Реквием

Медленно, не в силах оторвать ноги от земли, Чон обернулся и увидел, как на асфальте лежит истекающее кровью тело. Темное пятно на груди, словно паразит, стремительно разрасталось, забирая последние жизненные силы. - Хосок… - еле слышно прошептал он. Голова друга, с еще открытыми глазами, аккуратно лежала на коленях девушки, что кричала, рычала, издавала неописуемые звуки, порожденные ужасом и полным бессилием. Ее отчаяние было настолько пронзительным, что Чонгук не мог отвести от взгляда. Сердце его сжалось до боли, руки дрожали, а слова предательски застряли в горле. Он не мог поверить в то, что произошло. Все вокруг казалось нереальным, словно кошмар, из которого невозможно проснуться. - Капитан Чон, - к мужчине подбежал запыхавшийся от бега полицейский - им удалось скрыться. Мы объявили план перехват. - Понял. Один из нападавших - Чон Седжун. Передайте всем и объявите в розыск. Скорую вызвали? - Так точно! Прибудут через пару минут. - Офицер отдал честь старшему по званию и направился в сторону патрульной машины. Опыта Чонгука было вполне достаточно, чтобы понять, что жизнь его друга отсчитывает последние минуты. Скорее всего даже бригада скорой помощи не успеет приехать. Пулевое ранение задело сердце мужчины, разорвав левое легкое. Судороги уже начали овладевать телом, а кровь толчками продолжала вырываться наружу, окрашивая серую футболку друга. - Не умирай! - раздался крик Сакуры - Ты слышишь? Даже не смей!   А сама знает - нет смысла кричать все это.  - Не умирай... прошу... не сейчас… - и послышались тихие всхлипы - Не умирай.. моя жизнь без тебя.. Она… она совсем не имеет смысла! Глаза Хосока в последний раз открылись, устремив взгляд на девушку. Слегка улыбнувшись, он протянул руку к ее лицу и кончиками дрожащих пальцев коснулся мокрой щеки, когда силы наконец покинули его. Тяжелая, она упала на колени, сотрясающейся от радыний, сестры. В уголках глаз мужчины скопились соленые капли, что одна за другой медленно, скатились по щекам. Бригада скорой помощи, прибывшая буквально через минуту, не сразу смогла приступить к выполнению своих обязанностей. Проклинающая весь белый свет, Сакура, готова была разорвать любого, кто посмеет прикоснуться к телу брата. Чонгуку ничего не оставалось как вмешаться. Захватив девушку со спины в крепкий замок, он силой оттащил ее в сторону, еле уворачиваясь от ударов несчастной затылком. Чон брыкалась, Чон визжала, Чон молила отпустить ее к Хосоку. Но вскоре, окончательно обессилев, она медленно стекла на грудь Чонгука, продолжая сжимать в кулаках куртку мужчины.  Подняв ее изнеможенную, почти в бессознательном состоянии на руки, мужчина направился к своей машине. Быстро уложив девушку на заднее сидение, сам сел за руль. Через открытое окно, дав последние распоряжения полицейским, направил автомобиль в сторону своего дома. Ближайшие несколько дней Сакура будет жить с ним. По крайней мере, пока не придет в себя. Новость о гибели Хосока повергла в шок всю команду Септимы. Коллеги и друзья его любили, уважали, ценили за живой ум, неиссякаемую энергию, хлесткий юмор и исключительное трудолюбие. На него всегда можно было безоговорочно положиться, и в бою и в жизни. Удрученный потерей, Намджун на несколько дней приостановил всю деятельность группировка, чтобы каждый мог прийти в себя и по своему оплакать друга. Непропускающие дневной свет, шторы в спальне Чонгука уже несколько дней были плотно закрыты. Тонкий лучик солнца, пробившийся сквозь брешь между тканью, ласково лег на худую и бледную руку сидящей на полу девушки. Голос ее больше не срывает от крика, сейчас внутри она абсолютно пуста. В ней совершенно ничего не осталось. Лишь боль и горечь утраты. Сакура не помнит сколько уже находится здесь. Да и все равно. Как все равно на то какое за окном время года, пасмурно или солнечно, во что она одета, болят ли ее раны, оставленные бандитами, поймали ли вообще кого-то из них, и что делает Чонгук, когда оставляет ее одну в комнате. За одну ночь все на свете потеряло свое значение.  Сакура просто сидит, не двигаясь и не думая ни о чем. Ее сердце разорвано на части. Ее душу вырвали голыми руками и заставили жить заново... Только вот никто не рассказал, как дальше жить, как дальше дышать без Хосока рядом.  Слезы больше не окрапляют щеки. Сакура смотрит в пустоту, пытаясь понять, как же все так вышло. Как она могла потерять его так внезапно, так безвозвратно? В один миг целый мир рухнул, и восстановить его ей не по силам. Вошедший в комнату Чонгук, тихо подошел к девушке и сел на пол рядом, накрыв своей рукой ее холодную ладонь. Девушка не шелохнулась. Парню невероятно хотелось, он искренне желал, чтобы она хоть как-то отреагировала, пусть даже бы одернула свою руку в сторону, посмотрела на него или закричала, чтобы он шел прочь. Как угодно, только бы не было этого холодного безразличия ко всему происходящему. - Мы похоронили его. Как ты и хотела, рядом с родителями и с Суа. В ответ все тоже оглушающее молчание. Даже не моргнула. Чон всматривался в бледное, похудевшее всего за несколько дней лицо, спутанные волосы и осунувшиеся плечи. Казалось, что боль, пожирающая душу девушки, пожирала и ее тело. Смотреть невыносимо, но Чонгук любит ее и такой. Теперь он несет ответственность за эту маленькую, хрупкую девочку. На могиле друга он поклялся, что защитит ее. Сделает все возможное, чтобы Сакура вновь смогла обрести счастье. Нашла в себе силы принять свою боль и идти дальше. Чего бы ему это не стоило, он будет рядом. - Боже! - еле слышно прошептала девушка - Я не хочу.. я не хочу... я не хочу чтобы все это продолжалось. Хочу чтобы все это просто закончилось! Она обращалась не к мужчине, сидевшему рядом и внимающему каждому ее слову. Она обращалась в бесконечную пустоту внутри себя. Словно заклиная, еле шевеля губами, изредка опуская густые ресницы. - Я хочу все забыть. Но не получается... - от тяжелого и продолжительного выдоха девушки у Чонгука рвало сердце - Как было бы здорово уснуть и больше никогда не просыпаться... А я ведь даже не пришла проститься с ним. Не смогла смотреть, как он лежит там один. Не могу принять того, что он оставил меня. Ушел… Это жестоко. - Хосок не оставил тебя. Он всегда будет рядом и будет беспокоится о тебе… Поэтому живые люди должны жить счастливо. Мы можем иногда плакать, но еще больше должны улыбаться и радоваться. Так что постарайся найти в себе силы и снова стать счастливой, ведь он любил тебя. Впервые, как Сакура оказалась дома у Чонгука, она повернула в его сторону голову и взглянула на него. Во взгляде ее отражалось все, что накопилось за несколько дней внутри. Чон тонул в этих глазах, ему невыносимо хотелось заключить девушку в свои крепкие объятия и никогда больше не выпускать. Завернуть, словно в кокон, и не показывать этому миру. Оберегать, будто ему доверили самое ценное сокровище на планете. Чтобы никто коснуться и пальцем не мог, смотреть, да даже дышать в ее сторону. - Я так искренне пыталась выбраться из своего кошмара. Но каждый раз что-то еще больше утягивает меня назад. - Чон подняла голову к потолку, закрыв глаза и подставив бледные щеки под тонкий лучик солнца - Прошу, спаси меня. Иначе я просто не выдержу… Любые слова, какие бы мужчина не произнес сейчас не так важны, как его поддержка и забота. Молча придвинувшись к Сакуре еще ближе, он обнял ее и прижал к груди, уткнувшись носом в мягкие волосы. Девушка в его руках вновь задрожала, а крупные капли слез окропили сильные мужские руки. Она на мгновение представила, буд-то они сидят в парке, как много лет назад, и всего ужаса, что последовало после, никогда не было. Словно через несколько минут они вдвоем сядут на автобус и поедут по летним улицам города домой, где на кухне их встретят улыбающиеся Хосок и Суа. Все вместе они проведут прекрасный день, смотря какой-нибудь дурацкий фильм, кидаясь друг в друга попкорном и льдом из-под газировки, а потом расстанутся на ночь, чтобы на следующий день увидеться снова. Все так и будет, надо лишь проснуться от этого кошмара.