Среда. Голос в темноте.

Утро встретило Томаса запахом свежей выпечки, доносившимся из дворца. После двух кошмарных ночей приглашение на завтрак казалось почти нереальным — кусочком нормальной жизни, которая у него была когда-то давно. Он пересёк сад, стараясь не смотреть на пустые стенды с игрушками, и поднялся по мраморным ступеням. У дверей его уже ждал Ларенси — сияющий так, будто встречал дорогого гостя на званом приёме. — Доброе утро, Томас! — воскликнул он, всплеснув длинными руками. — Добро пожаловать в королевскую столовую! Король уже ждёт вас! Проходите, проходите! Томас шагнул внутрь и на мгновение замер. Столовая оказалась огромной — с высокими сводчатыми потолками, хрустальными люстрами и длинным дубовым столом, за которым могло бы разместиться человек тридцать. Но сейчас за ним сидел только один человек. Король. Он выглядел иначе, чем представлял себе Томас. Не величественный монарх в мантии, а усталый пожилой мужчина в простом бархатном камзоле, с седыми висками и глазами, в которых застыла какая-то затаённая печаль. Перед ним стояла нетронутая тарелка с десертом. — ...Где мой десерт? — рассеянно пробормотал Король, но тут же заметил гостя и оживился. — О, а вот и наш новый охранник! Присаживайся, Томас. Томас неловко кивнул и опустился на стул напротив. — Благодарю. — Добро пожаловать к нам. — Король пододвинул к нему блюдо с круассанами, и в этом жесте было что-то почти отеческое. — Надеюсь, тебе здесь будет комфортно работать! Извини, что только сейчас позвал побеседовать — ты уже второй день успел отработать, а я всё не удосужился. Ну, бери что хочешь, не стесняйся! Томас потянулся за круассаном, но не успел и надкусить — рядом с ним словно из воздуха материализовался Ларенси. В одной руке он держал серебряный поднос, в другой — высокий бокал с золотистой жидкостью. — Шампанского? — проворковал он, склоняясь к самому уху Томаса. Тот вздрогнул: — Эм… Нет, спасибо… Король хохотнул, и его смех прокатился по зале гулким эхом: — Хо-хо-хо, Ларенси! Сейчас вовсе нет никакой необходимости в таком напитке, как шампанское. Ларенси и бровью не повёл. Его лицо оставалось всё таким же любезным, но в глазах мелькнуло что-то похожее на упрёк. — Ваше Величество, разве вы не утверждали, что каждый день в Сказочном Королевстве должен быть праздником? Король осёкся. Открыл рот, закрыл. Пальцы забарабанили по столу. — Я… Ну… — он откашлялся и махнул рукой. — Кхм… Ладно, Ларенси. Оставь-ка нас. Ларенси поклонился — низко, церемонно, словно на сцене театра: — Больше не смею вас беспокоить, сэр. Приятного аппетита! Он исчез так же бесшумно, как появился. Король проводил его долгим взглядом, потом повернулся к Томасу и вздохнул: — Томас, ну что? Ты хорошо справляешься со своей работой? — Думаю, да, сэр, — ответил Томас, стараясь говорить увереннее, чем чувствовал. Король кивнул и отодвинул свой нетронутый десерт в сторону. — Последние дни в моём королевстве довольно напряжные. Мне ужасно тяжело… — он потёр виски. — Эти люди, которые… ну, вандалы… Так сильно они мне ещё никогда не досаждали. Томас насторожился. Вандалы. Ларенси говорил о вандалах. Но ни на одной из камер он не видел ни единого живого человека — только игрушек. — Кто они такие? — спросил он осторожно. Король развёл руками: — Я их лично не знаю, но… они явно что-то хотят от меня. Мне так и не удалось выйти с ними на переговоры, и это странно. — Он уставился в свою чашку с чаем, словно искал там ответ. — Если они чего-то хотят, то почему бы просто не обсудить проблему за чашечкой чая? На мгновение в столовой повисла тишина — густая, почти осязаемая. Потом Король тряхнул головой: — Ладно, что-то я опять загрустил. Давай-ка поговорим о чём-нибудь другом. Томас набрался смелости: — Сэр, позвольте нескромный вопрос задать. — Хм… Я слушаю тебя, Томас. — У вас очень красивые сады… И дворец… Как появилось такое замечательное место? Лицо Короля озарилось тёплой улыбкой. Впервые за весь разговор он выглядел по-настоящему счастливым. — О-о-о… Хо-хо-о-о… — протянул он, откидываясь на спинку стула. — Ты хочешь узнать историю моего скромного королевства? — Угу. — Хм… С чего бы начать?.. Но начать он не успел. Снова — в самый неподходящий момент — возник Ларенси. Его лицо на этот раз было серьёзным, почти встревоженным. — Ваше Величество! Королева желает видеть вас прямо сейчас. Король мгновенно подобрался. Стул скрипнул по паркету. — Да? Хорошо, я сейчас же прибегу… — Он повернулся к Томасу, и в его глазах мелькнуло искреннее сожаление. — Прости, Томас, мне придётся покинуть тебя. Доброго дня! И он ушёл — быстрым, почти бегущим шагом, совсем не по-королевски. *** Томас вышел из дворца с тяжёлым чувством. Разговор оборвался на самом интересном месте, а вопросов стало только больше. Что это за вандалы, которых никто не видел? Почему Король, владелец целого парка развлечений, выглядит таким потерянным? — Том? — знакомый голос выдернул его из размышлений. Даниэль стоял у живой изгороди и махал рукой. Вид у него был взволнованный. — Зайди ко мне на минутку. Приятель, я чуть не допустил роковую ошибку… Томас подошёл ближе. Даниэль выглядел так, будто не спал всю ночь. — Что такое? — Я не рассказал тебе об ещё одной угрозе! — выпалил Даниэль, понизив голос. — Иногда по ночам можно услышать рычание. Ты слышал его? — Нет, — Томас покачал головой, и по спине пробежал холодок. — Фу-у-ух… — Даниэль выдохнул с явным облегчением. — Повезло, повезло… Это рычание издаёт ещё одна игрушка. — Он нервно оглянулся через плечо. — Она выглядит как зелёный маленький крокодильчик. Про него как раз недавно писали в королевской газете. Его практически невозможно увидеть на камерах — он слишком мелкий, прячется в кустах, за статуями… Но он постоянно рычит. Не забывай: ты можешь прослушивать звук с камер. Если услышишь рычание — значит, эта игрушка там. Томас сжал кулаки. Ещё одна. Их становится всё больше. — И он тоже, значит, идёт к избушке? — Да, именно! — Даниэль передёрнул плечами. — У-у-ух… Я был бы уверен, что такой маленький крокодильчик не сможет навредить кому-то, если бы не успел увидеть его зубы… Томас вспомнил Фрогги. Его игольчатый оскал. Маленький размер здесь ничего не значит. — Так как я смогу прогнать его? — Вот это я и хотел рассказать! — Даниэль оживился. — В общем, как я обнаружил при встрече с ним, свет его раздражает. Да, прямо как и кошку. Услышишь его рычание у себя в комнате — зажигай срочно лампу. — Понятно. — Томас потёр лицо. — Ну я и влип здесь, конечно. — Ты думаешь уволиться? — Даниэль посмотрел на него с пониманием. — Как бы сказать… — Я и сам когда-то подумывал поскорее свалить отсюда, — признался Даниэль. — Но мне было крайне любопытно наблюдать подобные вещи, и я остался. Да и зарплату ты знаешь — вот ещё одна причина, по которой я продолжал рисковать. — Он выставил ладони вперёд. — Нет-нет, ты не подумай, я вовсе не обязываю брать пример с меня! Ты можешь поступить куда разумнее и уволиться с этого странного места, либо же, если ты достаточно уверен в себе, остаться. Томас задумался. Потом спросил то, что вертелось в голове с самого первого разговора: — Я так понимаю, рассказывать об игрушках кому-то бесполезно? — Ага… — Даниэль горько усмехнулся. — Меня из-за этого принудили к обследованию у психиатра. Не могу поверить, что ещё никто здесь не знает об игрушках. — Ты пытался показать записи с камер? Даниэль всплеснул руками: — Слушай, я предлагал на самом деле! Но знаешь, тут такая абсурдная ситуация… Доступ к записям имеет только король. Но это ещё полбеды. Он… забыл пароль от своей учётной записи. — Даниэль посмотрел на Томаса с выражением «ты только подумай». — Ты вообще представляешь? — Ну и дела, — только и смог выдохнуть Томас. — Казалось бы, что такого — дать доступ к записям сотрудникам? — Даниэль развёл руками. — М-м-м… Я слышал, скоро выпустят большое обновление для Royal CCTV. Жду не дождусь. Здесь живут настолько богатые люди, что даже заказали собственную операционную систему… Но зачем? Ответить Томас не успел. За спиной раздались шаги — мягкие, но отчётливые. Оба охранника обернулись. Ларенси стоял в дверях комнаты Даниэля, скрестив руки на груди. Его улыбка была всё той же — вежливой, любезной, — но взгляд стал острым как бритва. — Болтаете в рабочее время, Даниэль? Тот мгновенно вытянулся по струнке: — Извините, больше не повторится. Ну, Том, бывай. *** Томас покинул комнату Даниэля вместе с Ларенси. Слуга проводил его до выхода из дворца — молча, но с той же застывшей полуулыбкой, и Томас чувствовал его взгляд спиной, пока не скрылся за поворотом. Оставшийся день он провёл, бесцельно бродя по королевству. Он искал хоть какие-то зацепки — следы на земле, странные предметы, свидетелей, — но парк хранил свои секреты крепко. Стенды с игрушками были пусты. Статуи лягушат скалились в ухмылках. Фонтаны журчали чем-то, похожим на шёпот. Под вечер он задремал в фургоне, а когда проснулся — солнце уже клонилось к закату. *** Ночь. Избушка. Тьма за окном. Томас вошёл, зажёг лампу, включил компьютер. Руки двигались на автомате — он уже привыкал к этому ритуалу. Ровно в полночь телефон зазвонил. — Алло… Доброй ночи, Томас. — Голос Ларенси звучал тише и усталее, чем обычно. — Я тут мимоходом узнал от короля о том, что вы заинтересовались историей нашего королевства! Ну и раз вы хотите узнать всё так подробно, то я расскажу вам одну трагичную историю. В трубке что-то щёлкнуло. Ларенси тяжело вздохнул. — Да, это, конечно, странно, что именно её я хочу рассказать… довольно странно… но ладно уж, расскажу. Всё равно про это никто не хочет говорить… Томас прижал трубку плотнее к уху. — Где-то год назад королевская семья решила прогуляться ночью по саду. Король с королевой, видимо, на что-то отвлеклись и не уследили за своей дочкой. — Голос Ларенси дрогнул. — До утра её искали, так и не нашли. И главное — никаких следов! Король нанял детектива, но и тот пропал! Жутко… В трубке повисла пауза. Томас слышал его дыхание — неровное, сбивчивое. — Мне тут на самом деле не так весело и хорошо, как всем кажется, — продолжил Ларенси почти шёпотом. — С каждым днём мне всё более неспокойно на душе. Ох-х… Надеюсь, вам не скучновато сидеть здесь всю ночь… Ну ладно, я немного устал. Спокойной ночи. Короткие гудки. Томас положил трубку. Пропавшая принцесса. Пропавший детектив. Игрушки, которые охотятся по ночам. Пазл начинал складываться в пугающую картину. *** 01:00 Знакомый шлепок. Томас даже не обернулся. — Ну что же, попытаюсь ещё раз… — прохрипел Фрогги, заглядывая в дверь. Его единственный глаз горел красным. — Опять темно! Ну ладно, я ещё приду этой ночью! И ушёл, не дожидаясь ответа. Томас даже не пошевелился — только хмыкнул. *** 02:00 Шорох в печи. Два белых глаза в темноте. — Если не получилось в тот раз, то в этот точно получится! — пропела Китти, постукивая палочкой по кирпичам. — Где же этот большой и упитанный мужчина? Томас, уже совершенно спокойно, чиркнул спичкой и поднёс её к фитилю. Свет вспыхнул. — Где же мои спички? — пробормотал он с усмешкой. — Всё, ухожу! — взвизгнула Китти и исчезла в дымоходе. Томас позволил себе короткий смешок. Страх отступал, уступая место странной, почти спортивной злости. Он начал привыкать. И это пугало его больше всего. *** 03:00 Тишина. А потом — рычание. Низкое, утробное, вибрирующее. Оно доносилось откуда-то из угла, из тени за печкой. Звук был слишком глубоким для такого маленького существа. Томас резко обернулся. Из темноты на него смотрели два горящих глаза. А потом показалась пасть — широкая, усеянная десятками острых, как бритвы, зубов. Светло-зелёный крокодильчик выполз на свет. Он был игрушечный, объёмный, но двигался совершенно по-настоящему, переваливаясь с боку на бок. Это был Кроко. — Мои друзья такие слабые… — проскрежетал он, и его пасть растянулась в жуткой ухмылке. — Но мои зубы не оставят тебе и шанса! Страх, настоящий страх, полоснул по сердцу. Томас дёрнулся к лампе, едва не опрокинув стул. Рука метнулась к фитилю — и свет вспыхнул ярче. Крокко зашипел, зажмурился, отпрянул. — За что?! Я был почти у цели! И исчез в темноте. Томас выдохнул. Сердце колотилось где-то в горле. Значит, и это тоже правда. Ещё один. Сколько их всего? *** 04:00 Он только начал успокаиваться, когда телефон зазвонил снова. Второй звонок за ночь. Такого ещё не было. Томас уставился на дрожащий аппарат, и рука потянулась к трубке с нехорошим предчувствием. — Ал-л-л-ло!.. — голос Ларенси был неузнаваем. Дрожащий, срывающийся, сбивчивый. — Я т-т-тольк-ко ч-ш-что в-видел с-с-с-с-с-… Он судорожно втянул воздух. — СТРАШНЫЙ СОН-Н-Н!!! — выкрик был таким громким, что Томас отдёрнул трубку от уха. Потом снова приблизил, услышав тяжёлую, свистящую одышку. — Фр-р-рогг-г-г-ги! Ж-ж-ж-жёлт-тый! Б-б-б-б-без г-глаз!!! Ларенси замолчал. Слышно было только, как он пытается отдышаться. — Фух… Дожил… — выдохнул он наконец. — Мн-не, конеч-чно, и раньше снились страш-ш-шные сн-ны, но чтоб-бы аж настольк-ко!!.. Кошмар… Ух… А… это… — он осёкся, словно только сейчас осознал, что звонит. — …чего я вам звоню-то… Извините за беспокойство… просто я так не чувствую себя одним в этом месте… Томас медленно положил трубку. Тишина в избушке вдруг показалась плотнее, чем обычно. Жёлтый. Без глаз. Он вспомнил газету в почтовом ящике. Того лягушонка, что был нарисован. Но та игрушка была зелёной. Жёлтый — это что-то другое. — Бедный Ларенси, — прошептал он в темноту. — Но я рад, что он наконец-таки понял, что он не один. *** 06:00 Рассвет. Третья ночь позади. Томас сидел за столом, положив голову на руки. Спичечный коробок был почти пуст. Масла в лампе оставалось на донышке. Но он был жив. Жив. Где-то в глубине души он понимал, что с каждым часом загадки этого места только множатся. Пропавшая принцесса. Игрушки, которые оживают по ночам. Жёлтый лягушонок без глаз, который снится Ларенси. И Король, который даже не может посмотреть записи с собственных камер. Томас поднялся на ноги, разминая затёкшую спину. Впереди был новый день. И, возможно, новые ответы.