Акт 1. Сцена 3. Ты был здесь всегда.

Я теперь скупее стал в желаньях, Жизнь моя, ты приснилась мне? Словно я зимней гулкой ранью, Убежал прямо к счастливой поре.

***

      Звучание моего фортепиано с окончанием композиции утихла, а волшебная мелодия покинула помещение музыкального кружка.       Я внимательно оглядел незнакомку, выпускавшую в меня пулемётные очереди из предложений. Волосы цвета аквамарина, два длинных хвостика свисающие чуть ли не до пола и неестественные циановые глаза. Лицо явно не европейское, дальне-восточное сказал бы.       «Не хватает только лука-порея для полноты картины. Она ещё вроде упомянула, что её Мику зовут…»       Одежда на девочке привычная, пионерская, кроме одной детали. Белую рубашку, с узнаваемым алым галстуком и короткую синюю юбку дополняли тёмные чулки прямо до ляшек. Красоту её образа, невозможно было не отметить.       «М? Она всё ещё говорит?»       — (…Бла-бла бла! Бла бла бла бла, бла бла...)       Её речь была громкой и сбивчивой, как будто она пыталась рассказать всё и сразу. Не скажу, что меня это напрягало, но едкие слова про её манеру общения так и лезли наружу.       — Спросишь почему? Просто у меня папа русский инженер! Или же советский? Ой, да не важно. Он много лет назад в Японии дамбу строил. Вот там и повстречались с моей мамулей, она японка, если что. Так что мы — единственные иностранцы в этом лагере! Точнее только ты, я ведь иностранка.       — Это, конечно, интересно, но… Прости, ты кто?       — Ты что, прослушал мои слова? — усмехнулась пионерка, смотря на меня глазами по пять копеек. — Тогда не беда, повторю. Меня зовут Мику. Правда-правда. Никто этому не верить, но меня реально так…       — Проехали. Это я уже слышал.              — Тогда на чём я остановилась? Ах, да. Я учила русский последние несколько лет, чтобы наконец-то приехать на родину отца и посетить здесь все интересные города!       — Угу…       — Спустя неделю в Москве было совсем нечем заняться, вот я и решила податься в пионерки. Хорошо, что отец предложил мне именно этот лагерь, тут так…       — Ну и как тут?       — Классно, хотела бы я сказать. Тёплое лето, солнышко, чистая природа и красивое ночное небо. Оно такое прекрасное, что аж завораживает. Вот только разделить этот вид не с кем.       Девушка вспомнила что-то неприятное и погрустнела.       — Кстати, ты знал, что ночное небо в этом лагере выглядит иначе, чем в больших городах? Да, я тоже удивилась. Всё из-за… Ох, я опять отвлеклась?       — Возможно. Продолжай свой рассказ.       «Порой, что бы от тебя отвязались, достаточно просто вытерпеть присутствие человека».       — Мне часто приходиться сидеть в этом клубе совсем одной. Но у меня есть моя соседка по имени Лена. Она хорошо поддерживает беседу, а ты с ней уже знаком?       — Да, мы виделись недавно. Меня кстати зовут…       — Ой, советую вести себя сдержаннее с ней иначе ты ей не понравишься. Она у нас стеснительная просто… Кажется, кроме книг и Сёмы ей вообще никто не нравится.       В этом потоке сознания можно было легко потерять важную информацию. Но уютный интерьер клуба сглаживал любые признаки моего раздражения.       — …Кто же не любит читать книжки? Эй, ты ведь меня не слушаешь! - Её недовольный голос отвлёк меня от разглядываний настенных картин.       — Если честно, я перестал понимать тебя ещё пару минут назад. Не думала, что пора и мне представиться?       — Это необязательно, поверь! О новеньким мажоре, который вырубил нашего самого прилежного пионера, сейчас говорит половина лагеря.       — Событие немного приукрашено… - Сказал я с неохотой.       — Не важно, я тут подслушала сплетню двух девочек из младшего отряда. Тебя вроде Итер зовут, приятно познакомиться~       «Докатился, о моих утренних похождениях знают даже молокососы. Предвижу тонны издевательств от местных шутников».       — Кстати, ты так классно играешь на пианино, даже лучше меня. Хотя, я больше предпочитаю гитару и вокал.       — Это фортепиано, а не пианино.       — Ага, поймала тебя на слове! Если ты так хорошо разбираешься в музыке…       Мику еще раз оглядела меня, с явным желанием что-то спросить, но от чего-то колебалась. Мой ожидающий взгляд не прибавлял ей уверенности.       — Ты не хочешь присоединиться к нашему… точнее, к моему музыкальному кружку? Я всегда буду рада увидеть тебя в клубе!       Она положила ладонь на свою щёку и мило улыбнулась, глядя на меня своими яркими циановыми глазами.       «Помню, как Славя говорила о одинокой иностранке из музыкального кружка. Её характер не слишком соответствует быту одиночки, даже наоборот».       — Я сюда и пришёл чтобы записаться. Придётся жить ближайшее время в этом клубе.       — Что, правда?! - её красивые глаза стали как две копейки.       — Извини, если ворвался как-то неожиданно.       Кажется, на осмысление моих слов, ей потребовалось некоторое время. Мику явно не ожидала того, что ей не откажут. Девочка замерла, её глаза расширились от удивления. Затем она начала радостно прыгать на месте, искренне улыбаясь. По-моему это выглядело мило.       — Ура! Наконец-то я буду не одна в кружке. Ты не представляешь, как скучно целыми днями сидеть совсем одной в этом кружке.       Аквамариновая пионерка прекратила свой радостный триумф и с надеждой посмотрела на меня.       — Это же не шутка?! Ты правда вступишь в музыкальный клуб?       — Я уже сказал, что другие кружки мне не интересны, - твёрдо отчеканил я.       Мику засияла ещё ярче, подошла ко мне и мягко, но немного отстранённо обняла. Трудно было после такого не смутиться.       — Что ты делаешь?       — Просто я рада это слышать! - она наклонилась к моим ушам и тихо прошептала, вызывая волну мурашек по всему телу: — С этого момента, можешь звать меня Мику-семпай.       Я почувствовал, как у меня перехватило дыхание. Несмотря на моё смущение, Мику и не думала прекратить обнимашки.       Прошло несколько секунд, прежде чем я отстранился от неё.       — Хорошо что ты записался к нам… то есть ко мне! Обычно, все кто хотели вступить в музыкалку, при одном знакомстве с худруком (мной!), сразу отказывались. Даже если они интересовались музыкой.       Я сел обратно за своё теперь законное место, принявшись настраивать инструмент к новому парту.       — Постеснялись может. Ты здесь такая красивая, экзотическая. Мало ли, что могло повлиять на их решение. - Лицо девочки вспыхнуло, а её глазки забегали. Так мило, будто в аниме.       — Ха-ха, спасибо за комплимент, но я в этом сомневаюсь. Ты вот тоже стесняешься, но не отказался от своего решения. Вон как покраснел, когда я близко подошла!       «Было, признаюсь, но не ей меня судить.»       Мику обхватила лицо рукой, и краснея, смотрела на меня обворожительным взглядом. Сочетание радует глаза, с этим не поспоришь.       — Ну, я просто не люблю прикосновения…       — А если прикосновения приятные?!       Я от удивления прокашлялся. Воображение начало рисовать не самые приличные картинки...       — Я вот люблю гладить мягких зверушек. Они такие милые и пушистые. Как жаль, что сюда нельзя с кошками. Или ты больше по собакам? Собаки тоже пушистые, но иногда такие злые! Ещё и кусаться могут. Кстати, секундочку… Посмотри, Итер, правда же милашка? Это моя самая любимая кошка~       Мику достала из переднего кармана рубашки небольшую фотографию, на которым красовался слишком мохнатый и откормленный чёрно-белый кот. Данную деталь я решил деликатно упустить.       — Что думаешь?       — Не люблю животных. От них больше вреда, чем пользы.       — Но не всё измеряется выгодой и пользой! Итер, тебе об этом в школе что ли не рассказывали?       «Итер» — это ведь не моё имя… Может, ей получиться довериться?»       — Кто пускает все эти ложные сплетни? И почему родители меня здесь так назвали?.. - Тихо добавил я в никуда.       — Что в этом такого? Как по мне, прекрасное имя, Итер!       Я строго посмотрел на неё и легонько тыкнул пальцем в её макушку. Мику, которая уже сидела рядом, тихонько хихикнула.       — Называй меня как захочешь. Но я больше предпочту, если ты будешь звать меня «Эфиром». Странно, что я представился позже, чем мы заговорили о кошках и собаках.       — Хорошо. Рада знакомству, Эфир! Интересное у тебя прозвище.       Внезапно прозвучал громкий горн откуда-то со стороны лагеря.       «Кажется, блондинка говорила, что обед будет примерно через час. Время пролетело незаметно».       — Это у нас горн на приём пищи. Такая ободряющая, сразу представляю как буду уплетать вкусный борщ с яблочным компотом.       Услышав о местном рационе, желание идти на обед резко возросло.       — Пошли быстрее! Иначе все места займут и придётся ещё полчаса ждать свободных мест.       — Ты иди, а я займусь делами и потом уже обедать пойду, когда людей поменьше станет.       — Ну хорошо…       Вдруг вспомнив кое о чём, Мику засуетилась и начала метаться по всему музыкальному клубу, заглядывая в каждый уголок. Её крики разносились по всему зданию: «Где же они?», «Я точно помню, что оставляла их здесь», «А может, я их потеряла?»       Узнать, что же она тут не могла найти, мне удалось минутой позже.       — Фух, как я могла забыть, что оставила её на подоконнике?!       — И что ты искала?       — Вот, держи, Эфир-кун. С этого момента можешь считать себя новым членом музыкального клуба!       Мику произнесла это таким тоном, будто после её слов я должен был что-то понять.       — Ну так что… А, расписка?       — Ага, покажи потом её Олечке, чтобы вожатая тоже была в курсе. Это подтверждение того, что ты теперь со мной!       — Обязательно, ну а тебе пора в столовку.       — Да~да, потом подсядешь ко мне когда придёшь? Вкусный обед в одиночку - всегда становиться грустным.       — Не разделяю этих слов. Рот ведь создан для питания, а не болтовни. - В шутку бросил я намекая на манеры девушки.       Пионерка нахмурилась и показательно обиделась на мои слова. Очевидно, обида была несерьёзной. Надув губки и скрестив руки у груди, она устремилась к выходу.       Уже у двери, японка обернулась в мою сторону и высунула язычок в выразительном жесте.       — Бу, какой же ты бака, Эфир!       — Пф... Ха-ха-ха.       «Даже не помню, когда я в последний раз искренне смеялся».       Разговаривая с этой девочкой, можно и не ощутит что между нами 30 лет культурной пропасти. Но в её поведении чувствовалось что-то большее, чем просто наигранная игривость. О таких обычно говорят: «строит из себя дурочку».       — Да, я правда такой. Сайонара, Мику-семпай!       — Быстро подхватываешь! Сайонара!       Подмигнув напоследок, Мику в припрыжке поспешила в сторону всё ещё гудевшей столовой. Идти обедать туда прямо сейчас, я не хотел принципиально, так что пришлось ей отказать. Лучше подожду пока людей там станет как можно меньше.       «Глядишь, никто приставать не будет со своими тупыми вопросами и потугами познакомиться. Для местных я что-то вроде экзотического животного».       В том пакете, которую мне передала Славя, я нашёл: домашнее мыло, натуральный шампунь, зубной порошок, небольшую мочалку, а ещё до этого карту всего лагеря.       «Об о всём позаботилась». - Я внутренне похвалил эту ответственную пионерку.       Быстро собрав все вещи и сунув расписку в карман джинсов, я вышел из помещения и направился к своей цели. Умывальники находились неподалеку от музыкальной школы, путь был коротким.       Время от времени я сталкивался взглядами с пионерами, которые спешили по своим делам. Я прятал лицо за картой, делая вид, что мне всё равно. Некоторые смотрели на меня с недоумением, но большинство просто пожимали плечами и шли дальше, не обращая внимания на замкнутого парня.       «И зачем же я это делаю? Порой сложно объяснять своё поведение даже самому себе… Мозг всё время ждал каких-то проблем от этих юных строителей коммунизма и дело было даже не в обстоятельстве моего попадания в этот пионерлагерь».       Стоит признаться самому себе, что я действительно затаил обиду на всех людей. Не помогло даже принятие курса антидепрессантов, выписанное мне личным психиатром ещё год назад.       Проблема в моём мировосприятии, которая независимо от окружения смотрит на людей, как на потенциальных врагов.       Я искренне хотел бы стать другим, такой же серой массой не думающей ни о чём.       «Но это невозможно. Мне нет пути назад даже когда судьба дала мне второй шанс, переместила в эту исправительную колонию».       Ведь правда, что может точнее описать мою ситуацию, чем слово «Тюрьма»?       «Никто не согласится жить в тюремной камере вместо родного дома, каким бы прекрасным он не был. Меня без моей воли выдернули из хоть и ужасного, но привычного мне мира и поселили в эту чужеродную «камеру». Но что вообще значит это слово? Придаём ли мы ей изначально заложенный смысл? Тюрьма — это место для исправления человека. Если так, то смысл моего пребывания в этом месте именно исправление? За все совершённые ошибки, за несказанные слова, несделанные действия, упущенные возможности, и возможно, моё второе дыхание».       — Кхм… Что-то меня занесло.       «Шампунь на голове уже смылся, пора бы выходить».

***

      За очередной дозой мыслей о насущном, я помылся в одной из кабинок около умывальников. С чистой совестью и телом, я покинул душевые.       — …Прямо гора с плеч.       Выдохнув и пару раз подтянувшись, я начал обратно завязывать свои волосы в привычную мне косу. Это заняло минут пять, за которые светлые волосы уже успели высохнуть.       — Надеюсь, Мику не будет обижаться…       — Зная её, она просто заболтает тебя до смерти       Позади раздался грубый мужской голос. Я вздрогнул от неожиданности, потерял равновесие и упал на сырую землю.       — Бля… Я же только помылся.       — Не ругайся, тут так не делают.       — Что?       Солнце наконец-то перестало слепить мне глаза и я смог разглядеть силуэт человека, которого я только что проклинал всем сердцем.       «Вот так встреча, и дня не прошло.»       — Ты… Сёмен, не так ли?              — Возможно так, а возможно и нет..       — Зачем к людям подкрадываешься, и зачем их преследуешь?!       — Не понимаю, о чём ты.       Семён загадочно улыбнулся и протянул мне руку, чтобы помочь подняться. Но он сам был уже какой-то другой. Характеристика «мутный тип» идеально ему подошла бы.       — Вставай, наша доярка так долго подбирала эту одежду. Или может, тебе помочь?       — Отвали, психопат!       Я отмахнулся от его протянутой ладони. Но он не собирался сдаваться, стоя с всё той же улыбкой.       — Да не горячись ты. Давай, помогу.       С неохотой потянувшись за протянутую руку, я поднялся обратно на ноги и плотно схватил парня за шиворот его рубашки.       Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, прежде чем он медленно отпустил мою руку, точнее попытался. В следующую секунду я повалил его на землю.       «Почему он не сопротивляется?..»       Я покрепче сжал воротник его помятой рубашки.       — Расскажи о том, что произошло утром и мы решим ситуацию без конфликтов, хорошо?       — Не пытайся выглядеть грозным, тебе это не подходить.       — Ты уходишь от вопроса.       Я внимательно всматривался в лицо парня, но его глаза были едва различимы. Они скрывались за странной тенью, под которой выделялись кроваво-красные зрачки. Его улыбка становилась всё шире и пугающей. Тут я не выдержал.       — Отвечай, что произошло на стоянке?!       Ухмылка на лице пионера превратилась в истерический смех.       — АхПахАхх! ХахХахх и правда… Он мне не врал. Ты прям его точная копия! «Новая Цепь», но что же может означать эта переменная для него?             «Что он несёт?»       — А, это я о своём… Возвращаясь к тебе, надо удостовериться кое в чём.       Пионер едва заметно пошевелился, и я в ответ напрягся, готовясь к любой возможной выходке с его стороны. Моя хватка была титанической, но бывают моменты, когда даже титан становится бессильным.       — Приказываю Итеру Касланe… - его уверенный голос донёсся позади меня, заставляя всё внутри замереть, вывернуть мои внутренности наизнанку парой слов.       — Чего?!       Перед собой я уже сжимал кучу земли и рыхлые куски травы. Не знаю, как он умудрился это сделать, но пропускать удар первым в предстоящей драке не хотелось. Я быстро обернулся в сторону, от куда исходил его голос, но сразу столкнулся лбом об вытянутый палец пионера.       — Проверим твою принадлежность: «Кукла» ты, или настоящая «Цепь»… Запомни, Итер. - Продолжил он уже шепотом. — Меня не существует. Я тебе просто привиделся. Семён сейчас спокойно отлёживается в медпункте. Приказываю тебе не доверять ему все эти семь дней и забыть весь наш разговор. Запомни, тебе сейчас нужно…       — Ты там уже закончил?       Я схватил его вытянутые пальцы и сжал изо всех сил, надеясь сломать их к чёрту. Но через мгновение его пальцев, как и его самого, уже не было на прежнем месте.       «Вот это чудеса! В свете последних событий, я честно, готов был поверить и в призраков…»       Голос пионера послышался сбоку от меня:       — Моя догадка подтвердилась, на тебя больше не действует приказ. Ну что же, тогда… ~ на его лице опять появилась ухмылка.       «Этот клоун уже достал меня, если честно».       — Добро пожаловать домой, «Жёлтый кролик».       — Домой? Знаешь, понятнее не стало.       «Да и дом мой находиться в лучшем случаи, за много километров отсюда, а в худшем — затерялся во времени и теперь пылиться без своего хозяина».       — А ты уверен, что это твой настоящий дом? Вдруг, твоя прежняя жизнь это фальшивка — как в матрице, а очнулся ты от него этим утром?!       Я удивлённо застыл, не в силах ему ответить. Даже не думал, ведь мои мысли были перед ним, как на ладони. Передо мной совсем не обычный пионер и вовсе не тот парень, который вышел утром к стоянке (хоть они и были очень похожи), а некто совсем иной. От этого места можно было ожидать всё что угодно.       — Мне ещё не доводилось помогать местной кукле, но ты другой. В тебе чувствуется душа, тем более его самого. Эй, Итер… Или же Эфир, я обязательно дам весточку тебя потом!       «Он назвал моё настоящее имя?» — Я скривился и покачал головой.       — Предпочту, если ты окажешься продуктом моей галлюцинации… С ума то я давно сошёл.              — Вот как, значит? Предупреждаю, он уже идёт сюда.       — Может, хватит говорить загадками?!       — Правда о тебе может свести с ума. Так что скажу завуалированно, Итер…       Наконец-то, этот надоедливый пионер перестал улыбаться и наклонился ко мне, чтобы прошептать странную фразу. От его слов по моей коже пробежал холодок.       — Ты. Всегда. Был. Здесь.       — А?!       Непонятно откуда в глаза ударил ярчайший солнечный свет, размывая очертания парня передо мной. Его дальнейшие слова утонули в омуте, словно кто-то нарочно перекрыл мне слух. В ушах повис сильный гул, оглушив меня на некоторое время.       Я упал на одно колено и схватился за голову, тяжёло дыша горевшими лёгкими. Произошло нечто очень странное — это всё, что я мог сказать…       Через несколько секунд произошедшее начало отпускать меня, но рядом уже никого не было. Осмотревшись, я увидел, что на дереве неподалёку сидел совёнок… и пристально разглядывал непонятное существо на своей территории. Он сверлил меня своим острым взором.       Не выдержав всей этой психоделики, я быстро упаковал все разбросанные вещи обратно в пакет и поспешил прочь от этих злополучных душевых кабин.       Фантомные пионеры исчезающие в никуда, не вписывалось в прежде дружелюбную атмосферу этого места. К тому же, начало его подсказки, которую мне не довелось расслышать…       «Он сказал: "Я всегда был здесь" — что же это означает? И почему… в груди так больно от этих слов?»

***

      На полпути к столовой я увидел, что в мою сторону снова идёт какой-то парень в пионерской форме. Физиономия всё та же…       — Эй, постой, дружище!       Мой утренний преследователь приближался ко мне быстрым шагом, выкрикивая что-то в попытке не дать мне уйти. Я в свою очередь, не собирался никуда бежать.       «Что он мне сможет сделать в конце концов? Я здесь многоуважаемый гость, а он — слабак, который ложится от одного удара книгой».       Кстати об этом, его нос уже был замотан несколькими пластырями. Оперативно же они его подлатали.       — Хола, амиго! Спасибо, что не стал убегать. Я уже подумал, что после того случая ты будешь меня обходить за километр.       — Хола?… Ты думаешь, мне не всё равно?       Я сказал всё, что хотел, и собирался продолжить путь к столовой, как парень остановил меня схватив за плечо. Недовольно цокнув, я обернулся к нему и приподнял одну бровь.       — Я просто хотел честно извиниться за то недоразумение. Не знаю, что на меня тогда нашло. Настроение было говёное, а тут ты вылез из кустов. Вот я и подумал, что ты за мной следишь.       — Ты правда подумал, что я следил за кем-то… вроде тебя?       — Откуда я знал, может кто завидует моим успехам с дамами и преследует меня? ~       «Он намекает на ту фиолетово-волосую?»       — Видел я эти твои успехи…       — Их видели и читатели, ну а дальше — больше! - Эти слова были настолько бессмысленными, что я не обратил внимание.       Лицо пионера не выражало той надменности, а его глаза не были скрыты за густой коричневой чёлкой, да и осанка не такая ровная. Заметив моё недоверие, он решил объясниться.       — Медсестра объяснила мне ситуацию, и мне стало стыдно перед гостем. Прошу прощения от имени всего комсомола! Уверяю, что такого больше не повторится.       Он наклонился с виноватым выражением лица.       «Сейчас он выглядит вполне нормально. А мне, в свою очередь, нужен человек, который поможет разобраться в этом мире…»       — Ладно. Если ты понял, что вёл себя некрасиво, то без проблем. Зови меня как и все, Итером.       — Ха-ха, серьёзно, Итер?       «Странная реакция. Хотя, понимаю, это звучит даже глупее моего реального имени…»       — Лады, меня Семёном зовут. Приятно познакомиться как нормальные люди, правда?       — Ага. Я тут в столовую собирался. Удачи и до встречи, «дружище».        «Кажется, я вжился в свою роль.»       — О, тогда нам по пути. Пошли, я знаю короткий путь до столовки.       К моему удивлению, он не соврал, и мы добрались до столовой быстрее, чем я ожидал. По дороге, пробираясь через заросли кустов, я осторожно пытался вытянуть из него информацию об окружающем мире.       — А не мог бы ты напомнить, кто сейчас руководит Советским государством? — спросил я.       — Ты о чём? Хотя, ты ведь иностранец, с Запада… Конечно же, страной управляет пролетариат, а роль генсека не имеет значения.       «Он сам в это верит?»       — Ага… Понял…       — Ты из другого мира, можно сказать, из другой реальности. Тебе может показаться, что идеалы этих людей и их стремления кажутся фанатичными, но желание сделать мир лучше горит в сердце каждого пионера.       — Я и не думал об этом, расслабься.       Семён, идущий впереди меня, оглянулся назад с замысловатой улыбкой на лице.       — Итер, ты выглядишь напряжённым. Так тебя описывают все, кто видел «новенького мажора» в лагере.       — Ещё бы я не выглядел напряжённым…       — Мхм… Я тоже был таким, когда только приехал в лагерь. Потом, конечно, свыкаешься, а сейчас я будто другой жизни не знаю.       «Никто не может измениться в мгновенье ока, и никто не поменяется без серьёзных причин» — жизнь меня научила этому.       То, что я слышу от него — нелепая чушь. По этому парню видно, что он в принципе любитель пошутить.       — Тебе явно легче даётся знакомство с этими… местными. Я то совсем другой, и вокруг столько незнакомых лиц.       — Может, ты и теряешься среди неизведанного, но главное — не теряйся в лагере! Помню, как один бедолага потерялся в первый же день и пару недель бродил по лесам, пока его голодного и ободранного не нашли младшие отряды.       — Я вообще-то о другом… Ты всё равно не поймёшь.       — Уверен, что бы ты не напридумывал себе, эта смена тебя изменит навсегда. Вот совет: не быть любимым — это всего лишь неудача, не любить — вот несчастье.       Семён по-товарищеский хлопнул меня по плечу и улыбнулся. Я с недоверием посмотрел в его тусклые красные глаза, ищя подвоха. Но в них горел лишь светлый огонёк. Улыбнувшись в ответ, я прибавил шагу и приравнялся с Семёном. Мы наконец-то разговорились с ним и нашли общие темы.       Мы поговорили о разном. Удивляет, как любовь к мексиканским шляпам и заинтересованность в философии Альберта Камю сочетается в одном советском подростке.       — Мне даже интересно, кто тебе это вбил в голову.       — Эй, почему обязательно вбил в голову?! Порой настолько скучно, что спасение находиться только в книжках…       — Ты реально читаешь эту нудную тягомотину для философов за тридцать? Иди, «Алису в стране чудес» лучше почитай.       — В душе я философ за тридцать, в этом ты прав!       «По нему так не скажешь. Хотя, если учитывать, что он подцепил ту неформалку, а такие обычно любят загадочных парней… Вырисовывается цельная картина».       — Задумался о смысле мироздания?       — А? Нет. Та, с фиолетовыми волосами, не сильно на меня злиться?       — Честно сказать, Лена тебя по-началу прирезать хотела, когда вытирала кровь из-под моих губ. Благо, мы об о всём поговорили.       — Это звучит не очень…       Семён с ухмылкой посмотрел на меня.       — Что, понравилась тебе моя тихоня?       — Не беспокойся, на личном у меня уже занято.       — Серьёзно?! Тогда мне ещё интереснее, что ты забыл в этой дыре.       Я увлёкся разговором и не заметил, как мы оказались в помещении небольшой столовой. Хоть с момента горна прошло уже полчаса, внутри царило оживление. Пионеры весело общались друг с другом, откуда-то доносились смех и крики, которые тут же затихали под строгим взглядом вожатых. Впрочем, это не мешало подросткам наслаждаться едой.       Осмотрев столовую, я заметил знакомые лица. Ольга Дмитриевна стояла неподалёку, внимательно наблюдая за своим отрядом. Рядом с ней была Славя, которая записывала указания вожатой в блокнот. Даже та девочка с фиолетовыми волосами, которая утром влезла в перепалку, сидела за своим столиком и без интереса ковыряла еду вилкой. Вот только японку я не увидел.       «Похоже, она так и не дождалась меня…»       Мы с Семёном взяли свои порции под пристальным взглядом вожатой и сели за свободный столик. Там нас уже ждали две подруги Семёна.       По их грубому приветствию было понятно, что они хорошо знакомы.       — Эй, Сёма, а это что за наряжённый мальчишка? Какой-то он слишком смазливый… Под девку косить чтоль?       — Нет…       — Не бери всерьёз. Это Алиса ДваЧева. Просто игнорируй её и тогда она потеряет к тебе интерес, как в одном фильме. ~ Семён подмигнул мне.       — Я вообще то всё слышу и КАК ты меня только что назвал?!       На лице девушки с рыжими волосами и двумя короткими хвостиками по бокам отразилось выражение гнева.       «Алиса?..» - При звуке этого имени в груди что-то сжалось. Но это было необоснованно, ведь имя то довольно распространённое. Эта дерзкая особа совсем не похожа на мою дорогую Алису.       «Ну, если Семён советует игнорировать её, то так и поступлю».       Спустя несколько минут, я к удивлению обнаружил, что она реально отстала от нас и с обиженным видом ковыряла свою пищу. Что не скажешь о её спутнице. Если рыженькая выглядела на тот же возраст, что остальные, то красноволосая девочка рядом с ней была намного младше:       Красные волосы стянутые в два хвостика-ракеты и смазливая внешность. У неё как и у Алисы, была слегка загорелая кожа, что выдавала уроженку из южных краёв.       «По-моему, я её уже где-то встречал…»       Не дождавшись от меня реакции на её глупые кривляния, девочка сразу переключилась на бедного Семёна. За их разговором я не следил, предпочтя есть молча и наблюдать за тем, как Славя активно раздаёт еду новоприбывшим пионерам. Её действия были отточены до автоматизма, что меня крайне удивляло.       Я начал прислушиваться к их взаимной перепалке, только когда они заговорили обо мне.       — Да ты сам слабоумный! Прям по роже видно, Сёма-дурёха! Скажи ведь, блондинчик.       — А-а… Да?       Меня окинули таким пристальным взглядом, что я невольно сжался в свой стул.              — Кстати, я тут подслушала, что к нам прибыл новенький иностранец. Уверена, что это он!       — Вау, Улья у нас прямо Эйнштейн! Только не наговори глупостей в его адрес. Иначе Ольга тебя заставит извиняться, скорее всего на коленях.       — Да что она может мне сделать? Эй ты!       — Мхм. - Я постарался сохранять хладнокровие.       — Я тебе говорю, перестань уже вести себя как пуп земли и представься нормально!       — Кхе-кхе… - Я прокашлялся в кулачок, с надеждой, что этот красно-волосый грызун отстанет от меня.       — Меня Ульянка зовут, а тебя как?! Может, я на два года младше вас всех, но явно умнее чем этот слабоумный простофиля.       Есть становилось невозможно. Я медленно повернул лицо в её сторону и пристально посмотрел ей в глаза. Как и ожидалось, там не было ничего кроме детской наивности.       — Я Эф… Итер, дай мне спокойно поесть.       — Ого, так ты говорить умеешь!       — Да, умею.       Я почувствовал, как меня пронзили острым взглядом.       — Эй ты, если собрался тут важничать, садись в другом месте. — Свой голос теперь подала и рыжая, до этого безучастно смотревшая на наш «разговор».       — Извини?       — Только вид своей едва живой миной портишь! Чем ты вообще привлёк внимание?       И правда, большинство пионеров нередко поглядывали в сторону нашего столика. Меня эти взгляды не сказать, что радовали.       — Ну, мне Семён предложил сесть именно тут, а он меня обещал с лагерем познакомить… Общение с инфантильными молокососами вроде этой красной занозы, в мои планы не входит.       Сказав всё что хотел, я продолжил уплетать своё пресное пюре с котлетой. На удивление заметить, неплохой вкус. Учитывая, я не ел с прошлой жизни, обед шёл лучше некуда.       Семён осторожно покосился в мою сторону.       — Когда Ульяна злится, она творит всякую дичь. Так что не советую…       — Ах ты смазливый… Тогда лови добавку!       Не успел я опомниться, как красно волосая бестия окатила меня холодным компотом. Я машинально прикрылся и протёр уже мокрые веки.       В этот момент столовую наполнил возмущённый возглас Ольги и заливистый смех рыжей. Всё это длилось несколько секунд, после чего я открыл глаза и увидел, что моей порции на столе уже нет.       — С-спокойно… Вдох… и… выдох…       — УЛЬЯНА! Ты самая вредная пионерка которую я только видел. Сначала дом номер тридцать два, а теперь это! Будешь до конца смены отмывать полы в столовой!       Не обращая внимания на песочине вожатой, бедствие начало убегать в сторону выхода. В то же время, моя обеденная порция была смешана с кучкой грязи на полу.       Я встал с места, взял в руки стеклянный стакан, метко прицелился в сторону убегающей бестии и… вдребезги разбил окно, стоявшее рядом с выходом.       — Ах? Shit…       «Как это произошло?..» ===       Недовольные вздохи от Ольги, нервирующие перешёптывание пионеров, безрезультатные попытки Славяны смягчить ситуацию и вот уже мы с Ульяной, второй час носимся по столовой. Убирать весь бардак пришлось виновным всея торжества.       В попытке увернутся от стакана, эта дура на полной скоростью влетела в ближайшие столики, развалив всю конструкцию вместе с едой. Ох, как же долго и с какой страстью отчитывала её вожатая. Обещала даже запретить в комсомол вступать. «Ни капли её не жалко. Бедняжка чуть не разрыдалась!»       — Эй, эта бестия со всеми так поступает? — Спросил я у Семёна, собирая крупицы стакана из пола. Он уже собирался уходить по делам.       — Ха-ха, зная её, ты ещё легко отделался. Ульянка с Алисой обожают буллить новеньких. Только не попадись под их горячую руку в следующий раз.       — Правда? Интересно…       Семён не дожидаясь ответа попрощался со мной и сетуя на срочные дела в медпункте, покинул столовую. Внутри грустной столовки оставались лишь я, Ульяна, Ольга и еще несколько ответственных пионеров, среди которых была блондинка. Она как раз шла в мою сторону с метлой в руках       — Ну и делов вы тут наворотили! Так ведь до ужина останетесь.       — Знаю, моя бездарность не знает границ…       — Чего ты? Не кори себя по такой ерунде. Ульянка почти что юной террористкой считается. Только вот она ещё юная, а детей сильно не наказывают.       — Эй вы! Я вообще-то всё слышу, и он сам меня первым оскорбил.       — Молчи и не отвлекайся от работы, Советова!       — Хмф, хорошо…       Славя хихикнули от вида Ульяны, которая сдулась как воздушный шар под напором Ольги.       — Итер, может тебе помочь убрать стекло? Так ведь пораниться можно.       — Не стоит, в этом есть моя вина. Можешь передать Мику, что меня в клубе не стоит ждать до самого вечера?       — Хорошо! Передам, как увижу её.       — Спасибо, главное чтобы она не дулась из-за такой мелочи.       — Наша японка не умеет долго обижаться, беспокоится не стоит!       Славя, помахав на прощание, с улыбкой на лице вышла из столовой. На последок она сообщила, что если я буду её искать, то могу найти её в доме номер семнадцать или на складе.

***

      Так прошло уже несколько часов. Мы в немом напряжений со стороны вожатой, отмыли все что были должны, собрали все отходы, привели в порядок упавшие столики и наклеили на разбитое окно газету.       От такой взбучки, я устал словно рак, залезший на вершину горы и свистнувший. Свистнул и я, показывая вожатой, что всё, работа окончена. Ольга утвердительно кивнула. Мы с бестией наконец-то свободны.       — И стоило ли оно всего этого? Глупый ребёнок.       — Ты это у себя спроси! Потерпел бы как все, ничего бы не случилось.       — Ну а ты — отхватила бы стаканом в затылок, чего такого? Потерпишь, и боль пройдёт.       — Это совсем другое! - Покраснев, ответила Ульяна.       — Не собираюсь я твои сказки выслушивать.       Я собирался закончить этот разговор, как она окликнула меня небрежным образом.       — Эй, ты!..       — У меня есть имя, если не знала.              — И какое же, будь любезен сказать!       — Ты что, не…       — Нет, не слышала, ты мне его не называл. Пришёл весь из себя важный и начал грубить…       Вспоминая начала всей нашей перепалки, мне даже стало немного стыдно за себя.       — Я не поняла, почему ты меня сразу невзлюбил?! ~ С обвинениями накинулась на меня девочка.       — С чего ты это взяла? Если мне до кого-то нет дела, это значит, что он мне неинтересен. Привыкай, мелкая, это мир взрослых.       Ульяна расставила руки по бокам и громко рассмеялась.       — Ой не могу, а сам очень взрослый!       — Взрослее тех, кто обижается на безразличие! Тебе же четырнадцать лет? Девочки в твоём возрасте ведут себя явно по-собраннее, а не как дурная.       — Дурная?!       С улицы прозвучал горн на ужин, останавливая вновь набиравший обороты конфликт.       — Ладно, я тогда был неправ… Оба были неправы.       Я посмотрел вниз, и тяжёло вздохнув, выставил перед ней руку в знак примирения. Ульяна с недоверием посмотрела на меня, но быстро смирившись, с какой-то наивностью пожала их.       — Приму это за извинения, новичок! ===       От тяжёлой работы и недоеденного обеда, я был как голодающий Поволжья. На ужин была крепкая солянка и сырный бутерброд на перекус. Это дополнялось здоровой чашкой чёрного чая.       В полупустой столовой я заметил, как кто-то сел рядом. Это была пионерка. Её пурпурные волосы показались мне знакомыми, а яркие алые глаза всецело притягивали к себе взгляд. Я неосознанно уставился на девушку, силясь вспомнить, где же её видел.       — Ты во мне дыру просверлишь. Дай поесть спокойно, — строго отчеканила она, и я, устало вздохнув, переключил внимание на свой ужин.       — Все вокруг такие грубые. Даже посмотреть ни на кого нельзя.       — Правда? И чем же, мажорчик, эта «серая мышь» тебя заинтересовала? «Это она про себя так?» — удивлённо подумал я в ответ.       — Не то чтобы заинтересовала… Просто показалось, что я тебя уже видел.       После моих слов пионерка резко изменилась в лице, будто потеряв ко мне всякий интерес. Она отвернулась, и её пурпурная чёлка скрыла очаровательные алые глазки.       — Я сказал что-то не так? Извини, не хотел тебя обидеть.       — Нет, мы не знакомы настолько, чтобы была причина для обиды.       Пионерка говорила сухо, сохраняя строгую физиономию. Я готов был плюнуть на неё, доесть свою порцию и двинуться дальше, как вновь услышал её размеренный голос.       — Меня зовут Кристина. - Произнесла она. — Мы из одного отряда.       Мои глаза широко раскрылись. Кристина, опершись рукой о стол, смотрела на меня с загадочным выражением лица, похожим на кошачий взгляд. В этот момент она так напоминала её… Я сглотнул ком в горле.       — Я настолько непримечательная? Мы же встретились на стоянке, с глазу на глаз.       — А, да… Точно. - кивнул я ей.       «И как я мог забыть первую, кого повстречал в этом новым мире?»       — Наверное, это из-за того, что я тогда только проснулся. Рад познакомиться, Кристина. О мне ты, должно быть, уже слышала.       — У тебя громкое самомнение. Разочарую, но я понятия не имею, кто ты, мажорчик.       — Но тогда с чего ты взяла, что я…       — Часы на твоём запястье, такие рублей тысячу стоят. Это как минимум. Ещё серьги, такая роскошь для таких, как я, недоступна.       — Ах, это подарок от одного человека. Не суть, меня зовут Итер… Приятно познакомиться.       — Ты это уже говорил, Итер, заговариваешься.       Окинув меня напоследок взглядом из-под прищура, Кристина встала и взяла свой поднос.       — До встречи, мажорчик.       Силуэт пурпурной пионерки стал удаляться вглубь столовой. . Я смотрел ей вслед и доедал свой ужин. Кристина была из тех людей, которые оставляют после себя загадку и ещё долго не выходят из головы, даже когда они уходят.       Вскоре я закончил есть и наконец-то покинул столовую, так и не встретившись ни с кем из знакомых. То пересечение взглядов в автобусе, за знакомство считать не будем. ===       После выхода из столовой я подумывал пойти к «будке» вожатой, но учитывая, что обладательница самой большой шляпы в лагере, сейчас внутри столовой, планы мои изменилось.       «Так уж и быть. Дела подождут до завтра».       Я спустился с крыльца, вдохнул приятный вечерний воздух полной грудью и перевёл взгляд на утопавший в краске горизонт. Ни одна картина не способна передать это великолепие.       «Wonderful…» — завороженно подумал я.       Войдя в музыкальный кружок, я меньше всего ожидал увидеть там это: Закинув стройные ноги на ноги, Мику сидела на подоконнике, увлечённо играя на электрогитаре. Её музыка завораживала. Днём такая энергичная, а сейчас само воплощение блаженного спокойствия, она выглядела как воплощение древнеяпонской богини. Её аквамариновые глаза были прикрыты, а голова плавно покачивалась в такт мелодии.       — Stay with mee. Mayonaka no doa o tataki! ~       Тёплый ветер проникал в комнату, развивая циановые волосы Мику. И без того прекрасную картину дополнял пробивающийся через окно красочный закат, под цвета которого, девочка выглядела как неземная героиня популярного фильма. Она полностью погрузилась в своё искусство, не замечая ни меня, ни звуки горна из столовой. Удивительно, но музыка лилась из-под её пальцев почти что машинально. Все движения, слова слетавшие из её уст, каждое действие было безупречным.       Сейчас, во вём мире имело значение только одно — звуки гитарных струн и мягкий, певучий голос японки. Мне неимоверно повезло, что я записался именно в этот клуб, и увидеть такую Мику. Она завораживала своей игрой, пока я глупо стоял у двери, наслаждаясь её очаровательным выступлением.       Солнечный свет покинул это помещение, а закат, как и песня, приблизилась к кульминации. Это зрелище вызывало мурашки по всему телу.       Наблюдая за этой стороной нашего худрука, я почувствовал, как внутри начали порхать бабочки.