Часть 3

Гермиона ждала его. Неосознанно, а скорее, как нечто неизбежное.

«Я тебя ненавижу».

Драко обещал себе больше не приходить, не вспоминать, убеждая себя, что все происходящее — безумие. Когда он видел ее в сыром подвале, пропитанном запахом крови, сердце сжималось, отдавая болезненными ударами. Криво. Больно. Но он умел убеждать себя, что все в порядке. Что это — единственный шанс, чтобы она осталась жива.

«Ты не понимаешь. Я не могу тебя вытащить! Они убьют тебя!»

И он в это верил. Верил, потому что иначе пришлось бы признать, кем он стал. Каждый раз, спускаясь туда, он боялся, что все это окажется лишь фантазией, что её на самом деле нет. Поэтому он приходил ещё чаще. Шаги, тихий скрип двери и его силуэт на пороге. И так день за днём. Без него Гермионе было пусто. С ним — холодно, а холод лучше, чем пустота. Она перестала замечать в себе ненависть.

«Он ведь так хорошо относится ко мне, правда?»

Драко перестал применять насилие. Её уже не нужно было ломать. Он гладил её по волосам, шептал, что она — его лучшее произведение; что все обязательно будет лучше. Пальцы дрожали, выдавая ложь. Он искал её одобрения, подтверждения, что он не монстр, а спаситель. Она прижималась к нему и плакала, отпуская ненависть. В голове стоял гул голосов. Гермиона почти перестала различать реальность от вымышленного мира, где было тепло. Он был рядом, не бросил ее, зная, что это действует лучше, чем любой вид пыток. Гермиона становилась послушной, а Драко упивался своей властью над телом и разумом, не замечая, как сам сходит с ума. Она — его спасение и наказание в одном лице.

«Гермиона... Моя девочка.»

Почти как похоронная молитва.

"Я просто хочу, чтобы ты жила".