положением дел. Да, в те дни жизнь жителей Скрытого Листа была полна радости и смеха. Если бы только то же самое можно было сказать о Хинате Хьюге. Куноичи изо всех сил старалась разделить окружавшее её счастье; больше всего на свете она хотела чувствовать то же, что и её друзья и семья. Настолько, что в первый год или около того Хината заставляла себя ходить на праздники, смеяться с друзьями, улыбаться — но всё это было ненастоящим. Как бы она ни старалась, Хината не могла найти счастье, которое бесконечно окружало её со всех сторон. Чёрт возьми, даже её отец — человек, известный своим холодным нравом, — в последние годы стал немного мягче. Хотя по-настоящему разницу могли заметить только самые близкие ему люди. Но Хината видела: его губы стали чуть более расслабленными, плечи не были постоянно напряжены, а глаза больше не смотрели на мир с суровой обидой. Он даже смягчил своё отношение к Хинате, хотя она не была уверена, связано ли это с обстоятельствами или с тем, что она больше не держала будущее клана в своих хрупких руках. Ханаби, новая наследница Хьюга, тоже наслаждалась всеобщим счастьем, охватившим деревню. Несмотря на то, что она переживала из-за своих новых обязанностей, которые ей изначально не нравились, она находила время, чтобы веселиться на фестивалях и вечеринках, которые стали нормой для жителей деревни. Итак, стремясь пойти по стопам своей стоической семьи, Хината убедила себя, что если она будет притворяться счастливой достаточно долго, то в конце концов это станет правдой. Если она убедит себя, что не против того, чтобы её так легко оттесняла сестра, то со временем это действительно станет правдой. Если она просто попытается представить, что Неджи, её любимый двоюродный брат, всё ещё где-то рядом, то однажды она забудет о болезненной реальности, верно? Хината не была уверена, но всё же попыталась. Всё резко изменилось в тот день, когда Наруто и Сакура объявили о своей помолвке. Боль, которую она испытывала в тот солнечный день, теперь превратилась в тупую ноющую боль в глубине её сердца, но Хината не могла отрицать, что в тот момент её сердце было разбито. Это произошло во время одного из многочисленных фестивалей, которые проводились в Конохе после окончания войны, в обычный день. Шайн и Киба снова убедили (или, скорее, заставили) свою застенчивую напарницу ненадолго присоединиться к празднованию. Не прошло и часа, как Какаши, который месяц назад был назначен Хокаге, вышел на шаткую сцену, установленную за час до этого, чтобы объявить «волнующие новости для деревни». Хината до сих пор не знает, как она догадалась, что это произойдёт, но по какой-то причине, когда она услышала эти слова, её охватил глубокий страх. Она вспомнила, как невольно отступила на шаг, когда увидела, как Наруто присоединяется к Хокаге на платформе. Она попыталась убежать, но толпа была так возбуждена, что она не могла сдвинуться ни на дюйм. Она оказалась в ловушке, её чуть не хватил удар, но никто, казалось, этого не замечал. Все на площади не сводили глаз со своего героя, Наруто Узумаки, пока он произносил слова, которые Хината не могла расслышать. Когда он указал налево от себя, у Хинаты перехватило дыхание. Она смотрела, как Сакура подходит к нему, и видела на её лице такое же взволнованное и в то же время нервное выражение, как и на лице Наруто. Хинате не нужно было слышать, что они говорят, чтобы понять, о чём идёт речь. Толпа обезумела, но Хината этого тоже не слышал. Последнее, что она отчётливо помнила из того рокового дня, было единственным, что до сих пор ранило Хинату в самое сердце, как и в тот момент. Честно говоря, она даже не была уверена, что это произошло на самом деле. В конце концов, она могла себе такое представить. Однако на короткое мгновение, пока жители Скрытого Листа ликовали по поводу помолвки молодожёнов, взгляд Наруто, казалось, остановился на Хинате. Она решила, что по её лицу было видно всё, что она чувствовала, когда она оглянулась на него, потому что его глаза, которые ещё секунду назад сияли, казалось, слегка потемнели. Ей потребовалось мгновение, чтобы понять, что в его взгляде читалась вина. После этого она как можно быстрее отвела взгляд от его небесно-голубых глаз и, расталкивая толпу жителей деревни, бросилась прочь. По крайней мере, так Киба сказал ей позже. Каким-то образом она добралась до дома той ночью, хотя ничего не помнила. Кроме, конечно, голубых глаз, полных жалости. Именно после того дня Хината поняла, что её фальшивое счастье никогда не станет реальностью. В то время она думала так из-за разбитого сердца, но теперь она знала, что это не так. Хотя она никогда бы не стала отрицать, что искренне любила Наруто, она слишком долго оправдывала свои чувства его отказом. Потребовалось много ночей, полных слёз, чтобы куноити с разбитым сердцем поняла, что её печаль гораздо глубже, чем безответная любовь. На самом деле два года спустя Хината могла с уверенностью сказать, что забыла энергичного блондина. Она по-прежнему хранила любовь к нему в своём сердце, но смирилась с тем, что стала одной из его многочисленных друзей и товарищей. Конечно, её всё ещё немного задевало то, что Наруто знал о её чувствах, но никогда их не признавал; но она не расстраивалась из-за того, что больше не была той, кого он любил. Честно говоря, в тот момент она не была уверена, что хочет, чтобы её кто-то любил. Как она могла принять чужую любовь, если не могла полюбить себя? Этот вопрос занимал её мысли дольше, чем ей хотелось бы признавать, — она так и не нашла на него ответа. В конце концов она перестала его искать. Она не знала точно, когда это произошло — и даже почему, — но однажды Хината решила, что больше не будет жить ради других. Пришло время жить для себя. Она начала с того, что могла контролировать: со своего тела. Она хотела стать сильнее, настолько сильной, насколько это возможно. Конечно, она знала, что никогда не достигнет уровня таких, как Наруто, но ей было всё равно. Она не собиралась сравнивать себя с кем-то из своих товарищей. Бывшая наследница ещё не достигла предела своих возможностей и хотела узнать, насколько он высок. Итак, она тренировалась. Хината тренировалась каждый день столько, сколько позволяло её тело. Она просыпалась с восходом солнца, съедала лёгкий завтрак, а затем тренировалась до тех пор, пока не начинала урчать в животе, что означало, что пора обедать. После обеда она продолжала тренироваться до тех пор, пока солнце не скрывалось за горизонтом. Затем она ужинала и шла домой, где принимала душ и падала на кровать. Хината и не заметила, как привыкла к определённому распорядку дня. Вскоре она стала проводить дни только за едой, тренировками и сном. Излишне говорить, что её друзья были не в восторге от графика куноити. С тех пор как она изменила своё мнение, у неё почти не было возможности увидеться с ними, а если и была, то она успевала лишь быстро перекусить между тренировками. Конечно, она не избегала их намеренно — просто в последнее время у неё не было ни времени, ни сил на общение. Её мысли постоянно неслись со скоростью миллион миль в час, но при этом в голове было абсолютно пусто. Её мышцы настолько привыкли к определённому распорядку, что разум, казалось, не считал нужным обращать внимание на то, что она делает. Однако Хината могла заставить себя чувствовать себя не так уж плохо из-за этого. Она предложила своим друзьям присоединиться к ней, но, как ни странно, мальчикам было довольно сложно выдерживать режим тренировок своей некогда робкой подруги. Однако она полагала, что в этом нет ничего удивительного: в последнее время она следовала примеру Рока Ли — шиноби, известного своими нелепыми, но эффективными тренировками. Настоящим сюрпризом для Кибы и Шино стало то, что Хината могла заниматься так каждый день. Прошло немало времени с тех пор, как кто-либо из них в последний раз спарринговал с Хьюгой, но им обоим оставалось только молча гадать, насколько сильнее она стала всего за несколько лет. Хината и сама не была уверена, насколько она стала сильнее. Поскольку у неё больше не было товарищей по команде, с которыми можно было бы тренироваться, бывшей наследнице было практически невозможно оценить свой прогресс. Кроме того, из-за мирного послевоенного времени миссии высокого уровня практически не проводились. К тому же, даже если бы нашлись какие-то достойные миссии, которые позволили бы ей проверить свои способности, ниндзя низкого ранга, такая как она, никогда бы не была допущена к службе. Жители деревни по-прежнему считали Хинату робкой куноичи из прошлого и разочарованием для своего клана. Если бы у неё было время подумать обо всём этом, её сердце наверняка бы сжалось. Однако Хината почти ни о чём не думала, кроме того, куда пойти на ужин. Видите ли, Хината сильно изменилась после войны и после свадьбы Наруто и Сакуры. Она не только стала серьёзнее относиться к своим физическим возможностям, но и немного изменилась в характере. Хотя большинство сказали бы, что она осталась прежней, любой, кто хоть немного знал Хинату до войны, мог заметить разницу. Она пока не была уверена, хорошо это или плохо. Она изменилась во многих отношениях, но самым ощутимым изменением стали её чувства по отношению к деревне — её дому. Конечно, эта тихая девушка не испытывала неприязни к месту, где родилась. Она по-прежнему любила Скрытый Лист и его жителей и гордилась тем, что он принадлежит ей. Проблема была в том, что она больше не чувствовала себя на своём месте. Каждый день, идя по грунтовым дорогам своей деревни, она всё больше унывала из-за всего, что её окружало. Она знала, что винить в этом можно только себя, но, как бы она ни старалась, она не могла заставить себя чувствовать себя как дома снова. Куноичи не осознавала, насколько сильным стало это чувство, пока не заметила, что постоянно представляет себе, что происходит снаружи. Хината много раз за свою жизнь покидала деревню, но всегда была готова вернуться в Деревню Листа. Вернуться домой. Теперь она задавалась вопросом: если бы у неё когда-нибудь появился повод покинуть деревню ради миссии, захотела бы она вернуться? Ответ на этот вопрос одновременно пугал и волновал её. Именно из-за этих мыслей — фантазий о том, что находится за горизонтом, которые с каждым днём всё больше завладевали её разумом, — Хината оказалась на вершине деревенских ворот. Она смотрела в бездну деревьев перед собой, и в её душе бушевало беспокойство. В последние месяцы Хьюга стала дольше гулять по дороге домой, отвлекаясь мечтами обо всех возможностях, которые откроются за воротами. Когда она сидела на этих самых воротах, а лунный свет играл в её тёмных волосах, сердце Хинаты сжалось. Эта боль была не похожа ни на что из того, что она испытывала раньше; не похожа на боль от отвержения и разбитого сердца, которую она так часто испытывала в прошлом. Это была боль от желания перемен, от жажды приключений. Боль, которая, как она знала, никогда не утихнет, пока она не даст ей то, чего она так жаждет. Именно в этот момент в голове Хинаты забрезжила мысль, которая стала главной в её размышлениях. Эта мысль уже несколько месяцев крутилась у неё в голове, но она боялась её признать. Она могла бы уйти. Прямо здесь и сейчас Хината могла бы пойти по этому пути и наконец узнать, куда он ведёт. Боже, как же ей хотелось узнать, куда приведёт её этот путь. Хината попыталась включить смекалку, попыталась напомнить себе обо всех причинах, по которым ей следует отказаться от этой идеи. Их было так много, она знала. Однако, несмотря на то, что её сердце продолжало кричать, Хината не могла вспомнить ни одного из них. Однако даже в самые эмоциональные моменты девушка не могла заставить себя забыть хотя бы одну вескую причину, которая могла бы умерить её желания. Она нарушила бы закон. Если бы она покинула деревню по какой-либо причине, не связанной с делами Скрытого Листа, за куноичи навсегда закрепилась бы репутация ниндзя-изгоя. Предательницы. Если бы кто-то из её друзей отправился на её поиски, им пришлось бы относиться к ней как к преступнице, а не как к другу. А ещё был её отец. Хината слегка вздрогнула, представив, что бы он сделал, если бы она вот так покинула деревню. Хотя она была уверена, что всё, что она может себе представить, не сравнится с тем, что он на самом деле сделал бы. Хината вздохнула. Бесполезно было даже думать об этом. Она была куноичи из Деревни Скрытого Листа, родилась и выросла там. Как и её друзья и семья, она останется в деревне до конца своих дней. Её отец найдёт для неё подходящего мужа, чтобы продолжить род Хьюга, и она будет воспитывать своих детей так же, как воспитывали её. Просто так всё и было. Хината неохотно оторвала взгляд от манящего пейзажа и спрыгнула со своего насеста. Она грациозно приземлилась на землю и немного помедлила, прежде чем продолжить свой путь. Хината оглянулась, чувствуя, что что-то где-то зовёт её. Она слышала это в стрекоте сверчков, чувствовала в лёгком ветерке, который нежно ласкал её кожу. Там что-то было, что-то ждало её. Хината с трудом сглотнула, чувствуя, что этот момент станет поворотным в её жизни. Какое бы решение она ни приняла этой ночью, оно изменит всё. Именно тогда разум Хьюги обрёл некую ясность, как будто она снова смогла видеть мир после долгих лет слепоты. Она увидела ответ перед собой яснее, чем когда-либо могла увидеть его своими всевидящими глазами. С вновь обретённой уверенностью Хината отвернулась от ворот и направилась к поместью Хьюга. Она знала, что должна сделать. На следующее утро Хината проснулась с ощущением, которого не испытывала уже много лет, — с ощущением цели. После удивительно спокойного ночного сна Хюга проснулась с первыми лучами солнца и решила пропустить завтрак (что было очень важно, ведь она любила завтракать). Кивнув многочисленным слугам, мимо которых она быстро прошла, Хината с трудом сдерживалась, чтобы не бежать сломя голову. Как только она добралась до двери, Хината исчезла. Ей не потребовалось много времени, чтобы добраться до места назначения, и от собственной скорости у неё слегка закружилась голова. Я даже не ехал на полной скорости.. Прикусив губу, чтобы сдержать довольную улыбку, решительная куноичи подняла взгляд на высокое здание перед ней. Кивнув сама себе, Хината направилась к кабинету Хокаге. Мгновенная уверенность в себе начала улетучиваться, когда она оказалась перед дверью Хокаге. Она понятия не имела, как сложится разговор; на самом деле она даже не думала о том, что должна сказать. Хината сглотнула. Всё ещё робкая девушка чуть было не отступила назад, но сердце заставило её стоять на месте. Она подняла руку, чтобы тихонько постучать в дверь, и вдруг замерла, потому что дверь внезапно распахнулась. «Привет, Хината», — мило поздоровалась Шизуне, придерживая дверь и приглашая его войти. «Заходи!» Хината, застигнутая врасплох, покраснела и вошла в комнату. «Чем я могу тебе помочь сегодня, Хината?» Девушка, о которой шла речь, подняла голову и посмотрела на Хокаге, Какаши Хатаке. Он расслабленно сидел за своим столом и лениво что-то писал на листе бумаги. Почувствовав, что девушка хочет сказать что-то важное, Какаши быстро закончил предложение, отложил ручку и улыбнулся юной Хьюге — разумеется, она этого не видела. Хината сглотнула ещё раз, глядя в улыбающиеся глаза Хокаге, и решительно сжала кулаки. Сейчас или никогда. «Я бы хотела отправиться в путешествие», — заявила она решительным тоном, несмотря на свой вечный дефект речи. Однако она быстро взяла себя в руки, слегка опустила голову и добавила: «Лорд Х-Хокаге». Если бы она подняла голову, то увидела бы на полускрытом маской лице Какаши выражение крайнего удивления. Он моргнул. «Поездка?» Хината кивнула, изо всех сил стараясь держать голову прямо, несмотря на волнение. Какаши, по понятным причинам, был в замешательстве. Он посмотрел на Шизуне, которая безуспешно делала вид, что не слушает, а затем снова на робкую девушку перед ним. — Ну, — нерешительно протянул он, — типа, отпуск? Хината слегка покраснела: «Н-не совсем». Понимая, что ей нужно объясниться, куноичи заставила себя выпрямиться и посмотрела в глаза расслабленному Хокаге: «Я... думаю, мне нужно время, господин Хокаге». — Время, — повторил он, пытаясь разгадать мысли девушки. Она снова кивнула. "Да", - начала она. "Время вдали от деревни". Степень удивления бывшего учителя не была заметна присутствующим в комнате, но, честно говоря, он этого не ожидал. Совсем. Перед ним стояла Хината Хьюга — девочка, которая большую часть детства почти не разговаривала, дочь, которую собственный отец считал слишком хрупкой, чтобы она могла возглавить клан, куноичи, которая прошла путь от слабой и напуганной до решительной и храброй. Какаши и представить себе не мог, сколько мужества потребовалось застенчивой обладательнице бьякугана, чтобы прийти к нему в тот день. Он почувствовал знакомую гордость в груди, глядя на стоящего перед ним человека. Седовласый мужчина видел, как на его глазах взрослели его ученики, и теперь он видел, что не только они стали другими за эти годы. По её глазам он понял, что она пришла к нему, чувствуя себя обязанной. Он был уверен, что она прошла очень долгий и трудный путь, прежде чем принять решение, которое она ему сообщала. — Понятно, — вздохнул молодой Хокаге, откинувшись на спинку стула и внезапно почувствовав себя не таким уж и молодым. — Могу я спросить почему? «Это… то, что я… я не совсем понимаю, как описать», — призналась Хината, чувствуя, как её лицо снова краснеет. «Я... в последнее время чувствую, что мне чего-то не хватает, — попыталась объяснить она. Я не совсем понимаю, чего именно, но...» — она замялась и слегка пошевелилась. — Но... я не думаю, что он здесь. Какаши задумчиво кивнул. Хотя он и не мог понять всех чувств, которые испытывала Хината, ему казалось, что он отчасти знает, через что проходит девочка. Он вспомнил ещё одну темноволосую девушку, и это заставило его слегка улыбнуться. Глядя на потерявшуюся девочку перед собой, Какаши вспомнил, как в последний раз отнёсся пренебрежительно к такой же потерянной душе, посчитав её сбитым с толку ребёнком, а не страдающим человеком. С его губ едва не сорвался вздох. Хотя всё закончилось хорошо, седовласый Хокаге всегда будет испытывать чувство вины за то, через что пришлось пройти его бывшему ученику. Какаши никогда бы не допустил повторения подобной ситуации. «Понятно», — снова сказал он, глядя Хинате прямо в глаза и наклоняясь вперёд. Хината затаила дыхание, когда глаза Хокаге сверкнули. «Что ж, — сказал он невозмутимо, — я не вижу в этом проблемы». Краем глаза Какаши заметил, как у Шайна отвисла челюсть, а лицо Хинаты просияло. «Р-правда?» Какаши рассеянно махнул рукой и улыбнулся: «Да, конечно. Не думаю, что мне стоит беспокоиться о том, что ты задумаешь уничтожить деревню или что-то в этом роде, пока тебя не будет». Он сделал паузу и, подняв бровь, посмотрел на улыбающуюся девушку: «Или всё-таки я?» Хината покачала головой, и на её лице появилась улыбка. «С-спасибо вам большое, господин Хокаге!» Мужчина ещё раз махнул рукой и слегка усмехнулся: «Пожалуйста, не нужно церемоний. Просто Какаши будет достаточно». Он ухмыльнулся, наблюдая за тем, как Шизуне в раздражении проводит рукой по лицу. «В любом случае, если я не против того, чтобы ты какое-то время путешествовала одна, это не значит, что все думают так же». Улыбка Хинаты слегка дрогнула: он был прав. — Итак, — непринуждённо продолжил Какаши, доставая лист бумаги слева от себя и делая на нём несколько пометок. — Тебе понадобится отговорка. Он быстро закончил работу и протянул лист Хинате. Она нерешительно взяла его из рук парня, не понимая, что он имеет в виду. Однако всё стало ясно, как только она изучила лист. Миссия… «Это задание высокого уровня, поэтому ты не сможешь рассказать о нём своим друзьям или семье», — сказал Какаши с понимающей улыбкой, которую никто не заметил. Хината не могла выразить словами, как благодарна она была в тот момент. Когда на глаза навернулись слёзы, она извинилась, низко поклонившись мужчине за стойкой. Как только она оказалась в одиночестве в коридоре, слёзы хлынули из глаз, а на лице появилась улыбка, которую она не могла сдержать. Через мгновение она заставила себя успокоиться, вышла из пустого коридора и спустилась по лестнице, прижимая к сердцу заветный листок бумаги. Тем временем сердце Какаши сжалось, когда он услышал, как девушка по ту сторону стены собирается уходить. Хотя он был рад, что может исполнить её желание, ему было неприятно думать о чувствах, которые заставили её почувствовать необходимость покинуть деревню. Мужчина предположил, что смерть её старшего двоюродного брата как-то связана со всем этим. В конце концов, Неджи был самым верным другом молодого Хьюги за несколько лет до его смерти. Какаши знал, каково это — терять близких, и его сердце снова сжалось от боли за девушку. Мало того, война сама по себе была травмирующим событием для любого подростка, поэтому было вполне понятно, что робкая куноичи испытывала последствия этого потрясения. Хокаге решил взять на заметку, что нужно обратить внимание на службы психологической помощи в деревне. Вполне вероятно, что Хината была не единственной, кто столкнулся с подобными проблемами после войны. «Лорд Какаши...» «Пожалуйста, перестань называть меня «господин», Шизуне», — любезно напомнил седовласый мужчина своей помощнице, должно быть, уже в тысячный раз с тех пор, как занял эту должность. «Ты уверена, что это хорошая идея?» — продолжила Шизуне, снова проигнорировав слова своего начальника. «Любой ниндзя, покидающий деревню по какой-либо причине, кроме...» — Да, я знаю, Шизуне, — снова перебил он её, заставив слегка фыркнуть. Какаши спокойно посмотрел на неё. — Просто доверься мне. Она хотела возразить, но передумала. Шестой Хокаге, хоть и был мудрым человеком, отличался упрямством. Сдержав ещё один возмущённый возглас, помощница отвернулась от ухмыляющегося Хокаге и направилась к своему столу. Будем надеяться, что это не ошибка. События, произошедшие после её встречи с Хокаге, остались для Хинаты в тумане, и, как она полагала, из-за этого чувствовала себя немного неловко. Она молнией метнулась домой из кабинета Хокаге, едва успев взять себя в руки, прежде чем постучать в дверь отца. «Ввод». С привычной элегантностью старшая дочь Хьюга уважительно обратилась к отцу: «Господин Хокаге поручил мне задание, отец». Лёгкое удивление на лице отца не осталось незамеченным, но он предпочёл его проигнорировать. — Какого рода? Хината слегка запыхался: «Боюсь, я не могу раскрывать какую-либо информацию по приказу Хокаге». Она видела его недовольство, но отец понимал, что не может настаивать, поэтому просто кивнул. «Когда ты вернёшься?» Ещё один вдох: «Я... не уверен». Это заставило Хизаши приподнять брови: «Ты не уверен?» Хината кивнула. Наступила тишина, и младшая Хьюга была более чем готова выйти из-под тяжёлого взгляда отца. Наконец он заговорил. — Очень хорошо. Вот и всё. С этими словами её отпустили, и она была благодарна судьбе уже во второй раз за этот день. После того как она вышла из кабинета отца, все воспоминания смешались. Она рассказала об этом Ханаби, которая была крайне недовольна этой новостью, но старалась не подавать виду. Хината чувствовала себя виноватой из-за того, что расстроила сестру, но она знала, что они ещё увидятся. Как бы она ни относилась к жизни в деревне, старшая из сестёр Хьюга всегда находила время, чтобы увидеть свою любимую сестру. Затем Хината направилась в свою комнату, решив, что уедет уже на следующий день. Она понимала, что торопится, но ничего не могла с собой поделать! Робкая девушка никогда ещё не была так взволнована. Желая поскорее собрать вещи, Хината взяла кошелёк с деньгами и отправилась в город. На этот день у неё было два плана: купить всё необходимое и попрощаться. Смешок сорвался с ее губ при мысли, что это рифмуется. Хината откашлялась, пытаясь унять дрожь в руках. Она решила сначала сходить за припасами. Куноичи с жемчужными глазами провела большую часть дня в торговом районе, проверяя, всё ли у неё есть для долгого путешествия. Она даже потратилась на новый наряд, потому что её нынешняя одежда не совсем подходила для такого путешествия. Поскольку большую часть дня Хината проводила на тренировках, она стала носить старые серые капри и фиолетовую футболку. И то, и другое было в дырах и пятнах и явно не подходило для путешествия. Примерно через два часа мучительных раздумий о том, что ей понадобится, сколько она сможет унести и как скоро она окажется в другой деревне, Хината закончила сборы. Она осмотрела свои сумки и кивнула сама себе, решив, что не зря потратила столько денег, сколько выделила на это мероприятие. Во время похода по магазинам её бурлящее от восторга настроение сменилось лёгким чувством удовлетворения, так что предстоящие события начали её тяготить. Ей пришлось попрощаться. Как бы она ни была взволнована, Хината не могла отрицать, что ей было горько и сладко одновременно, когда она думала о своих друзьях. Попрощаться с ними будет гораздо сложнее, чем она думала. Не прошло и часа, как куноити оказалась перед самым популярным в деревне местом, где готовят барбекю, — любимым местом её товарищей по команде, где они ужинали после долгого дня тренировок. Хината не знала, что сказать друзьям, когда подошла к их столику и улыбнулась в ответ на их сердечные приветствия. Она решила сделать заказ, прежде чем поднимать тему своей «миссии», в основном из-за волнения, но отчасти и потому, что была очень голодна после целого дня шопинга. Шино, конечно, ничего не сказал, но почувствовал тревогу своей подруги, как только она подошла к ним. Она неплохо скрывала это от других, в том числе от Кибы, но заклинатель жуков годами наблюдал за своей невинной подругой и научился улавливать малейшие изменения в её поведении. Поэтому он не очень удивился, когда Хината наконец набралась смелости и рассказала им о своей затянувшейся миссии, хотя и расстроился. Киба, с другой стороны, отреагировал так, как и следовало ожидать. «О ЧЁМ ТЫ ГОВОРИШЬ? ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ПОЙТИ ОДИН! ПОЧЕМУ КАКАШИ НЕ ПОСЛАЛ НАС С ТОБОЙ? Я НЕ МОГУ В ЭТО ПОВЕРИТЬ!» Там были и другие отборные словечки, но Хината не стала их запоминать. После этого он в гневе выбежал из комнаты, к её большому разочарованию. Однако Сино немного утешил её, просто сказав: «Будь осторожна». После этого она направилась к своему наставнику, Куренаю. Солнце начало клониться к закату, и Хината забеспокоилась, что женщина будет занята укладыванием Мираи спать. Но её тревоги развеялись, когда красноглазая женщина тепло поприветствовала Хинату, открыв дверь. Как и Шино всего час назад, Куренай почувствовала, что Хината пришёл к ней не просто так. Однако, в отличие от Шино, Куренай была очень удивлена, узнав, что её ученица отправляется на такое долгое время на особое задание. Хотя она понимала, что ей не следует знать о характере приказов Хокаге, женщина не могла не волноваться за свою милую Хинату. Тем не менее она знала, что Хокаге — умный человек и он, должно быть, разглядел в юной Хьюге потенциал, раз поручил ей такое задание. Поэтому, заставив себя не плакать, Куренай обняла свою уже не такую юную ученицу и пожелала ей всего хорошего. Хината также изо всех сил старалась не обращать внимания на резь в глазах, когда прощалась с Куренай, женщиной, которая была ей как мать на протяжении многих лет. Уходя от дома своего инструктора, Хината мысленно поклялась, что заставит Куренай гордиться собой. Я тоже заставлю себя гордиться. Пока куноичи шла по грунтовой дороге, её мысли блуждали. Пожалеет ли она об этом? Как долго её не будет? Захочет ли она когда-нибудь вернуться? Правильно ли она поступает? В голове у неё крутились вопросы, и ей было трудно сосредоточиться на одном из них, прежде чем в голове возникал другой. Мысли скакали туда-сюда, но она чувствовала, что что-то упускает. Что же она упускает? Мир, казалось, ответил на вопрос Хинаты, когда она внезапно осознала, где находится. Наруто. Ноги Хинаты сами привели её к дому, в котором жила семья Узумаки. Она избегала этого места уже много лет, но её тело, казалось, точно знало, где оно находится. Щёки девушки из клана Хьюга покраснели. Ей было очень неловко стоять перед их домом и смотреть. Она повернулась, чтобы уйти, но, сделав шаг, остановилась как вкопанная. «Наруто... » Блондин-шиноби выглядел таким же смущённым, как и Хината, когда стоял напротив неё, словно вернувшись домой после долгого дня, посвящённого обязанностям будущего Хокаге. «О, привет, Хината!» Он натянуто улыбнулся, но Хината поняла, что это было сделано через силу. Они не разговаривали с того дня, как было объявлено о его помолвке. Они оба избегали друг друга, боясь, что этот момент станет реальностью. Несколько минут они молчали, и Наруто уже собирался придумать какой-нибудь предлог, чтобы уйти, — в их напряжённом молчании он чувствовал себя не в своей тарелке, — но Хината заговорила первой. «Я ухожу», — тихо сказала она, но он прекрасно её расслышал. Наруто моргнул и нахмурил брови. Уезжает? Что это значит? Он уже собирался задать эти вопросы, когда девушка напротив снова заговорила. «Я не знаю, когда вернусь», — спокойно сказала она, внезапно забыв о своих нервах. Она впервые за два года посмотрела в голубые глаза Наруто и поняла, что они больше не блестят. По крайней мере, не так, как раньше, когда Хината видела этот блеск и её сердце замирало. Когда она это осознала, на её лице невольно появилась лёгкая улыбка. Наруто с нескрываемым благоговением вглядывался в лицо девушки. Была ли это та же Хината, которую он знал? Он был уверен, что это она, но в тот момент она казалась ему совершенно другой. Он годами испытывал глубокое чувство вины перед Хинатой из-за собственной глупости. Герой был настолько поглощён своими проблемами, что ни разу не взглянул на то, что было прямо перед ним. Из-за собственной недальновидности он позволил одному из своих ближайших друзей страдать столько лет, сколько даже не подозревал. Более того, у него не хватило смелости поговорить с ней об этом. Нет, вместо этого он просто позволил ей наблюдать со стороны, как он признаётся в любви другой женщине. Он не мог чувствовать себя виноватым за то, что любил Сакуру, но это не означало, что он не чувствовал себя виноватым за то, что причинил боль Хинате. И всё же она была здесь и улыбалась ему. Наруто почувствовал, как в груди у него что-то сжалось: он не заслуживал этой улыбки. Хината, с другой стороны, чувствовала, как с её плеч словно гора свалилась. Она справилась с ним, она двигалась дальше — она прощалась. — Спасибо, — внезапно сказала Хината. Наруто просто уставился на неё, не в силах ответить. 'Спасибо'?.. С этими словами Хината продолжила свой путь, пройдя мимо Наруто и не обернувшись. То горько-сладкое чувство, которое она испытывала ранее, вернулось, когда она шла домой. Она была благодарна за то, что больше не чувствовала тяжести из-за своих чувств к Наруто, но попрощаться с этими чувствами оказалось сложнее всего. Тем не менее она знала, что они быстро тускнеют и скоро исчезнут совсем, и должна была признать, что гордится этим. После сумбурной прогулки домой Хината обнаружила, что не может уснуть, лёжа под одеялом. Несмотря на то, что её тело было измотано, разум бодрствовал, как и сердце. Бурю эмоций не давало ей уснуть: волнение, страх, грусть, решимость, головокружение, тревога. Но самым сильным чувством было то, которое в конце концов помогло ей погрузиться в сон. Чувство, которое возникло в тот момент, когда она увидела улыбающиеся глаза Какаши, и с тех пор становилось всё сильнее с каждым её шагом. Чувство, которое приведёт её в места, где она никогда не была, в места, которые она так сильно хотела увидеть. Чувство надежды. И вот, когда ночь убаюкала её, Хината улыбнулась полной надежд улыбкой, готовая к предстоящему дню. Утро встретило Хинату с новым воодушевлением, а надежда, зародившаяся в её сердце, заставила её улыбнуться, как только она проснулась. Не успела она опомниться, как Хьюга уже встала и оделась. Накануне вечером она собрала вещи и в мгновение ока оказалась за дверью. С большим трудом Хината сохраняла спокойствие, прощаясь с отцом перед тем, как быстрым шагом направиться в комнату сестры. Как и ожидалось, девочка ещё спала. Старшая сестра легонько потрясла её за плечо. Сонные опаловые глаза Ханаби встретились с такими же глазами сестры, хотя её собственные глаза были открыты гораздо шире. Младшая Хьюга и без слов сестры поняла, зачем та её разбудила. От этого ей захотелось снова лечь спать. Вместо этого она просто обняла Хинату, надеясь отвлечь её от грустных мыслей. Она постояла так немного, а потом пробормотала в плечо сестры: «Не задерживайся надолго». Едва слышные слова пронзили сердце Хинаты, и она почувствовала, как на глаза снова наворачиваются слёзы. Она крепко обняла сестру и прошептала: «Веди себя хорошо.» С этими словами Ханаби быстро нырнула под одеяло, а Хината направилась к двери. Она не оглянулась, закрывая дверь, зная, что её гордая младшая сестра не хотела бы, чтобы она видела её в таком состоянии. Хината изо всех сил старалась перенять манеру поведения своей маленькой сестры Ханаби, когда с высоко поднятой головой выходила из поместья Хьюга. Она не оглядывалась. Выходя из деревни, Хината наткнулась на группу людей у ворот. Киба, Шино, Куренай, Мирай и, что самое удивительное, господин Какаши — все они пришли попрощаться с куноичи. Она снова заставила себя не плакать, обнимая друзей одного за другим, поцеловала Мираи в лоб и низко поклонилась Хокаге. Он слегка покраснел от этих слов, хотя никто этого не видел. «Заставь Листву гордиться тобой, Хината», — сказал он, ободряюще положив руку ей на плечо. Она решительно кивнула, намереваясь сделать именно это. Когда Хината повернулась к открытым воротам, её внезапно охватило осознание реальности происходящего. Она уезжала — вот так просто. Она отправлялась навстречу приключениям — ради себя самой. На её губах снова появилась улыбка. Хината повернулась к друзьям и помахала им на прощание, не переставая улыбаться. Она снова обернулась и сделала шаг вперёд, потом ещё один. Ещё один. С каждым шагом она двигалась всё быстрее и быстрее, пока не перешла на бег. С каждым толчком ног Хината летела вперёд — всё быстрее и быстрее. Всё это время её широко раскрытые глаза были устремлены вперёд, на бескрайний горизонт. Она мчалась сквозь деревья, не замечая, как далеко она забралась и как долго бежала. Хината смотрела прямо перед собой и бежала быстрее, чем когда-либо прежде. В тот момент Хината поняла, что больше никогда не оглянется назад. А/Н: Хорошо! Я очень воодушевлена этой историей! Я хочу, чтобы вы все знали: это в основном история о романтических отношениях и самопознании. Так что вас ждёт много развития персонажей и много rjwefnsdkmoefim. Каждая глава будет основана на песне, и я рекомендую слушать их во время чтения, если вам это интересно~ Так что да, я очень надеюсь, что вам, ребята, эта история понравилась так же, как и мне, и спасибо, что прочитали её, если это так, и да, СасуХина, пока 3 Глава 1 из 9 Далее »ОТКАЗ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ: я не являюсь владельцем «Наруто» или кого-либо из его персонажей.) Глава 2 Вдохновлено песней Time to Wander ~ Gypsy & the Cat Хината бежала так быстро и так долго, как только могли нести её ноги, — на удивление очень быстро и очень долго. Впервые с тех пор, как она начала усиленно тренироваться, куноити проверяла себя и осознавала, насколько сильно она продвинулась за эти годы. Когда она наконец всё-таки остановилась, чтобы передохнуть несколько часов спустя, на её лице появилась улыбка, когда она поняла, как много успела за такое короткое время. Что ж, если почти целый день считался «небольшим» отрезком времени, то так оно и есть. Самое приятное было то, что она почти не вспотела! Если бы солнце не клонилось к закату, она бы точно бежала ещё дольше. Хьюга задумалась, как долго она сможет бежать, прежде чем усталость заставит её остановиться. Может быть, она сможет бежать несколько дней, прежде чем почувствует последствия? От этой мысли у неё странно закружилась голова. Однако она решила не проверять эту теорию и вместо этого решила устроиться на ночлег. Хината не была такой уж пугливой кошечкой, несмотря на то, что многие, казалось, верили; но, она должна была признать, тот факт, что ей придется спать одной в дикой местности, заставил ее сердце биться на несколько ударов быстрее, чем обычно. Хотя она была уверена, что сможет защититься от любого ниндзя низкого ранга или обычных воров - бывшая наследница все равно предпочла бы провести ночь в более безопасном месте. Кровать тоже не помешала бы... Тем не менее она знала, что сделала свой выбор, а значит, должна была принять последствия. В конце концов, несколько укусов насекомых и пятен грязи её не убьют. Ну, — вставила она, продолжая свою мысль, — укусы насекомых могут. Тогда она вспомнила о своём товарище по команде, который любил жуков, и на её лице появилась нежная улыбка, а сердце слегка кольнуло. С тех пор как Хината вошла в ворота Скрытого Листа, она ни разу не вспомнила о доме, который оставила позади. Она была слишком занята: прыгала с дерева на дерево, наблюдая за птицами, пролетающими над её головой. Изучала флору под ногами, путешествуя по незнакомым тропам. Гадала, как далеко она забралась и как далеко ещё предстоит зайти. Теперь же, сидя у подножия одного из многочисленных окружавших её деревьев и поедая одно из многочисленных приготовленных ею небольших блюд, девушка из клана Хьюга осознала, как сильно она будет скучать по своим друзьям. Как сильно она уже скучала по ним. Она гордилась собой за то, что отправилась в самостоятельное путешествие и впервые в жизни жила для себя, но стоило ли оно того? Стоила ли независимость той душевной боли, которая, как она была уверена, останется с ней до возвращения? Хината уже была готова погрузиться в пучину негативных мыслей, когда произошло нечто удивительное. По крайней мере, для неё это было удивительно. Она как раз откусила кусочек рисового пирога, когда сверху упал жёлудь и ударил скромную девушку по голове. Хината вскрикнула от неожиданности и схватилась за голову, увидев жёлудь на земле рядом с собой. Она подняла «оружие» и посмотрела вверх, гадая, откуда оно взялось. Но как только её взгляд упал на ветви над головой, в лоб ей угодил ещё один жёлудь. «Эй!» Немного раздражённая Хината фыркнула и потёрла лоб, активируя бьякуган. Раздражение внезапно сменилось весельем, когда она поняла, кто виноват. Маленькая белка сидела на ветке над ней, пытаясь спрятаться в листве. Конечно, она не знала, что девочка под ней может легко видеть сквозь деревья, так что листва не была для неё проблемой. Девушка, о которой идёт речь, хихикнула про себя, заметив, куда направлено внимание маленького существа: на её тарелку с фруктами. Притворившись, что не замечает своего крошечного компаньона, обладательница бьякугана незаметно сорвала несколько виноградин и положила их рядом с собой. Она продолжила есть, делая вид, что не слышит, как шелестят листья над её головой, из-за чего несколько виноградин упало ей на волосы и ноги. Выдёргивая из своих тёмных волос непослушные листья, Хината прислушивалась к звуку маленьких лапок, спускающихся по дереву. Мгновение спустя куноичи взглянула налево и улыбнулась: белка сидела рядом с ней и грызла маленькие плоды. Тихо посмеиваясь над явно голодным существом, Хината прислонилась спиной к большому дереву, и они вдвоём принялись за еду. Она закончила как раз в тот момент, когда её маленький друг пришёл за добавкой, понюхал её пустые контейнеры и посмотрел на Хинату так, словно хотел сказать: «Ты ничего не оставила для меня!» «Прости, малыш», — ответила куноичи на воображаемое заявление зверька. «У меня мало что есть». К её большому удивлению, отважная белка запрыгнула Хинате на колени и поползла по её груди, принюхиваясь к её рту. «Ты всё съела!» — представила она, как он возмущённо вздёргивает свой маленький носик, глядя на неё. После этого он быстро ушёл, явно не заинтересовавшись тем, что у девочки не осталось угощений. Хината усмехнулась, наблюдая за тем, как её приятель по трапезе убегает. Как мило. Хюга зевнула и прислонилась спиной к дереву, наконец-то почувствовав себя так, словно она действительно бегала весь день. Она посмотрела на темнеющее небо и решила, что сейчас самое подходящее время разбить лагерь на ночь. Не желая привлекать нежелательное внимание, Хината решила не разводить костёр этой ночью. В конце концов, было почти лето, так что ночной воздух был достаточно тёплым и без дополнительного обогрева. Поскольку она могла нести только самое необходимое, в лагере куноити были только её рюкзак и спальный мешок. Легко установить, легко убрать. Разложив спальный мешок и привязав свои вещи к ветке, на которой раньше сидел Мистер Белка, Хюга была готова погрузиться в сон. Несмотря на ранний час, Хината уснула почти сразу, как только её голова коснулась подушки. Засыпая, Хината решила, что спать под открытым небом не так уж и плохо. Эта мысль недолго занимала его. Всего несколько часов спустя Хината резко проснулась. Её бьякуган тут же активировался, выискивая угрозу. Вместо этого она увидела белку; точнее, определённую белку, которая изо всех сил пыталась забраться в её подвесную сумку. «Эй, прекрати!» — воскликнула уже раздражённая девушка, вскакивая с земли. Услышав человеческий голос, любопытное существо убежало и скрылось в темноте. Хината, фыркнув, осмотрела свои вещи. К счастью, она поймала маленького воришку до того, как он успел что-то стащить. Если бы она не была такой отзывчивой, Хината бы плохо подумала о своём так называемом «приятеле по еде». Но она знала, что он просто пытается выжить, как и все остальные в этом мире. Но она всё ещё была раздражена. На этот раз она чувствовала себя не в своей тарелке. Хината изо всех сил старалась снова заснуть. Однако окружающая темнота заставляла её нервничать. Конечно, она знала, что может просто использовать свой бьякуган, чтобы обойти темноту вокруг себя и высматривать потенциальных хищников, но она не могла этого сделать, пока спала. Вот вам и сон под открытым небом... Всю ночь напролёт Хината смотрела на мерцающие огни над головой, хотя красота пейзажа меркла из-за её беспокойства из-за того, что она осталась одна в лесу посреди ночи. Это беспокойство не покидало её до тех пор, пока несколько часов спустя не взошло солнце, и Хината с облегчением вздохнула. Впрочем, она испытала лишь лёгкое облегчение: в конце концов, ночь наступит снова. Девушка переживала, что не сможет уснуть, если всё останется как есть, но изо всех сил старалась не думать об этом, собирая вещи в то утро. Не успело солнце взойти, как Хината уже ушла. Даже не выспавшись как следует, куноичи обнаружила, что пробираться сквозь деревья так же легко, как и накануне. Превозмогая усталость, Хината пробиралась сквозь деревья, чувствуя, как утренняя роса щекочет её щёки, когда она проходит сквозь листву. День продолжался, и Хината тоже. Она не знала, куда идёт; на самом деле она даже не была уверена, где именно находится. Но она не возражала. Она просто шла вперёд. Этот день прошёл так же, как и предыдущий, и вскоре солнце снова покинуло Хинату — и снова Хината почти не сомкнула глаз. Дни шли своим чередом, хотя в каждом из них были свои сюрпризы — как приятные, так и не очень. Однажды девочка увидела, как несколько птенцов впервые выпрыгнули из своих гнёзд высоко на деревьях и неуклюже хлопали крыльями, пока наконец не освоились в новой среде. Но был и такой день, когда Хината стала свидетельницей того, как группа головорезов пыталась ограбить странствующую семью. К счастью, мать этой семьи оказалась гораздо сильнее, чем выглядела. Куноичи поморщилась, вспомнив, в каком состоянии были остальные мужчины, когда она уходила. Каждый день Хината пробиралась через незнакомые земли — иногда бежала изо всех сил, иногда шла по многочисленным лесным тропам. Каждую ночь из-за тревоги и паранойи она не могла сомкнуть глаз дольше чем на несколько минут. Излишне говорить, что с каждым днём Хьюга становился всё более и более уставшим. Однако это чувство отличалось от того, что она испытывала раньше. Она была просто физически измотана, в то время как её сердце и разум были полны энергии, как никогда прежде. Несмотря на недостаток сна, Хината никогда не чувствовала себя лучше. Каждый день она видела то, чего никогда раньше не видела, разговаривала с людьми, которых никогда не встречала, и испытывала чувства, о которых даже не подозревала. Две недели пролетели как один миг, и Хината начала понимать, почему ей так хотелось оказаться в этом мире. Она чувствовала это в коре деревьев за своей спиной, в траве под пальцами. Она видела это в ночных звёздах, в глазах путников, мимо которых она проходила. Мир был прекрасен, и он ждал, когда Хината откроет его для себя. Однако даже самым сильным ниндзя нужен сон, и к концу второй недели пребывания за границей Хината начала испытывать его недостаток. К счастью, проходившая мимо семья указала Хьюге на ближайшую деревню, где она могла найти комнату на ночь. Ей не потребовалось много времени, чтобы найти небольшое поселение, спрятанное среди деревьев, и она была этому очень рада. Деревня была необычной и маленькой. Жители казались очень сплочёнными, но они относились к Хинате так, словно она была их соседкой, пока та шла по мило украшенным улочкам. С помощью нескольких местных жителей куноити нашла деревенскую таверну. Внезапно она почувствовала себя так, словно не спала две недели. Здание было не очень большим, но, опять же, и сама деревня была небольшой. Однако Хината не возражала. Несмотря на своё королевское воспитание, бывшая наследница считала, что в такой маленькой деревне довольно уютно. И она была рада обнаружить, что внутри крошечной гостиницы было так же уютно, как и снаружи, когда она вошла в узкую дверь. Когда Хината вошла в заведение, её встретила пустая стойка регистрации. Не желая показаться грубой, куноичи несколько мгновений молча стояла, ожидая, пока хозяин гостиницы заметит её присутствие. В ожидании она осматривала помещение, сдерживая зевоту и мечтая о том моменте, когда она наконец сможет отдохнуть. Несмотря на то, что Хюга с трудом держалась на ногах, она заметила, что тот, кто отвечал за оформление этого места, позаботился о потребностях путешественников. Не о материальных потребностях, таких как сумки, фляги и другие полезные вещи для миссии или отпуска; нет, это место было обустроено с учётом потребностей таких людей, как она, заключила Хината. Людей, которым нужно чувствовать себя как дома. В дальнем конце комнаты находился камин, рядом с которым стояли два мягких на вид кресла, а между ними — небольшой столик. Конечно, в это время года огонь не горел, но Хината не могла не представлять, как приятно было бы устроиться здесь перед тёплым камином с чашкой чая на столе и книгой в руке. При этой мысли девушка тихо вздохнула: Как бы я хотела прийти сюда зимой.. Фантазии Хинаты прервал звук шагов хозяина гостиницы, внезапно вошедшего в комнату. «О!» — воскликнула пожилая женщина, заметив Хинату. «Я даже не услышала, как ты вошёл!» «Т-всё в порядке», — заверила женщину темноволосая куноичи с доброй улыбкой. «У меня есть время». Женщина улыбнулась Хинате в ответ, радуясь, что её нынешний клиент, похоже, не доставит ей хлопот. «Ищете комнату, моя дорогая?» Хината кивнула: «На д-две ночи, пожалуйста». Хозяйка кивнула в ответ на приветствие девушки и поправила очки для чтения на носу, просматривая блокнот на стойке. Вероятно, она проверяла, какие номера свободны. Женщине было за шестьдесят, но она производила впечатление молодой и энергичной девушки. На ней была простая одежда, возможно, сшитая ею самой. На талии висел фартук, и Хината на мгновение задумалась, не готовила ли женщина, когда она пришла. Если бы у Хинаты были силы, она бы попыталась мило поболтать с ней, но сейчас она изо всех сил старалась не закрывать глаза, стоя по другую сторону прилавка, так что вряд ли из неё получилась бы хорошая собеседница. Пожилая женщина снова улыбнулась гостье и сняла очки: «Вам повезло! У нас осталась одна свободная комната». Хината сомневалась, что в таком маленьком и отдалённом месте может быть так много гостей, что останется только одна комната, но она просто улыбнулась и последовала за чудаковатой женщиной вверх по лестнице, заплатив за проживание на две ночи. В небольшом здании было около дюжины комнат, поэтому Хината ожидала увидеть комнату, в которой едва ли поместится кровать. Однако, когда пожилая женщина открыла дверь, куноичи была приятно удивлена уютной атмосферой. Хотя эта комната была меньше, чем все остальные в доме Хьюга, Хинате её было более чем достаточно. В центре комнаты стояла полноразмерная кровать, по бокам от которой располагались две небольшие тумбочки. В углу комнаты, рядом с окном, стоял небольшой диван, похожий на те, что были внизу. С другой стороны стоял комод, украшенный красивым букетом цветов, который, как предположила Хината, был делом рук хозяйки гостиницы. «Идеально», — сказала Хината, снова тепло улыбнувшись женщине рядом с ней. «С-спасибо, мэм». «Пожалуйста», — вежливо ответила женщина, взяв Хинату за руку, как будто та была её внучкой. «Зовите меня мисс Махо». Хината кивнула и положила свою руку поверх руки пожилой женщины. «Спасибо, мисс Махо». Ещё раз мило улыбнувшись, мисс Махо легонько сжала руку юной куноичи и повернулась к двери. «Поспи немного, моя дорогая, — многозначительно сказала она, выходя из комнаты. — Ты выглядишь так, будто тебя сбил дикий кабан!» Хината моргнула, когда дверь захлопнулась за наглой старухой, но быстро отмахнулась от этих мыслей. Она была уверена, что женщина говорила правду. В конце концов, она уже несколько недель бегала по лесу, так что это казалось вполне логичным. Подумав об этом, Хината решила взяться за дело. После быстрого душа (который, по мнению Хинаты, был самым лучшим душем в её жизни) путешествующая Хьюга упала на кровать и довольно застонала. Я так скучала по кроватям.. Прежде чем потерять сознание, Хината заставила себя заползти под одеяло и снова счастливо взвизгнула, оказавшись в тепле. Через несколько минут измученная куноичи крепко уснула. Хината проснулась несколько часов спустя и чувствовала себя лучше, чем когда-либо. Потянувшись, куноичи довольно хмыкнула, ощущая, как расслабляются её мышцы. Она хорошо отдохнула и чувствовала себя комфортно. Если честно, Хината могла бы пролежать в этой постели несколько дней и ни капли не чувствовать себя виноватой (особенно после того, как она «спала» на твёрдой земле две недели подряд). Однако, взглянув в окно и увидев, как сквозь шторы пробиваются лучи солнца, девушка с жемчужными глазами решила, что пора вставать. Медленно, но верно сонная куноичи выбралась из-под тёплого одеяла и направилась в маленькую ванную. Почистив зубы и уложив волосы, Хината была готова встретить новый день. Было ещё раннее утро, когда она вышла в деревню, на ходу пожелав мисс Махо доброго утра. Из-за раннего времени большинство магазинов, скорее всего, ещё готовились к рабочему дню. Хинате нужно было запастись продуктами, пока была такая возможность, поэтому она решила прогуляться по причудливому поселению в ожидании наступления дня. Теперь, когда она не валилась с ног от усталости, обладательница бьякугана смогла в полной мере оценить красоту уединённой деревни, в которой она оказалась. Казалось, что вокруг были только обычные мирные жители, и Хинату это более чем устраивало. В любом случае, в окружении странных шиноби она всегда нервничала, так что для робкой куноити пребывание среди нормальных людей было глотком свежего воздуха. Несмотря на свой «обычный» статус, жители этой деревни были совсем не ленивыми. Хината заметила это, проходя мимо десятков жителей, направлявшихся на работу — или уже работавших. Солнце едва взошло, но в этой деревне уже все проснулись. Внезапно Хината почувствовала, как что-то ударилось о её ноги. Она опустила взгляд и улыбнулась. Маленькая девочка случайно врезалась в неё, из-за чего упала на спину, тихо произнеся: 'уф! «Ты в порядке?» — спросила Хината, наклоняясь, чтобы помочь девушке подняться, и надеясь, что та не расстроилась из-за падения. Её беспокойство быстро улетучилось, когда девочка вскочила на ноги без помощи Хинаты, и на её лице появилась беззубая улыбка. «Я в порядке, мэм. Простите, что врезалась в вас!» Хината ответила жизнерадостной девушке такой же улыбкой. «Всё в порядке, — ласково сказала она, присев на корточки рядом с девочкой. — Просто постарайся впредь быть осторожнее, хорошо? Мы не хотим, чтобы ты поранилась». Яркая улыбка девушки стала ещё ярче, когда она решительно кивнула женщине постарше. Быстро сказав: «Мне пора!» и махнув рукой, она убежала. Хината улыбнулась, глядя, как девочка убегает (хотя на этот раз чуть медленнее), и внезапно почувствовала, как на неё снисходит умиротворение. Именно такие мелочи напоминали куноити о том, зачем она здесь. В конце концов, даже самое незначительное взаимодействие может повлиять на человека. Пока Хьюга продолжала свой путь, вокруг неё начала оживать деревня: открывались магазины и лавки. «Яблоки! Апельсины! Персики!» «Ребята, у нас тут свежая рыба! Только что выловили!» «Похоже, вам не помешало бы немного моего домашнего варенья, юная леди!» Хината изо всех сил старалась не обращать внимания на навязчивые предложения торговцев, но, похоже, новость о том, что в деревне появился гость, распространилась за одну ночь. Хотя она никогда раньше не была в этом месте, девушке с жемчужными глазами было трудно поверить, что торговцы всегда так активны (читай: назойливы) в деревне, где все так хорошо знают друг друга. Куда бы она ни посмотрела, жители смеялись и подшучивали друг над другом. Казалось, что эта деревня — одна большая, шумная и счастливая семья. Чувство умиротворения в сердце Хинаты продолжало расти, пока она наблюдала за тем, как окружающие её люди занимаются своими делами. Подумать только, я бы никогда не увидела такое прекрасное место, если бы не уехала.. В этот момент куноичи заметила торговца, который её действительно заинтересовал. В этом магазине, должно быть, учитывали потребности путешественников (хотя и не так, как в гостинице мисс Махо), потому что там было всё необходимое для долгого пути по дикой местности. По тележке были разбросаны контейнеры с провизией, фляги, аптечки и многое другое, что нужно в путешествии. На ценниках были написаны довольно низкие цены. «Вам что-нибудь нужно?» Хината вежливо улыбнулся мужчине, стоявшему за тележкой: «Я... я просто смотрю, спасибо». Продавец что-то проворчал и вернулся к своей книге заказов, явно не такой дружелюбный, как другие жители деревни. Однако куноичи это не смутило: это означало, что она может листать страницы, не беспокоясь о том, что он будет навязывать ей всё больше и больше товаров. Она несколько секунд оглядывалась по сторонам, решая, что взять с собой, так как припасов у неё оставалось немного. Вместе с провизией Хината взяла новую флягу: старая была слишком маленькой, чтобы в ней хватило воды на весь путь. Девушке нужна была ещё одна вещь: плащ, который защитил бы её от капризов природы. В конце концов, сезон дождей был уже не за горами. Хината так увлеклась поисками, что не заметила, как к продавцу подошёл ещё один человек и тихо взял то, что ему приглянулось. И тут она увидела это, плащ! Хината потянулась к тёмно-синему плащу, сложенному на краю стола, но не заметила, как в тот же момент другой человек потянулся к контейнеру с пайками. Куноичи вскрикнула от неожиданности, когда её рука столкнулась с рукой мужчины, стоявшего рядом с ней, и выбила у него из рук контейнер. Тут же пробормотав извинения за свою оплошность, Хината наклонилась, чтобы поднять упавший контейнер, радуясь, что еда не высыпалась на землю. «В-вот твоё...» У Хинаты пересохло во рту, когда она впервые встретилась взглядом с человеком, сидевшим рядом с ней. Чёрный цвет встретился с бледно-лиловым; резкий контраст остался незамеченным взволнованной девушкой. Она никогда не была знакома с этим человеком лично, никогда даже не разговаривала с ним, но она определённо знала о нём. На самом деле она задавалась вопросом, есть ли кто-нибудь в Конохе, кто не знает о Саске Учихе. О преступнике, ставшем героем, о самом опасном человеке на свете. О человеке, с которым она только что случайно столкнулась. Хината затаила дыхание, когда последний представитель клана Учиха опустил взгляд на её сияющие глаза. Он собирается меня убить? Он бы не стал делать этого из-за такой мелочи… правда? На мгновение оба затаили дыхание, держа в руках найденные пайки. Несмотря на её беспокойство, Саске просто взял контейнер у неё из рук. Повернувшись к продавцу, легендарный шиноби без слов купил себе еду и ушёл, даже не взглянув на Хинату. Упомянутая особа выдохнула, глядя ему вслед, и прижала руку к бешено колотящемуся сердцу. Это было близко… «Эй, ты купишь это или нет?» Хината слегка вздрогнула от неожиданной вспышки гнева продавца и слегка покраснела, увидев его раздражённое лицо. Она неловко кивнула и протянула ему свои покупки. Затем она в оцепенении отошла от продавца, оставив его наедине с его любимой историей. Неужели это был он? Могло ли случиться так, что она столкнулась с двойником Учихи? Нет, этого не может быть. Девушка из клана Хьюга, возможно, и не знала Саске в Скрытом Листе, но она знала его достаточно хорошо, чтобы признать, что он был слишком уникален, чтобы быть похожим на кого-то другого. Кроме того, Хината была уверена, что никто не смог бы так точно имитировать его чакру. Она слегка вздрогнула, всё ещё ощущая мурашки, которые появились после того, как её тело осознало, кто стоял так близко к ней. Для любого ниндзя, особенно такого низкого ранга, как она, находиться рядом с кем-то настолько могущественным было непривычным ощущением. Пугающим, волнующим, наводящим ужас. Девушку нисколько не удивило, что он, похоже, тоже её не узнал. Хината чувствовала, что вундеркинд не вспомнит её имени, даже если узнает её в лицо. Точно так же, как она была слишком поглощена своими чувствами к Наруто, чтобы заметить его темноволосого двойника, она была уверена, что он тоже не обращал на неё внимания в те дни, когда они учились в академии. В то время только такие девушки, как Сакура и Ино, удостаивались хотя бы взгляда от парня из клана Учиха, и это внимание не всегда было приятным. Да, то, что Саске Учиха не обращал на неё внимания в юности, было благословением, о котором она даже не подозревала до того дня. Кто знает, как бы он отреагировал, если бы узнал в ней жительницу Скрытого Листа? Несмотря на неприятную встречу, Хината сохраняла спокойствие, пока шла в одно из немногих заведений общественного питания в этом районе. Она села за столик, и её тут же поприветствовала улыбающаяся молодая женщина в фартуке — официантка, как она догадалась. «Привет! Что я могу для вас сделать сегодня?» — Э-э-э, — замялась куноичи, не зная, что здесь подают, ведь у неё не было возможности изучить меню. Быстро просмотрев лежащий перед ней пергамент, Хината указала на первое, что увидела: — Я возьму это, п-пожалуйста. «Отличный выбор!» — прощебетала жизнерадостная официантка, забирая меню у девушки с широко раскрытыми глазами. «Сейчас принесу!» Хината поблагодарила девушку, когда та уходила, надеясь, что всё, что она заказала, будет вкусным. Пока Хината ждала свой заказ, она мысленно возвращалась к той неожиданной встрече. Она гадала, что привело Саске в эту деревню, каковы его намерения в таком месте? Он ведь не причинит вреда такой невинной деревне, не так ли? Конечно, нет, — успокоила она себя. Он спас Конаху во время войны, и после такого сражения он точно не питает к ней никаких злых намерений. Тем не менее Хьюга не был в этом уверен. Можно ли так легко избавиться от негативных чувств или Саске просто подавляет их? Не потеряет ли он снова контроль и не использует ли свою огромную силу для нападения, вместо того чтобы спасать мир? Хината вздохнула. Не было никаких причин даже думать об этом. Саске Учиха был ей практически незнаком; она никак не могла знать, что творится у него в голове. Кроме того, заключила она, если Учиха когда-нибудь всё-таки решит снова причинить вред другим, Наруто быстро положит этому конец. Хината моргнула. Она ни разу не вспомнила о бородатом блондине с той неловкой встречи накануне её отъезда. Это было странно, но теперь, вспоминая ту ночь, Хината испытывала ностальгию. Возможно, это была последняя ночь, когда она его видела, — или, по крайней мере, последняя ночь, когда она видела его как своего Наруто. Теперь он был просто Наруто. Ей было интересно, что он делал в тот момент — за сотни и сотни миль от того места, где она сидела. Наверное, жалуется на какую-то работу, которую ему снова поручил Какаши. Эта мысль вызвала улыбку на лице девушки с жемчужными глазами. Я уверена, что у него всё хорошо. «Парень в голове?» Хината слегка подпрыгнула: она даже не заметила, как официантка подошла к её столику. Ей потребовалось мгновение, чтобы осознать, что сказала девушка, ставя еду на стол. Но когда она это сделала, её опущенное лицо залилось ярким румянцем. «Э-э, нет», — робко ответила она. Официантка просто хмыкнула, словно зная, что куноити говорит не совсем правду. Однако она не стала развивать эту тему ради раскрасневшейся девушки. «Приятного аппетита!» Чувствуя себя крайне неловко, Хината начала есть своё загадочное блюдо. Судя по всему, она заказала фирменное блюдо — какой-то суп. К счастью, он пришёлся девушке по вкусу. Съев ещё несколько кусочков и получив несколько быстрых «Вам что-нибудь нужно, мисс?» от официантки с горящими глазами, Хината закончила с этим приятно удивившим её блюдом. Оставив щедрые чаевые официантке — несмотря на возникшую неловкость, — Хината вышла на улицу. К тому времени, как она вышла из ресторана, был уже полдень, поэтому одинокий Хьюга решил немного прогуляться. Отнеся покупки в свою временную комнату, Хината решила на этот раз пойти другим путём. Слегка оттолкнувшись правой ногой, она подпрыгнула и приземлилась на ближайшую крышу. Она не поднималась высоко, чтобы жители деревни не увидели её и не подумали чего лишнего. Она просто хотела посмотреть на крошечную деревню с высоты птичьего полёта. Хината грациозно перепрыгивала с крыши на крышу, любуясь окрестностями. Деревню окружала природа — грязь и трава, — и это помогало ей чувствовать себя комфортно, когда она шла по улицам небольшого поселения. Это место было по-своему прекрасно, решила куноичи, устроившись на крыше одного из немногих высоких зданий. Это была естественная красота, созданная природой и взлелеянная добрыми людьми, которые здесь жили. Хината улыбнулась, глядя на открывшийся вид. Она была рада, что нашла такое прекрасное место. После нескольких часов знакомства с деревней — и как куноити, и как туристка — юная путешественница решила, что пора возвращаться в гостиницу «Мисс Махо». Солнце ещё не взошло, но Хината хотела как можно дольше наслаждаться своим последним спокойным сном. Как и во время всех её дневных исследований, встреча с бывшим разбойником не давала ей покоя. По какой-то причине его присутствие сильно встревожило её, но в то же время она ощущала тот же покой, что и при встрече с беззубой девочкой. Это было странное чувство — смесь тревоги и спокойствия. Хината снова попыталась избавиться от странного ощущения, когда вошла в дом госпожи Махо и увидела, что на этот раз пожилая женщина сидит за стойкой. «С возвращением, моя дорогая!» — тепло поприветствовала она. «Тебе понравилась деревня?» Молодая женщина кивнула, и на её лице появилась добрая улыбка. Она обратилась к хозяйке гостиницы: «Это было чудесно, мисс Махо. Вам, должно быть, здесь нравится». Улыбка мисс Махо стала ещё нежнее, когда Хината сказала: «О да. В конце концов, я прожила здесь всю свою жизнь. Так что, должно быть, мне здесь очень нравится!» Она посмотрела налево, где на стене висела картина в рамке — семейный портрет. «Знаете, мой отец был одним из первых поселенцев здесь», — с гордостью заявила она, глядя на свою семью тёплым взглядом. «Он вырастил нас с братьями здесь, в одиночку», — она отвела взгляд, и на её губах заиграла задумчивая улыбка. Однако она быстро взяла себя в руки, словно напоминая себе, что в комнате есть ещё один человек. — В любом случае, дорогая моя, я не буду больше тебя утомлять, — со смешком сказала мисс Махо. — Иди отдохни. Желая уважить желание женщины сменить тему, Хината ещё раз тепло улыбнулась необычной хозяйке гостиницы и слегка поклонилась. Она начала подниматься по ступенькам в свою комнату, но остановилась, когда мисс Махо тихо окликнула её. «Не хочу вас беспокоить, но, пожалуйста, будьте сегодня особенно тихими, если вы не против, моя дорогая», — сказала пожилая женщина немного расстроенным голосом. «Сегодня утром заселился ещё один гость, и он тот ещё ворчун». Хината улыбнулась женщине, прищурившись и приложив указательный палец к губам в знак того, что она будет молчать. Мисс Махо усмехнулась, глядя на и без того тихую девушку, развернулась и пошла к себе в комнату. Хотя она и так была довольно молчаливой, куноичи изо всех сил старалась не издавать ни звука, пока шла по коридору. Войдя в свою комнату, Хината с облегчением вздохнула. День выдался насыщенным, и она была готова уснуть. Она решила принять душ утром перед уходом, поэтому Хьюга мгновенно оказался под одеялом. Пока она лежала под тёплым одеялом, предательское чувство тревожного спокойствия снова наполнило её сердце и разлилось в животе. Но на этот раз спокойствие, казалось, перевешивало тревогу. С каждым вздохом веки Хинаты становились всё тяжелее, а в костях и мышцах разливалось умиротворение. Той ночью Хината спала лучше, чем за последние две недели, а то и за последние два года. Едва солнце начало клониться к закату, в этой деревне, расположенной в лесу, воцарилась умиротворённая атмосфера, и жители стали расходиться по домам. Как и у куноичи с широко раскрытыми глазами, у жителей деревни был свой распорядок дня, который зависел от солнца. Поэтому, пока Хината дремала в лучах заходящего солнца, остальные последовали её примеру. Как ни странно, пока спящая девушка наслаждалась мирным сном, другой человек, находившийся неподалёку, впервые за много лет делал то же самое. На следующий день Хината проснулась отдохнувшей и готовой продолжить своё путешествие. Хотя, надо признать, она будет скучать по этому месту. Она запомнила его расположение, надеясь вернуться и посетить его в следующий раз, когда окажется поблизости. Куноичи, уже собравшаяся и готовая к выходу, перед уходом обязательно попрощалась с хозяйкой. Она нашла женщину на кухне, где та, похоже, готовила завтрак. Хината собиралась просто быстро попрощаться, но мисс Махо настояла на том, чтобы девушка как следует поела перед уходом. «Надеюсь, ты ещё вернёшься к нам, моя дорогая», — сказала женщина, пока Хината наслаждалась своим сытным завтраком. «Нечасто мы видим здесь таких женщин, как ты». Девушка, о которой идёт речь, нахмурила брови: «Что ты имеешь в виду?» Мисс Махо усмехнулась, глядя на свою младшую коллегу: «Я имею в виду ниндзя. В наши дни мы нечасто видим шиноби, а если и видим, то это в основном ветераны в отпуске. Все мужчины, и все ужасно скучные». Хината хихикнула, увидев раздражённое выражение лица хозяйки гостиницы, которая, очевидно, была не в восторге от обычных гостей, которых она принимала. Она улыбнулась девушке, сидевшей напротив, и сказала: «Приятно видеть, что такая сильная молодая женщина, как ты, время от времени заглядывает к нам.» При этих словах девушка покраснела. Хотя она и знала, что больше не является «слабой», ей было странно слышать, как кто-то называет её «сильной». Но она решила, что ей нравится, как это звучит. «Я обязательно вернусь сюда однажды», — пообещала она, повторяя доброе выражение лица женщины. Вскоре Хината закончила есть и попрощалась с мисс Махо. Но сначала она, конечно же, положила в рюкзак ещё один перекус — «в дорогу». «Береги себя, моя дорогая». Куноити улыбнулась и кивнула, после чего ушла. Мисс Махо проводила взглядом исчезающую девушку и вздохнула. Так редко встретишь столь воспитанную ниндзя. Старушка вынуждена была признать, что будет скучать по ней. Однако у неё не было времени горевать из-за незнакомца. Вернувшись к своим делам, мисс Махо заняла место за прилавком, и в этот момент на лестнице послышались шаги. Должно быть, это тот, другой, — предположила женщина. В конце концов, за последние несколько дней у неё было всего два гостя, и один из них только что съехал. — Вы хорошо спали, молодой человек? Молчаливый мужчина ничего не ответил, просто положил ключ от своей комнаты на стойку и вышел. Женщина поджала губы и фыркнула, когда за ним закрылась дверь. Да, — заключила она, — воспитанные гости — большая редкость. Небольшая передышка, похоже, придала Хинате сил, необходимых для продолжения пути. Как ни странно, ей даже стало немного легче засыпать! Хотя она по-прежнему не могла спокойно спать по ночам, бывшая наследница теперь могла хотя бы несколько часов поспать до восхода солнца. Единственным недостатком следующего этапа её путешествия была погода. Как она и предсказывала, сезон дождей начался вскоре после того, как она покинула деревню в лесу. Она была бесконечно благодарна грубому торговцу, который продал ей большой плащ, который теперь станет неотъемлемой частью её гардероба. Несмотря на дождь, Хината наслаждалась прогулкой. Казалось, она приближалась к окраине Конохи, хотя, честно говоря, она не была точно уверена, где находится. Чтобы полностью погрузиться в окружающую обстановку, девушка из клана Хьюга решила использовать свой бьякуган только в случае крайней необходимости. Так что да, без помощи её всевидящих глаз она немного путалась в направлениях. Однако она решила, что всё в порядке. Её поездка была связана не с пунктом назначения, а с самим путешествием. Прошло чуть больше трёх недель, прежде чем Хината решила, что пора снова остановиться, чтобы пополнить запасы и, что ещё важнее, поспать в кровати. Хотя она уже привыкла спать на лоне природы, бывшая наследница всё же предпочитала мягкий матрас. Деревня, в которой она оказалась на этот раз, сильно отличалась от предыдущей. Самым заметным отличием был её размер. Это место было примерно в десять раз больше крошечного поселения в лесу, и сотни людей с недружелюбной лёгкостью толкались друг с другом. Хотя в предыдущей деревне было довольно шумно, Хината едва могла расслышать собственные мысли, пробираясь сквозь толпу гражданских, шиноби, бродяг и членов королевской семьи, которые кричали друг на друга. И всё же, в то время как причудливая деревушка, которую она покинула несколько недель назад, ликовала от счастья, жители этого места, казалось, использовали в своей речи только ругательства. Не осмеливаясь спрашивать дорогу у кого-либо из страха, что эти проклятия обрушатся на её, куноичи незаметно использовала свои уникальные глаза, чтобы найти подходящее место для ночлега. После нескольких секунд поисков Хината заметила среди сотен людей, попадавших в поле её зрения, потрёпанного враждебного персонажа. К её большому разочарованию, оказалось, что это место находится довольно далеко от того места, где она сейчас стояла. Девушка ненадолго задумалась о том, чтобы перепрыгнуть через крыши, чтобы избежать толпы людей, стоявших между ней и местом назначения, но решила не привлекать к себе внимания. Чувствуя, как нарастает тревога по мере того, как люди продолжают суетиться вокруг неё, Хината задержала дыхание и начала пробираться сквозь толпу разгневанных горожан. Обычно девушка старалась рассмотреть деревню, пока шла по её улицам. Однако в этот раз она не могла этого сделать, не применив снова свой бякуган; и, честно говоря, ей потребовались все силы, чтобы не начать hyperventilate в тот момент. Куда бы она ни повернулась, все, что видела куноичи, были люди. В конце концов, она перестала пытаться разглядеть окружающее и продолжала смотреть в землю перед собой. Все, что ей нужно было делать, это продолжать идти прямо, и в конце концов она доберется до места назначения. Еще немного.. Она была уже почти на месте, когда знакомое и в то же время незнакомое чувство защекотало у неё за спиной. Хината нахмурила брови и невольно остановилась, не обращая внимания на людей, которые толкались вокруг неё и жаловались. Девушка подняла голову и огляделась, не понимая, что именно она ищет. Что бы это ни было, она не нашла того, что искала, среди множества лиц вокруг. Озадаченная, Хината опустила голову и продолжила свой путь. Наконец она добралась до неприглядного на вид заведения. Оно было зажато между двумя другими зданиями, но выглядело так, будто стояло там с самого начала, с его шатким крыльцом и покосившейся вывеской. Слегка поджав губы при виде места, где ей предстояло провести ночь, куноити с жемчужными глазами направилась к хлипкой двери. Однако она остановилась, заметив одно из зданий, примыкавших к гостинице. В животе Хинаты заурчало. Мне бы не помешало перекусить. Голодная путешественница зашла в кондитерскую и сразу почувствовала себя лучше, когда её обоняние усладил аромат свежеиспечённых сладостей. Просмотрев длинный список товаров, Хината остановилась на аппетитной булочке с корицей. Девушке пришлось сдерживать слюноотделение, пока она расплачивалась за перекус и выходила на улицу, чтобы присесть в менее людном месте. Весь стресс, накопившийся за долгий день, как рукой сняло, когда Хината откусила кусочек тёплого, липкого теста. Если и было что-то, что неизменно поднимало девушке из Хьюги настроение, так это десерт. Несмотря на суету вокруг, её снова охватило знакомое чувство умиротворения, которое она испытывала в прошлой деревне. Слава богу, что есть булочки с корицей. Наслаждаясь перекусом, Хината наблюдала за людьми, проходившими мимо кондитерской. Мимо медленно прошла пожилая женщина, опираясь на трость и ковыляя по улице. Куноичи увидела, как к женщине подошёл молодой человек, видимо, чтобы предложить помощь, но женщина лишь ударила его тростью по голени. Хината поморщилась, когда парень убежал от ворчливой старухи, которая, ухмыляясь, продолжила свой путь по грунтовой дороге. Отвернувшись от хитрой женщины, Хьюга увидела на другой стороне дороги пару, похожую на молодожёнов. Они делали покупки у одного из многочисленных торговцев, хихикали и улыбались, примеряя друг другу шляпы и украшения. Хината покраснела, когда пара нежно поцеловалась. После этого она отвернулась, чувствуя, что вторгается в их личное пространство. Хотя они были на публике, так что, наверное, это не было таким уж личным делом. Хината откусила ещё кусочек своего лакомства, когда мимо неё прошёл ещё один человек. Первое, что она заметила, — это его обувь, потому что теперь она смотрела в землю из-за того, что в нескольких метрах от неё проявляли свои чувства. Он был в простых чёрных сандалиях с выглядывающими тонкими пальцами и неторопливо шёл по улице. Подняв глаза, она заметила, что на нём был длинный чёрный плащ — немного более поношенный, чем её собственный. Однако в тот день дождь прекратился, и выглянуло яркое солнце, поэтому она не могла не задаться вопросом, почему он до сих пор носит эту штуку. Когда мужчина проходил мимо неё, Хината откусила ещё кусочек своего перекуса и чуть не подавилась, когда её взгляд наконец упал на его лицо. Саске?! Она лишь мельком увидела его, когда он проходил мимо, но была уверена, что это был Учиха. Желая убедиться, что ей не показалось, Хьюга бесшумно активировала свой бьякуган и резко вдохнула. Это был он, всё верно; но почему? Как? С момента их встречи в маленькой деревушке прошёл почти месяц. Как же так вышло, что он оказался здесь? Пока она пыталась разобраться в этом странном повороте судьбы, мужчина, о котором шла речь, внезапно остановился и повернул голову в сторону... Хинаты! Куноичи быстро отключила свой бьякуган и, запихнув в рот остатки перекуса, поспешила прочь, в противоположную от Саске и противника сторону. Её сердце билось со скоростью, казалось, миллион миль в час. Заметил ли он, что она за ним наблюдает? Она не стала бы списывать со счетов легендарного ниндзя, который мог бы такое почувствовать, но от этой мысли у неё по спине побежали мурашки. Хотя она предпочла бы это другой возможной причине: он следил за ней. Но ведь это не могло быть правдой, верно? Какой интерес мог быть у Саске Учихи к ней? Хината усмехнулась, задыхаясь от собственной паранойи. Конечно, он не следил за ней; это просто случайность. В конце концов, с чего бы такому человеку хотя бы взглянуть в её сторону? Она просто глупит. Хината заметила, что успела отойти довольно далеко от обветшалого здания и Саске (и вкусной кондитерской). Она обернулась и посмотрела в сторону старого здания — возможно, туда, где он всё ещё стоял. Хотя Хината была уверена, что это всего лишь игра её воображения, от одной мысли о возвращении к Учихам её сердце забилось сильнее, чем когда-либо. Она решила, что сон в кровати может подождать ещё немного. Итак, с припасами в руках и булочкой с корицей в желудке Хината покинула охваченную хаосом деревню. Прошла неделя, прежде чем Хината призналась себе, что ей следовало остаться в шумной деревне, когда у неё была такая возможность. Дождь лил не переставая уже несколько дней, и Хьюга с каждым днём чувствовал себя всё более уставшим. К счастью, в один особенно дождливый день она проходила мимо другой деревни. Эта деревня была примерно такой же большой, как и предыдущая, но не такой многолюдной — и не такой шумной. Несмотря на унылую погоду, жители встречали её улыбками, за что она была им бесконечно благодарна после своего последнего приключения в новом месте. На этот раз куноити чувствовала себя гораздо увереннее и спросила у проходившего мимо мужчины, как добраться до ближайшей гостиницы. Она с радостью узнала, что та находится совсем рядом. Чем скорее она окажется в тепле и сухости, тем лучше. Плотно запахнув плащ, Хината направилась в ту сторону, куда указывал мужчина. Дождь не прекращался уже несколько часов, поэтому без помощи бьякугана Хината едва могла разглядеть здания, мимо которых проходила. Через несколько минут Хюга наконец увидела вдалеке то, что, по всей видимости, было её целью. Желая поскорее оказаться в постели, девушка с жемчужными глазами в волнении ускорила шаг. Кровать, я иду! Как раз в тот момент, когда она с радостной улыбкой на лице подошла к гостинице, неведомая сила внезапно сбила её с ног. Не успела куноити осознать, что происходит, как её грубо прижали к кирпичной стене в ближайшем переулке. Рука сомкнулась на её горле, и она попыталась вдохнуть. Она открыла глаза, и все попытки отдышаться вылетели у неё из головы, когда она увидела устремлённые на неё красные глаза. «Чего ты хочешь?» — спросил Саске одновременно спокойным и сердитым тоном. Хината нахмурилась от страха: «Ч-что?» Обладатель шарингана сильнее прижал её к стене, явно недовольный её ответом. «Ты следила за мной. Зачем?» Хьюга моргнул, внезапно почувствовав скорее раздражение, чем страх. Он думал, что она следила за ним? Хината даже не знала, что он здесь, пока он так грубо не заявил о своём присутствии, и всё же он собирался обвинить её в таком? «Я не с-следую за тобой», — сказала она, инстинктивно защищаясь, несмотря на то, что самые смертоносные руки в Конахе сжимали её горло. «Я-я даже не знала, что ты з-з-здесь». Саске слегка выдохнул через нос, и она расценила это как недоверчивое фырканье. «Верно». Хината прекрасно понимала, насколько странно, что они оба снова оказались в одной деревне в одно и то же время; но она также знала, что это произошло не нарочно — по крайней мере, с её стороны. Она уже собиралась возразить, когда Учиха внезапно отпустил её, деактивировав шаринган. «Что ж, — сказал он, на этот раз более равнодушно, — ты, похоже, не представляешь особой угрозы. Так что, полагаю, я тебя не убью». Хината не знала почему, но она не испытывала благодарности за то, что он проявил к ней «милость». На самом деле каждое слово, слетавшее с его губ, раздражало робкую девушку. Как будто она и без того не злилась из-за его обвинений, от следующих слов бывшего преступника у Хинаты закипела кровь. «Полагаю, Наруто и Сакура отправили тебя проведать их старого друга», — сказал он, отвернувшись от девушки, очевидно, закончив свой импровизированный допрос. «Передай им, что я передавал привет». Хината снова не поняла почему, но мысль о том, что она была всего лишь подружкой его друзей, разозлила её сильнее, чем когда-либо за последние годы. Не обращая внимания на то, что он мог услышать её приближение за милю, куноичи подбежала к отступающему шиноби и встала перед ним, преградив ему путь — лишь теоретически, ведь он мог отодвинуть её, не напрягая ни единой мышцы. «Я здесь н-не ради тебя,» — заявила она с удивительной решимостью. «Думай что хочешь, но я обещаю, что ты — последнее, о чём я думаю». Если бы Хината не была так напугана тем, что только что нагрубила Саске Учихе, она бы гордилась собой за то, что почти не запиналась, произнося свою речь. Решив, что ей всё равно, как мужчина отреагирует на её небольшую вспышку гнева, Хината целеустремлённо прошла мимо Учихи и направилась к своей первоначальной цели. Выйдя из тёмного переулка и натянув капюшон на промокшую голову, Хьюга осознала, насколько глупыми были её действия. Он мог убить её в любой момент, мог лишить её дыхания одним лишь взглядом — а она только что отчитала его! От этой мысли она задрожала от страха и волнения. Куноичи добралась до гостиницы всего за мгновение и была вне себя от радости, когда вышла из-под холодного дождя в тёплое здание. Заплатив за номер, Хьюга поднялась к себе, очень расстроенная тем, что её веселье было прервано Саске. Как он посмел так с ней поступить из-за простого совпадения? Хотя она и была вынуждена признать, что это странно, тем не менее это не повод вести себя враждебно. Хината фыркнула, входя в свою комнату, чтобы лечь спать. Она так хотела свернуться калачиком под одеялом и спокойно выспаться, но теперь её переполнял гнев. Надеясь, что это немного успокоит её нервы, девушка решила принять долгий и приятный душ. Понежившись под струями воды, смывающими грязь и копоть, накопившиеся за несколько недель, проведённых в глуши, Хината почувствовала себя намного лучше. Наконец-то она расслабилась и укуталась в мягкие одеяла, устроившись поудобнее в тепле уютной постели. Девушка вздохнула и закрыла глаза, готовясь погрузиться в сон. Однако вместо черноты под закрытыми веками Хината увидела красное. Она резко открыла глаза и, активировав бьякуган, стала искать взглядом Учиху. Увидев, что рядом никого нет, Хьюга поняла, что это, должно быть, игра её воображения. Покраснев от смущения, несмотря на то, что никто не видел её паранойю, Хината снова закрыла глаза, и снова на неё уставились красные глаза. Сонная девушка со стоном перевернулась на живот и уткнулась лицом в пушистую подушку. Убирайся из моей головы! Хината изо всех сил старалась не думать об этих глазах, но безуспешно. В конце концов она поддалась сонливости и уснула. Но даже во сне она чувствовала на себе взгляд кроваво-красных глаз. Дождь не прекращался и на следующее утро, но Хината не собиралась из-за этого откладывать свой отъезд после быстрого завтрака. Встреча с Саске прошлой ночью выбила куноичи из колеи, поэтому она была готова ещё немного потерпеть дождь, лишь бы оказаться подальше от него. Хотя она даже не была уверена, что Учиха вообще остался в деревне той ночью, девушка не собиралась рисковать. Она хотела держаться от этого человека как можно дальше. Конечно, миру было всё равно, чего хочет Хината. Хьюга едва успела сделать два шага за пределы деревни, как почувствовала чьё-то присутствие позади себя. Рефлекторно она развернулась на каблуках, отпрыгнула на несколько метров и приняла боевую стойку. Напряжённая куноичи слегка расслабилась, поняв, кто её неожиданный гость. Она продолжала защищаться. «Тебе что-то нужно?» — спросила Хината, удивившись как едва скрываемому презрению в своём голосе, так и тому, что она не заикается. Если бы это был кто-то другой, вежливая девушка почувствовала бы себя виноватой, но, увидев едва заметную ухмылку на лице Саске, Хината мысленно пожалела, что не сказала чего-нибудь похуже. «Не совсем», — невозмутимо ответил Учиха, несмотря на то, что на его лице было написано веселье. «Я как раз уходил, и тут ты снова появляешься». Ее кровь вскипела от слов Саске, от его намека. Он обвинял ее в чем-то. Снова. Изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, Хината ответила, размеренно дыша: «Какое совпадение. Я делала то же самое». На этот раз невозмутимый мужчина напротив неё откровенно ухмыльнулся. «Совпадение», — повторил он, явно не поверив её словам. — Да, — внезапно выпалил Хината. — Совпадение. Повисла неловкая тишина, нарушаемая лишь шумом дождя, обрушившегося на двух враждебно настроенных ниндзя. Хината старалась не смотреть прямо перед собой, в то время как взгляд Саске был прикован к ней. На мгновение она задумалась, не совершила ли ошибку. Учиха только что угрожал ей смертью — что помешает ему отнять у неё жизнь? Как раз в тот момент, когда куноити собиралась осуществить свой план побега, Саске нарушил гробовую тишину безразличным бормотанием. «Если ты так говоришь, Хьюга.» С этими словами неуловимый шиноби исчез в мгновение ока. Хината быстро активировала свой бьякуган, но даже с помощью её всевидящих глаз его нигде не было видно. Оставшаяся в одиночестве ниндзя стряхнула с себя наваждение и снова почувствовала раздражение, бросившись в сторону, которая, как она могла предположить, была противоположной той, куда умчался молниеносный Учиха. Как он посмел обвинить её в том, что она следила за ним, дважды! Этот человек даже не знал её, но вёл себя так, будто догадался о её «истинных» намерениях. Или знал ли он её? Если ты так говоришь, Хьюга. Догадался ли Саске о её фамилии только из-за её необычных глаз или он узнал её с первой встречи? Хотя её природная скромность подсказывала, что это было обоснованное предположение со стороны бывшего шиноби Листа, Хината отчётливо чувствовала, что это не так. При этой мысли в её животе снова зародилось разочарование. Он знал, кто я такой, и просто игнорировал меня! Конечно, она знала, что бывший отступник, скорее всего, будет так же относиться ко всем, кроме своих товарищей по команде. Тем не менее Хината почувствовала себя оскорблённой. Раздражённая девушка фыркнула. Плохое настроение только усугублялось из-за суровой погоды, пока она бежала через лес. Она изо всех сил старалась успокоиться, зная, что не должна позволять таким вещам выводить себя из себя — зная, что она никогда раньше не позволяла таким вещам выводить себя из себя. Однако в течение дня бывшая наследница так и не смогла избавиться от раздражения. Продолжая своё одинокое путешествие, Хината внезапно кое-что поняла. Она никогда, ни разу за всю свою жизнь, по-настоящему не испытывала неприязни к кому-либо. Даже к таким, как Пейн и Обито, чуткая девушка не испытывала ненависти. Однако впервые милая девушка решила, что всё-таки кто-то ей не нравится. Итак, с новообретённой мотивацией избегать объекта своих негативных чувств любой ценой Хината продолжила свой путь. A/N: Ладно, я не ожидал, что это будет так долго, но ничего страшного. Сасукэ в доме, да-а-а-а. Я знаю, что темп этой главы немного странный, но это только потому, что она как бы подготавливает к тому, что будет дальше. В любом случае, я надеюсь, что вам понравилось, и я постараюсь (это ключевое слово) опубликовать следующую главу немного раньше. Спасибо, что читаете! 3 Отдельное спасибо рецензентам: hikari0605, SanctuaryoftheDead, Splaaash-attack, busi, MikanYuzu, Sadie321, , Luvhina и Zyllah! « Предыдущая Глава 2 из 9 Следующая » ОбзорОТКАЗ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ: я не являюсь владельцем «Наруто» или кого-либо из его персонажей. Глава 3 «Вижу, ты очень доволен собой; это было проще простого» Вас никто не просвещает, потому что вы можете видеть в темноте Внимание — рассказчики Последующие месяцы стали для своенравного Хьюги вихрем эмоций. С одной стороны, она чувствовала себя спокойнее, чем когда-либо прежде. Каждый день был новым приключением — непредсказуемым и захватывающим. Хината познакомилась с таким количеством людей, что уже не могла их всех запомнить, но все они произвели на неё неизгладимое впечатление. Как и милая мать с сыном, с которыми она столкнулась, когда остановилась у местной лавки с данго. Когда мальчик заметил широко раскрытые, сияющие глаза женщины, которая напротив него наслаждалась своим любимым лакомством, он не сводил с неё глаз, пока мать тихо не отругала его. «Ты же знаешь, что пялиться на незнакомцев невежливо, Юки!» Мальчик, конечно же, бессовестно проигнорировал мать. В конце концов любопытство взяло верх, и он с детским восторгом выпалил: «Откуда у тебя такие глаза?» Хината, которая всё это время была занята своим перекусом, сначала растерялась от вопроса. Однако ей потребовалось всего мгновение, чтобы понять, почему на лице ребёнка такое благоговейное выражение. Она просто улыбнулась мальчику, мать которого выглядела так, будто вот-вот взорвётся из-за наглости своего сына. «Что ты об этом думаешь?» — спросила Хината, не желая делиться мрачной правдой о родословной своей семьи с таким милым человеком. Её развитому разуму было достаточно сложно осмыслить жестокие и почти бесчеловечные действия, которые исходили из таких же глаз, как у неё. Как во внешнем мире, так и в её собственной семье эти глаза не приносили ничего, кроме боли, многим членам клана Хьюга, включая её саму. И всё же этот мальчик смотрел ей в глаза с волнением и любопытством. Этого было почти достаточно, чтобы она забыла о связанной с ними жестокости. Мальчик на мгновение поджал губы, напряжённо размышляя, а затем уверенно ответил: «Думаю, ты так долго смотрел на луну, что она попала тебе в глазные яблоки!» Хината моргнул. Это было что-то новенькое. Затем она рассмеялась — восхитительным, искренним смехом, которого она не слышала уже много лет. Это заставило мальчика и даже его раздражительную мать рассмеяться вместе с ней. После этого они почти не разговаривали, но мальчик специально помахал Хинате, когда они через некоторое время вышли из закусочной. Именно в такие моменты Хината испытывала надежду на то, что мир вокруг неё и люди, которые в нём живут, не пропадут. В мире, где когда-то было пролито столько крови из-за тех самых глаз, которыми восхищался этот маленький мальчик, была надежда. А потом появился он. Проклятие её существования и источник всех негативных эмоций в её жизни — Саске Учиха. Как будто их последней встречи было недостаточно, не прошло и нескольких недель, как она снова оказалась лицом к лицу с обладателем Шарингана. На этот раз по другую сторону реки. Она искала подходящее место, чтобы немного освежиться (насколько это было возможно посреди леса), когда услышала шум текущей воды неподалёку. Её улыбка облегчения вскоре сменилась раздражённым поджатием губ, когда она вышла из зарослей и увидела Саске на другом берегу реки, плещущегося в воде. В отличие от обычного состояния, Учиха не слышал, как она подошла, и встретил её с таким же раздражённым, хотя и немного удивлённым выражением лица. В тот момент у обоих в голове пронеслось множество мыслей: как они могли не заметить друг друга? Почему они снова оказались в одном и том же месте в одно и то же время? Каковы были их намерения? Сколько ещё раз это будет происходить? Они напряжённо смотрели друг на друга, оба были полны вопросов и раздражения, которое едва сдерживали. Ну, Хината точно не могла его сдерживать. Прежде чем кто-то из них успел нарушить молчание, куноичи развернулась на каблуках и направилась в противоположную сторону. Как только она скрылась из виду, Хината активировала свой Бьякуган и убедилась, что он не идёт за ней. Конечно же, она увидела, что он всё ещё на другом берегу реки и не собирается её преследовать. Слава богу… Именно в этот момент Хината наконец понял, что это проблема. Большая и очень странная проблема. Она точно знала, что делает это не нарочно, и, хотя она не знала наверняка, в чём дело, реакция Саске, похоже, говорила о том, что он тоже не нарочно. Так что же, чёрт возьми, происходило? Совпадений не бывает, и эта ситуация определённо перешла все границы — но что это значит? Почему этот мужчина появляется везде, куда бы она ни пошла? Разочарование смешивалось с любопытством, пока Хината пробиралась через лес, не зная, куда идёт, и не особо заботясь об этом. Она уже привыкла бесцельно бродить, так что сейчас это было естественно. Хотя неудивительно, если окажется, что все эти месяцы она ходила по кругу. Тем не менее Хината изо всех сил старалась не обращать внимания на Учиху и продолжала свой бесцельный путь. Хотя было бы намного проще, если бы она не оказывалась постоянно рядом с ним. Шли месяцы, и их пути расходились. Снова и снова, снова и снова. Они не всегда разговаривали; иногда они даже не смотрели друг на друга — просто знали, что другой рядом, и решали не обращать на него внимания. На самом деле стало довольно легко определять, когда они находятся в непосредственной близости друг от друга. Даже когда они использовали свои самые продвинутые дзюцу для маскировки чакры, им было слишком легко чувствовать друг друга среди деревьев. В других случаях Саске изо всех сил старался действовать Хинате на нервы. По крайней мере, ей так казалось. Она чувствовала, что он всё ещё не до конца уверен в её невиновности, и от этого у неё почему-то закипала кровь, но она никогда не теряла самообладания. Если не считать нескольких косых взглядов, можно сказать, что всегда такая послушная Хьюга неплохо держалась. Однако она не была уверена, как долго продержится её самообладание. Как бы они ни старались избегать друг друга, им каким-то образом всегда удавалось встретиться лицом к лицу. Конечно, бывали моменты, когда казалось, что их проклятие наконец-то снято. Когда прошло целых два месяца без каких-либо признаков их присутствия, Хината был уверен, что они наконец-то нашли выход из этого порочного и раздражающего замкнутого круга. Пока они снова не столкнулись — на этот раз в буквальном смысле. Хината наслаждалась горячей едой в шумном баре, когда к ней подошёл пьяный мужчина, который был уверен, что она — его давно потерянная жена. Он всё болтал и болтал, спрашивая, почему она его бросила, нашла ли она другого мужчину и где, чёрт возьми, его кот? Не найдя ответов на бессвязные вопросы мужчины, Хината быстро ушла, а он продолжил свою тираду. Однако, избежав нежелательного внимания одного мужчины, она оказалась под пристальным взглядом другого. Честно говоря, она не знала, что хуже. В спешке пытаясь выбраться из неловкой ситуации, Хината врезалась прямо в грудь единственного и неповторимого Саске. О, прекрасно… Как только девушка поняла, что произошло, её раздражение переключилось с пьяницы на черноглазого мужчину, который смотрел на неё сверху вниз. «Хьюга». Хината предпочла не отвечать, как это стало традицией в их последних встречах. Вместо этого она просто развернулась на каблуках и направилась к двери. Казалось, что после двухмесячного перерыва в общении с этим ниндзя-изгоем ей было довольно сложно справляться с его едва уловимой грубостью. Конечно, предыдущие домогательства тоже не способствовали улучшению её настроения. Оглядываясь назад, Хината не была уверена, действительно ли он был груб или просто постоянно выражал отвращение. Тем не менее в тот вечер она была не в настроении. Судя по всему, Учиха не заметил, что ей не хватает терпения, и на этот раз решил последовать за ней. Что он делает?.. Если и было что-то, на что она могла положиться во время их случайных встреч, так это то, что они всегда расходились в разные стороны. Однако, пока Хината шла по протоптанной тропе, она слышала позади себя его уверенные шаги. Бывшая наследница глубоко вздохнула. Эта её сторона, этот кипящий гнев были ей так незнакомы — и она не хотела поддаваться им. Она чувствовала себя так только в его присутствии. Даже в те дни, когда они не встречались взглядами, от одной мысли, что он рядом, у неё учащался пульс и сжимался желудок. Сдерживать эти чувства становилось всё труднее по мере того, как их пути продолжали пересекаться. Тем более что она могла поклясться, что иногда он, казалось, молча наслаждался происходящим. Каждый раз, когда она видела эту высокомерную ухмылку на его лице, ей приходилось прилагать все усилия, чтобы не стереть её. Однако от этой мысли ей стало не по себе. Ей не нравилось это чувство. На самом деле именно из-за таких чувств она и решила отправиться на эту «миссию»! Ещё один глубокий вдох. Ещё один шаг. Ещё один уверенный шаг позади. Когда он уже уедет?! Она не собиралась поддаваться на его уловки. Она не хотела оборачиваться. И тут её осенило. С непринуждённой грацией, которой, как она была уверена, у неё не было в Деревне Листа, Хината бросилась бежать со всех ног. Не прошло и мгновения, как она услышала, как её преследователь догоняет её, невольно раздражённо хмыкнув. Это вызвало у неё усмешку. Но вскоре она помрачнела, вспомнив, что он всё ещё следует за ней. Внезапно потеряв самообладание, Хината резко свернула налево, из-за чего Саске пришлось резко затормозить, чтобы не врезаться в неё. Она надеялась, что он поймёт намёк. Он этого не сделал. Или предпочли проигнорировать. Хината почувствовала, как в ней закипает гнев, когда она поняла, что он снова её догоняет. Решив, что с неё хватит, она приземлилась на землю и сжала кулаки. Она не обернулась, когда услышала, как он приземлился позади неё, всё ещё изо всех сил пытаясь потушить бушующий внутри неё огонь. Что он делал? Он что, намеренно пытался разозлить её? Зачем ему это вообще понадобилось? Разве он не должен был заниматься своими делами ниндзя-изгоя? Что, ради всего святого, ему могло понадобиться от неё? Наконец, потеряв терпение, Хината развернулась на каблуках, готовая наброситься на источник своего раздражения, но никого не увидела. Нахмурив брови, Хьюга активировала Бьякуган и, конечно же, увидела, что она одна. Из груди Хинаты вырвался невесёлый смешок. Как будто такое было возможно, но она разозлилась ещё сильнее! Он играл с ней. Он думал, что это смешно. Что ж, Хината перестал быть посмешищем. Сделав максимально спокойный вдох, на который была способна, куноити снова бросилась бежать. Саске был расстроен. На самом деле это было ещё мягко сказано. На самом деле не существовало слова, которое могло бы описать то, что чувствовал обычно невозмутимый Учиха в этот момент, паря среди деревьев. Почему он пошёл за ней? Потому что ему так захотелось. Вот почему. Почему ему так хотелось? Ну, именно поэтому он и был расстроен. Он не знал, почему ему захотелось выйти вслед за ней из этой ветхой лачуги. Возможно, дело было в том, что он снова был удивлён тем, как близко она оказалась. Проходя мимо, он почувствовал желание зайти в хижину, но даже тогда не понял почему. Саске почти не пил и никогда не искал общества. И всё же он вошёл в дверь. Он сразу же заметил пьяницу и по какой-то неизвестной ему в тот момент причине почувствовал ярость, наблюдая за тем, как мужчина пристаёт к женщине в баре. Обычно он просто не обращал на это внимания. Он мог не одобрять такие действия, но не был из тех, кто лезет не в своё дело. Однако, как только он понял, кто оказался во власти этого презренного существа, ноги Саске сами понесли его вперёд. Он не стал вмешиваться, хотя все его инстинкты кричали об обратном. Он просто наблюдал. Эта девушка была особенной, это точно. Он не знал, в чём именно заключалась её особенность, но она определённо была особенной. Несколько месяцев он невольно пересекался с ней и несколько месяцев ломал голову, пытаясь понять, почему это происходит. Сначала он был уверен, что её подослали из Деревни, чтобы следить за ним. Хотя он расстался со всеми в хороших отношениях (то есть со всеми, с кем он хотел быть в хороших отношениях), он знал, что Наруто упрямый как осёл. Так что было бы логично, если бы он отправил кого-то присматривать за ним время от времени. Хотя он и обещал этого не делать. Однако чем больше времени он проводил с этой девушкой, тем больше убеждался, что она не стремится поддерживать с ним отношения. Для Саске это было в новинку, но он не особо возражал. Он привык быть в центре внимания, хорошего или плохого. По понятным причинам его особенно тянуло к женщинам. В детстве это его ужасно раздражало. Он не хотел иметь ничего общего с привязанностями девушек или кого-либо ещё, если уж на то пошло. Все его мысли были заняты местью, насилием и болью. Это было мрачное время, и теперь он мог признаться в этом самому себе. В наши дни он смотрит на противоположный пол совсем иначе. Конечно, большую часть времени он по-прежнему предпочитает проводить в одиночестве, но даже неуловимый плут время от времени нуждается в компании. Конечно, ни одна из них не продлилась дольше одной ночи. Возможно, после окончания войны он стал немного более сговорчивым, но он всё равно оставался самим собой. На тот момент никто не был для него важнее этого. Единственные люди, которые были ему дороги, жили своей лучшей жизнью далеко от того места, где он сейчас находился, — и ему это нравилось. Так в чём же была её проблема? К сожалению, он потратил немало времени, размышляя над этим вопросом. Логично было бы предположить, что его просто привлекла эта девушка, но он почти сразу отбросил эту мысль. Не то чтобы она была непривлекательной — на самом деле она была великолепна. Если быть честным с самим собой, она была одной из самых красивых женщин, которых он когда-либо видел. Но он не был таким. Но когда он смотрел на неё, то чувствовал лишь раздражение. Она была загадкой, которую он не хотел разгадывать, но всё равно пытался. Это его бесило. Ему не нравилось быть неуверенным в себе — или в чём-то ещё, если уж на то пошло. Он привык быть уверенным во всём, что касалось его жизни. Что ж, — он остановился, вспомнив долгий период своей жизни, когда он был абсолютно уверен, что его брат — предатель. Может, и нет. Саске мысленно вздохнул, это так раздражало. Он уже собирался уходить, когда Хината наконец заметила его присутствие — после того как врезалась прямо в него. Если бы его не раздражало само её присутствие, выражение её лица после его полуприветствия могло бы показаться забавным. Но это длилось недолго. Через секунду Хьюга вышла за дверь, не сказав Саске ни слова. Это его разозлило. Он не знал точно, почему. Он предпочёл проигнорировать это. Ноги Саске словно сами по себе понесли его к двери. Он смотрел, как она идёт по тропинке слева от них, и было видно, что она злится. Её кулаки были слегка сжаты, плечи напряжены, а шаги были уверенными. Он на мгновение задумался, не злится ли она на себя за то, что позволила этому человеку так с ней обращаться. Он помнил, что в молодости она была довольно слабой, но с тех пор она явно стала сильнее. Любой опытный ниндзя может отличить сильного от слабого всего за одно короткое взаимодействие, а сейчас она была далеко не слабой. Так что, возможно, она корила себя за то, что позволила такому ничтожеству так себя унижать. Он не мог её винить — это было довольно неловко. С каждым шагом она, казалось, раздражалась всё больше и больше. Ему это казалось глупым. С каждым шагом она удалялась от здания всё дальше и дальше, разве это не должно было её успокоить? Именно тогда Саске понял, что идёт за ней. Он бы остановился, но был слишком горд для этого. Так что, возможно, она всё-таки не злилась из-за пьяницы. Саске ухмыльнулся. Он вдруг снова почувствовал себя ребёнком. Как будто он дразнил юного Наруто. Он ощутил знакомое чувство веселья, которое охватывало его всякий раз, когда шумный блондин кричал на него из-за… чего бы они ни спорили. Это само по себе было странно, подумал он. Он уже много лет не испытывал желания дразнить, и теперь ему было немного неловко. Тем не менее, наблюдая за тем, как её напряжённые плечи поднимаются и опускаются при каждом глубоком вдохе, Саске поймал себя на том, что ему нравится это небольшое взаимодействие. Он понял, что ему хочется увидеть выражение её лица в этот момент. Как будто нарочно протестуя против его мыслей, Хината внезапно бросилась бежать со всех ног. И снова наследница Хьюга застала Саске врасплох. Она часто так делала. Ему это не нравилось. Теперь, когда он и сам начал раздражаться, Саске с ворчанием последовал за ней. Ему потребовалась всего секунда, чтобы догнать её, и он с трудом сдержал смешок, вызванный её явным пренебрежением. И снова ему пришлось спросить себя: что он делает? Обычно он не терял времени даром и старался поскорее уйти от неё. Что же изменилось на этот раз? Внутренний голос подсказывал ему, что они не виделись несколько месяцев и, возможно, он наверстывает упущенное. Саске мысленно усмехнулся. Это было нелепо. Ему было скучно, вот и всё. Он привык к их случайным встречам, так что последние пару месяцев были просто скучными. В конце концов, многолетнее одиночное путешествие по лесам может наскучить. Да, — заключил Саске, — он просто выпускал пар, а она была лёгкой мишенью. Было очевидно, что тихая девочка не привыкла так сильно нервничать, поэтому до неё было легко добраться. Да, именно так. Его размышления прервал резкий поворот Хинаты налево, из-за чего он остановился как раз в тот момент, когда она пронеслась мимо него. Саске на мгновение зажмурился, вдыхая слабый аромат, который остался после неё. Как он мог этого не заметить? Разозлившись из-за собственной ошибки, Саске нахмурился и направился в её сторону. Она хотела его потерять? Ей придётся постараться. Он шёл за ней ещё несколько минут, всё ещё не понимая, что делает, но не желая сдаваться. Внезапно она остановилась. Саске приземлился в нескольких шагах позади неё и увидел, как она сжала кулаки и глубоко вздохнула. Именно тогда Саске охватило странное чувство. Оно не было ни незнакомым, ни привычным. Он почувствовал, как его раздражение сменилось каким-то спокойствием; эти две эмоции кружились у него в животе, сменяя друг друга, и ему чуть не стало плохо. Внезапно ему захотелось увидеть её лицо как можно меньше. Не успев даже подумать об этом, Саске со всех ног бросился в противоположную сторону. Тогда Саске Учиха принял решение: с Хинатой Хьюгой покончено. Он решил не зацикливаться на странных чувствах, которые не покидали его, и вместо этого сосредоточился на том, чтобы двигаться дальше. Последующие дни были одними из самых тяжёлых для Хинаты с тех пор, как он покинул Листовую деревню. С течением времени дни становились всё жарче, а ночи — всё холоднее, и этот пронизывающий холод пробирал её до костей. Из-за недостатка отдыха она чувствовала себя уставшей, и справиться с суровой погодой было практически невозможно. Кроме того, с момента последней остановки она не видела никаких признаков цивилизации, так что шансы на то, что она сможет хорошо выспаться, с каждым днём становились всё меньше. К счастью, у неё было достаточно еды, чтобы продержаться ещё какое-то время, но воды не хватало. Она на мгновение задумалась, не приближается ли она к границе Страны Ветра. Это объяснило бы недостаток влаги в воздухе, который стал очевиден, когда у неё начала заканчиваться вода. Прошло ещё несколько дней, и с каждым шагом тело Хинаты всё больше требовало передышки, горячей еды и воды. Утром у неё окончательно закончились деньги, и она уже чувствовала, как это сказывается на её организме. Зная, что не стоит играть со смертью, Хината собрала все силы, чтобы активировать свой Бьякуган (впервые за долгое время, так как она старалась экономить энергию). Она невольно ахнула, увидев небольшой коттедж в нескольких милях к северу от того места, где она стояла. Хината отбросила усталость и побежала так быстро, как только могли нести её ноги, молясь всем, кто её слышит, чтобы в нужном месте она нашла воду. Когда куноичи подошла к маленькому домику, ей стало ясно, что он действительно пуст. Хината постаралась не слишком расстраиваться из-за этого и шагнула на скрипучее крыльцо. Несмотря на свои предположения, бывшая наследница не могла не проявить вежливость и тихо постучала в дверь. «Алло?» Восприняв наступившую тишину как подтверждение, Хината с громким скрипом открыла дверь. Слегка поморщившись, она медленно оглядела новое помещение. Дом явно уже давно не был жилым. Здесь сохранились следы прежних владельцев, но казалось, что никто ничего не трогал годами. В углу, под окном, стояла маленькая кровать, на которой валялись рваные простыни. В противоположной части дома располагалась причудливая кухня; казалось, что в ней есть только самое необходимое, но Хинате этого было достаточно. Перестав осматривать заброшенное здание, измученная жаждой куноити бросилась к раковине и радостно вскрикнула, когда после поворота ручки из крана потекла вода. Конечно, это была не самая чистая вода, которую она когда-либо пробовала, но в тот момент она казалась божественной. Через несколько мгновений Хината с облегчением вздохнула, почувствовав, как вода смягчила сухость в горле. Почувствовав себя немного лучше, она продолжила осматривать свой крошечный оазис. На стене рядом с входной дверью висел пыльный камин, в котором, вероятно, за долгие годы простоя скопилось множество насекомых и сажи. Перед камином стоял диван, накрытый тканью. В остальном коттедж был довольно пустым. Кое-где валялись разбросанные бумаги, у стены стояла пустая рама для картины и даже несколько тарелок. Хината задумалась о том, почему такой необычный дом был так долго заброшен, но мысль о демонах и упырях, подобных тем, о которых рассказывала Ханаби, заставила её забыть об этом. Именно тогда тело Хинаты перестало быть незаметным: её веки начали опускаться, и она, шаркая ногами, побрела к дивану, застеленному тканью. Решив, что то, что лежит на диване, не может быть таким же отвратительным, как то, на чём она неделями лежала в лесу, Хината забралась под белую ткань и устроилась поудобнее. Она внезапно чихнула из-за поднявшейся вокруг неё пыли, но всё же смогла довольно улыбнуться, прежде чем провалиться в сон. Спустя неопределённое время Хината нерешительно открыла глаза. Несмотря на то, что она гораздо лучше отдохнула, чем раньше, чувствовала она себя намного хуже. Дни без сна, с малым количеством воды и еды и долгими переходами наконец дали о себе знать. Стооооооул Кстати, о том, что еды мало... К своему большому разочарованию, Хината доела свой последний паёк накануне. Она медленно потянулась, вставая с пыльного, но на удивление удобного дивана. Она взглянула на кухню и заметила два шкафчика над раковиной. Зная, что это бесполезно, но решив, что хуже не будет, Хината начала искать что-нибудь перекусить. Может быть, у вас остались крекеры или что-то в этом роде... У Хинаты отвисла челюсть, когда она открыла дверцы старого шкафа и увидела: «Еда!» Внутри на удивление чистого шкафа было несколько контейнеров с пайками, аккуратно сложенных друг на друга. Удивлённо моргнув, Хината, не раздумывая, схватила один из них и запихнула содержимое себе в рот. Съедая по два с половиной контейнера за раз, Хината позволила себе как следует растеряться. Это место должно было быть заброшенным, так кто же наполнил этот шкаф едой? Хьюга поджала губы и снова начала осматривать коттедж, на этот раз более тщательно. На первый взгляд дом действительно выглядел так, будто его давно забросили. Но при ближайшем рассмотрении Хьюга заметил небольшие признаки того, что здесь кто-то был не так давно. В некоторых местах дома было чуть меньше пыли (в том числе в шкафу с провизией и, при ближайшем рассмотрении, на потрёпанной кровати), в ящике прикроватной тумбочки лежала книга с закладкой, и, конечно же, там были еда и вода. У Хинаты бешено колотилось сердце при мысли о том, что её могут застать в чужом доме без разрешения, но в то же время не было похоже, что хозяева вернутся в ближайшее время. В конце концов, прошло уже несколько часов с тех пор, как она пришла, а никаких признаков чьего-либо присутствия не было. Куноичи на мгновение задумалась. С одной стороны, она незаконно проникла на чужую территорию и понятия не имела, что за человек живёт в этом доме и где он находится. С другой стороны, ей действительно не хотелось уходить. Хината застонал, представив, как он снова отправится в глушь без припасов и без понятия, где находится ближайшее поселение. Боль в ногах стала последним аргументом, заставившим её снова опуститься на уже не такой пыльный диван. Хинате было интересно, кто здесь живёт и где эти люди могут быть. Возможно, это была остановка для каких-то местных шиноби, но она была уверена, что в окрестностях в основном живут мирные жители, а лес пуст. Может быть, те, кто здесь жил, просто уехали не так давно, решив найти более подходящее место для жизни? Вопросы накапливались, а найти ответы на них было невозможно. Впрочем, она уже привыкла к таким загадкам. Хьюга зевнула. После того как Хината утолила голод, её энергия на короткое время иссякла, и она снова почувствовала, как её веки тяжелеют. Решив, что она рискнёт и останется в чужом доме, если это позволит ей поспать ещё несколько часов, Хината свернулась калачиком под грязной простынёй и снова уснула. Шли часы, воздух становился всё холоднее, а солнце скрывалось за горами. Саске плотнее закутался в плащ, стараясь сохранить как можно больше тепла, и прыгнул сквозь деревья. Он привык справляться с самыми суровыми погодными условиями, какие только можно себе представить, поэтому пронизывающий холод был для него не более чем досадной помехой. Однако нехватка еды была проблемой. К счастью, Саске уже неплохо ориентировался на территории, окружающей Страну Огня, поэтому он знал, куда идти. Большую часть последних нескольких лет он провёл, кружа вокруг своего бывшего дома. На самом деле он был почти уверен, что смог бы найти дорогу с закрытыми глазами, если бы решил, что оно того стоит. Или если бы ему было достаточно скучно. Он сделал мысленную пометку, что однажды стоит попробовать. Конечно, он заходил гораздо дальше, когда впервые покинул Листву в поисках искупления. Он бродил по пескам Страны Ветра, купался в водопадах Деревни Скрытого Водопада и даже однажды добрался до Черепашьего острова. Да, к этому моменту он повидал почти всё, что хотел, поэтому для него было вполне естественно стремиться ближе к родине. Хотя он по-прежнему чувствовал необходимость держаться подальше от своей деревни, это не означало, что она была ему безразлична. После войны стало намного спокойнее, но всё ещё оставались подонки, которые замышляли жалкие нападения на Скрытый Лист и его жителей. Поэтому Саске смирился с ролью молчаливого защитника своих друзей и их близких. Мало кто знал о его присутствии, хотя те, кто жил в округе, наверняка видели, как он летает между деревьями или время от времени наказывает какого-нибудь негодяя. Саске старался держаться подальше от местных жителей, но некоторые из них были чуть более любопытными (или назойливыми), чем другие. Самым любопытным из всех был обычный человек, который путешествовал вдоль границы Страны Огня. Ниндзя-изгой не слишком интересовался этим, но он догадался, что этот человек был своего рода странствующим писателем. Он ни разу не видел рыжеволосого без дневника в руках — тот останавливался, чтобы что-то записать, прежде чем продолжить путь. Судя по всему, этот человек на протяжении многих лет проявлял интерес к Учихам. Он не мог точно сказать, когда это произошло, но в какой-то момент мужчина начал преследовать его. Ну, насколько это было возможно. Очевидно, что выследить неуловимого преступника было непростой задачей даже для опытного шиноби, не говоря уже о обычном гражданине. Тем не менее Саске был удивлён, увидев, что мужчина действительно запомнил несколько его обычных маршрутов вдоль границы. Однажды ночью шиноби заметил подозрительную группу людей, направлявшихся в деревню на окраине Страны Огня. Зная, что не стоит ввязываться в драку, не разобравшись, во что он ввязывается, Саске остался в укрытии — ждал, наблюдал, зевал. Он уже был готов покинуть свой пост, решив, что от них больше шума, чем толку, когда заметил, как писатель крадётся между кустами внизу. Саске с трудом сдержал стон. Этот парень действительно не знает, когда нужно остановиться, да... Саске не нужно было использовать Шаринган, чтобы понять, что безобидная ситуация может легко стать не такой уж безобидной, если группа головорезов заметит слабого путника. С неохотой ниндзя-изгой спрыгнул со своего насеста и приземлился позади молодого человека. Рыжеволосая девушка резко обернулась, готовая вскрикнуть от удивления, но её быстро подняли в воздух. Так же быстро, как началось, всё закончилось. Странствующий писатель пошатнулся и прислонился к ближайшему дереву, широко раскрытыми глазами глядя на грозного мужчину перед собой. Он с трудом сглотнул. Саске чувствовал, как от этого человека волнами исходят страх и любопытство, но он уже привык к этому. «В ваших интересах было бы перестать следить за мной». Рыжеволосый снова сглотнул. Слова, которые, казалось, так легко слетали с его пера, теперь исчезли. Саске приподнял бровь. Что ж, у него был шанс высказаться. Не желая больше тратить время на «разговоры» с этим тощим мужиком, Учиха развернулся на каблуках. — П-подожди! Заинтересовавшись, Саске остановился и слегка повернул голову. Писатель откашлялся, готовясь сказать то, что хотел, то, что побудило его следовать за Саске до этого момента. «Ты ведь Саске Учиха… Верно?» Мужчина, о котором идёт речь, чуть не рассмеялся. И это всё? Какая пустая трата времени. Не найдя ничего забавного в этом обыденном вопросе, Саске сделал ещё один шаг вперёд. — Подожди, подожди! Мужчина поспешил вперёд и остановился, не дойдя до высокого человека, стоявшего перед ним. «Я... я хочу тебе помочь». Это привлекло внимание Саске. Этот человек хотел помочь ему? На этот раз Учиха рассмеялся. Лицо мужчины стало таким же седым, как его волосы, когда он понял, насколько нелепым должно было показаться его заявление легендарному шиноби. «Я серьёзно». Саске на мгновение задумался, оценив смущённое, но решительное выражение лица мужчины, и решил, что можно и согласиться. Он прекрасно понимал, что человек с таким статусом мало что может ему предложить, но этот странный писатель уже довольно давно пытался привлечь его внимание. В любом случае, Учиха надеялся, что, потакая прихотям этого человека, он положит конец его преследованиям. Он повернулся к рыжеволосому и кивнул, давая понять, что тот может продолжать. Словно получив пинок сзади, юный путешественник быстро проскочил мимо Саске и повёл его туда, куда они направлялись. Чёрные глаза изучали бегущего мимо молодого человека, который, казалось, точно знал, куда направляется. Несмотря на то, что он явно ориентировался в темноте, мужчина был заметно потрясён их встречей. Саске задавался вопросом, почему так происходит, помимо очевидных причин. Этот человек следил за ним уже несколько месяцев — либо с большого расстояния, либо, когда у него была возможность, прямо под носом у Учихи. Кроме того, этот человек, должно быть, уже давно планировал «помочь» Саске, так почему же он так нервничал? Мысль о ловушке пронеслась у него в голове, но он почти не обратил на неё внимания. Если этот слабак действительно думал, что сможет обмануть Саске Учиху, то, по крайней мере, он был не таким безвольным, как казалось. Либо так, либо он был полным идиотом. Однако Саске чувствовал, что дело не в этом, поэтому позволил мужчине увести себя в глубь леса. Через некоторое время Саске заметил вдалеке какое-то здание. «Это твоё?» Рыжеволосая девушка вздрогнула от его неожиданного замечания и быстро кивнула. Саске с любопытством разглядывал открывшуюся перед ним картину. Небольшой домик посреди леса, где ближайший признак цивилизации находился дальше, чем он мог бы добраться, — теперь нервозность молодого человека стала немного понятнее. Любой, кто живёт так далеко от общества, должен быть немного не в себе; и он предпочёл не обращать внимания на иронию этой мысли. Когда они подошли к небольшому зданию, Саске обратил внимание на его обветшалый вид. Он посмотрел налево, туда, где стоял рыжеволосый, и проследил за своей реакцией. Лицо мужчины снова покраснело, а может, оно и не переставало краснеть. «Я знаю, что это немного, но…» Он замялся и стал разглядывать свои ноги, как будто это была самая интересная пара ног, которую когда-либо видел мир. Саске не нужно было слышать остальное, чтобы понять. Молодой человек предоставил ему это место для отдыха, пока он путешествовал вдоль границы. Саске был уверен, что мужчина заметил, что у него нет припасов, ведь он следовал за ним последние несколько месяцев и, вероятно, видел, как тот ночует то тут, то там, на деревьях. Учиха не знал, что и думать. Конечно, это было не идеально. Дверь едва держалась, одно из окон было разбито и заменено подручными материалами, и, честно говоря, ему было немного не по себе от мысли о том, как всё выглядит внутри. И всё же он не решался отказаться от предложения. Саске снова посмотрел налево, туда, где стоял мужчина с покрасневшим лицом и всё ещё искал взглядом что-то, что придало бы ему уверенности. Он оглянулся на ветхий дом перед собой. Что угодно. Тихо напевая, Саске направился к коттеджу. Позади него послышался вздох, а затем быстрые шаги. Он последовал за шиноби внутрь. Разумеется, внутри всё было так же, как и снаружи. Из-за обилия пыли в комнате Саске едва мог дышать. Он задумался о том, как давно здесь кто-то жил. Словно прочитав его мысли, молодой человек заговорил, на этот раз с ноткой лёгкости в голосе: «Какое-то время это был дом моего отца», — начал он. «Он постоянно ходил туда-сюда через границу, доставляя припасы и еду в небольшие деревни», — можно было бы рассказать о его отце гораздо больше, и Саске мог бы это сделать, но юный писатель решил не продолжать эту тему. Саске понял. «Он часто останавливался здесь во время своих путешествий». Учиха слегка кивнул, оглядывая дом, с которым, он был уверен, у его хозяина связано много воспоминаний. «Я пользуюсь им время от времени, но предпочитаю палатку, так что…» И снова Саске всё понял. Были воспоминания, которые было слишком тяжело переживать. Он встретился взглядом с рыжеволосой девушкой, не потрудившись произнести ни слова. Вместо этого он просто кивнул и направился к двери. Если у молодого человека и были какие-то вопросы или опасения, он оставил их при себе, наблюдая за тем, как шиноби уходит. Если бы Саске обернулся, он бы увидел, как на лице рыжеволосого промелькнула улыбка облегчения. Учиха нечасто пользовался своим даром останавливать время, потому что ему нравилось спать под звёздами. Однако бывали дни, когда ему приходилось тяжелее, чем обычно, и в такие моменты ему было бы неплохо поспать в тёплом месте. Ему не потребовалось много времени, чтобы найти «заброшенный» дом, несмотря на его уединённое расположение. Он поразился тому, как хорошо дом вписался в окружающую обстановку. Увидев коттедж в первый раз, Саске удивился, как он мог столько раз проходить мимо него. Он был уверен, что во время своих путешествий он снова и снова проходил через этот лес, но ни разу не заметил этот крошечный домик. Он понял почему, когда в темноте различил очертания гниющих стен: это место простояло здесь так долго, что слилось с окружающей средой. Стены и крыша покрылись мхом, а между сломанными ступенями крыльца проросли сорняки, словно заявляя права на эту территорию. Окружающие дом деревья склонялись прямо к нему, что ещё больше маскировало его, но в то же время представляло опасность. Даже при дневном свете Учиха знал, что любому опытному шиноби будет сложно заметить это здание. На его лице появилась лёгкая усмешка, когда он со скрипом поднимался по ступенькам. Знал ли молодой человек об этом или нет, но в глазах шиноби он поступил хорошо. ... А может, и нет. A/N: ... :) ладно, ладно, я знаю, знаю, но послушай, жизнь — это то ещё дерьмо, ясно? но на самом деле...большое спасибо всем, кто дочитал эту историю до конца и продолжал поддерживать/доставать меня всё это время. я так благодарна и в то же время так сожалею, что на это ушло так много времени! Я люблю вас, ребята, и мне нравится эта история, поэтому я надеюсь, что вы продолжите читать дальше~ (но будьте осторожны: это путешествие, скорее всего, будет чертовски долгим) Надеюсь, вам понравилась эта глава. До скорой встречи 3 -Кэссиди Следующая песня: Strangers — Лэнгхорн Слим « Первый « Предыдущий Глава 3 из 9 Следующий » Глава 4 — А что насчёт дьявола в тебе? Ты собираешься его обрезать? «Незнакомцы» — Лэнгхорн Слим и The Law А может, и нет. Как только Саске открыл дверь, он почувствовал чьё-то присутствие. Сначала он подумал, что это, возможно, молодой человек, которому принадлежит это место, и он всё ещё занимается уборкой. Однако эта мысль исчезла, как только он сделал вдох. Странная смесь запахов пота и лаванды, к которой он привык за последние несколько месяцев, наполняла воздух в доме. Она была здесь. Из всех мест эта девушка оказалась здесь. Если бы он мыслил здраво, то, вероятно, понял бы, что у неё гораздо больше шансов найти такое место, чем у любого обычного шиноби, благодаря её всевидящим глазам. Но он мыслил не здраво. Вместо этого он был убеждён, что мир намеренно его мучает. Возможно, это было кармическое возмездие за все его прошлые преступления? Он на мгновение задумался, не показал ли рыжеволосый ей дорогу к этому месту. Что, если это был его план? Что, если он был причиной всех этих нежелательных совпадений? Саске вдруг захотелось ударить себя ладонью по лицу. Он вёл себя глупо. Не мог такой парень стоять за чередой странных и, по всей видимости, неизбежных событий. Кто-то должен был быть, и он собирался найти его и показать, насколько сильно он сейчас раздражён. Он ещё не успел взглянуть на неё. Стоя в дверном проёме, он чувствовал, как её запах щекочет ему ноздри вместе с частицами пыли. Он был уверен, что она спит, иначе она бы уже заметила его присутствие. Саске взвешивал все варианты. С одной стороны, ему отчаянно нужны были припасы. Он проделал весь этот путь до этого уединённого места с единственной целью, и урчание в животе не давало ему забыть об этом. Он тоже отчаянно не хотел её будить. Саске нахмурился, глядя в темноту. Это было так неприятно. Урчание в животе заставило его сделать ещё один шаг в сторону дома, стараясь ступать как можно тише. Конечно, полы всё равно скрипели при каждом лёгком движении. Чёрные глаза метались по комнате, пока он не заметил ногу, свисающую с дивана. К счастью, она, похоже, ещё крепко спала. Саске продолжил свою миссию. С каждым шагом он задерживал дыхание, стараясь не наступить на осколок давно забытого разбитого окна. Он на мгновение замолчал. С чего это он вдруг так разнервничался? Конечно, было бы неприятно объяснять девушке всю эту ситуацию, особенно когда она будет полусонной, что только усугубило бы ситуацию. Тем не менее Саске искренне боялся того момента, когда она застанет его за крадущимся по его собственному убежищу. Хоть убей, он не мог понять почему. Этот Хьюга не мог сделать ничего такого, что оказало бы на него долгосрочное влияние; на самом деле в этот момент он был в выигрыше. Эта мысль заставила его снова взглянуть на диван, где она спала, совершенно беззащитная. Надо признать, что даже в самые тяжёлые времена у Саске не было желания причинять боль невинному человеку, если только это не приносило ему какой-то выгоды. Так что ей ничего не угрожало. И всё же он не мог не думать о такой возможности. В какой-то момент ноги сами понесли его в другой конец комнаты. Саске наблюдал за мирно спящей Хинатой. Ему стало не по себе, когда он остановился и задумался о том, кто он такой. Он не мог заставить себя отвести взгляд. Он был очарован. Она выглядела не особенно хорошо по любым меркам. Её лицо и руки были в грязи и царапинах, волосы спутались и, скорее всего, давно не мылись. Даже во сне Саске видел большие мешки под её глазами из-за недостатка сна. Это объясняло, почему она до сих пор не проснулась от его присутствия. Да, девушка выглядела ужасно, это точно. Так почему же он всё ещё смотрел на неё? Возможно, это было связано с тем, что раньше у него не было возможности изучить её, ведь они почти не разговаривали и часто поспешно уходили. В глубине души Саске понимал, что всё не так просто, но он был упрямым, поэтому эта мысль так и осталась невысказанной, когда он оторвал взгляд от спящей куноити. С чуть меньшей осторожностью Саске направился к шкафу. Он был весьма раздосадован, обнаружив, что там осталось только около половины его обычного рациона. И действительно, он заметил остальное у раковины, совершенно пустое и вычищенное. По крайней мере, у нее есть кое-какие манеры, проворчал он про себя. Хотя он был весьма удивлен, что она смогла съесть так много; как долго она вообще там пробыла? Не имея другого выбора, Саске схватил оставшиеся контейнеры и сунул их в сумку. Обычно он оставался на ночь и был немного раздосадован тем, что не сможет как следует выспаться. Эта пыльная старая кровать оказалась удобнее, чем выглядела. Он оглянулся на спящую женщину и на мгновение задумался, почему она выбрала именно диван. «Проснётся с болью в шее», — подумал он. Поделом ей за то, что она ела его еду. Наполнив флягу, Саске направился к двери. Но почему-то на каждом шагу он задерживал дыхание. Только тихо закрыв дверь, он смог облегчённо вздохнуть. Одним быстрым прыжком он спустился с крыльца и направился через тёмный лес. К сожалению, чувство тревоги не покидало меня. Саске знал, что для этого была какая-то причина. В последнее время он не был склонен сильно беспокоиться, так что это было раздражающим дополнением к и без того мрачной ночи. Он решил, что не хочет сейчас об этом думать. Вместо этого он нашёл крепкую ветку и принялся за свой ужин. Хотя он был очень благодарен молодому писателю за то, что тот вообще оставил еду, Учиха вынужден был признать, что она была довольно ужасной. Тем не менее он с удовольствием поглощал пережаренную еду, изо всех сил стараясь не замечать растущую тревогу в груди. Шли дни, и ниндзя-изгой чувствовал, как нарастает его тревога. Он изо всех сил старался не думать об этом, решив, что просто не будет давать волю тревожным мыслям. Конечно, это не совсем так работает. В конце концов ему пришлось признать, что от этой проблемы так просто не избавиться. Поэтому он решил полностью от неё избавиться. Кроме того, это не совсем так работает. Однако Учиха так просто не сдаётся. Он делал всё, что мог придумать: бегал, тренировался, плавал и даже ввязывался в драки с любым подходящим человеком, которого мог найти. Но ни один из них не стоил потраченного времени. Он едва успевал оставить синяк, как они либо убегали с криками, либо теряли сознание. Тем не менее он не мог избавиться от комка нервов, который поселился у него в груди с той ночи. Тем не менее он не стал долго размышлять над этим. Он быстро пришёл к выводу, что любое копание в этой ситуации только усугубит её, как сыпь, которая пройдёт, только если перестать её чесать. Поэтому он изо всех сил старался занять себя чем-то другим. Так продолжалось до тех пор, пока снова не всплыло то, что он пытался выбросить из головы. На этот раз она тоже его не заметила, за что он был одновременно благодарен и раздосадован. В большинстве случаев она могла почувствовать его присутствие даже за несколько километров, но в некоторые дни, когда из-за дождя лес казался туманным, он мог оставаться незамеченным, пока она не решала использовать свой Бьякуган. Он не особо старался не попадаться ей на глаза. Саске занимался своими делами, пытаясь найти, чем бы себя занять, когда заметил её стремительную фигуру в нескольких метрах впереди. Как и в предыдущие разы, когда он оказывался в такой ситуации, ноги Учихи сами понесли его вперёд. Он держался на достаточном расстоянии, чтобы не попадаться ей на глаза, и наблюдал, как она грациозно перепрыгивает с ветки на ветку. Он заметил, что она скорее отталкивается от каждой ветки, когда передвигается по деревьям, чем использует инерцию, чтобы долго парить в воздухе. Он ненадолго задумался, почему так происходит. Затем он задумался о том, что делает. Снова. Он заставил себя резко затормозить и смотрел, как её фигура исчезает под дождём. Ему хотелось ударить себя, но он передумал. Теперь ему это надоело. Никогда в жизни он не поддавался влиянию других людей. Ну, не совсем. Конечно, в детстве из-за своего гнева он становился лёгкой мишенью для тех, у кого были дурные намерения. Но Саске не мог сказать, что не осознавал, что делает в тот момент. Ему просто было всё равно — он был настолько охвачен яростью и обидой, что быть хорошим человеком было для него наименьшей из забот. Время шло, но он оставался в сознании. Орочимару, конечно, отдавал ему приказы, но юный Учиха делал только то, что считал необходимым. Он никогда не убивал людей, которых ему бросали для тренировки, а лишь делал так, чтобы они не могли сражаться. Он всегда следил за тем, чтобы знать, на кого именно он работает, хотят они этого или нет. Единственные моменты, когда ему приходилось бороться за самообладание, были связаны с проклятой меткой. Но даже в таких случаях ему не требовалось много времени, чтобы прийти в себя. Возможно, Саске сожалел о многих моментах своего прошлого, но он мог с уверенностью сказать, что все его действия были его собственными. Итак, что же он делал? Каждый раз, когда он видел её, в голове у него словно становилось пусто, как будто он не видел ничего, кроме неё. Когда она была рядом, его тело двигалось само по себе, как будто её притягивала какая-то сила. «Может быть, она использует какое-то магнитное дзюцу», — подумал он. Независимо от того, почему это происходило, Саске был готов к тому, что это закончится. Он на мгновение отвлёкся от своих мыслей, когда ком в его груди, казалось, увеличился втрое, из-за чего у него перехватило дыхание. Саске сосредоточился на своём дыхании и прислонился к дереву, чтобы хоть как-то опереться. Теперь ситуация выходила из-под контроля. Саске разочарованно вздохнул и провёл рукой по волосам, всё ещё не в силах отдышаться. Он не хотел этого делать, но становилось очевидно, что у него нет другого выбора. Учиха огляделся по сторонам и быстро вспомнил, в какую сторону ему нужно идти, чтобы добраться до нужного места. Прыгая через деревья, Саске сосредоточился на каждом вдохе. Он никогда не думал, что ему придётся прибегнуть к таким мерам, но впервые за много лет ниндзя-изгой оказался в затруднительном положении. Поэтому, хоть это и шло вразрез с его принципами, Саске решил, что пришло время положиться на кого-то другого. Лучше бы я об этом не жалел, — проворчал он про себя. Но когда я о чём-то не жалею? Хината чувствовал себя довольно странно. Всё началось с того, что она проснулась в «заброшенном» доме. Ночь только начиналась, но Хината проснулась в ужасе. Она сразу почувствовала, что что-то не так. Поддавшись рефлексу, она активировала свой Бьякуган и просканировала местность. К её удивлению, она была совершенно одна — на многие мили вокруг не было ни души. И всё же она была уверена, что что-то не так. Стойкий запах, изменение в воздухе и внутреннее ощущение подсказали ей, что она пробыла одна недолго. Решив не ждать возвращения того, кто был здесь, Хината поспешила собрать свои вещи. Она была удивлена (и весьма разочарована), обнаружив, что все припасы, которые она оставила прошлой ночью, исчезли. У неё внутри всё оборвалось. Значит, кто-то точно заходил в дом, пока она спала. Не теряя ни секунды, Хината выбежала за дверь. Пока куноичи удалялась от уже не такого уютного домика, её мысли бешено скакали. Кто там был? Почему они не причинили ей вреда и даже не забрали её вещи? Заметили ли они, что она там была? Если это был такой же ниндзя, то наверняка заметили. Интуиция подсказывала ей, что это действительно был шиноби — тем более что они брали только пайки. Хината широко раскрыла глаза: неужели это их пайки? Она внезапно остановилась, осознав это. Всё сходилось: в конце концов, обычный гражданский не смог бы даже найти этот уединённый дом, так что тот, кто это был, должен был знать, где искать. От этой мысли её щёки залились румянцем, как будто её поймали с поличным. Впрочем, они не могли сильно разозлиться на неё за вторжение, ведь они просто дали ей поспать. Хината схватилась за голову, мысли в ней путались. Это было слишком близко. Сделав глубокий вдох, куноити продолжила свой путь, испытывая лёгкое беспокойство, хотя и пыталась убедить себя, что для этого нет никаких причин. Ну, до недавнего времени. Несколько дней шёл сильный дождь, и ей всё ещё не удавалось найти подходящее место для отдыха. Она низко надвинула капюшон и шла так быстро, как только могла, в темноте. Она внезапно почувствовала непреодолимое желание использовать свой Бьякуган. К сожалению, она только что потратила немало чакры на поиски цивилизации. Хината замедлила шаг, решив поберечь энергию и попытаться оценить обстановку. За последние месяцы она научилась доверять своей интуиции в таких ситуациях, поэтому невозможность сделать это в тот момент бесконечно раздражала её. Используя инерцию ветвей под собой, Хината прыгала с дерева на дерево, полагаясь на свой слух, пока вокруг неё лил дождь. Она едва могла расслышать собственные шаги, поэтому неудивительно, что она не заметила никого, кто мог бы её преследовать. И всё же у неё скрутило живот, а веки слегка дёрнулись в ответ на её неистовое желание просто увидеть. Прошло несколько минут, и она продолжила свой путь, выжидая, пока не сможет хоть что-то разглядеть вокруг. Наконец, после долгих мучительных мгновений, она почувствовала знакомую волну, когда активировался её предел крови, хотя она и ощущала напряжение из-за истощения чакры и общей энергии. Она остановилась как вкопанная и огляделась по сторонам, уверенная, что где-то поблизости кто-то есть. Однако, сколько бы она ни смотрела по сторонам, на многие мили вокруг не было ничего, кроме деревьев и дождя. Из-за погоды даже животных, которые обычно здесь водятся, нигде не было видно. Хината протёрла глаза, и напряжение в них спало. Должно быть, она всё-таки сходит с ума. Хотя она на самом деле в это не верила. Как бы она ни старалась не думать об этом человеке, мысль о том, что Саске всегда где-то рядом, не давала ей покоя с того самого дня. Она постоянно оглядывалась по сторонам, выбирала странные маршруты и изо всех сил старалась держаться подальше от людей. Куноичи чувствовала, как паранойя и усталость сказываются на каждом её шаге, но она не хотела останавливаться ни на секунду. Если бы она остановилась, чтобы перевести дух, Хьюга, возможно, заметил бы, что с каждым днём, когда она игнорирует собственные потребности, в её венах всё сильнее бурлит безумие. Из-за недостатка сна она не могла адекватно оценивать происходящее вокруг и вздрагивала от каждой белки и каждого пролетающего мимо листа, продолжая идти вперёд. Возможно, если бы она остановилась на минутку, чтобы перевести дух, то заметила бы источник своего нервного напряжения, который крался за деревьями. Однако из-за недостатка сна её чувства были обострены. Она едва ощущала, как её ноги касаются земли, не говоря уже о том, чтобы чувствовать Учиху, который держался на почтительном расстоянии в темноте. Хината продолжала идти, но начала понимать, насколько безрассудно она поступает. В основном из-за того, что у неё кружилась голова и она спотыкалась о ветки и камешки, замедляя шаг. Она чувствовала, как туман в её голове затмевает все рациональные мысли и чувства. Она могла думать только о том, каким тяжёлым было её тело — с каких это пор гравитация стала такой сильной? Хината прислонилась к дереву, прижавшись лицом к грубой коре. Ну, она думала, что это дерево. В таком состоянии она могла бы обниматься с драконом и не заметить разницы. Тем не менее, несмотря на заторможенную походку и помутнённый разум, она отчётливо услышала хруст ветки позади себя. Она не обернулась — то ли потому, что у неё не было сил, то ли потому, что не доверяла себе. Хината знала, кто стоит у неё за спиной. Даже в таком ослабленном состоянии она чувствовала его запах, когда он был так близко. От него пахло потом. Её затошнило. Хината почувствовала, как у неё в животе всё перевернулось, когда она услышала его приближение, но так и не сдвинулась с места. С каждым шагом желание блевануть становилось всё сильнее, но дело было не только в этом. Обычно приветливая куноичи чувствовала, как внутри неё бурлит тьма. Она была горячей, злой и требовала свободы. Она смутно узнавала это чувство. Она испытывала нечто подобное перед тем, как покинуть Коноху, всякий раз, когда смотрела на Сакуру, держащую Наруто за руку. В тот момент внутри неё поднималась тьма, от которой она физически отшатывалась. Хината сразу же подавила это чувство, не позволяя себе углубляться в него. Вскоре она ушла, думая, что оставила тьму позади. Она начала понимать, что это не так. Теперь он был почти вплотную позади неё. Она дрожала. Из-за того, что её мышцы ослабли, или из-за холода в ночном воздухе? Боже, как же она хотела, чтобы так и было. Но она знала, что это не так. Хината словно в замедленной съёмке почувствовала, как чья-то рука поднимается у неё за спиной и опускается на плечо гораздо мягче, чем она ожидала. Однако у Хьюги не было времени размышлять об этом. Как только его рука коснулась её плеча, внутри неё словно распахнулись врата. Хината почувствовала, как тьма рассеялась, когда она развернулась на каблуках и замахнулась правой рукой, услышав громкий хлопок, когда та ударила Саске по щеке. Хината моргнула, словно осознав, что натворила, только постфактум. Так оно и было: ярость, которую она испытывала в тот момент, действительно ослепляла. Учиха выглядел удивлённым как никогда — возможно, даже более удивлённым, чем кто-либо другой. Хината невольно ухмыльнулась, увидев выражение его лица, и из её горла вырвался смешок. «И вот что ты получаешь за то, что ведёшь себя как подонок», — похвастался Хьюга, слегка запинаясь. Она расхохоталась, забыв, что только что дала пощёчину самому опасному человеку из всех, кого она знала. Ярость Хинаты, которую вскоре сменило головокружение, внезапно начала утихать, и она на мгновение осознала, что её тело вот-вот сдастся. Она подняла глаза, увидела всё ещё удивлённое выражение лица Саске и снова рассмеялась. Она подняла палец к его лицу и сделала то, что удивило ниндзя-изгоя даже больше, чем пощёчина. «Буп», — пробормотала Хината, постучав указательным пальцем по кончику носа Саске. Он заметно вздрогнул, но у него не было времени размышлять о странном жесте, потому что через секунду он уже подхватывал Хинату, потерявшую сознание от усталости. Саске посмотрел на девушку, которая неловко прислонилась к нему, пытаясь решить, на чём сосредоточиться: на жгучей боли на его лице или на девушке без сознания, из-за которой эта боль возникла. Вздохнув, Учиха закатил глаза и поудобнее устроил Хинату на руках. «Какая неприятность». « Первый « Предыдущий Глава 4 из 9 Следующий »Глава 5 «Если я возьму его в руки, зная, что он сломан, положу ли я его обратно?» Или мне отправиться в одинокое путешествие и отпустить тебя? Humility (при участии Джорджа Бенсона) — Gorillaz Действительно, неприятность. Саске в миллионный раз поправил спящего Хьюгу у себя на плече. Он часто забывал о своём недостатке — левой руке, которую потерял в последней битве с Наруто. Большую часть времени он почти не вспоминал об этом. Но сегодня он мог думать только об этой проклятой руке. Он действительно не ожидал такого. Когда он подошёл к Хинате, то в кои-то веки имел только чистые намерения. Девушка прошла мимо него, даже не заметив, что он сидел на ветке, занимаясь своими делами, всего в нескольких метрах от неё. Впрочем, он не слишком удивился её поведению, когда присмотрелся: девушка явно не ела несколько дней. В последний раз он видел Хьюгу больше недели назад. Тогда он шёл за ней под дождём, сам не зная, чего надеется добиться, кроме как почувствовать себя настоящим преследователем. Саске быстро передумал — это был один из многих нехарактерных для него поступков в последнее время — и повернул назад. Тем не менее в тот дождливый день Хината не выглядела такой измождённой. Затем он вспомнил о пайках, которые взял в убежище. Внезапно его пронзила боль — чувство вины, — но он изо всех сил подавил его и медленно последовал за ней сквозь деревья. Честно говоря, Саске не знал, что делать. Ей явно нужна была помощь, но примет ли она её? В своём ли она уме? Она начала замедляться и едва оторвала ноги от земли, чтобы опереться о дерево. Ноги несли его вперёд, и он чувствовал, как поднимается его рука, хотя не помнил, чтобы приказывал ей это сделать. Это тоже стало неприятной тенденцией. Саске был настолько поглощён собственными действиями, что даже не заметил движения Хьюги, пока тот не ударил его по лицу — в буквальном смысле. Этот негодяй получал удары от нескольких человек разными способами. На самом деле он гордился своей богатой боевой историей. За всю свою жизнь Саске ни разу не был застигнут врасплох. Ни разу противник не смог задеть его за живое одним ударом. Даже Наруто никогда не бил его с такой силой. Саске в немом изумлении наблюдал за тем, как Хината сходит с ума прямо у него на глазах, хихикая и бормоча какую-то бессмыслицу, которую он даже не пытался понять. Он почувствовал жжение на щеке. Оно не было особенно болезненным, но всё равно ощущалось как ожог третьей степени. «Буп». Саске вздрогнул, сам того не желая; снова?! Дважды, дважды подряд эта девушка поразила его до глубины души. Неужели она действительно поразила его? Он почувствовал, как у него защипало в носу — ему захотелось чихнуть. Затем, к третьему удивлению, куноити полностью потеряла сознание. И снова его тело отреагировало без раздумий и подхватило её, прежде чем она успела упасть на землю. Саске моргнул. Он посмотрел на девушку, которая неуклюже прислонилась к нему и была без сознания. …Что только что произошло? Он всё ещё задавался этим вопросом, когда несколько часов спустя нёс Хинату через лес обратно в своё убежище. К счастью, в своём бреду девушка не ушла далеко от здания; похоже, она уже несколько дней ходила кругами. Тем не менее Саске был раздражён. На самом деле он едва знал эту девушку. Конечно, формально они выросли вместе, но ни один из них никогда не обращал внимания на существование другого за пределами академии. Что ж, Учиха действительно замечал её несколько раз, но это было мимоходом. В конце концов, когда все остальные девушки постоянно увивались за ним в юности, было бы трудно не заметить ту, которая этого не делала. Надо признать, что в Деревне Листа Саске испытывал молчаливое уважение к этой девушке. Для разнообразия было приятно, что кто-то не обращает на тебя внимания. И всё же они были здесь, ближе, чем когда-либо прежде, и всё такими же чужими друг другу. Саске поймал себя на том, что вспоминает последние несколько месяцев и задаётся вопросом, как, чёрт возьми, он оказался в такой ситуации. Очевидно, она не следила за ним, как он предполагал ранее. На самом деле казалось, что она изо всех сил старается держаться подальше от него. Он не мог её винить, ведь он сам поступал так же. В основном. Учиха снова задумался о том, что происходит. Почему так чертовски сложно просто держаться подальше? Он нахмурился, чувствуя, как у него начинает болеть голова. Вдобавок ко всему его щека всё ещё горела. Он решил, что она, должно быть, вложила в эту пощёчину какую-то чакру. Иначе он бы не чувствовал этого до сих пор. Но хватит ли у неё чакры для этого в её нынешнем состоянии?.. Саске покачал головой, отгоняя от себя эту мысль. Другого объяснения не было. Он посмотрел на спящую девушку, которую держал на руках. Она выглядела ещё хуже, чем в прошлый раз, когда он её видел. Мешки под её глазами стали ещё заметнее, а кожа приобрела болезненно-бледный оттенок. На лбу у неё выступили капельки пота. Он проигнорировал укол беспокойства, который пронзил его, даже не понимая, что это было, и сосредоточился на своём пути. Он ускорил шаг, но не заметил этого. Или решил не обращать внимания. Вскоре Саске увидел сквозь листву то, к чему стремился. Он также заметил чьё-то присутствие и в кои-то веки с облегчением увидел рыжие волосы впереди себя. «Эй». Рыжеволосый парень подпрыгнул и резко обернулся, широко раскрыв глаза. Можно было подумать, что он увидел самого Ками, потому что лицо молодого человека озарила улыбка: «Саске!» Улыбка померкла на его лице, когда он увидел болезненную на вид девушку, которую нёс этот негодяй. «К-кто это?» «Ты принёс ещё припасов?» — спросил Саске, проигнорировав вопрос мужчины. Писатель моргнул: «Э-э-э, да, я так и сделал… но…» Саске протиснулся мимо рыжеволосого, не дав ему продолжить размышления на эту тему. Он услышал позади себя лёгкую поступь догонявшего его человека и предпочёл не обращать внимания на взгляд, устремлённый ему в затылок. Большие карие глаза нервно бегали из стороны в сторону, пока шиноби нёс потерявшую сознание женщину в свой старый дом. Мальчик не знал, что делать в этой ситуации. На самом деле он не знал, что делать почти в любой ситуации, но этот момент был особенным. Он, как обычно, направлялся к полузаброшенному коттеджу с сумкой, полной еды, на приготовление которой у него ушло гораздо больше времени, чем он мог бы признать, когда его внимание привлёк сбежавший ниндзя. В обычный день вид этого человека заставил бы молодого путешественника забеспокоиться, но при виде явно голодной женщины, которую он держал на руках, он чуть не потерял сознание. Но он не потерял сознание. Хотя бы для того, чтобы не смущаться. Теперь, неловко стоя в углу своего бывшего дома, рыжеволосый парень ломал голову над тем, что бы сказать. «Э-э-э...» «Принеси мне влажную тряпку», — потребовал ниндзя, не обращая внимания на то, что мальчик собирался сказать. Впрочем, он и не думал ничего говорить. Не желая злить явно опасного человека, писатель поспешил на кухню. Он схватил самую чистую вещь, которую смог найти, и сделал так, как ему было сказано. С каждой секундой его тревога нарастала, потому что он чувствовал нетерпение собеседника. Молодой человек с любопытством наблюдал за тем, как таинственный шиноби прикладывает ткань ко лбу не менее таинственной женщины. Он понятия не имел, какую жизнь ведёт этот ниндзя-изгой, но всегда предполагал, что она одинока. На самом деле за всё время их встреч рядом с этим человеком никого не было. И если судить по его отношению ко мне, он не слишком рад незнакомцам… Итак, молча заключил писатель, у них, должно быть, есть какая-то общая история. При этой мысли он едва сдержался, чтобы не нахмуриться. Хотя он никогда бы не признался в этом стоящему перед ним ниндзя, мальчику очень нравились их короткие встречи. Что ж, ещё до их официальной встречи он молча восхищался этим человеком. Ну, молча, если не считать того, что он не мог сдержать восторга. В его голове и на многочисленных исписанных страницах его чувства кричали во весь голос. Однако он понимал, что лучше не позволять им заходить слишком далеко. Если многодневное наблюдение за последним Учихой чему-то его и научило, так это тому, что тот не стал бы забивать себе голову ненужными мыслями и чувствами. И автор знал, что его мысли точно сочтут ненужными. Он вздохнул и заставил себя отвести взгляд от происходящего перед ним. Его дед всегда говорил, что ревность в конце концов навлечёт на него гнев богов. Он не был уверен, что верит в это, но, тем не менее, ему не нравилось это чувство. Изо всех сил стараясь не обращать внимания на растущее в груди чувство, рыжеволосый парень принялся пополнять запасы в шкафах. Кроме того, его чувства к ниндзя не имели значения: они не могли быть взаимными. Да и у него не хватило бы смелости признаться в своих чувствах. Не то чтобы он стыдился своих чувств к другому мужчине — дедушка научил его лучше справляться с этим. Он прекрасно осознавал, что его сексуальная ориентация вызывает осуждение, но ещё в раннем возрасте понял, что те, кто осуждает его за это, не заслуживают и второго взгляда. Возможно, молодой человек был не самым уверенным в себе, но то, кого он решил любить, никак не влияло на его самоощущение. Однако это не означало, что от одной мысли о том, чтобы признаться в своих истинных чувствах мужчине, сидящему напротив, его не начинало тошнить. Он не раз сталкивался с отказом и обычно довольно легко справлялся с этим. Он мог написать грустное стихотворение или два, провести несколько дней в постели, а затем двигаться дальше. Тем не менее он знал, что этот отказ ранит его гораздо сильнее, чем все остальные. В конце концов, он никогда раньше не испытывал ничего подобного. Те, что были до этого негодяя, были всего лишь влюблённостями, если быть честным с самим собой. Но это было совсем другое. Это было совсем другое с того самого момента, как он увидел этого прекрасного мужчину. Сначала он держался на расстоянии, чувствуя опасность, которая исходила от Учихи даже на таком расстоянии. Несмотря на эту опасность, писатель был заворожён, наблюдая за тем, как Саске занимается своими делами. Тренировался ли он в одиночку, расправлялся ли с местными злодеями или просто отдыхал где-нибудь на дереве — этот негодяй всегда поражал воображение. Писатель до сих пор безмерно гордился тем, что остался в сознании после их первой судьбоносной встречи. Хотя он был уверен, что его лицо покраснело, как помидоры, которые, как он узнал, были одним из любимых блюд Учихи. Тихо вздохнув, рыжеволосый попытался стряхнуть с себя мысли о человеке, который стоял прямо у него за спиной. Видя почти незаметное выражение беспокойства, написанное на его лице, было очевидно, что ниндзя испытывал какие-то чувства к девушке, признавал он это или нет. Нет смысла мечтать о чем-то невозможном... — Э-э-э, — начал молодой человек, стараясь не краснеть, когда ниндзя наконец посмотрел ему в глаза, — я пополнил запасы для тебя, так что… Саске лишь сухо кивнул и снова переключил внимание на девушку без сознания. Автор постарался не разочаровываться из-за отсутствия интереса с его стороны. Поняв это как сигнал к действию, молодой человек собрал свои вещи и направился к двери. Прежде чем переступить порог, он обернулся и посмотрел на мужчину, который, сам того не зная, держал его сердце в своих мозолистых руках. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но потом решил, что больше нечего говорить; по крайней мере, ничего такого, что другой человек захотел бы услышать. Ещё раз вздохнув, рыжеволосая тихо вышла. Саске тоже вздохнул, когда мальчик оставил его наедине с Хинатой, но его вздох был полон разочарования. Он подумывал о том, чтобы просто разбудить девушку, сказать ей, где еда — как будто она этого не знала, — а потом отправиться восвояси. А ещё лучше — просто оставить её наедине с её мыслями о случившемся. Да, он мог бы просто уйти и позволить раздражению смешаться с её замешательством — по крайней мере, она получит посредственную еду. Он мог бы, но не стал бы — и это его бесило. Саске откинулся на спинку своего шаткого стула и уставился на женщину без сознания, осознавая всю иронию ситуации. В прошлый раз, когда он оказался в такой ситуации, по какой-то идиотской причине ему больше всего хотелось остаться и дождаться, когда она очнётся. Теперь же его тело требовало уйти. Однако он снова решил проигнорировать свои инстинкты и остался сидеть, сверля её взглядом. Примерно в тысячный раз с тех пор, как он познакомился с наследницей Хьюга, Саске задавался вопросом, как он вообще оказался в такой ситуации. Конечно, ответа по-прежнему не было. Он рассмотрел это практически со всех логических точек зрения, но всё равно не увидел смысла. Совпадений не бывает, и это дерьмо перестало быть совпадением несколько недель назад. Чувствуя, как его черты лица становятся ещё более суровыми, Саске не сводил глаз с закрытых глаз Хинаты. Как она могла быть такой беспечной? Как она могла, со своими всевидящими глазами, проникнуть в его жизнь, даже не подозревая об этом? Как бы ему ни хотелось обвинить её в том, что она сделала всё это нарочно, даже он должен был признать, что в этом тоже нет смысла. Разве что она получала удовольствие от того, что сходит с ума; что, как он размышлял, вполне могло быть правдой. Если он правильно помнил, эта девушка в детстве ходила за Наруто по пятам, как потерявшийся щенок. Любому, у кого есть мозги, было очевидно, что девушка испытывает к этому идиоту сильные чувства, но, конечно же, у блондинки не было мозгов, и поэтому она понятия не имела о своих чувствах. Тем не менее, судя по всему, она оставалась верна ему все эти годы. Саске, возможно, отсутствовал большую часть их подросткового периода, но те несколько раз, когда он наблюдал за их отношениями, казалось, что они не сильно изменились. Он ухмыльнулся: да, вполне возможно, что эта девушка — мазохистка. Лёгкий стон девушки, о которой шла речь, отвлёк его от раздумий, и внезапно то чувство, которое терзало его изнутри, усилилось. Хината чувствовала себя как при смерти. На мгновение она задумалась, не умерла ли она на самом деле. Однако она была уверена, что смерть не была бы такой ужасной, как её нынешнее состояние. В голове у неё стучало, дыхание было прерывистым, и она чувствовала одновременно жар и холод. Она задрожала. Она попыталась открыть глаза, но от пульсирующей боли в голове снова их зажмурила. Она была в бреду. Она не понимала, где находится и что вообще заставило её потерять сознание. В её памяти всплыл образ потрясённых чёрных глаз. Она едва могла вспомнить, как столкнулась с ним, но не могла понять, было ли это на самом деле. В голове у неё всё перемешалось, и она застонала. Ей показалось, что она услышала вздох, а может, и фырканье рядом с собой. Уставшие глаза попытались открыться ещё раз, но перед ними всё расплывалось. Повернув голову в сторону едва различимого звука, Хината решила, что у неё всё-таки галлюцинации. Она едва могла разглядеть над собой лицо и копну чёрных волос. Она моргнула, пытаясь прочистить глаза, но безуспешно. В голове продолжало стучать, и ей показалось, что на лице читаются тревога и беспокойство. Да, у неё определённо были галлюцинации. Лицо внезапно исчезло, словно подтверждая своё несуществование. Она снова закрыла глаза, желая, чтобы её тело погрузилось в сон и она могла избавиться от ужасного ощущения, ползущего по её коже. Она едва успела задремать, как почувствовала, что чья-то нежная рука слегка приподнимает её голову. Она снова застонала, и от этого движения в голове застучало ещё сильнее. «Забудь об этом». Хината ошеломлённо подумала, что за время её долгого одиночества воображение стало гораздо богаче: его голос звучал так реалистично и так же ворчливо. Она с трудом приоткрыла глаза и увидела перед собой стакан с водой. Не раздумывая, Хината открыла рот, чтобы поднести стакан к своим потрескавшимся губам. Она поспешно проглотила воображаемую воду, внезапно почувствовав, насколько сильно обезвожена. Сразу после этого её глаза закрылись, и она снова погрузилась в глубокий сон. Для болезненной Хьюги время шло своим чередом, хотя она и не могла определить, сколько его прошло. Она спала, ей снились сны, и он всегда был рядом. Её сны или галлюцинации оставались до боли реалистичными. И всё же она знала, что ничего из этого не может быть реальным. Он был слишком внимателен, слишком заботлив, слишком... Однажды она открыла глаза и увидела, что он дремлет рядом с ней, положив голову на диван, на котором она лежала, — как будто он присматривал за ней, пока сам не захотел отдохнуть. Она слабо потянулась к нему и на мгновение ей показалось, что она чувствует прикосновение его иссиня-чёрных волос, рассыпавшихся по подушкам. Какая бы болезнь её ни одолела, она явно играла с её разумом. Однако, когда туман рассеялся и в голове у неё прояснилось, он остался. В конце концов она открыла глаза и поняла, что на самом деле вернулась в тот «заброшенный» коттедж. А он стоял в другом конце комнаты и выжимал мокрое полотенце над раковиной. Она смотрела ему в спину, пока он двигался, не подозревая, что она проснулась. Она рассеянно наблюдала за ним, отмечая, что отсутствие конечности ничуть его не смущает. Конечно, теперь, когда её разум прояснился, а боль в глазах утихла, Хината должна была признать, что это был не сон. Тем не менее у неё не было сил разбираться, что это значит. Что он, Саске Учиха, заботился о ней — по сути, выхаживал её. Она всё ещё лениво наблюдала за ним, когда он повернулся к ней с только что смоченной тряпкой в руке. Он замер, встретившись с ней взглядом, как будто его поймали за тем, чего делать не следовало. Возможно, так оно и было. Через мгновение он слегка откашлялся, выпрямился и сел на стул, на котором сидел всё то время, что они провели вместе. «Ты проснулся. » Решив не отвечать из-за боли в пересохшем горле, Хината издала звук, похожий на «хн», как Саске. Он не ответил, но приложил влажную ткань к её лбу. Она могла только предполагать, что он делал это уже несколько раз, пока она спала. Они снова встретились взглядами, но не произнесли ни слова — каждый по своим причинам. Мысли Хинаты путались. Она была в замешательстве, но при этом на удивление спокойна. Она решила, что это всё ещё сказывается болезнь. Однако это не объясняло его поведение. Зачем он это делал? Разве он не ненавидел её? Как он вообще её нашёл? В этот момент в её голове промелькнуло воспоминание, и, будь у неё силы, она бы в смущении прикрыла лицо ладонью. Она... ударила Саске. Хината понятия не имела, что на неё нашло, хотя и предполагала, что её нынешнее состояние как-то связано с этим необдуманным поступком. Однако это ещё больше сбило Хьюгу с толку. С какой стати он стал бы заботиться о ней после того, как она сделала такое? Конечно же, он был в ярости. Он был великим Саске Учихой, и никто не смел поднимать на него руку без последствий. И всё же он стоял перед ней и смотрел на неё без гнева в глазах. На самом деле Хината могла разглядеть в его тёмных глазах едва заметное беспокойство. Беспокойство? Из-за неё? Ей пришлось снова закрыть глаза, внезапно почувствовав спазм в животе. «Тебе нужно поесть». Она снова открыла глаза и увидела его удаляющуюся фигуру. В полном замешательстве он схватил контейнер с пайками и подошёл к ней. Она всё ещё пребывала в замешательстве, когда он просунул руку ей за спину и слегка приподнял, прижав к подлокотнику старого дивана. Ладно, может, у неё всё-таки были галлюцинации. В это было слишком сложно поверить. Он поставил поднос с едой ей на колени и снова сел в кресло рядом с ней. Однако вместо того, чтобы копать, Хината продолжала смотреть на Учиху рядом с собой. Её взгляд блуждал в поисках хоть какого-то признака того, что всё это было обманом. Какой-то грандиозной иллюзией, которую её больной разум сотворил, пока она умирала в лесу. Он лишь безучастно смотрел на неё. Прошло несколько мгновений. Она всё ещё не понимала. Саске вздохнул и, приподняв бровь, посмотрел на неё: «Я не собираюсь тебя кормить, если ты этого ждёшь». Она покраснела, когда он с возмущением отвернулся, снова осознав, что Саске действительно сидит там. Действительно помогает ей. Из-за боли в животе она перестала обращать внимание на странную ситуацию и решила сосредоточиться на еде, а не на том, что не давало ей покоя. Тем временем Саске с трудом держался на ногах. Одно дело — находиться рядом с наследницей, когда она без сознания, но теперь он понятия не имел, как себя вести. Он прекрасно понимал, насколько странными были его действия в последние несколько дней. На самом деле он до сих пор корил себя за то, что не ушёл, когда у него была такая возможность. И всё же он не мог заставить себя сожалеть обо всём этом, наблюдая за тем, как Хината пирует рядом с ним. Учиха никогда бы не признался в этом никому, особенно самому себе, но он волновался. Тяжесть её болезни стала очевидна за несколько дней до отъезда рыжеволосой девушки, когда на лбу Хинаты выступил холодный пот, а её спящее тело охватил озноб. Он не знал, что делать, и в глубине души хотел, чтобы писательница осталась хотя бы для того, чтобы протянуть руку помощи (в буквальном смысле). Однако вскоре им овладел странный инстинкт, и Саске бездумно стал заботиться об этой женщине. Каждый раз, когда с её губ срывался болезненный стон, по её спине пробегала дрожь или она открывала затуманенный взгляд, чтобы посмотреть на него, он начинал действовать. Пока он сидел там, наблюдая за её болезненным состоянием долгими ночами, в его мыслях всплывало лицо его собственной матери. Он смутно припоминал, что она заботилась о нём в детстве, когда он время от времени болел. Однако он старался не думать об этом слишком много. Теперь, когда он был не единственным здравомыслящим человеком в комнате, его охватила неловкость. Было и другое чувство. Стыд? Стыдливость? Растерянность? Он не был в этом уверен, но тем не менее не мог избавиться от этого ощущения. Негромкое покашливание вывело его из задумчивости. Он поднял глаза и увидел, что Хьюга закончила есть и смотрит на него, слегка покраснев. Он молча отметил, что к её болезненно бледной коже вернулся цвет, и решил не обращать внимания на облегчение, от которого его плечи слегка расслабились. — С-спасибо, — прохрипела она. В горле у неё всё ещё пересохло от обезвоживания. Вместо ответа Саске просто протянул ей стакан воды, который держал под рукой. Она с благодарностью взяла его руку и слегка коснулась его пальцев. Снова это потрясение. Саске слегка нахмурился. Если он в чём-то и признался себе за последние несколько дней, так это в том, что в хрупком теле этой женщины не осталось ни капли чакры, когда он нашёл её в лесу. Тем не менее он знал, что ему не показалось жжение, которое не проходило ещё долго после того, как её рука ударила его по щеке. Даже сейчас, хотя он был уверен, что после нескольких дней отдыха её чакра снова начала циркулировать, он знал, что она не направила ни капли энергии в свои всё ещё дрожащие пальцы. Он внимательно наблюдал за тем, как она пьёт из стакана, который он ей дал, — стакана, который он сам поднёс к её губам незадолго до этого. Это чувство снова зародилось где-то в глубине души, но он всё ещё не мог понять, что это. Внезапно ему захотелось оказаться где угодно, только не в этом коттедже. Быстро встав, Саске направился к двери. Слабое прикосновение к краю его рубашки заставило его остановиться. В животе у него всё сжалось от нехорошего предчувствия. Он обернулся и был немного шокирован выражением лица Хинаты. Она выглядела... напуганной. Он вдруг понял, что она думала, будто он уходит от неё навсегда; и, возможно, так оно и было. «Я скоро вернусь», — пробормотал он, не глядя в её большие глаза. Он больше не мог на них смотреть. Она ослабила хватку, и он направился к двери. Как только его нога коснулась травы, Саске прыгнул так высоко и далеко, как только мог. Ему нужно было отдышаться. Что на него нашло? В последнее время он так часто задавался этим вопросом, что тот начал терять смысл. Никогда прежде он не чувствовал себя настолько неуправляемым, даже в детстве, когда находился под влиянием Орочимару. Но даже тогда он мог придерживаться своих целей, идеалов и намерений. А сейчас? Он понятия не имел, что делает и почему. Он едва знал эту девушку, но всё же потратил несколько дней на то, чтобы она поправилась. Не ради чего-то другого, а чтобы заглушить собственную тревогу — и чувство вины. Но теперь, когда она очнулась и была в порядке, его тревога только усилилась. Кем она была, чтобы вызывать у него такие чувства? Кем она была, чтобы причинять ему такие страдания? Нет, поправил он себя, он не страдал. Он никогда не позволит никому, тем более случайной женщине из его прошлого, заставить его почувствовать себя таким слабым. Прыгая между деревьями, Саске напомнил себе, что он ничем не обязан наследнице. Особенно сейчас, после того как он помог ей оправиться от болезни. Он сделал больше, чем от него требовалось, так зачем возвращаться? Он мог просто идти вперёд, не оглядываясь. Он мог забыть дни, проведённые рядом с ней. Он мог убежать как можно дальше, зная, что в её состоянии она не сможет уйти так далеко. Ему больше никогда не придётся её видеть. Ему больше никогда не придётся беспокоиться об их случайных встречах или жарких спорах. Да, у него не было никаких причин возвращаться к этой женщине. Он замедлил шаг, а затем и вовсе остановился, пристально глядя перед собой. Его решение было твёрдым, а намерения — ясными. Однако в груди у него что-то сжалось. Саске опустил взгляд на свои ноги, желая, чтобы они сдвинулись с места. Они оставались неподвижными. Это чувство тяжким грузом легло на его плечи, словно с каждым шагом оно становилось всё тяжелее. Закрыв глаза, Саске мысленно выругался и повернул назад. « Первый « Предыдущий Глава 5 из 9Противоположности притягиваются Это физически невозможно, только логично Вы должны постараться не обращать внимания на то, что это значит нечто большее При чём тут любовь — Тина Тёрнер Вернувшись в коттедж, Хината заметила, что настроение Учихи значительно ухудшилось. Как ни странно, это принесло ей некоторое облегчение. Она привыкла к такой стороне Саске и знала, как себя вести, когда он игнорировал её или бросал через плечо грубые замечания. По сравнению с его странным поведением раньше, бывшая наследница была рада его обычному раздражительному настрою. Сделав ещё один глоток из своего полупустого бокала, Хината почувствовала, как её плечи немного расслабились. Саске, с другой стороны, был каким угодно но только не расслабленным. Он злился. На себя и на Хьюгу. Хотя он знал, что у него нет причин злиться на последних. Тем не менее он держался за свой гнев, как за плот посреди огромного и запутанного океана. Гнев он понимал. Однако эмоции, которые скрывались глубоко под этим гневом, он хотел игнорировать как можно дольше. На самом деле он даже не знал, почему до сих пор здесь. Прошло ещё три дня с тех пор, как Хината наконец очнулась, и она довольно быстро шла на поправку. Настолько быстро, что его присутствие больше не было необходимым. Она могла сама добывать себе еду и воду и даже как-то раз смогла добраться до ближайшей реки, чтобы искупаться. Так что он мог уйти в любой момент. И всё же он занимался базовой подготовкой перед полуразрушенным домом, в то время как источник его раздражения лениво сидел на крыльце. Она нашла где-то в доме несколько старых тетрадей и с тех пор не отрывалась от них. Они почти не разговаривали с тех пор, как он вернулся несколько дней назад. Ни один из них не знал, как вести себя дальше, хотя оба прекрасно чувствовали неловкость, витавшую в воздухе. Хината хотела как-то отблагодарить его, но даже не знала, с чего начать. Она пыталась предложить ему немного еды, которую грызла сама, но он упорно отказывался. Даже когда его желудок возмущённо заурчал, разбойник просто проигнорировал это и на несколько часов ушёл в лес. Однако, когда он вернулся, Хината почувствовала слабый запах жареного мяса, так что, по крайней мере, она знала, что он не морит себя голодом ради неё. Это было совсем другое дело: хотя он и вернулся к своему холодному поведению, в его действиях по-прежнему сквозила некоторая внимательность к ней. Хотя и гораздо более сдержанная, чем раньше. Однако она решила не настаивать. Она говорила себе, что делает это ради него, но в глубине души знала, что делает это ради себя. Хинате всё ещё было трудно осознать реальность своего нынешнего положения. У неё было так много вопросов, но она очень боялась получить ответы. Самым сбивающим с толку было её противоречивое отношение к ниндзя. С одной стороны, её раздражало, что он всё ещё был здесь. В конце концов, она могла постоять за себя. Она уже не была такой болезненной, как раньше, так что ему не нужно было оставаться и присматривать за ней. Это раздражало её, ведь она могла только предполагать, что он считает её слишком слабой, чтобы оставлять одну. И всё же она была благодарна ему за то, что он остался. Даже если в этом не было необходимости, какая-то часть её души хотела, чтобы он остался, хотя она и не могла понять почему. В любом случае она не особо задумывалась об этом. Вместо этого она пыталась отвлечься от нарастающей неловкости, которая повисла между ними. Хината оторвалась от блокнота, который держала в руках, и некоторое время наблюдала за тренировкой Саске. Она на мгновение задумалась, почему он до сих пор тренируется в таких базовых движениях, ведь она точно знала, что в его арсенале есть множество более продвинутых техник. Впрочем, это достойно восхищения. Основы всегда важны. Слегка покачав головой, Хината снова сосредоточилась на книге, которую держала в руках. Честно говоря, она чувствовала себя немного виноватой за то, что читала его. Очевидно, это был какой-то дневник, принадлежавший тому, кто жил здесь много лет назад. И всё же она не могла удержаться и продолжала читать. Эта книга была такой же захватывающей, как и любая история, которую она читала в деревне. Она была полна приключений, поэзии и, самое главное, романтики. Хината не могла не восхищаться таинственным автором, пока продолжала листать страницы, наслаждаясь красивыми словами и плавными линиями. Она гадала, кто мог написать такие прекрасные отрывки, и втайне сожалела, что никогда не сможет выразить ему свою признательность лично. Она снова подняла глаза, услышав, как Саске подходит к крыльцу, и встретилась с ним взглядом, когда он поднимался по лестнице. Он первым отвёл взгляд и молча вошёл в дом. Хината, как ни странно, последовал за ним. — Т-ты это читал? Саске холодно посмотрел на неё: «Нет». Хьюга неловко хмыкнул, не понимая, к чему она клонит. «... Ты знаешь, кто их написал?» — Нет, — повторил он, на этот раз даже не взглянув на неё, и включил кран, чтобы ополоснуть покрытое потом лицо. Конечно, он догадывался, кому принадлежат эти книги, но не видел смысла в том, чтобы просвещать её. После их короткого общения повисла ещё одна неловкая пауза. Хината, решив не начинать разговор с холодным ниндзя, устроилась поудобнее на диване и вернулась к своему любимому занятию. Саске, который, похоже, в тот момент был не в настроении отвлекаться, сел на стул напротив неё. Он не позволял себе смотреть в её сторону, предпочитая безучастно смотреть в сторону всё ещё открытой двери. Они некоторое время сидели в тишине, и постепенно неловкость сменилась ощущением комфорта, поскольку каждый погрузился в свои мысли. Хината была очарована прочитанными словами и сопереживала неизвестному автору, который писал о своей недостижимой любви. Она представила себе голубые глаза и светлые волосы, но постаралась не зацикливаться на этом образе. Мысли Саске обратились к другим глазам, в которых клубились красно-чёрные вихри. Его мысли часто возвращались к воспоминаниям о брате, но он никогда не позволял себе задерживаться на них дольше нескольких мгновений. Он машинально повернул голову, услышав тихий вздох, сорвавшийся с губ Хьюги. Она была погружена в книгу, которую держала в руках, поэтому он воспользовался возможностью понаблюдать за ней, пока она не заметила. Теперь она выглядела здоровой, что резко контрастировало с болезненным видом девушки, за которой он ухаживал всего несколько дней назад. Он почувствовал тихую гордость, но решил, что это гордость за себя. В конце концов, он никогда раньше никого не выхаживал. Он наблюдал за тем, как менялось выражение её лица по мере чтения, и гадал, что же могло быть таким интересным. Он всегда думал, что рыжеволосая просто записывает его мысли или отмечает пройденные деревни, когда видит, как мальчик что-то строчит в своих многочисленных блокнотах. Возможно, Хинате была интересна такая информация, размышлял он. Понимая, что не стоит задерживать взгляд на одном месте слишком долго, Саске снова переключил внимание на открытую дверь в другом конце комнаты. Пока день сменялся ночью, они были чем-то заняты. В конце концов снова пришло время ложиться спать. В какой-то момент они молча договорились о том, кто где будет спать: Хината свернулась калачиком на потрепанной кровати, а Саске устроился поудобнее на диване. Хотя после нескольких дней, проведённых в неудобной позе на таком маленьком предмете мебели, у него начала постоянно болеть шея. Без всякой видимой причины в ту ночь никто из них не мог уснуть. Саске слушал, как Хината ворочается с боку на бок, и хмурился в темноте из-за того, что это мешало ему самому попытаться нормально выспаться. — Хьюга, — выпалил он, удивив себя почти так же сильно, как и её. «...Да?» «Иди спать». Она слегка фыркнула: «Если ты не понял, я пытаюсь». В её голосе слышалось раздражение, и он не смог сдержать усмешку. «Сомневаюсь, что твои постоянные перемещения помогут тебе в этом деле». Она снова фыркнула, не найдя в его комментарии ни капли пользы. Снова воцарилась тишина, и две пары глаз уставились в темноту. Атмосфера была какой-то другой. Не неловкой, но и не комфортной. Хината нервно теребила пальцы. «Я, эм», — начала она, не зная, что сказать, но чувствуя необходимость сказать что-то Саске ждал, радуясь темноте. Она служила ему защитой. По какой-то причине ему было гораздо легче разговаривать с Хьюгой, когда он её не видел. Она откашлялась. «Я хотела поблагодарить тебя», — тихо призналась она. Сасукэ промолчал. «Я... я знаю, что ты не обязан был мне помогать, но...» Она колебалась, всё ещё не зная, что на самом деле хочет сказать, но из-за недосыпа и темноты у неё всё же хватило смелости заговорить. «Я просто очень ценю это. Спасибо». Саске тоже не знал, что сказать. Очевидным ответом было бы «не за что», но это казалось неправильным. Вместо этого он, как обычно, ответил: «...Хн». К счастью, наследнице этого, похоже, было достаточно, и после этого она позволила тишине воцариться в комнате. Вскоре они оба закрыли глаза, и в тихом домике воцарился сон. На следующее утро двое маловероятных соседей по комнате были на удивление бодрыми. Ну, настолько «бодрым» мог быть Саске. Хотя они об этом не говорили, оба понимали, что пришло время уезжать. Хината чувствовала себя намного лучше и уже начала скучать по ветру, обдувающему её лицо. Тем не менее она будет скучать по этому необычному дому. Несмотря на то, что в нём не было, ну, почти ничего, ей там нравилось. Саске, с другой стороны, терял терпение. Он был готов вообще избавиться от коттеджа, чувствуя, что это больше не то убежище, которым он когда-то был. Итак, когда он заметил Хьюгу, собирающую свои вещи тем утром, он не мог не вздохнуть с облегчением. Наконец-то. Он предпочёл не обращать внимания на то, что мог уйти в любой момент и что её уход никак не был связан с его собственным. Тем не менее они тихо собрали свои вещи и направились к двери. Именно тогда они оба одновременно поняли: что теперь? Ни один из них не планировал проводить прошлую неделю вместе, даже несмотря на то, что по большей части было довольно тихо. Тем не менее, поднявшись на шаткое крыльцо, они не знали, как поступить дальше. Опал встретился с Блэком, и они не сказали друг другу ни слова. Сами того не осознавая, они оба думали об одном и том же. Если бы они снова разошлись в разные стороны, столкнулись бы они друг с другом, как раньше? Если бы они решили идти в противоположных направлениях, гарантировало бы это, что их пути больше не пересекутся, или странные совпадения продолжались бы? Более глубокие мысли остались без внимания с обеих сторон. Мысли о том, чтобы продолжать молча принимать присутствие друг друга, идти бок о бок среди деревьев, не понимая, почему желание уйти от другого человека не такое сильное, как всего несколько дней назад. Хината тихо откашлялась. «Э-эм», — начала она, вдруг застеснявшись под его пронзительным взглядом. «Ты знаешь, где находится ближайшая деревня?» Саске на мгновение задумался, почему она просто не использовала свой бьякуган, чтобы выяснить это самой, но вместо этого лишь сухо кивнул. Он прекрасно понимал, что может просто сказать ей, куда идти. В данный момент у него не было никаких причин возвращаться в цивилизованный мир. На самом деле ему больше всего хотелось побыть одному после такой странной недели. Тем не менее, спускаясь по обшарпанной лестнице, он не возражал, когда услышал позади себя тихие шаги. Хината не знала, почему он не объяснил ей, куда идти. Она также не знала, почему её это не беспокоит. Пока ниндзя Скрытого Листа шли через лес, оставляя позади своё временное убежище, между ними царило замешательство. Они не понимали ни собственных действий, ни намерений друг друга. Однако знакомое уже чувство, которое не покидало их на протяжении нескольких месяцев, пока они зигзагами пересекали земли, смешивалось с растерянностью с каждым их шагом. Ни один из них этого не признал. Ни один из них не придал этому значения. Ни один из них не позволил своим мыслям устремиться к горе вопросов, которые продолжали накапливаться с каждым разом, когда они оказывались лицом к лицу. Вместо этого они молча пошли дальше. К большому удивлению Хинаты, вскоре после захода солнца они добрались до небольшой деревни. Она предположила, что из-за своего бреда она могла вообще не заметить поселение; она мысленно отругала себя за это. Подумать только, я могла бы избежать этой ситуации, если бы просто была внимательнее… Тем не менее она понимала, что лучше не зацикливаться на своих прошлых ошибках. Они шли по деревне бок о бок: Хината наслаждалась царившей вокруг тишиной, а Саске не обращал на неё внимания. Он уже много раз бывал в этом районе и, равнодушно оглядываясь по сторонам, не видел в нём ничего примечательного. Переведя взгляд на женщину рядом с ним, он заметил волнение в её больших глазах. Он слегка усмехнулся. Она была так легко впечатлима, что никто бы не догадался, что она из знатной семьи. Тогда ему в голову пришла мысль, и он задумался, почему наследница вообще уехала из Деревни. Наверняка у неё было более чем достаточно обязанностей, чтобы занять её дома. Он недолго был членом благородного клана, но у него осталось много воспоминаний о том, как его отец и Итачи день за днём выполняли различные обязанности в честь своего некогда великого рода. Нет, — поправил он себя, мы снова станем великими. Хотя он и понимал, что его нынешний статус ниндзя-изгоя может создать впечатление, будто он не хочет восстанавливать свой клан, у Саске были свои цели. Правда, очень далёкие. «Ах!» Он перевёл взгляд на Хьюгу, которая издала восторженный возглас. Она остановилась как вкопанная, сверля взглядом небольшое здание слева от них. Саске безучастно посмотрел на неё, поняв причину её вспышки гнева: она действительно была ребёнком. Хината с радостным предвкушением побежала к пекарне. При виде витрины у неё потекли слюнки. Услышав шаги Саске, она обернулась и слегка покраснела, увидев, как он приподнял бровь. «Ч-что?» Он не ответил, и она повернулась обратно к магазину, откуда доносился сладкий аромат. Его губы слегка скривились от отвращения — он ненавидел сладости. Однако женщина, стоявшая перед ним, не могла войти в магазин достаточно быстро. Она глубоко вдохнула, войдя в дверь, и почувствовала, как напряжение покидает её тело, когда она увидела перед собой ассортимент сладостей. Дома у Хинаты был доступ ко всем видам угощений; на самом деле она была почти уверена, что в детстве перепробовала почти всё, что только можно было попробовать. Но она всегда таяла при виде такой вкуснятины. Надо признать, это была её слабость. — Добрый вечер, юная леди! — Хината оторвала взгляд от витрины с кондитерскими изделиями и улыбнулась дородному мужчине за прилавком. — Что я могу для вас сделать? Хината тихо хмыкнула, рассматривая предложенные варианты. В этом и заключалась её проблема: она просто не могла выбрать! Она заметила аппетитную булочку с корицей, но решила не брать её, чтобы попробовать что-то новое — по крайней мере, настолько новое, насколько это возможно для такой ценительницы сладостей, как она. «Что бы вы п-порекомендовали?» — спросила она мужчину, не в силах принять решение самостоятельно и не желая затягивать с выбором. На самом деле она могла бы часами рассматривать всё это. Мужчина задумчиво посмотрел на неё и подпёр подбородок рукой, испачканной в тесте, обдумывая её вопрос. Она была благодарна ему за то, что он отнёсся к этому решению так же серьёзно, как и она. Через мгновение его глаза загорелись, и он, подняв палец, поспешил в дальнюю комнату. Хината едва сдерживала любопытство, пока ждала. Оглянувшись, она заметила, что Саске не последовал за ней. Она заметила его в окно: он стоял, прислонившись к стене здания, и выглядел таким же невозмутимым, как всегда. Она ненадолго задумалась, не принести ли ему что-нибудь, но быстро передумала. Звук открывающейся двери заставил её снова обратить внимание на пекаря, который держал в руках небольшой пергамент, словно новорождённого ребёнка. — А теперь, — тихо сказал он, наклонившись вперёд, словно собирался сообщить ей какой-то важный секрет, несмотря на то, что в магазине они были одни. — Я кое-что придумал, и, думаю, тебе стоит это попробовать. Глаза Хинаты заблестели, когда она взяла из его рук загадочный десерт, отчаянно желая заглянуть внутрь. Однако пекарь прикрикнул на неё, прежде чем она успела удовлетворить своё любопытство. "Э-э-э, мисс! Не открывайте это, пока не устроитесь поудобнее, слышите?" Он выглядел очень серьёзным, поэтому Хината просто кивнула и улыбнулась, расплачиваясь за своё угощение. Она искренне поблагодарила мужчину и направилась к двери, желая поскорее увидеть, что же ждёт её в посылке. «Если будет возможность, заходи и расскажи, что ты об этом думаешь!» «К-конечно!» — прощебетала она, выходя из магазина и махая мужчине рукой, пока шла к Саске. Саске наблюдал за тем, как она прижимает к себе свою покупку, словно это самый редкий предмет во всей Стране Огня, и едва сдерживался, чтобы не закатить глаза. «Готов?» — спросила она, сверкая глазами. Если бы у него были силы, Учиха бы заметил, что он был готов, но он решил промолчать и просто пошёл дальше. Они шли ещё некоторое время, но Хината начала нервничать. Её мысли были заняты только тем, что она держала в руке. Взглянув на мужчину, идущего рядом с ней, она решила рискнуть. — Э-э-эм, как думаешь, здесь есть гостиница? Саске остановился и медленно повернул голову в её сторону, бросив на неё ещё один равнодушный взгляд. Она густо покраснела, увидев его раздражённое выражение лица, и не решилась настаивать. Она бы просто использовала свою кровную магию, чтобы проверить самой, но её сдерживали обычные люди, толпившиеся вокруг. Аромат, исходивший от свёртка в её руках, не давал ей отвлечься от этой темы. "... Это значит "нет"?" Саске ещё мгновение смотрел на неё, в тысячный раз задаваясь вопросом, как он мог связаться с такой инфантильной женщиной. Он вздохнул про себя. Что угодно. Вместо того чтобы удостоить её ответом, Учиха просто продолжил идти в сторону небольшого хостела, который, как он знал, находился недалеко от того места, где они стояли. Вскоре они остановились перед импровизированной гостиницей, расположенной среди жилых домов. Хината осмотрела здание и предположила, что когда-то это был довольно большой дом, а теперь он стал местом отдыха для таких, как они. Не обращая внимания на состояние дома, особенно после того, как она провела неделю в коттедже, который едва держался, Хината с радостью вошла в причудливое здание. И снова Саске оказался в замешательстве. Он следил за Хьюгой, пока она разговаривала с мужчиной за стойкой, договариваясь о ночлеге, но сам не понимал, почему до сих пор здесь. Он не раз делал то, о чём она его просила: приводил её в деревню, а потом к врагам. Он не чувствовал особой необходимости оставаться на ночь после столь долгого отдыха в коттедже, да и ночная тьма никогда раньше не мешала ему пробираться через густой лес. Так почему же он стоял там? Почему он отдавал деньги скучающему мужчине, чтобы тот забронировал для него номер? Почему он поднимался по лестнице вслед за Хинатой? Почему, почему, почему? Он нахмурился от досады, когда не получил ответа, но ноги продолжали нести его по зданию. Он наблюдал за тем, как Хината повернулась к нему и неловко улыбнулась, а затем ушла в свою комнату, расположенную напротив его собственной. Что, чёрт возьми, он делал? Как обычно, ответа не последовало. По крайней мере, такого, который он был бы готов принять. Фыркнув, он вошёл в свою комнату, намереваясь пялиться в потолок до тех пор, пока не взойдёт солнце и он не сможет избавиться от назойливого существа, которое находилось всего в нескольких метрах от него. Хината, не теряя времени, устроилась поудобнее, как и просил взволнованный пекарь. Быстро искупавшись в местном горячем источнике, бывшая наследница устроилась поудобнее в своём временном жилище, держа в руках заветный свёрток. Когда Хината развернула пергамент, её окутал сладкий аромат уникального десерта. Как и обещал пекарь, Хьюга была уверена, что никогда раньше не видела такого блюда. Слои шоколадного и ванильного пудинга дополняли нижний корж из орехов пекан, посыпанный сверху шоколадной пудрой и сахаром. Всё это было аккуратно нарезано на квадраты. С её покрытых шоколадом губ сорвался довольный вздох, когда она откусила первый кусочек. Наслаждаясь вкусом, Хината была уверена, что никогда в жизни не пробовала ничего более восхитительного! Она откинулась на спинку кровати и не спеша принялась за свой вечерний перекус. Она обязательно оставит пекарю хорошие чаевые перед уходом утром. Наслаждаясь уникальным десертом, Хината предалась размышлениям. За последнюю неделю, да что там, за один только день, в её голове закружились вопросы без ответов и тревоги. Она не могла понять ни Саске, ни его противоречивые поступки. Однажды он обвинил её в шпионаже, по сути, угрожал ей и вёл себя откровенно грубо. В другой раз он, казалось, поставил перед собой цель довести её до белого каления. Затем он просто игнорировал её. Но теперь он решил остаться рядом с ней после того, как несколько дней усердно заботился о ней без всякой на то причины, кроме... чего? Беспокойства? Несмотря на смутные воспоминания о том, как он хмурил брови, наблюдая за ней, Хината не могла заставить себя поверить, что ему действительно не всё равно. От этих метаний у неё закружилась голова. Она была рада, что пудинг отвлёк её от этих мыслей. Больше всего её интересовало, почему он не уехал, как только они добрались до небольшого поселения. Конечно, он достаточно отдохнул, чтобы продолжить своё путешествие, и конечно же ему надоело проводить с ней время. Так почему же? Почему, почему, почему… С тех пор как в её жизни появился Учиха, это слово постоянно крутилось у неё в голове; оно почти начало терять свой смысл. Ещё один вздох, ещё один укус. Изо всех сил стараясь выбросить черноволосого мужчину из головы, Хината задумалась о доме. Она чувствовала себя немного виноватой: в последние несколько месяцев она редко думала о своих друзьях из-за определённых отвлечений. Ей было интересно, как у них дела, чем они занимаются. Скучали ли они по ней? Или её отсутствие было легко не заметить? В конце концов, прошло уже несколько месяцев. Хотя из-за своей обычной застенчивости Хината думала, что о ней совсем забыли, она была уверена, что они скучают по ней так же сильно, как и она по ним. Особенно её сестра. Большие озорные глаза радовали её, и старшей сестре пришлось приложить усилия, чтобы не расплакаться. Она ни капли не жалела о том, что уехала, но не могла не чувствовать себя виноватой из-за того, что оставила младшего брата одного со всеми его обязанностями. Однако Ханаби был крепким орешком — гораздо крепче, чем она сама. Воспоминания о том, как школьники убегали в слезах после того, как юный Хьюга отчитал их за то, что они дёргали Хинату за волосы одним весенним днём, вызвали у неё тихий смешок. Да, она была уверена, что с её вспыльчивой сестрой всё в порядке. Когда она смаковала последний кусочек своего лакомства, перед её мысленным взором возникло усатое лицо. Она не могла не думать о нём, хотя это по-прежнему вызывало у неё тупую боль в груди. Хината могла бы сказать, что наконец-то окончательно забыла его, но это не означало, что она полностью избавилась от боли, которую он ей причинил. Она знала, что он хороший парень, один из лучших, кого она встречала, но даже самые лучшие люди способны причинять боль другим. Она снова вздохнула, но на этот раз от грусти. Если бы Наруто просто поговорил с ней о том, что их обоих волновало, если бы он просто признал то, что они оба знали, то, в чём она ему доверилась — словами и поступками. Конечно, было больно получить отказ, но самая сильная боль была от ожидания. От любопытства. От надежды. Только для того, чтобы её надежды были разбиты так небрежно, как будто её чувства вообще не имели значения для блондина. В глубине души она знала, что ему не всё равно. Она знала, что он по-своему неуклюж и, вероятно, понятия не имеет, как начать разговор, особенно учитывая, сколько всего происходило в то время. И всё же, даже когда всё улеглось, он так и не попытался. Чёрт, он даже не смотрел в её сторону. Её мысли переключились на чёрные глаза, в которых плясали алые огоньки. Хината вдруг почувствовала, что ей хочется рассмеяться. Кто бы мог подумать, что после всех тех лет, что Наруто провёл в поисках своего друга в юности, она случайно столкнётся с ним. Примерно миллион раз. У судьбы действительно странное чувство юмора. Зевнув, Хьюга заставила себя успокоиться, чтобы поскорее закончить этот странный день. Устроившись поудобнее на простынях и с тоской вспоминая мягкие кровати мисс Махо, Хината погрузилась в сон. Её встретили образы светлых волос, загорелой кожи и сверкающих голубых глаз — к этому она привыкла много лет назад. Однако эти образы вскоре померкли, уступив место тёмным волосам и раздражающе привлекательной ухмылке. На следующее утро двое путешествующих ниндзя отправились в путь пораньше, хотя Хината настояла на том, чтобы они зашли в пекарню перед отъездом. Конечно, это означало, что они не могли уйти, пока заведение не откроется, — из-за этого нетерпеливый шиноби, стоявший рядом с Хинатой, постоянно хмурился. Однако она уже научилась не обращать внимания на его настроение, так что её это не особо беспокоило. Как только пекарь открыл дверь, на пороге с милой улыбкой появилась Хината. Саске наблюдал за тем, как она рассыпается в благодарностях перед мужчиной, вероятно, за то пирожное, которое он подарил ей накануне вечером. Он закатил глаза. То, чему эта женщина отдавала предпочтение, действительно ставило его в тупик. Через несколько мгновений он обернулся и увидел, как к нему вприпрыжку направляется куноити, размахивая рукой с угощениями. Он снова закатил глаза. «Прости, что так долго», — сказала она, хотя он подозревал, что она ни капли не сожалеет об этом, аккуратно укладывая покупки в рюкзак. Хмыкнув в ответ на фальшивое извинение, Саске, не дожидаясь продолжения, развернулся на каблуках и направился в глушь. Хината довольно быстро догнала его, молча сияя от радости. Пекарь был так рад её добрым словам о его творении, что подарил ей целую партию! Она настаивала на том, чтобы заплатить ему за всё, но он и слышать об этом не хотел. «Ваша похвала — лучшая плата для меня, мэм», — сказал он, и на его круглых щеках появился румянец. Хотя она всё равно тайком положила несколько монет в его копилку для чаевых, когда он отвернулся. Некоторое время они шли молча, а потом начали перепрыгивать с дерева на дерево, погрузившись в свои мысли. Как ни странно, ни один из них, казалось, не замечал, что они по-прежнему движутся рядом друг с другом, без труда подстраиваясь под скорость друг друга, хотя Саске, сам того не осознавая, двигался немного медленнее, чтобы не отставать от женщины. День прошёл спокойно. Молчание между ними больше не было неловким, и ни один из них особо не задумывался о сложившейся ситуации. Вместо этого они просто продолжали свой путь, не имея ни пункта назначения, ни цели. К счастью, сезон дождей подходил к концу, и к концу дня небо прояснилось, а ветерок стал прохладным. На их пути было не так много путешественников, а поблизости не было ни одной деревни. Поэтому через несколько часов после захода солнца они нашли небольшую поляну, чтобы разбить лагерь на ночь. К ночи заметно похолодало, поэтому Хината, расстелив свой спальный мешок, решила поискать дрова. Саске, в свою очередь, не теряя времени, устроился поудобнее у ближайшего дерева и принялся за недавно купленный провиант. Эти два маловероятных союзника почти всю ночь не обращали друг на друга внимания: Саске закрыл глаза, прислонившись к большому дереву, а Хината заканчивала разводить костёр. После ужина бывшая наследница с нетерпением ждала десерта. Хината, всё ещё пребывавшая в приподнятом настроении, как и утром, достала из рюкзака один из контейнеров и устроилась поудобнее перед костром. Она уже собиралась приступить к еде, но вдруг ей в голову пришла мысль. Она посмотрела на молчаливого ниндзя и заметила, что он закрыл глаза. Тихонько откашлявшись, она увидела, как чёрные глаза слегка приподнялись. «Н-не хочешь немного?» Вместо ответа Саске просто снова закрыл глаза, делая вид, что даже не услышал её вопроса. Хината поджала губы, Грубо. Показав язык обидчивому шиноби, бывшая наследница снова обратила внимание на восхитительное угощение в своих руках. Она не смогла сдержать стон наслаждения, когда откусила кусочек этого лакомства. Как оно может быть ещё вкуснее, чем раньше?! Хината вскоре погрузилась в мир сладостей, не торопясь, как накануне вечером. Пока Хьюга наслаждалась десертом, она не подозревала, что при звуках её удовольствия тёмные глаза внезапно распахнулись. Саске сглотнул. Он уже почти заснул, когда женщина напротив него застонала, и он вдруг понял, что не может отвести от неё взгляд. Она была, мягко говоря, впечатляющим зрелищем. Глаза закрыты от удовольствия, язык скользит по сладким губам, пока она наслаждается остатками своего любимого лакомства. В голове у Саске было пусто, и он мог только наблюдать. В тот момент Учиха не мог отрицать, что перед ним стояла красавица. Даже с растрёпанными волосами и в потрёпанной одежде после нескольких месяцев жизни среди деревьев Хината была сногсшибательна. Её длинные волосы цвета воронова крыла отражали танцующее пламя перед ней. Тонкие, но смертоносные пальцы поднесли их к нежным на вид губам, чтобы слизать липкую субстанцию, оставшуюся от десерта. Взгляд Саске задержался на этих губах, пока он внимательно наблюдал за тем, как она наслаждается каждым кусочком этого проклятого пудинга. Он представил, как его собственный палец заменяет её собственный; как её язык тянется навстречу его липким пальцам, с которых капает совсем не то, что с её драгоценного десерта. Саске начал. О чём, чёрт возьми, он думал?! Он резко вскочил и молниеносно запрыгнул на ветки над собой. Убедившись, что он находится на дальней стороне большого дерева и не видит женщину внизу, Саске глубоко вздохнул. Вглядываясь в темноту перед собой, он задавался вопросом, что же это, чёрт возьми, было. Хотя на этот раз он не мог притворяться, что не понимает, о чём идёт речь. Очевидно, его привлекала Хината. Эта мысль — хоть от неё и хотелось блевануть — была вполне объяснимой, решил он. В конце концов, он уже довольно давно не был с женщиной. Так что, конечно же, как и любой мужчина, он испытывал тягу к... определённым удовольствиям. И с такими стонами неудивительно, что я не могу совладать с собой. Да, убеждал он себя, для мужчины совершенно естественно находить женщину привлекательной в таких обстоятельствах. В этом нет ничего особенного. Это было просто биологическое. Химическое. Естественная человеческая реакция. Не стоит зацикливаться на этом и продолжать в том же духе. Решив, что он достаточно долго размышлял об этом, Саске снова закрыл глаза и стал призывать сон, стараясь не обращать внимания на растущее беспокойство. Прошло несколько дней, и жизнь двух шиноби Скрытого Листа вошла в привычную колею. Они вставали рано и вместе пробирались через густой лес. Иногда Саске немного опережал Хинату, или Хината бежала по земле, но они никогда не теряли друг друга из виду. После того как на небе появлялась луна, они продолжали свой путь, пока не находили подходящее место для ночлега. Саске обычно спал на ближайшем дереве, а Хината устраивалась поудобнее у костра. Всё это время они почти не разговаривали. Иногда Хината указывала на поселение неподалёку или предлагала спутнице одно из своих угощений (хотя у неё осталось всего пару штук); но чаще всего они молчали. Ещё одна константа сформировалась в мыслях, терзавших каждого из них. Хинате становилось немного не по себе от постоянного молчания. Не то чтобы она чувствовала враждебность со стороны шиноби, на самом деле он казался вполне довольным — ну, настолько довольным, насколько мог быть Саске с его постоянным выражением апатии, которое, казалось, застыло на его лице. И всё же ей было странно находиться рядом с кем-то в течение длительного времени и не говорить о чём-то. Но как бы она ни старалась, разговор не заходил дальше простого наблюдения. Обычно со стороны неё. Ну, всегда со стороны неё. Она слегка вздохнула, сидя в одиночестве у костра и чувствуя, что Саске где-то наверху, среди деревьев. Зачем вообще оставаться здесь, если он не хочет быть рядом? Она почувствовала, как в животе нарастает раздражение, и запихнула в рот кусок еды. Тем временем Саске сам испытывал некоторое разочарование, хотя оно и отличалось от того, что чувствовала Хината. С каждым днём он ловил себя на том, что его мысли становятся всё опаснее. Когда она бежала рядом с ним, от неё исходил такой аромат, что у него слюнки текли, — поэтому он бежал впереди. Когда она наклонялась, чтобы подложить дров в костёр, её топ приоткрывал нежную кожу, и от этого у него учащался пульс, — поэтому он оставался среди деревьев, где не мог её видеть. Хуже всего, как он понял, был её голос. Всякий раз, когда она пыталась завязать разговор, пусть даже короткий, он терялся. В кои-то веки он не пытался игнорировать её; он просто... не мог придумать, что сказать. Её голос действовал на него непривычно, особенно когда она говорила таким милым, проникновенным тоном. Он скучал по тем временам, когда она говорила с ним исключительно пренебрежительно. Ниндзя-изгой смирился с мыслью, что ему просто нужна компания женщины. Не она, конечно, а кто-то другой. Он был уверен, что, как только он сбросит накопившееся напряжение, он сможет вернуться к своей обычной жизни. Именно с этой мыслью Саске однажды вечером привёл их в таверну. Хината указала на неё в одной из своих многочисленных попыток добиться от него хоть какой-то реакции, но была очень удивлена, когда он действительно сменил направление и пошёл прямо туда. Ей не очень-то хотелось заходить в это сомнительное заведение, и она уже начала жалеть, что ей пришлось поддерживать светскую беседу, пока она пробиралась сквозь толпу за черноволосой девушкой. К счастью, это место не выглядело таким подозрительным, как в прошлый раз, когда она оказалась в баре. Она вздрогнула при мысли о пьяном мужчине, которого встретила несколько месяцев назад. Хината тоже была немало удивлена поведением Саске. Она не представляла его таким любителем выпить и думала, что он обычно старается держаться подальше от таких людных мест, как это. Однако, увидев, как он заказывает бутылку саке, она могла только предположить, что ошиблась в своих догадках. Конечно, Саске был не большим любителем выпить, как и предполагал его напарник, но в тот вечер ему было все равно. Оглядывая переполненный бар, он думал только об одном. Он был раздражен, обнаружив, что заведение в основном заполнено грубоватыми мужчинами и пожилыми женщинами, но решил, что несколько рюмок не повредят. Что угодно, лишь бы избавиться от этого проклятого напряжения. Куноичи, стоявшая рядом с ним, тоже начала испытывать напряжение, хотя в основном это было связано с обстановкой. Она вдруг почувствовала огромную благодарность за то, что рядом был Саске, ведь он не давал никому приблизиться к ней. Она посмотрела на Учиху, который только что выпил свой второй шот, и приподняла бровь. Она хотела спросить его, что с ним, чувствуя, что он не в духе, но её перебил бармен, спросив, не хочет ли она выпить. Она уже собиралась отказаться, но Саске опередил её: «С ней всё в порядке». Хината резко повернулась к нему, нахмурив брови. Да, с ней было всё в порядке, но кто он такой, чтобы принимать такое решение? Он что, думает, что она слишком невинна, слишком «по-детски» наивна, чтобы пить? Конечно, она пила алкоголь всего один раз, на свадьбе члена семьи, и побледнела от первого же глотка, после чего больше никогда ничего не пробовала... но всё же! По какой-то причине Хината почувствовала необходимость самоутвердиться и остановила бармена, прежде чем уйти: «Вообще-то я буду то же, что и он». Саске повернулся к ней с лёгким удивлением. Он этого не ожидал. Она спокойно посмотрела на него, приподняв бровь: Да, ты прав, приятель. Он ухмыльнулся и поднёс свой бокал к губам — эта девушка была полна сюрпризов. Почувствовав предательскую пульсацию внизу живота, Саске с трудом сдержал раздражённый стон. Ему действительно нужно было срочно найти кого-то, с кем можно переспать. Когда Саске снова повернулся к толпе и окинул её испытующим взглядом, Хината посмотрела на свой бокал с саке. Она сглотнула, внезапно задавшись вопросом, стоит ли оно того, чтобы самоутверждаться. Взглянув на мужчину рядом с собой, она подняла голову. Поднеся бокал к губам и изо всех сил стараясь не обращать внимания на жжение в носу от запаха, Хината выпила залпом, невольно закашлявшись, когда почувствовала жжение в горле. Саске снова ухмыльнулся, глядя на неё. Он знал, что она не пьёт. Он смотрел, как она наливает себе ещё одну рюмку, желая догнать Учиху, и снова погрузился в свои мысли. Её щёки уже начали розоветь, и его рука дёрнулась от желания прикоснуться к ней. Он тихо вздохнул. Как раз в тот момент, когда он начал терять самообладание, Саске почувствовал лёгкое прикосновение к своему плечу. Он настороженно посмотрел на подошедшую к нему женщину. Она выглядела старше его, но не настолько, чтобы это имело значение. Каштановые волосы ниспадали ей на левое плечо, придавая ей небрежный, но решительный вид. Она улыбнулась ему: «Привет». Он ещё раз окинул её взглядом. Она была не совсем в его вкусе, но и непривлекательной её нельзя было назвать. Судя по запаху алкоголя, исходившему от неё, она была здесь уже давно. В обычный вечер Саске не удостоил бы её и взглядом, не говоря уже о том, чтобы вступать с ней в разговор. Сегодняшний вечер был другим. Взглянув на куноити, которая с трудом допивала свой третий бокал, Саске слегка вздохнул и снова повернулся к другой женщине. Не тратя время на светскую беседу, Учиха обнял её за талию и повёл прочь от бара. Хината, сосредоточенная на том, чтобы выпить хотя бы ещё одну чашку обжигающего напитка, ещё не заметила его отсутствия. И только когда крупный мужчина поздоровался с ней там, где, как ей казалось, стоял Саске, она поняла, что осталась одна. На мгновение она почувствовала, как к горлу подступает паника. Её большие глаза забегали по бару; конечно же, он не бросит её в таком месте? Она уже была готова активировать свой бьякуган, когда заметила копну торчащих чёрных волос, направлявшихся к двери в дальнем конце зала. Хината шагнула вперёд, собираясь догнать его, но тут заметила женщину рядом с ним. Она смотрела, как они входят в дверь: он положил руку ей на поясницу, а на его лице играла странно очаровательная полуулыбка. Ее желудок скрутило. О. Она резко повернулась к бару, не обращая внимания на мужчину, который всё ещё пытался с ней заговорить. Хината не могла понять, что она чувствует. Алкоголь ударил ей в голову, и теперь было трудно разобраться, что именно вызывает это странное ощущение, разливающееся по её венам. Нет, подсказывало ей тело, это не было чем-то чуждым. Она уже чувствовала это раньше — но когда? Не потрудившись допить бутылку, Хината пробралась сквозь толпу и направилась к выходу. Ей нужен был свежий воздух. Прошло неопределённое количество времени, и Хината заснула, прислонившись к дереву неподалёку от таверны. Она проснулась, когда Саске легонько пнул её по ноге, от чего она вздрогнула и резко открыла глаза. «Пойдём». Она на мгновение подняла на него глаза, всё ещё не до конца очнувшись после дневного сна — и алкоголя. Он смотрел на неё с выражением, которое она не могла понять. Пошатнувшись, Хината встала — пусть и не очень уверенно — и последовала за Саске, который снова не потрудился её дождаться. Некоторое время они шли молча, но это молчание отличалось от других. Оно было тяжелее. Они не успели уйти далеко, когда Саске заявил, что они остановятся на ночь. Хината едва успела осознать, что он сказал, как он исчез среди деревьев. Чувствуя себя немного не в своей тарелке, Хьюга в тот вечер не стала разводить костёр. Она также не стала ужинать и есть своё любимое лакомство. Вместо этого она забралась в спальный мешок и заставила себя заснуть. И всё же то чувство, которое он испытал в таверне, вернулось и только усилилось по мере того, как они углублялись в тёмный лес. Сначала она старалась не думать об этом. Она знала, что это чувство ей знакомо, но по какой-то причине не хотела его идентифицировать. Однако, когда в её голове всплыли образы Саске, уходящего от неё под руку с той незнакомкой, это чувство не отступило. Хината начала понимать, что это за чувство, когда в её голове начали всплывать воспоминания об одном празднике. Она вспомнила, как смеялась вместе с друзьями, как танцевала всю ночь напролёт с жителями деревни; как на ней было струящееся белое платье. Она вспомнила, как сидела одна за большим столом и смотрела на пергамент, на котором её имя было написано изящным почерком. Она вспомнила, как плакала от грусти, и эти слёзы было так легко не заметить среди моря счастливых слёз вокруг неё. Да, в конце концов она сдалась, ей было знакомо это чувство. Ревность. « Первый « Предыдущий Глава 6 из 9 Следующий » Следующий »Скажи мне, зачем ты сюда пришёл Потому что я не могу, я больше не могу ждать Я на грани, и я не могу это контролировать Into You — Ариана Гранде После их импровизированного вечера в таверне Саске и Хината чувствовали себя ещё более напряжённо и неловко, чем раньше. После этого небольшого откровения Хьюга не знала, как себя вести. Признавшись себе, что она ревнует Саске к его подружке, она вызвала в своём сознании миллион новых вопросов, которые проносились в её голове со скоростью света, и она не была уверена, что сможет разобраться во всём этом. Если она ревновала, значит, этот мужчина её чем-то привлекал. Но чем именно? Как бы она ни пыталась убедить себя, что это чисто платонические отношения, что она просто почувствовала себя оскорблённой из-за того, что он ушёл, не сказав ни слова, что от вида его руки на талии той женщины у неё не упало сердце, — она знала, что это не так. Она испытывала подобные чувства только к одному человеку в своей жизни, и она знала, что это ни в коем случае не было платоническим чувством. Вдобавок ко всему это было даже сильнее, чем с Наруто, и, казалось, возникло из ниоткуда. Хината ненавидела это тёмное, гнетущее чувство, которое с той ночи не покидало её, а отношение мужчины к ней только усугубляло ситуацию. Как будто такое было возможно, Саске игнорировал её ещё больше, чем раньше. Он больше не бежал рядом с ней, держась как можно дальше впереди, но не отставая от неё. Когда они останавливались на ночлег, он даже не оставался рядом с ними на всю ночь, а появлялся только с восходом солнца и отправлялся в путь, даже не взглянув в её сторону. Она гадала, спал ли он вообще. Хината, со своей стороны, перестала пытаться завязать разговор. Она жалела, что не промолчала, когда Саске упомянул эту дурацкую таверну. Она нахмурилась и уставилась в спину Саске. Человек, о котором идёт речь, был вне себя от злости по своим собственным причинам. Его попытка подавить растущее внутри него разочарование, мягко говоря, не увенчалась успехом. Не то чтобы он не добился успеха в своих завоеваниях: редко какая женщина отвергала его ухаживания, а ещё реже он вообще их делал. Однако, выйдя из таверны и увидев спящего Хьюгу, который ждал его снаружи, Саске почувствовал себя ещё хуже, чем раньше. Это его очень разозлило. Хуже всего было то, что его разочарование только усиливалось, и он старался как можно меньше контактировать с источником. Конечно, он мог просто уйти. Он много раз об этом думал. Чёрт возьми, однажды он уже ушёл. Но, несмотря ни на что, он не мог оставаться в стороне. Казалось, что эта женщина обладает каким-то магнитным полем. Каждый раз, когда он пытался уйти, она без особых усилий притягивала его обратно. Саске не привык к тому, что кто-то может так контролировать его; ему это не нравилось. Совсем. Особенно когда этот человек, казалось, даже не подозревал, что держит его в своих руках, или был совершенно безразличен к этому. После той роковой ночи она притихла, и он не хотел признаваться себе, что её молчание только распаляло его гнев. Она устала от его присутствия? Она расстроилась из-за того, что он заставил её ждать в ту ночь? Какого чёрта его это вообще волнует? Самой навязчивой мыслью было: «А она ли это?» Он нахмурился ещё сильнее, напряжённо размышляя. Он оттолкнулся от ветки под собой с такой силой, что она переломилась пополам, и прыгнул вперёд, опережая Хьюгу. Разочарование, которое кипело в них обоих, витало в воздухе, пока они скользили между деревьями. Ни один из них не понимал, как справиться с этими эмоциями, и ни один не хотел их озвучивать. Когда они снова разбили свой минималистичный лагерь, в воздухе повисло напряжение. Если бы кто-то их увидел, то решил бы, что эти двое готовы убить друг друга. По случайному совпадению, именно так и подумал бродяга с рыжими волосами, когда наткнулся на них той ночью. Писатель-путешественник направлялся в соседнюю деревню, чтобы навестить друга, когда увидел двух ниндзя, разбивающих лагерь. Если бы не их обостренные чувства, он бы сразу повернул назад, почувствовав сильную вибрацию в воздухе. «О-о-о!» — начала Хината, заметив мужчину, почувствовав, что в нём нет чакры, и решив, что он просто случайный путник — и, что самое важное, не представляет угрозы. «З-здравствуйте», — поприветствовала она, мило улыбнувшись покрасневшему писателю. «Привет…» Он перевёл взгляд на молчаливого шиноби и заметил хмурое выражение на его лице. У кого-то плохое настроение… Хината скосила глаза в ту же сторону, раздражённая грубостью этого человека. «У нас гость, Саске», — указала она с натянутой улыбкой. Упомянутый «гость» молча сглотнул. В его памяти всплыли детские воспоминания о том, как родители пытались скрыть, что они только что сильно поссорились, когда он вошёл в комнату. Ему больше всего хотелось поскорее выйти из этой неловкой ситуации. Его взгляд снова метнулся к Саске, когда он услышал характерное «хн» с его хмурых губ. С трудом сглотнув, мужчина заставил себя не краснеть ещё сильнее от лёгкого кивка шиноби. Хината переводила взгляд с одного мужчины на другого, чувствуя, что взгляд рыжеволосого кажется ей знакомым. «Вы что, з-знакомитесь?» Писатель слегка вздрогнул от вопроса женщины, погрузившись в свои мысли и глядя на мужчину, который сам того не подозревая, был ему небезразличен. «Эм, да, ну, наверное, немного…» Саске просто проигнорировал их, не обращая особого внимания на присутствие писателя — да и вообще не особо обращая на него внимание. Как и в предыдущие несколько дней, он как можно быстрее закончил ужинать и скрылся среди деревьев. Хината фыркнула, глядя вслед грубому шиноби. Она уже привыкла к такому поведению, но ей было жаль их новообретённого гостя. Повернувшись к покрасневшей рыжеволосой девушке, Хината постаралась изобразить как можно более ободряющую улыбку, несмотря на своё плохое настроение. «Я п-приношу извинения за его грубость, т-хотя, думаю, ты тоже к этому привыкла?» Молодой писатель мягко улыбнулся и кивнул. Повисла неловкая тишина, пока двое тревожных людей пытались придумать, что сказать дальше. — Н-не могли бы вы?.. «Я должен был...» Они оба заговорили одновременно, а затем синхронно покраснели, пытаясь дать друг другу договорить. Через мгновение они оба тихо рассмеялись, хотя всё ещё были немного напряжены. Хината вдруг почувствовала благодарность за компанию, несмотря на неловкость, и поняла, что часть её стресса отступила. «Ты можешь остаться, если хочешь». Писатель хотел было возразить, но потом понял, что ему всё равно скоро придётся разбить свой собственный лагерь. Пришедшая в себя женщина выглядела довольно дружелюбно, поэтому он кивнул: «Спасибо». Вскоре Хината уже сидела у только что разведённого костра, пока рыжеволосый парень заканчивал обустраивать своё место. Он обычно брал с собой немного больше вещей, чем его товарищи-ниндзя: у него была самодельная палатка, раскладушка и множество блокнотов, разбросанных вокруг спального места. Хюга слегка завидовала такому обустройству и потирала затекшую спину. Матушка-природа могла бы сделать землю немного мягче тут и там…» — С-с-с, — начала Хината, желая воспользоваться возможностью и хоть раз поговорить с кем-то. — Могу я узнать, как вас зовут? «О! Да!» — начал мужчина. Он не привык к тому, что в наши дни кому-то есть дело до того, кто он такой. «Меня зовут Тайсё». Хьюга широко улыбнулся: «Какое прекрасное имя!» Тайсё улыбнулся в ответ, слегка покраснев от комплимента, и быстро поблагодарил её: «А у тебя?..» — Х-Хината, — ответила она, открывая контейнер с едой. Недавно представленный писатель улыбнулся женщине, сидевшей напротив него, радуясь, что наконец-то узнал имя той, кого видел в своём коттедже. «Приятно познакомиться, Хината». Они погрузились в более уютное молчание, наслаждаясь вечерними привычными занятиями, и оба мысленно вернулись к мужчине, который исчез в лесу. Тайсё, как обычно, делал пометки в одной из своих многочисленных записных книжек. Истории о любви, тоске и печали легко слетали с его языка. Он всегда отражал свои чувства в рассказах и стихах, которые писал. Однако с тех пор, как он встретил Саске, у рыжеволосого не было ни малейшего желания писать о ком-то или о чём-то другом. Тетрадь за тетрадью были до отказа заполнены романтизированными версиями его встреч с этим негодяем, и он засыпал с более чем достаточным количеством фантазий. Никогда ещё он не был так влюблён, и каждое движение его пера укрепляло эти чувства. К тому моменту он написал так много, что был вынужден убрать многие книги на хранение в свой коттедж. Он понимал, что глупо оставлять такие откровенные признания прямо под носом у шиноби, но не мог не надеяться, что однажды этот человек их найдёт, хотя это и привело бы его в такое же замешательство. Тайсё тихо вздохнул. Он знал, что Саске о нём невысокого мнения, так что вероятность того, что он когда-нибудь удосужится прочитать его мысли, была ничтожно мала. И всё же человек может надеяться. В конце концов, он всегда лучше выражал свои чувства на бумаге, чем в реальной жизни. От мысли о том, чтобы признаться в своей самой сокровенной тайне лицом к лицу с этим устрашающим человеком, ему хотелось провалиться сквозь землю. Поэтому он просто продолжал писать — и надеяться. Тем временем Хината задумчиво наблюдала за Тайсё, пока ела. Молодой человек интересовал её в основном из-за его очевидной связи с её нынешней попутчицей. Честно говоря, она бы удивилась, если бы узнала, что у Саске есть знакомые за пределами Деревни Листа, не говоря уже о таком обычном и чудаковатом человеке. Хинате пришлось подавить смешок при мысли об этой странной парочке, которая промелькнула у неё в голове. Она надеялась, что увидит их вместе утром. Взгляд Опал скользнул с лица Тайсё на книгу, которую он так крепко сжимал в руках и писал так, словно от этого зависела его жизнь. Она нахмурила брови: Погоди-ка… Её глаза расширились, когда она поняла, что потрёпанный блокнот в руках мужчины ей знаком. Он был точно таким же, как те, что лежали у неё в рюкзаке, — те, что она нашла в коттедже. Те, о которых, по словам Саске, он ничего не знал. Знакомое чувство раздражения, которое сопровождало большинство мыслей об Учихе, вернулось, когда она сложила все кусочки воедино. Этот лживый придурок! Вскоре её сменило чувство стыда, когда она вспомнила о множестве страниц, которые прочла без ведома молодого человека, — о его глубоко личных мыслях и чувствах. И желаниях. Хината невольно покраснела. Всё раздражение, которое она раньше испытывала по отношению к Саске, теперь было направлено на неё саму. Конечно, она должна была ему рассказать. С моральной точки зрения она была обязана это сделать. Но… Её лицо покраснело ещё сильнее, когда она вспомнила множество страниц, посвящённых его самым сокровенным желаниям. Как она могла смотреть ему в глаза, зная, что читала такое? Куноичи украдкой взглянула на писателя: он всё ещё был погружён в свой мир слов. Она немного расслабилась, вспомнив, как сильно его произведения затронули её. Хината смотрела на Тайсё с молчаливым уважением и пониманием. Вздохнув про себя, краснолицая женщина поняла, что у нее нет выбора. Немного порывшись в своем рюкзаке, Хината взяла в руки три блокнота - свои любимые, которые она решила взять с собой. Чтобы украсть, со стыдом напомнила она себе. Опустив плечи, Хината повернулся к рыжеволосой. — Э-э-эм... Тайсё слегка вздрогнул и поднял голову, выйдя из оцепенения, когда услышал, как к нему подходит тихая девушка. «О, эм, да?» Он с лёгким замешательством наблюдал за тем, как она, запинаясь и густо краснея, пытается что-то сказать. Она крепко прижимала что-то к груди, но он не мог разглядеть, что именно. — В-видишь ли, — начала она в третий раз, пытаясь успокоиться. — В-в коттедже я была — ну, я-я… «Ты в порядке?» — спросил Тайсё, внезапно забеспокоившись, потому что девушка продолжала заикаться. Хината зажмурилась, раздражённая своим дефектом речи, но в первую очередь собственной трусостью. Решив, что лучше просто покончить с этим, женщина с покрасневшим лицом внезапно вытянула руки и склонила голову, демонстрируя свой позор мужчине, сидевшему перед ней. Мужчина, о котором шла речь, дважды моргнул, прежде чем заметил книги, которые теперь лежали перед ним. На мгновение его брови слегка нахмурились, а затем взлетели к волосам. Ахнув, Тайсё выхватил книги из её протянутых рук. Он на секунду пролистал первую и застонал, просматривая страницы; вскоре его лицо залилось таким же румянцем, как и у Хинаты, когда он читал свои собственные слова. Он проделал то же самое со второй и третьей страницами, и с каждой перевернутой страницей его стоны становились все более сдавленными. Он уронил голову на блокнот, который держал в руках, и мысленно проклял себя за глупость, за то, что оставил такие вещи на виду. Хината с болезненным выражением лица наблюдала за происходящим, желая провалиться под землю от каждого звука унижения, который издавал мужчина. Она чувствовала себя просто ужасно. «Я-я прошу прощения», — пробормотала она, хотя и не была уверена, что он её услышал. «Я-я не знала, что они кому-то п-принадлежат, э-э, но, думаю, это было глупо... ведь всё принадлежит... к-кому-то, верно?..» Она снова сникла, когда он не ответил на её бормотание: «Мне так с-сожаль...» На мгновение в воздухе повисла неловкая тишина, и никто из них не решался сдвинуться с места. «Он не знает». Хината удивлённо подняла глаза, когда Тайсё заговорил, но от его слов у неё по спине побежали мурашки. «Хотел бы я, чтобы он знал, но он не знает», — продолжил он, слегка приподняв голову, чтобы скрыть боль, которая читалась в его добрых глазах. «Я хочу ему сказать, но…» Она всё поняла, даже без его дальнейших слов. Она поняла больше, чем он думал. И она ему об этом сказала. «Я понимаю, — выдохнула она. — Я... я прошла через то же самое». Рыжеволосая на мгновение задумалась над её словами: «Ты рассказала своему парню?» Хината улыбнулась, но от этого стала выглядеть ещё печальнее. «Да... В конце концов». Он не стал спрашивать, что случилось, — всё было написано у неё в глазах. Вздохнув, он снова опустил взгляд. «Если бы у меня была твоя смелость», — пробормотал он почти про себя. Больше всего эти слова удивили Хинату. И это говорит она, такая смелая? Она была уверена, что за всю свою жизнь ни разу не слышала таких слов — по крайней мере, обращённых к ней. И тут она почувствовала, как в её сердце разливается тепло по отношению к изнывающему от любви мужчине, стоявшему перед ней. Она подошла к Тайсё и медленно опустилась на корточки рядом с ним. Он почувствовал её руку на своём плече и вздрогнул, несмотря на мягкое прикосновение. Он поднял на неё взгляд, полный слёз. Хината хотела многое ему сказать, хотела поделиться с ним тем облегчением, которое испытала, наконец признавшись в своих чувствах. Разочарованием от того, что её отвергли, проигнорировали. Последовавшим за этим оцепенением, которое поглощало её дольше, чем она могла себе представить. Но больше всего она хотела ощутить свободу, которая приходит с осознанием того, что одна глава её жизни закрыта навсегда; что она может делать всё, что захочет, быть с кем захочет и быть кем захочет. К сожалению, она не всегда могла подобрать нужные слова — эта черта, сама того не зная, была у них с Тайсё общей. Поэтому вместо того, чтобы рассказать мужчине свою историю, она просто улыбнулась ему сквозь слёзы. Это был взгляд, полный понимания, утешения и поддержки. Тайсё глубоко вздохнул, глядя на интересную женщину, которая его утешала, и поймал себя на том, что отвечает ей грустной улыбкой. В тот момент между ними возникла связь, и они поняли, что могут общаться на очень глубоком для них обоих уровне. Через некоторое время они погрузились в приятную беседу и провели вечер, делясь историями о своих путешествиях и подшучивая над пропавшим Учихой. Ни один из них не подозревал, что их общие чувства были гораздо глубже, чем они думали. В конце концов время подошло к концу, и они пожелали друг другу спокойной ночи. Каждый из них засыпал с мыслью о том, что где-то среди деревьев прячется ниндзя. Ниндзя, который снился Хинате и Тайсё, на самом деле в ту ночь не был таким уж мечтательным. Несмотря на то, что в последнее время он обычно находил самое дальнее дерево, до которого мог добраться, не покидая лагерь, чтобы спокойно выспаться, Саске чувствовал, что должен оставаться поблизости. Он предположил, что это из-за их неожиданного гостя, хотя и не думал, что этот человек представляет угрозу. И всё же, покидая лагерь той ночью, он не мог заставить себя уйти подальше от слышимости. Боже, как бы он хотел это сделать. Он наслаждался тишиной и уже почти заснул, когда услышал, как Хюга что-то бормочет. Она говорила как сумасшедшая, честно говоря. Ему было трудно расслышать, что именно она говорила писателю — кажется, его звали Тайсё, — поэтому он переместился туда, откуда было лучше видно. Учиха тщательно скрывал своё присутствие, не желая, чтобы Хината знала, что он всё ещё рядом. Он был благодарен за этот напряжённый разговор, ведь он, несомненно, отвлёк её и не дал почувствовать его присутствие среди деревьев. Он наблюдал за их взаимодействием и в конце концов понял, что происходит, и ухмыльнулся про себя. Он не ожидал, что произойдёт что-то подобное, ведь он никому не рассказывал о «таинственных» блокнотах, но был рад, что так поступил. Саске с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться при виде явного смущения, царившего между двумя парнями внизу. Он вдруг обрадовался, что остался и увидел это. Однако это чувство быстро рассеялось, когда Хината и Тайсё продолжили разговор. Его не волновали проблемы в отношениях этого мужчины; нет, именно молчаливое признание куноити заставило его нахмуриться. Наруто. Она говорила о Наруто. Саске продолжал смотреть на них, не слыша слов, которые они произносили, пока его кровь бурлила под кожей. Не в силах смотреть ей в глаза, наполняющиеся слезами — слезами по его лучшему другу, — Саске быстро выбежал из лагеря. Чувства, которые терзали его последние несколько дней, не шли ни в какое сравнение с яростью, которая вскипела в нём, когда он бежал сквозь темноту. Его глаза налились кровью, а ноги несли его быстрее, чем когда-либо за последние недели, а может, и месяцы. Логически он понимал, что его реакция была иррациональной и драматичной. Он знал, знал наверняка, что Хината влюблена в Наруто. Он знал, несмотря на пульсирующую боль в груди, что её слова подразумевали, что из её признания белокурому ублюдку ничего не вышло. Он знал, но всё равно злился. Неудивительно, что она перестала пытаться заполнить пустоту между ними пустой болтовнёй. Она просто пыталась отвлечься от мыслей о нём. Он резко затормозил, и его мысли понеслись вскачь, подпитываемые ревностью. Вот почему она покинула Деревню Листа. Саске невесело рассмеялся, злясь на себя за то, что не догадался раньше. Подумать только, я-то думал, что она за мной шпионит, — усмехнулся он про себя. Он никогда её не интересовал, она с самого начала ясно дала это понять. Хината не хотела даже находиться рядом с ним, не говоря уже о том, чтобы месяцами ходить за ним по лесу. Она просто убегала от своих проблем, от неудавшейся любви, от Наруто. Он хотел направить свой гнев на неё, обвинить во всём её трусость и неспособность забыть детскую влюблённость. Но он винил только себя. В конце концов, она ясно дала понять, что не хочет иметь с ним ничего общего. Это он преследовал её, провоцировал, ставил свои мелочные интересы выше её потребностей и в итоге поплатился за это. А теперь? Он остался с ней только из-за собственной глупости — из-за собственного одиночества. Саске сжал кулаки сильнее, чем было нужно, и не ослаблял хватку, даже когда из-под ногтей потекла кровь. Стоя там и кипя от гнева и ревности, Учиха принял решение. Он больше не позволит Хинате Хьюге контролировать его действия или чувства. Он будет ходить, куда захочет, и делать, что захочет, а она сама решит, следовать за ним или нет. Он не будет отвлекать её от собственных душевных терзаний и не будет ходить за ней по пятам, как потерявшийся щенок, как это было раньше. Теперь её очередь следовать за ним. Красные глаза Саске устремились к свету вдалеке — туда двигалась группа бандитов. Без сомнения, они искали лагерь, который можно было бы разграбить. Он дьявольски ухмыльнулся и бесшумно бросился в погоню. Можно было бы и выпустить пар. Следующее утро стало приятным разнообразием в жизни бывшей наследницы. Она проснулась от запаха завтрака, который готовил Тиашо, называвший себя «жаворонком». Они вместе приятно провели утро за трапезой, непринуждённо беседуя и убираясь в своём небольшом лагере. Хината была так благодарна за пополнение в их с Саске импровизированной «команде», что даже не заметила, что этого самого товарища по команде нигде не видно. «Он обычно поздно ложится спать?» Поджав губы, Хината слегка пожала плечами: «Я н-не уверена, но обычно он уже в-возвращается». Не успел Тайсё развить в себе параноидальные наклонности, как перед ними появился Саске. «Пойдёмте», — потребовал он, не удостоив их ни единым взглядом, и снова зашагал вперёд. Пока рыжеволосый пытался не упасть в обморок от неожиданности, Хината не удержалась и закатила глаза. Она уже собиралась последовать за ним, как вдруг заметила околдованного мужчину, стоявшего рядом с ней. Затем она поняла: «О!» Во время завтрака Хината предложила юноше сопровождать их до следующей деревни, поскольку он всё равно направлялся в ту сторону. Саске даже не дал ей возможности сообщить ему об этом, так быстро он вошёл, а затем вышел. Раздражённо фыркнув из-за постоянной грубости шиноби, она уперев руки в бока, глубоко вздохнула и крикнула ему вслед: «Саске!» Тайсё вздрогнул от её внезапного крика, не в силах поверить, что такая тихая женщина может издавать такие... устрашающие звуки. Не прошло и мгновения, как ниндзя-изгой снова предстал перед ними, выглядя ещё более угрюмым, чем раньше. «Что», — прошипел он. Хината пристально посмотрела на него, словно решая, стоит ли обращать внимание на его поведение. Судя по всему, она решила этого не делать и натянуто улыбнулась: «Тайсё присоединится к нам». — Нет. Улыбка Хьюги тут же исчезла с её лица при мгновенном отказе. Она чувствовала, как в ней поднимается гнев, но напомнила себе, что прямо за её спиной сидит гость. Глубоко вздохнув, Хината снова улыбнулась: «Почему бы и нет?» «Потому что я сказал «нет»». С этими словами Саске развернулся на каблуках и направился обратно тем же путём, которым пришёл. Ну, по крайней мере, он попытался. — Ну, — начала Хината приторно-сладким голосом, пытаясь сдержать нарастающий гнев, — я пригласила его присоединиться к нам, так что я пойду с ним. У Саске дёрнулся глаз, когда он услышал голос женщины позади себя, женщины, которая должна была следовать за ним «Делай, что хочешь», — наконец заявила она, и голос её звучал совсем как у аристократки. Саске ненавидел этот тон. Он стоял как вкопанный, слушая, как они идут, и не пошевелился, когда они проходили мимо него. Тайсё окинул мужчину взглядом, когда они проходили мимо, и немного занервничал из-за его явного недовольства. И всё же, — настороженно подумал он, переводя взгляд на женщину, идущую рядом с ним, она ещё страшнее. Тем временем Хината намеренно проигнорировала Учиху, проходя мимо него. Она не из тех, кто провоцирует, раздражает или дразнит, но если она что-то и знала, так это то, как добраться до Саске. И хотя она никогда бы в этом не призналась, ей нравилось бросать ему вызов. Ей нравилось видеть раздражение на его лице и его гневное смирение, когда он всё равно следовал за ней. В конце концов, как ещё можно объяснить избалованному ребёнку, что он не всегда может делать всё, что ему вздумается? Хината с трудом сдержала смех, услышав, как он неохотно последовал за ними. И он это заметил. О, он заметил. И с каждым шагом его терпение было на пределе. Как этой женщине всегда удавалось добиваться своего? Как ей всегда удавалось его перехитрить? Он думал, что больше всего ему не нравилось, когда она не осознавала, что контролирует его, но теперь, когда она, похоже, намеренно использовала это против него, он понял, насколько всё было на самом деле хуже. Презрительный взгляд, слегка приподнятая голова, явное отсутствие дефекта речи — от всего этого ему хотелось что-нибудь разбить. Или кого-нибудь. Даже после того, как он прошлой ночью расправился с той бандой, он всё ещё был на взводе. Конечно, они и не представляли для него особой угрозы. Саске фыркнул: что ещё нужно парню, чтобы выпустить пар? Его взгляд снова устремился к раздражающей его женщине, идущей впереди. Она весело болтала с Тайсё, который то и дело поглядывал на злого мужчину позади них. Саске прищурился, глядя на улыбающуюся женщину. Как она могла быть такой беспечной, когда он был так несчастен? Это было не только несправедливо, но и неприемлемо. Внезапно его осенило, и хмурое выражение лица сменилось ухмылкой. В конце концов, не только Хината умел раздражать. Недолго думая, Саске догнал болтающую парочку. «Итак», — перебил он их, внезапно оказавшись прямо за их спинами, отчего они оба подпрыгнули от неожиданности. Прежде чем Хината успела отругать его за вмешательство, Саске перешёл к делу: «В последнее время много читаешь, Хьюга?» Если бы он не был так серьёзен в отношении поставленной задачи, Учиха бы рассмеялся, увидев, как синхронно покраснели их лица в ответ на его вопрос. Вместо этого он просто ухмыльнулся, когда Хината подняла на него широко раскрытые глаза. Как только она увидела его лицо, то поняла, что он ведёт себя как придурок. Она тут же посерьёзнела и пристально посмотрела на него. «Не совсем», — выдавила она, надеясь, что её взгляда будет достаточно, чтобы он заткнулся. Конечно, нет. «О, правда?» — он в притворном замешательстве нахмурил брови, изображая невинность настолько убедительно, насколько это было возможно. «Я мог бы поклясться, что ты заглядывал в какие-то из тех блокнотов, которые взял в хижине». Хината была готова задушить его в любой момент, но у неё ещё оставались силы. «Ты знаешь, о каких тетрадях я говорю, — продолжил он, не обращая внимания на сердитый взгляд женщины справа от него. — Коричневые, потрёпанные, полные скандальных любовных историй, от которых ты не можешь оторваться?» Она действительно гордилась собой: несмотря на то, что в её голове роилось множество образов, как убить этого человека прямо здесь и сейчас, её руки оставались неподвижными. Хотя и были крепко сжаты в кулаки. «Да ладно тебе, Хьюга», — подначивал Саске, увлекаясь процессом. Он уже давно так не веселился. «Ты уже несколько недель буквально пускаешь на них слюни, не так ли?» — Ладно! Саске и Хината резко повернули головы влево, испугавшись внезапной вспышки гнева у человека, стоявшего рядом с ними. Человек выглядел так, будто вот-вот взорвётся. Опустив глаза и покраснев до корней волос, Тайсё всё настойчивее пятился от них. «Я… ммм… просто… я пойду!» «О нет, Тайсё, пожалуйста, просто не обращай внимания...» Хината пыталась спасти своего новообретённого друга, но он уже перешёл черту. «Нет-нет, всё в порядке!» — заверил он, хотя никто ему не поверил. Даже он сам. «Мне просто... нужно идти! Пока!» С этими словами окончательно униженный мужчина со всех ног бросился в лес. Саске моргнул, глядя вслед уходящему Тайсё, и не совсем понял, в чём проблема. В конце концов, он просто пытался добраться до Хинаты, а не до него. Впрочем, ему было всё равно. Да ладно, — подумал он, слегка пожав плечами, в любом случае он нам не нужен, чтобы тормозить нас. Он повернул голову к женщине, сидевшей рядом с ним, и тут же пожалел об этом. Теперь, когда они остались наедине, Хината не пыталась скрыть свой гнев и сверлила Саске убийственным взглядом. Учиха много раз смотрел смерти в лицо и оставался в живых, но на этот раз он не был уверен, что всё будет так же. Однако он был Саске Учихой и никогда бы не отступил. Особенно перед ней. Поэтому он уставился на неё в ответ, стараясь сохранять невозмутимость. Они простояли так несколько мгновений: Хината сверкала глазами, а Саске просто смотрел. Шли минуты, и Хината изо всех сил старалась держать себя в руках. Ей хотелось кричать, драться, бежать, плакать, делать что угодно, лишь бы избавиться от нарастающего внутри неё пожара. Но когда она увидела, что объект её гнева смотрит на неё так, словно она самое невзрачное существо, которое он когда-либо видел, её гнев только усилился. Наконец Саске решил, что их соревнование в гляделки окончено. Со вздохом, как будто ему было скучно, он оторвал взгляд от опала. «Ну что ж, пойдём». Он успел сделать всего пару шагов, как был вынужден остановиться и удивлённо моргнуть, когда Хината внезапно оказалась прямо перед ним. Если бы он был внимателен, то наверняка заметил бы её движение. И всё же его встревожила её способность застать его врасплох. «Ты злой». И вот она снова удивила его. Саске усмехнулся, услышав, какие слова она подобрала: «Злая?» — Да! — тут же закричала она. — Подлая! Он знал, что такое детское оскорбление не должно было его задеть, но всё же почувствовал, как её слова больно царапнули его. «Я не злой, я просто...» — Нет, это ты подлый! — перебила она его, подходя ближе. Гнев наконец-то вырвался наружу. — Ты т-думаешь, что можешь говорить и делать всё, что захочешь, независимо от того, как это влияет на других людей! Саске невольно отступил на шаг, а она продолжала приближаться к нему. «Я не...» — Да! И ты считаешь себя лучше всех! Ты эгоистичный, грубый, высокомерный, — она подошла достаточно близко, чтобы ей пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза, но он не позволил себе отступить, пока она продолжала наступать, нанося удар за ударом, — и подлый! «Я...» - И хуже всего, - снова перебила она, тыча пальцем ему в грудь с каждым своим замечанием, - ты это знаешь! Ты знаешь, что ты злой, и тебя "тыкают" просто "тыкают "не волнует, "тыкают"! Хината ахнула, когда Саске грубо схватил её за руку и притянул к себе. Их лица были в нескольких сантиметрах друг от друга, но ни один из них не отвёл сурового взгляда, даже когда их сердца забились в унисон. «Ты закончила?» — спокойно спросил он. Она сглотнула, всё ещё хмурясь и тяжело дыша после своей вспышки гнева: «Я... я думаю». «Хорошо». Они ещё какое-то время стояли так, застыв в этом мгновении и сверля друг друга взглядами. Но в конце концов Саске отпустил её руку, и они быстро отскочили друг от друга. Гнев вскоре сменился неловкостью, и между ними повисла тишина — всё вернулось на круги своя. Саске тихо кашлянул, и Хината нерешительно посмотрела на него. «Пойдём», — сказал он и снова зашагал по тропинке. На этот раз Хината не стала возражать и последовала за ним. « Первый « Предыдущий Глава 7 из 9 Следующий » Глава 8 Детка, мы оба знаем, что ночи были созданы в основном для того, чтобы За то, что говоришь то, что не сможешь сказать завтра «Хочу ли я знать?» — Arctic Monkeys Дни тянулись один за другим, и разочарование, нарастающее между двумя шиноби Листа, которые не знали, куда двигаться дальше, росло вместе с ними. Любому прохожему было очевидно, что они презирают друг друга. Каждое слово было пропитано ядом, любой шум или движение встречали враждебную реакцию — они едва могли прожить пять минут без новой ссоры. В их постоянных пререканиях уже не было никакого смысла; на самом деле они готовы были спорить даже о цвете неба. Да, они оба страдали из-за друг друга, но при этом не хотели расставаться. У них было бесчисленное множество возможностей бросить этот ненадёжный дуэт, и они наверняка не раз обдумывали эту идею. Тем не менее они оставались рядом друг с другом. Сколько бы они ни спорили и ни раздражались, ни один из них не мог заставить себя уйти. И они, конечно же, не хотели думать о том, почему так произошло. Хината, со своей стороны, старалась не думать о своих чувствах к этому негодяю. Она не из тех, кто лжёт себе, поэтому не отрицала, что её гнев по отношению к Саске был просто самым простым способом выразить свои более сложные чувства. Однако она не позволяла себе углубляться в эти мысли — ради собственного блага. Она прекрасно понимала, что ждёт её в конце этого пути, и не была готова пройти через это снова. Несмотря на то, что Хината прошла долгий путь с тех пор, как покинула родной дом, она всё ещё была ранимой. Тот, кто завладел её сердцем после того, как она наконец-то отстроила его заново, должен был обращаться с ним бережно — а если Учиха и был небережлив, то только не в этом смысле. Поэтому, несмотря на учащённое сердцебиение и пульс, которые она ощущала всякий раз, когда думала о том, как он прижимает её к груди, Хината не позволяла себе влюбляться ещё сильнее. Вместо этого она просто выбрала другую тему для ссоры. На этот раз речь шла об их последнем пит-стопе. «Я лишь хочу сказать, что тебе не нужно было доводить мальчика до слёз». Саске, чувствуя, что у него снова начинает болеть голова, закатил глаза, кажется, уже в миллионный раз за этот день. «Он не плакал». «Он практически рыдал, когда мы уходили», — отметила Хината. Учиха раздражённо вздохнул — этот разговор ему уже порядком надоел. В то утро они по просьбе Хинаты посетили ещё один город, и Саске воспользовался возможностью купить что-нибудь на завтрак. Он заметил небольшой лоток с фруктами и направился к особенно привлекательному помидору, но его схватил какой-то мальчик. Саске, будучи самим собой, просто потребовал, чтобы хнычущий ребёнок отдал ему помидор, если хочет вырасти и прожить долгую и здоровую жизнь. В конце концов он позавтракал, но ценой этого стали один перепуганный ребёнок и одна очень надоедливая наследница, которая постоянно зудела у него над ухом. «Ты мог бы выбрать что-нибудь другое на этой витрине, но тебе просто пришлось напугать невинного ребёнка до полусмерти», — продолжала она отчитывать его, хотя и знала, что он её не слушает. «Какой же ты придурок». «В такие моменты я скучаю по твоему раздражающему заиканию», — саркастически пробормотал Саске. Хината резко повернула голову в сторону говорящего, широко раскрыв глаза: «Как раздражает!» Учиха ухмыльнулся про себя, услышав эту вспышку гнева. Он любил действовать на нервы. «Что ж, мне так жаль, что дефект речи, с которым я боролась с детства, тебя раздражает», — заявила она с негодованием, скрестив руки на груди и высоко подняв голову, демонстрируя своё самое аристократическое поведение. «Кажется, сейчас ты не испытываешь трудностей», — прямо заявил он. Её лицо покраснело, что она ненавидела ещё больше, чем обычно, когда причиной этого был он, «Д-Джерк». «Ого, это что-то новенькое». Хината уже собирался продолжить их детские шалости, но его отвлекла внезапная смена обстановки. «Погоди, а где мы?» — спросила она, оглядываясь по сторонам и наконец заметив явные отличия в окружающей обстановке. По мере того как они продвигались по вытоптанной тропе, листва постепенно сменялась мхом и камнями. Вдоль тропы протекали реки, и Хината чувствовала, как воздух вокруг них становится влажным. «Сразу за Страной рек». Ах, подумала она, в этом есть смысл. Хината гадала, когда же она наконец выберется из Страны Огня. Она месяцами бродила по дикой местности и уже начала думать, что ходит по кругу. «Ты знала, что мы направляемся сюда?» Саске равнодушно посмотрел на неё: «Не всем из нас нравится неделями бегать по кругу, Хьюга». От этих слов её щёки снова залились румянцем; значит, она делала это. Как неловко. Тем не менее она не позволила Саске надолго перехватить инициативу: «Что ты делал все те месяцы, что мы сталкивались друг с другом?» Он не ответил, и она восприняла это как победу. Их ссоры отошли на второй план, уступив место осмотру достопримечательностей, когда пара въехала в Страну рек. Это не было разительным отличием от дикой природы, к которой она привыкла, но этого было достаточно, чтобы Хината о-о-о и а-а-а вздыхала, пока они продолжали свой путь. Саске, с другой стороны, бывал в этом районе много раз, поэтому его не так сильно радовали открывающиеся виды. Однако его немного забавляла реакция его собеседника. Последние несколько дней они были так заняты борьбой, что у него не было возможности насладиться видом. Не то чтобы он наслаждался. Он просто знал, как выглядит привлекательная женщина, вот и всё. Он окинул её взглядом, пока она продолжала смотреть на реки, текущие вокруг них. Он всё ещё не мог понять, что в ней такого притягательного, особенно учитывая, что она была вся в лохмотьях после нескольких месяцев, проведённых в глуши. Её одежда, которая, как он мог только предполагать, когда-то была чистой, была вся в дырах и прорехах. На всём, что она носила, образовался слой грязи, несмотря на то, что она постоянно мылась, когда они находили поблизости ручей. Ему даже не хотелось думать о том, в каком состоянии были её ногти. Больше всего, должно быть, пострадали её волосы. Саске помнил, что в последний раз, когда он видел Хинату, её волосы были блестящими и роскошными, но теперь они были тусклыми и спутавшимися из-за того, что она ночь за ночью спала на земле. Она была той ещё красоткой — может, поэтому он не мог отвести от неё взгляд. Саске встряхнулся и, нахмурившись, оторвал взгляд от наследницы. В отличие от Хинаты, которая быстро призналась себе, что у неё начинают зарождаться чувства к шиноби, несмотря на то, что она отчаянно их игнорирует, Саске не так изящно справлялся со своими чувствами. Он отказывался признавать эмоции, которые душили его уже несколько недель, даже когда это было до боли очевидно. Вместо этого он постоянно злился. И это его возмущало, ведь он многого добился в борьбе со своей злостью с тех пор, как начал действовать самостоятельно. В детстве он, по общему признанию... был проблемным. Несмотря на то, что он придерживался своих принципов, Саске понимал, что плохо справлялся со своими чувствами и склонялся к более жестоким способам их выражения. Со временем, когда он усвоил несколько важных уроков, одинокий Учиха немного успокоился. Конечно, он по-прежнему не любил зацикливаться на своих эмоциях — а иногда и вовсе думать о них, — но он больше не полагался на свой гнев, чтобы выплеснуть эти чувства. Однако в последнее время он чувствовал приближение рецидива. С той ночи, когда они столкнулись с Тайсё, любое взаимодействие между ними превращалось в ссору, и Саске начал скучать по этому чудаковатому человеку. На самом деле он скучал по тому, как Тайсё отвлекал Хинату и удовлетворял её потребность в общении в любое время суток. Саске мог бы поклясться, что в детстве эта женщина была немой, но, судя по всему, он сильно ошибался. Не проходило и пяти минут, как она отпускала какой-нибудь комментарий или, что более вероятно, не слишком завуалированное оскорбление. В любой другой ситуации его бы наверняка позабавила разница между Хинатой, которая сидела рядом с ним, и Хинатой, с которой он вырос, — но ему было не до смеха. Он злился. Он злился из-за того, что каждое её слово часами звучало у него в голове, злился из-за того, что, как бы он ни старался прикусить язык, он не мог перестать подначивать её. Каждый раз, когда он приводил аргумент, у неё находился аргумент получше, и каждый раз, когда он выигрывал спор, она выигрывала три следующих. Больше всего его злило то, что, как бы он ни злился, при виде этого самодовольного выражения на её лице ему хотелось позволить ей победить ещё больше. Он снова посмотрел на неё и задумался, сколько времени пройдёт до их следующей встречи. На что она укажет ему на этот раз? Какой разговор из прошлого она вспомнит? И какое язвительное замечание выведет её из себя? Усмехнувшись про себя, Саске решил, что, возможно, она не так уж виновата в их недавнем поведении. В его защиту можно сказать, что ему было слишком весело её дразнить — и это было слишком просто. Воспоминания о том, как она кричала на него после того, как он заставил Тайсё сбежать, наполнили его разум множеством сложных чувств. Он всё ещё чувствовал, как её палец, словно кинжал, пронзает его грудь с каждым ударом — или тычком. Это было так же, как в тот раз, когда она дала ему пощёчину и... «отправила в нокаут» той ночью — казалось, что с тех пор прошла тысяча лет. Тогда её прикосновение тоже осталось в его памяти, как статическое электричество; ему потребовались дни, чтобы избавиться от фантомных ощущений. Как и тогда, с момента их ссоры, её прикосновения не давали ему покоя. Не помогало и то, что из-за какой-то странной рефлекторной реакции он притянул её к себе ещё ближе, пытаясь защититься от шокирующих ударов. Одного этого воспоминания было достаточно, чтобы по спине пробежал холодок, и это ещё больше испортило ему настроение. Не желая или не имея возможности больше предаваться подобным мыслям, Саске устремил взгляд вперёд, нахмурив брови. Чёртовы гормоны. Рядом с угрюмым мужчиной Хината почувствовала, как её настроение поднимается — пусть и ненадолго. Она больше не будет недооценивать влияние смены обстановки! Она и не подозревала, как уныло было идти от дерева к дереву, не имея возможности понять, как далеко она ушла и в каком направлении движется. Даже её всевидящее око не особо помогало, когда вокруг были только деревья, деревья и ещё раз деревья. Теперь, глядя на извилистые реки и плакучие ивы, Хината наконец-то могла оценить, как далеко она продвинулась. Это осознание ударило по ней сильнее, чем она ожидала, и внезапно она смогла увидеть только огромную пропасть между тем временем и настоящим. Она старалась не слишком поддаваться эмоциям, помня о том, с кем она находится, но, несмотря на все усилия, у Хьюги защипало в глазах. Если бы она только могла рассказать себе в прошлом, что её ждёт, если бы только её сестра была рядом и увидела, как сильно она изменилась, если бы только Неджи был жив и увидел, как она повзрослела. При мысли о покойном кузене слёзы потекли ещё сильнее. С момента его смерти прошло немало времени, но бывали моменты, когда его отсутствие давало о себе знать так же сильно, как и в тот день. Особенно в такие моменты, как сейчас, когда она своими глазами видела, как далеко она продвинулась — во всех смыслах этого слова, — и не могла не желать, чтобы он был рядом и увидел это. Она была уверена, что он бы гордился ею. «Ты плачешь». Хината вздрогнула, выйдя из своих размышлений, и тут же покраснела, осознав, что сказал Саске. «А-а, да...» — призналась она, изо всех сил стараясь вытереть слёзы, раз уж её поймали. Учиха не знал, что сказать. Он жалел, что вообще что-то сказал, но, к своему удивлению, увидел, как по её лицу текут слёзы, и слова сами сорвались с его губ. Всего мгновение назад она выглядела такой же счастливой, какой он видел её в пекарне, но теперь у неё был такой вид, будто у неё только что умерла собака. Не склонный утешать плачущих женщин или кого-либо ещё, Саске просто продолжил идти. Хината была безмолвно благодарна ему за это, ведь она была не из тех, кто делится с кем-то своими, ну, в общем, любыми, проблемами. Они шли молча до конца дня, но в конце концов солнце скрылось за горизонтом, и им пришлось разбить лагерь на ночь. Хотя темнота не была серьёзным препятствием для их обостренных чувств, незнакомая местность, безусловно, была проблемой. Даже не сговариваясь, они оба понимали, что лучше начать путь на рассвете. За последние несколько дней их вечерний распорядок изменился. Хотя большую часть дня они спорили по пустякам, Саске перестал спать на деревьях. Вместо этого он устроился на противоположном от костра конце — по-прежнему игнорируя её, насколько это было возможно, но всё же присутствуя. Хината, например, чуть не расплакалась, когда он стал избегать её как чумы. По крайней мере, теперь она могла спокойно поесть. «Для принцессы ты ешь не очень по-королевски», — заметил Саске, ухмыляясь и глядя на неё через костёр. Она сердито посмотрела на него. «Сколько раз мне ещё нужно тебе сказать, что я не принцесса?» — спросила она с раздражённым вздохом и демонстративно проигнорировала его комментарий о её пищевых привычках, пытаясь насладиться едой. Ухмылка Учихи стала ещё шире, он понял, что задел его за живое. «Ах, моя ошибка, принцесса». В ответ на её следующий испепеляющий взгляд он насмешливо поклонился и с трудом сдержал смех, когда она закатила глаза. И всё же что-то было не так. Обычно она не упускала такой возможности; тема принцесс всегда была верным способом вывести её из себя, но сегодня она просто смотрела на свою еду. Саске скрестил руки на груди и уставился на неё. В чём была её проблема? Не то чтобы он жаловался на отсутствие её мелких придирок, но это было довольно странно. Должно быть, это как-то связано с тем, из-за чего она плакала, — предположил он. В его памяти всплыли образы светлых волос и щетинистых щёк, и он нахмурился. Наверное, скучает по этому идиоту. Эта мысль разозлила его, и он решил перестать об этом думать. Не испытывая особого чувства голода, Саске без промедления устроился поудобнее у костра. Хината поднял взгляд, поёрзав на стуле. Он явно собирается рано лечь спать. Тихонько вздохнув, куноичи посмотрела на оставшуюся еду. Она почти ничего не почувствовала, настолько была погружена в свои мысли. Хотя Хината скучала по друзьям и семье, до сих пор у неё не было времени по-настоящему задуматься о том, как далеко они от неё находятся. Она была так поглощена делами, связанными с одним шиноби, что даже не осознавала, как далеко забрела от дома. Теперь же, когда она молча сидела в стране, которая была не так уж далеко, но всё же достаточно далеко от того места, где она выросла и где у неё осталось столько драгоценных воспоминаний, на сердце у неё было тяжело. Решив, что она больше не голодна и не хочет больше копаться в своих эмоциях, Хината последовала примеру своей двойняшки и приготовилась ко сну. Шли часы, а Саске и Хината не сводили глаз со звёздного неба над ними. Ни один из них не мог уснуть; обе головы были полны мыслей и эмоций, от которых им удавалось отвлечься, только когда над их головами светило солнце. Но как только на небе появлялась луна, ничто не могло помешать им погрузиться в пучину собственных сложных чувств. Саске знал, что она не спит — она была слишком неподвижна для спящего человека. Хината чувствовала, что он тоже не спит, но не хотела рисковать и поворачивать голову в его сторону. Итак, вспоминая ту ночь в хижине, они оба смотрели в темноту, и мысли их были заняты друг другом. «Почему ты плакала?» К своему большому удивлению, Саске нарушил молчание. Он не собирался озвучивать свой вопрос и был немного раздосадован тем, что сделал это. Он списал это на недостаток сна. Однако этот вопрос весь день вертелся у него в голове, так что он решил, что может получить ответ. «Ч-что?» — спросила она, хотя прекрасно его слышала. Она просто не была уверена, хочет ли отвечать. Хината весь день была на взводе и знала, что откровенный разговор о том, что у неё на уме, приведёт лишь к новым слезам. Она была уверена, что Саске не хочет с этим разбираться. И всё же, — рассуждала она про себя, возможно, мне станет легче, если я выскажусь... — Раньше, — уточнил Саске, ещё больше раздражённый тем, что ему пришлось повторять вопрос, который он даже не хотел задавать, но всё же хотел узнать. — Ты плакала. Почему? Хината вздохнула. «Я…» — попыталась она начать, но не знала, с чего. «Это... много. Я... я не хочу тебя этим беспокоить». «Я бы не стал спрашивать, если бы не хотел знать, Хьюга». Кто больше удивился его честности — Саске или Хината, — сказать было невозможно. Тем не менее этого было достаточно, чтобы придать куноичи немного смелости. «Я просто т-тоскую по кое-кому, вот и всё». Ах, — с горечью подумал Саске. Значит, это было из-за того идиота. Теперь он искренне сожалел о том, что спросил: «Понятно». «Наверное... — продолжила она, к его большому разочарованию, — я просто хочу, чтобы он был здесь и увидел, как сильно я выросла». Саске закатил глаза в темноте. Как будто Наруто — король инфантильности — вообще способен понять, когда кто-то «повзрослел». Она и правда совсем не знала этого болвана, не так ли? Ему пришлось сдержать насмешливый смешок. Не подозревая о том, о чём думал Саске, Хината продолжала говорить о своём, изо всех сил стараясь сдержать поток слёз, которые вот-вот должны были хлынуть. «Просто... он был для меня не просто членом семьи, он был моим другом, моим наставником, моей причиной продолжать бороться, м-моим... в-всем». Брови Учихи сдвинулись в замешательстве. Семья? Наставник? Он резко повернул голову в её сторону, и его взгляд смягчился при виде её безмолвных слёз. Итак, она не говорила о Наруто. Какой же я идиот, — ругал себя Саске. Она говорила о своей кузине, которая умерла всего несколько лет назад. Она не тосковала, она горевала. Идиот. Если Саске что-то и мог понять, так это потерю любимого человека. Или любимых людей. От этого напоминания у него сжалось сердце, но он умело отогнал эти воспоминания на задний план. «Он бы гордился». Слова снова сорвались с его губ, но на этот раз он не пожалел об этом. Широко раскрытые, полные слёз глаза Хинаты встретились с его глазами сквозь танцующее между ними пламя. Она почти забыла, что он её слушает, снова погрузившись в свои горько-сладкие размышления. И хотя она уже знала, что он говорит правду, и сама недавно сказала себе то же самое, она была благодарна, что услышала это от Саске. Его собственное трагическое прошлое было хорошо известно, и ей почти стало стыдно за то, что она жалуется человеку, который так много потерял. Но она знала, что он её понимает, и знала, как и он, что он ничем не может помочь ей в этой ситуации. Но самое главное, он знал, как много для неё значит услышать эти слова и знать, что они правдивы. Она на мгновение задумалась, говорил ли ему кто-нибудь когда-нибудь такие слова. — Да, — согласилась она, чувствуя, как на её заплаканном лице появляется искренняя улыбка, — так и будет. Сасукэ уставился на неё в ответ, не в силах нормально дышать, когда она так на него смотрела. Он мог выдержать её гневные взгляды. С этим холодным, насмешливым взглядом он тоже мог справиться. Даже возмущённое, выпуклое выражение лица, которое она часто принимала, когда он говорил что-то особенно грубое, в этот момент пришлось бы ему по душе. Однако это было что-то новенькое. В её глазах читались благодарность, понимание и признательность. И эта улыбка — она никогда раньше так ему не улыбалась. Он сглотнул, оторвал взгляд от земли и снова посмотрел в небо. Хината последовала его примеру и почувствовала, как с её израненного сердца словно упал тяжкий груз, когда она снова посмотрела на сияющие в ночном небе звёзды. С тех пор они молчали, и в конце концов Хината поддалась сонливости. Несмотря на беспокойство и стресс, которые всё ещё не давали ей покоя, бывшей наследнице стало немного легче после того, как она поделилась своими печалями с кем-то. Однако Саске не сомкнул глаз. До конца ночи его преследовал образ, запечатлевшийся в его памяти. Её блестящие глаза, дополненные нежной улыбкой. Всё это было направлено прямо на него. И всё из-за того, что он сказал. Он не должен был придавать этому значения. Ему следовало сразу же забыть об этом и быть благодарным за то, что он наконец удовлетворил своё назойливое любопытство. И всё же он испытывал лишь страх. Страх и то мучительно-сладкое тепло, которое разлилось в его груди, когда она встретилась с ним взглядом. Да, конечно, этой ночью он точно не выспится. Хината проснулась в лучшем настроении за последние несколько недель. Накануне вечером она не только избавилась от эмоционального груза, но и начала наслаждаться новой обстановкой, какой бы грязной и влажной она ни была. Когда она проснулась, Саске уже не было. Вероятно, он ходил в туалет, тренировался или занимался чем-то ещё, что этот негодяй делал по утрам. Хината же решила воспользоваться преимуществами окружающей местности. После завтрака она немного прогулялась и нашла идеальное место для столь необходимой ей ванны. Течение было медленным, а вокруг было достаточно валунов, чтобы спрятаться от возможных наблюдателей. В Стране Огня было несколько подходящих водоёмов, где можно было быстро ополоснуться, но Хината редко чувствовала себя комфортно, раздеваясь посреди леса. Слишком темно и слишком много густых деревьев, за которыми могли прятаться подглядывающие; это было слишком для нервов бедной девушки. Следовательно, она не могла как следует помыться с тех пор, как они в последний раз ночевали в городе, а Саске не из тех, кто часто ночует вне дома. Однако здесь, среди нависающих скал и раскидистых деревьев, Хината наконец-то смогла расслабиться. По крайней мере, на несколько мгновений. Она осторожно разделась, внимательно следя за тем, что происходит вокруг, хотя в кои-то веки не чувствовала необходимости активировать свой Бьякуган, и потрогала воду ногой, прежде чем нырнуть. Она слегка поежилась от холода, но вода была вполне терпимой. Прижав одежду к груди — ведь её всё равно нужно было постирать, — Хината взяла принадлежности для купания и вошла в прохладную реку. Найдя место, где можно было присесть на камни, куноичи приступила к работе. Из-за многомесячного износа привести одежду в хоть сколько-нибудь приличный вид было практически невозможно, но она всё равно старалась изо всех сил. Вздохнув, она сдалась, когда у неё заболела рука. Разложив одежду сушиться, Хината сделала мысленную пометку, что в следующий раз, когда у неё будет возможность, она купит новый комплект. Но сейчас, — напомнила она себе со вздохом, прислонившись спиной к скользким камням, пора расслабиться. Это был не горячий источник, но куноити была более чем благодарна за то, что вода стекала по её волосам. Она закрыла глаза и решила, что заслуживает хорошего, долгого купания. Пока Хината снимала стресс, принимая расслабляющую ванну, Саске выплескивал свои чувства на природу. В конце концов, когда начало светать, он решил не спать, а немного потренироваться за пределами лагеря. Хотя он убеждал себя, что делает это от скуки, при мысли о том, что этим утром ему придётся встретиться взглядом с определёнными глазами, у него сжималось сердце. Чтобы отвлечься от неприятного ощущения в животе, он сформировал довольно бесполезный Чидори и быстро разрубил свою цель — дерево — пополам. Отступив от обломков с недовольным видом, Саске наконец сдался. Сколько бы он ни тренировался, ни бегал, ни дрался — нежелательные чувства никуда не девались. Он огляделся по сторонам, едва замечая груду сломанных стволов у своих ног, и направился обратно в лагерь. Внезапно его охватила паника, заставившая его замереть на месте. Не было никакой угрозы, не было причин для страха — и всё же он не мог сдвинуться с места. Саске с трудом сглотнул, чувствуя себя самым жалким человеком на свете, а это о многом говорит. Как обычно, за этим чувством вскоре последовал гнев, и он резко свернул направо. Он не убегал. Определённо нет. Он просто устал, проголодался, вспотел и пока не хотел её видеть. Направившись прямиком к воде, Саске, не теряя времени, сбросил с себя одежду и вошёл в слегка прохладную воду. Сасукэ, в отличие от своего попутчика, не обращал особого внимания на то, что его окружало, пока плыл по реке. Он перевернулся на спину и позволил воде нести его, слабо надеясь, что она унесёт и его разочарование. Пока он плыл по реке, его мысли вскоре последовали за ним. Хотя он пытался забыть эту улыбку всю ночь и всё утро, она так и осталась запечатлённой в его памяти. Он был уверен, что никогда в жизни не видел такой улыбки ни у кого. Не то чтобы он часто видел улыбки — разве что у тех, кто чего-то от него хотел, но эти улыбки никогда не были искренними. Возможно, он стал немного равнодушен к улыбкам или, может быть, все они просто меркли по сравнению с сияющей улыбкой Наруто. От этой мысли Саске усмехнулся. Этот идиот всегда любил солнце и обгорал так же сильно. Тем не менее его улыбки всегда казались достаточно искренними, чтобы не давать волю обиде. Остальные всегда притворялись, строили козни и чего-то хотели. А потом была Хината. Оно не было таким ярким, как солнце; оно сияло, как драгоценный камень. Оно не ослепляло, а вызывало благоговейный трепет. Саске невольно задумался о том, как бы снова заставить её так улыбнуться. Однако он мог позволить себе предаваться мечтам лишь до определённого момента, и вскоре он заставил себя вернуться к реальности. Думаю, мне лучше плыть обратно вверх по течению. Перевернувшись на живот и поплыв обратно вверх по реке, он уже почти добрался до того места, где оставил свою одежду, как вдруг что-то привлекло его внимание. Точнее, кто-то. Прислонившись к скале, крепко спящая — и совершенно обнажённая — Хината. Саске чуть не утонул, когда его мозг наконец-то догнал глаза. Он быстро забрался за камни, молясь всем, кто его слышит, чтобы он не разбудил её, и прижался спиной к валуну. Немного подождав, он осмелился выглянуть из-за камней. Он позволил себе ненадолго расслабиться, увидев, что она всё ещё спит, но, когда его взгляд начал блуждать по комнате, он снова быстро отвёл глаза. Внезапно ему стало трудно глотать и думать. Он опустил взгляд и напомнил себе об одном очень важном факте: он всё ещё был голым. В связи с этим возник важный вопрос: где он оставил свою одежду? Он почувствовал, как кровь стынет в жилах, когда огляделся по сторонам, вспоминая, куда он в спешке бросил свою одежду, прежде чем потрудиться поискать дремлющих Хинат. На этот раз стараясь не смотреть на обнажённую женщину, Саске огляделся по сторонам и заметил свои штаны, висящие на ветке дерева. Прямо перед ним стояла Хината. Конечно. Он ненадолго задумался, не обойти ли ему скалу, на которой он сейчас сидел, но, взглянув на размеры природного образования и вспомнив, что у него нет никакой физической защиты, быстро отказался от этой идеи. А это означало, что единственный путь к его одежде пролегал прямо перед Хинатой. Ну. Конечно. За свою жизнь Саске усвоил много уроков, некоторые из них были сложнее других, но этот урок, он был уверен, он никогда не забудет. Всегда убеждайся, что ты один, прежде чем раздеваться посреди леса… С внутренним стоном Учиха сделал свой ход. Стараясь не плескаться слишком громко, Саске медленно брёл по воде. Как бы он ни старался смотреть вперёд, его взгляд то и дело возвращался к девушке, которая дремала всего в нескольких метрах от него. В перерывах между мыслями вау и чёрт возьми, он вяло задавался вопросом, почему она вообще так устала. В конце концов, это он не спал всю ночь. На полпути к берегу глаза Саске расширились от звука всплеска воды там, где сидела женщина. Он медленно обернулся, готовый бороться за свою жизнь, если она поймает его с поличным, но с облегчением вздохнул, увидев, что она по-прежнему спит. Ещё один всплеск привлёк его внимание слева, где плескалась рыба, которой, судя по всему, было наплевать на то, в каком затруднительном положении оказался Саске. Ему пришлось отговорить себя от того, чтобы выместить свой гнев на этом глупом существе, и он продолжил свою миссию. Наконец он выбрался на сушу и направился прямиком к деревьям. Не теряя времени, он натянул штаны, не обращая внимания на то, как они липнут к мокрым ногам, и стал искать остальную одежду. Одетый и лишь слегка промокший, Саске с облегчением вздохнул и направился обратно в лагерь, готовый сделать вид, что последних двадцати минут не было. Однако он замолчал, когда ему в голову пришла другая мысль. Оглянувшись на спящую Хинату, Саске ухмыльнулся и на цыпочках вернулся к воде. Приблизившись к спящей куноичи, Учиха взобрался на скалу, которую она использовала в качестве подушки. Он до сих пор не мог понять, как она вообще могла спать. Поднявшись достаточно высоко, Саске взял камень и прикинул расстояние. Ухмыльнувшись так, что это было похоже на зловещую гримасу, шиноби поднял камень над водой и прицелился. Пора вставать, Хьюга, — злобно подумал он, отпуская камень, и тот упал прямо рядом с ней. Хотя ему больше всего на свете хотелось увидеть её реакцию, он понимал, что не стоит приближаться к обладателю Бьякугана, если он хочет, чтобы его маленькая шалость сошла ему с рук. Итак, улыбаясь оглушительному всплеску! позади себя Саске направился в лагерь, чувствуя, что, в конце концов, смог немного расслабиться. « Первый « Предыдущий Глава 8 из 9 Следующий »ОТКАЗ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ: я не являюсь владельцем «Наруто» или кого-либо из его персонажей.) Глава 9 «Солнце взойдёт, Но мы боролись с этим бесконечные дни. Однажды мы найдём свою любовь, «Потому что после бури расцветают цветы». After the Storm — Кали Учис (при участии Тайлера, Создателя, и Бутси Коллинза) Примерно через неделю после того, как Хината и Саске отправились в Страну Рек, разница в климате стала очевидной: на них обрушился, казалось, нескончаемый ливень. Они изо всех сил старались идти дальше, несмотря на погоду, но после нескольких бессонных ночей и насквозь промокших спальных мешков пара решила, что лучше переждать дождь в помещении. С помощью всевидящих глаз Хьюги они смогли разглядеть деревню неподалёку. Они были удивлены тем, насколько оживлённым был этот большой город, несмотря на ливень, но вскоре стало ясно, что такая погода здесь не редкость. Впервые за несколько недель вкусно поужинав, они быстро нашли постоялый двор — один из многих в оживлённой речной деревне — и, не теряя времени, устроились на столь необходимый им отдых. Шли дни, но дождь, казалось, был полон решимости продержать их там как можно дольше. Хината была совсем не против, хотя бы потому, что горожане были весёлыми и гостеприимными, несмотря на хмурое небо, а их десерты были совсем неплохими! Конечно, как это обычно бывает, Саске чувствовал совсем другое. Ему никогда не нравилось стоять на месте — это и стало причиной его нынешнего образа жизни, если не принимать во внимание его сомнительное прошлое. Ещё больше он ненавидел ощущение, что застрял. Одно дело — решить остаться где-то, и совсем другое — не иметь выбора. Кроме того, в последнее время Учиха чувствовал себя немного... неловко. С того самого первого дня в Стране Рек, когда он случайно наткнулся на свою нынешнюю спутницу в обнажённом виде, он едва мог смотреть на неё, не видя... ну, всего её. Или, по крайней мере, того, что было видно в тот момент. Хината заметила его странное поведение, но решила не придавать этому значения. Она привыкла к перепадам настроения Саске и решила, что этот случай не станет исключением. И всё же без их обычных ссор было немного скучновато. Она пыталась затеять ссору то тут, то там, но ни одна из них не вызвала у Учихи даже взгляда в её сторону, так что вскоре она сдалась. Она подумала, не наскучила ли она ему уже, и не смогла проигнорировать укол в груди, который она почувствовала при этой мысли. Куноичи решила, что лучше всего будет оставить мужчину в покое и провести время с пользой, наслаждаясь их временным убежищем. Большую часть времени она проводила в гостиной, которая идеально подходила для дождливых дней благодаря горящему камину и множеству книжных полок, заставленных до отказа. Они выбрали первую попавшуюся гостиницу по прибытии, но, похоже, попали в самую роскошную из всех. Спальни были просторными, в каждой стояли большие матрасы и было достаточно места, чтобы посидеть у нарядных окон. На подушках даже лежали маленькие шоколадки! Однако спальни были лишь верхушкой роскошного айсберга. В заведении была большая столовая, общая кухня, помещение, которое можно было назвать разве что мини-бальным залом, один из самых красивых крытых термальных источников, которые она когда-либо видела, и — её любимое место — лаунж. Хотя Хината выросла в роскоши благодаря высокому статусу своей семьи, она наслаждалась своим новым кочевым образом жизни. Даже когда она позволяла себе провести ночь в помещении, оно, как правило, было небольшим и обставленным только самым необходимым. Её это вполне устраивало, но она должна была признать, что ей очень нравилась такая перемена. Сидя у камина и чувствуя себя уютнее, чем за все последние месяцы, Хьюга наслаждалась одной из многочисленных книг, которые она прочла за последние несколько дней, когда Саске занял место в кресле напротив неё. Пытаясь скрыть своё удивление, ведь с момента их приезда она почти не видела, чтобы он выходил из своей комнаты, Хината попыталась разрушить странную ледяную стену, которая образовалась за последние дни: «Ну, привет». «Привет», — ответил он, не глядя на неё. «С-так...» — начала она с натянутой улыбкой, чувствуя себя немного растерянной. Саске никогда не был разговорчивым, но она привыкла к его вниманию, даже негативному, поэтому его нежелание смотреть ей в глаза начинало действовать ей на нервы. «Чем ты занимался?» Не утруждая себя ответом, Учиха просто пожал плечами и обвёл взглядом комнату. Натянутая улыбка Хинаты тут же исчезла при виде его явной апатии. Что с ним не так? Она ломала голову, пытаясь найти причину, по которой он вдруг снова стал таким холодным по отношению к ней, но, как ни старалась, ничего не могла придумать. Насколько она помнила, их последние ссоры были обычными, и с тех пор, как они укрылись от бури, они почти не разговаривали, поэтому его поведение её сильно смущало. И всё же, если Саске и пробудил в ней что-то, так это упрямство: «Ты, должно быть, делал что-то — Не совсем, — пробормотал он. В этот момент она задалась вопросом, зачем он вообще вышел из своей комнаты. Она смотрела, как он сидит, разглядывая всё в комнате, кроме неё, и нервно теребит пальцы, что было совсем на него не похоже. Подожди... он нервничает? Хината чуть не рассмеялась от этой мысли. Мысль о том, что Саске Учиха может из-за чего-то нервничать, была неслыханной. Этот человек не раз смотрел смерти в лицо и всегда выходил сухим из воды, такой же дерзкий и невыносимый, как и прежде. Конечно, сейчас ему не из-за чего нервничать, тем более что в комнате была только она. Однако, глядя на его бегающие глаза и нервное поведение, куноичи не могла не задаться вопросом, действительно ли что-то не так. «Я-я... всё в порядке?» Её серьёзный вопрос, должно быть, застал его врасплох, потому что его бегающие глаза вдруг остановились на ней, но он быстро взял себя в руки и резко встал. «Я ухожу». — Выйти? — повторила она, всё больше беспокоясь из-за его странного поведения. Он направился к двери, прежде чем она успела что-то сказать, но Хината не собиралась так просто его отпускать. Она быстро вскочила и побежала за ним по коридору, когда он попытался сбежать. «Куда ты идёшь?» «Магазин». «Какой магазин?» «Просто магазин». Хината остановилась и разочарованно нахмурила брови. Что с ним такое? Очевидно, он просто хотел от неё избавиться. Зачем вообще было садиться с ней за один столик, если он собирался её избегать? Клянусь, — пробормотала она себе под нос, этот человек с каждой секундой всё больше сбивает меня с толку! Куноичи хотела отпустить его, но её ноги приняли собственное решение и понесли её вслед за этим невыносимым мужчиной. «Я пойду с тобой». Похоже, это привлекло его внимание. — Нет, — решительно сказал он и так резко повернулся к ней, что она от неожиданности подпрыгнула. «Эм, да?» — ответила она, расстроенная его отношением. «Мне всё равно нужно кое-что забрать». Он выглядел так, будто хотел возразить, но один взгляд на её скрещенные руки и поднятую бровь заставил его сдаться. «Ладно», — пробормотал он, развернулся и направился к двери. Хината с ухмылкой последовала за ним, гордясь собой. В конце концов, не каждый день ей удаётся заставить мятежного Учиху подчиниться. Теперь, подумала она про себя, готовясь выйти под все еще проливной дождь, мне просто нужно решить, какие вещи мне нужно купить ... Саске просто не мог расслабиться. Он не только застрял в деревне, полной раздражающе энергичных людей, посреди проливного дождя, но и оказался в магазине с человеком, которого хотел избегать больше всего, но не смог. Это было сложно. Когда он наконец покинул пределы своей комнаты, то намеревался — за неимением лучшего термина — набраться смелости. В конце концов, он был взрослым мужчиной. Бесстрашным шиноби, который сражался с самыми сильными противниками и выжил, чтобы сразиться ещё. Так что какая-то обычная женщина не могла превратить его в неуклюжего, помешанного на гормонах подростка — верно? Очевидно, неправильно. Как только он сел, то пожалел, что вообще вышел из своей комнаты. Одного её слова было достаточно, чтобы его нервы напряглись до предела, к чему он совершенно не привык. Он мучился с того самого дня на реке, о котором она до сих пор ничего не знала. Сначала он решил, что во всём снова виноваты его дурацкие гормоны; и хотя он должен был признать, что образ её тела всё ещё был свеж в его памяти, по какой-то причине это его не беспокоило. В любом случае это было просто приятное новое воспоминание, под которое можно было заснуть, особенно в сочетании с раздражённым выражением её лица, когда она вернулась в лагерь той ночью после того, как её грубо разбудил какой-то неизвестный инспектор. Итак, возник вопрос: что, чёрт возьми, с ним не так сейчас? В ответ в его голове звучало только одно слово: виновен, виновен, виновен. Виноват в чем, а? Он же не пытался шпионить за женщиной! Может, у него и есть недостатки, но он точно не извращенец. Чёрт возьми, он даже помешал настоящим подонкам шпионить, устроив свою маленькую шалость. Если уж на то пошло, он должен быть доволен собой — он даже поступил самоотверженно. Но он этого не сделал, и с каждым днём тревога в его душе нарастала вместе с нервозностью. Конечно, это его разозлило, но не так сильно, как то, что его попытки сбежать были пресечены источником его новообретённой тревоги. Теперь вместо того, чтобы спокойно отдыхать в одиночестве, он был вынужден ждать в переполненном магазине одежды, пока та самая особа, от которой он пытался сбежать, не спеша выбирала себе новый наряд. «Хм... слишком мешковато», — пробормотала Хината себе под нос, рассматривая в зеркале неудачный наряд. Она уже примерила четыре наряда, но ни один из них не соответствовал её стандартам, которые, как узнал Саске, были невероятно высокими. По прибытии куноити к ней тут же присоединилась продавщица, которая прекрасно притворялась, что даёт советы по стилю: «О, я полностью с вами согласна. Полагаю, вам понадобится что-то более подходящее для путешествия?» — А-а, да, — подтвердила Хината с вежливой улыбкой, хотя Саске видел, что ей не очень нравится, когда ей постоянно что-то говорят на ухо. Женщина поспешила найти что-нибудь ещё, чтобы она могла примерить, к его большому неудовольствию. «И когда тут вообще начнётся наводнение?» — проворчал про себя Саске, глядя на дождь за окном. Хината, как будто это была естественная реакция в такой ситуации, поспешила указать ему на сомнительность его поведения с моральной точки зрения, хотя её внимание было приковано к брюкам, которые она держала в руках. «Эй». Две пары глаз расширились от её неожиданного ответа, а щёки куноити покраснели, когда она поняла, на кого похожа. Мужчина, о котором шла речь, повернулся и посмотрел на неё, пока она пыталась скрыть смущение, разглядывая своё отражение. Ему вдруг стало немного не по себе, но в хорошем смысле. Ему пришлось сдержать улыбку и отвернуться к окну, чтобы скрыть растянувшиеся губы. «Хорошо!» — прощебетала продавщица, вернувшись с охапкой одежды, и его натянутая улыбка сползла с лица. «Я уверена, что вы здесь что-нибудь найдёте!» Хината с приклеенной улыбкой взяла стопку ткани и поблагодарила её. «Моя смена вот-вот закончится, так что мне придётся убираться отсюда, — сказала энергичная женщина с наигранным смехом, от которого Саске захотелось её немного ударить. — Но я сообщила нашему менеджеру, что ты здесь, так что он может помочь тебе с чем угодно, хорошо?» Прежде чем Хината успела ответить, она снова улыбнулась и протараторила: «Хорошо! Пока!» — и убежала. Уставшая куноити с облегчением вздохнула, вернувшись в раздевалку с кучей новых нарядов в руках. Саске тоже вздохнул, хотя и не с таким облегчением, как его импровизированный напарник, и продолжил смотреть в окно. Дождь продолжал лить, и атмосфера была унылой, несмотря на то, что вокруг сновали до боли жизнерадостные сотрудники. Глядя на бушующий за окном шторм, бывший преступник почувствовал, что зевает, и пожалел, что не остался в своей комнате ещё на денёк. В магазине не было стульев, только стены и вешалки, заполненные одеждой. Одежда больших размеров, одежда маленьких размеров; на любой вкус, любого цвета — и, конечно же, распродажа. Мы никогда не выберемся отсюда, — сокрушался он, прислонившись к одной из немногих стен, не заставленных стеллажами. На самом деле он сам был виноват. Ему следовало догадаться, что не стоит приходить сюда, если у него нет необходимости что-то покупать. Как только она спросила, куда ему нужно, он растерялся. В надежде, что она просто отстанет от него и будет молча идти следом, он промолчал. Но в тот момент он забыл, что Хината никогда ничего не оставляет и не идёт за ним молча. Никогда. Поэтому она предложила зайти в ближайший магазин одежды, так как её нынешняя экипировка с каждой секундой становилась всё грязнее. В тот момент это не казалось такой уж плохой идеей. Он даже нашёл себе новый плащ. Но это было в первые десять минут. К тому времени, как они преодолели отметку в 45 минут, он уже потерял терпение. Теперь, полтора часа спустя, он был готов раствориться в стене аккуратно сложенных штанов позади него. Тем не менее он не стал жаловаться — особо. Это привело бы к одной из их ссор, а в тот день ему не особо везло. Он услышал, как Хината снова вышла из раздевалки, но даже не взглянул на неё, продолжая смотреть в пустоту. Саске слушал, как его двойник напевает и что-то бормочет себе под нос, глядя на себя в зеркало. Несомненно, она тоже примеряет этот наряд. Он не понимал, в чём дело, ведь все наряды, которые она примеряла до этого, ей шли. Привередливая женщина, а ещё говорит, что она не принцесса. «О, вау. Тебе это очень идёт!» — вмешался чей-то голос, и у Саске дёрнулся глаз. «С-серьёзно?» — услышал он, как Хината запнулась в ответ, и практически почувствовал, как она покраснела. «Я не уверена…» «Не уверен? Ты на себя в зеркало смотрел?» От очевидного комплимента у Саске свело челюсти. «А, д-да», — тихо ответила куноичи, а он нахмурился, услышав её тон. Он уже слышал этот тон много раз много лет назад — от Наруто. От этого напоминания его лицо помрачнело ещё больше. «Тогда ты должна увидеть, как прекрасно ты выглядишь». Откровенная похвала заставила его резко повернуть голову в сторону и сразу же обратить внимание на нового незваного гостя. Саске предположил, что это был тот самый менеджер, о котором говорил продавец: мужчина средних лет с начёсом и такой важностью на лице, что Учихе захотелось его придушить. К сожалению, этот мужчина был ещё и привлекательным. Несмотря на то, что он был обычным гражданином, он, похоже, поддерживал себя в форме. У него были крепкие руки и торс, но даже обычный человек мог сказать, что это одни мышцы, а не тело. Сасукэ захотелось рассмеяться. Многие мужчины считали, что о силе говорит то, насколько крупным человек может выглядеть; но обычно это сводилось исключительно к наращиванию мускулатуры, а не к тренировкам по борьбе. Так что, по сути, этот человек хвастался своей неспособностью сделать что-то большее, чем нанести один сильный удар. Жалко. Он уже собирался снова проигнорировать мужчину — ведь тот не представлял реальной угрозы, — но замер на месте, увидев в зеркале раскрасневшуюся женщину. Во-первых, его поразил её выбор одежды. Он не сильно отличался от того, в чём он привык её видеть: у топа были длинные рукава, по краям окрашенные в серый цвет, а большие пальцы торчали из отверстий на концах. Остальная часть топа была, как он мог предположить, её любимого цвета — сиреневого, — за исключением встроенного капюшона, который сочетался с серыми рукавами. На ней были подходящие по цвету брюки, доходившие до икр, и стандартные сандалии для современной куноити. Однако самым большим отличием в её наряде было то, как он сидел. Обычно она носила мешковатую одежду — то ли для удобства, то ли для защиты, он мог только предполагать. Он никогда особо не задумывался о том, почему она скрывает свою фигуру, ведь большинство ниндзя уделяют больше внимания практичности одежды, чем её внешнему виду. Теперь же он задавался вопросом, почему, чёрт возьми, она не одевается так постоянно. «Тебе не кажется, что это немного... чересчур?» — спросила она, глядя на мужчину своими большими очаровательными глазами. «Вовсе нет, — ответил он с улыбкой, заставив её покраснеть ещё сильнее. — Оно идеально тебе подходит, обещаю». Затем транс, в который его неосознанно ввела бывшая наследница, мгновенно рассеялся. «Эй, — перебил он её, нахмурившись, — просто купи это, и пойдём дальше». Хината даже не потрудилась взглянуть на него или хотя бы сделать вид, что услышала его слова. Вместо этого она продолжала смотреть на менеджера и широко улыбалась: «Ну, спасибо вам». Мужчина взглянул в сторону Саске и быстро ухмыльнулся, а затем снова перевёл свой блестящий взгляд на женщину, стоявшую перед ним. «Конечно, — промурлыкал он, отчего у шиноби, который уже кипел от злости, подскочило давление, — такая красивая женщина, как ты, заслуживает только самого лучшего». Он потянулся, чтобы заправить прядь волос Хинаты за ухо. Саске смотрел на руку мужчины, лежавшую на щеке Хинаты, как на таракана. Хотя он надеялся, что даже таракан не вызвал бы такого румянца на щеках Хинаты. «О-о», — сумела выдавить из себя покрасневшая женщина, чем вызвала лишь беззаботный смешок крайне непрофессионального менеджера, который по какой-то причине всё ещё стоял там. Саске переводил взгляд с одного на другого, больше не пытаясь скрыть своё раздражение. "Эй" — надавил он, но в ответ услышал лишь тишину, пока они продолжали строить друг другу глазки. Вы, должно быть, шутите. — Знаешь, — снова начал мужчина, и раздражённый Учиха почувствовал, как с каждым слогом внутри него разгорается огонь, — ты так напоминаешь мне мою бывшую жену. Кровь в жилах Саске в одно мгновение застыла. «Э-э-эм, простите?» — спросила Хината, когда её собеседница медленно повернула голову в сторону мужчины, который в данный момент пытался очаровать её до потери пульса. — О, прошу прощения, — рассмеялся менеджер, хотя Саске был уверен, что его смех был ещё более наигранным, чем у его подчинённого. — Я сказал «бывший»? Я имел в виду следующий. Как только эти слова сорвались с губ мужчины, произошло сразу три события: он подмигнул Хинате, Хината подавилась собственной слюной, а Саске схватил её за руку и вытащил из магазина ещё до того, как мужчина перестал ей подмигивать. «С-Саске! Что ты делаешь?! » — возмутилась куноичи, изо всех сил пытаясь вырваться из его железной хватки, пока он нёсся по оживлённым улицам гораздо быстрее, чем ей хотелось бы. Синоби не ответил. Он был слишком занят тем, что пытался сдержать бушующего внутри него зверя и решал, какой способ пыток больше подойдёт его дорогому другу, мистеру Менеджеру. — Саске? — снова позвала она, чувствуя, как немеет её рука от его мёртвой хватки. Я не могу просто напугать этого придурка — это было бы слишком просто, — размышлял про себя Саске. Может, отрезать ему пару пальцев? Нет, слишком просто. «Э-эм... С-Саске, можешь уже отпустить!» Похоже, он действительно любил свои глаза, не так ли? Хотя достаточно и одного, чтобы подмигнуть… «Эй!» Наконец мстительный Учиха очнулся от своих жестоких фантазий и оглянулся на женщину, которую тащил за собой. «О», — сказал он, отпуская её руку и стараясь не обращать внимания на красную отметину в форме его ладони. Хината с облегчением вздохнула и потёрла руку. Но, глядя на нахмуренные брови и сжатые губы мужчины, стоявшего перед ней, она поняла, что облегчение — это ещё мягко сказано. «Что это было?» — спросила она, зная, что получить прямой ответ от Саске Учихи так же вероятно, как Ханаби — держать своё мнение при себе. Тем не менее с каждым часом она всё больше уставала от его выходок, так что пришло время получить ответы. «Я как раз собирался уходить», — пробормотал он, не в силах встретиться с ней взглядом. Он списал это на непрекращающийся дождь. — Пойдём, — продолжил он, снова зашагав и повернувшись к ней спиной. — Давай вернёмся в дом. — Нет. Саске моргнул. Он обернулся и увидел очень мокрую и очень злую Хинату. Она скрестила руки на груди и сверкала глазами, глядя прямо на него. «Это не к добру», — подумал он, сглотнув. «Что, ты лучше промокнешь насквозь?» Недолго думая, она направилась к нему. «Я бы скорее хотела услышать, почему ты вдруг стал таким придурком». Шиноби не смог сдержать смех, даже когда она просверлила его взглядом: «С чего бы вдруг? Разве я не всегда был придурком, принцесса?» Изо всех сил стараясь не поддаваться на его провокации, Хината настаивала: «Да, но обычно для этого есть веская причина!» Саске приподнял бровь. Была ли у него веская причина так относиться к людям? Скорее всего, нет, но он не возражал, если она так думала. «Послушай, — продолжила она, внезапно почувствовав тяжесть на своих плечах, хотя, возможно, дело было в дожде. — Ты уже несколько дней ведёшь себя странно. Я просто хочу знать, п-почему». Отчаяние в её голосе тронуло его до глубины души, и он снова отвёл взгляд. Эта девушка была слишком невинна для своего же блага и для его блага. — Идёт дождь, — тихо пробормотал он. — Давай вернёмся. Хотя она снова хотела отказаться, от его слов у неё по спине побежали мурашки, и на этот раз она последовала за ним. «Этот разговор ещё не окончен», — пообещала она. Сасукэ снова усмехнулся, опережая её: «А было ли когда-нибудь?» Вернувшись в их временное убежище и вытеревшись насухо, Саске был готов и дальше прятаться в своей комнате. Однако у Хинаты были другие планы. «Ты долго не возвращался», — прокомментировала она, стоя перед его дверью. Она дежурила, как охранник, ожидая, пока шиноби вернётся из горячего источника, чтобы не дать ему избежать их предыдущего разговора. Саске вздохнул, проклиная себя за то, что не побежал прямиком в свою комнату, как только они вернулись. Эта женщина неумолима. «Я устал», — попытался он возразить, но, взглянув на её сомневающееся выражение лица и то, как она притопывает ногой, понял, что на этот раз ему не отвертеться. Закатив глаза, Саске открыл дверь и подождал, пока она войдёт. Хината, перебрав в голове около миллиона сценариев развития этого разговора, теперь чувствовала себя немного неловко, входя в комнату Учихи. Оглядевшись, она удивилась тому, насколько чисто было в доме, несмотря на то, что в нём уже несколько дней жили люди. На самом деле он выглядел почти так же, как при их первом приезде; даже постель была идеально застелена! Она задавалась вопросом, был ли он просто чистоплотным человеком или у него выработались такие привычки за время долгого пребывания в бегах. Оставшись одна, бывшая наследница быстро поняла, как важно скрывать своё присутствие в лесу, будь то от диких животных или жестоких преступников. И всё же она была всего лишь обычной куноичи, выполнявшей «сверхсекретную миссию» с разрешения Хокаге, так что вряд ли она ожидала какой-то серьёзной угрозы. С другой стороны, Саске — хотя в настоящее время он в хороших отношениях с большинством крупных деревень (насколько ей известно) — когда-то был ниндзя-изгоем. Хината могла только догадываться, какие меры ему приходилось принимать, чтобы его не нашли все эти годы. Она полагала, что не так уж сложно поверить в то, что за долгие годы в бегах он научился заметать следы. От мысли о том, что ему придётся забыть о себе, у неё защемило в груди. Никто не должен привыкать к тому, что его не видят. Хината как никто другой знала, насколько это может быть больно. «Ну, чего ты хочешь?» — спросил он, устраиваясь поудобнее на белоснежной кровати и выводя Хинату из меланхоличных раздумий. «Ты знаешь, чего я хочу, Саске», — прямо сказала она, словно только сейчас осознав, что находится в комнате этого мужчины. Наедине. Его волосы ещё не высохли после душа, а сам он полулежал в постели, как будто всё было в порядке вещей. Расслабившийся шиноби ухмыльнулся: «Неужели, принцесса?» Поняв, к чему он клонит, Хината заставила себя не краснеть — безуспешно — и перевела взгляд на окно в другом конце комнаты. «Я т-говорю о твоём странном настроении, — сказала она. — Но, похоже, ты пришёл в норму». «Да», — ответил он, не совсем уверенный в том, что говорит правду. «Тогда можешь идти». Её нервы были на пределе. Она смотрела в окно, пока он не вернулся в прежнее состояние, а затем повернулась к нему лицом: «Не раньше, чем ты расскажешь мне, что с тобой происходит». Саске вздохнул и закрыл глаза, откинувшись на подушки и закинув руку за голову. «Ничего не происходит, Хьюга. Забудь об этом». «Я брошу это, когда ты скажешь мне правду». Он не сделал ни единого движения, чтобы подтвердить её слова, и продолжил бездельничать, чем сильно разозлил Хинату. Фыркнув из-за его упрямства, куноичи решила, что ей лучше устроиться поудобнее, если она собирается его ждать. Она заметила небольшой диванчик под окном, которое её так заинтересовало. «Что ж, думаю, мне придётся подождать здесь, пока ты не передумаешь». «Угу», — ответил он в своей обычной невозмутимой манере. Хината снова вздохнула и устроилась поудобнее. К этому моменту она уже привыкла к его манере поведения и знала, что единственный способ заставить его заговорить — это вывести его из себя. К счастью, в последнее время она научилась очень хорошо выводить из себя Саске Учиху. "Ты знаешь, я даже никогда не платила за этот наряд", - многозначительно сказала она, надеясь получить от мужчины какое-нибудь саркастическое замечание. Может быть, "это все равно было некрасиво", или "принцесса не платит, Хьюга". Конечно, Саске не собирался так просто давать ей то, чего она хотела, и демонстративно игнорировал её, лёжа на аккуратно застеленной кровати. Хината прищурилась, глядя на его расслабленную фигуру. «Серьёзно, ты должен за это заплатить», — снова подначила она. «В конце концов, это ты виноват, что так внезапно вытащил меня оттуда». По-прежнему никакой реакции — он что, действительно спал? Нет, нет — он просто придурок. Ещё раз раздражённо фыркнув, она вспомнила о его странном поведении в магазине одежды. Он и раньше вёл себя странно, но что-то изменилось, пока они ходили по магазинам, и она никак не могла понять, что именно и почему. По крайней мере, он снова начал говорить с ней полными предложениями, но его отношение изменилось. Он как будто злился на неё по какой-то причине, но она понятия не имела, почему. Всё это вызывало у неё чувство разочарования и растерянности. Похоже, это было свойственно Учихам. У него были самые резкие перепады настроения из всех, кого она встречала, но он никогда не рассказывал, что их вызывало. Иногда она задавалась вопросом, не делает ли она что-то не так. Из-за многолетних проблем с самооценкой и эмоционального насилия со стороны отца ей было легко винить себя во всех проблемах, с которыми она сталкивалась. Всё было из-за того, что она была недостаточно сильной, недостаточно умной, недостаточно смелой — просто недостаточно. Но теперь она действительно верила, что во всём этом есть её вина? Ни за что! — заверила она себя. Это он так себя ведёт, а не я. Если он не хочет говорить мне, что случилось, то это его проблемы. Конечно, было бы легко взять вину на себя, хотя бы для того, чтобы забыть об этой странной ситуации. Но чего бы это на самом деле добилось, кроме как игнорирования того, что проблема вообще существовала? Если Хината чему-то и научилась за последние несколько лет, так это тому, что, если отмахиваться от проблем, они потом вернутся с ещё большей силой. И всё же она не могла заставить мужчину взглянуть в лицо своим проблемам. Это мог сделать только он сам. Снова вздохнув, на этот раз скорее с покорностью, чем с раздражением, Хината встала со своего места. «Ладно, хорошо. Я не могу заставить тебя говорить со мной, так что я... я сдаюсь». Она подождала ещё немного, глупо надеясь, что он её остановит, но, как она и ожидала, шиноби просто молчал, закрыв глаза, как будто её там вообще не было. Она изо всех сил старалась не обращать внимания на боль, которая пронзила её тело от его пренебрежительного тона. Хината тихо направилась к двери, внезапно почувствовав себя побеждённой. «Наверное, мне стоит просто вернуть одежду, — пробормотала она себе под нос, выходя из комнаты. — Надеюсь, они всё ещё...» «Нет.» Удивлённая внезапной вспышкой Саске, Хината обернулась и увидела, что на этот раз он сидит прямо. Его взгляд был устремлён на неё, и за его глазами что-то клубилось, но она не могла понять, что именно, хотя это казалось таким знакомым. — Ч-что? — спросила она, внезапно занервничав, когда их взгляды встретились. «Не возвращайся туда», — потребовал он таким же твёрдым голосом, как и его взгляд. При этих словах Хината снова растерялась и разозлилась. Она с трудом смогла вытянуть из него хоть слово, а теперь он ещё и командует ею? По крайней мере, она должна заплатить за одежду! «Я должна», — настаивала она, поворачиваясь спиной к этому надоедливому мужчине и продолжая свой путь. Усмешка заставила куноити остановиться: «Да, тебе нужно закончить флиртовать, я понимаю». Глаза Хинаты расширились от такого предположения, и все остальные заботы внезапно отошли на второй план. «П-простите меня?» Саске поднялся с кровати, снова избегая её взгляда. «Ничего. Просто у тебя явно есть предпочтения». — Тип? — повторила она, нахмурив брови и пытаясь понять, что он имеет в виду. — О чём ты говоришь, Саске? Бывшая преступница снова усмехнулась, забавляясь её наигранной простотой. В его глазах это было очевидно. Она злилась на него за то, что он увёл её от накачанного мужчины, который подлизывался к ней, а теперь она хотела притвориться невинной. Неужели она думала, что он настолько глуп, что ничего не заметит? «Прикидывайся дурочкой сколько хочешь, принцесса, — заметил он в пассивно-агрессивной манере, разглядывая свои ногти, как будто он был слишком хорош для этого разговора, даже несмотря на то, что на этот раз он сам его начал. — В любом случае, я уверен, что так ты ему понравишься больше». Хината была кем угодно, только не дурочкой, и она это точно знала. Поэтому, хотя первым её порывом было отчитать Саске за такие слова, она быстро поняла, что происходит на самом деле. И она ни за что не позволит ему это забыть. — Ух ты, — сказала она, и на её губах заиграла улыбка. — Теперь я понимаю. Саске снова посмотрел на неё, застигнутый врасплох выражением её лица. «Что понять?» — Ты, — начала она, и на её невинном лице появилась пугающая улыбка. Она неторопливо подошла к мужчине, который теперь был не на шутку встревожен, и встала с ним лицом к лицу (точнее, грудью к груди). — Ты ревнуешь. В этот момент Хината увидела то, чего, она была уверена, не видел больше никто из живущих на свете: Саске Учиха покраснел. Однако прежде чем она успела указать на это, куноичи оказалась прижатой к стене, а чёрные глаза пронзили её взглядом: «Что ты только что сказала?» Хината сглотнула, не в силах унять бешено колотящееся сердце и скачущие мысли, пока его суровый взгляд продолжал сверлить её. Однако за этим суровым взглядом скрывалось что-то ещё: смущение, гордость, страх? Она не могла понять, что именно, но Ками был так близко. «Э-эм…» — она попыталась сформулировать предложение, но с трудом могла вспомнить, о чём они говорили. Его лицо было в нескольких сантиметрах от её лица, так близко, что она чувствовала, как его дыхание щекочет её щёки. Он крепко сжимал её, легко ограничивая движения, несмотря на её развитую мускулатуру. Несмотря на всё это, она поняла, что не боится, а просто ошеломлена его близостью. — Я с-сказала, — начала она снова, борясь с огнём, который грозил поглотить её изнутри, — что ты ревнуешь. Его хватка усилилась, когда он услышал её слова, и он выдавил из себя невесёлый смешок: «Ревнуешь? К этому придурку? Ты, должно быть, бредишь, Хьюга». Хината, которая почти не слушала его, а просто смотрела на мужчину, стоявшего так близко, поняла, что он только что сказал, и тут же снова помрачнела. «Я?» — возмутилась она, вырываясь из его объятий. «Это не я веду себя как ребёнок!» — Хьюга, — прошипел он сквозь зубы, прижимаясь к ней, чтобы она не сопротивлялась, — тебе следует быть осторожнее со словами. Или ты забыла, с кем разговариваешь? Куноичи замерла, почувствовав его тело рядом со своим и услышав ледяной тон его голоса. Она на мгновение задумалась над его словами. Неужели она забыла, кто он такой? Хината вспомнила их первую встречу во время её путешествия. Она боялась его и была уверена, что он убьёт её только за то, что она посмотрит в его сторону. Чёрт, возможно, в тот момент он действительно так думал. Однако каждый раз, когда они сталкивались, страх отступал — или, по крайней мере, отодвигался на задний план. Она больше не боялась его присутствия, а, наоборот, злилась из-за него. Она перестала избегать его, чтобы сохранить свою жизнь, и стала избегать его, чтобы сохранить свой покой. Но теперь? Они уже довольно давно путешествовали вместе — и да, он был таким же надоедливым, как и всегда, — но ощущения были совсем другими. Конечно, она знала, что он представляет угрозу, что он может лишить её жизни, не задумываясь; но, если быть до конца честной с самой собой, она не думала, что он это сделает. Даже в его худшие дни она не боялась, что он сорвётся на ней (если не считать нескольких грубых замечаний). Даже сейчас, когда он полностью контролировал ситуацию, Хината не испытывала страха. Она лишь нервничала и немного злилась. «Я прекрасно знаю, с кем разговариваю», — заявила она, удивив даже саму себя своим высокомерным тоном. «Саске Учиха: один из самых могущественных шиноби в истории… — продолжила она, с трудом сдерживая смех при виде явной гордости, внезапно отразившейся на лице мужчины, — и грубый, угрюмый, ревнивый ребенок». Если бы не железная хватка на её руке и пронзительная напряжённость в воздухе, Хината бы рассмеялась при виде выражения лица Саске в тот момент. Его глаза, расширившиеся от недоверия, стали такими же красными, как и его лицо несколькими мгновениями ранее. Казалось, он не мог подобрать слов или был слишком зол, чтобы вообще что-то говорить. О том, что он ещё дышит, свидетельствовали его грудь, прижатая к её груди, и дыхание, которое всё ещё щекотало её лицо. Она сглотнула ещё раз, внезапно почувствовав себя не такой смелой, как секунду назад. «С-Саске, я п-просто...» Её мольбы прервал жест, которым он закрыл ей рот: «Не надо». Наконец Саске отпустил её и отвернулся, пока она приходила в себя. — Послушай, я... «Я сказал, что в этом нет необходимости», — повторил он. Он по-прежнему стоял к ней спиной, но она отчётливо слышала гнев в его голосе. О, Хината, на этот раз ты действительно перешла черту. «Кроме того, — продолжил он зловещим тоном, — ты ведь знаешь больше, чем кто-либо другой, верно?» У Хинаты упало сердце от страха перед тем, что собирался сказать этот мужчина. Она чуть было не ушла, не желая, чтобы разговор стал ещё хуже, но у неё было предчувствие, что он так просто её не отпустит. «Что ты имеешь в виду?» Он снова повернулся к ней. Его глаза снова стали обычного цвета, но взгляд оставался таким же напряжённым. — Я имею в виду, принцесса, — заявил он, произнося это слово без особой нежности, — ты привыкла так себя чувствовать. Ревнивая, подавленная, с разбитым сердцем — по-детски, даже так? Кровь куноити застыла в жилах, когда он продолжил. Хотя ей больше всего хотелось, чтобы он замолчал, какая-то болезненная часть её жаждала услышать, что ещё он собирается сказать, — даже если это причинит ей боль. «Ты ведь всю жизнь чувствовала себя так, верно? Каждый день тебе приходилось смотреть, как мужчина, которого ты любишь, любит кого-то другого», — какими бы жестокими ни были его слова, голос Саске странным образом успокаивал — он почти заставил её забыть о том, как ужасно он себя вёл. «Серьёзно, я впечатлён. Тебе понадобилось всего десять лет, чтобы двигаться дальше. Ну, я полагаю, что двигаться дальше и прочь — это не одно и то же, не так ли?» — П-прекрати, — выдавила из себя Хината, надеясь, что он не заметит, как сильно он на неё влияет. Она не поднимала глаз от пола. «Нет, нет, пожалуйста, расскажи мне, — настаивал он, то ли не замечая, что у неё наворачиваются слёзы, то ли надеясь, что она расплачется. — Каково это — когда тебя годами игнорируют, а потом отбрасывают в сторону, как будто тебя никогда и не существовало? Или это тебя больше всего задело?» «Стой», — снова выдавила она. Сасукэ продолжал идти, как будто она не сказала ни слова, с каждым шагом сокращая расстояние между ними и не смея отвести взгляд от её лица. «Готов поспорить, что дело в этом, — подначивал он с жестокой ухмылкой, — тебе нравится, когда с тобой обращаются как с дерьмом. Тебе нравится, когда тебя используют, а потом выбрасывают, как мусор, не так ли? Вот почему ты никак не можешь отпустить своего драгоценного Наруто, даже когда он...» «Заткнись!» Наконец он смягчился, и Хината почувствовала, как по её щекам текут горячие слёзы. Однако она не испытывала душевной боли — только гнев. Что этот человек знал о ней? Они едва знали друг друга в Деревне Листа, и даже сейчас они были практически незнакомы. Так кто он такой, чтобы вести себя так, будто знает её? Он понятия не имел, через что ей пришлось пройти, какую боль она испытала — из-за Наруто или из-за множества других разочарований, которые ей уготовила судьба. Этот человек, который столько всего пережил в одиночку, который побывал в аду и вернулся, который знает, как тяжело продолжать жить, когда часть тебя умерла, — как он мог говорить такое? И тут она вспомнила. Как он и сказал, она действительно забыла, с кем разговаривает. Саске не был безобидным путешественником, который проводил время с едва знакомой ему женщиной просто ради компании. Нет, Саске был Саске; человеком, который сам принял ужасное, злое решение. Шиноби, способный без раздумий уничтожить целые деревни, независимо от того, заслуживали они этого или нет. Человек, который пережил жестокость, не поддающуюся описанию, и предпочёл отомстить, вместо того чтобы извлечь урок из своей боли. Да, таким был Саске, и с её стороны было глупо полагать, что он может быть другим. Почему мне было так больно признать эту правду? — Ты, — произнесла она, не утруждая себя вытиранием слёз и делая вдох, чтобы успокоить ноющее сердце, — понятия не имеешь, кто я такая. После его нежеланной речи в голове Хинаты пронеслась тысяча мыслей о том, что она хотела бы сказать — закричать; но она не могла. Или не хотела. Вместо этого куноичи высоко подняла голову, не вытирая слёз, и молча направилась к двери. За последние несколько месяцев Хината многому научилась, но, похоже, ей ещё многое предстоит узнать о человеке, с которым она шла бок о бок, — если она вообще захочет это делать. Она уже не была в этом так уверена. На следующее утро Саске не понравилось, что оно наступило так быстро. Он проснулся в ещё более ужасном состоянии, чем то, в котором заснул, — как бы невероятно это ни звучало. Даже его обычные кошмары были пронизаны образами из прошлой ночи, из-за чего он просыпался в холодном поту. Бывший преступник привык быть плохим парнем. Чёрт возьми, большую часть своей жизни он только и делал, что мстил собственному брату и сражался насмерть со своим лучшим другом. Так что в этой ситуации не было ничего нового, но она казалась ему совершенно непривычной. Вздохнув и проведя рукой по всё ещё растрёпанным волосам, Саске вынужден был признать, что зашёл немного дальше, чем планировал. Хотя это она начала, — напомнил он себе. Но даже с этим оправданием он чувствовал себя не в своей тарелке из-за того, что сказал Хинате. Единственным новым чувством для одинокого Учихи было раскаяние. За последние несколько лет он несколько раз испытывал его, но обычно оно было гораздо сильнее. Например, когда он узнал правду о своём брате. «Раскаяние» казалось слишком слабым словом для того, что он чувствовал в тот день, но другого подходящего слова он не мог подобрать. Раскаяние — это чувство, которое он ассоциировал со своими самыми страшными ошибками, с тем, что он сделал и чего уже никогда не исправить, а значит, с чем он никогда не смирится. Однако сейчас он испытывал самое простое из всех чувств, которые мог вспомнить, и не знал, что с этим делать и стоит ли вообще что-то делать. Он просто наговорил глупостей в порыве гнева и, несмотря на свои вчерашние заявления, из ревности. При этом напоминании он невольно застонал. Да, он ревновал. Да, он слишком остро отреагировал. Да, он... сожалеет. Но признался бы он во всём этом Хинате? Скорее всего, нет. Наконец оторвавшись от тёплых одеял, Саске решил, что пора перестать избегать неизбежного. Аккуратно застелив постель и надев одежду, Учиха приготовился встретить новый день — и Хинату. Я не буду извиняться, — гордо заверил он себя. Возможно, я зашёл слишком далеко, но я не сказал ничего, что не было бы правдой. В конце концов, не было никакой лжи в том, что женщина провела свои лучшие годы, тоскуя по идиоту, который почти не замечал её присутствия. Конечно, Учиха почти не общался с ними после того, как в детстве покинул Лист, но было очевидно, что за время его отсутствия ничего не изменилось. Он смутно помнил, как она шныряла где-то на заднем плане во времена их учёбы в Академии. Наруто всегда был слишком шумным и надоедливым, чтобы заметить девочку, которая пряталась за деревьями, чтобы хоть мельком увидеть его. Саске, конечно же, видел её каждый раз. Он помнил, как его раздражала эта постоянная тень, которая следовала за ними, но он предпочитал молчать об этом — хотя бы потому, что ему было приятно, что она преследует Наруто, а не его. Ирония судьбы, — подумал он. Теперь я сам веду себя как идиот. Он, как обычно, стряхнул с себя воспоминания и оказался на месте назначения. Он долго смотрел на закрытую дверь перед собой и почти убедил себя развернуться. Что он вообще собирался сказать? Она сама начала — разве не она должна извиниться перед ним? Чтобы не чувствовать себя ребёнком, в чём она его обвиняла, Саске расправил плечи и ударил кулаком по двери. Однако не успел он постучать, как дверь открылась, но Хинаты за ней не оказалось. — Ох! — воскликнул мужчина, прижав руку к сердцу и переводя дыхание. — Ты меня напугал, приятель! «Кто ты такой?» Мужчина в замешательстве моргнул: «Я? Ну, я здесь просто для того, чтобы прибраться». Теперь настала очередь Саске растеряться: «Убраться? Эта комната занята». — Э-э, я так не думаю, сынок, — сказал мужчина, немного занервничав под пристальным взглядом грозного незнакомца. — Видишь ли, я убираюсь после того, как гость уходит. Учиха нахмурил брови и вдруг почувствовал, как у него в животе всё переворачивается. Не потрудившись попрощаться с мужчиной, Саске в мгновение ока исчез и появился у стойки регистрации. — О! — удивлённо воскликнула женщина за стойкой. — М-м, могу я вам помочь?.. Не потрудившись ответить на вопрос этой женщины, Саске посмотрел на неё со всё возрастающим раздражением: «Где та женщина, с которой я регистрировался?» Администратор, оправившись от шока, откашлялась и посмотрела в свой блокнот: «Хм, давайте посмотрим». Нетерпеливый мужчина пристально наблюдал за тем, как она просматривает список имён, даже не пытаясь притворяться, что он не готов кого-нибудь задушить, а именно её, если она не поторопится вверх. — А, вот и мы, — наконец сказала она, встретившись с ним взглядом и профессионально улыбнувшись. — Похоже, она съехала рано утром. Женщина наблюдала за тем, как на лице Саске сменяются эмоции: шок, растерянность, страх, гнев, а затем — ничего. — Хм, — хмыкнул он, развернулся на каблуках и направился обратно в свою комнату. Шиноби, не теряя времени, собрал свои немногочисленные вещи и вышел за дверь, миновав стойку регистрации и не оглядываясь. Он продолжил свой путь в тишине, сосредоточившись только на дороге перед собой, и наконец покинул шумную деревню. Даже не заметив, что дождь прекратился, он ускорил шаг. Саске не расстроился. Ни капельки. Он не был оскорблён тем, что она ушла, даже не попрощавшись. Ему было всё равно, что их последний разговор был таким ужасным. Он даже не думал о том, что она могла уйти из-за этого. Нет, нет — Саске было всё равно! Даже когда его кровь закипала, сердце готово было выпрыгнуть из груди, а мысли неслись впереди него, ему было всё равно. Ему было всё равно. Ему было всё равно. Если Хината больше не хотел путешествовать с ним, даже из-за мелкой ссоры, то он был только рад. Ему в любом случае было лучше одному; так было всегда и так будет всегда. По крайней мере, он решил, что это так. Итак, снова оставшись один и не имея чёткого представления о том, куда идти, Саске направился в лес. Где-то в глубине души он задавался вопросом, когда же он снова встретится с ней. A/N: А-а-а! Я просто хочу сказать, как сильно я люблю каждого из вас, кто продолжает читать и комментировать эту историю. Я знаю, что прошло уже... много времени, но я закончу эту историю, даже если на это уйдёт десять лет! Надеюсь, вам понравилась эта глава. Она длиннее, чем обычно, чтобы (надеюсь) компенсировать мою медлительность с публикацией, и — если вы не поняли по выбору песни — мы наконец-то готовимся к ~нежным и трепетным моментам~ Ещё раз спасибо вам всем за поддержку, она очень много для меня значит и даёт мне мотивацию продолжать в том же духе! Я сделаю всё возможное, чтобы выложить видео раньше, но, конечно, ничего не могу обещать :I Берегите себя, и до встречи в следующий раз! « Первый « Предыдущий Глава 9 из 9 Обзор Обзор