Матушка

— Не надо, я не хочу, — мольба, произнесенная детским мальчишеским голосом, слетела с ее губ. Она смотрела вверх на высокого дроу среднего возраста. Его лицо пересекала повязка. Единственный глаз округлился и он поднес палец к губам. — Хорошо что Матушка тебя не слышит, маленький господин — прошипел он, но потом добавил уже мягче, — Нере, ты не глупый мальчик и знаешь, что если тебя вызывают, ты должен идти. Он положил руку на плечо Искре и мягко потянул ее вперед. Искра, повинуясь, потащилась вперед по обитому темными деревянными панелями коридору, заканчивающемуся арочным проемом, из которого мягко лился свет. Но свет не манил ее, все, чего ей на хотелось — это развернуться и убежать как можно дальше. Перед самым входом одноглазый убрал руку подтолкнул ее внутрь комнаты. Искра оказалась в большом и просторном зале в центре которого стоял длинный обеденный стол. Большая хрустальная люстра свисала с потолка, освещая залу бледным белым светом, благодаря постоянному заклинанию "Огонь фей". Она отбрасывала мерцающие блики на стены и была единственным источником света. За окнами, обрамленными пышными пурпурными шторами, было непроглядно темное Подземье. — Нере, Госпожа, — объявил дроу с почтительным глубоким поклоном и остался стоять у входа в комнату. Искра замешкалась и он метнул на нее выразительный взгляд. Она сделала несколько шагов, гулко отдававшихся по мрамору пола. Искра остановилась и повернула голову. Ее взгляд встрелили четыре пары блестящих глаз гигантского обсидианового паука, которым была инкрустирована стена из натурального камня. Притаившись в темноте, чудовище мрачно следило за всей залой, обнажив перламутровые зубы, с которых капал нефритовый яд. Своими мерзкими шипастыми лапами паук словно обнимал спинку стула во главе стола. На стуле восседала женщина, которую одноглазый назвал “Матушкой”. Она была молода на вид, но Искра знала, что внешний возраст дроу был так же обманчив, как и у эльфов. Скорее всего, ей было около трехсот лет. Матушка была одета в серое расшитое серебряными нитями платье с воротником-стойкой, легкие и свободные рукава которого сжимали ее запястья тугими манжетами. Она сидела с прямой, как стрела спиной, опустив вниз угловатые плечи. Не обращая никакого внимания на Искру, она отрезала небольшой кусочек торта, ловко орудуя серебряным приборами. Недешевое лакомство для жителей Подземья. По ее правую руку сидела девочка. Маленькая дроу проворно управлялась со своим десертом, стараясь подражать манерам Матушки, но в отличие от нее, девочка выжидающе разглядывала Искру. Наконец, после пары минут молчания, когда от томительного ожидания у Искры начали потеть ладошки, Матушка, не поднимая головы, сказала: — Сядь. Искра направилась к девочке за столом, но женщина, все так же не глядя на нее, холодно бросила: — Не рядом с сестрой. В той части стола. Искра замерла на секунду и выдвинула стул с той стороны стола, на которую кивнула Матушка. Он был уровнем ниже по высоте. Служанка-дроу торопливо поставила перед Искрой стакан с водой. Торта ей не принесли. Матушка наконец взглянула на нее, но только для того, чтобы снова опустить глаза на свой десерт. — Убери локти со стола. Искра послушалась, и сложила руки на коленях, сжав ладони в кулачки. Она продолжала переводить глаза с девочки на женщину и обратно. Бледные отголоски эмоций маленького Нере загудели в ее сознании. Беспокойство, обида, злость. Искра облизнула пересохшие губы. Страх. Наконец, Матушка бесшумно положила приборы на край тарелки и подняла к губам чашку с дымящимся напитком. Держа ее двумя руками, она холодно посмотрела на Искру взглядом настолько пронзительным, что ей показалась будто женщина видит ее в сознании Нере. Она съежилась под ее взором и по ее шее побежали мурашки. — Чему ты научился? Искра нервно сглотнула и ответила голосом Нере: — Ошеломлять, приказывать, накладывать сглаз… Матушка все так же сверлила ее глазами. — Контролировать разум? — выжидающе спросила она. — Да, — с запинкой ответила Искра, сознанием ощущая, что не говорит всей правды. Матушка кивнула служанке, стоящей за ее спиной. Та подняла с пола клетку и поставила ее на стол перед Искрой. Из-за прутьев на нее смотрели две черные бусинки крысиных глаз. Зверек заметался по клетке, бегая из стороны в сторону, и начал грызть металлические прутья в тщетной попытке выбраться. — Покажи, — коротко сказала Матушка, не отрывая от нее глаз. Искра почувствовала, как паника скручивает ей кишки и нервно облизнула губы. Она протянула руку и изо всех сил сосредоточившись, прошептала формулу, делая жест. В сознании Нере она почувствовала… мольбу. Сейчас у Нере получится. Пусть получится. Пожалуйста! Магия копилась на кончиках пальцев, но не превращалась в заклинание. Вокруг руки Искры вспыхнули огоньки. Крыса вздрогнула от неожиданности и продолжила метаться по клетке. Женщина еще мгновение смотрела на Искру тяжелым немигающим взглядом. Девочка нахально усмехалась глядя на нее, злорадно радуясь ее неудаче. — Полгода, — проговорила Матушка ледяным тоном. — Я не была здесь полгода. А ты так ничему и не научился. Руки Искры задрожали, а в нос ударил запах мальчишеского пота. Матушка изогнула запястье и мелодично произнесла: — Zheel Quarth! Крыса на мгновение остановилась, а потом снова разбежалась, только теперь она ударилась головой о клетку. Затем снова. И снова. На маленьком розовом носике зверька появилась кровь. Искра вздрагивала от каждого удара крысенка, который оглушительно разрывал тягучую тишину залы, но глаз не отводила. Знала, что если отвернуться, будет только хуже. После нескольких попыток, крыса с окровавленной головой прекратила разбег. Она издала протяжный писк, от которого сердце Искры болезненно сжалось в груди, и вцепилась зубами в собственную лапку. Кровь брызнула и попала на белую рубашку Искры, оставляя мерзкое расползающееся алое пятно. Крысенок грыз, и грыз свою лапу, до тех пор пока безжизненная конечность не упала на дно клетки. Истекая кровью, он принялся за следующую, но отгрызть не успел. Остановился. Вздрогнул несколько раз и навсегда замер с открытым, измазанным кровью ртом. Матушка отправила в рот кусочек торта и вздохнула. — Я не знаю, что Лолс в тебе нашла, почему посчитала, что способность к магии - это повод оставить отродье в живых. Каждый раз когда я тебя вижу, мне хочется тебя придушить. Третий сын. Позор нашего дома. Губы Искры дрожали и она стиснула челюсти, стараясь изо всех сил не расплакаться перед Матушкой. — С тобой слишком мягко обходятся, будто ты не ошибочный приплод, не сорняк, нагло уродившийся в этой семье. С Мастером Амоном я проведу беседу, — добавила она. “Беседа” ясно не сулила Мастеру Амону ничего хорошего. — Каждый несет свое бремя, — продолжила она, — мое — знать что я произвела на свет такого ублюдка, как ты. Но воля богини для меня закон. Если Лолс считает, что ты должен жить, так тому и быть. Но будь я проклята, если я не научу тебя магии, из-за которой она пощадила тебя. Матушка повернулась к одноглазому слуге, который все это время стоял у дверного проема, беспристрастно глядя перед собой. — Отвести его в подвал. Крысеныш либо научится контролировать разум, либо пусть его сожрут сородичи. Девочка за столом хихикнула и заболтала ногами. — Да, госпожа, — бесцветным голосом ответил слуга и подошел к Искре. Его ладонь снова сомкнулась на ее плече. — Нет, пожалуйста! Нет! — закричала Искра, чувствуя нарастающую в груди панику. Красивое лицо Матушки исказилось презрением. — Жалкий. Никчемный. Ненавижу! — последнее слово она практически прорычала и ее ледяной фасад дал трещину. Рука слуги крепче сжалась на плече Искры. Ее тело безропотно обмякло и она позволила слуге утащить себя прочь. Бросив последний взгляд, она увидела, что женщина снова сосредоточилась на своей еде. Поймала взглядом насмешливые наглые глаза девчонки. В следующее мгновение слуга выволок ее из залы. — Пойдем, маленький господин, — пролепетал слуга, когда они уже не могли его слышать. — Ты разозлил Матушку. Ничего не поделать, мы должны слушаться… Жгучие слезы выступили на глазах Искры и прочертили на щеках горячие линии. Слуга бегло взглянул на нее, волоча ее вниз по лестнице. — Не плачь, Нере. Ты же знаешь сам, что виноват… Но Искра не знала. Или знала, но не хотела верить. Ее ненавидели только за то, что она родилась на свет. А она не просила об этом! Ее никто не спрашивал! Они остановились перед тяжелой дверью в подвал. — Пожалуйста, Ним, пожалуйста, — шепотом взмолилась Искра. Одноглазый сдвинул брови и поджал губы. — Прости, маленький господин, — прошептал он, голосом, пропитанным сожалением и печалью. Он втолкнул Искру в темное помещение и торопливо закрыл дверь. Искра навалилась на дверь всем весом, и затарабанила кулачками по шершавому дереву. — Выпусти меня, Ним, выпусти! Ответом ей было только шуршание удаляющихся шагов слуги. Искра повернулась спиной к двери, медленно сползая по ней, сотрясаемая короткими рыданиями. Она обхватила коленки руками и уставилась перед собой, но темнота подвала была настолько непроглядной, что глазам стало больно. Юные глаза дроу были еще не до конца сформированы и не могли хорошо видеть в темноте. Искра зажмурилась спрятав голову в колени и продолжала тихо всхлипывать. Спустя несколько минут она, громко шмыгнув, сделала жест, пытаясь выколдовать свет, но руки совершенно не слушались ее. На кончиках пальцев появились слабые искры, которые на мгновение осветили помещение, и тут же погасли. Этой короткой секунды было достаточно, чтобы Искра увидела сверкнувшие в темноте десятки глаз. Она завыла и судорожно попыталась снова наколдовать свет, но теперь у нее не получилось даже высечь искру. Сидя на полу, она сжалась в комок, сотрясаемая сухими рыданиями. Что-то дернуло ее за тонкий замшевый тапок. Она взвизгнула и пнула пустоту. В следующую секунду она вскочила на ноги и затопала по полу, пытаясь напугать крыс и прогнать их подальше. На несколько мгновений в подвале стало тихо, а потом она снова услышала шелест когтистых лапок об пол. Что-то коротко царапнуло ее по лодыжке, а затем снова вцепилось в тапок и с еще большей силой потянуло в темноту. Искра взвыла громче, запищала, затряслась. Руки крутились, она выкрикивала бесполезные формулы заклинаний, на которых не могла сосредоточиться. Темнота облепила ее со всех сторон, окружила десятками острых крысиных зубов, удушающе стискивая шею… Искра задыхалась. Ее горло сомкнулось, не давая ей сделать вдоха. Она зажмурилась, и когда открыла глаза, она была уже не в темном и страшном подвале, а в лагере, освещенном пляшущими отблесками костра. Она опустила глаза и увидела лицо Нере, перекошенное от ярости. Его рука стискивала ее горло. Она вцепилась ногтями в его ладонь, тщетно пытаясь сбросить ее железную хватку со своей шеи. — Назойливые darthiir, — злобно прошипел он, впервые вслух назвав ее этим грубым словом, — вечно лезете не в свое дело. Нере молча смотрел, как она беззвучно хватает ртом воздух. Через секунду он разжал руку и Искра с громким вдохом отпрянула от него, спешно отползая в сторону, с шумом делая вдох спазмирующими легкими. Он сверлил нее с ледяным бешенством в глазах и прохрипел: — Если ты кому-то скажешь, я тебя убью. Нере будто бы истратил последние крупицы сил, которые у него были, и бессильно рухнул на лежанку, тяжело дыша. Искра все еще держалась за свое горло, пытаясь отдышаться. — Я не скажу, — хрипло шепнула она, не спуская с него глаз. Нере несколько мгновений пялился в потолок потом резко подскочил и отвернулся от нее. Его шумно вырвало отваром и желчью. Спина Нере сотрясалась в болезненных спазмах. Искра встала и подняла кружку с отваром Гейла с пола и неуверенным движением протянула ее Нере. — На, выпей. Тебе надо это пить. Нере вытер губы тыльной стороной ладони и ударил Искру по руке, выбивая кружку. Она зазвенела по каменной плитке, проливая целебный отвар. Искра, скрежетнула зубами. — Да, я залезла в твою голову, — раздраженно сказала она, не обращая внимания на его жгучий взгляд. — Разве ты можешь меня винить? Откуда мне знать, что мы можем тебе доверять? Может, ты сдашь нас своему генералу при первой удачной возможности, чтобы выслужиться? Он ничего не ответил, продолжая таращиться на нее. Она знала, что он не мог с ней не согласиться и сам бы на их месте не спешил поворачиваться спиной к бывшему врагу. — Сидишь тут на отшибе, как будто мы компания прокаженных. А ведь если бы не мы, ты бы так и помер в этом завале! — завелась она, забыв, что ее громкий голос может разбудить остальных. — Мне плевать на твое прошлое, плевать на то, что ты дроу. Все, что меня заботит — это паразит в моей голове, который превратит меня в бездушную тварь, часть иллитидского роя. Всех нас, если уж на то пошло. И ты, Нере, либо примкнешь к нашей странной стае, либо сдохнешь в гордом одиночестве. Искра подняла кружку и направилась обратно к догорающему красными углями костру. Через несколько секунд она вернулась, вновь наполнив ее отваром. — Я сказала, пей, — со злостью тихо рявкнула она. Нере хотел было что-то возразить, но поджал губы и взял кружку из ее рук. Он принюхался и сморщил свой острый нос. — Вы там что, свои онучи по очереди заваривали? — процедил он. Искра с трудом сдержав улыбку, ответила: — Нет, это Гейл сварил что-то из травы и грибов. Он сказал, это поможет от отравления. — она помолчала немного и тихо добавила, — Я тебе уже споила полкружки, пока ты бредил. Глаза Нере вспыхнули, но он ничего не сказал. Показывать такую беспомощность перед незнакомцами было непозволительно. Это что получается, эльфийка выхаживала его что ли? Он не знал как к этому относиться. Морщась от отвращения, он сделал маленький осторожный глоток. И взглянул на нее, уже спокойно. — Личинки или что еще, больше в мою голову не лезь. По крайней мере без приглашения. Искра прикусила губу и, вздохнув, сказала: — Прости меня, Нере. Я не должна была… Он махнул рукой, показывая, что не хочет продолжать этот разговор и пригрозил, уже мягче: — Если ты еще раз об этом упомянешь, я тоже тебя убью. Искра усмехнулась. — Ну, я вижу, тебе уже лучше. Я пойду спать, разбужу Астариона, чтобы он сменил меня на вахте. Нере задержал на ней взгляд и понял, что не чувствует прежней злости. В нем на мгновение промелькнул порыв попросить ее не уходить, но он отогнал его прочь и коротко кивнул. Искра встала и замешкалась на секунду, ожидая, что он попросит ее остаться. Но он этого не сделал. Она развернулась и пошла будить Астариона.