13 глава:"Осколки нашей дружбы "

❗От лица автора❗ В кабинете повисла тяжёлая, гнетущая тишина. Такая густая, что, казалось, её можно резать ножом. Снаружи всё ещё доносилось рычание зомби, их шаги, их бессмысленное блуждание по коридорам. Но здесь, в этой маленькой комнате, был свой ад. Свой личный апокалипсис. Дженна стояла у окна, спиной к Су Хёку. Её руки дрожали, но она сжимала их в кулаки, пытаясь унять эту дрожь. Взгляд был устремлён вниз, на школьный двор, где бродили десятки, сотни зомби. Они кружили бесцельно, натыкались друг на друга, падали и снова поднимались. Кровь на асфальте, разбросанные вещи, чьи-то рюкзаки, тела. Много тел. Всё это было похоже на кадры из фильма ужасов, только это было реальностью. Но то, что происходило снаружи, не шло ни в какое сравнение с тем, что творилось у неё внутри. Её губы всё ещё горели. Она чувствовала их. Каждое прикосновение, каждое движение его губ — всё отпечаталось в памяти, въелось в кожу, пульсировало где-то глубоко внутри. Этот поцелуй был солёным от слёз. Горьким от всего, что было между ними. Неправильным. Невозможным. Но он был. И он разрывал её на части. Зачем? Почему? Что это было? Мысли метались в голове, как обезумевшие птицы. Они сталкивались, разбивались, возникали снова. Дженна смотрела на зомби внизу, но не видела их. Перед глазами было только его лицо за секунду до поцелуя. Его глаза — такие уставшие, такие измученные, но в них было что-то ещё. Что-то, чего она не могла понять. Он поцеловал меня. Он правда поцеловал меня. Её сердце колотилось где-то в горле. В груди полыхал пожар — злость, обида, непонимание и что-то ещё, чему она боялась дать название. Мне понравилось? Эта мысль обожгла сильнее пощёчины. Нет. Не может быть. Не могло ей понравиться. Это был неправильный поцелуй. Предательский. Он воспользовался её слабостью, её слезами, её болью. Он не имел права. Не после всего, что было. Но губы помнили. Пульс учащался от одного воспоминания. Почему я ударила его? Потому что он заслужил. Потому что нельзя так делать. Потому что она не хотела... или хотела? Она не знала. Совсем ничего не знала. Дженна прижалась лбом к холодному стеклу. Зомби внизу продолжали своё бессмысленное движение. Такие страшные, такие опасные. Но остаться с ними, там, внизу, казалось сейчас почти легче, чем стоять здесь, в этой комнате, чувствуя его взгляд на своей спине. Она не оборачивалась. Ни разу. Даже краем глаза не взглянула на него. Боялась, что если увидит его лицо, то окончательно потеряет контроль. Что разрыдается или снова ударит. Или, что ещё хуже — захочет, чтобы он снова её поцеловал. — Дженна... — его голос прозвучал тихо, почти умоляюще. Она вздрогнула, но не обернулась. — Не надо, — прошептала она. — Просто... не надо. Он замолчал. А Су Хёк стоял у двери и смотрел на неё. На её хрупкую фигуру у окна, на светлые волосы, разметавшиеся по плечам, на то, как она прижимается лбом к стеклу. И внутри у него всё разрывалось. Он сам не понимал, что только что сделал. Я поцеловал её. Я правда поцеловал её. Мысли путались, натыкались друг на друга. Он помнил только одно — её слёзы, её крик, её боль. И непреодолимое желание сделать так, чтобы это всё прекрасилось. Чтобы она перестала плакать. Чтобы она перестала кричать. Чтобы она просто затихла. А потом — её губы. Солёные, мягкие, такие... такие, что он забыл, как дышать. Зачем я это сделал? Он не знал. Это был порыв. Что-то, что вырвалось из самой глубины, прежде чем он успел подумать. Прежде чем успел остановить себя. Он не хотел признаваться. Не сейчас. Не здесь. Не после всего. Потому что знал — она ничего к нему не чувствует. Она ненавидит его. Презирает. Считает одним из них. И у него нет шанса. Никакого. — Ты как? — спросил он тихо, делая шаг в её сторону. Голос дрожал, но он старался говорить ровно. — Не подходи, — резко ответила она. Голос сорвался, но в нём звенела сталь. — Не подходи ко мне. Он замер. — Дженна, я... — Ты ничего не объяснишь, — перебила она. — Потому что я не хочу слушать. Не хочу знать. — Но ты должна знать... — Ничего я не должна! — она резко обернулась, и он увидел её лицо. Красные глаза, мокрые щёки, разбитые губы. Она была прекрасна в своей боли. — Ты не имел права! Ты слышишь? Не имел! — Я знаю, — кивнул он. — Я знаю. — Тогда зачем?! — закричала она. — Зачем ты это сделал?! Он молчал. Смотрел на неё и молчал. Потому что не знал, как объяснить. Как сказать правду, не сказав слишком много. — Чтобы успокоить меня? — её голос сорвался. — Чтобы заткнуть? Чтобы унизить? — Нет, — выдохнул он. — Нет, Дженна. Ничего из этого. — А что тогда? — она смотрела на него в упор, и в её глазах было столько боли, что у него сердце разрывалось. — Что тогда, Су Хёк? Объясни мне. Потому что я не понимаю. Я совсем ничего не понимаю. Он шагнул к ней. Один шаг. Осторожный, медленный. — Я не знаю, — честно сказал он. Голос был тихим, хриплым, почти сломленным. — Я просто... я просто не мог больше смотреть, как ты плачешь. Как ты кричишь. Как ты разбиваешься на части у меня на глазах. И я... я хотел это остановить. Хотел сделать хоть что-то. — И ты решил, что поцелуй — это то самое? — горько усмехнулась она. — Я не решал, — покачал он головой. — Я просто... это случилось. Само. Я не думал. Я вообще не думал. Только о том, чтобы ты перестала плакать. — А теперь? — она вытерла слёзы тыльной стороной ладони. — Теперь ты думаешь? Он посмотрел ей в глаза. Те самые зелёные глаза, которые снились ему ночами. Которые он боялся увидеть утром. Которые ненавидел и любил одновременно. — Теперь я думаю, что это был порыв, — тихо сказал он. — То, что я хотел сделать. Сам не знаю, почему. Не знаю, зачем. Просто хотел. Она замерла. В её глазах мелькнуло что-то — удивление? Недоверие? Надежда? — Ты хотел поцеловать меня? — выдохнула она. — Да, — кивнул он. — Хотел. Не знаю, почему. Не знаю, с каких пор. Просто хотел. Она смотрела на него долго, очень долго. А потом отвернулась обратно к окну. Её голос, когда она заговорила, был тихим, почти безжизненным. — Это ничего не значит, — сказала она. — Понимаешь? Ничего. Между нами ничего нет. И не может быть. Слова упали в тишину, как камни в воду. Тяжёлые, холодные, неумолимые. Су Хёк замер. Внутри всё оборвалось. Ничего нет и не может быть. Она сказала это так просто. Так спокойно. Будто резала по живому, даже не замечая этого. — Он Чо любит тебя, — продолжила Дженна, не оборачиваясь. — Ты ей нравишься. Она отдала тебе свою нашивку. А я... я не готова. Не готова к этому. К чувствам. К отношениям. Ко всему этому. — Дженна... — Нет, послушай, — перебила она. — Этот поцелуй... он был ошибкой. Ты понимаешь? Ошибкой. Не должно было этого случиться. Не сейчас. Не здесь. Не с тобой. Не с тобой. Эти два слова врезались в сердце острее ножа. Она говорила, а он стоял и слушал. И с каждым её словом внутри что-то умирало. Какая-то маленькая надежда, о существовании которой он даже не подозревал, пока она не начала гаснуть. — Ты ненавидишь меня, — прошептал он. Это был не вопрос. Скорее утверждение. Дженна молчала. Долго. Очень долго. — Я не знаю, — ответила она наконец. — Я просто... я не знаю. Она обернулась. Посмотрела на него. В её глазах было столько всего — боль, злость, растерянность. И что-то ещё. Что-то, чему она боялась дать название. Что-то, что противоречило её словам. Но она уже всё решила. Для себя. Для них. — Между нами ничего нет, — повторила она. — И не может быть. Ты принял нашивку Он Чо. Ты с ней. А я... я не хочу быть частью этого. Не хочу быть чьей-то ошибкой. Не хочу быть тем, о ком потом пожалеют. — Ты не ошибка, — выдохнул он. Голос дрожал, но он не мог молчать. — Ты никогда не была ошибкой. — Была, — усмехнулась она горько. — С того самого дня, как появилась в этом доме. Я ошибка. Для Гви Нама, для его отца, для всех. И для тебя тоже. — Это неправда. — Правда, — она отвернулась. — Просто прими это. Как и я приняла. Она снова уставилась в окно, на эту бесконечную орду зомби внизу. А Су Хёк стоял у двери и чувствовал, как земля уходит из-под ног. Ничего нет и не может быть. Слова эхом отдавались в голове. Он пытался дышать, но воздуха будто не было. В груди разливалась тяжёлая, ноющая боль. Такая сильная, что хотелось согнуться пополам. Она ненавидит меня. Всё та же ненавидит. Он думал, что поцелуй что-то изменит. Что хотя бы на секунду она увидит его по-другому. Что эта стена между ними хоть немного пошатнётся. Но нет. Стена стояла. Крепче прежнего. Может, она права? Может, между нами действительно ничего не может быть? Он посмотрел на неё. На её хрупкую фигуру у окна, на светлые волосы, разметавшиеся по плечам. На то, как она обнимает себя руками, будто пытается согреться. На то, как дрожат её плечи — то ли от холода, то ли от слёз. Она была так близко. И так бесконечно далеко. — Ты ошибаешься, — тихо сказал он. — Насчёт Он Чо. Между нами ничего нет и не было. Я принял нашивку, потому что не хотел делать ей больно. Потому что я трус. Как и всегда. — Это неважно, — ответила она, не оборачиваясь. — Важно, — настаивал он. — Важно, чтобы ты знала. Я не с ней. Я ни с кем. Я просто... я просто есть. — И что это меняет? — она резко обернулась. В её глазах снова вспыхнула злость. — Что это меняет, Су Хёк? Ты всё равно один из них. Ты всё равно молчал, когда надо мной издевались. Ты всё равно не защищал. А теперь... теперь ты целуешь меня? Думаешь, это всё исправит? — Нет, — покачал он головой. — Я ничего не думаю. Я просто... я просто не хочу, чтобы ты ненавидела меня. — А что ты хочешь? — выдохнула она. Он посмотрел ей в глаза. В эти зелёные глаза, которые видел в своих снах. Которые преследовали его каждый день. — Я хочу, чтобы ты была в безопасности, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты жила. Чтобы с тобой ничего не случилось. А всё остальное... всё остальное неважно. Она смотрела на него. Долго. Очень долго. В её глазах было столько всего, что он не мог прочитать. — Ты не должен был этого делать, — прошептала она наконец. — Не сейчас. Не так. — Знаю, — кивнул он. — Знаю. — Я не знаю, что теперь делать, — выдохнула она. — Я не знаю, что думать. Что чувствовать. — Ничего не делай, — сказал он. — Просто будь здесь. Я не трону тебя больше. Не подойду. Не сделаю ничего, чего ты не захочешь. Я просто... я просто буду здесь. Если ты позволишь. — А если я захочу, чтобы ты ушёл? — спросила она, не оборачиваясь. Он помолчал. Посмотрел на дверь, за которой всё ещё бродили зомби. Потом снова на её хрупкую фигуру у окна. — Тогда я уйду, — сказал он. — Даже если это будет значить, что я погибну. Если ты скажешь — я уйду. Без вопросов. Без споров. Она замерла. Медленно повернула голову и посмотрела на него. В её глазах было столько боли, столько недоверия, столько всего, что он не мог прочитать. — Ты серьёзно? — выдохнула она. — Абсолютно. В кабинете снова повисла тишина. Только их дыхание и далёкое рычание зомби. Снаружи кто-то бился в дверь, но пока держалось. Дженна долго смотрела на него. На его уставшее лицо, на разбитые губы, на глаза, в которых было столько боли и столько надежды одновременно. На то, как он стоял, не двигаясь, не приближаясь, готовый уйти в любой момент. — Останься, — прошептала она так тихо, что он едва расслышал. — Просто... останься. Он кивнул. Один раз. И остался стоять там же, у двери. Не приближаясь. Не делая лишних движений. Просто был рядом. Потому что это всё, что он мог ей дать. *************************** ❗От лица автора❗ В научной лаборатории было тихо. Слишком тихо после всего того ада, что творился снаружи. Стеклянные колбы тускло поблескивали в полумраке, на столах валялись разбросанные тетради и учебники — кто-то явно спешил, когда начался весь этот кошмар. Пахло химическими реактивами, пылью и страхом. Этот запах въелся в каждую щель, пропитал каждую частичку воздуха. Он Чо сидела на корточках у стены, обхватив колени руками. Её плечи вздрагивали. Она не плакала — нет, она запретила себе плакать. Но внутри всё разрывалось на части, и с каждым вздохом трещины становились всё глубже. Су Хёк. Он выбрал её. Снова. Мысли метались в голове, как обезумевшие птицы. Она вспомнила тот день на лестнице. Как долго готовилась. Как репетировала слова перед зеркалом. Как сердце колотилось так, что, казалось, сейчас выпрыгнет из груди. "Возьми... пожалуйста, возьми..." Она отдала ему свою нашивку. Самую дорогую вещь. Символ. Часть себя. Руки дрожали так сильно, что она боялась уронить её. А он смотрел на неё своими тёмными глазами и молчал. Долго. Так долго, что она уже была готова провалиться сквозь землю. Он взял. Но в его глазах не было того, чего она так ждала. Не было искры. Не было того самого света, который она видела, когда он смотрел на Дженну. Там было что-то другое. Сожаление? Неловкость? Или, может быть, жалость? Она не знала. И это незнание разъедало душу сильнее любой правды. А теперь он даже не смотрит в её сторону. Он смотрит только на Дженну. Всегда на Дженну. Даже сейчас, в этом аду, когда смерть дышит в спину, он думает только о ней. Почему? Почему она, а не я? Он Чо закусила губу до крови. Металлический привкус на языке привёл в чувство, но боль в груди не утихала. — Он Чо, — тихо позвала И Сак, присаживаясь рядом. — Ты как? Он Чо подняла голову. Попыталась улыбнуться, но вышла жалкая гримаса — кривая, неестественная, полная боли. — Нормально, — прошептала она. Голос сорвался, прозвучал хрипло, чужо. — Всё нормально. — Врёшь, — И Сак осторожно коснулась её плеча. — Я же вижу. Ты из-за Су Хёка? Он Чо промолчала. Опустила глаза, уставилась в пол. Там, на грязном линолеуме, темнело пятно — то ли пролитый реактив, то ли кровь. Она смотрела на это пятно и думала о том, что её жизнь сейчас похожа на него — тёмная, бесформенная, никому не нужная. Но молчание было красноречивее любых слов. — Он просто... он просто не видит, — тихо сказала И Сак, поглаживая подругу по плечу. Её голос звучал мягко, успокаивающе, как тогда, в детстве, когда они вместе росли. — Не понимает, какая ты. Но это не значит, что ты плохая. Это значит, что он дурак. — Он не дурак, — выдохнула Он Чо. — Он просто... он просто любит другую. Слова упали в тишину, как камни в воду. Тяжёлые, холодные, неумолимые. И Сак вздохнула. Хотела что-то сказать, утешить, найти нужные слова... И вдруг Он Чо сама схватила её за руку. Просто так. Машинально. Чтобы почувствовать тепло подруги, чтобы убедиться, что она рядом. И замерла. Рука И Сак была ледяной. Совершенно ледяной. Такой холодной, что Он Чо показалось, будто она держит не живого человека, а кусок льда. Она прижала руку подруги к своей щеке — сначала одну, потом вторую, словно пытаясь согреть, проверить, не показалось ли. Холод пробирал до костей. — И Сак... — выдохнула Он Чо, чувствуя, как страх ледяными пальцами сжимает сердце. — Почему у тебя такие холодные руки? И Сак отдёрнула руки. Слишком резко. Слишком испуганно. — Всё хорошо, — быстро сказала она. Голос дрожал, срывался. — Всё нормально. Просто замёрзла. Здесь же холодно, ты не замечаешь? — Не ври мне! — Он Чо вскочила на ноги. В глазах плескался ужас. — Мы столько лет дружим! Я знаю, когда ты врёшь! Что случилось?! — Ничего! — И Сак тоже встала, пятясь назад. — Всё хорошо, правда! — И Сак! И тут все увидели это. Из носа И Сак тонкой струйкой потекла кровь. Сначала медленно, а потом быстрее — алая, яркая, пугающе контрастная на её бледной коже. Он Чо замерла. Сделала шаг назад. Потом ещё один. — И Сак... — прошептала она. — У тебя кровь... И Сак коснулась пальцами верхней губы. Посмотрела на красные пятна на подушечках. В её глазах мелькнул такой ужас, что у Он Чо сердце пропустило удар. — Нет, — прошептала И Сак. — Нет, это не то, что вы думаете... Но все уже поняли. Чон Сан, стоявший у двери, побелел как полотно. Ген Су, сидевший на парте, спрыгнул и попятился к стене. Дэ Су вскочил, опрокинув стул. Нам Ра зажала рот рукой, чтобы не закричать. На Ён, которая до этого момента сидела в углу, вжалась в стену, глядя на И Сак расширенными от ужаса глазами. — Её укусили, — выдохнул кто-то. — Боже, её укусили... — Нет! — закричала И Сак. — Нет, вы не понимаете! Всё хорошо! Я в порядке! Меня не кусали! — И Сак, — Чон Сан шагнул вперёд, протягивая руку. — И Сак, послушай... — Не подходи! — закричала она, отступая. — Я не одна из них! Слышите? Не одна! Она пятилась, пока не упёрлась спиной в стол с реактивами. Её глаза лихорадочно блестели, грудь тяжело вздымалась. — И Сак, — Он Чо сделала шаг к ней, но Чон Сан схватил её за руку, останавливая. — Пусти! Это моя подруга! — Она уже не та, что была, — тихо сказал Чон Сан. — Посмотри на неё. И Сак повернула голову и увидела своё отражение в маленьком зеркальце, висевшем на стене. То, что она увидела, заставило её замереть. Из зеркала на неё смотрела не она. Бледное, почти белое лицо. Глаза, в которых начала проступать краснота. Кровь, текущая из носа, заливающая губы, подбородок, капающая на одежду. — Нет, — прошептала она, касаясь пальцами щёк. — Нет, это не я. Это не может быть я. Она зажмурилась. Открыла глаза. Всё было красным. Красный свет, красные стены, красные лица людей, которые смотрели на неё с ужасом. Мир утонул в багровом мареве. — Я не одна из них, — твердила она, но голос звучал всё тише, всё глубже, всё страшнее. — Я не одна из них. Меня не кусали. Я в порядке. Всё хорошо. Всё хорошо. Всё... — И Сак, — Он Чо вырвалась из рук Чон Сана и бросилась к подруге. — Он Чо, нет! — закричал Чон Сан. Но она уже была рядом. Она обняла И Сак. Сильно, изо всех сил, прижимая к себе, словно пытаясь удержать, спасти, вытащить из той бездны, в которую та падала. — И Сак, — шептала она сквозь слёзы. — И Сак, пожалуйста, не уходи. Пожалуйста, останьсь. Ты моя лучшая подруга. Ты нужна мне. Пожалуйста... И Сак замерла в её объятиях. На секунду показалось, что она сейчас ответит, обнимет в ответ, скажет, что всё будет хорошо. Но вдруг её тело дёрнулось. Судорога прошла по всему телу. Руки безвольно повисли, голова запрокинулась. — И Сак?! — закричала Он Чо. Чон Сан рванул вперёд и схватил Он Чо за плечи, оттаскивая от подруги. — Пусти! — заорала она, вырываясь. — Пусти меня! Ей плохо! — Она уходит! — крикнул Чон Сан, удерживая её. И Сак рухнула на колени. Потом упала лицом вниз. Тело забилось в конвульсиях, руки заскребли по полу, оставляя кровавые полосы. — И Сак! — рыдала Он Чо, пытаясь вырваться. — И Сак! На секунду всё замерло. Тишина. Страшная, гнетущая тишина. А потом тело дёрнулось. И Сак вскочила. Но это была уже не И Сак. Глаза налились кровью — ярко-красной, пульсирующей. Изо рта текла слюна, смешанная с кровью. Лицо исказилось в жутком оскале. Она зарычала — низко, утробно, нечеловечески. — И Сак... — прошептала Он Чо, чувствуя, как сердце разрывается на части. Тварь, которая была её лучшей подругой, повернула голову. Увидела её. И бросилась. Но не на Он Чо. Она развернулась и буквально за пару секунд оказалась около Хе Ин — девушки, которая стояла ближе всех к окну, замерев от ужаса. Та даже не успела вскрикнуть. Зомби вцепился ей в плечи и повалил на пол с такой силой, что у той голова мотнулась. — А-а-а! — закричала Хе Ин, пытаясь отбиться. — Нет! — заорал Дэ Су. Он первый пришёл в себя. Рванул вперёд, пока остальные стояли в оцепенении, прижавшись к стенам, трясясь от страха. Ген Су побелел, На Ён завизжала и забилась в угол, Нам Ра застыла с открытым ртом. Дэ Су схватил зомби за плечи, пытаясь оттащить от Хе Ин. Та ворочалась, рычала, вырывалась, пытаясь дотянуться до жертвы зубами. — Выкиньте её отсюда! — заорала На Ён. — Она теперь зомби! Выкиньте её, пока она всех не перекусала! — Заткнись! — рявкнул на неё Ген Су, но сам не двигался с места. Дэ Су со всей силы толкнул зомби в сторону. Та отлетела, ударилась головой об угол стены и на секунду замерла. — Быстрее! — крикнул Чон Сан, подбегая к Хе Ин и помогая ей подняться. Но зомби уже поднялся. Кровь текла по его лицу из рассечённого виска, но он не чувствовал боли. Он повернул голову и уставился прямо на Он Чо. — Он Чо, назад! — заорал Дэ Су. Но И Сак уже бежала. Прямо на неё. На ту, кто была её лучшей подругой. На ту, кого она обнимала минуту назад. Он Чо смотрела на неё и не могла пошевелиться. Ноги будто приросли к полу. Это И Сак. Это моя И Сак. Она не может... не может... Чон Сан метнулся быстрее молнии. Он схватил первый попавшийся стул и с размаху ударил зомби по лицу. — Не надо! — закричала Он Чо. — Не бей её! Она там! Она ещё там! — Её там нет! — заорал Чон Сан, замахиваясь снова. Он ударил зомби по спине. Стул разлетелся вдребезги. Тварь рухнула на пол и затихла. Он Чо смотрела на неподвижное тело подруги. На то, как кровь растекается по полу. На то, как её руки, которые ещё недавно обнимали её, безжизненно лежат в стороны. — И Сак... — прошептала она. Она не помнила, как сделала шаг. Потом ещё один. Она шла к ней, к своей подруге, не видя ничего вокруг. Не слыша криков Чон Сана: «Он Чо, не подходи!». Не чувствуя, как Ген Су пытается схватить её за руку. Она подошла к окну. Остановилась. Смотрела на тело. И вдруг оно дёрнулось. Зомби вскочил с пола. Глаза горели красным. Он зарычал и бросился на Он Чо. Всё произошло за доли секунды. Чон Сан рванул вперёд. Схватил зомби за плечо, развернул и со всей силы толкнул в сторону окна. Удар был такой мощный, что тварь пробила стекло и полетела вниз. — НЕТ! — закричала Он Чо. Она бросилась к окну. Увидела, как И Сак падает. И в последний момент, когда та уже почти скрылась из виду, Он Чо инстинктивно схватила её за руку. Рывок. Боль в плече. Она удержала. И Сак повисла над пропастью. Её тело билось в конвульсиях, она рычала, пыталась вырваться, дёргалась, тянула Он Чо вниз. Но та держала. Крепко, изо всех сил, не обращая внимания на боль. — И Сак, — шептала она, и слёзы текли по её лицу. — И Сак, я тебя не брошу. Я тебя не брошу. В голове проносились воспоминания. Как они вместе ходили в магазин косметики. И Сак смеялась, пытаясь выбрать помаду, и говорила: «Ой, этот цвет мне не идёт, я буду как вампир!» А Он Чо хохотала и мазала её этой помадой, и они бегали по магазину, пока продавщица не сделала им замечание. Как они мерили дурацкие костюмы в фотобутке. Надевали огромные очки, смешные парики, корону на голову. И Сак корчила рожицы, а Он Чо щёлкала фото, и они обе смеялись до слёз. Как они сидели в кафе и заказали самое острое блюдо в меню. Ели и пили воду, и у обеих покраснели лица, слёзы текли из глаз, но они не могли остановиться, потому что это было весело. Так весело. И Сак. Моя лучшая подруга. Моя И Сак. А сейчас она висела над пропастью, рычала, скалилась, пыталась укусить её. Но Он Чо всё равно держала. — Отпусти! — заорал Чон Сан, подбегая к ней. — Отпусти её, она убьёт тебя! — Нет! — закричала Он Чо. — Нет, я не отпущу! Она там! Она где-то там! — Её нет! — Чон Сан схватил её за руку, пытаясь разжать пальцы. — Отпусти, Он Чо! Прошу тебя! — Не-е-ет! И Сак дёрнулась сильнее. Её зубы клацнули в опасной близости от руки Он Чо. Ещё немного — и она вцепится в неё. Чон Сан зажмурился. Рванул руку Он Чо на себя. Пальцы разжались. И Сак с диким воплем полетела вниз. Он Чо закричала. Так громко, что, казалось, стены задрожали. Она смотрела, как тело подруги падает, ударяется об асфальт, и в ту же секунду на него набрасываются зомби. Она стояла у окна, не двигаясь. Слёзы текли по щекам, но она даже не вытирала их. Смотрела вниз, на то, как рвут на части ту, с кем она выросла. Ту, кто знал все её секреты. Ту, кто пытался утешить её всего несколько минут назад. — И Сак... — прошептала она. — Прости меня... Прости... — Он Чо, — Чон Сан осторожно коснулся её плеча. — Он Чо, пойдём отсюда. Пожалуйста. Она не двигалась. Не слышала. Не чувствовала. И тут сзади раздался чей-то голос: — О боже... Хе Ин... Все обернулись. Хе Ин стояла на коленях, держась за лицо. Когда она убрала руки, все увидели кровь. Много крови. Она заливала её лицо, шею, одежду. — Нет... — выдохнул кто-то. — Я не зомби! — закричала Хе Ин, вскакивая. — Я не зомби! Слышите? Не зомби! Она бросилась к ним, но все отшатнулись. Попятились назад, прижимаясь к стенам. — Не подходи! — заорал Ген Су. — Я не зомби! — рыдала Хе Ин. — Пожалуйста, поверьте! Она только укусила меня за плечо, но я не... я не... — У тебя кровь на лице, — прошептала Нам Ра. — Это её кровь! — закричала Хе Ин, указывая на окно. — Когда она упала, брызги... это её кровь! Я не заражена! Все молчали. Смотрели на неё и не знали, что делать. Страх сковал каждого. — Вы чего? — Хе Ин оглядывала их, и в её глазах был ужас. — Я не зомби! Не может быть! Пожалуйста, поверьте мне! Она сделала шаг вперёд. Все сделали шаг назад. — Не может быть, — прошептала она, чувствуя, как мир рушится. — Не может быть...