6

Дед, разумеется, палец о палец не ударил, пока Женя мудохалась с сумками, распаковывая детские одёжки и игрушки. Только указывал: — Вон ту полку не трогай, а остальные занимай. Игрушки не раскидывай, не раскидывай. В ящик их — и за печку. Да не кривись, ящик чистый, из-под картошки. Детей он определил в дальнюю комнату, туда, где уродский застеленный ковром диван и жёсткий топчан. Ещё и съехидничал: — Устраивают вас такие номера? Деню, ясное дело, номера не устраивали. Спальных мест всего два, Сашка с Кирюшкой захотят спать вместе, значит, ему придётся снова воевать с Глебкой. Не то чтобы он так уж рвался делить кровать (ну, то есть топчан или диван) с близнецами, нет. Скривил такое лицо, что сразу ясно: готов затянуть шарманку про личную кровать и личную комнату. — Только попробуй, — сквозь зубы процедила Женя, и Деня сразу вскинулся: — А чё я? — Вот и нечего, — фыркнула Женя. — Если ведро будете ставить, то и выносить его будете каждое утро, — строго сказал дед, и Деня переспросил: — Ведро? — Горшок, — перевела Женя. — Туалет во дворе, — сказал дед. — Ну мам! — хором воскликнули близнецы. — Не мамкать! — прикрикнула на них Женя, хотя ей и самой стало тошно при мысли о ведре. — Кстати, когда печку будешь отмывать, пройдись там тряпочкой заодно, пыль собери, — сказал дед. — Печку отмывать? — переспросила Женя. — От ссанины, — хмуро подсказал Деня, и Женя тут же решила про себя, что всучит тряпку ему, чтобы не выёбывался. — Мам, а где Оська будет спать? — с тревогой спросил Кирюшка. — А ты? — Да я-то откуда знаю! — всплеснула руками Женя. — Наверное, на полу! Она бросила на деда полный горечи взгляд. Ну должна же в этом чурбане быть хоть капелька джентльменства? — Зачем же на полу, — сказал дед. Женя приготовилась вежливо отказываться от кровати, чтобы деду пришлось её уговаривать. Совсем чуточку, для порядка. — Вон лавка какая широкая, — сказал дед. — Ложись да спи. А Осю мы в бельевую корзину определим, ему как раз будет.