Глава 3. Тяжелая доля верховной жрицы

Амен многозначительно молчал, я же готова была провалиться в Дуат к Анубису, но вместо этого я лишь глупо хлопала глазами, скованная липким страхом. — Эва, почему ты здесь? — наконец подал голос эпистат — Ты должна быть дома, в своей постели. — Я могу всё объяснить — вмешался Рэймсс, чем привлек к себе внимание убийцы черномагов. Знаете, если бы Амен умел пускать смертоносные молнии из глаз, то одна из них точно попала бы в брата Реммао и в мгновение испепелила бы беднягу, превратив его кости в пыль. — Я не разрешал тебе открывать свой рот — злобно прошипел эпистат, переведя свой взгляд с Рэймсса обратно на меня — Эва? Ох, уж этот взгляд… Под ним чувствуешь себя жалкой каплей воды испаряющейся под огненным солнцем. Набрав полную грудь воздуха, я принялась сочинять небылицы. А что ещё мне оставалось? — Мы с ним — я опасливо посмотрела на своего напарника по некромантии — Изредка, по ночам, тайно встречаемся, чтобы провести время вместе. Не можем друг без друга. Вы же видели наш поцелуй? Любовь у нас, в общем. После моих слов огромные кулаки Амена сжались настолько сильно, что выступили синие вены, но его лицо осталось бесстрастным. Я больше, чем уверена, что он был готов придушить голыми руками моего лжевозлюбленного на месте. От него так и веяло смертельной угрозой. Только непонятно, с чего такая бурная реакция? Мне показалось это весьма странным и даже неуместным. — А почему тогда убегали? — эпистат вновь посмотрел на Рэймсса и гаркнул — Отвечай! — Испугались, что её отец узнает и запретит нам видеться — отлично подыграл он мне — Ведь я неровня ей. Я удивленно уставилась на молодого человека, поскольку последние слова он произнес довольно искренне, судя по всему, он действительно так о нас думал. Рэймсс впервые, с момента нашего знакомства, снял с себя маску надменности и ребячества. — Хорошо, что ты это понимаешь — одобрительно покачал головой Амен — А потому, предупреждаю всего лишь один раз: если снова увижу тебя рядом с ней — головы лишишься. Всё понятно? — Более чем — процедил сквозь зубы Рэймсс. — Тогда свободен — грубо произнес эпистат и отступил в сторону, освобождая парню дорогу. Как раз в этот момент в тупик прибежали Тизиан с остальными охотниками. Все они держали в руках оружие, а в глазах ясно читалась жажда крови. — Мы опоздали? — пытаясь отдышаться, спросил он и вопросительно посмотрел вслед черномагу. — Вы как раз вовремя — ответил довольный Амен — Проводите этого юношу до его жилища. Проследите, чтобы он добрался благополучно и никуда не свернул по дороге. Внутри меня всё похолодело, я искренне переживала за Рэймсса, мало ли, что на уме у этих охотников и их главаря. Он хоть и не стал мне близким другом, но судьба его, меня определенно волновала. — Идём, Эва — эпистат подошел, по-хозяйски положил руку мне на спину и надавил, чтобы я сдвинулась с места — Отведу тебя домой. — Я в состоянии сама дойти — огрызнулась я и отбросила его руку в сторону. «Да что он себе позволяет?!» — подумала я. — Что за непокорная неферут… — вздохнул Амен, довольно грубо схватил меня за локоть и потянул за собой — Значит, придется тащить тебя силой, а то вдруг ты решишь навестить этого наглого юнца. Не сказать, что мне было больно, скорее обидно и неприятно, ведь раньше никто так грубо не вёл себя со мной. Но всё же на душе отлегло, поскольку поцелуй все-таки сработал, амбал поверил, что мы с Рэймссом несчастные влюбленные. — Твой отец разве не говорил тебе, что жрицы всю жизнь должны хранить себя — начал разглагольствовать эпистат, когда мы уже подошли к дому — Такие, как ты, не имеют права скреплять себя узами брака, они полностью посвящают жизнь своему богу. — Нет, он мне такого не рассказывал — в очередной раз солгала я. Конечно, он мне рассказывал про это, буквально все уши прожужжал. Всё время твердил, что я должна быть чистой и невинной, иначе не быть мне верховной жрицей. А ведь мне уже скоро исполнится двадцать один год. Почти все мои ровесницы давно замужем, некоторые обзавелись детьми. Я же не имею права возлечь с мужчиной, даже помышлять о близости с оным. Моей единственной любовью должен быть Гор. Но я для себя уже давно решила, что этому не бывать. Я хозяйка своей судьбы. И очень кстати, что я стала шезму, смогу сама заработать на жизнь, когда сбегу отсюда. Только нужно ещё немного попрактиковаться… — Теперь ты знаешь и больше не будешь совершать подобных ошибок — Амен, к моему удивлению, почти нежно обхватил рукой мой подбородок и заглянул в глаза — Отцу твоему я ничего не расскажу, если будешь вести себя подобающе. Договорились? — Угу — пришлось изобразить покорность. — Вот и отлично — эпистат отпустил меня и указал на дверь, ведущую в дом — Ступай. Подойдя к входу, я обернулась и мой взгляд врезался мужчине в спину, он шагал по садовой дорожке. Подумав несколько секунд, я всё же решилась и спросила его: — Одно мне непонятно… Какое вам дело до моего целомудрия? Эпистат замер на мгновение, а затем сухо ответил, так и не обернувшись: — Доброй ночи, Эва — а затем скрылся во тьме. «Индюк высокомерный!» — подумала я и с силой захлопнула за собой дверь.

***

Новый день не задался с самого начала. Проснулась я в скверном настроении, поскольку не спала большую часть ночи. Под глазами были огромные синяки, кружилась и болела голова. На завтрак спускаться совсем не хотелось, ведь я наверняка там встречу раздражающего верховного эпистата с его прихвостнем. Но идти с пустым желудком в школу было чревато, голодный обморок был бы совсем ни кстати. Кое-как одевшись и причесав волосы, я все-таки спустилась в трапезную. На моё счастье за столом сидели только отец и Исман. — Наконец-то ты спустилась, дочь моя — воскликнул отец — Выглядишь уставшей. Ты не заболела? — Просто не выспалась — я плюхнулась на стул и зевнула. Брат протянул ко мне руку и погладил по плечу. Он всегда чувствовал мое настроение лучше других и потому сразу заметил, что меня что-то гложет. Но также он понимал, что при отце я не стану раскрывать свою душу, а потому любезно предложил: — Пойдем в школу вместе? — Как в старые добрые времена, когда ты ещё жил здесь? — улыбнулась я — С удовольствием! В этот момент отец смотрел на своих детей с умилением. Не могу сказать, что он плохо заботился о нас в детстве, ведь у нас с братом было абсолютно всё… Кроме его внимания. Из-за этого, глубоко в моей душе сидела обида на него, но я всегда тщательно старалась её скрыть. Даже если бы я и решилась рассказать ему о своих чувствах, это ничего бы не изменило, прошлое осталось в прошлом. — Папа, ответите мне на один вопрос? — обратилась я к родителю. — Да, задавай, конечно — он мило улыбнулся мне. — Зачем вы предложили эпистату жить у нас? — я скрестила руки на груди в знак недовольства и протеста. — Он почетный гость этого города. Моя обязанность, как верховного жреца, сделать его пребывание в наших краях комфортным — улыбка резко пропала с лица отца, он насупил брови. — Этот человек и его прислужники убивают людей — сказала я чересчур громко — Не смущает вас то, что с нами под одной крышей живут хладнокровные убийцы? Менес резко поднялся на ноги и оперся руками на стол, вид у него был крайне недружелюбный. — Он убивает шезму. Они не люди. Из-за них египетский народ стал болеть черной хворью. — Почему все решили, что всему виной черномаги? Где доказательства, что это они? — не унималась я. — Так сказал сам Фараон! — крикнул верховный жрец. — И мы должны поверить ему на слово?! Стало ясно, что в этот раз я перегнула палку, поскольку после моей фразы отец громко хлопнул ладонью по столу, и я сразу же прикусила язык и виновато, опустила глаза. Мы с братом редко видели отца в гневе, он мирный человек, но мне все же удалось пробудить в нем лютую ярость. Чувство стыда раскаленным прутом прожгло мне грудь, я мысленно ругала себя за чрезмерную дерзость. — Исман — папа взглянул на своего сына. — Да, отец? — учтиво произнес брат. — Отведешь сейчас Эву в школу и после занятий сразу приведешь её домой. Твоя сестра наказана. Затем дал Агнии распоряжение, чтобы та убрала со стола, и быстро вышел из трапезной, не удостоив меня даже мимолетным взглядом. Дам ему денёк, чтобы остыл, а потом обязательно извинюсь. Каким бы он не был, я всё равно его люблю. — Отличная работа, малышка — осуждающе сказал мне Исман. — Отстань — прошипела я в ответ. Пока мы шли в школу, я думала о том, встречу ли я там Рэймсса, проводили ли его до дома охотники в целости и сохранности или он уже лежит обезглавленный на дне Нила. А если и добрался, то, что сказал Реммао, когда брат поведал ему о событиях минувшей ночи. Мы с Исманом шли по школьному коридору, когда я увидела Дию, мечтательно глядящую вдаль. Не знаю, станет ли она со мной разговаривать, после вчерашнего, но терять подругу из-за такой глупой ссоры я не намерена. — Привет — поздоровалась я, когда подошла к ней. Девушка хотела было что-то ответить, но увидев Исмана, потупила взгляд и плотно сжала губы. — Рад тебя снова увидеть, Дия — брат лучезарно улыбнулся ей. — И я рада видеть тебя — тихо произнесла подруга, взглянув из-под длинных ресниц на объект своего обожания. Не знаю, почему Исман до сих пор не понял, что эта неферут без ума от него. Только слепой не увидит, как она вся светится в его присутствии. — Эй — ухмыльнулась я и щелкнула пальцами перед её носом — Я хотела извиниться перед тобой за вчерашнее. Я вела себя грубо, прости, пожалуйста. Но Дие явно было всё равно, что я там бормочу. Взгляд её, восхищенный и вожделеющий, приклеился к лицу моего брата, будто он какое-то божество. Она любовалась им, внимала ему, жадно поглощала каждый его вздох. Помешалась, не иначе. — Я уже не держу обиды — сказала подруга доброжелательным тоном и наконец, посмотрела на меня — Тебе не за что извиняться. — Отлично! Значит, после уроков идем ко мне, Рамсес одиннадцатый не ждет — воодушевленно произнесла я — Кстати, ты сегодня ещё не видела Рэймсса? — Он вроде был в аудитории, где преподает Реммао — быстро ответила Дия, будто старалась поскорее избавиться от меня и остаться наедине с моим братом. «Неужели все-таки набралась храбрости и решила действовать?» — хмыкнула я при этой мысли. — Я оставлю вас ненадолго — сказала я, после чего отправилась на поиски Рэймсса. Тихонько приоткрыв дверь, я заглянула в помещение, где мы учим греческий язык, но там никого не оказалось. Я уже было расстроилась, но затем из-за спины раздался знакомый голос. — Не меня ищешь? — спросил брат Реммао, улыбнувшись лишь одним уголком губ. — Угадал — обернулась я и широко улыбнулась в ответ, я была рада увидеть его — Нужно поговорить. Мы зашли в аудиторию и плотно закрыли за собой дверь. Молодой человек показался мне напряженным и задумчивым, что было неудивительно. Ему угрожал физической расправой сам верховный эпистат, любой на его месте будет нервничать. — Слава Анубису, ты цел и невредим — тихо произнесла я — Разговаривал с Реммао? Рассказал о том, что вчера произошло? — Да. Он собирается покинуть город и зовет меня с собой — ответил Рэймсс. — Отправишься с ним? — мне вдруг стало тоскливо от его слов. — Всё зависит от тебя — взгляд парня вдруг резко изменился, стал томным и ласковым. — От меня? Не понимаю — моё сердцебиение участилось. И тут Рэймсс подошёл ко мне вплотную, аккуратно убрал мне за ухо выбившуюся прядь темных волос. Я чувствовала его теплое дыхание на своем лице, от чего по телу пробежали приятные мурашки. — Ты мне нравишься, Эва, причем уже давно — его руки несмело скользнули по моим плечам вниз и остановились на талии — Я всё никак не решался признаться тебе, боялся быть отвергнутым. — Но ты же сам слышал верховного эпистата. Неужели голова не дорога? — я непроизвольно подалась вперед. — Я готов рискнуть всем, чтобы ещё хоть раз попробовать тебя на вкус… Затем Рэймсс притянул меня к себе и нежно поцеловал. Я не стала сопротивляться, просто не хотела. Его губы были мягкими и теплыми, мне нравилось целоваться с ним. Обвив крепкую мужскую шею руками, я углубила наш отчаянный поцелуй. Внизу живота стало всё сжиматься и пульсировать, тело наполнилось тягучей истомой. Поняв, что я не отталкиваю его, Рэймсс прижал меня своим мускулистым торсом к стене, а руки его стали блуждать по моему телу, сжимали, гладили, ласкали. Губы черномага переместились на мою шею, оставляя на ней мокрую дорожку из поцелуев. Я издала тихий стон и запустила пальцы в его волосы. Не знаю, смогли бы мы сами остановиться, если бы в аудиторию внезапно не зашел Реммао. Услышав его шаги, мы сразу отпрянули друг от друга. — Хорошо, что я застал тебя здесь брат — наставник не сразу заметил меня — Эва, и ты тут — он был явно не рад мне. — Здравствуйте — тихо поздоровалась я, вся красная от стыда. — Не могла бы ты оставить нас наедине? Мне нужно поговорить с Рэймссом с глазу на глаз. — Да, конечно — я быстро юркнула за дверь. Мне стало любопытно, о чем они будут говорить, поэтому осталась и решила подслушать разговор. И нет, мне не стыдно. — Что ты решил на счет отъезда? — спросил Реммао у своего младшего родственника. — Я остаюсь — твердо ответил Рэймсс. — Причина? — резко произнес старший брат. — Это тебя не должно волновать. — Неужели дело в ней? — прошипел Реммао, но не получил ответа — Ты глупец. Рискуешь собственной жизнью ради той, с которой никогда быть не сможешь. — Это мой выбор, брат. Прими его и смирись — уверенно сказал Рэймсс. — Ты пожалеешь об этом, поверь мне — холодным тоном произнес Реммао и зашагал к выходу. Я в последний момент успела скрыться за углом, чтобы не попасться на глаза своему наставнику. К счастью, мужчина пошёл в противоположную сторону, поэтому я сразу поспешила вернуться к Исману и Дии. Они стояли на том же месте, где я их оставила и мило ворковали. Подруга смеялась, когда брат что-то шептал ей на ухо. Увидев меня, оба быстро сделали вид, что рады меня видеть. — Ладно, увидимся после уроков — сказал мне Исман и подмигнул Дии. — Угу, до встречи — буркнула я. Дождавшись, когда брат уйдёт, поскольку при нем не хотелось обсуждать моё неподобающее поведение, я повернулась к подруге и обреченно произнесла: — Я ужасный человек. — Что случилось? — недоуменно спросила девушка. — Мы встретились с Рэймссом и… Он поцеловал меня — выдохнула я. — Я всегда подозревала, что он без ума от тебя! — улыбнулась Дия — Что в этом плохого? После чего я всё рассказала ей в подробностях. В том числе о событиях вчерашней ночи, угрозах Амена в адрес влюбленного в меня черномага и отъезде Реммао. Подруга внимательно слушала, периодически тяжело вздыхая и охая. — Он остается в Эдфу из-за меня. И если с ним что-то случится, я никогда себе этого не прощу — сокрушалась я. — Может ещё всё обойдется, и он передумает, уедет — погладила Дия меня по плечу. — Я очень на это надеюсь… Исман, как и договаривались, встретил нас с подругой после уроков, и мы втроем отправились к нам домой. Всю дорогу эти двое болтали о всякой ерунде, практически не обращая на меня никакого внимания, чему я, в принципе, была рада. Разные тревожные мысли роились в голове, не позволяя мне вникать в суть разговора, поэтому я просто кивала и улыбалась, когда кто-нибудь из них задавал мне вопросы. Уже подойдя к главному входу усадьбы, я заметила его. Амен деловито сложил руки за спиной, отбрасывая гигантскую тень на садовую дорожку. Исман и Дия замедлили шаг, косясь на меня, они догадывались, какие чувства я испытываю при виде этого душегуба. В тот момент, когда мы втроем проходили мимо эпистата, он вдруг громко произнес: — Эва, задержись, пожалуйста, у меня к тебе есть пара вопросов. Я уже было хотела сказать что-нибудь колкое в ответ, но слова так и застряли в глотке, образуя тошнотворный ком леденящего душу ужаса. Амен убрал руки из-за спины, выставив их перед собой. В огромных лапах эпистата покоились мои маска из обсидиана и черная мантия….