Глава 24. 911

      Мелисса стояла лицом к стене, выкрутив горячую воду почти до максимума, до той температуры, которую еще могла вытерпеть. Ванная комната утопала в паре, и девушка надеялась, что он поможет скрыть хотя бы что-то от глаз Майкла. Спенсер напряженно прислушивалась, пытаясь различить за плеском воды движение, обернуться она боялась.       Облокотившись на стену, в паре метров от девушки, стоял Уитмор. Мужчина теперь не отпускал ее одну в душ, он сдержал свое обещание и отныне каждый день мог наслаждаться тем, что наблюдает, как девушка принимает душ.       Майкл смотрел на обнаженное тело Мелиссы, на напряженные мышцы под ее почти прозрачной тонкой кожей, покрытой синяками и ссадинами, которые он сам же и оставил. Молодой человек не переставал сверлить Спенсер взглядом в надежде, что вот-вот она обернется и посмотрит на него. Но Мелисса будто назло ему не поворачивалась. Девушка тянула время, зная, что ее ждет после того, как она вернется в спальню.       Когда Спенсер выключила воду, тишина показалась ей пугающей. Еще какое-то время Мелисса продолжала прислушиваться к тому, как вода уносится все дальше по трубам, прочь из этого поместья. Девушка хотела бы так же.       — Жди меня в комнате, — прозвучал голос Майкла, и девушка почувствовала, как Уитмор накрывает ее плечи мягким полотенцем, а затем добавляет с довольной улыбкой, — можешь не одеваться.       Стараясь не встречаться с ним взглядом, Спенсер как можно скорее покинула ванную комнату. Оставшись наконец одна, Мелисса закрыла глаза, чувствуя, как к ним подступают слезы. Она думала, что это все не будет длится долго, что это просто невозможно, что она скорее умрет, чем будет терпеть издевательства день за днем. Но прошло уже черт знает сколько времени, а она до сих пор жива и даже, кажется, стала привыкать ко всему этому. Девушка потеряла счет времени, сначала она пыталась считать, сколько пробыла в заточении, но потом это занятие только усугубило ее обреченность, когда дни стали укладываться в недели, но ничего не менялось.       Когда из-за закрытой двери в ванную послышался шум воды, девушка обернулась. Ее взгляд скользнул по стене и остановился на входной двери. Стоило Спенсер взглянуть на нее, как по спине пробежали мурашки: в замочной скважине остался ключ, который Уитмор, запирая дверь, по всей видимости, забыл достать.       У Мелиссы кровь застучала в висках. Девушка с опаской покосилась на дверь в ванную, пытаясь оценить риски. Майкл вряд ли услышал бы ее сейчас, главным было выйти из комнаты, а потом она сможет запереть дверь, у нее будет достаточно времени, чтобы сбежать и спрятаться.       Спенсер быстро натянула на себя свое белье, которое лежало на кровати, и бросилась к платяному шкафу, чтобы взять оттуда что-то более удобное, чем длинное платье. Сердце билось где-то в районе горла, когда она застегнула последнюю пуговицу на рубашке, и на цыпочках подошла к входной двери. Девушка пыталась успокоиться, чтобы еще раз все обдумать. Она вдруг поняла, что ей нельзя показываться никому из прислуги, работающей в доме. Каждый из них ей враг и сдаст ее Майклу быстрее, чем она сможет покинуть особняк. Новый план пришел ровно в тот момент, когда девушка поворачивала ключ в замочной скважине: в гостевой, где она оставалась ночевать после гонок, был телефон. Если она сможет позвонить в полицию, вряд ли Майклу удастся замять дело, стражи порядка приедут и спасут ее, ей больше не придется жить здесь ни дня.       Высунув голову в коридор, девушка осторожно осмотрелась — там никого не было. Мелисса быстро вышла, тихо заперев за собой дверь. От нахлынувших эмоций голова закружилась, а Спенсер чуть не рассмеялась во все горло. Ее трясло, но она впервые за долгое время чувствовала что-то, хотя бы отдаленно напоминающее радость. Когда же звук воды прекратился, девушка закрыла рот рукой и поняла, что от страха не может сдвинуться с места.       Шаги Уитмора по комнате были подобны ударам молота. Не помня себя, Мелисса бросилась бежать по коридору в сторону гостевой спальни, которая располагалась на этом же этаже. Дышать было тяжело, и девушка снова почувствовала накатывающую тошноту. Она плохо чувствовала свое тело и у самой гостевой врезалась в столик, сбив с него фарфоровую вазу, которая тут же разбилась о каменный пол.       Грохот поднялся такой, что Мелисса была уверена — его было слышно даже на улице. Не теряя времени, Спенсер дернула за ручку нужной двери и с облегчением поняла, что комната не заперта. Внутри было пусто и темно, на ощупь девушка направилась к телефону. Она подняла трубку и дрожащими пальцами едва смогла набрать «911». Длинные гудки были такими успокаивающими, заставляли девушку верить в то, что у нее еще осталась связь с внешним миром, еще остался шанс быть услышанной.       Мелисса сосредоточилась на гудках, доносящихся из трубки, но им никак не было конца.       — Ну же… — прошептала Спенсер, с опаской глядя на дверь.       В коридоре послышались тяжелые шаги, Мелисса отказывалась верить своим ушам, если это был Уитмор, то как он смог выбраться из запертой комнаты так быстро? Спенсер не дыша прислушивалась к шагам, которые приближались к гостевой спальне, но затихли у самой двери.       Гудки продолжали звучать на том конце провода, когда дверь медленно распахнулась и свет из коридора пролился на бо́льшую часть спальни. Когда девушка увидела в дверях Майкла, она почувствовала, что земля уходит у нее из-под ног, а крик застревает в горле и она едва ли может произнести хоть что-то.       Спенсер продолжала слушать гудки, когда молодой человек зажег верхний свет и подошел к ней. Остановившись в метре от девушки, он проговорил сквозь зубы, указывая на телефон на столе:       — Положи трубку, Мелисса.       Девушка смотрела на него не шевелясь, надеясь только на то, что сейчас она услышит, как на том конце кто-то поднимает трубку, чтобы ответить. Ей даже на мгновение показалось, что все это какой-то бред, что она затеяла бесполезное дело. Что не было никогда других людей, были только они с Уитмором и больше никого. Никого, кто мог бы спасти ее, никого, кто мог бы услышать ее просьбу о помощи.       — Я сказал, положи трубку! — крикнул мужчина и нагнувшись резко выдернул телефонный кабель из стены.       Гудки оборвались, но Спенсер продолжала прижимать трубку к уху, вцепившись в нее так, будто это была ее спасительная соломинка. Испуганными глазами она смотрела на Майкла, не понимая, как так получилось, что он снова нашел ее. Мужчина будто прочитал ее мысли и рассмеялся:       — Я решил проверить, попытаешься ли ты снова сбежать. У меня был запасной ключ.       Он потряс в воздухе связкой ключей, а затем спрятал их во внутренний карман. Мужчина прошелся по комнате, осматриваясь. Пока он молчал, напряжение росло, Мелисса поняла, что сделала бы сейчас все, лишь бы ей стало легче, потому что выносить неизвестность было просто невозможно. Не дождавшись хоть какой-то реакции, Майкл продолжил:       — Знаешь, ты не такая дура, какой кажешься. Я думал, что ты снова побежишь на улицу…       Уитмор подошел к окну и резко отдернул шторы, заставив Спенсер вздрогнуть и выйти из оцепенения.       — Распорядился, чтобы выпустили собак.       Мелисса похолодела, представив, что с ней могло бы быть, реши она покинуть дом. Из окна со стороны улицы послышался шелест листвы и лай собак, на который она до этого не обращала внимания.       — Но ничего с тобой не случилось бы, если бы ты не решила меня предать в очередной раз, — раздраженно бросил молодой человек.       Майкл стоял к ней спиной, и Спенсер не видела его лица, но знала наверняка, что оно снова искажено от злобы. Уитмор с силой ударил по подоконнику и крикнул:       — Неужели это так сложно?! Неужели ты не можешь просто делать то, что я прошу?!       Мелисса сильнее сжала трубку в руке. Мужчина был так близко к ней, Спенсер почувствовала, что готова пойти на крайние меры. Она едва отдавала себе отчет, когда подбежала к Майклу и, набросив на его шею телефонный провод, приложила все силы, чтобы затянуть его как можно туже.       Уитмор не сразу понял, что происходит, и первых мгновений хватило девушке, чтобы зафиксировать свои руки так, чтобы мужчина не смог высвободится. Он судорожно царапал кожу на шее ногтями, чтобы ослабить утяжку, но Спенсер не собиралась ему уступать. В ней не осталось ни капли жалости к Майклу, она хотела лишь освобождения. Любой ценой. И раз молодой человек не дал ей убить себя, значит она убьет его.       Мелиссе было все равно, что будет потом. Стоя позади Уитмора и стягивая его шею все сильнее, она слушала, как он не то что не может ей помешать, но даже не может закричать и позвать на помощь. Впервые за время, проведенное здесь, девушка поняла, что именно ощущает Майкл, когда мучает ее. И после всего того, что ей пришлось пережить по его вине, она чувствовала лишь злорадное ликование.       Собрав последние силы, Уитмор попятился назад. Мелисса не успела понять, что именно он собирается сделать. Девушка была уверена, что ничто в мире сейчас не заставит ее отпустить его живым. Молодой человек с силой ударил ее спиной о ближайшую стену. Раздался звук разбивающегося стекла, и Спенсер почувствовала острую боль в спине. Удар пришелся точно в стекло висевшей на стене картины. В глазах потемнело, но Мелисса постаралась сделать все возможное, чтобы не выпустить провод из своих рук.       За первым ударом последовал новый, затем еще один и еще. Девушка чувствовала, как осколки стекла разрезают тонкую ткань рубашки, как, впиваясь в ее спину, входят все глубже. Спенсер закричала, на в силах больше терпеть это. В ее крике была смесь боли, отчаяния и ненависти, которую невозможно было сдержать.       Почувствовав, что Мелисса слабеет, Майкл снова попытался сбросить со своей шеи удавку, и на этот раз удачно. Он сделал долгожданный вдох и снова припечатал девушку к стене. После этого удара, она не смогла устоять на ногах и рухнула на пол прямо на россыпь поблескивавших осколков.       Уитмор восстановил дыхание, горло жгло, а на коже будто до сих пор ощущалась полоса от натянувшегося провода. Он провел по ней пальцами и поморщился от боли.       — Поднимайся! — прохрипел Майкл, обращаясь к Мелиссе.       Девушка не сдвинулась с места. лишь ее плечи стали сотрясаться от дрожи, охватившей все тело. Тогда Уитмор подошел к ней и, поддев ее ногой, заставил перевернуться на спину и открыть лицо.       Осколки в спине сразу дали о себе знать. Спенсер тут же попыталась подняться, но Уитмор поставил ногу на ее плечо, заставив лечь обратно. Девушка взвыла от боли и попыталась отползти, но Майкл не дал ей этого сделать, он только сильнее надавил на нее и наклонился ближе.       — Ты хотела меня убить, Мисси? — жутко прошептал он. — Меня? Того, кто всеми силами пытается позаботиться о тебе, пока ты, неблагодарная шлюха, только и думаешь о том, как бы побыстрее сбежать отсюда?       — Ублюдок, — выдохнула девушка. — Меня все равно спасут!       Майкл рассмеялся ей в лицо:       — Где же тогда твои спасители, принцесса?       Он отошел от девушки и направился к шкафу. Резко раскрыв его створки, мужчина картинно удивился.       — Странно, тут никого, — он сорвал покрывало с кровати и наклонился, чтобы заглянуть под нее, — и здесь тоже.       Мужчина смеясь ходил по комнате, раскидывал вещи, срывал тяжелые портьеры с карниза, с издевкой пытаясь отыскать тех «спасителей», о которых уже не в первый раз говорит Мелисса. Отсмеявшись, он вернулся к девушке. Его лицо вновь приобрело то жуткое выражение, которое появлялось каждый раз, перед тем, как Майкл начинал мучить Мелиссу.       — Может, ты еще здесь, потому что никто и не собирается тебя спасать?       Девушка помотала головой отказываясь верить в то, что говорит молодой человек. Она не хотела принимать такой правды, но чувствовала, что сейчас верит в нее как никогда. Уитмор улыбнулся уголком рта, он чувствовал, что наконец-то смог убедить Спенсер в этом. Упиваясь своей маленькой победой, он продолжил:       — Если это не так, может быть, ты скажешь, что тебе ответили по телефону?       И он снова рассмеялся, а затем схватил Мелиссу за ноги и потянул в сторону коридора. Спенсер кричала, пока он тащил ее до своей комнаты, но не пыталась ему помешать. Она не сомневалась в том, что он снова изнасилует ее, как только запрет за ними дверь. Но этого не произошло. Молодой человек открыл проход между этажами и втолкнул туда девушку, а потом задвинул обратно шкаф. Спенсер стояла перед лестницей на чердак, не понимая, чего ей ждать теперь. Она хотела было подняться к себе, но замерла, едва поставив ногу на первую ступеньку. Мелисса все смотрела на деревянное перекрытие шкафа и пыталась решить, что ей делать.       Если бы кто-то ей сказал сейчас, что ей нужно простоять здесь до того момента, пока Майкл не решит к ней пойти, она бы осталась. Девушка испробовала все: она пыталась сбежать через окно, она пыталась позвонить в службу спасения, пыталась попросить о помощи, даже пыталась покончить с собой. Но все это окончилось неудачей. С каждым разом становилось только страшнее. От того ужаса, который Спенсер испытывала, хотелось лезть на стену и сделать все, лишь бы не чувствовать ничего подобного никогда больше.       Медленно девушка двинулась наверх. По ту сторону двери, на чердаке, раздавалось жалобное мяуканье, но Мелисса не слышала его, в ее голове звучала лишь бесконечная череда длинных гудков.

«Может, ты еще здесь, потому что никто и не собирается тебя спасать?»

      Она вспомнила слова Уитмора и закрыла глаза, осознавая бедственность своего положения. И почему-то, девушка сама не понимала, почему, она испытала облегчение. Мелисса сделала все, что могла, пытаться дальше просто бессмысленно.       Спенсер открыла дверь, и к ней тут же подбежал котенок, он терся о ее ноги, громко мяукая.       — Прости, дружок, сегодня был не самый удачный день.       Спенсер постаралась улыбнуться, будто хотела поддержать Майлза, будто он был человеком, не показывая ему, как ей тяжело и насколько бедственно их положение. Майкл подарил котенка, но ни разу за все время не задумался над тем, чем его кормить. Спенсер старалась приносить Майлзу то, что ела сама, иногда все отдавая ему. Все равно аппетита у нее не было, а видеть, как страдает бедный котенок, она не могла. Сегодня они оба остались без еды, но, если своего голода девушка не чувствовала, то одного взгляда на Майлза было достаточно, чтобы у нее защемило сердце.       Сняв с себя испорченную рубашку, девушка подошла к зеркалу и осмотрела спину. Было темно, Мелисса не увидела осколков, только на ощупь, проводя подушечками пальцев по коже, она смогла найти их все и вытащить. Обработав раны, она разделась и легла в постель. Лежать на спине было невозможно, поэтому она перевернулась на бок и закрыла глаза.       Сколько недель прошло? Сколько еще пройдет? Что вообще будет с ней и с ее ребенком? Что будет с Майлзом? Узнает ли хоть кто-то о том, что здесь происходило?       Вопросов было много и, засыпая, девушка не переставала задавать их себе один за другим, пока универсальный ответ не возник в ее голове и не заставил эту череду вопросов исчезнуть:

«Неважно»

      Неважно, как долго она здесь, неважно, что будет с ними всеми и изменится ли вообще хоть что-то.       Спенсер медленно погружалась в сон, но когда внизу хлопнула дверь, она будто упала откуда-то сверху обратно в свою постель. Широко открыв глаза, девушка посмотрела на заколоченное окно и прислушалась к шагам на лестнице.       Мелисса не дернулась, когда дверь на чердак открылась, не вздрогнула, когда почувствовала, как матрац на другой стороне кровати прогибается под весом чужого тела. Когда ее израненной спины коснулись холодные пальцы Уитмора, она и не попыталась его оттолкнуть.       Девушка чувствовала Майкла поверхностью своей кожи, он снова касался губами ее шеи. Уитмор вел себя так, будто ничего не произошло, будто все проблемы Спенсер сама себе придумала, и только она одна была виновата в том, что воспринимает все происходящее между ними настолько превратно.       Находясь так близко к Майклу, Мелисса впервые почувствовала, что ее страх отступает, отступает и то напряжение, которое копилось, пока она ждала следующего прихода молодого человека, не зная, что за этим последует. Вот он, рядом, не нужно больше ждать чего-то плохого, все уже происходит.       Горячее дыхание Уитмора заставляло покрываться кожу мурашками. Девушка позволяла ему гладить себя везде, где он мог дотянуться. А когда поняла, что не испытывает больше отвращения, ей стало не по себе. Мелисса пыталась скинуть с себя охватившее наваждение, но оно будто сильнее затягивало ее. Оно стало ощущаться только сильнее, когда Майкл снял с нее белье и оставил полностью голой.       Где-то глубоко внутри она вновь почувствовала страх, Спенсер судорожно пыталась расслабиться и сосредоточиться на мягких, даже в каком-то смысле нежных прикосновениях к ее телу. Девушка пыталась убедить себя в том, что все не так уж и плохо и не так страшно. Ей не будет больно, если она не станет сопротивляться.       Майкл раздвинул ее ягодицы и просунул между ними свой член. Он застонал от нетерпения у самого ее уха, а потом взял Мелиссу за бедра и, надавив чуть сильнее, вошел в нее. Девушка прикусила губу, чтобы не издать ни звука. Чувствуя, как Уитмор двигается в ней, она пыталась расслабиться, чтобы не ощущать той боли, которая стала уже привычной. Но в этот раз ничего такого она не испытывала, будто ее чувства отключили. Движения были плавными, и, казалось, что именно в отсутствии сопротивления был весь секрет. Если бы Спенсер подчинилась Уитмору раньше, она могла быть прекратить свои страдания.       Аккуратно девушка прогнулась в спине, чтобы изменить угол проникновения и почувствовала, как у нее приятно потянуло внизу живота. Будто сама по себе ее рука скользнула ниже. Дотронувшись до клитора, Мелисса запрокинула голову, касаясь затылком груди молодого человека.       — Теперь ты не будешь притворяться? — мягко проговорил Майкл.       Он накрыл руку девушки своей и надавил на нее, заставив Мелиссу шумно выдохнуть. Спенсер дернулась и попыталась отстраниться, но Уитмор только сильнее прижался к ней. Девушка хотела оттолкнуть его, но снова почувствовала, как ее с головой накрывает волна страха. Она постаралась успокоиться, мысленно убеждая себя в том, что все в порядке и, если она будет делать то, что нужно Майклу, все будет хорошо.       Спенсер начала двигаться ему навстречу, помогая проникнуть в себя до самого конца. Приятного в этом было мало, зато она почувствовала, что паника отступала.       — Хорошая девочка, — прошептал ей на ухо Уитмор.       Он провел языком по ее уху, дотронулся пальцами до ее затвердевших сосков и с удовольствием застонал. Мелисса была податливой и такой нежной впервые за все время. До этого она сопротивлялась или изредка пыталась обманывать его и просто не мешала получать удовольствие. Сейчас же все было иначе…       Майкл вышел из нее и развернул Спенсер так, чтобы она легла на спину. Он услышал, как девушка зашипела от боли, но при этом она ничего не сказала молодому человеку, только послушно раздвинула ноги, показывая. что теперь открыта перед ним, и позволяет прижаться к ней и продолжить.       Мужчина навис над Спенсер, стараясь разглядеть в темноте изгибы ее тела. Он знал, что она не отворачивалась, глаза едва заметно блестели и смотрели на него. Уитмор провел руками по ее животу, не встречая сопротивления. Все тело было расслаблено и ждало только его дальнейших действий.       Запрокинув ноги девушки себе на талию и медленно, наслаждаясь каждым мгновением, Майкл снова вошел в нее. Мелисса молчала, но все это воспринималось как временное неудобство. Майкл знал, что совсем скоро она будет стонать ему в ответ, надо только набраться терпения и подождать. Подчинять себе Спенсер было непросто, но молодой человек знал, что это определенно стоило того.       Он наклонился к ее лицу и поцеловал. Губы девушки, обычно плотно сжатые, приоткрылись, и она ответила на поцелуй. Уитмор почувствовал, что получил наконец-то то, чего так долго ждал. Он застонал и, сделав еще пару толчков, излился в Мелиссу.       Тяжело дыша, он приподнялся и лег рядом с девушкой, накрыл ее одеялом и притянул к себе, чтобы обнять. Спенсер положила голову ему на грудь и закрыла глаза, слушая, как бьется сердце Майкла. Ей стало вдруг так сложно представить, что всего этого могло бы не быть, если бы несколько часов назад она все-таки убила его. Засыпая, она решила, что даже не хочет представлять, что делала бы в таком случае.