Глава 32. Аноним

      Приняв заявление у Джеймса, детектив Уильям Монтгомери проводил молодых людей и тут же принялся размышлять над тем, как лучше преподнести его шефу, Генри Андерсену. Состава преступления почти не было, и он знал, что Генри развернет его с этим делом. Монтгомери и сам бы его отмел, если бы не одно но. Уж очень подозрительным было фигурирование Майкла Уитмора в двух делах о пропаже молодых девушек. Как минимум в двух. Кто знает, было ли что-то еще, о чем просто не сообщили в полицию.       Рано утром на следующий день он зашел в кабинет мистера Андерсена и застал шефа в не лучшем расположении духа. Увидев своего подопечного, тот лишь поморщился и сделал звучный глоток кофе из чашки, стоящей на столе.       — Чего тебе, Монтгомери? — буркнул он вместо приветствия. — Преступники в Лондоне кончились, что ты тут прохлаждаешься?       Уильям ухмыльнулся, о манере общения шефа он знал, поэтому такие вопросы ничуть его не смущали. Без лишних слов мужчина положил на стол перед Генри заявление Джеймса и скрестил на груди руки, ожидая реакции.       — Что это? — спросил Андерсен и прищурившись принялся читать.       — Заявление, — просто ответил Уильям и, отодвинув стул, сел напротив.       — Надеюсь, на твое увольнение, — отозвался собеседник усмехнувшись.       Они всегда общались именно так. Со стороны могло показаться, что Уильям с Генри друг друга терпеть не могут, но на самом деле Монтгомери был высокого мнения о своем шефе и считал его чуть ли не лучшим в своем деле, Андресен же дорожил детективом и, естественно, не хотел, чтобы тот покидал его участок.              Генри пробежался глазами по заявлению, а затем откинулся на спинку стула и потер переносицу. Мужчина тяжело вздохнул и посмотрел на Монтгомери:       — Уилл, мне нужно объяснять, почему это гиблое дело?       Детектив помотал головой, он все прекрасно понимал и сам, но рассчитывал на то, что обстоятельства, которые не были отражены в заявлении, смогут изменить настрой шефа.       — Во-первых, начнем с формальностей, — воспользовавшись молчанием Уильяма, продолжил Андерсен, — заявление о пропаже мы можем принимать только от родственников или супругов. А мистер Хорн, я так понимаю, ни то, ни другое.       — Так точно, сэр, но… — попытался вклиниться в разговор Уильям, но Генри перебил его.       — Во-вторых, откуда мы знаем, что мистер Хорн не врет насчет того, чему свидетелем был, что разговаривал с родственниками и вообще, что эти самые часы существуют? Бьюсь об заклад, парни просто девушку не смогли поделить, вот Хорн и дошел до пустых обвинений, лишь бы испортить жизнь тому, кто повлиял на решение «пропавшей» уехать из страны.       — Если бы не одно но, — ответил Монтгомери, — помнишь дело миссис Элизабет Уитмор, девушки из обеспеченной семьи, которая пропала года два назад?       — Что-то припоминаю, да, но там все было глухо, — нахмурился Андерсен, а затем опустил глаза на листок и его брови поползли вверх, — теперь вспомнил, Майкл Уитмор — это же…       — Именно! — просиял Уильям. — Тот самый безутешный муж, который успел развестись с миссис Уитмор раньше, чем следствие зашло в тупик. И вот опять никто ничего не знает, никто ничего не видел, девушка просто сбежала из Лондона, не предупредив ни родственников, ни друзей.       — Все это очень похоже на рецидив, — протянул напряженно Андерсен, — но все равно, пока мы не можем ничего предъявить мистеру Уитмору. Оснований для обыска тоже нет. А с учетом того, что это за семья, нас затаскают по судам, стоит нам хотя бы немного превысить полномочия.       — А если поднять старое дело, поговорить со следователем, который его вел, может, там будут зацепки? — Монтгомери совсем не хотелось уходить из кабинета шефа ни с чем.       — Им, кстати, занимался твой напарник, Пол Брэдли, — щелкнул пальцами Генри, — он вернется из отпуска в конце недели, дождись его и вместе возьмитесь за это дело.       — Но мы потеряем время, я могу и сам, — запротестовал Уильям, но Андерсен жестом остановил его, и мужчина замолчал на полуслове.       — С Полом вы быстрее со всем разберетесь, к тому же нехорошо получится, если ты за его спиной будешь пытаться что-то нарыть в его же незакрытом деле.              Генри убрал заявление Джеймса в стол и рассмеялся, поймав на себе недовольный взгляд Монтгомери:       — Это не обсуждается, Уилл. За несколько дней ничего не произойдет, а дело вдвоем вы закроете быстрее, так что иди занимайся тем, что сейчас в работе, и без самодеятельности.       Детектив отсалютовал ему и вышел из кабинета. Он понимал, что приказы не обсуждаются и тем более никак нельзя было им не следовать, но Уильям решил, что не будет ничего страшного, если он просто сходит в архив и просто бегло изучит дело Элизабет Уитмор.       Взяв папки со своими делами, чтобы ни у кого не возникло вопросов и подозрений, мужчина спустился в архив и убедившись, что за ним никто не наблюдает, открыл ящик с делами за нужный отрезок времени. Он пересмотрел все содержимое этого ящика, но дела не нашел. Сначала Монтгомери подумал, что перепутал год, но даже годом раньше и годом позже папки с данными расследования не было. Это насторожило Уильяма, он знал детектива Брэдли уже несколько лет, и за все это время Пол ни разу не заставил его засомневаться в том, что он добропорядочный полицейский. Но ему, как и всем людям, были свойственны некоторые слабости. По наблюдениям Уильяма, Пол был не особо внимательным, мог пропустить некоторые улики, что-то забыть или перепутать. И то, что дела Элизабет Уитмор не было в архиве, можно было списать на эту самую забывчивость.       Однако после того как Монтгомери покинул архив, не найдя там ничего, он решил, что, когда они начнут вести дело вдвоем, лучше перепроверять все и не особо верить Брэдли на слово. Уильям надеялся, что в итоге он убедиться в честности напарника, но на всякий случай решил быть начеку. Уж очень много совпадений вокруг его расследований.       Шефу Генри Андерсену он тоже решил пока ничего не говорить, он был прав, с пропажи девушки прошло много времени, чтобы что-то могло кардинально измениться за пару дней. Поэтому детектив решил набраться терпения и подождать. К тому же у него и без Мелиссы Спенсер было полно дел, которые требовали внимания.       В последний день отпуска Пола Уильям сидел в своем кабинете заваленный фотографиями с мест преступлений и кипой важных для следствия бумаг. Концентрация была ни к черту, и даже третья кружка крепкого кофе не могла помочь сосредоточиться.       — Монтгомери! — дверь резко распахнулась, и в комнату заглянул Андерсен. — В мой кабинет, живо!       На нем не было лица, так же внезапно, как он появился, мужчина захлопнул за собой дверь и ушел по направлению к своему кабинету. Его шаги все удалялись, а потом и вовсе затихли. Уильям поспешил за ним, пытаясь прикинуть на ходу, мог ли он сам стать причиной столь скверного настроения своего шефа.       — Я не буду ходить вокруг да около, Уилл, — начал Генри, как только Монтгомери зашел в кабинет, — сегодня нам поступил анонимный звонок. Сообщили, что в поместье Уитморов удерживают человека.       — Нужно ехать немедленно, — серьезно сказал детектив, — ордер уже выписали?       — Нет, и не выпишут, — ответил Андерсен, — звонок анонимный, если это ложный вызов, с кого мы потом спросим?       — Да плевать! — повысил голос Уильям. — Вы же знаете все вводные, вероятность, что там находится пропавшая девушка, настолько велика, что я даже не знаю, какие еще доказательства нужно предоставить!       — Не я решаю эти вопросы, ты же знаешь… — с некоторым бессилием проговорил Генри и виновато посмотрел на Монтгомери.       Детектив начал судорожно перебирать в голове разные варианты выхода из ситуации. Он чувствовал, что если не поехать в дом Майкла Уитмора как можно скорее, то дело по пропаже Мелиссы Спенсер можно будет положить на полку рядом с делом Элизабет. Стоило ему об этом подумать, как он тут же вскинул голову и произнес:       — Мы можем попытаться убедить их в том, что речь про пропавшую жену!       Заметив непонимание на лице Генри, он продолжил:       — Элизабет не нашли. Да, это было давно, но все это время она могла жить в огромном поместье Уитморов. И телефонный звонок тому подтверждение. Это достаточно веская причина.       — Годится, — кивнул Андерсен. — Тогда возьми дело и вызвони Брэдли, чтобы сообщить ему о том, что дело срочное и он нужен в участке.       Монтгомери вспомнил о своих подозрениях и решил пойти на хитрость, он слишком боялся запороть это дело, если вдруг в него вмешается Пол.              — Я поставлю его в известность, но поеду сам, пусть Пол спокойно отдыхает остаток отпуска, а то когда еще ему снова так повезет.       Он усмехнулся на последних словах, чтобы звучать правдоподобнее, а заметив утвердительный кивок Генри, тут же вылетел из его кабинета. Мужчина сразу направился к телефону и набрал номер Пола Брэдли.       — Эй, Пол, времени нет, поэтому без предисловий, — быстро проговорил Монгомери, услышав голос напарника в трубке, — где дело Элизабет Уитмор? В архиве я не нашел.              — А что стряслось, Уилл? — по голосу Брэдли казался напуганным.       — Все в норме, утром шеф его искал, вызвал меня, чтобы узнать. Просто скажи, где, — с нажимом произнес детектив.       — Я скорее всего забыл отнести его в архив, — будто заискиваясь промямлил Пол, — возможно, у меня в столе, может быть, еще где-то…       — Понял, поищу, — быстро ответил Уильям и положил трубку.       Он впервые слышал, чтобы Брэдли так разговаривал с ним, словно провинился в чем-то. Уильям лишний раз убедился в том, что не зря не стал посвящать его в суть дела.

*      *      *

      Раздался телефонный звонок, который не на шутку перепугал Джеймса. На часах было уже почти двенадцать ночи, и музыкант готовился ко сну, что было очень странно, зная его.       — Мистер Хорн, это детектив Монтгомери… — послышалось в трубке.       Сердце Джеймса начало колотиться в бешеном темпе. Несмотря на то, что детектив всегда говорил так, будто через секунду мир рухнет, Джеймсу все равно казалось, что вести у него не очень хорошие.       — Мистер Хорн, Вы здесь? – Монтгомери слышал лишь дыхание музыканта, который еще не проронил ни слова.       — Да-да, что случилось? – Джеймс прокашлялся, пытаясь изобразить настолько спокойный голос, насколько это было возможно и насколько хватало его актерских способностей.       — Поступило анонимное сообщение, что в поместье Уитморов кого-то удерживают, — Уильям говорил спокойно, но это совсем не успокаивало музыканта.       Детектив ожидал услышать хоть какой-то ответ Хорна, но на том конце провода была лишь тишина. Джеймс не мог выговорить ни слова, внутри все сжалось от осознания того, что он был так близко к Мелиссе, но даже не догадывался, что она там.       — Мистер Хорн, пока нет никаких оснований утверждать, что это действительно мисс Спенсер, но и не доверять наводке мы не можем. Я сейчас получу ордер и поеду в поместье… Думаю, не стоит затягивать с этим, учитывая все, что мы знаем.       — Я с Вами! – перебил Монтгомери Джеймс, он уже хотел было повесить трубку, как услышал голос детектива.       — Вообще это против правил, но учитывая все, через что Вы прошли, я сделаю исключение. Приезжайте к полицейскому участку. Прямо сейчас.       Руки Джеймса тряслись, он даже не с первого раза смог взять ключи от автомобиля, которые лежали на полке в прихожей. Когда Хорн оказался в машине, он начал прокручивать в голове все те моменты, когда он мог сделать хотя бы что-то, чтобы вызволить Мелиссу. Он упустил слишком многое, забывался в литрах алкоголя и толпах девушек, когда та, которую он любит, возможно, страдала. В ту самую секунду, когда ему было хорошо, она мучилась.       Забежав в полицейский участок, он вновь встретился глазами со Сьюзи, девушкой, которая и помогла ему с детективом. Она вежливо улыбнулась, но эта улыбка тут же исчезла с ее лица, теперь оно выражало какое-то сочувствие, девушка показала в сторону коридора и отвела взгляд. Стало понятно, что она в курсе того, что происходит.       Завернув за угол, чтобы пройти по коридору, Джеймс, не замечавший ничего на своем пути, буквально влетел в Уильяма.       — Мистер Хорн, я как раз забрал ордер, — Монтгомери улыбнулся и показал на листок, который держал в руках, но потом выражение лица детектива приобрело тот же обеспокоенный вид, который Джеймс уже видел у девушке в фойе.       — Едем сейчас? — только и спросил Хорн.       — Да, на моей машине, — Уильям ускорил шаг, — мы будем вдвоем, подкрепление нам не дали, посчитав, что на то мало причин, идиоты, — детектив усмехнулся. – Я не знаю, что нас там ждет, так что если Вы опасаетесь за свою жизнь, то лучше остаться тут, все равно Вы вряд ли сможете чем-то помочь.       — Я еду, — твердо сказал Джеймс, не проявляя никаких эмоций. Он был не против даже пожертвовать собой, понимая, что готов на это ради Мелиссы. При этом четко осознавая, что даже это не искупит его вину перед ней.