Глава 20: План сражения

Николай был слишком счастлив для того, кто шел в бой. Волновало ли это его? Совсем нет. Быть счастливым - значит быть здоровым, а здоровый лидер создан для великого лидера. Морана хотела остаться. Он был уверен в этом. Морана любила его. Он мог умереть, только чтобы снова услышать эти слова из ее уст. Встать с постели в то утро было для него настоящей пыткой. Одеться было самой тяжелой задачей в его жизни. Но они делали это с легкомысленными улыбками на лицах, с вороватыми руками, жаждущими продолжения предыдущей ночи, с украденными поцелуями, пока им не пришлось, наконец, покинуть убежище, которым была его комната, и столкнуться с тем, что должно было произойти. И все же, разговаривая с Алиной, намечая их следующий ход, Николай наполовину сосредоточился на том, чтобы не расплываться в глупой ухмылке, потому что Морана любила его. И она осталась. И уж точно не в качестве его любовницы. Он был честен, когда сказал, что предан Равке и своей будущей жене. Теперь убедить Морану, что она будет великолепно смотреться с кольцом на пальце и короной на голове, будет непросто, но трудная часть была сделана, она оставалась, даже если она прямо этого не говорила. - Все силы могут быть брошены на Киригана в Керамзине. Мы застанем их врасплох, - сказал Николай, пытаясь сосредоточиться на спасении своей страны, а не на Моране и ее разрушительной улыбке. Но, похоже, его голова была не единственной, кого не было в комнате, и он нахмурился, увидев, что Алина смотрит на стол в военной комнате, как будто ее там вообще не было, - Алина? Алина? Ты слышал хоть слово, что я сказал о ... - Посылаем наши самые сильные подразделения на защиту приюта, - перебила Алина кивком, ее челюсть была сжата, но руки слегка дрожали. - Первая армия пыталась найти его в течение нескольких месяцев, - ответил Николай, - У нас есть преимущество в виде подхода с воздуха, чтобы застать их врасплох. Она покачала головой, - Мы знаем, на что способны ничегои, и нет никаких признаков Воронов или Теневого Клинка. Я пойду одна. Брови Николая слегка приподнялись. Что?  - Это именно то, чего бы он хотел. Почему еще он выбрал Керамзина? Он знает твои слабости. - И я знаю его, - яростно сказала Алина, глядя в никуда в частности, - В конце концов, он будет доверять мне настолько, что подпустит меня близко, и тогда я смогу убить его. Больше никого не нужно приносить в жертву, чтобы это закончилось. Николай глубоко вздохнул и покачал головой, - Идти одной? Ты знаешь, что это неправильный выбор. Так откуда это берется? Алина прерывисто вздохнула, ее губы дрожали, когда она говорила, - Правда в том, что мы можем спасти каждого ребенка в Керамзине. Кроме одного. Тот, кто нашел меня много лет назад. Задолго до того, как я узнала, что я Заклинательница, а он ... усилитель. - Что ты имеешь в виду? - спросил Николай, и внезапно то, как Морана смотрела на Мала, когда они приехали вчера, то, как она смотрела на него, как будто горевала, обрело смысл. Но этого не могло быть. - Это Мал, - тихо сказала Алина, - Он - Жар-птица. - Это не так... Прости, Алина, - дыхание Николая сбилось. Алина всхлипнула, крепко зажмурив глаза, и Николай не знал, что делать, остановившись на том, чтобы притянуть ее ближе и прижать к себе, пока Алина приходила в себя. Наконец, она перестала дрожать и отстранилась, вытирая слезы. - Если бы я только остановилась. Мной так двигала сила. - Ты не могла знать, что это был он. - Меня предупредили, что будут последствия. Я просто... Я никогда не думала, что это будет... Это будет он, - сказала она, шмыгнув носом и смахнув еще одну слезу, - Я была такой дурой. Николай начинал чувствовать себя ужасно виноватым за то, что был так счастлив тем утром. Особенно когда он увидел, как Алина сморгнула слезы и стиснула челюсти, пытаясь не показаться слабой.  - Алина.. - Мы можем разобраться с каньоном позже, - сказала она, - Сначала мы должны разобраться с нашей насущной проблемой. Все силы могут быть брошены на Киригана в Керамзине. Николай кивнул. Он колебался со следующими словами, но если он не произнесет их сейчас, то неизвестно, когда сможет.  - Алина, пока я остаюсь королем, у тебя всегда будет место генерала Второй армии, но… - Ты не можешь жениться на мне, - закончила Алина с самой слабой улыбкой, на которую была способна, понимающе кивая, - Я знаю, Николай. - Сейчас не совсем подходящее время для этого разговора, - мягко сказал он, и Алина издала тихий смешок, и хотя он не совсем достиг ее глаз, Николай знал, что расторжение помолвки было далеко не причиной ее такого отчаяния. Он не мог представить возможность смерти Мораны. Это было последнее, о чем ему хотелось думать. - Пообещай мне, Николай, - сказала Алина, - что ты выживешь в этой битве. Один из нас должен. И... Ты нужен Моране в ее жизни. Она тоже нужна тебе. Николай собирался ответить, когда раздался стук в дверь, и она открылась, вошел Доминик. - Прошу прощения. Не хотел беспокоить. - Вовсе нет, - сказал Николай, отмахиваясь от него. - Заходи. У нас есть новости с фронта? - Силы Киригана укрепили свои позиции в Керамзине, - сказал Доминик. - Мы должны действовать. Быстро, - сказала Алина, и Николай кивнул, улыбнувшись ей, прежде чем покинуть комнату с Домиником и отправиться в коридор. Они приближались к выходу, чтобы выйти на улицу, когда в дверях появилась Морана, одетая в свой обычный пиратский наряд: брюки, заправленные в сапоги, доходящие до бедер, корсет поверх белой рубашки, и после прошлой ночи Николай больше никогда не думал о том, чтобы сорвать с нее этот корсет. Его компас висел у нее на шее, и она удивленно подняла глаза, увидев, что они оба идут по коридору. Она вежливо кивнула Доминику, а затем ему, на ее губах заиграла легкая улыбка. - Мой царь, ты видел Алину? Николай был хорошо осведомлен о том, что Доминик наблюдал за каждым их движением с неприкрытым любопытством и весельем, но ему было все равно ни в малейшей степени. Он ухмыльнулся Моране.  - Я еще не совсем король, дорогая. - Нет? - она изобразила удивление, - Ну, я, должно быть, перепутала ваше эго с короной, капитан. Доминик издал сдавленный звук, смешанный между удивленным вздохом и смехом, и Николай весело улыбнулся, прежде чем снова повернуться к Моране.  - Алина в переговорной, Морана. - Спасибо, - сказала она, прежде чем подавить улыбку, обходя их и направляясь по коридору. У Николая чуть не сломалась шея, когда он повернулся, чтобы посмотреть, как она уходит, на покачивание ее бедер, на ее заплетенные в косу волосы, перевязанные алой лентой, которая, к несчастью, вызвала у него желание развязать ее. Доминик позвал его по имени, откашлявшись, и Николай повернулся к нему с усмешкой, хлопая по плечу, когда они выходили на улицу. - Ты в курсе, что вы помолвлены, да? - тихо спросил Доминик, когда они шли, солнце ярко светило над ними, солдаты готовились к битве вокруг них. Николай улыбнулся улыбкой, граничащей с гримасой. Он прочистил горло и провел рукой по волосам, прежде чем заговорить, произнес слова, которые ему придется рассказать всему королевству.  - Заклинательница Солнца значит для меня столько же, сколько каждая полная надежд душа в Равке, но я не могу жениться на ней. - Не с тем, как ты смотрел на пирата, - фыркнул Доминик, - Когда ты в последний раз расставался со своим компасом? - Когда она украла это у меня несколько месяцев назад, - быстро сказал Николай, прежде чем добавить более серьезно, - Алина останется под защитой короны как генерал Второй армии. Но я намерен сделать Морану своей королевой, и ты увидишь, она выведет нас из тени. - Если она может заставить тебя улыбнуться в день битвы, - сказал Доминик, положив руку на плечо Николая, - Это все, что имеет значение. Ты вдохновляешь людей, Николай - Доминик на мгновение остановился, когда они подошли к группе солдат. - Вазов, Иллиева, Роменко, - позвал он, - Вы нужны нам. Все трое ответили «Да, сэр», а затем Доминик заговорил снова, когда они продолжили свой путь по гравийной дорожке, - Ты помнишь первый день, когда ты получил пулю в бою? Попал прямо сюда, - он указал на свое плечо, и Николай ухмыльнулся. - Немного левее, и мы бы не имели удовольствия от этого обмена. Доминик кивнул, - В тот день я точно понял, что ты станешь великим королем. - Почему? - Потому что ты никогда не терял надежды. Ты продолжал отпускать свои маленькие шуточки, - сказал Доминик, - Это то, чего Равка заслуживает. - Король, который не затыкается? - Николай издал издевательский смешок. - Король, который будет править в надежде на что-то лучшее, - серьезно ответил он, и Николай кивнул, - И тебе нужен кто-то, кто дал бы тебе надежду, чтобы ты мог дать стране то, в чем она нуждается. Николай натянуто улыбнулся, но он знал, что Доминик прав. Морана действительно дала ему надежду. Ей удалось уменьшить бремя мира на его плечах, ей удалось заставить войну казаться неудобством, а не катастрофой. Из нее получилась бы великая Королева, и она правила бы рядом с ним, потому что он был уверен, что она не будет сидеть сложа руки. И он тоже этого не хотел. Морана была рассветом, и она помогла бы ему вывести Равку из ночи в более яркий день. Его взгляд привлекла копна взъерошенных волос, поднимавшаяся по лестнице к его летающему кораблю, и Николай, извинившись перед Домиником, снял шляпу и последовал за Малом. Как только Николай поднялся на палубу корабля, он объявил о своем присутствии.  - Ты так рвешься в бой, что уже заявляешь о своих правах? Мал вскинул голову, его челюсть сжалась.  - Просто поймал меня на мысли, - пробормотал он, когда Николай подошел ближе к нему, пока не встал рядом, блуждая глазами по равкианскому пейзажу. После нескольких минут молчания Мал прерывисто вздохнул. - Значит, она тебе рассказала? - Да - ответил Николай, кивая. Он повернулся к Малу, положив руку на плечо следопыта, и Мал посмотрел на него, нахмурившись. Николай притянул его для краткого объятия, и когда они отошли, Мал благодарно кивнул. И Николай особенно гордился собой за то, как хорошо ему удавалось утешать людей в течение дня. Он прерывисто вздохнул.  - Забавно, - сказал Мал, - Годами я был солдатом. Я думал, что умру в какой-нибудь траншейной грязи. А потом мы с Алиной выбрались. Потом я встретил тебя, - Мал сделал паузу, оглядывая его, - Ну, не тебя. Штурмхонда. И в самый первый раз я подумал: «Это и есть жизнь». Не ждать, пока пуля фьердана найдет твою селезенку. С легкой улыбкой Николай кивнул. - Я рад, что тебе понравилось путешествие. Пусть и короткое. - Я никогда не завидовал ничему забытому Святыми. Я завидую жизни Штурмхонда. Его свободе. Николай понял. Ему нравилась его жизнь Штурмхонда. Возможность плыть по Истиноморю без реальной ответственности или обязательств перед целой нацией. Возможность забыть суматоху своей жизни в роли Николая Ланцова. Принц-бастард. Его мертвая сестра. Его небрежные родители. Его незаконнорожденный брат. Тем не менее, он был Николаем Ланцовым и не мог оставить свою страну позади. Его сестра была жива и здорова, по крайней мере, он надеялся, что это так, но Кира всегда умела выпутываться из неприятностей, его брат был мертв, его родители больше не могли распоряжаться его жизнью, им самим, и принц-бастард нашел свой яд. У него, возможно, есть обязанности, от которых он не мог уклониться, но у Николая Ланцова был талант извлекать максимум из жизни, и он сделал бы это ради него. Ради Равки. Ради Моры. Николай повернулся к Малу и прочистил горло, как будто пытался выкинуть из головы свои мысли. Он сжал челюсти, когда заговорил. - Вместо этого мой путь всегда был предопределен. Но это то, что должно произойти. Если Алина не воспользуется шансом.. - Ты уверен, что нет другого выхода? - Нет. У меня есть план. Я просто… Когда это, наконец, будет сделано, и я уйду. - Mал. - Нет, выслушай меня, пожалуйста. Когда меня не станет, ей понадобится, чтобы ее семья была рядом с ней. Ты, Мора, Женя, Надя. Поддержи ее. - Я использую все полномочия Короны, чтобы обеспечить ее защиту, - искренне сказал Николай. может, он и не женится на Алине, но она была его другом. Даже его семья. И он не бросил бы своего любимого санбима. Морана могла бы даже убить его, если бы он подумал об этом. Мал благодарно кивнул. ***  Николай и Мал проскользнули в военную комнату, услышав голос Алины. Мал закрыл за ними дверь, когда Николай подошел и встал рядом с Мораном, которая стояла рядом с Алиной, скрестив руки перед собой, поджав губы и глядя на карту на столе. Она взглянула на него и одарила едва заметной улыбкой, прежде чем снова повернуться к Алине. - Мы отправим смешанное боевое подразделение с Первой армией в Керамзин, - сказала Заклинательница Солнца, - чтобы защитить приют от сил Дарклинга. Благодаря Николаю и его второму летающему кораблю они не заметят нашего приближения. Теперь наша цель - Кириган, но не стоит недооценивать способы, которыми он мог бы отравить умы гришей. Теперь… - Алина, - прервал ее Мал, встав рядом с Николаем, - Если позволите, я предложу альтернативный вариант для нас двоих. - Что ты имеешь в виду? - спросила Алина, выпрямив спину, когда Мал подошел к ней, заставляя Морану подойти ближе к Николаю, чтобы дать им пространство. - Дарклинг ожидает встретиться с тобой в Керамзине, - сказал Мэл. - Да, но… - Итак, мы отправляемся в каньон. Только мы вдвоем. Уничтожим его, пока Николай и другие уничтожают армию Кириган. Алина уставилась на следопыта.  - Прекрати это, Мал. - Но как же без финального усилителя? - спросил Женя с другой стороны от Алины. Николай увидел, как губы Мораны сжались в тонкую линию, как Мал выпрямился, готовый руководить залом, и панику в глазах Алины, когда она умоляла его остановиться. - Мал, не надо. Пожалуйста. Мал проигнорировал ее, лишь слегка ободряюще улыбнувшись, когда снова повернулся к комнате, - Последний усилитель - это родословная... Моя родословная. В комнате воцарилась тишина, и Николай почувствовал, как Морана схватила его за руку, их сцепленные пальцы были спрятаны за ее телом, и когда он посмотрел вниз, Николай увидел водовороты света и теней, танцующие вокруг ее пальцев. Он провел большим пальцем по тыльной стороне ее руки. Он поднял голову как раз в тот момент, когда Женя попыталась подойти к Алине, но девушка отступила. - Нет. Алина покачала головой. - Алина, - сказал Николай, его голос был подавлен обсуждаемой темой, выражением чистого отчаяния в глазах Алины, и она все еще качала головой. - Я сказал «нет»! Я тоже имею право голоса в этом. Должен быть другой способ. - А если мы все вместо этого отправимся за Кириганом? - перебил Мал, - Воронов нигде нет. Мы не можем сражаться с этими монстрами без клинка. И если с тобой что-нибудь случится, каньон останется. Он победит. - Морана может сразиться с ними, - отчаянно сказала Алина, и Морана застыла рядом с ним, когда все взгляды обратились к ней. - Алина, - нерешительно сказала она, - Я могу сразиться с одним. Максимум с двумя. Но с каньоном и ничегоями. И Мал... Я не могу уравновешивать тени достаточно долго, чтобы спасти нас всех. Дарклинг должен умереть. Мал кивнул, - Он приходил ко мне во сне. Может быть, те же самые, что были у тебя. Во сне он знал. Он знал, кто я. Если он знает, если это реально, у нас мало времени. - Я не убью тебя. Я не буду этого делать. Тамара прочистила горло, и все повернули головы в ее сторону.  - Если бы сердцебит остановил сердце Мала на две минуты, ты смогла бы сделать то, что должна, Алина? - Прости, что? - спросила Алина. - Я ... Я могла бы убить его и вернуть обратно через две минуты. Больше нет. Этого времени будет достаточно, чтобы уничтожить Тенистый каньон? - Я могла бы помочь, - добавила Морана, и снова зал повернулся к ней. Она отпустила его руку, когда сделала шаг к Алине, и все, чего хотел Николай, это оттащить ее назад, - Я могу попытаться и... усилить Мала. Таким образом, вы действительно можете уничтожить каньон за две минуты. - Ты хочешь усилить звук усилителем? - спросил Давид, и Морана кивнула. - Мои силы ... сложны. Но у нас с Малом общая связь. Если я смогу призвать это, призвать мерзость в его крови ... возможно, я смогу усилить её. Алина кивнула, - Это может сработать. - Алина. Ты знаешь, как это работает, - сказал Мал, - У вас не будет достаточно времени, чтобы соединить кость моего пальца. - Вообще-то ... - сказал Давид, - Я мог бы обработать фрагмент кости Мала и соединить его с твоим - Ну, сплавить его с тобой. Как мы сделали с Оленем. Помнишь? Конечно, ты помнишь. Если бы мы сделали это до того, как ты умрёшь, теоретически, как только твое сердце остановится, началось бы усиление. Алина снова кивнула. И снова Николай ничего не сказал по этому поводу, не будучи экспертом по Гришам и всему остальному, но веря, что они знают.  - Да, - сказала Алина, - Это наше решение. - Звучит совершенно безумно, - Николай ухмыльнулся, - Мне это нравится. - Ты должен быть тем, кто убьет меня, иначе это не сработает, - возразил Мал, но Алина уже качала головой. - Мы попробуем это первым, поверь мне. И если это не сработает, тогда ... - Алина не осмелилась закончить предложение. Она повернулась к Моране, Тамаре и Давиду, - Спасибо, - затем ее взгляд упал на него, и Николай поднял бровь, - Может Тамаре составить нам компанию? Он усмехнулся, забавляясь. - Тамара принимает свои собственные решения. Мы с Домиником немедленно отправляемся в Керамзин. Адрик, Надя, вы с нами. С этими словами Николай вышел из комнаты, и Доминик, Адрик и Надя последовали за ним. Только на ходу он услышал, как кто-то окликнул его по имени, и кто-то сказал, что он имеет в виду все. Николай сказал остальным продолжать идти, что он скоро будет с ними, и обернулся, улыбаясь, когда она подошла к нему, прежде чем она успела вымолвить хоть слово, Николай потащил ее в соседнюю комнату, закрыв дверь и прижав ее к ней, когда он прижался губами к ее губам. Морана вздохнула ему в губы, притянув его ближе на секунду, прежде чем отстранилась и посмотрела на него, затаив дыхание, с улыбкой на лице.  - Поцелуй на удачу? - Нет, я люблю тебя, поцелуй, - ответил он с усмешкой и снова прижался губами к ее губам, всего на мгновение, - Это поцелуй на удачу. - Хорошо, потому что, если ты умрешь, я убью тебя. - Ты такая милая, Мора, - сказал он, голос сочился сарказмом, и она улыбнулась. - Сладкая, как яд. - Моя любимая, - ответил он, прежде чем наклонился, чтобы украсть еще один поцелуй, в последний раз почувствовать ее губы, прежде чем ему придется уйти. Он вздохнул, прижимаясь своим лбом к ее лбу, - Ты уверена, что сможешь это сделать? Усилить Мала? - С каких это пор ты сомневаешься во мне, кара? Николай улыбнулся. - Я не хочу. Я просто не хочу видеть, как тебе причиняют боль. Если это не сбалансированная мерзость, это может быть опасно для тебя. - Уничтожение каньона будет достаточным балансом, - сказала она, - Передай от меня привет моему отцу? Смех, сорвавшийся с его губ, было невозможно остановить.  - Я думал, Багровый Мираж родился из глубин истиноморя, среди ведьм, сирен и трупов пиратов. - Где ты это услышал, корсар? - она спросила, забавляясь, - Это знают только пираты. - Ну, я, возможно, влюблен в кого-то из них. - Может быть? - Было бы скандально, если бы я действительно был таким, - сказал он с усмешкой, и Морана лукаво улыбнулась, схватив его за воротник и прижавшись губами к его губам. - Хорошо, что у тебя есть вкус к хаосу, - прошептала она ему в губы. - И подарок на заказ, - добавил он, - Я буду королем, влюбленным в пирата в любой день. - Каждый день. - Сейчас ты просто пытаешься заставить меня покраснеть, Мора, - сказал он с дразнящей улыбкой, и она игриво посмотрела на него. - Ты придурок. - Я думал, ты не следишь за придурками, которых встречала в своей жизни. - Только один. Он король Равки. Довольно важный придурок. - Ты любишь его? - спросил он, и губы Мораны расплылись в улыбке, захватывающей дух улыбке, которая заставила его пожалеть, что им не нужно уходить в следующую минуту и вступать в битву. Это заставило его пожалеть, что он не может просто ударить Дарклинга своей короной по голове и покончить с этим. - Он дома, - сказала она, снова целуя его, и когда она отстранилась, открывая за ними дверь, она снова повернулась к нему, запечатлев последний поцелуй на его губах, - Я люблю тебя.