Глава 36. Ложь во спасение

      Вернувшись домой после больницы, Джеймс присел на диван лишь на пять минут, просто чтобы собраться с мыслями, немного выдохнуть и успокоиться. Он закрыл глаза и сам не заметил, как уснул. Когда же Хорн проснулся, он сразу посмотрел на часы, его сердце забилось быстрее: молодой человек планировал вернуться в больницу как можно скорее, а время шло уже к обеду.       Умывшись, он схватил первую попавшуюся свежую рубашку и выбежал из дома, даже не съев что-нибудь на ходу. В голове молодого человека была лишь одна мысль — побыстрее оказаться в больнице рядом с Мелиссой, он больше не хотел, чтобы все выглядело так, будто он ее опять бросил, в глубине души Хорн надеялся таким образом искупить вину хотя бы у самого себя, ну или просто начать учиться на своих же, как он думал, ошибках.       За стойкой администратора в больнице была уже другая девушка, она чуть не выронила всю стопку документов, которую несла, когда увидела перед собой Джеймса Хорна. Ей, конечно, передавали, что ночью он был тут, но она решила, что это очередной розыгрыш, который был вполне в духе ее коллег. Поэтому девушка даже не допускала и тени мысли о том, что эта ночная история могла оказаться правдивой.       — Я к Мелиссе Спенсер! — выпалил Джеймс, проходя быстрым шагом мимо администратора к отделению реанимации.       — Но… — выйдя из оцепенения, начала говорить девушка, но тут же поняла, что Хорн ее совершенно не слушает.       Бросив бумаги на стол, она побежала вслед за Джеймсом. Он уже хотел было открыть дверь, как она одернула его руку.       — И-извините, — девушка как будто начала заикаться, — но… но Вам туда нельзя, мистер Хорн.       — В смысле нельзя? — музыкант не понимал, о чем идет речь, ведь несколько часов назад врач сказал, что Мелиссу можно будет навестить утром. — Я к Мелиссе Спенсер, возможно, Вас не предупредили, но мне можно к ней.       Джеймс снова потянулся к ручке, но в этот раз девушка успела перехватить его руку. Выглядело это странно, учитывая, что администратор была гораздо ниже Хорна, вообще она была больше похожа на подростка, а то, как яро она не пускала в реанимацию известного музыканта, могло бы вызвать по меньшей мере восхищение у тех, кто считал, что ради любимого исполнителя девушка могла забыть обо всем, даже о работе. Во всяком случае, натурой она была увлекающейся, и это было вполне в ее духе, но не сейчас.       — Мисс Спенсер уже перевели в палату… — потупив взгляд, администратор добавила, — и Вам туда нельзя.       Девушке было очень неловко как-то противостоять Джеймсу, особенно учитывая, что он был одним из ее любимых музыкантов. Девушка старалась не смотреть в его ярко голубые глаза, потому что они буквально сводили ее с ума, она просто боялась сболтнуть лишнего. Девушка резко отпрянула от двери и быстрым шагом направилась в сторону фойе, но музыкант не растерялся и тут же остановил ее, достаточно грубо схватив за локоть.       — В какой она палате? — спросил Джеймс, его сердце колотилось, было ощущение, что он снова потерял Мелиссу и снова не знает, где она.       Администратор не отвечала, а лишь мотала головой, пытаясь высвободиться.       — В какой палате Мелисса Спенсер? — уже громче спросил Хорн, говоря как будто сквозь зубы.       Девушке стало страшно и она с опаской подняла глаза на него. Когда музыкант заметил ее затравленный взгляд, он будто пришел в себя и тут же ослабил хватку.       — Простите, — Хорну стало ужасно стыдно за свое поведение, но когда он настолько переживал, он иногда переставал себя контролировать.       — Я, я не могу Вам сказать номер палаты, это распоряжение детектива… — администратор сделала паузу, увидев непонимание на лице Джеймса. — Детектива Монтгомери. Вам лучше спросить об этом деле у него или у Мии Картер, это психиатр, она как раз сейчас здесь, кабинет 904, это девятый этаж.       Музыкант не сказал ни слова и практически побежал в сторону лестницы. Он настолько хотел побыстрее узнать, что творится в этой чертовой больнице, что даже не стал ждать лифт.

*      *      *

      Как только Миа вернулась из палаты, где лежала Мелисса, она тут же набрала номер Уильяма. Ей было необходимо сказать, что она согласна помочь девушке, но опасается, что все окажется бесполезным. Несмотря на свой опыт работы с абсолютно разными отклонениями, Картер была немного напугана поведением пациентки, она не могла понять, насколько глубоко задета психика Спенсер, а также где заканчивается страх говорить правду о своих чувствах и начинается ее реальное понимание вещей.       — Привет, я поговорила с Мелиссой, — Миа сделала паузу, — я буду с ней работать, но…       — Как она? — спросил Уильям, он не представлял, что испытывала девушка на протяжении этого времени, и как это все могло на ней отразиться.       — Сложно… — Миа вздохнула — Я даже не могу сказать, оправится ли она после всего, мне нужно будет написать свое заключение, я его передам мистеру Гордону, как будет готово. А что говорит этот Уитмор?       Возникла пауза, Уильям не знал, как в двух словах обрисовать ситуацию.       — Тоже не очень легко, — было слышно, как Монтгомери перелистывает страницы с записями допроса.       Во время паузы, которую взял Уильям, девушка услышала в коридоре какие-то посторонние звуки, будто кто-то бежал, и звук шагов становился все громче. Монтгомери продолжил свой рассказ, но Картер уже не слушала его, сконцентрировавшись на том, что происходило за дверью ее кабинета. Через пару секунд дверь распахнулась с такой силой, что ударилась о стену.       — Где Мелисса? — Хорн был настолько взвинчен, что уже не думал о соблюдении каких-либо приличий. Ему было плевать, насколько опасным для кого бы то ни было он выглядел, ему было необходимо убедиться, что со Спенсер все нормально или хотя бы ее состояние не ухудшилось.       — Уильям, я перезвоню, — сказала Миа в трубку, при этом не сводя глаз с влетевшего в ее кабинет молодого человека.       Джеймс почувствовал себя довольно неловко после такого спокойного тона Мии. Девушка улыбнулась музыканту и жестом указала на стул рядом со своим столом:       — Сэр, присядьте, пожалуйста.       — Да не буду я тут сидеть, — снова возмутился Джеймс. — Скажите, в какой палате Мелисса Спенсер.       — Как я могу сказать Вам, где мисс Спенсер, если даже не знаю, кто Вы? — будто не замечая того, что музыкант на взводе, спокойно спросила Миа.       Психиатр прекрасно знала, кто перед ней, но ей было важно успокоить молодого человека. Она понимала, что в своем теперешнем состоянии Джеймс пропустит мимо ушей все, что она ему скажет. Пока каждый из собеседников не успокоится и не начнет слушать, разговаривать будет бессмысленно.       Эта мысль показалась здравой Хорну, он даже обрадовался тому, что девушка понимает, что не нужно всем подряд говорить, где Мелисса и что с ней. Сам не заметив этого, он сел на стул перед Картер и спокойно ответил:       — Я Джеймс Хорн, друг Мелиссы.       Миа улыбнулась, она поняла, что ее спокойствие заставляет Хорна самого постепенно приходить в себя.       — Просто друг или больше, чем друг? — прищурившись спросила девушка. Это не было праздным интересом, в ее голове внезапно появилась идея, за которую Миа зацепилась, как за спасательный круг.       — Все сложно, мы не успели обсудить, кто мы друг другу… — молодой человек задумался на несколько секунд и вновь почувствовал себя паршиво.       Он посмотрел на психиатра, которая наблюдала за ним почти не моргая, и подумал, что, возможно, если она не сочтет его достаточно близким человеком для Мелиссы, то не пустит его к ней, поэтому он решил немного соврать:       — Мы встречались до того, как она пропала. Достаточно продолжительное время.       — Вы едва знакомы, да? — тут же спросила девушка. Когда она увидела на лице собеседника румянец стыда за то, что его поймали на лжи, она едва заметно улыбнулась уголком рта.       — Да, — тихо ответил Хорн, — но я люблю ее, и если бы не… — он не смог произнести это вслух, — у нас все было бы хорошо. Все только начиналось.       Ответ музыканта устроил Мию, кроме того, в карте девушки она видела его имя, как того человека, который доставил пострадавшую в больницу. Эта информация никак не нужна была медперсоналу, но играла важную роль в расследовании дела, и для нее самой сейчас это было крайне важным.       Мия задумалась, насколько опасной может быть авантюра, которую она собиралась провернуть. Девушка успокаивала себя только тем, что выбирать им не из чего и если не пойти на риск, то ничего хорошего точно не будет. А так можно хотя бы попробовать.       — Мистер Хорн, я только что говорила с детективом Монтгомери, — Картер сделала паузу, выжидая, когда музыкант направит все свое внимание на нее. — Раз вы близкий друг пострадавшей, я бы хотела и с Вами обсудить ее состояние.       Джеймс был как будто заворожен Мией, молодой человек чувствовал, что Картер буквально управляет его состоянием. Разговаривая с ней, ему не хотелось больше требовать от нее чего-то, совсем наоборот, он ждал, что она ему скажет. Его это ни капли не смущало, ему даже стало интересно, что будет дальше.       — Мы сегодня говорили с мисс Спенсер… — начала Миа, но Джеймс перебил ее.       — В какой она палате? Я могу ее увидеть?       — Мистер Хорн, — Картер улыбнулась, — Вам пока не стоит говорить с Мелиссой, ради ее же блага.       Хорн совершенно не понимал, о чем говорит психиатр, в его картине мира он желал Мелиссе только самого лучшего и сделал бы все, чтобы девушке стало легче.       — Нет, мне надо к ней, я ей помогу!       — Джеймс, я вижу, как Вы заботитесь о ней и переживаете. Поверьте, с физическим состоянием девушки сейчас все более-менее, ничего не вызывает серьезных опасений, но есть некоторые психологические проблемы, которые требуют внимания, — Миа в очередной раз убедилась, что Джеймс ее слушает, и продолжила. — Я буду наблюдать за ментальным здоровьем мисс Спенсер, пока она находится в нашей больнице. Я не могу назвать сейчас точный диагноз, у нас с Мелиссой был всего лишь один непродолжительный разговор, да и это врачебная тайна, сами понимаете. Но есть подозрение, что она не совсем понимает, что с ней произошло что-то плохое.       — Что Вы имеете в виду? — Джеймс напрягся, он искренне не понимал, к чему клонит Миа.       — Вы, наверно, в курсе в каком состоянии была девушка, когда ее доставили в больницу. Вы, как минимум, принимали участие в ее спасении, — Мие аккуратно подбирала слова. — так вот, для нее все было совершенно нормально, она не видит в этом проблемы, как будто произошедшее было настолько обыденным, что она просто привыкла.       Хорн не думал, что услышит что-то подобное, но смотрел на Картер и не знал, что ответить ей.       — Мисс Спенсер ждет Майкла и все еще готова выйти за него замуж… — Миа сбавила тон к концу фразы, боясь, как на такое отреагирует музыкант.       — Это скоро пройдет? — упавшим голосом спросил молодой человек.       — Правильней было бы спросить, пройдет ли вообще, — ответила девушка. — Но я не могу сказать, и сомневаюсь, что кто-то сможет… Травма могла быть настолько глубокой, что навсегда изменила Мелиссу, она может не справиться с этим.       — Что? Нет, это невозможно! — Джеймс начал тяжело дышать, — Она сильная и справится, Вы ее просто не знаете!       — Вы правы, я ее знаю не так хорошо, как Вы. Одно я могу сказать наверняка, в одиночку она с этим точно не справится, ей нужна помощь… — Картер остановилась, решая, стоит ли ей сейчас продолжать свою мысль. — Когда Мелисса будет чувствовать себя физически лучше, мы переведем ее в психиатрическую клинику.       — Но она не сумасшедшая! — Джеймс закричал так громко, что, казалось, его слышала вся больница. — Она не сумасшедшая, чтобы отправлять ее туда!       Именно такой реакции боялась Миа.       — Она и правда не сумасшедшая, но ей тяжело с тем, что сейчас происходит в ее голове, ей нужна помощь, нужно, чтобы кто-то о ней заботился.       Картер как будто уговаривала Джеймса свыкнуться с этим решением, хотя и сама не верила, что в психиатрической клинике с ее достаточно формальным подходом кто-то может помочь Мелиссе.       — Я буду о ней заботиться, — выпалил Хорн. — Я буду с ней!       Услышав это, Миа облегченно выдохнула, почти с самого начала разговора она надеялась, что Джеймс решится предложить свою помощь, психиатр увидела в нем возможность исправить положение Спенсер. Картер не была фанатом психиатрических клиник, учитывая, что во многих лечение ограничивалось лишь приемом лошадиной дозы седативных препаратов, а врача, который действительно занимался бы пациентами, было очень сложно найти. Под присмотром Хорна у Мелиссы было больше шансов выкарабкаться.       Несмотря на то что в психиатрическую клинику пострадавшую Картер не хотела отправлять, сбрасывать все заботы на человека, который мог не до конца понимать всю серьезность ситуации, она тоже опасалась, ей нужно было убедиться в том, что Джеймс отдает себе отчет в том, на что соглашается:       — Но Вы же понимаете, что не сможете тогда продолжать заниматься своей карьерой? Мелиссу нельзя будет оставлять одну как минимум первое время. Это может быть очень долгий срок.       — Я понимаю, концертов все равно мало, а те, что есть, я отменю. У меня есть некоторые сбережения, мы сможем жить на эти деньги. Я готов ради Мелиссы на все.       — Хорошо, — немного подумав, сказала психиатр, слова Хорна позволили ей укрепиться в ее решении, — возможно, Вы правы, и Мелиссе будет лучше в домашней обстановке с людьми, которых она знает.       Что-то подсказывало, что именно у Джеймса может быть шанс вернуть девушку назад, учитывая, что они с Мелиссой были близки, пусть и недолго. Для Спенсер психиатрическая клиника могла стать финальной точкой, скорее всего после нее девушка навсегда застрянет в том, что сейчас творится в ее голове. Миа любила эксперименты, как бы это жутко ни звучало в контексте психиатрии. Когда шансов на выздоровление практически нет, приходится использовать все доступные варианты, даже настолько рисковые.       И будь она тем, за кем остается последнее слово, она без промедления сама выбрала дальнейший план лечения для Спенсер, но, к сожалению для Мии, ей придется что-то предоставить главврачу и убедить его в том, что Мелиссе будет лучше жить у Джеймса.       — Тогда мы можем поступить таким образом: я сделаю так, чтобы Мелиссу отпустили домой, а не переводили в клинику. Я буду всегда с Вами на связи, причем с Вами обоими, буду контролировать процесс выздоровления мисс Спенсер, — Миа постучала ручкой по столу, как будто придумывая план на ходу. — Вы должны понимать, что будет нелегко, я даже не могу сказать, что Вас ждет…       — Я понимаю, это никак не повлияет на мое решение заботиться о Мелиссе.       — Хорошо. В любом случае сейчас мне нужно будет получить на это официальное разрешение. Оставьте свой телефон, я позвоню Вам сразу, как только решение будет принято, — сказала девушка и открыла папку с записями своего разговора со Спенсер.       Она пробежалась по ним глазами и вычеркнула пару моментов, одним из которых была попытка суицида. Поняв, что лучше все-таки переписать все это и не светить перед главврачом информацией, которая могла бы сыграть против ее предложения, психиатр цокнула языком и достала из ящика стола новый лист.       Джеймс не видел, что именно делает врач, он так и продолжал сидеть напротив нее, ожидая дальнейших указаний. Но Картер будто уже попрощалась с ним и не замечала, что он так и не вышел из кабинета. Музыкант решил попытать удачу и снова задать ей тот вопрос, с которым пришел:       — Раз мне можно будет забрать Мелиссу к себе, могу я все-таки ее увидеть сегодня?       Картер снова посмотрела на музыканта и помотала головой.       — Вас не пустят к ней, таково распоряжение Монтгомери, и я с ним полностью согласна, эмоциональное состояние девушки пока совершенно нестабильно, — Картер почувствовала, что Джеймс сейчас будет с ней спорить, поэтому решила снова прибегнуть к манипуляции. — Я думаю, Вы хорошо понимаете, как это может быть опасно, и не хотите подвергать Мелиссу такому неоправданному риску.       Джеймс не хотел соглашаться с психиатром, но начал ей больше доверять после того, как она все-таки согласилась отпустить Мелиссу с ним.       — К тому же, вопрос с клиникой еще не решен, — безэмоционально сказала психиатр. — Но если все получится, Вы должны будете подготовиться к приезду мисс Спенсер, сделать ее нахождение у Вас настолько комфортным, насколько это возможно.       Миа дала еще несколько указаний, которые музыкант на удивление внимательно выслушал. Закончив разговор, он вышел из кабинета и поплелся в сторону лестницы, ему нужно было обдумать всю полученную информацию и свыкнуться с тем, что скорее всего еще пару дней он не будет знать, что их ждет впереди, но он однозначно готов был пожертвовать своим спокойствием ради Мелиссы.

*      *      *

      Когда Джеймс сел обратно в свой автомобиль, он уронил голову на руль. Молодой человек так надеялся на то, что сегодня сможет увидеть Мелиссу, убедиться собственными глазами, что девушка пришла в сознание и с ней все хорошо. Не обнять, не поговорить, а хотя бы просто увидеть. Но даже этого ему не дали сделать.       Разговор с психологом окончательно выбил его из колеи, он не мог поверить в то, что состояние Мелиссы настолько плачевное, что у нее есть риск оказаться в сумасшедшем доме. Хорну было больно думать о том, что Спенсер не сможет оправиться от случившегося, еще больнее ему было думать о том, как именно над ней издевался Уитмор, что почти свел ее с ума. Слова Мии о том, что она продолжает ждать Майкла, приводили его в ужас. Он не хотел, но начинал думать о том, что возможно, Мелисса полностью в себе, просто любит Уитмора, действительно хотела от него ребенка и стать его женой. Джеймс пытался убедить себя в том, что это просто невозможно, ведь Майкл пытался ее убить, изувечил ее тело и душу. Но никакие факты не могли переубедить его. Он начинал думать, что после всего случившегося Мелисса простила Уитмора, а Джеймса она просто не любит и не любила никогда.       Тяжело вздохнув, он решил, что в данный момент ему просто необходимо взять себя в руки и перестать накручивать. Но давалось ему это тяжело. Когда вечером ему позвонила Миа и сказала, что ей удалось добиться разрешения врача и Джеймс сможет забрать Мелиссу домой, музыканту стало чуть легче, как будто в жизни появился просвет, у него есть еще шанс помочь Спенсер по-настоящему, сделать для нее что-то весомое.       Положив трубку, молодой человек сразу подумал о том, что через несколько дней Спенсер будет в безопасности у него дома, и он сам сможет с ней поговорить, узнать, как все было на самом деле, чтобы перестать мучиться от тяжелых мыслей. Тут музыкант подумал о том, что, наверное, о таком нельзя будет спрашивать, чтобы не травмировать девушку еще сильнее. Главное — вернуть ее к нормальной жизни, а захочет ли она оставаться после с ним — это уже ей решать. Пусть только у нее все будет хорошо, а он сам как-нибудь разберется со своими чувствами, себя в этой ситуации ему было совсем не жаль, все, что он чувствовал, — это небывалую вину перед Мелиссой и огромное желание защитить ее и помочь.       Чтобы не изводить себя переживаниями, Джеймс решил переключиться на хлопоты, связанные с подготовкой к приезду Мелиссы. Ему придется отдраить квартиру и превратить ее из холостяцкого логова в уютное место. С этим он справится в одиночку, а вот со всем необходимым для комфортного пребывания он может просчитаться. Молодой человек решил, что рисковать в этом деле он совсем не хочет, поэтому, спустившись вниз к своему автомобилю, он отправился прямиком на Стэмфорд-Хилл.       Только оказавшись у входной двери, музыкант подумал, что, наверное, следовало сначала позвонить Саре, чтобы узнать, дома она или на работе. В любом случае, соблюдать правила хорошего тона было уже слишком поздно, поэтому он просто позвонил в дверь и принялся ждать.       Дверь ему открыла Кэсси, которая сразу широко улыбнулась, когда увидела Хорна.       — Ого, Джейми, какими судьбами? — она попыталась обнять его, но музыкант прошел мимо нее в прихожую.       Джеймс был поражен тому, насколько Доэрти была как будто не в курсе всего произошедшего, но возмущаться у него сейчас не было сил.       — Мне нужна Сара, она дома? — начал было Джеймс, но тут же увидел Гольдшмидт, подходящую к ним.       — Джеймс, ты ко мне? — спросила девушка и, заметив утвердительный кивок, поманила музыканта рукой. — Пойдем в мою комнату.       Кэсси собиралась было сострить, но, поймав на себе суровый взгляд Сары, тут же закрыла рот и просто проводила Джеймса и Гольдшмидт взглядом.       Когда дверь в комнату Сары закрылась и они остались с Джеймсом наедине, девушка тут же испуганно посмотрела на Хорна:       — Ты был у нее? Как она?       — Меня не пустили, — покачал головой музыкант и сел на краешек кровати.       — Почему? Она так и не пришла в себя? — Сара испугалась еще больше.       — К ней никого не пускают кроме детектива, лечащего врача и психиатра. С последней я смог поговорить… — Джеймс почувствовал, что ему тяжело озвучивать это вслух, поэтому на несколько секунд замолк. Гольдшмидт напряженно ждала и не торопила его, — …они хотят отправить Мелиссу в психушку.       — Нет… — едва слышно проговорила девушка и закрыла рот рукой, — они не могут… она ведь…       — Я тоже не могу в это поверить, Сара, — Джеймс почувствовал, как к горлу подступили слезы. — Я уговорил врача позволить Мелиссе жить у меня, я смогу о ней позаботиться. Но мне придется завязать с музыкой. Хотя бы на какое-то время.       — Погоди, — девушка остановила его и, сев рядом с ним, взяла музыканта за руку, — что сказал врач?       — Она сказала, что Мелисса не в себе. Она не осознает, что с ней случилось и надеется, что Майкл вернется и заберет ее обратно, — последнее Хорн произнес так обреченно, что у Сары сжалось сердце.       — О, Джеймс… — Сара обняла его и почувствовала, как плечи музыканта сотрясаются от слез. Он прижался к ней и расплакался, дав волю своим чувствам.       — Я очень хочу ей помочь, но понимаю, что один я могу не справиться, — он отпустил девушку и вытер слезы с глаз, — я наведу порядок у себя дома и куплю, все что нужно, буду рядом. Но я боюсь, что о чем-нибудь могу забыть. Было бы хорошо, если бы ты смогла написать мне список необходимого или что-то вроде того.       — Конечно! — Сара немного приободрилась. — Ей нужна будет одежда… — Гольдшмидт немного замялась, не зная, как продолжить. — В больницу скорее всего тоже нужно будет что-то привезти, чтобы она смогла переодеться, вряд ли она поедет в той одежде, которую надевают на пациентов… или в той, в которой она поступила…       Джеймс вдруг вспомнил то платье, которое было надето на Мелиссе, когда он вытаскивал ее из багажника: черное прозрачное кружево, сквозь которое можно было отчетливо разглядеть бледное тело девушки. Молодому человеку стало не по себе, он постарался подумать о чем-то другом.       — Мы можем взять что-то из комнаты Мелиссы, — добавила Сара, — кроме одежды потребуются еще шампуни и всякое такое. Я все соберу, и ты сможешь забрать. Остальное купите вместе с Спенсер… — она постаралась улыбнуться, — ну или она сама скажет, чего именно ей не хватает. И ты сам купишь.       — Хотелось бы, чтобы ей сразу всего хватало… — грустно протянул Хорн и вдруг вскинул голову, вспомнив одну важную вещь, — не уверен, что Мелиссе подойдет ее старая одежда.       — Почему? — девушка нахмурила брови.       — Она очень похудела… — Хорн опять почувствовал, что у него защемило в груди, — я не знаю, какая одежда ей теперь сможет подойти.       — Я думаю, на первые пару дней смогу что-нибудь найти, а потом помогу купить новое. Мне нужно увидеть ее, чтобы понимать, какого именно размера одежду брать, — тактично сказала Сара.       Затем девушка похлопала Джеймса по плечу и ушла в комнату Спенсер, чтобы собрать ее вещи. Хорн остался один и снова почувствовал, как по его щекам текут слезы.