Оскверненные земли

Искра особо не надеялась, что ее шкатулка с зельями переживет падение. Опасения были не напрасны. Часть пузырьков разбилась и их содержимое, перемешавшись, выстрелило фиолетовыми всполохами ей в лицо, когда она открыла крышку. Откашлявшись от едкого дыма, она пересчитывала оставшиеся флакончики. Гейл возился со своим рюкзаком, чертыхаясь. Он произносил формулу заклинания, но оно просто угасало на кончиках его пальцев. Искра вопросительно посмотрела на него. Он всплеснул руками. — Лямка порвалась, — усмехнулся Гейл, смущенно запустив руку в каштановые волнистые волосы. — Маловато я времени уделял простым бытовым заклинаниям… Глубоко вздохнув, Гейл снова произнес заклинание, слегка видоизменив формулу и жест. Через мгновение, когда свет рассеялся, Искра увидела, что рваные края ткани срослись вместе уродливыми буграми. Гейл хохотнул и хлопнул в ладоши. — Там где недостаточно знаний, хорошего волшебника всегда спасет мастерство! — гордо проговорил он, а потом добавил, — Но как выдастся возможность, я отправлю этого старичка на покой. Он закинул рюкзак на спину, сделав вид, что не обратил внимания на предательский треск, подпортивший его браваду. Окруженный мягким светом Пляшущих огоньков, он начал ходить по залу, с интересом изучая его. Астарион закончил лениво копаться в своем рюкзаке, махнул рукой и присоединился к Гейлу. Вместе они остановились у потрескавшейся фрески на стене и разглядывали ее, тихо переговариваясь. Нере с напряженным лицом выхватил из рюкзака лиру и пристально осмотрел ее. Обнаружив, что она не повреждена, дроу выдохнул с облегчением. Удивленная тем, что он так переживал за инструмент, Искра спросила с улыбкой: — О, ты музыкант? — Нет, — отрезал Нере и запихнул лиру обратно в рюкзак. Он бросил взгляд на Искру и заметив ее слегка печальные брови, добавил уже мягче, — Пойдем, потрещим в другой раз. Нам не стоит здесь задерживаться. Они подошли к Гейлу и Астариону. — Леди Потери. — Астарион фыркнул презрительно, разглядывая фреску. — Я уже достаточно потерял и планирую сохранить то, что у меня осталось, спасибо большое. На фреске была изображена богиня Шар — прекрасная женщина с волосами цвета воронова крыла, одетая в черное клубящееся тенями платье. В вытянутой руке Шар держала лампаду на длинной золотой цепочке, из которой вырывалось фиолетовое пламя. Огонь бледно освещал маленькую фигурку, на коленях стоявшую перед богиней. Это была миниатюрная нагая девушка, со спиной, исполосованной алыми следами от кнута. В нижней части фрески золотом была выгравирована надпись. Часть букв потускнела, и некоторые участки было тяжело прочесть. Искра наклонилась ближе, приглядываясь. — “Свет ослепляет. Только во тьме мы можем видеть ясно”, — щурясь прочитала она. — Мрачненько. — “Тринадцать истин” Шар — основополагающие догмы, которые образовали ядро Шарритской веры, — задумчиво протянул Гейл. — Я не помню их все дословно, но в памяти всплывает еще одна: “Любовь — это ложь. Только ненависть переживет все”. Астарион поморщился. — Я предлагаю сворачивать этот депрессивный музейный тур и убираться отсюда. Я даже не знаю, что хуже, гномовы норы или вот это все, — он пренебрежительно обвел рукой залу. — Идите за мной, — сказал Нере и пошел вперед. Они последовали за дроу. Их шаги разрезали тишину, прокатываясь по залу, гулким эхом отражались от стен и сводчатого потолка. Астарион наклонился к Гейлу. — Гид у нас под стать заведению, — шепнул он. Волшебник беззвучно усмехнулся. С момента их странной ссоры, Астарион и Нере полностью игнорировали друг на друга, при этом Астарион к тому же держался чуть поодаль от Искры. Она чувствовала напряжение, висящее в воздухе, но совершенно не знала, что с этим делать. Черт с ними! Она не собирается подтирать сопливые носы этим мальчишкам. Два взрослых эльфа, сами разберутся. Искра крутила головой, разглядывая большой зал. Фиолетово-черный мрамор и золотые украшения потускнели от пыли, местами разбитая плитка хрустела под ногами, но мрачная Шарритская архитектура по-прежнему вызывала восхищение. По краям зала располагались толстые колонны, украшенные давно погасшими светильниками из темного стекла. По форме они повторяли лампаду, которую на фреске держала Шар. На стенах залы были еще изображения, но поменьше. Все разной степени утраченности: какие-то фрески полностью осыпались и были разъедены грунтовыми водами, на некоторых еще можно было разглядеть сюжеты. Искра подняла глаза. Потолок был настолько высокий, что она с трудом могла видеть его в темноте. — Что это вообще за место? — спросила она. — Северный вход в Гримфордж, — отозвался Нере, — Саму крепость давным-давно построили Шарриты. — В четырнадцатом веке, — кивнув уточнил Гейл. — Отсюда можно попасть в храм под названием “Вызов Шар” — проход туда мне и было поручено найти, — продолжил Нере. — Но теперь туда не пройти. Я знаю, что Бальтазар ищет другой вход туда из Оскверненных земель. — Бальтазар? Кто это? — спросила Искра. — Iblith, от которого даже у меня мурашки по коже. Некромант. Служит Генералу Торму уже больше сотни лет. Говорят, он из собственного брата сделал голема плоти. — Нере с неприязнью сплюнул на пол. Искра с отвращением поморщилась. Она, конечно, сталкивалась с нежитью, но вот големов плоти — уродов, состряпанных в одно чудище из минимум шести трупов — она не видела никогда. И надеялась не столкнуться с ними впредь. — Тихо, — резкий шепот Астариона заставил ее замереть. Гейл тоже остановился. Нере прошел еще несколько шагов и раздраженно обернулся. — Впереди кто-то есть, я слышу шаги, — прошипел Астарион. Они прислушались, затаив дыхание, но вокруг стояла полная тишина. Нере недовольно фыркнул. — Что ты несешь? Я ничего не слышу, — он развернулся и собрался продолжить путь. — Делай что хочешь, дроу, — рявкнул Астарион шепотом, — Гейл, туши огни. Волшебник шепнул обратную формулу и огоньки, сделав последний оборот, погасли. Астарион взял Искру за руку и потащил в сторону, прочь от центра зала. Искра схватила ослепшего Гейла за рукав и выразительно посмотрела на Нере. Он закатил глаза и поплелся за ними, словно делая одолжение. Они вчетвером спрятались за толстой мраморной колонной. Секунды тянулись, превращаясь в минуты, но вокруг по-прежнему было тихо. Нере вздохнул. — Это просто смешно, — снова фыркнул он, даже не пытаясь понизить голоса. Слушаться действующего на нервы эльфа было выше его сил. — Я ничего… Рука Искры взметнулась к его лицу и закрыла ему рот. Она приложила указательный палец другой руки ко своим губам, призывая его молчать. Прошло еще несколько мгновений, прежде чем до его ушей донесся едва уловимый звук. Искра убрала ладонь от его лица и он, стараясь дышать как можно тише, начал прислушиваться. Ритмичный звук приближался, и да, это совершенно точно были шаги. Он также мог расслышать звон цепей и тихое позвякивание доспехов. Нере с подозрением посмотрел на Астариона. Как эльф смог услышать их так далеко? Это было невозможно. Нере повернулся и уставился сквозь темноту на вытянутый арочный вход в зал. Пять невысоких фигур, появились из проема и, переваливаясь, шагали по залу в сторону разбитого лифта. Меррегоны, легионные дьяволы Девяти Кругов Ада. Видимо грохот площадки привлек их внимание. Отряд его дуэргаров во время разведки наткнулся на Меррегонов, когда они только прибыли в Гримфордж. Обратно вернулась едва ли половина. У Нере не было никакого желания проверять, справится ли он с дьяволами лучше. Меррегоны поравнялись с колонной, за которой они прятались, и продолжили двигаться мимо них в сторону лифта. Вдруг слева от Нере раздался гулкий удар. Он резко обернулся. Злосчастная лямка рюкзака Гейла, которую он кое-как соединил заклинанием, все-таки оборвалась и сумка шлепнулась на каменный пол. Звук эхом покатился по залу, с каждым повтором заставляя Гейла глубже вжимать голову в плечи. Лицо волшебника пересекала виноватая гримаса. Дьяволы остановились, как вкопанные, и зарычали, словно что-то обсуждая. Один из них, шаркая ногами, поплелся в их сторону. Искра и Астарион заметно напряглись. Вокруг чародейки появилась нарастающая магическая аура, а эльф бесшумно вытащил кинжал из ножен. Нере дотронулся до руки Искры, заставив ее повернуться к нему. Он ударил ребром ладони о раскрытую ладонь другой руки, затем сделал оборот большими пальцами и приложил кулак к груди. Три самых простых жеста безмолвной речи дроу. Он надеялся, что эльфийка его поймет, даже не зная языка. Искра мгновение смотрела на него, сдвинув брови, а потом дотронулась до запястья Астариона, останавливая руку с кинжалом. Эльф поморщился и перевел выжидающий взгляд на Нере. Тот закрыл глаза и сосредоточился. Бросить такое сложное заклинание без устной формулы было мастерством высшего класса. Меррегон был уже так близко, что они могли слышать его мерзкое хрипящее дыхание. Нере бесшумно выдохнул и открыл глаза. Морда дьявола показалась из-за угла и уставилась на Нере пустыми глазницами адской маски. В нос ударил мерзкий запах серы и горелых волос. Дьявол замер от неожиданности, и в этот момент Нере обрушил на него заклинание, зажимая сознание меррегона тисками своей воли. Что-то не так. Вместо привычного чувства контроля, и ощущения натяжения за глазами, он провалился глубже, в следующее сознание. А затем в следующее. И еще. И еще. Нере обхватил руками голову, впиваясь пальцами в затылок. Словно сквозь пелену, он услышал приглушенный вскрик Искры. Разумы чертовых дьяволов были магически связаны! Рыча, пытаясь удержать бестий под пятой своего заклинания, он с трудом выдавил приказ. Убей. Сородича. Его команда эхом прокатилась по сознаниям дьяволов, отзываясь в каждом из них, стирая то немногое, чтобы было там до этого. Отбросив корпус назад, Нере вынырнул обратно. Дьявол, стоявший перед ним развернулся и с ревом побежал к остальным. Зал наполнился рычанием, звяканьем оружия, треском разрываемой плоти, хрустом ломающихся костей. Меррегоны сплелись в один беснующийся клубок рубя, раздирая и вгрызаясь друг в друга. Через несколько минут в зале раздавался только хрип последнего уцелевшего меррегона. Он стоял опираясь на алебарду, его вторая рука безвольно свисала вдоль тела. Искра выступила из-за колонны, взмахнула кистями и бросила в него некротический заряд. Алебарда громко звякнула об пол и его иссохшее тело упало в кучу товарищей. Астарион убрал кинжал обратно в ножны. — Все, Гейл, можешь снова зажигать свет. Волшебник пробормотал под нос заклинание и вокруг него заплясали огоньки. Они направились обратно к центру зала, чтобы рассмотреть дьяволов. — Ах! — воскликнул Гейл с и на его лице появилась улыбка облегчения. — Это всего лишь меррегоны. Нере, голова которого трещала до сих пор, недовольно покосился на него, скривив губы. — Они стоят в самом конце демонической пищевой цепи. Легионные дьяволы, очень сильны когда собираются толпой, но дело в том, что они соединены магической цепью, поэтому если на одного меррегона наложить заклинание… — Ты не можешь сдерживать себя или гордишься тем, что ты невыносимый всезнайка? — перебил его с раздражением Нере. Гейл поднял бровь, а потом добродушно улыбнулся. — Знание — это оружие, мой дорогой друг Нере. И я предпочитаю всегда быть вооруженным до зубов. Нере фыркнул. Его подбешивало, что волшебника невозможно вывести из себя. — Помните того каменотеса в Гримфордже? — спросила Искра. — Он сказал, что какой-то демон проломил стену. Наверное, эти ребята пришли с ним и потерялись по дороге. Нере, может он тебе и подпортил миссию, сломав мост? — Это уже неважно, — ответил дроу. — Нам надо идти дальше. Они вышли из зала и попали в длинный холл. По обеим сторонам зияли темные проходы, ведущие глубже в лабиринт этой части крепости. Нере вел их прямо. Поднявшись по широким ступеням, которыми заканчивался холл, они оказались у огромных металлических дверей. От времени те покосились и между створками образовалась большая щель. Искра протиснулась наружу последней. Оглядевшись, она нервно улыбнулась. — Оскверненные тенью земли. Говорящее, выходит название? * * * Они больше часа шли по этим проклятым землям и с каждой минутой Искре становилось все больше и больше не по себе. Нере заставил их достать факелы, пояснив, что заклинания света использовать здесь бесполезно. Темнота вокруг них была не просто ночью, эти земли окутывала магическая тьма. На небе не было ни луны, ни звезд, только чернота. Тяжелый и спертый воздух стоял без движения, не ощущалось даже легкого дуновения ветерка. Какой бы глубокий вдох Искра ни делала, казалось, что она никак не могла надышаться. Сама земля под пятой проклятия словно вымерла. Трава и деревья превратились в иссушенные мертвые колючки и единственное, что уживалось здесь — это странный красный лишайник. Не было слышно ни щебета птиц, ни копошения зверей, ни стрекота кузнечиков. Вокруг стояла абсолютная тишина, которая, казалось, поглощала даже звуки их шагов, делая их непривычно глухими. Остальные тоже притихли. Гейл шел, напряженно глядя перед собой, а Астарион, пытавшийся отпускать неловкие шутки в начале в итоге сдался и тоже замолчал. Высушенные деревья нависали над тропой, протягивая к Искре свои скрюченные лапы, а от неестественной тишины ей уже начинали мерещиться шепотки. Она поравнялась с Нере. — Слушай, Нере, а когда этот пейзаж уже закончится? Он посмотрел на нее удивленно и усмехнулся. — Что, маленькая наземная эльфийка дрожит от страха в темноте? — После паузы он добавил уже серьезнее, — и правильно делает, что дрожит. Этот пейзаж не закончится еще очень долго. То, где мы сейчас находимся — это окраины Оскверненных земель. Относительно безопасное место. Дальше начинаются настоящие проклятые земли, где тьма еще гуще, а у теней есть зубы. Туда без Лунного фонаря входить нельзя. Искра нервно сглотнула. — Но у нас же нет фонаря, — удивилась она. Нере снова усмехнулся. — Какая ты любопытная. Не переживай, эльфиечка, Нере всегда держит свое слово. Искра заметила, что после падения лифта дроу стал менее колючим. Не зыркал злобно, когда она к нему обращалась, перестал высокомерно морщить нос, глядя на нее. Она не понимала, в чем причина такой перемены, но приветствовала ее с радостью. Искра принимала это за знак того, что он начинает вливаться в их компанию. Вот бы еще помирить их с Астарионом… Нере остановился. — Мы пришли. Они оказались на небольшой поляне. Пейзаж никак не изменился: те же сухие деревья, тот же красный лишайник, та же темнота вокруг. Астарион театрально осмотрелся и молча всплеснул руками, в его глазах стоял вопрос. — Чтобы идти дальше, нужен проводник, — пояснил Нере. — Я буду его вызывать. Это может занять какое-то время. Астарион плюхнулся на землю и сбросил рюкзак, потирая уставшие плечи. Гейл последовал его примеру. Дроу достал из сумки лиру и сел на поваленный ствол дерева. Уперев ее основанием в колено он расположил руки по обе стороны инструмента и начал мягко касаться струн, подкручивая колки. Искра села неподалеку от Нере, с любопытством наблюдая за ним. — Ну конечно. Было бы странно, если бы проводник вызывался каким-нибудь не мучительным способом, — пробормотал Астарион. Настроив инструмент, Нере прочистил горло, ощущая на себе взгляды. Он мягко коснулся струн, и начал играть мелодию. Сначала медленная и кроткая, музыка расцвела под его пальцами, заструилась, вдохнула жизнь в мертвый воздух. Мелодия была тихая, наполняющая сердце мягкой грустью. Тонкие длинные пальцы Нере плясали по струнам, извлекая чарующие ноты. Лира явно была магическая, она манила Искру, заставляя ее наклониться ближе, внимать каждому звуку. Закончив играть, он коротко размял пальцы. — Как я сказал, это может занять какое-то время. Нере взялся за струны начал играть сначала. Музыка необычно разливалась в окутывающей их магии проклятия, лира пела гулко и как будто сдавленно. Искра была рада тому, что тягостная тишина наконец наполнилась звуками. Он сыграл еще несколько раз, делая небольшие перерывы. Вдруг Астарион напрягся. — Что за черт?.. — пробормотал он, прислушиваясь. Из-за большой скалы на поляну выступила гигантская фигура. Ее появление заставило Астариона, Гейла и Искру подскочить и попятиться. Это был драйдер. Стройное бледнокожее тело, когда-то принадлежавшее дроу, частично обросло хитиновым панцирем. Твердые рельефные наросты покрывали его плечи, грудь и руки, заканчивающиеся острыми когтями. Сохранившее человеческий облик туловище ниже пояса переходило в гигантское паучье тело с круглым бугристым брюхом. Возвышаясь над ними на восьми тонких узловатых лапах, драйдер выступил на поляну, бороздя острыми когтями песок. В руке он держал фонарь, прикрепленный к длинному шесту. Он излучал холодное мерцающее свечение. Нервно перебирая короткими передними лапками, он наклонился к Нере и скривился. Шрамы, пересекающие лицо драйдера неприятно натянулись от гримасы. Зрачки его глаз из присущих дроу красных превратились в золотистые, а их белки зияли чернотой. На левой половине лица драйдера были рассыпаны еще пять черных глаз разного размера. Один на щеке и остальные над левой бровью. Он асинхронно моргнул своими паучьими глазами, заставляя Искру поежиться. — Ты… — обратился он к Нере грубым хрипящим голосом. — Ее Величество, смотрите… Нере, переменчивый слуга, приполз обратно, желает снова оказаться под сенью Ее благодати… — Боги, какой кошмарный гротескный уродец, — шепнул Астарион Гейлу, поморщившись. Драйдер резко развернулся на паучьих ногах и в два прыжка оказался перед Астарионом, заставив того отпрянуть. — Оскорбить меня — значит оскорбить Ее Величество! Это равносильно глумлению над Абсолют! — прорычал он, склонившись к самому лицу Астариона, который испуганно замер с широко открытыми глазами. — Успокойся, Кар'нисс, — позвал его Нере, — Он, может, и житель поверхности, но он верный слуга Абсолют. Паучьи глаза драйдера сверлили Астариона несколько мучительных мгновений, затем он гортанно прорычал и, медленно выпрямившись, снова повернулся к Нере. — Они призвали нас, и мы пришли на зов. Они хотят пройти через тьму, к Лунным Башням? Желают прикоснуться к благословению нашей Королевы? Искра неуверенно прочистила горло. — Нере, можно тебя на минутку, — шепнула она. — Жди здесь, — приказал драйдеру Нере. — Мы подождем, Величество, но недолго, — ответил Кар'нисс. — Тени подбираются ближе, мы не можем ждать долго. Они отошли от Кар’нисса на небольшое расстояние так, чтобы он не мог их слышать. — Можно я первый? — прошептал Астарион. Он покосился на паучий силуэт и перевел взгляд на Нере. — Ты совсем, блять, сдурел?! — прошипел эльф. — Это чучело не в своем уме. И не немножко, он совершенно невменяемый! — У него есть Лунный фонарь, — ответил Нере. — Добровольно драйдер его нам не отдаст, поверьте мне. Я уже проходил этим маршрутом вместе с ним. Мы — “Верные Абсолют”, он не тронет нас, если мы не будем оскорблять его богиню. — Не самая приятная компания, — кивнул Гейл, — но если он преданно служит Абсолют, выполняя роль проводника для ее паствы, маловероятно, что он ослушается богиню и нападет на нас. Искра прикусила губу. — Я согласна. Давайте доверимся Нере. Астарион всплеснул руками и проворчал: — Только посмотрите на нас, какие мы все здесь сердечные доверчивые друзья. Кар'нисс нетерпеливо перетаптывался на месте, неотрывно следя за ними. — Мы готовы, драйдер. Веди, — сказал ему Нере. — Да. Да, мы должны идти, — с жутковатой улыбкой пробормотал Кар’нисс, и продолжил уже громче, — Благослови нас вновь, Величество. Освети наш путь Своим Светом! Защити нас. Он повернулся к ним и хрипло проговорил: — Идем. Они следуют и держатся близко. Они не покидают свет. Они не кормят тени. Кар'нисс развернулся и, перебирая длинными ногами, направился во тьму.