Глава 6

Когда губы Дэрила прижимается к ее, горячие и твердые, они горят. Бет мгновенно стонет, жар окутывает ее тело, защищая от прохладного воздуха улицы. Его рука тянется к челюсти, чтобы обхватить ее, широкие пальцы прилегают к коже так, что кажется, он мог бы просто завернуть ее и положить в карман. Другая рука на ее бедре впивается в промежуток между корсетом и джинсами, касается оголенной кожи талии, распаляя ее и там. Они отстраняются, чтобы сделать глоток воздуха, Бет использует этот миг, чтобы прижать пальцы к его нижней губе, наклониться и лизнуть его рот, потому что его вкус —это просто ураган. Он стонет, тянется вниз и сжимает ее ягодицы, приподнимая ее так, чтобы их бедра соприкоснулись и терлись между собой, и его твердость прижималась к ней. — Все в порядке? — спрашивает он. У Бет перехватывает дыхание, она кивает, обезумев от мысли, что он так возбужден только из-за нее. Ее язык снова ныряет в его рот и скользит по его, пока она медленно и сильно крутит бедрами. Он бормочет что-то у ее щеки, но она слышит только белый шум, когда его рот накрывает пульсирующую венку на ее шее. Его оголенные зубы вгрызаются в ее пульсирующее горло и затем язык мягко зализывает место укуса. Он задерживается там на мгновение, тихо стонет каждый раз, когда удар ее пульса разносится по его вкусовым рецепторам. Ее тело извивается, кожа пылает белым жаром и зудит от желания, джинсы влажные от пота и страсти. Руки на его плечах спускаются вниз, сжимают и тянут злосчастную майку вверх по его животу. Теперь она может касаться его оголенной кожи и двигаться вверх по грудным мышцам, впиваясь ногтями, как когтями, оставляя глубокие царапины. Дэрил снова стонет и наклоняется к ее груди, отводя ее голову назад своей широкой грудью. Он прижимается к коже большими влажными поцелуями, всасывает ее, прикусывая, что вызывает приятную тягучую боль. Ногти Бет перебираются обратно и цепляются за его плечи, ее голова покачивается, пока ее накладные ресницы мерцают, включая и выключая звезды от трепета век. Они плотно прижаты друг к другу, кости ноют от напряжения. Во время их страстных поцелуев она наклонилась вперед, и он снова вжимает ее в кирпичную стену, выбивая воздух из ее легких. — Господи, — выдыхает он ей на кожу, его рот скользит к ее плечу, кусая и впиваясь губами. — Господи, ты такая блядски вкусная. Свет вспыхивает под ее веками, словно лопнувшие воздушные шары с краской, сапфировые и острые. Голова откидывается назад, ударяясь о стену, покачиваясь в такт музыке, которая снова гремит из гостиной. Из кухни доносится смех и голоса, и она тихо скулит, когда разум заставляет ее осознать происходящее. — Дэрил, люди идут, — бормочет она заплетающимся языком. — Я хочу, чтобы ты кончила, — рычит он ей прямо в ухо. — На мой рот. — Иисус, — шипит она, едва выговаривая слова, чувствуя, как у нее пульсирует между ног и в висках. Его руки сжимают жесткий край корсета, дергая так сильно, что ее тело ударяется о кирпичную стену дома Рика и Лори. — Можно я сниму это? — Здесь? — она пискнула, озираясь на темный задний двор. — Мы же на улице. — Знаю. Черт, прости, — он отстраняется, его дикие глаза сверкают. Желание пульсирует в каждой клеточке, сердце колотится, как безумное. Она окончательно теряет контроль и шепчет: — Снимай. Он на мгновение задерживает на ней взгляд, облизывает губы и снова хватается за ткань. Застежки не поддаются и тогда он рвет материал. Корсет трещит по швам, металлические застежки звенят, отлетая на бетон, будто пули. — Дэрил! — ахает Бет, глядя на разорванную ткань и свою обнажившуюся кожу. — Я только купила его… — бормочет она, без злости, чувствуя, как спину защищает от холодных кирпичей стены только крылышки костюма. Он прижимается лицом к ее шее, трется, будто не может насытиться. — У тебя хороший вкус. Не терпится увидеть остальную твою коллекцию. — У меня нет никакой коллекции, — выдыхает она, откидывая голову, чтобы он мог прижаться губами сильнее. Она вспоминает то единственное новое белье, что купила сегодня, и только потом соображает, что правильнее было бы ответить: а кто сказал, что ты вообще увидишь мою коллекцию? — Мы это исправим. Купим, — бормочет он, наклоняясь к ее обнаженной груди и захватывая сосок губами. Бет не может даже вскрикнуть, удовольствие настолько острое, а мысль о том, как Дэрил выбирает с ней нижнее белье, как они заходят в примерочную, в одну кабинку, где он наблюдает за ней… это заставляет ее закусить нижнюю губу и зажмуриться. — Блядь! Шершавая ладонь скользит вверх, вдоль ключиц, по горлу и находит ее рот, приглушая рваное дыхание, которое становится все громче. Его рот отпускает сосок, оставляя его опухшим и жгучим в прохладном ночном воздухе. Кожа все еще влажная от его слюны, а в ложбинке между грудями тянется блестящая дорожка. Не теряя ни секунды, он тянется ко второй груди, жадно втягивает сосок, прикусывает, тянет, ее бедра резко дергаются навстречу. Грубые, сбитые костяшки пальцев касаются ее живота, и Бет вздрагивает. Дэрил замечает это и криво улыбается, проводя рукой ниже к вершине ее кургана, расстегивая джинсы. — Можно? — хрипло спрашивает он. Она дышит в его ладонь, глаза полузакрыты от желания, бедра двигаются навстречу сами, отвечая за нее. Ткань ее трусиков тонкая, пропитанная теплом и влажностью, прилипшая к коже. В его взгляде вспыхивает что-то дикое, когда он касается их. — Это все для меня? — шепчет он голосом полным чистого греха. Ресницы Бет трепещут, она слабо кивает, полностью отдаваясь ему, пока он продолжает прижиматься к ней. Подушечки его пальцев давят на клитор, и ее колени подгибаются, вырывая тихий стон сквозь его пальцы. Дэрил глухо стонет и отводит в сторону ее мокрые от жара трусики, обнажая влажную дырочку. — Скажи мне, как тебе нравится, — жарко шепчет он. — Научи меня прикасаться к тебе. Бет на секунду замирает, что все, что она может сейчас сделать, это смотреть на него. В его зрачках вспыхивает безумный блеск, как капли чернил на белой бумаге. Цвет разливается по его скулам, оживляя дикий взгляд. Когда он убирает руку от ее рта и берет за подбородок, она пытается что-то сказать, но выходит плохо: — Я… я… — заикается. — Мне нравится… — Все в порядке, девочка, — хрипло отвечает он. — Ты можешь попросить. Ты всегда можешь просто попросить. Бет краснеет, ее дыхание сбивается, когда его пальцы скрываются внутри тесных секретах ее трусиков, грубые подушечки пальцем находят ее клитор, заставляя дрожать всем телом. Ее колени подкашиваются, тело содрогается все сильнее. Меняя угол, он движется медленнее, глубже, скользя все глубже, где из нее вытекают соки. — Это то, что ты хочешь, да? — бормочет он, сосредоточенно глядя на нее. Бет отчаянно кивает, не веря, что все это происходит с Дэрилом Диксоном, прямо у стены дома Рика и Лори. — Да… Прямо там. Пожалуйста… Она двигает бедрами, чтобы развести ноги еще шире, насколько это возможно. От этого малейшего движения его пальцы задевают нужное место, и она вскрикивает так громко, что он быстро прикрывает ей рот ладонью, зажимая и нос, не давая выдохнуть ни звука. — Я не делаю тебе больно? — его голос тает на ветру, и она быстро качает головой, глаза широко раскрыты, все тело дрожит. Он улыбается, когда его пальцы медленно раздвигают ее влажные стенки, легко, как горячий нож по маслу, и она тает, закатывая глаза, чувствуя, как он восхитительно растягивает ее своими пальцами. Он издает низкий стон, его член твердый как камень упирается ей в бедро. Бет, вслепую находит его рукой и сжимает мягко, медленно, повторяя его движения. Он двигает бедрами навстречу ее прикосновению, дыхание сбивается, становится рваным и хриплым у ее уха. — Иисус… представь, если бы это был мой член внутри тебя. Ее пизда судорожно сжимается при его следующем толчке, он глухо смеется, и ее руки ослабевают. Пальцы Дэрила двигаются глубже, быстрее, в том же ритме — настойчиво, уверенно. Бет дрожит и всхлипывает, ее стенки сжимаются все сильнее и плотнее, живот будто клубок змей, кожа покрывается потом. И вдруг что-то внутри обрывается, она теряет контроль, тихо бормочет несвязные слова, вся горит в пульсирующем восторге, пока волна оргазма захлестывает ее, струясь по горячим пальцам Дэрила и еще больше пропитывая ее трусики. Она падает на стену и более чем благодарна, когда Дэрил удерживает ее за бедра, корсет с глухим звуком падает на землю и полностью обнажает ее верх. В свете, льющемся из окна кухни, где все еще слышны музыка и голоса, она замечает блестки, прилипшие к его губам, и тихо смеется. Он тоже смеется, даже не зная над чем, он захвачен кайфом, который они только что создали. Сделав глубокий вдох, Бет тянется и вытирает его большим пальцем. Бет делает глубокий вдох, тянется и стирает блестки с его губ большим пальцем. Он позволяет ей убрать их, прежде чем отстраниться и поднять ее упавший корсет, одновременно протягивая руку, чтобы взять ее за руку. — Пошли. — Я не могу никуда идти, Дэрил, я же почти голая, — шепчет она удивительно спокойно, будто это ничего не значит. — У меня есть куртка. Просто надень ее и пошли, — отвечает он, открывая калитку и исчезая в темноте. Бет делает, как он сказал, но, уже почти уйдя, возвращается, чтобы схватить свой клатч, и только потом идет за ним. Когда она догоняет Дэрила у группы деревьев вдоль подъездной дорожки Рика и Лори, он уже держит в руках свою куртку. Мягкая кожа, слишком большая для нее, она снимает крылья с плеч, надевает куртку, застегивает молнию и запахивается — тепло окутывает все тело. Дэрил снимает корсет и крылья с ее застежками, бросает оба предмета в открытую дверь машины. Когда он ее закрывает поворачивается к Бет с волчьей ухмылкой, ловя ее приподнятую бровь. — Хочу оставить себе на память. Я не спросил, но… ты не хочешь поехать ко мне? Она смеется и позволяет ему взять ее за руку. — Думаю, это и так очевидно. Веди меня, мистер Диксон. — Хорошо, — глухо отвечает он. — Я выпил, так что пойдем пешком. Тут недалеко. Бет кивает и прижимается к нему ближе. — Ну тогда пойдем.