33

Воду для стирки дед, разумеется, грел на солнце. — Потому что вскипятить пару кастрюль — это слишком сложно, — ворчала себе под нос Женя, выкручивая тяжёлую мокрую простыню. На самом деле вода была вполне тёплой, но Женю бесил сам принцип. Почему бы не пользоваться благами цивилизации? Тем более, что воду можно вскипятить на печке и даже не тратить газ! Дед то игнорировал Женино недовольство, то принимался поучительно рассуждать: — Скажи спасибо, что насос электрический, вода в вёдра сама набирается! Вот уж действительно, великое благо! А за то, что эти вёдра надо таскать туда-сюда, срывая спину, тоже спасибо сказать? Женя ожесточённо выкручивала бельё жгутом и молчала. Дети, которые вчера обещали помогать, на самом деле ни хрена не делали. Деня после пары словесных пинков нехотя что-нибудь вешал на верёвку или подавал прищепки, а остальные только мешали: фехтовали мокрыми полотенцами, швырялись комьями пены, плескались и хохотали. Подлый Оська вообще высыпал в тазик полпачки порошка, а Женя даже наорать побоялась, потому что дед стоял рядом и наблюдал с гаденькой ухмылочкой: что, мол, делать будешь? — Ося, иди лучше поиграй в песочек, — мстительно сказала Женя и развернула Оську в сторону дедовых грядок. Оська деловито поковылял к клубнике, на ходу сдирая с плеча лямку штанов. Ну и пусть бегает голый, какая деду от этого печаль? Дед, кстати, никак это комментировать не стал, молча ушёл куда-то. — Меньше народу — больше кислороду, — пробормотала Женя и принялась оттирать жирное пятно с Дениных треников. — Деня, блядь, ну где можно было так угандошить штаны? Деня молча пожал плечами. — Мам, смотри, я космонавт, — сказал Глебка, надев на голову ржавую миску. — Космонавты еду в тюбиках едят, у нас есть еда в тюбиках? — Жри зубную пасту, — подсказал Деня, и Глебка радостно умчался в дом. — Деня! — воскликнула Женя. — Ну сколько можно! Деня закатил глаза и потащился к двери. — Куда! — всполошилась Женя. — Пасту отбирать. Судя по звукам, доносившимся из дома, Глебка с пастой расставаться не желал. Женя хотела было вмешаться, а потом плюнула. Ну и пусть громят деду дом, она-то при чём? Она по уши в стирке. — Забрал! — торжествующе крикнул в окно Деня. Женя бросила в тазик с отжатым бельём последнюю футболку и выдохнула. Теперь только вылить грязную воду, всё развесить — и готово. Голый Оська деловито подошёл к тазу и заглянул внутрь. — Скоро будем купаться, — сказала Женя. Оська старательно обошёл тазик по кругу, склонил голову набок, потом весь подобрался. Женя успела отстранённо умилиться выразительности языка тела: вроде бы Оська и спиной стоит, а видно, какой серьёзный и сосредоточенный. А потом воздух прорезала тугая сверкающая струйка, соединила Оську и отжатое бельё, как мост соединяет берега реки. У Жени в глазах побелело от ярости. Рука сама собой вцепилась в Оськино ухо и рванула.