Глава 10. День нерождения

      — Кто бы мне сказал, как так получилось, что я отказалась помогать Кэсси, но в итоге вся готовка на мне? — обратилась Сара к вошедшей на кухню Мелиссе.       Вопрос был риторическим, но Спенсер все равно попыталась на него ответить:       — Не знаю, возможно, дело в твоей природной доброте.       Девушка отмахнулась, а Мелисса устало плюхнулась на стул позади нее. Спенсер разогнула спину с характерным хрустом и рассмеялась. Девушка только что домыла полы в квартире и впервые за день присела, чтобы передохнуть.       — Гости придут через час, — бросила через плечо Голди, — не хочешь начать собираться?       — Неа, для чего мне наряжаться, я же не именинница, — прыснула от смеха Мелисса и потянулась к тарелке с фруктами, стоящей перед ней, но вовремя подошедшая к столу Сара, хлопнула девушку по руке.       — Кэсси тоже, но она весь день готовится, — Сара ухмыльнулась, заметив, как Спенсер потирает ушибленную руку и пытается изобразить оскорбление на своем лице. — Серьезно, Спенсер, уже все готово, помогать не нужно.       В коридоре послышался топот ног, и через секунду в дверном проеме уже стояла Кэсси.       — Ну как я вам? — девушка покрутилась вокруг себя, показывая подругам красивое платье небесно-голубого цвета.       — У меня точно такое же, — нахмурившись неуверенно протянула Мелисса.       — Это твое и есть, — с улыбкой ответила Доэрти, а заметив шок от услышанного на лице Спенсер, добавила, — тебе жалко что ли?! У меня праздник вообще-то.       — Ты могла спросить! — чуть повысила на нее голос Мелисса. — Я сама хотела его надеть.       — Но ты была занята и сказала тебя не отвлекать, — ответила Доэрти с упреком, — к тому же, смотри, мне оно идет больше, я все-таки более стройная. Как ты вообще в него влезть собиралась?       Спенсер нервно отбросила волосы и отвернулась от Кэсси. Наглость девушки, казалось, переходила все мыслимые и немыслимые границы. Мелиссе было больно слышать подобное в свой адрес, вдвойне обидно ей было еще и от того, что она знала наверняка — Кэсси попытается уколоть ее и при гостях. Джеймс будет свидетелем этому и не факт, что не поддержит шутки Доэрти своим смехом.       — Вот коза, — проговорила Сара, когда Кэсси убежала обратно в комнату. Голди положила руку на плечо Мелиссы в попытке поддержать. — Хочешь, возьми что-то из моего, если тебе нечего надеть.       — Спасибо, — буркнула Спенсер. Настроение было испорчено, и ей уже просто хотелось собраться и уйти гулять, а не изображать празднование дня рождения.       — Очень надеюсь, что вы не поубиваете друг друга сегодня, — продолжила Сара.       — С чего бы это? — спросила Мелисса.       Девушка поднялась с места и хотела уже уйти с кухни, но увидела довольную улыбку на лице собеседницы.       — Чего ты улыбаешься? — от выражения лица Голди Спенсер странно себя почувствовала.       — Мелисса, ты правда думаешь, что никто ничего не понимает? — улыбка Сары стала шире. — Ты свое лицо после репетиций с Хорном видела когда-нибудь? Не тогда, когда ты возвращаешься черт знает во сколько, а когда вовремя приходишь домой.       Спенсер испуганно посмотрела на Голди, а потом закрыла дверь на кухню и вернулась обратно за стол.       — Пожалуйста, только никому ни слова, даже Кэсси, — Мелисса перешла на шепот, — она болтушка и точно все расскажет Джеймсу.       — Она знает, — сказала Сара, — думаешь, просто так пытается тебя задеть, берет платье, которое ты сама хотела надеть, а еще просит тебя помочь, чтобы она успела привести себя в порядок к празднику, а ты — нет. И уж кто-кто, а она точно не скажет Джеймсу ни слова, чтобы не дай бог он не посмотрел на тебя иначе.       — Проклятье, — выругалась Мелисса, — теперь я еще больше не хочу участвовать в этом представлении.       — Без паники, — усмехнулась Сара, — побуду твоей феей-крестной и помогу собраться на бал, одолжу платье. Мышь в коня превратить не смогу, конечно, — она показала подбородком в сторону спальни, где сидела Кэсси, — но в остальном к твоим услугам.       Мелисса почувствовала невероятное облегчение от того, что ее тайна теперь не принадлежит только ей и она может всем поделиться с Гольдшмидт. Спенсер улыбнулась подруге и от нахлынувшего чувства благодарности обняла.       — Но почему ты захотела помочь именно мне, а не Кэсси, вдруг у нее все намного серьезнее?       Даже в минуты важных для себя решений Спенсер не могла перестать думать о чувствах других. Кассандра ее раздражала, но при этом ей вдруг стало ужасно стыдно от мысли, что они с Сарой будто объединяются за ее спиной.       — Да потому что ей плевать на Джеймса, — просто сказала Голди, — по сути, она готова быть хоть с кем. Вот увидишь, она и к Дэну с Виктором будет пытаться подбивать клинья, когда поймет, что с Хорном ей ничего не светит.       — С чего ты взяла, что не светит?       — Что-то мне подсказывает… — таинственно улыбнулась Голди.

*      *      *

      Ближе к назначенному времени Кэсси заняла пост напротив входной двери. Она хотела сама встретить Джеймса и боялась, что если отойдет хоть на секундочку, кто-то другой откроет ему дверь вместо нее.       Это стало причиной для снисходительных улыбок со стороны Сары, она уже собиралась спросить Доэрти, начнет ли та вилять хвостом и лаять, когда услышит за дверью шаги, но решила, что эта шутка может задеть Кэсси.       Мелисса тоже ждала, она чувствовала, как у нее вспотели ладони, совсем как перед кабинетом дантиста, когда находишься в ожидании и с одной стороны хочешь, чтобы это самое ожидание как можно скорее прекратилось, а с другой — мечтаешь поскорее убежать со всех ног домой. Она чувствовала себя не в своей тарелке, так и не решив, как ей сегодня общаться с Хорном. Делать ли вид, что она ему не сильно рада, или перестать играть в эти игры и показать свое настоящее отношение?       Звонок в дверь резко выдернул девушку из ее размышлений и она, услышав мужские голоса в прихожей, пошла в их направлении.       С букетами цветов наперевес в центре прихожей стояла довольная Кэсси. А Виктор, Джеймс и Дэн озирались по сторонам, ища место, куда можно повесить верхнюю одежду.       — Парни, — крикнула на ходу Спенсер, — помочь раздеться?       — Разве можно отказаться от такого предложения? — широко улыбнулся Виктор и, взяв руку подошедшей к нему Мелиссы, поцеловал. — Еще и от такой прекрасной девушки.       Мелисса рассмеялась, услышав шутку, но потом заметила Хорна, лицо которого выглядело крайне недовольным. Он перевел взгляд со Спенсер на своего друга и цокнул языком.       — В этот раз поаккуратнее, — сказал музыкант, когда очередь дошла до него.       Он протянул девушке шубу, ожидая, что она что-то скажет ему в ответ, но Спенсер просто молча повесила ее в шкаф. Молодого человека это немного озадачило, он специально снова сказал ей колкость, надеясь, что девушка скажет ему хоть что-то или хотя бы закатит глаза, но молчание Мелиссы его разочаровало, будто ей было все равно.       — А где же знаменитые американские колкости? — подняв бровь поинтересовался мужчина.       — Сдуло холодным лондонским ветром, — улыбнулась девушка.       — Неужели более культурная обстановка пошла на пользу? — не оставил попыток уколоть ее молодой человек, — а я все голову ломал, почему ты перестала раздражающе вести себя на репетициях.       Девушка отвернулась от него и поджала губы. На последних двух репетициях она действительно не вступала со своим наставником в дискуссию: она не спорила, старалась играть так, как он говорит. Но Спенсер и подумать не могла, что Джеймс обратит на это внимание, неужели Голди была права и у нее действительно не получается ни от кого ничего скрыть.       Кэсси подсуетилась и, стоило Джеймсу появиться в гостиной, как она тут же усадила его на свободное место рядом с собой, щебеча при этом что-то про желание именинницы, которое непременно нужно исполнить. Сев на свободный стул напротив Хорна, Спенсер чуть успокоилась, она надеялась на то, что все внимание музыканта перетянет на себя Доэрти. Но каждый раз, когда она отрывала глаза от тарелки, она замечала на себе его взгляд. Молодой человек не отводил глаз, будто и не пытался скрыть своей заинтересованности.       Дэниел Росс, сияя от счастья, показал собравшимся свою новую камеру, которую именно сегодня вечером хотел впервые попробовать в деле. Добрая половина пленки ушла на Кэсси, которая то и дело пыталась втянуть с собой в кадр Джеймса, а Хорн каждый раз пытался найти предлог, чтобы этого не делать. В ответ на что девушка делала вид, что это обижает ее до глубины души, тем самым вынуждая музыканта все-таки передумать, но он был непреклонен. Молодой человек согласился только на общее фото, и, когда молодые люди пытались расположиться на диване так, чтобы всем хватило места, он оказался совсем рядом со Спенсер. Чувствуя его так близко, девушка старалась не отводить взгляд от объектива, но в последний момент что-то заставило ее повернуть голову в сторону Джеймса, и, как только они встретились взглядами, раздался звук затвора.       — Мы испортили снимок, — проговорила Мелисса так тихо, чтобы ее услышал только Джеймс.       — Это будет лучший снимок вечера, вот увидишь, — улыбнувшись ответил он.       Девушка впервые видела на его лице такую улыбку. Она не была насмешливой и саркастичной, скорее мягкой, способной растопить ее сердце. Мелисса улыбнулась в ответ, а потом вернулась обратно на свое место за столом. Вечер был таким душевным, что Спенсер успела мысленно поблагодарить Кэсси за такую задумку.       — Мелисса, милая, — ближе к концу вечера Виктор обратился к девушке, — тебе невероятно к лицу это платье.       Он дотронулся до рукава девушки, чтобы изучить ткань, из которой была сшита вещь, но Джеймс его вдруг одернул.       — Зря рассыпаешься в комплиментах, день рождения сегодня не у нее!       От того, с какой интонацией это прозвучало, Сара едва подавила смешок. Услышав это, Мелисса посмотрела ее сторону и заметила довольную улыбку, которая стала еще шире, будто девушка придумала что-то.       — Мы уже успели обсудить все на свете, может быть, включим музыку, чтобы не сидеть в тишине? — обратилась Гольдшмидт к гостям. — У меня есть один из последних альбомов Аббы.       — Обожаю этих ребят, — тут же сказал Дэниэл, — надо было сразу включить.       Все остальные как будто тоже были не против такого музыкального сопровождения. Спенсер же прищурилась, пытаясь понять, что именно задумала Голди и почему ее так радует то, что она собирается сделать.       Когда девушка поставила пластинку в проигрыватель и заиграла песня, с первых строк Мелиссе захотелось провалиться сквозь землю:

«Everybody screamed

When I kissed the teacher»

      Убедившись в том, что никто не смотрит в ее сторону, Спенсер выразительно, одними губами, произнесла «Я тебя убью» в сторону Сары, та же послала ей воздушный поцелуй и тихо рассмеялась.

«One of these days

Gonna tell him I dream of him every night»

      Слушая слова песни, Мелисса чувствовала, что ее румянец стал настолько пунцовым, что это уже выглядит неприлично. Она боялась смотреть в сторону Хорна, девушка поняла, что все, о чем она думает, написано у нее на лице. Когда же она повернула голову, она заметила взгляды Дэна и Виктора, которые улыбнулись и понимающе кивнули девушке.       — Кажется, овощи закончились, — быстро проговорила Спенсер и, схватив почти полную тарелку, понеслась в сторону кухни.       Пока Мелисса шла по коридору, она задумалась о том, что лучше всего ей просто сбежать. Накинуть куртку и выйти проветриться на улицу, а вернуться, когда гости разъедутся по домам. Но она быстро одернула себя и все-таки повернула на кухню. Закрыв за собой дверь, она принялась обмахивать руками лицо, чтобы оно перестало так гореть и немного охладилось. Помогло это не сильно, поэтому Спенсер подошла к холодильнику и прислонилась лицом к его холодной поверхности. Стало чуть лучше и значительно спокойнее, даже сердце перестало так громко стучать в груди.       — Научить открывать холодильник?       Вошедший на кухню Джеймс снова ухмыльнулся в свойственной только одному ему манере.       — Лучше научи прилично вести себя в гостях, — Мелисса отошла от холодильника и села за кухонный стол, — хотя, погодите, ты и сам не умеешь.       Мужчина рассмеялся и на его лице появилась та добрая улыбка, которую девушка уже видела сегодня.       — Ну наконец-то ты снова стала собой, я ведь даже успел соскучиться.       Молодой человек подошел ближе, его взгляд упал на тарелку, которую девушка унесла с праздничного стола. Хорн улыбнулся уголком рта, будто понял, что стало причиной капитуляции Мелиссы.       — Ну и зачем же ты убежала? — спокойно спросил он.       — Не люблю Аббу, — соврала Спенсер и, чтобы ее не поймали на лжи, попыталась сразу перевести тему. — Ты сам сюда зачем пришел? Разве Кэсси тебя не потеряет?       — Ее развлекает Виктор рассказами о предстоящих модных показах в Лондоне.       Парень оглядывал кухню не замечая, что Мелисса следит за каждым его движением не отводя глаз. Найдя на подоконнике приемник, он подошел к нему и выкрутил ручку громкости на максимум. Звуки песен из гостиной заглушил шум радиопомех. Музыкант настроился на ближайшую частоту, и из динамиков послышался убаюкивающий голос диктора.       — Не благодари, — сказал Хорн.       — Я и не собиралась, — ответила Спенсер.       Она рассчитывала на то, что Джеймс сейчас вернется обратно на праздник, но он продолжал стоять напротив нее, будто ожидая чего-то.       Когда через несколько минут диктор закончил передачу и послышалась музыка, Хорн подошел к девушке и протянул ей руку:       — Хватит сидеть и киснуть, Спенсер.       Мелисса посмотрела не него снизу вверх и неуверенно вложила свою ладонь в его. Молодой человек аккуратно взял руку и потянул вверх, помогая девушке подняться на ноги.       — Ну и что дальше? — спросила Мелисса.       — Если продолжишь задавать тупые вопросы, песня кончится и не узнаешь.       Джеймс сократил расстояние между ними и положил свободную руку на талию девушки. Когда он притянул Спенсер к себе, она чуть не вскрикнула от неожиданности. Заметив это, Хорн усмехнулся и ослабил хватку, чтобы не напугать Мелиссу своим напором, ведь опускать ее сейчас ему хотелось меньше всего.       Спенсер положила свои ладони на плечи музыканту, позволила ему вести ее за собой в танце и, набравшись смелости, посмотрела ему в глаза. Их голубой цвет не поддавался описанию, с такого близкого расстояния он казался особенно завораживающим. Она будто тонула, понимая, что ничто сейчас не способно заставить ее отстраниться.       С Джеймса будто спала маска, которую он надевал для всего мира, сейчас он был собой, смотрел на нее с улыбкой, от которой исходило такое тепло, что Спенсер боролась с желанием прижаться к нему всем телом и обнимать до скончания веков. Вдохнуть полной грудью запах его одеколона, который ей так нравился, который ассоциировался только с ее наставником и их многочасовыми репетициями.       — «…if you’re going to San Francisco, Be sure to wear some flowers in your hair…» — пропел вполголоса Джеймс, вторя песне по радио.       — Я не собираюсь никуда отсюда уезжать, — ответила девушка, — так что не дождешься, Хорн.       Он усмехнулся, но ничего не ответил. молодой человек понимал, что и сам не хочет, чтобы она покидала Лондон, чтобы уезжала от него. Им вдвоем осталось не так много репетиций, а о том, что будет дальше, было тяжело думать. Страшно было представить, что после концерта они снова станут незнакомцами, чужими друг другу. Девушка начнет обучение в академии, а Джеймс продолжит записывать альбом, с которым затем поедет в тур, и больше их пути никогда не пересекутся. В том, что Мелисса сможет получить грант, он не сомневался. Спенсер не могло сломить ничего: ни его придирки, за которые музыканту после репетиций было чертовски стыдно, ни что бы то ни было еще, она боролась за свою мечту, она была по-настоящему хорошим, хоть и начинающим, музыкантом. И это вызывало в нем восхищение, которое прежде он ни к кому не испытывал.       Он боролся со своими чувствами, но сдерживать их было выше его сил. Мелисса заметила, как взгляд Джеймса скользнул по лицу и остановился на ее губах. Мгновения, пока музыкант сокращал между ними расстояние, казались вечностью. Почувствовав на своем лице его дыхание, девушка закрыла глаза, готовясь ощутить прикосновение губ, тех губ, о которых она мечтала последние несколько дней.       — Мелисса! — послышался из коридора крик Кэсси.       Молодые люди синхронно повернули голову в сторону двери и заметили забегающую на кухню Доэрти. Девушка взглянула на них, и улыбка на ее лице сразу пропала. Джеймс и Мелисса отстранились друг от друга, неловко посмотрев куда-то под ноги.       — Это курьер принес для мисс Спенсер, — Кэсси подняла перед собой коробочку, перевязанную бежевой лентой, и нервно потрясла ее.       — У тебя, что, тоже день рождения? — чувствуя напряженную атмосферу попытался пошутить Хорн.       — О нет, Мелисса часто возвращается домой с цветами и подарками от своего нового знакомого, разве она не рассказывала тебе? — Доэрти довольно улыбнулась. — Тут и письмо есть, сейчас прочитаю…       — Не надо, — крикнула Спенсер и попыталась остановить подругу, но та вытянула вверх руку с запиской и начала с притворством громко зачитывать текст:

«Дорогая Мелисса, верю, что «S» когда-нибудь сменится на «W». Надеюсь, этот подарок поможет тебе не опаздывать на встречи со мной. Твой Майкл».

      Дочитав, она сунула в руки Спенсер коробку с запиской и, хлопнув дверью, выбежала прочь.       Мелисса посмотрела на Джеймса и вся сжалась, заметив, каким взглядом он на нее смотрит. Она сняла ленту и оберточную бумагу и увидела бархатный футляр, в котором лежали золотые часы.       — Картье? — подошедший к ней Хорн, театрально изобразил удивление и присвистнул. — Недурно. Позвольте, мисс Спенсер?       Молодой человек достал из коробки часы, чтобы рассмотреть ближе. Спенсер не стала ничего ему говорить, она понимала, что самолюбие Джеймса оскорблено.       — Красивые часы для красивой девушки, — заключил он и протянул их обратно Мелиссе.       Стоило ей потянуться к ним, как музыкант убрал руку и нахмурившись посмотрел на девушку:       — Придется быть хорошей девочкой и не опаздывать больше, — понизив голос проговорил он. — Так вот куда ты так рвалась после репетиции? Зарабатывать на часы?       — Я не… — Мелисса помотала головой, но Джеймс не дал ей закончить фразу.       — В таком случае, что ты подарила Кэсси?       Сил врать не было, Мелисса тяжело вздохнула и молча пожала плечами. Любая ложь была бы мгновенно раскрыта, реши Джеймс задать этот вопрос Доэрти. Все и так складывалось не лучшим образом, и делать ситуацию еще хуже было чревато новыми проблемами.       Джеймс положил часы обратно в коробку и вышел из кухни, оставив девушку одну. Дрожащими пальцами она перевернула часы и заметила на обратной стороне гравировку — две изящные буквы M. W.