Часть 4. Забудь и вспомни

      Тишина. Первое, что осознала Сара — её окружала гробовая тишина.       Темнота. Стоило открыть глаза — её поглотила кромешная тьма.       Тепло. Пошевелив руками и ногами — ощутила мягкость, уют, безмятежность.       Протяжно выдохнула.       — Проснулась? — пронёсся мягкий шёпот то ли где-то рядом, то ли в голове.       — Думаю, да, — так же тихо прозвучал её собственный голос.       — Чего ты хочешь?       — Кусок торта, ароматного чая, мяса в соусе… но сначала сходить в туалет.       Усмешка.       — Сейчас помогу, — уха коснулось тёплое дыхание.       Сара повернула голову в его сторону. Матрас где-то совсем рядом прогнулся под тяжестью тела, а следом зажегся свет.       — Ммм… — со стоном отвернулась.       — Прости, — донёсся мягкий мужской голос от подножья кровати. — Иначе никак.       Приоткрыв глаза, первым увидела массивное дерево-шкаф ярдах в трёх, пень-тумбочку у кровати, лампу на нём. Плотные чёрные шторы словно спускались с потолка и касались пола. А потом заметила его.       Тёмные спортивные штаны, со спрятанными в карманы руками; футболка в тон, под которой виднелся рельеф грудных мышц. Ухоженная бородка, так подходящая его типу лица и зачёсанные назад волосы. В тёплом свете лампы, светившей с той стороны кровати, его глаза казались живыми огоньками.       Задержав дыхание, она не могла отвезти свой взгляд.       — Если ты закончила на меня смотреть, то с твоего позволения, я тебя возьму.       Высвободив руки из карманов, наклонился и откинул одеяло в сторону.       — Что?       От испуга, она обхватила его за шею, когда он поднял её на руки.       — Так надёжнее, — развернулся и вынес из комнаты.       Она не сопротивлялась. Не хотела или просто не было сил. Успевала только бегло переводить взгляд с него на окружающую обстановку и снова возвращала к нему.       — Что со мной?       Открыв дверь в ванную, он посмотрел, на что смотрит она.       — Ты поранилась, пока бегала по лесу, — аккуратно опустил около унитаза, в очередной раз любуюсь своей прекрасной работой — то тут, то там наложенными бинтами.       — Так и будешь здесь стоять? — предчувствуя момент облегчения, она держалась из последних сил.       — Не стесняйся, — повернулся спиной, сложил руки на груди.       — Чёрт с тобой, — сняла трусы и поспешно села на унитаз.       Он усмехнулся, услышав журчание, прикрыл лицо ладонью.       — Твоя футболка? — пальцем зацепив за ворот, отстранила от себя и заглянула внутрь.       Голая.       — Твои вещи испачкались, — мимолетно указал на сушилку в противоположном углу комнаты и поставил руки на пояс. — Ты закончила?       — Да.       — Спускать за собой будешь? — терпеливо ждал, когда можно будет повернуться.       Она дёрнула за верёвку, послышался шум воды. Он обернулся.       — Что это? — проскользил взглядом по её голому телу и сурово посмотрел в глаза.       — Я могу принять душ? Грязные не только мои вещи.       Он протянул руку, помог дойти и залезть в ванну. Задернул занавеску. Обхватил переносицу двумя пальцами и сделал несколько глубоких вдохов.       Зашумела вода. Последовавшие размеренные шлепки оповести о том, что она сняла бинты.       — Ауч, — сморщила нос, когда вода коснулась ран на ноге. — Как долго я спала?       Стоя под душем, прикрыв глаза, она собирала обрывки воспоминаний в единую картину. В висках пульсировало, будто после жуткого похмелья. Пар спешно заполнял пространство вокруг.       — Не увлекайся горячей водой, — он просунул руку и сделал попрохладнее. — У тебя была высокая температура. Проспала ты более суток.       — Спасибо, папочка, — съязвила, рассматривая упаковку шампуня.       Налила мыльного раствора на ладонь, и приятный древесный аромат заполнил лёгкие.       — Аарон. Зови меня Аарон.       Он смотрел на занавеску, за которой стояла она.       — Сара, — протяжно выдохнула, смывая пену.       Хилл понимал, ощущал, что ему следует уйти, но не мог оставить её одну.       — Что ты делала там? — мысли сбивались в кучу, отчего он не мог подобрать слов.       — Где?       — В лесу.       Воду перекрыли, и занавеска отъехала в сторону. Они встретились взглядами.       — Убегала.       Аарон шагнул в сторону и стянул полотенце с вешалки. Накинул ей на плечи, завернул с руками, словно в кокон, поднял на руки и вынес из ванной комнаты.       — Следов воздействия каких-либо веществ на тебе нет, тебя не насиловали, — внёс в спальню, — ценных вещей при тебе тоже не было, — бросил на кровать и навис сверху. — Так почему же за тобой гнался шериф Никсон?        Впервые с той жуткой ночи ей стало страшно. Сердце пропускало удары, кровь будто стыла в жилах. Из глаз потекли слёзы.       — Теперь ты не такая смелая.       Он опирался локтями на кровать, его суровое лицо не предвещало ничего хорошего. Лишь одно прикосновение тёплой ладони к щеке — он вытер влажную дорожку, и Сара разрыдалась в голос:       — Они бросили меня. Все. Я их ненавижу. Что я им такого сделала?       Попыталась высвободиться из оков полотенца, но он не дал, придавил грудью.       — А он… Говорил, что любит, — судорожно хватала воздух ртом. — Говорил, что я его жизнь, а сам… а сам трахался на стороне… — разрыдалась. — Я его ненавижу. Зачем он привёз меня суда?       Аарон обхватил её и перевернулся на спину. Теперь она лежала у него на груди и плакала. Он медленно поглаживал её по голове и шептал слова утешения:       — Забудь. Всё будет хорошо.

***

      Три дня. Столько потребовалось Саре, чтобы прийти в себя. Всё это время Аарон следил за ней, наблюдал. Они много разговаривали обо всём на свете, вместе готовили и ели, смотрели телевизор. Он не мог вспомнить, когда в последний раз так много отдыхал; она просто наслаждалась моментами.       Множественный стук во входную дверь, отвлёк их от экрана. Сняв со своих конен её ноги, Аарон поспешил впустить долгожданного гостя. Сара перевернулась на живот, облокотилась на диван и с любопытством стала ожидать его возвращения.       До неё донесся приветсвенный голос хозяина, недовольное бурчание низкого чуть сиплого в ответ, и двоё мужчин оказалимь в поле её зрения. Приняв сидячее положение, она не скрывала интереса, с которым рассматрива неизвестного мужчину: широкий в плечах, с длинной бородой местами покрытой сединой, или ей так казалось из-за падавшего на него тёплого света лампы.       — Знакомся, — Аарон похлопал его по плечу, — мой хороший друг.       Растрепанная, в его футболке и спортианых штанах, подвязанных веревкой — она выглядела, как маленькая птичка, промокшая под сильным дождём, а они словно давали ей время, чтобы решиться довериться.       Она поднялась на ноги, спешно подошла и протянула руку:       — Сара.       — Бурый, — он смотрел ей в глаза не моргая. — Это, я полагаю, тебе, — продемонстрировал бумажный пакет. — Надеюсь, что угадал с размером.       — Что в нём? — опасливо приняла и перевела взгляд на Аарона, вытащив сверху лежавшие чёрные кружевные трусы.       — Достаточно, — Аарон выхватил предмет из её рук, сунул в пакет и развернул её по направлению в комнату. — В нём должно быть что-то подходящее для сегоднешнего вечера. Даю тебе полчаса на переодивание.       Бурый проводил её взглядом:       — Аарон, я точно её видел, — в задумчивости почесал бороду.       — Что за хрень, Бурый? — потёр глаза.       — На фото, но когда?       — Ты не мог нижнее бельё на дно пакета положить, — нахмурился, глядя на друга.       — Не смотри на меня так, — поднял руки, капитулируя, развернулся в сторону кухни. — Все вопросы к Сьюзи. Узнав, что это для тебя, она готова была упаковать весь магазин, — налил воды в стакан. — Я схитрил, сказав, что возьму только необходимое, а за остальным ты сам её приведёшь к ней. Не удивлюсь, если вот-вот к тебе нагрянет Элеонора с очередной фамильной драгоценностью, — залпом выпил.       — Оставь это, — потёр глаза одной рукой. — Что по делу?       — После недавнего промаха, он затих, — Бурый уперся руками в столешницу, о чём-то призадумался.       — Значит, нам остаётся ждать, когда он совершит следающий, — Аарон сложил руки на груди.       — Или заставить совершить ошибку, — пожал плечами.       — Долго, надо побыстрее… — осёкся на полуслове.       Сара вышла к ним в чёрном бархатном платье с длинными рукавами. Словно вторая кожа, ткань очерчивала её изгибы. Аарон открыл рот от удивления, Бурый усмехнулся,       — Не могу решить, — довольная произведённым эффектом, она подняла руки к волосам, одеяние от колен последовало за ней. — Собрать в высокий хвост или зачесать на одну сторону, — перекинув волосы, встала полубоков, продемонстрировав глубокий вырез на спине.       Аарон нахмурился и с недовольством посмотрел на друга. Бурый поднял руки вверх капитулируя:       — Я ни при чём.       — Конечно.       Съязвил, переполненный желанием вновь одеть на неё свою футболку, а его нагрузить таким количеством работы, чтобы в следующий раз он лучше выполнял просьбы с первого раза, но тут же одернул себя. Мысленно дал подзатыльник за присвоение того, что ему не принадлежит. Прикрыл глаза.       — Я плохо выгляжу?       Она стояла почти вплотную к нему, лицо её выражало отчаяние.       — Нет, — провел по её волосам и поцеловал в лоб. — Прекраснее тебя я ещё не встречал, — искренний комплемент с множественным значением непрунежденно сорвался с губ. — Думаю, нам пора ехать.       — Ты собрался идти в этом? — Бурый почесал подбородок, а следом провёл по бороде, приглаживая её. — Шорты у тебя, конечно, модные, но не сегодня, брат.       Аарон вздохнул. Большую часть вечера его не покидало чувство тревоги, которое он упорно отгонял, отчего оно станосиломь только сильнее.       — Подожди меня здесь, я буду через минуту, — указательным пальцем коснулся кончика её носа и ушёл.       Повисло неловкое молчание.       Бурый вёл машину аккуратно, наслаждался поездкой, изредка поглядывая на пассажирку через зеркало заднего вида. Аарон сидел рядом, проверял документацию. Сара расположилась на сиденье-диване позади них, скучающе смотрела вперёд.       — Моя малышка, — неожиданно подал голос водитель, отчего Сара вздрогнула. — Дарт ДжиТиЭс четыресто сорок, — с любовью огладил руль. — Шести литровый двигатель, триста семдесят пять лошадей, преодолевает четверть мили за четырнадцать секунд, — встретился взглядом в зеркале с пассажиркой.       — Простите, — смущенно улыбнулась, — я ничего не понимаю в машинах.       — Только не надо Вы-кать, — обиженно пробурчал, — я не старик, чтобы ко мне так обращались.       — Да, он немногим старше меня, а порой ведёт себя, как ребёнок, — высказался Аарон, и лишь потом понял, что сказал это вслух.       Смех заполнил салон машины.       Тёмно-синий, в сумраке почти чёрный, додж припарковался у здания в центре города. Покинув автомобиль первым, Аарон откинул сиденье и предложил руку помощи Саре. Чёрные классические брюки, рубашка, кожаная куртка — он смотрелся выликолепно. По сравнению с ним Бурый выглядел небрежно — такая же куртка, тёмно-синие джинсы и серая рубашка, еле застегивавшаяся на груди, но в гармонии с растрепанными волосами это производило своеобразный шарм.       — Ничего не бойся, — Аарон взял её за руку, а по другаю от неё встал Бурый. — Это небольшая встреча больших дяд. Мы быстренько поговорим о работе и поедем домой.       — А я в роли украшения для вас или товар? — посмотрела на одного, следом на другого. — Я дитя улиц, вдобавок смотрела фильмы и знаю, что может случится с глупыми девочками вроде…       — О том, что ты смотрела, мы поговорим позже, а сейчас считай это своим дебютом в высшем обществе, как в средние века, — обхватил за плечи и поцеловал в висок. — Никому я тебя отдавать не собираюсь, — нежно шепнул на ухо.       От его горячего дыхания по телу побежали мурашки.       — Если голубки выяснили отношения, то я предлагаю войти в дом, — Бурый смотрел в сторону, старательно пряча свою улыбку.       — Можем одолжить его в сексуальное рабство, — усмехнулся Аарон, указывая на товарища. — Только ненадолго, а то работать будет некому.       — Если ты так и будешь отлынивать, то да… — задумался. — Нет, секс должен приносить душевную радость, а если только физическое удовлетворение, то…       — Мы не опоздаем? — вклинилась в их словесную перепалку Сара, краснея.       Здание внутри оказалось больше, чем ощущаломь снаружи. Высокие потолки, широкие колонны, стены завешанные картинами. Просторные светлые залы сменяли друг друга. Дамы в прекрасных платьях сопровождали своих ковалеров; то тут, то там мельками официанты в смокингах с подносами в руках. Всё казалось хорошо организованной постановкой, сном.       — Ну здравствуй, принцесса, — перед ней предстал Вишня. — Ты вспоминала обо мне все эти дни? У меня вот не было ни минуты без мыслей о тебе.       Аарон с Бурым отлучились на жалкую минуту, за которую её мимолётное счатье обрушилось в пропость. Кошмары, от которых она отмахиваламь и всеми силами старалась убежать, как волна на море — догнали и накрыли с головой, закружили в водовороте воспоминаний, перекрыли дыхание.