Глава 8. Сотня тактов

      Придя домой поздно вечером, Мелисса так и не объяснила свое странное поведение подругам. После того как девушка увидела преследователя из окна кухни, она не могла найти себе места, Спенсер казалось, что за ней продолжают следить, даже если для таких подозрений уже не было никаких оснований.       Позднее возвращение и внезапно нахлынувшая бессонница позволили Мелиссе поспать только пару часов. Открыв глаза, девушка не сразу пришла в себя и первые секунды не могла вспомнить, какие вообще планы у нее были на сегодняшний день. Потом она почувствовала приятный запах с кухни, который на секунду перенес ее в какой-то другой мир, где проблем вчерашнего дня будто и не было вовсе. Девушка буквально соскочила с кровати, чтобы побыстрее оказаться за столом и урвать себе пару блинчиков, пока они еще есть, но, подходя к двери в коридор, резко остановилась: тот силуэт вновь возник перед глазами, когда тонкий луч солнца пробился через не совсем плотно закрытые шторы. Видение казалось слишком реальным, чтобы можно было быстро избавиться от накатившей паники. Хорошее настроение исчезло, аппетит пропал, а запах блинов уже не был настолько манящим, сейчас от него наоборот хотелось сбежать. Мелисса взяла себя в руки и зашла на кухню. Она попыталась улыбнуться, чтобы скрыть свое беспокойство и не отвечать на лишние вопросы.       — А вот и спящая красавица, — сказала Кассандра, пережевывая очередной блинчик, — которая, видимо, нашла себе уже третьего принца за неделю. Может, поделишься?       Мелисса растерялась, она начала перебирать в своей голове варианты, которые могли бы привести Кэсси к такому выводу.       — Я все равно не поверю, что ты просто так вчера со скоростью света к окну побежала, — Доэрти смаковала свою победу, девушка была уверена, что сейчас она поймала Спенсер за руку, ей не отвертеться. — Не знаю, как вы, но мне в баре понравилось, и Джеймс такой внимательный…       Сара подняла бровь, удивляясь всему тому, что говорит ее подруга.       — Что? — резко поменяла тон Кассандра, заметив удивление на лице Голди. — Он вообще-то нас до дома довез! Сам Джеймс Хорн! Зря ты не поехала с нами, — в этот раз Кэсси обратилась уже к Мелиссе.       — Да хоть Королева Елизавета! — тут же ответила Сара. — Главное — мне не пришлось тащить вас обеих на себе. И платить за такси, кстати, тоже.       Последнюю фразу Голди сказала с таким наслаждением, что Кассандре стало даже немного обидно, но она тут же переключилась на другую тему.       — Кстати о моем дне рождения…       — Моим подарком считай то, что ты здесь живешь, пользуешься моей добротой и умением готовить блинчики, — Сара кивнула в сторону пустой тарелки, измазанной джемом после нескольких съеденных Кассандрой порций.       — Вообще-то мой день рождения в мае… — почти шепотом сказала девушка, будто кто-то посторонний мог ее услышать.       — В каком см… — начала Мелисса, но не успела договорить фразу, как вдруг пришло осознание. — Так ты это все ради Хорна и его друзей?       Казалось, этот вопрос ничуть не смутил Доэрти, она будто ждала восторгов по поводу своей идеи, ведь ни Саре, ни Мелиссе не пришло в голову хоть как-то закрепить завязавшуюся дружбу. Кэсси активно закивала головой, а улыбка на ее лице становилась все шире с каждой секундой.       — Мне без разницы, что ты там придумала, готовить и убирать будешь сама, — абсолютно безразличным тоном сказала Гольдшмидт, не спеша попивая чай.       — Я тоже не собираюсь в этом участвовать, — сказала Мелисса, не обращая внимания на удивленное лицо Кассандры, которая явно ожидала другого. Спенсер встала из-за стола, так и не притронувшись к блинам.       — Ты даже не поела! — будто из соображений заботы выкрикнула Кассандра, но уже потянулась к ее тарелке, чтобы взять оттуда блинов для себя.       — Аппетит пропал, — Спенсер выдавила улыбку, которая была максимально неестественной. — Кстати, от меня подарка тоже не жди. Получишь в мае.       — Ну, возможно, тебе даже полезно, — будто невзначай сказала Кэсси, до этого разговора рассчитывающая на помощь подруг. Она была уверена, что старается не только для себя, но и для всех остальных. Поэтому девочки должны быть ей благодарны, и подобное отношение подруг к ее идее очень возмущало. — Ты же на репетицию?       Спенсер смутилась. Ее настроение и так было на нуле, а внезапно проснувшийся интерес Кассандры и ее комментарии напрягали еще больше.       — Передавай привет своему наставнику, — сказала Сара, не дождавшись ответа Мелиссы на вопрос. — Он вроде не так плох, как кажется.       — И от меня тоже передавай! — воодушевленно крикнула Кэсси, так громко, будто хотела, чтобы ее фраза сама долетела до Джеймса в обход Спенсер. — И что я буду очень рада видеть его на своем дне рождения.       Мелисса пыталась не показывать весь тот спектр эмоций, которые вдруг нахлынули на нее, и которые она и сама не до конца понимала. Девушка была удивлена своей реакции, она никак не ожидала, что такой напор Кассандры сможет вывести ее из себя. Еще ей было непонятно, почему все вокруг не замечают, что именно из себя представляет Джеймс. Почему только одна она видит его истинное лицо, а все остальные приходят в дикий восторг, стоит музыканту только появиться. Девушка вспоминала их вчерашний разговор и ее передергивало от неприязни. Раз за разом она прокручивала в голове сцену в том коридоре и представляла, как дает этому хаму пощечину, такую же звонкую и обидную, как тот шлепок.       Но Джеймс Хорн и его отвратительное поведение были всего лишь половиной беды, второй половиной были подобострастные визги Кэсси, которая из кожи вон лезла лишь бы обратить на себя внимание ее наставника. И сдался же ей Хорн, почему она не могла повиснуть на шее у кого-нибудь другого? Еще и это вранье насчет дня рождения. Поначалу Спенсер хотела вообще не появляться дома этим вечером, но потом поняла, что она места себе найти не сможет, если не будет знать наверняка, что еще придумала Доэрти, чтобы обратить на себя внимание. Снова смотреть на ужимки подруги ей будет неприятно, но и оставлять их одних Мелисса точно не хотела.

*      *      *

      Когда Спенсер вошла в кабинет, Джеймс уже был там. Молодой человек сидел за столом, закрывшись газетой. Он был так увлечен чтением, что никак не отреагировал на приход подопечной, или просто хотел производить такое впечатление. Мелисса хмыкнула и села напротив музыканта. Ей было любопытно, что будет происходить дальше и продолжит ли Хорн ее игнорировать.       — А я как раз изучаю криминальные новости Лондона, — подал голос молодой человек, — представляешь, пришлось даже купить утреннюю газету. Впервые в жизни.       — Буквы знакомые в ней нашел? — улыбнувшись спросила девушка.       — Конечно, — он не стал реагировать на издевку своей подопечной и продолжил, — и из них сложились две статьи. Одна про ограбление, а вторая — про жестокое убийство. Я, признаюсь честно, мисс Спенсер, — Хорн сложил газету и посмотрел на Мелиссу, — уже успел запереживать, что больше мы не увидимся.       — Это у тебя юмор такой? — прищурилась девушка. С учетом того, что вчера она была в шаге от того, чтобы появиться в утренних сводках по не самому счастливому поводу, подобные бесчеловечные шутки выводили ее из себя. — А если бы со мной и правда что-то случилось по дороге? Об этом ты подумал?       — Да боже мой, Мелисса, кому ты сдалась? — рассмеялся Джеймс. — Разве что мне, ведь, посмотри, как я исполняю твою просьбу не опаздывать на репетиции.       — Да уж, спасибо, — девушка нервно поднялась с места и направилась к своей гитаре, чтобы подготовиться к репетиции.       — Твой экземпляр, — Джеймс бросил на стол перед девушкой ноты песни.       Пробежавшись глазами по строчкам, Спенсер усмехнулась: одна из партий почти в точности повторяла ту, которую она придумала сама, пытаясь восстановить песню по памяти. В некоторых местах мелодия была изменена, будто Хорн просто исправил мелкие недочеты, но не стал переделывать все подчистую. Мелиссе вдруг стало чертовски приятно, где-то глубоко внутри затеплилась надежда, что не все так плохо, и раз ее партия, хоть и не в полном объеме, но все-таки пришлась по вкусу придирчивому музыканту, получается, она не такая уж и безнадежная.       — Значит… — протянула девушка, — ты все-таки посмотрел мои ноты?       — Да, — коротко ответил Джеймс, а потом будто осекся, и его интонация вновь стала насмешливой, — но не задирай нос, придумать можно что угодно, но сможешь ли ты сыграть.       — Смогу, — уверенно сказала девушка.       Настроив гитару, Мелисса начала играть с первого такта. Девушке не терпелось скорее показать Хорну, что она в состоянии сыграть то, что написала сама. Но после первых нот Джеймс жестом остановил ее.       — Нет-нет, — замотал он головой и подошел к шкафу. — Ты играешь неровно, тебе нужен метроном.       Поставив устройство перед девушкой, он качнул маятник и жестом показал, что она может попробовать еще раз. Спенсер начала, но на третьем такте немного не дотянула длительность ноты.       — Стоп! — послышался голос наставника. — Заново.       — Давай я сначала сыграю без него, просто чтобы вспомнить ноты, — обратилась к нему девушка. Она понимала, что сейчас наделает еще кучу ошибок, и вряд ли они далеко сегодня продвинутся.       — Нет, не давай. Учись сразу играть, как надо, — отрезал Джеймс.       С каждой секундой, с каждым наклоном маятника, стук все звонче и звонче отдавался в голове, этот адский механизм стал раздражать Мелиссу даже больше Хорна, а до репетиции это казалось практически невозможным.       — Он бьет по мозгам, — девушка резко прекратила играть и обратилась к наставнику, — я смогу сыграть сама.       Джеймс рассмеялся, он и правда не знал ни одного человека, которому бы нравилось играть с метрономом, ты либо записываешь его во враги, либо… тоже записываешь во враги. Но недовольство Спенсер приносило ему удовольствие, казалось, он только сейчас понял, зачем преподаватели в музыкальных колледжах заставляют студентов использовать это создание дьявола, им просто нравится наблюдать за бесполезными попытками своих учеников совладать с метрономом.       — Тебе еще четыре года с ним рука об руку, советую подружиться, — Хорн улыбнулся Мелиссе и заново запустил метроном.       Сжав зубы, Спенсер продолжила свои попытки сыграть по нотам и в ритм, но каждый раз что-то ее сбивало: то звук хлопнувшей двери соседней аудитории, то невнятные комментарии Джеймса, которые, по всей видимости, должны были помочь девушке, но имели обратный эффект.       Увидев лицо Мелиссы, которая из последних сил сдерживала свой гнев и желание снова съязвить, Хорн ниже опустил груз, из-за чего удары маятника стали еще более частыми. Несмотря на то, что девушка уже играла эту партитуру, читать с листа было все равно ужасно тяжело, этой практики у нее не было, а уследить за всем в таком диком темпе для нее было практически нереально.       — Сколько кругов ада мне надо пройти, чтобы отмучиться? — Мелисса обратилась к наставнику, не прерывая своих попыток, такт за тактом обуздать метроном.       — Зависит от того, сколько ты еще будешь продолжать насиловать мои барабанные перепонки своей игрой, — усмехнулся Хорн. — Я достаточно терпелив, но, кажется, не с тобой.       Джеймс чувствовал себя не совсем в своей тарелке. Не понимая, что происходит, он всеми силами делал вид, что все, как обычно, и он все тот же Джеймс Хорн, которому и дела нет до того, что испытывает его подопечная и удастся ли ей заполучить грант.       — Эта деревяшка меня сводит с ума, прямо как ты! — Спенсер уже не стеснялась говорить то, что думает, будто поняла, что сейчас ей не грозит ничего, девушка стала гораздо смелее и наглее в сравнении с прошлыми репетициями. — Через полчаса репетиция кончается, а мы даже до середины еще не дошли.       — Поверь, ты свела меня с ума, как только зашла в аудиторию и начала качать свои права, — Хорн умышленно громко листал страницы нотной тетради, наблюдая за реакцией девушки. — И да, ты же хотела грант, придется стараться. Днями и ночами…       Молодому человеку и самому не хотелось задерживаться в репетиционной хоть на секунду дольше положенного, лучше провести это время в баре в приятной компании, но, сам не понимая почему, он готов был пожертвовать своим личным временем. Как ему казалось, чтобы досадить Мелиссе.       — Ты тут пока развлекайся, я пойду, налью себе «что-то покрепче», — Джеймс сделал акцент на последних словах, ссылаясь на их первую встречу со Спенсер. — Вечер обещает быть долгим.       Мелисса тяжело вздохнула. Казалось, она застряла тут навечно. Живот предательски урчал, выдавая ее усталость и голод, а закат за окном подсказывал ей, что на встречу с Майклом, которая была запланирована на вечер, она либо опоздает, либо, что еще хуже, не явится совсем.       Как только дверь захлопнулась, Спенсер остановила свои попытки сыграть в том темпе, который отсчитывал метроном. Резким движением она закрепила маятник и плюхнулась на рядом стоящий стул. Стоило ей немного выдохнуть, как она поняла, что сильно устала, в том числе и морально, а ее ноги и спина едва разгибаются. Время в тишине пролетело как-то совсем незаметно, будто Хорн вернулся спустя несколько секунд после того, как вышел из кабинета, и своим внезапным появлением до смерти напугал девушку.       В страхе она соскочила со стула и судорожно начала перебирать струны, создавая видимость упорной работы, при этом не понимая, что вообще она играет.       — Ты прямо как в младшей школе. Только там дети слушают шаги своего преподавателя, а ты даже до этого не додумалась.       На удивление Хорн говорил спокойно, будто ничего другого и не ожидал.       — Я бы услышала шаги своего преподавателя, если бы стук этого дятла, — Мелисса показала на метроном, — до сих пор не бил мне по голове.       Джеймс хотел было засмеяться, но в последний момент остановился, пытаясь все еще создавать видимость гневного наставника, что с каждой минутой становилось все сложнее.       — На, — Хорн протянул Спенсер шоколадный батончик, — а то урчание твоего живота сбивает даже метроном.       Несмотря на то, что сказано это было с какой-то издевкой, Мелиссе стало очень приятно от того внимания, которое проявил по отношению к ней Джеймс. Хорну же было наоборот как-то неловко, но это смущение он пытался скрыть так же, как и все остальные эмоции и чувства, которые он не понимал.       Только после того, как Мелисса распечатала шоколад, она осознала, насколько сильно была голодна. Девушка буквально за пару укусов расправилась с батончиком и почувствовала себя значительно лучше. Раздражение чуть улеглось, и даже играть стало как будто проще. Это заметил и Джеймс, который не мог не воспользоваться ситуацией и не озвучить очередной едкий комментарий:       — Если бы знал, что ты играешь за еду, назначил бы репетицию в кафетерии.       Спенсер прыснула, представив себе эту картину, а потом резко подняла голову и посмотрела на часы. Своей шуткой молодой человек напомнил ей о встрече с Уитмором, до которой оставалось двадцать минут. Нужно было что-то придумать и как можно скорее, потому что, даже если она уйдет с репетиции прямо сейчас, она все равно опоздает. Но все лучше, чем совсем не прийти и даже не предупредить об этом.       Доиграв до конца припева, Мелисса остановила метроном и тут же поймала на себе полный непонимания взгляд Хорна.       — Там еще бридж и модуляция.       — Я в курсе, — устало протянула Спенсер, — но мы репетируем уже бог знает сколько, мне нужен отдых.       — Отдохнешь после получения гранта, — скривился мужчина и потянулся к метроному.       — У меня срочное дело… — девушка закусила губу, соображая, что будет звучать максимально правдоподобно, но при этом не вызовет новую волну шуток. — Мне надо забрать подарок для Кэсси, магазин скоро закрывается, если не сегодня, то заказ может пропасть.       Джеймс недоверчиво прищурился и смерил девушку взглядом, пытаясь понять, врет она или нет. Мелисса напряженно ждала, что наставник ей ответит. Прикрываться Доэрти в этой ситуации было не лучшим решением, к тому же, ей теперь придется все-таки подарить что-то подруге на липовый день рождения. Но Спенсер подумала, что будет решать проблемы последовательно. Сейчас главным было поскорее уйти.       — К следующему разу выучи оставшиеся два листа, — спокойно и немного устало сказал Джеймс. — Если будут ошибки, на мое великодушие можешь не рассчитывать в следующий раз. Будешь играть, пока руки не отпадут.       — Замечательно, — усмехнулась девушка, а потом добавила, — спасибо.       Она была приятно удивлена тому, что Хорн, несмотря на свой абсолютно невыносимый характер, все-таки пошел ей навстречу. Ей даже стало неловко, что она его обманула. Мелисса собрала свои вещи и хотела было попрощаться, как молодой человек окликнул ее у самых дверей.       — Хотел спросить… — он немного замялся, — про Кассандру.       От былого спокойствия не осталось и следа, Спенсер ощутила, как раздражение будто накрывает ее с головой.       — Что именно? — сухо спросила Мелисса. Она не узнала собственную интонацию, в ней явственно угадывалась претензия, от которой даже самой девушке стало не по себе.       — Ну, вы же, вроде как, подруги, что ей нравится?       — Она передо мной не отчитывается.       Спенсер не понимала, что на нее нашло, и от того, что именно и как она говорит, ей самой стало жутко неприятно. А когда Мелисса заметила, что и лицо Джеймса меняется после ее ответов, девушке захотелось тут же уйти и спрятаться, чтобы не продолжать этот разговор.       — Ясно… — протянул молодой человек, — я просто думал, что подарить. Видимо, придется что-то стандартное.       Джеймс взял со стола метроном, чтобы убрать его обратно в шкаф. Он хотел задать Мелиссе еще один вопрос, но после ее реакции на предыдущий немного замялся.       — Слушай, если ты опаздываешь, может быть, тебя подбросить? Куда там тебе надо?       Тишина в ответ заставила Хорна обернуться: в аудитории он был один, Мелисса уже ушла.