Швейцарские часы и ваниль

В доме Васильевых витал аромат только что пожаренных блинчиков. Варя крутилась у плиты — слегка растрёпанная, с закатанными рукавами и изрядно уставшая. Всё-таки, у мамы это получалось быстрее. И вкуснее. Но теперь — у неё. И никто другой этим не займётся. Арина то и дело вбегала на кухню, хватала ещё не остывший блин и с визгом выбегала обратно. Варя только качала головой, пытаясь сдержать смешок. — Остынь, лисёнок. Я ж не успеваю, — буркнула она себе под нос и перевернула последний блин. Когда плита наконец была выключена, а посуда убрана в раковину, Варя позволила себе выдохнуть. На секунду — полное облегчение, будто этот завтрак был её маленькой победой. На кухню вошла Лиза — всё ещё немного заспанная, но уже с книгой под мышкой. Как всегда. Книга, кажется, была про животных. Или про исчезающие виды растений. Или и то, и другое. Это ведь Лиза. — Спасибо, — сказала она, садясь за стол и осматривая тарелку. — Выглядит аппетитно. Хоть и не веганское. Варя, не отрываясь от полотенца, только усмехнулась: — Я сделала тебе без яиц. Там слева — специально, с почтением к сое и без насилия над курицами. Лиза тепло улыбнулась и аккуратно положила себе блины. Это было их редкое, но настоящее перемирие — когда Лиза молчит про вымирание лягушек, а Варя не язвит про “блины с травой”. Мир, уют, почти дзен. Пока на кухню не заскочила Диана. В руках — её планшет, лицо возмущённое до предела. — ЛИЗААА! Ты удалила мою игру?! Там были уровни! Там были кристаллы! Я три недели копила! Лиза даже не обернулась. — Я ничего не удаляла. Просто, может, в следующий раз не ставь свои шутер-стрелялки на мой планшет. Там был доклад по исчезающим видам морских черепах. Который ты, кстати, чуть не стерла. — Это был один уровень! — взвизгнула Диана. — Он не мешал твоим черепахам! — Он мешал памяти устройства. А ещё — моральным принципам. Ты стреляешь в пиксельных котят, а потом жалуешься, что тебя никто не понимает. — Это были зомби-котята, — пробурчала Диана. — И вообще, я случайно зашла с твоего логина. Ну прости, святая Лиза из Гринписа. Лиза вяло откусила блин. — Покайся и иди с миром. Варя громко отставила миску с тестом. — Так, святые, грешные и зомби-котята, пожалуйста, встаньте в очередь за блинами и не устраивайте ТикТок-драму на моей кухне. — Она удалила мою игру! — возмутилась Диана. — я спасала морских черепах, — отозвалась Лиза. — Обе спасите мои нервы, — отрезала Варя, — и сядьте есть, пока я ещё добрая. Арина села за стол и взяла блин с видом абсолютной победительницы. — С мёдом есть? Или вы всё уже разорались? Варя уставилась на неё с прищуром: — Арина, ты как всегда вовремя. Скажи мне, может, ты одна тут у меня адекватная? Арина задумалась, пожевала блин и кивнула: — Пока да. Но только до мультика. Варя выдохнула, стёрла с лба воображаемый пот и повернулась к остальным: — Ну что, голосуем: кто за то, чтобы день начался с нормального общения, а не как у нас? Лиза фыркнула, аккуратно разложив салфетку под тарелку: — Варя, у тебя стиль общения — как у вулкана. Трудно к нему приспособиться. Диана закатила глаза: — Да, ты не говоришь — ты взрываешься. Как будто мы — миссия невыполнима. Варя хмыкнула: — Ага, зато я хотя бы готовлю завтрак, пока некоторые сидят и качают воздух понтами. — Я не качаю понты, — буркнула Диана, — я… выражаю протест. — Против блинчиков? — Против… агрессии в утренние часы! И того, что Лизе всегда больше даёшь начинки! Лиза пожала плечами, делая вид, что ей всё равно, но чуть довольно улыбнулась. Арина в это время доедала третий блин и тихо наблюдала как на шоу. — Вы тут такие весёлые… — мечтательно сказала она. — Словно комедия, но с элементами трагедии. Варя рассмеялась и ткнула её ложкой: — А ты вообще кто? Кинокритик? — Нет, я зритель, — важно ответила Арина. — Но, если что, моя рецензия будет жёсткой. Варя приподняла бровь, чуть усмехнулась и глянула на неё поверх чашки: — «Рецензия», говоришь? Это ты где такие слова подцепила, лисенок? Арина пожала плечами, как будто каждый день даёт интервью для “Кинопоиска”: — Я читаю. Я вообще-то взрослая. Мне уже семь и три четверти. — Ага, и у тебя теперь, значит, своя кинокритическая колонка? — фыркнула Варя. — Угу. Спецвыпуск: “Как выжить с тремя сёстрами и не сойти с ума”. Рейтинг — два из десяти. Исправляйтесь. Диана: — два?! Арина пожала плечами и невозмутимо запила блин чаем, как будто только что вынесла вердикт на премии “Оскар”. Пока Арина делала вид, что печатает рецензию в воздухе, а Диана пыталась спорить с невозмутимым плюшевым зайцем, Лиза вдруг посмотрела на Варю с тем самым взглядом — прямым, серьёзным и чуть-чуть смущённым. — Варя… Слушай, у меня будет презентация на городской олимпиаде — по био. Мне надо, чтобы кто-то прочитал и сказал, нормально ли звучит. Без “соплей про вымирание”, — добавила она, изобразив кавычки пальцами. Варя оторвалась от чайника и приподняла бровь: — Ты сейчас просишь меня быть цензором твоей великой лекции про жуков, да? — Про кораллы, — спокойно поправила Лиза. — Но да. Просто ты умеешь так… по-человечески объяснять. Без занудства. А я иногда уношу в термины. Варя усмехнулась и покачала головой. — Это ты сейчас так мило называешь мои «подколы», да? Лиза чуть улыбнулась: — Я предпочитаю считать это “профессиональной редактурой”. На секунду Варя задумалась — между “мне и так дел по горло” и “ну ладно, это всё-таки Лиза”. А потом махнула рукой, как будто сдалась, но с достоинством: — Лады. Давай вечером, — махнула рукой Варя. — Только если я начну зевать — не обижайся. А если усну — не фоткать. И уж точно не выставлять в чат семьи, как в прошлый раз. Лиза сделала вид, что не поняла, о чём речь: — Я просто хотела сохранить семейный момент. — Ага. Где я с открытым ртом и блинчиком на щеке — икона семейного очага, — буркнула Варя, но уже улыбалась. Диана захихикала, Арина сказала “надо будет переслать бабушке”, а Лиза спокойно кивнула: — Тогда просто скажи — как лучше подать тему. Ты умеешь. — Конечно умею. Я вообще супер, — лениво потянулась Варя. — Только никто не ценит. И блины мои сожрали без “спасибо”. Арина, не поднимая глаз от тарелки: — Спасибо тебе, о Великая Женщина-Блин. Все рассмеялись, и Варя — чуть-чуть, но искренне — тоже.

***

Комната была в лёгком творческом хаосе: на столе Варя что-то черкала в блокноте, перед ней стоял ноут, а телефон лежал на подставке, на громкой связи. — Да, после шести у меня свободно… Вторник, четверг…Могу взять двоих, максимум троих, если по графику раскидаем… Угу, базовая математика. Короткая пауза. — Да, опыт есть, олимпиадников тоже тянула, только без фанатизма. Хорошо, на почту дублирую резюме. Она отключилась, скинула телефон в сторону и, протянувшись, щёлкнула шеей. В этот момент краем глаза заметила, что Соня сидит на своей кровати, уставившись в экран телефона с выражением лица, как будто она там налоговую декларацию заполняет. — Ты чё как будто ЕГЭ по физике сдавала? — лениво спросила Варя, поворачиваясь к ней. — Нормально, — буркнула Соня, не поднимая глаз. — “Нормально” — это когда ты орешь на Аришу за то, что она взяла твою косметику . А сейчас ты просто тихо страдаешь. Разрешаю жаловаться. Соня повздыхала ещё пару секунд, потом всё-таки выдала: — Я хочу нос проколоть. Серьёзно. Просто аккуратное колечко. Всё. Но как это папе сказать — вообще не понимаю. Варя удивлённо вскинула брови: — Круто. Я бы тоже бровь пробила, если б не была такой занудой. Нам бы скидку за двойное прибытие дали. — Да-да, “сестрёнки-дурочки”, — хмыкнула Соня. — С логикой и дырками. Наш слоган. Обе тихо фыркнули. Варя потянулась за резинкой и собрала волосы в хвост. — Ну, слушай… теоретически, я бы могла с ним поговорить. Только знаешь в чём прикол? Соня подняла глаза: — В чём? — Я бы уже давно с ним обсудила свою бровь, если б знала как это нормально подать. Так что… ты не одна в этом тупике. — Класс. Две умные, но трусливые. Звучит как название подкаста. — Или как диагноз. Обе снова хихикнули. Варя встала с кресла и потянулась. — Ладно, я всё равно за. Так что если соберёшься — я подыграю, поддакну или сделаю глаза “она взрослая, доверьтесь ей”. У меня это выходит. — Договорились, — кивнула Соня. — Только если он спросит, откуда у меня такие мысли — скажи, что ты заразная. — Я вообще источник хаоса в этом доме. Все идеи — от меня.

***

На кухне пахло яблоками и чем-то… зелёным. Возможно, это был сельдерей. Возможно, сам факт того, что Вениамин решил позавтракать «по-здоровому». Он стоял у стола, сосредоточенно шинкуя стебель сельдерея, как будто хотел показать ему, кто тут хозяин. В блендере уже лежали кусочки яблок. Рядом сидела Арина — босиком, с кружкой чая и пирожным на тарелке. Смотрела на отца как на неудачный эксперимент из мультика. — Пап, — сказала она, откусывая крем. — Сельдерей — это на вкус как жевать страдания. — Это полезно, — не отвлекаясь, буркнул Вениамин. — Для кроликов. В этот момент в кухню вошла Соня — неуверенно, но решительно, как будто это была военная миссия. — Па… Сходишь со мной в салон? Я хочу пирсинг сделать. — Да, после того как пообедаем, — автоматически ответил Вениамин, кидая очередной кусочек в блендер. Соня моргнула. — Серьёзно? Спасибо! — Стой, что сделать?! — резко поднял голову отец, будто только что врубился, что подписался не на обед, а на косметическую диверсию. Соня уже была подготовлена: достала телефон, открыла галерею и показала фото — аккуратное колечко в носу, без всякой жести. — Вот, маленькое. Красиво. У меня полкласса с такими. И смотрится офигенно. Вениамин взглянул, как на объявление о конце света, и замотал головой: — Нет. Никаких пирсингов. Ты и так нормальная. — Нормальная?! — всплеснула руками Соня. — У всех уже есть! А я как лох! В этот момент на кухню зашла Диана , взяв стакан в руки и наливая из кувшина воду,не посмотрев ни на кого, сказала своим ровным голосом: — Перевожу: все её знакомые телочки уже с пирсингом, а она не хочет отбиваться от стада. — Спасибо, Дианочка, — вздохнул Вениамин. — Обращайся, — отозвалась та, и села рядом с Ариной, у которой крем теперь был и на носу, и на кружке. В это же время в зале, на диване, сидели Варя и Лиза. Варя листала журнал, краем уха слыша весь диалог. — Ну, пошло веселье, — хмыкнула она, не поднимая глаз. Лиза медленно кивнула, закусив губу: — Мы делаем ставки? — Я за Соню. Её бомбёжка мощнее сельдерея. — Никаких пирсингов, Соня, — твёрдо сказал Вениамин, выпрямляясь и вытирая руки о полотенце. — Пока ты живёшь под этой крышей, с дырками в носу ходят только коты, и то — случайно. — Но, пап! Это даже не заметно! Оно крошечное! — настаивала Соня, тыча пальцем в экран. — Это даже не больно! — Да хоть вообще невидимое, — отрезал он. — Суть не в этом. Я сказал — нет. И прежде чем она успела продолжить, он опустил крышку блендера и включил его. Мотор загудел, сельдерей с яблоками превратились в яростно-зелёное пюре, заглушив Сонин голос и её недовольное шипение. Соня смерила отца взглядом, полным драматической ярости, развернулась на пятке и, ушла прочь. — У неё лицо такое же кислое, как твой коктейль будет, — невозмутимо прокомментировала Диана, отпивая чай. — Только без пользы. В кухню, не спеша, зашла Варя. Скинула волосы за плечо, облокотилась на дверной косяк и посмотрела на отца: — Ну пап, это кольцо реально фигня. Вениамин, не поворачиваясь, разлил получившийся напиток по двум стаканам. — О, ты тоже за пирсинг? Может, мне ещё и тату в виде змеи на шею сделать? — Ну, тебе, может, и не идёт. А ей — да. И это вообще не змея, а скорее тонкое колечко в ноздре. Никто от этого не погиб. — Начинается… — проворчал он. — Это просто глупо. Сегодня нос, завтра язык, потом зелёные волосы и байк. — Справедливости ради, волосы у неё уже были с фиолетовым оттенком летом. И мы как-то не умерли от стыда, — хмыкнула Варя, проходя мимо и подхватывая половину пирожного у Арины. Варя вернулась в зал, где Лиза сидела на диване с ноутбуком, делая что-то важное, судя по хмурым бровям и молчаливому «шшш», который она выдала Варе ещё до того, как та что-либо успела сказать. — Ты что, мир спасаешь? — спросила Варя, плюхаясь рядом и беря пульт. — Почти. Статья про вымирание лемуров в Мадагаскаре, — спокойно ответила Лиза, не отрываясь от экрана. — Эти милые ребята заслуживают, чтобы о них узнали. — А Соня заслуживает пирсинг. Но кого это волнует, — проворчала Варя, щёлкая каналами. — Всё равно, папа бы никогда не согласился, даже если бы она сказала, что от пирсинга зависит её жизнь. — Ну, не знаю… Если бы сказала, что она лемур в душе, может, шанс был бы, — пожала плечами Лиза. Варя хмыкнула, остановилась на каком-то шоу и уже почти врубилась в сюжет, когда вдруг зазвонил телефон. Она посмотрела на экран — “Тётя Маша”. Она вздохнула и нажала на зелёную трубку: — Алло, тётя Маша? — Варечка, привет! — раздалось с того конца, и Варя сразу представила Машу: в шелковом халатике, с идеально уложенными локонами и кольцом с камнем размером с грецкий орех. — Ты чего такая грустная? Я тебя даже по голосу вижу, как ты сидишь, залипаешь, небось, в пижаме до сих пор — Спасибо за доверие, да, пижама присутствует, — усмехнулась Варя. — А что, проверка модных? — Нет, ну что ты, — тётя Маша кокетливо хихикнула. — Просто я хотела тебя позвать! У меня, как всегда, клиентка отменилась в последний момент, и я подумала — а не вытащить ли мне мою любимую племяшку на кофе в салон? — Кофе в салон — звучит как кодовое название побега из дома, — сказала Варя — А Соне не говорила? — Сонечка сказала что не хочет разговаривать и трубку бросила. Варя хмыкнула, — А ну да, — и глянула на Лизу. — Ты как, выживешь без меня? — Если лемуры не нападут, то да, — кивнула Лиза. Варя вернулась к разговору: — Окей, а ты где? На месте или уже едешь? — Жду тебя через двадцать минут, не опаздывай. И никаких пучков на голове! Ты красивая, тебя должно быть видно! — Всё, всё, иду. Не угрожай мне причёской. Варя закончила звонок, поднялась с дивана и слегка встряхнулась. — Я в бой. Если через два часа не вернусь — зови спасателей. — Или лемуров, — не глядя, кивнула Лиза. — Про вечер не забудь! — Да помню я, помню Варя зашла в комнату, где Соня до сих пор сидела на своей кровати, уставившись в экран телефона с выражением лица “жизнь — боль, пирсинга нет”. — Эй, — мягко сказала Варя, подходя ближе. — Только не кисни, ладно? Соня без особого энтузиазма пожала плечами, но Варя всё равно наклонилась и обняла её. Быстро, но крепко. — Он отойдёт, ты же знаешь. Дай ему подумать. Через пару дней, может, и клюнет. — Да он вечно всё обдумывает… — буркнула Соня, но взгляд у неё стал чуть менее мрачным. — Вот, молодец, хотя бы злишься, а не тухнешь, — улыбнулась Варя и направилась к своему шкафу. Пока Соня молча листала что-то в телефоне, Варя переоделась: натянула любимые тёмно-синие джинсы с лёгким потертым эффектом, сверху — чёрную кофту с полузамком. Заколола волосы в лёгкую небрежную косичку, накинула круглые серьги — не слишком броские, но с характером. Остановилась у зеркала, оценила себя и кивнула себе самой: — Вроде норм. Для визита к Маше — подойдёт. Надеюсь, она не будет читать мне лекцию про “хайлайтер — это твоё всё”, — пробормотала она себе под нос. Схватила маленькую сумочку через плечо, ещё раз бросила взгляд на сестру: — Если чё — зови. Но только если горит. Или если Диана снова решит говорить голосом Яндекс Алисы — Поняла, — усмехнулась Соня. Варя кивнула, вышла из комнаты и направилась к входной двери, при этом на ходу проверяя, где лежат наушники, и успевая прочекать, когда приедет нужный автобус.

***

На улицу Варя вышла, втянув голову в плечи — холод пробрал сразу, как только дверь подъезда захлопнулась за её спиной. Конец ноября, Москва, почти зима: воздух — колючий, как школьный учитель в плохом настроении, а снег — не сказочный, а такой, городской. Мокрый, топтаный, с вкраплениями реагента, и всё равно красивый, потому что зима. На ней была только короткая куртка, но тёплая. Обмотавшись шарфом и засунув руки в карманы, она бодро зашагала к остановке. Люди вокруг спешили — кто в пуховиках, кто в деловых пальто, у кого на голове вязаная шапка, а кто решил, что уши — это миф, и вышел вообще без ничего. Мимо проезжали автобусы, троллейбусы, машины с облепленными снегом окнами. Воздух пах мокрым асфальтом, выхлопами и горячими пирожками из ближайшей шавермы. Она остановилась у края тротуара, дожидаясь зелёного света. На противоположной стороне дороги мелькала реклама какого-то нового фильма, и на секунду Варя задумалась, что стоило бы сходить с Соней, если та отойдёт от своего пирсинг-депрессняка. Варя перешла дорогу, слегка поскользнулась на неудачной плитке, но удержалась и выругалась тихо себе под нос. Затем подняла взгляд — и уже увидела свою остановку. Автобуса ещё не было, и она встала под навес, рядом с какой-то бабулей и мальчиком в наушниках, уткнувшимся в телефон. Машинально достала свой, проверила сообщения: ничего важного. Чат с Лизой, напоминание о дедлайне по математике и мем от тёти Маши, где написано: «Даже если ты в шапке — ты должна сиять» и картинка с белкой в диадеме. Варя усмехнулась и отправила в ответ просто: «Еду. Готовь кофе» Салон тёти Маши находился в уютном уголке спального района, но сам по себе был будто вырезан из Пинтереста: стеклянные двери, золотистая вывеска, и огромные окна, за которыми теплом светили гирлянды. Как только Варя вошла, её обдало запахом кофе, лака для волос и чего-то сладкого — может, корица, может, ваниль. Было тепло, даже слишком, и Варя сразу расстегнула куртку. — О, наконец моя малышка приползла! — раздался звонкий голос тёти Маши. Она вышла из-за стойки — в идеально сидящем белом комбинезоне, на каблуках и с сияющим лицом, будто только что сошла с обложки глянца. — Ну привет, солнышко. Я уж думала, ты передумала. Садись, греем тебя! Варя улыбнулась и позволила себя обнять — тёплое, ароматное и слегка громкое объятие тёти всегда вызывало чувство комфорта Её тут же усадили в мягкое кресло в углу, за маленьким столиком, на котором уже стояли две чашки кофе и тарелка с печеньками, круассаном и какими-то конфетками, обёрнутыми в блестящую бумагу. — Я знала, что ты будешь голодная. Вы у меня там как в лагере строгого режима, небось, живёте. Только в одной семье, где пять девчонок и один папа, могут на завтрак есть “эмоциональные вспышки и блины”, — фыркнула Маша, наливая Варе кофе. Варя рассмеялась: — Ну, блины были. А вспышки — стандарт, у нас без них скучно. Она сделала глоток — кофе был крепкий, как характер самой Маши, и с лёгким привкусом карамели. За окном всё ещё шёл снег, но внутри было тепло, пахло красотой и уютом. Где-то на фоне играла спокойная музыка, а в соседнем зале клиентке укладывали локоны. — Ну рассказывай, красавица, как вы там выживаете в своей девичьей крепости? Кто кого довёл до слёз сегодня? — Соня хотела проколоть нос, папа сказал “конечно”, а потом понял, что речь не о новой кружке, — хмыкнула Варя. — Ахах, ну хоть не бровь. Хотя, если бы ты пришла ко мне, я бы уже тебе всё аккуратно сделала — бесплатно и с глиттером, — подмигнула Маша. — Ну, давай, ешь. Я сегодня добрая. И только попробуй не взять хотя бы круассан — я обижусь Варя послушно потянулась к круассану и подумала, что, чёрт возьми, иногда сбегать в Машин салон — это не просто бьюти-визит. Это прям маленький отпуск. — Ну что там у вас ещё нового? — Маша присела на подлокотник кресла рядом, держа в руках свою чашку латте с каким-то розовым сиропом. Её ноготь со стразиком переливался, пока она поднимала чашку ко рту. Варя пожала плечами и криво усмехнулась: — Да ничего сверхестественного. Мать ушла, отец ещё не отошёл, как и мы все. Я устроилась на работу — подрабатываю, чтоб мозг не сдох. Соня ноет, Арина — как ураган, Лиза говорит словами из энциклопедии. Всё как всегда. Маша посмотрела на неё чуть дольше, чем обычно , поставила чашку на стол и хмыкнула: — Знаешь… это всё звучит как «обычный понедельник», но я-то вижу, что тебе это нелегко. Варя опустила взгляд, ковыряя ногтем упаковку от конфеты, но ничего не ответила. Только слабо фыркнула, типа «да норм». Но Маша уже включила свой “режим мудрой тёти”. — Послушай, — она села напротив, уже без привычной театральности, мягко. — Я не говорю, что всё будет легко. Оно и не будет. Когда наша мама ушла… мы с Дашкой и девочками тоже сидели, будто у нас за спиной торнадо прошёл. Папа тогда всё тянул, но, по-честному, он сам на автопилоте был. Мы ругались, психовали. Но выжили. Более того — выбрались. Варя подняла взгляд, чуть приподняв бровь: — И как? Волшебство, терапия или… деньги? — Честно? Все вместе. И время, Варька . — Маша потянулась за печеньем и пожала плечами. — Главное — помнить, что ты не обязана быть “главной” и “правильной” 24/7. Ты не новая мама. Ты Варя. А значит, можешь и злиться, и уставать, и ржать, и ныть — всё можно. Наступила тишина, в которой только блендер завибрировал где-то в соседнем кабинете. Варя чуть улыбнулась — устало, но как-то теплее. — Ну, и всё же, — добавила Маша с фирменным прищуром, — коль ты уже герой семьи, то кофе, печеньки и я как минимум — твой бонус. Так что, допивай и пошли к зеркалу. Я тебе хотя бы укладку сделаю! Варя рассмеялась, взяла кружку и кивнула: — Окей, я за. Только без глиттера. Я, конечно, держусь, но не настолько сильно. — Ну посмотрим, — хмыкнула Маша и подмигнула. — У меня есть золотой, он всем идёт. Варя сидела в мягком кресле перед большим зеркалом в салоне, а Маша, как всегда — уверенная, быстрая и разговорчивая — собирала её волосы в лёгкие волны. — Я вот думаю, тебе надо или укладку, или новый цвет. Чтоб жизнь как-то пошевелилась, — Маша чуть прищурилась, оценивая свою работу. — теть Маш, — Варя фыркнула, — если ещё и волосы испортятся, я совсем сломаюсь. Только не предлагай платиновый блонд. — Ладно, ладно, — хихикнула Маша. — Не буду тебя в Мадонну превращать… пока. Они оба посмеялись, тишина повисла только на минутку, пока щёлкали щипцы и играла фоновая музыка с рецепции. И тут Маша, не глядя на Варю, кинула: — Ну а чё, мальчик-то есть? Варя фыркнула так, что чуть кофе не поперхнулась. — Какие мальчики,… У меня единственный мальчик в жизни сейчас — это Якушев Игорь. — Подожди… Иркин сын, что ли? — Маша на секунду замерла, потом перевела взгляд на Варю, и бровь у неё еле заметно дёрнулась. — Ну-ну-ну, понятно… — Не «ну-ну-ну»кай, — хмыкнула Варя. — Он просто друг. Без всяких там. — Ага, конечно. У вас вон целое поколение “просто друзей”, — пробормотала Маша и подмигнула в зеркало. Они снова хихикнули, и время незаметно прокатилось вперёд. За окном темнело, а на часах уже приближалось к пяти. Варя уже почти собиралась выйти — поправила кофту, закрутила ремешок сумки — как телефон завибрировал. «Папа». — Алло? — Варя? — голос Вениамина был неспокойный. — Ты где? — У тёти Маши в салоне, что то стряслось? — Соня… Соня куда-то ушла. Телефон не берёт. Мы не знаем, где она. Щёлк. Что-то как будто переклинило в голове. Варя нахмурилась, моментально встала. — Я не знаю… правда, пап. Я думала, она дома. — Варя, если ты что-то знаешь… лучше скажи сразу. — Да нет! — резко, но честно. — Я не знаю. Она сбросила звонок и сразу повернулась к Маше. — Соня куда-то свалила. На звонки не отвечает. Папа переживает. — И куда же она могла деться? — Маша вытащила клипсу из волос Вари, вся расслабленность как рукой снята. Варя зажала переносицу, обдумывая. — Есть у меня одно предположение… И тут, будто по команде, на экране всплыло уведомление: входящий вызов — Игорь Якушев. — Вот и моё предположение, — Варя показала экран Маше, та только кивнула Варя ответила: — Соня у тебя? Пауза. В телефоне тишина и голос Игоря, слегка удивлённый: — Кхм, да. Приезжай. Варя без вопросов сунула телефон в карман, застегнула куртку. — Всё, Маш, спасибо тебе. Круассаны, волны, психотерапия — полный пакет. Но я побежала. — Давай, котик. И Соньке передай, что если она решит делать пирсинг — пусть делает со вкусом. А не как те, кто в 14 бьёт тату с надписью “Queen” над бровью! Варя только махнула рукой и вылетела из салона.

***

Автобус качнул на повороте, и Варя слегка подпрыгнула на сиденье. В салоне было тепло, за окном сыпал мелкий снег, прилипая к стеклу. Варя уставилась в телефон, лениво листая ленту. В голове крутились мысли — что сейчас устроит отец.. Но тут экран мигнул, и появилось уведомление от Дианы: Диана: Ты где? Тут, кажется, Лиза с ума сходит. Она уже мусор сортирует. Варя нахмурилась, на секунду решив, что это какой-то прикол.

Варя:

В смысле сортирует?

Диана ответила почти сразу: Диана: Возле дома поставили контейнеры для раздельного сбора, и Лиза теперь ходит там как экологический инспектор. Следит, чтобы все всё правильно выкидывали. Только что у бабули банку из-под огурцов отобрала и объяснила, что “это стекло, а не органика”. Варя прыснула со смеху прямо в шарф, привлекая косой взгляд соседки по автобусу. Она быстро напечатала:

Варя:

Капец, да Лиза ж теперь наш стажёр Greenpeace. Дай ей жилетку и бейдж.

Диана: Поздно. Уже нарисовала себе значок на листочке и приклеила на куртку скотчем. “Eco helper”.

Варя:

Сфотай!!!

Диана: Не могу — она думает, что я её “документирую для отчёта в муниципалитет”. Варя закрыла глаза, вдыхая носом, пытаясь не ржать. Конечно. Пока одна сестра делает драму из пирсинга, другая устраивает экологический надзор во дворе. Автобус остановился с характерным пшиком. Варя поправила сумку на плече и первой выскочила на холодный воздух. Снег под ногами предательски хрустел, ветер ловко заползал под куртку, а щеки моментально налились красным. Москва в конце ноября — не для слабонервных. Она шла быстрым шагом вдоль дома, обогнув знакомый подъезд. Игорь жил через один — буквально две минуты, и она будет там. Но прежде чем дойти, Варя достала телефон, пальцы немного мерзли, но она быстро накатала:

Варя:

Скоро буду. Скажи Лизе, чтобы ноут готовила — её презентация не спасёт планету сама. Вечер будет долгим.

Пауза. Потом всплыло уведомление: Диана: Сказала. Уже кипятит чай, застелила пледом стул и выбрала видосы с морскими черепахами. Ты влипла, сестра.

Варя:

Спасибо, любимая. В следующий раз ты будешь смотреть с ней интервью эколога на 48 минут.

Диана: Нет, я лучше к Соне и пирсингам. Варя усмехнулась, убрала телефон и остановилась у нужного подъезда. Ещё раз глубоко вдохнула, стряхнула с плеча снег — и нажала домофон. В голове уже крутилась речь, но в животе всё равно слегка скручивало. Соня явно психанула, и сейчас придётся быть не просто сестрой — а дипломатом года. Игорь, как всегда, открыл дверь в своём расслабленном стиле — в трениках и с небрежно растрёпанными волосами, будто он только что вылез из какой-то интеллектуальной драмы про подростков, где все пьют чай, молчат и влюбляются. Варя автоматически кивнула, и они слегка приобнялись, как это делают те, кто сто лет знаком и уже не считал, сколько раз виделись за неделю. Она даже не стала снимать куртку — просто сбросила обувь и направилась в его комнату, будто это была её вторая квартира. А может, третья, после дома и кабинета алгебры. В комнате было тепло и пахло чем-то сладким — мороженым. Соня уже развалилась на кровати, держа в руках баночку, ложка в зубах. Увидев Варю, она на секунду замерла, потом изобразила лёгкое удивление, будто вообще не ожидала её тут увидеть. — Ты серьёзно? — Варя просто уставилась на неё, подняв одну бровь. В её взгляде читалось всё: и «ты в бегах», и «с мороженым?!», и «ну ты даёшь». — Ну, не начинай, — пробурчала Соня, закатывая глаза. — Хотя бы не пили, а? — Да я не пилию, — Варя вздохнула, опираясь о стену. — Просто… ну вот серьёзно? Сбежать из дома из-за кольца в носу? Это как убегать в монастырь, потому что Wi-Fi отключили. Соня надулась и отбила ложкой по краю стаканчика. — Ну ты же понимаешь. Чтоб его позлить. Ну, чтобы если что, потом сдался. — Ага, — Варя фыркнула. — План просто… Швейцария нервно курит. Чёткий, как часы. И, как часы, нихрена не работает. Она перевела взгляд на Игоря, который всё это время стоял у двери, будто сторожил драму. Варя на него посмотрела с прищуром. — А ты чего? — спросила она с тем самым сестринским укором. — А что я? — невинно поднял руки он, как будто только что вынес мусор и вообще не при делах. Варя лишь покачала головой, еле сдерживая улыбку. Она знала. Знала, как Игорь на Сону смотрит, как замолкает, когда она входит, как подбирает шутки, чтобы рассмешить именно её. И Соня, конечно же, ничего не замечала. Типичный роман в стиле «всё слишком очевидно, чтобы быть понятым». — Ладно, драматурги. — Варя оттолкнулась от стены. — Кто мне чай сделает, а то я скоро из-за вас и голос сорву, и рассудок. Кухня у Игоря была маленькой, но уютной: чайник гудел, словно знал, что сейчас тут будет не просто разговор, а мини-допрос. Варя села за стол, сложив руки на груди, а Игорь, по хозяйски, доставал кружки и искал что-то вкусное к чаю. — Ты ей, кстати, мороженое сам предложил или она его силой отобрала? — Варя кинула взгляд в сторону комнаты, будто могла сквозь стены видеть, как Соня дожёвывает очередную ложку. — Она ворвалась и сказала, что умирает от стресса, — флегматично пояснил Игорь, ставя перед ней кружку. — Я решил, что мороженое — это дипломатия. — Понятно. Значит, мороженый мир и капелька манипуляции, — усмехнулась Варя. — Не думала, что ты так быстро сдался. — А что, мне с ней спорить, что ли? — пожал плечами он. — Знаешь, сколько у неё аргументов? Больше, чем у прокурора на суде. Варя хмыкнула, смотря, как он сыплет заварку в чайник. Потом, чуть помедлив, спросила: — Слушай… А ты чего не позвонил, как она пришла? — Думал, сама справится. Или уйдёт через десять минут. Он пожал плечами, как будто ему неловко, но не до конца. — Да, угу, через десять минут… с мороженым и сериалом на полтора часа, — Варя поджала губы. — Тебе бы в спецназ, сразу анализируешь ситуацию. Он поставил чайник на подставку и сел напротив, наконец глядя ей в глаза. — Я просто не хотел, чтобы её ругали. Не в том она настроении была. Видел — кипит изнутри. Варя на секунду смягчилась. — Ну, ты и эмпат. А потом удивляешься, почему я уверена, что ты в неё влюблён. Игорь замер. Брови чуть дёрнулись вверх. — Ты уверена? — Сто процентов, — Варя хитро улыбнулась и взяла кружку. — Я ж не Соня, я замечаю. — И что теперь? — с фальшивой обречённостью спросил он. — А теперь ты, Якушев, заварил чай, который сам будешь пить, пока я не решу, рассказать ли ей это самой или подержать интригу. Она отпила. — Кстати, нормально так заварил. Он рассмеялся, откинулся на спинку стула и покачал головой. — Тебя боятся даже мои домашние тапки. — Правильно делают, — без улыбки сказала Варя, но глаза её сверкнули.

***

Прошло около получаса. Соня уже доела своё мороженое, Игорь валялся на полу с тетрадкой химии, изображая учёбу, а Варя, перекинувшись с ним парой ехидных замечаний, всё же сидела рядышком на кровати и что-то черкала в блокноте. В комнате стоял тёплый, уютный полумрак, изредка разбавляемый вспышками телефонных экранов. Всё было почти мирно. И тут — щёлк. Звук открывшейся входной двери. Голоса. Один женский, знакомо-добрый: — Игорь, к тебе пришли! Следом — второй. Мужской. Чёткий. Троицу будто вырвало из реальности. Соня, как в плохом ситкоме, буквально выпрыгнула с кровати и рванула к ближайшему укрытию. Шкаф. Да, шкаф — классика. Она туда влезла с молниеносной скоростью, только дверца успела качнуться. Игорь, даже не посмотрев в её сторону, метнулся к тетради, перекинулся взглядом с Варей и принял вид ученика года, якобы усиленно выводящего формулы по теме “Оксиды и основания”. Варя в секунду выпрямилась, открыла первую попавшуюся страницу блокнота и уставилась на неё с видом: я тут вообще-то ЕГЭ спасаю, а вы что подумали? В дверях появился Вениамин. Слегка растерянный, нахмуренный, но, как всегда, держал лицо. Он перевёл взгляд с Игоря на Варю и сказал, прищурившись: — Ты ведь была у Маши? — Ну… была, — сказала Варя, осторожно. — А потом… оказалась здесь. За его плечом маячили Ирина Якушева, Надежда Егоровна — бабка из их подъезда, та самая, что следит за порядком и знает у кого что у кого. Она тут вообще каким боком? а за ней еще один мужчина. Он выглядел крепко сбитым, с лёгкой небритостью, короткой стрижкой  — Здравствуйте… — выдавил Игорь — Игорь ты с Соней не говорил? — Спрашивал Вениамин —Нет не видел, — покачал головой Игорь — Игорек, нам поможет любая информация, — сказал незнакомец,слегка наклонившись — Простите, а вы кто? — Не удержалась от вопроса Варя — Борис,можно просто Боря, ваш новый сосед, — слегка улыбнувшись представился он, протягивая руку Варя вежливо — но немного на автомате — пожала его ладонь. Её мозг всё ещё прокручивал сцену в духе: “Соня в шкафу, папа у порога, Игорь делает вид, что мы решаем химию, и ещё сосед… конечно, логично, чё…” — Очень приятно, — выдавила она, чуть натянуто. Сзади, откуда-то из коридора, раздался сдавленный кашель Надежды Егоровны — то ли осуждение, то ли попытка подчеркнуть своё присутствие. — Мы тут просто… — Игорь поднял глаза от тетрадки, — …по химии разбираемся. С кислотами. — Да-да, с кислотами, — добавила Варя, кивая. — Очень опасная штука. Требует внимания. Лучше не отвлекать. — Варя, — Вениамин наконец пересёк комнату и встал чуть ближе, скрестив руки. Голос был не злой, но строгий, с оттенком недоверия. — Я, конечно, всё понимаю. Но ты мне объясни… Ты говорила, что у Маши. А оказывается, сидишь у Игоря. Он осмотрел комнату, затем пристально — уже с легкой тревогой — посмотрел на дочь. — Ты почему не ищешь сестру? Варя выпрямилась, машинально поправила волосы, глянула на Игоря, потом обратно на отца. — Ну, во-первых, я… я зашла буквально на минутку, — начала она, слегка повышая интонацию, как будто это придаст словам больше достоверности. — Во-вторых, мы подумали, что Соня, ну, может быть, сама скоро вернётся. Она неловко поёрзала. — Я просто… решила проверить тут. На всякий случай. Потому что, ну, Игорь тоже волновался, — кивнула в сторону Игоря, который в этот момент будто пытался слиться с тетрадкой. — Проверить… у Игоря? — Вениамин чуть прищурился. — И что, часто она тут “проверяется”? — Пап… — Варя закатила глаза, — ты сейчас из мухи раздуешь слона. Я норм, я не спешу никуда, и с Соне всё будет хорошо. — Варя… — начал Вениамин, но договорить не успел. Его прервала Надежда Егоровна, которая уже уверенно зашла в комнату — Соврал, мерзавец, — произнесла она театральным шёпотом, бросив взгляд на Игоря. — Семёновна из седьмой квартиры подтверждает: Соня сюда приходила. А обратно — не выходила. — Семёновна? — переспросила Варя, хмурясь. — Это которая за шторой всё время сидит? — Тс-с, не отвлекайтесь, — строго сказала Надежда Егоровна и… резко нажала выключатель. Комната погрузилась в полумрак. И через секунду, как по сценарию ситкома, из шкафа, прямо сквозь щель, мягко засветился экран телефона. Тишина была такая плотная, что даже Игорь перестал дышать. Вениамин повернулся к шкафу, сцепив руки за спиной. Не теряя ритма, бабка подошла к шкафу и распахнула его Соня стояла там, с опущенной головой, явно недовольная. В руках телефон. В комнате воцарилась секундная тишина. Варя, всё ещё стоя рядом с Игорем, тихо прошептала себе под нос: — Вот и попали… ~ Прошло немного времени. Все сидели уже за кухонным столом. Атмосфера была… ну, «взрослая». Типа как будто никто никого только что из шкафа не доставал. — Если не разрешите, она всё равно сделает, — вздохнула Ирина, отпивая чай. — Только уже без контроля, подпольно. А там и заражения, и криво, и куча других радостей. Вениамин смотрел в чашку. Думал. Потом тяжело выдохнул: — Ладно. Один прокол. В стерильных условиях. Взрослый мастер. И всё. Ни миллиметра больше. Соня замерла. Варя, наоборот, вздрогнула и ошарашенно глянула на отца: — А чё так можно было? — Нет, — буркнул он. — Но вы, похоже, не оставляете мне выбора. Они стали собираться домой. Куртки, шарфы, прощания, «спасибо за чай». И тут, уже в прихожей, Игорь вдруг сказал Варе, слегка наклоняясь к ней: — Слушай… а ты сама серьёзно хотела проколоть бровь? Или так, для поддержки Сони? Варя застыла на полпути к застёжке куртки, потом хмыкнула, прищурилась и сказала: — А ты как думаешь? Игорь улыбнулся уголком губ. — Думаю, если решишься — тебе пойдёт. — Ага, а если не решусь? — Всё равно пойдёт, — пожал он плечами. — Ты вообще… идёшь. Варя замерла на секунду, медленно повернула голову и прищурилась: — Это ты сейчас комплимент сделал или выгнал меня из квартиры?.. Игорь весь вспыхнул, замотал головой: — В смысле! Я… Я хотел сказать, что тебе всё идёт. Ну, типа, ты вообще… ну… Варя рассмеялась, нацепила капюшон и уже через секунду вышла за порог, оставляя за собой лёгкий запах ванили и тихий смех Сони в коридоре. Игорь усмехнулся вслед — по инерции, будто отголоском её смеха. И всё бы ничего, но когда Варя уже почти закрыла за собой дверь, она вдруг на секунду обернулась — машинально, без цели. Просто взгляд через плечо. Игорь тоже посмотрел. Мимолётно. На полсекунды. И что-то в этом взгляде… Было неловкое. Неуловимое. Такое, что они оба тут же опустили глаза, как будто ничего и не произошло. Ничего особенного. Просто Варя поправила лямку сумки. Игорь почесал висок. И всё. Смех в коридоре затих. Дверь закрылась. А в комнате остался лёгкий привкус ванили и чего-то ещё. Пока неясного.