Глава V. Ритуал

Любая дорога, по которой я шел, приводила меня к тебе. - Пауло Коэльо Наступило спокойное, безмятежное утро. Максим проснулся в объятиях Ангелины. Она уже давно не спала и просто лежала и смотрела на колдуна, боясь побеспокоить его сон. - Доброе утро, любимый - выдохнула Геля, глядя на него с восторженным обожанием. - Это самое доброе утро в моей жизни - улыбнулся мужчина - иди ко мне. Губы Максима нашли губы Ангела и слились в мимолетном поцелуе. Это было их приветствие после пробуждения. - Итак, какие у нас планы на сегодня? - поинтересовался Левин и отпустил фирменную шутку - Я готов провести этот день только с тобой в этом номере - он заговорщически усмехнулся, намекая на вчерашние события. - Максим Николаевич! Мы сюда приехали не за тем, чтобы трахаться как кролики. Давай хоть на пляж сходим. Он рассмеялся. Шутки Ангелины всегда его веселили. Да и чего уж говорить, только эта женщина вызывала в нем какие-либо чувства. На остальных ему было глубоко плевать. - Пойдем, а то на завтрак опоздаем. Ребята уже потеряли нас, наверно. - с этими словами Изосимова бодро поднялась с постели и начала собираться. Сходила в душ, накрасилась (куда же без ее любимых стрелок), переоделась и ждала Максима, который все пытался стащить себя с кровати. Вскоре, держась за руки, они зашли в кафе, расположенное на первом этаже отеля и увидели уже завтракающих друзей. - Привет всем - поздоровались пришедшие и заняли места на диванчике. Они заказали омлет, которым любили завтракать вместе в их далеком прошлом. - Ой, а кто это соизволил выйти к нам? Неужто Максим с Ангелиной? - как всегда остроумно пошутил Влад и тут же получил по голове от Ангелины. - Да не переживайте, вон у котов весной время любви, а у вась осенью, мы все понимаем - Александр тоже решил поддержать разговор. - Вы что теперь, весь отпуск нас собираетесь обсуждать? Между прочим, мы тоже тут сидим и все слышим - заметил Максим, который уже начинал закипать. Ему было все равно на слова экстрасенсов, но он видел, как смутилась Ангелина и не могла сказать и слова. - Ладно, действительно, хватит. Это уже перебор. - Виктория заметила, что Левин еле сдерживается, и дабы избежать конфликта, решила пресечь все шутки. Завтрак продолжился как ни в чем не бывало. Приняли решение сходить на пляж, а вечером попробовать уличную еду и просто погулять. *** Солнце Таиланда, лениво перевалившись через зелёные вершины пальм, заливало пляж золотистым светом. Лазурные волны, шепча свои древние тайны, накатывали на белоснежный песок, создавая идеальный фон для чего-то... необычного. Если бы обычные туристы смогли заглянуть за завесу привычного, они бы увидели, что шестеро на этом пляже занимаются отнюдь не просто отдыхом. На пляже в Таиланде они не просто отдыхали, а были заняты мощным, синхронным ритуалом, используя индивидуальные способности для достижения общей, глобальной цели: гармонизации энергетических потоков и активации места силы. Их действия, на первый взгляд разрозненные, на самом деле были звеньями одной цепи, тщательно спланированного магического акта. Виктория Райдос, как всегда, была воплощением сосредоточенной силы. Она сидела у самой кромки воды, вытянув ноги, и её взгляд был устремлён в горизонт, но казалось, проникал сквозь него. Перед ней в песке был вычерчен идеальный круг, заполненный мелкими, тщательно отобранными раковинами и камешками. Едва заметными движениями пальцев она чертила в воде невидимые руны, словно очищая пространство, устанавливая мощные защитные барьеры. Её шёпот, едва слышный на фоне шума прибоя, был древним и властным, и казалось, сами волны отступали, прислушиваясь к её словам. Она не просто медитировала – она перестраивала энергетический ландшафт побережья. Олег Шепс стоял чуть поодаль, на границе прибоя, позволяя волнам омывать свои босые ноги. Его глаза были закрыты, длинные руки раскинуты, и он казался частью морской стихии. Он был погружён в глубокую медитацию, ощущая пульс океана, слушая безмолвные голоса затонувших кораблей и старых легенд, которые шептал прибой. Его задача была иной – он настраивался на потоки информации, исходящие от воды, от её памяти. Иной раз по его лицу пробегала тень мимолётной грусти или понимания, словно он видел слишком много тех, кто остался здесь навсегда, затянутый в морскую пучину. Он собирал эти отголоски, превращая их в хрустально-чистые видения. Саша Шепс был более экспрессивен. Он бродил по пляжу, собирая необычные, излучающие энергию камни и кристаллы, а затем, расположившись на тёплом песке, раскладывал их в сложный узор. Сверкающие на солнце артефакты, которыми он так умело пользовался, теперь заряжались энергией тропического солнца и морского ветра. Он проводил руками над своим импровизированным алтарём, и казалось, воздух вокруг него искрился. Саша заряжал талисманы, наполнял их энергией. Иногда он направлял свои ладони в сторону проходящих туристов, едва заметно "считывая" их ауры. Влад Череватый держался обособленно, на некотором расстоянии от остальных, под раскидистым деревом. Он не делал видимых движений, но его взгляд, острый и проницательный, скользил по пляжу, выискивая что-то, что было невидимо для обычных глаз. Влад не был настроен на добрые помыслы. Он "прощупывал" энергетические провалы, места скопления негатива, собирал "тени" людских страхов и зависти, которые туристы оставляли за собой. Изредка он наклонялся, чертя в песке едва различимые, угловатые символы – руны чернокнижника, которые могли либо притягивать определённые сущности, либо связывать их, чтобы позже использовать в своих, только ему ведомых, целях. Циничная ухмылка нет-нет да и появлялась на его губах. Ангелина Изосимова несла в руках охапку свежих экзотических цветов и веточек, собранных в джунглях поблизости. Расположившись под солнцем на горячем песке, она начала плести венок, но это был не просто венок. С каждым вплетённым цветком, с каждой нитью травы, она шептала древние заговоры на защиту, на любовь, на плодородие, заряжая его живой энергией природы. Её глаза были полузакрыты, и казалось, что её тело пульсирует в такт с дыханием земли. Она обращалась к стихиям – к песку, как к тверди, к морю, как к источнику жизни, к солнцу, как к огню, и к ветру, как к дыханию, прося благословения и силу для своих ритуалов. Максим Левин был самым прагматичным. Он не занимался духами или древними обрядами, его целью было благополучие в его самом земном проявлении. После общего ритуала все были в приятном расположении духа. Каждый был занят своими мыслями на пути к дому. Все разошлись по номерам, договорившись встретиться через полчаса и пойти на ужин. После продуктивной работы Ангелина сразу пошла в душ. Необходимо было снять накопившуюся усталость. Горячие капли воды стекали по ее телу. Она запрокинула голову, позволяя воде промыть черные длинные волосы. Дверь душевой кабины чуть скрипнула, и Ангелина, не открывая глаз, почувствовала его присутствие. Максим вошел, прикрыл за собой дверь, и пар тут же обнял его. Он не спешил. Просто встал позади нее. Теплая ладонь Максима легла на ее талию, скользнула вверх по животу. И он притянул Ангелину к себе. Ее спина прижалась к его груди, и Геля выдохнула, чувствуя себя абсолютно защищенной рядом с ним. Максим обнял ее крепко, опустил подбородок на ее плечо и его губы мягко коснулись ее мокрой, бархатной кожи шеи. Он взял в руки флакон шампуня, нанес немного на свои ладони и начал медленно втирать его в ее волосы. После нашел мочалку, намылил ее и нежными движениями начал омывать ее плечи, руки, спину. Каждое прикосновение было наполнено любовью, заботой и вновь вспыхнувшим желанием, которое не угасало никогда. Ангелина повернулась к нему, её руки обвились вокруг его шеи. Вода продолжала шуметь, заглушая все звуки, кроме биения их сердец. Их губы встретились в долгом, глубоком поцелуе, мокром от воды и пропитанном сладостью шампуня. В этот момент, под горячими струями, в объятиях друг друга, все границы стёрлись. Они были единым целым, и мир за пределами этой душевой кабины, казалось, перестал существовать. - Макс, хватит, пожалуйста.. - ахнула Ангелина. -Что, тебе уже не нравится мои прикосновения? - самодовольно ухмыльнулся мужчина. Ему нравилось доставлять удовольствие своей любимой. - Они меня возбуждают, а нам уже надо идти - смущенно прошептала Геля. Она не могла сохранять спокойствие рядом с этим мужчиной. Он вызывал в ней бурю эмоций. За секунды доводил до экстаза. - Повтори. - Что? - Повтори. Что ты только что сказала. - Просто находясь рядом с этой женщиной Максим еле сдерживал себя, но когда она говорила такие слова, ему сносило крышу. - Меня возбуждают твои прикосновения..- как бы сильно Ангелина не хотела оставаться здесь, под горячими каплями воды, с любимым человеком, им надо было идти в ресторан. Друзья наверняка уже заждались их. - Выходи, вечером повторим - сказал Максим и подтолкнул колдовку к выходу. - С продолжением, разумеется. Ангелина в этом не сомневалась, в обществе друг друга они никогда не могли вести себя серьезно. Вечерний Таиланд встретил их мягким, влажным теплом, ароматами жасмина и специй, которые доносились из уличных кафе. Друзья уже ждали их в уютном ресторанчике под открытым небом, расположенном прямо на берегу. Мягкие фонарики из рисовой бумаги отбрасывали тёплый, золотистый свет на деревянные столы, уставленные тарелками с экзотическими закусками. Когда Ангелина и Максим подошли к столу, на мгновение воцарилась тишина. Все взгляды обратились на них. На лицах пары читалась особая аура – смесь покоя, сияющего счастья и той неповторимой близости, что возникает после момента полного слияния. Волосы Ангелины ещё были влажными и слегка растрёпанными, а её глаза, изумрудные и глубокие, светились новым, более мягким светом. Максим держал её за руку, и это касание было не показным, а глубоко интимным. Первым не выдержал Саша Шепс. С широкой, озорной улыбкой он подмигнул: — Ну что, голубки? Мы уж думали, вы решили сбежать и забыть про ужин! Надеюсь, у вас там была... плодотворная медитация? — его слова вызвали смешки, но беззлобные, полные понимания. Виктория лишь мягко улыбнулась, её взгляд, как всегда, проникал в самую суть. Череватый, который сидел немного в стороне, лишь смерил их взглядом своих острых глаз, и уголок его губ чуть дёрнулся в едва заметной, циничной усмешке. Для него такие человеческие проявления были понятны, но не вызывали излишних эмоций. Ужин начался. Стол был завален ароматными блюдами: острый Том Ям с креветками, нежный карри с кокосовым молоком, свежие морепродукты на гриле. Друзья делились впечатлениями от прошедшего дня. Ангелина и Максим, хотя и участвовали в общих разговорах, имели свой собственный, невидимый диалог. Их взгляды часто встречались, обмениваясь короткими, но глубокими сообщениями, которые никто другой не мог прочитать. Рука Максима иногда покоилась на её колене под столом, и это прикосновение было якорем, соединяющим их в этом мире. Смех Ангелины был чуть громче и беззаботнее, чем обычно, а в глазах Максима горел мягкий, счастливый огонёк. Вечер медленно перетекал в ночь. Звёзды зажигались над головой, а легкий морской бриз приятно охлаждал разгорячённые после специй лица. Это был ужин не просто друзей, а целой "семьи" – семьи людей, связанных не только уникальными способностями, но и глубокой человеческой привязанностью, которая сегодня стала ещё крепче благодаря двум сердцам, нашедшим друг в друге исцеление и полноту.