Часть 3

Дорога заняла несколько дней. Цзышу дошёл до деревни, где жили супруги Чжэнь, оплатил похороны, заказал у резчика надгробия и памятные таблички, успокаивал плачущего от горя и бессилия ребёнка, собрал то немногое, что не уничтожили призраки. Они провели положенные ритуалы по усопшим и в одно раннее утро дошли до ворот Школы. Цзышу радовался, глядя на крепкие ворота, из-за которых доносились крики учеников. Ещё живы шифу и шиму, и Цзюсяо только начал тренироваться. К глазам подкатили слёзы, Цзышу быстро заморгал, прогоняя их, и решительно постучал. Дозорных ещё не стояло на башнях — имя мастера Цинь служило лучшей защитой, ни у кого и мысли не возникало напасть на школу, а значит, в охране она пока не нуждалась. Цзышу надеялся, что это время никогда не наступит. В воротах отворилась калитка, за ней стоял крепкий подросток лет пятнадцати: — Что угодно молодому господину? — Я привёл нового ученика. Мастер Цинь уже принял его поклоны, теперь я препроводил его в школу и хотел бы поговорить с вашим учителем. Подросток поклонился и пригласил гостей пройти с ним в небольшой павильон, который прекрасно простреливался со стороны механизмов, но незнающий человек этого бы не заметил. — Вам принесут чай, пока вы ожидаете мастера. "Значит, шифу уже вернулся. Жаль, что он не успел забрать Чжэнь Яня до того, как пришли призраки". Цзышу пытался скрыть волнение. Он не видел шифу почти пятнадцать лет и страшно скучал по нему. Цинь Хуайчжану сообщили, что в школу пришёл неизвестный мастер. Оставив учеников под присмотром дашисюна, он направился в павильон. Там сидел молодой красивый мужчина, от которого буквально полыхало мощью, и маленький мальчик с пухлыми щёчками и длинными волосами, заколотыми нефритовой шпилькой. — Чжэнь Янь?! — он не поверил своим глазам. — Мастер Цинь! — Чжэнь Янь подскочил и неумело поклонился. — Младший ученик приветствует мастера. — Поднимись, Янь-эр. Мне сказали, твоих родителей убили, а тебя забрали, я торопился в школу... — он с трудом сдерживал дрожь в голосе. — Да, их... их больше нет, — голос ребёнка дрогнул. Цзышу тут же положил ему руку на плечо, даря поддержку. — Но потом пришел мастер Чжоу, и он… он победил их всех! Сказал, что взял кровь за кровь, пообещал привести меня к вам, мы упокоили родителей и пришли, — он всё-таки не сдержал слёз. Цзышу присел и обнял Чжэнь Яня, давая возможность выплакаться. Цинь Хуайчжан с удивлением наблюдал за незнакомым мастером. — Спасибо, господин Чжоу, вы вернули моего ученика. Кажется, вы поладили с ним? — Он помог мне справиться с раной, которую я не заметил. Чжэнь Янь очень талантлив, уверен, из него вырастет замечательный мастер. Клинка или лекарского дела — решать только ему, — Цзышу осторожно гладил мальчика по мягким волосам, позволяя выплакать своё горе. — Его отец — Божественная длань, он мог бы научить Янь-эра очень многому. Я могу только помочь в овладении мечом. Мастер Чжоу, я никогда не слышал вашего имени. Чжэнь Янь всхлипывал всё тише, глубоко дышал, явно засыпая. Тело ребёнка естестественно реагировало на потрясения, как известно сон — лучший доктор. — Где его можно уложить? — тихо спросил Цзышу, укачивая почти уснувшего ребёнка. — Пока в гостевые покои, в комнате учеников нет места, но это поправимо, — Цинь Хуайчжан бросал любопытные взгляды на Цзышу. Тот неуловимо напоминал кого-то, но кого — вспомнить не получалось. Цзышу отправился вслед за мастером, тот привёл его в покои, кто-то понятливый уже принёс циновку, стёганое одеяло и валик-подушку. Уложив Чжэнь Яня, мужчины бесшумно вышли. Цинь Хуайчжан повёл гостя за собой на небольшую удобную обзорную площадку под навесом от палящего солнца. — Вы не слышали моего имени, мастер, так как я много лет провел в отъезде. Мой мастер скончался, когда мне было шестнадцать, у него остались неоконченные дела, что я должен был завершить. Я совсем недавно вернулся в эти края. — Мне жаль. Как звали вашего наставника? Ваша сила поражает. — Его звали… — Цзышу задумался. — Его звали Вэнь Кэсин, он научил меня всему, что я умею сейчас, был прекрасным человеком и потрясающим мастером. — Вэнь Кэсин, — повторил Цинь Хуайчжан. — Никогда не слышал о нём. Жаль, хотел бы я поучиться у этого мастера, — он вылил чай на стол, почтив память ушедшего. Атмосфера сменилась мгновенно, не будь у Цзышу его многолетнего опыта, он бы пропустил удар. Цинь Хуайчжан атаковал стремительно. Два мастера взлетели ввысь, чтобы приземлиться на площадке и продолжить танец. У Цзышу защемило сердце. Так же нападал Кэсин. Так же в детстве шифу проверял готовность учеников. Только теперь Цзышу приходилось сдерживаться — он чувствовал, что превзошел шифу по силе и не хотел ему навредить. В ход шло всё: песок, камни, спрятанное в рукавах оружие, увёртки, нырки, сальто, шесты, подхваченные в прыжке. Ученики сбежались посмотреть на необычное зрелище, а два мастера сражались, демонстрируя чудеса гибкости, выносливости и контроля ци. — Благодарю, мастер Чжоу, — Цинь Хуайчжан прервал поединок. — Ваш наставник был действительно великим мастером. Вспомнив любимый приём Кэсина, Цзышу схватил сложенный веер, висящий на одном из столбов, огораживающих площадку — может для просушки, или как реквизит для тренировок — и запустил его в полет с помощью ци. Пролетев над головами учеников, веер краями срезал кожаные ремешки некоторых, заставляя их волосы рассыпаться по плечам. Цзышу поймал веер и поклонился. — Благодарю за столь высокую оценку моих скромных умений, мастер. Цинь Хуайчжан восхитился мастерством Цзышу. — Мастер Чжоу, вы недавно вернулись в наши края, не хотите отдохнуть в нашей школе? — С удовольствием, мастер Цинь, — улыбнулся Цзышу. — В самых отдалённый уголках Поднебесной слышали о цветах, которые цветут круглый год. — Уверен, вам понравятся не только цветы. Окажите честь, дайте пару уроков ученикам. Я никогда не встречал подобной техники. Посмотреть на поединок шифу и незнакомого мастера сбежались все ученики, и Цзышу исподволь разглядел их, но никого, похожего на десятилетнего себя не заметил. И Чжэнь Янь не упоминал шисюна, который приходил с шифу. Значит, не будет бесконечных "А-Сюй"? Впрочем, если не будет Кэсина, то и А-Сюя быть не должно. От этой мысли стало немного грустно, но Цзышу отогнал её. Он сделает всё, чтобы Чжэнь Янь вырос счастливым ребёнком, а сам будет бережно хранить память о лао Вэне. *** День клонился к закату, Чжэнь Янь так и не вышел из гостевых покоев. Цзышу забеспокоился. Лучше разбудить сейчас, иначе ночью будет не уснуть. Он вошёл в покои и увидел, что Чжэнь Янь сидит на кровати, обхватив руками колени. — Янь-ди, — позвал его Цзышу. — Что-то случилось? Ты так неожиданно уснул, мы с мастером Цинь принесли тебя сюда, чтобы ты отдохнул. — Мне показалось, что я дома, — Чжэнь Янь смотрел в одну точку и говорил очень ровным голосом, и это пугало Цзышу. — А потом вспомнил. Не знал, можно ли выйти отсюда. И куда пойти? — Если тебе тут нравится, мы с мастером Цинь сделаем всё, чтобы ты мог называть это место домом. Он пригласил меня пожить здесь и дать несколько уроков его ученикам, я с удовольствием буду учить и тебя, если ты, конечно, захочешь. Ты можешь выйти из гостевых покоев, я попрошу мастера Цинь показать нам всё. Как ты на это смотришь? Чжэнь Янь кивнул и встал. Он мечтал оказаться в школе, стать мастером, чтобы родители гордились им. *** Цзышу с удовольствием показывал школу. Именно такой он её запомнил — полной учеников и радости. Такую хотел показать Кэсину. — Вижу, вы освоились, — Цинь Хуайчжан встретил их возле своих покоев. — Простите, мастер Цинь, я показывал Чжэнь Яню школу, — Цзышу смутился. Посторонний не должен знать того, что знает он. Как объяснить это шифу? — Благодарю, вы избавили меня от хлопот, — улыбнулся Цинь Хуайчжан. — Школа выстроена по классической схеме, так что, надеюсь, вы не заплутали? — Думаю, нет. Я случайно заметил картину. Очень красивая. — Спасибо… я написал её, когда набрал первое поколение учеников, почти десять лет назад, и надеюсь, что количество цветов будет только пополняться. Цзышу сглотнул, говорить мешал ком в горле. Целый день ему хотелось подойти к Цинь Хуайчжану, обнять его и назвать шифу, но приходилось сдерживаться. В этот раз цветы останутся белыми! — Я обратил внимание на статуи во дворе. Необычное расположение. — Я знал, что от взгляда опытного мастера ничего не укроется. Эти статуи изготовил мой друг, великий гений инженерии, мастер Лун Цюэ. Они — первая линия обороны нашей школы. — Мастер Лун, — уважительно кивнул Чжоу Цзышу. — Воистину великий мастер. — Вы и про него слышали? — уточнил Цинь Хуайчжан. — Слава о его талантах гремит далеко за пределами цзянху. — Да, всё, что ему остается — лишь изобретения и механизмы, — грустно вздохнул Цинь Хуайчжан. — Его супруга сгорела от родовой горячки, а сын не прожил и месяца. Уже два года он в трауре. — Печальная новость. Мастер не должен оставаться без наследников, его школа должна процветать! — в душе Цзышу порадовался, что Лун Сяо умер и не изувечит своего отца. — Я тоже ему об этом говорил, но он любил свою супругу, и по-прежнему горюет по ней. Надеюсь, его скорбь утихнет, и он выберет новую супругу. Жизнь продолжается, он ещё так молод. — Вы правы, жизнь продолжается, — эхом отозвался Цзышу. К мастерам подошёл мнущийся ребёнок. — Шифу, — позвал он тихо, — разрешите этому младшему обратиться? — Слушаю тебя, Цзюсяо, — благожелательно кивнул Цинь Хуайчжан. — Шифу, помощник повара сказал, что вышла вся рыба, а дашисюн сказал, что ему некогда и некого отрядить на рыбалку. Можно?.. — он не договорил, с надеждой взглянув на мастера. — А ты уже выучил переход цикады? — У меня не получается второй перекат, и дашисюн всё время занят, — потупился мальчик. — А ты пробовал сделать неполный перекат богомола? — неожиданно спросил молчавший ранее Чжэнь Янь. — Он очень похож по технике, но не такой глубокий. — Точно! Спасибо! Я попробую. Но после рыбалки, можно? — Давай поступим так, — Цинь Хуайчжан присел рядом с сыном. — Я разрешу сходить на рыбалку, но ты выполнишь на пять сотен повторений больше обычного урока? Цзюсяо задумался. Пять сотен — это много. Но рыбалка — прямо сейчас! — Можно я пойду вместе с шиди? — спросил Чжэнь Янь. — А потом будем вместе тренироваться. — Но тогда и тебе придется сделать пять сотен повторений, — уточнил Цинь Хуайчжан. — Ты к этому готов? — Да! За всё в жизни нужно платить, — серьёзно кивнул Чжэнь Янь. — Я просмотрю за ними, вы не против? — предложил Цзышу. Он не сомневался, что Цзюсяо не раз смывался на речку без разрешения, но для собственного спокойствия хотел присмотреть за детьми. — Вы уверены, что справитесь с двумя сорванцами? — Цинь Хуайчжан кивнул на детей, с горящими от нетерпения глазами ожидающих ответа. — У меня большой опыт, — хмыкнул Цзышу, вспоминая Тяньчуан. *** Цзюсяо взял Чжэнь Яня за руку и потащил в сторону реки, Цзышу последовал за ними. Как хорошо, что в детском возрасте дружба начинается так просто. Цзюсяо показал, где хранятся сети и ловушки для рыб, рассказывал Чжэнь Яню, как сделать удочку, кого из насекомых лучше использовать для наживки и всё, что он знал о поведении рыбы. Чжэнь Янь слушал с нескрываемым восторгом, буквально впитывая информацию, как губка. Острый слух Цзышу привлёк какой-то посторонний звук. — Оставайтесь здесь. Сунетесь без меня в воду — уши надеру, — предупредил он и скинул верхнее одеяние. На середине реки то появлялась, то исчезала тёмная точка и слышался жалобный скулёж. Цзышу быстро доплыл и едва успел выловить обессилевшего щенка. Казалось, если он ещё раз уйдёт под воду, то больше не всплывёт. Цзышу подхватил его под животик и поднял над водой. — Держись, малыш, у тебя будет новый дом и друзья, только держись. Чжэнь Янь на пару с Цзюсяо во все глаза смотрели на то, с какой лёгкостью мастер Чжоу плывёт в неспокойной реке. Вот он взял что-то и поплыл обратно, сильными гребками рассекая воду. Мальчишки стояли на берегу, как было велено, и, вытягивая шеи, пытались разглядеть, что у Цзышу в руках. На берегу Цзышу завернул щенка в ханьфу и стал растирать, согревая. — Вот так, малыш, ты же такой сильный, ты справишься, правда? — приговаривал он. Щенок начал дрожать и скулить, и Цзышу наконец улыбнулся. — Яньянь, малыша надо согреть, а я весь мокрый. Придется немного испачкаться. И рыбалка переносится. Но я буду тренироваться вместе с вами и покажу пару приёмов, — он подмигнул мальчишкам. Когда грязный и мокрый Цзышу так скоро вернулся с реки, Цинь Хуайчжан, конечно, поспешил узнать, что стряслось. Дети наперебой рассказывали, как мастер заметил щенка среди бурлящей воды и спас его, как настоящий герой! Цзышу проводили в купальню; искупав щенка, Чжэнь Янь завернул его в одно из ветхих полотенец, расспросил, где самое теплое место — кутёнка следовало отогреть. Цзюсяо притащил молоко, он тоже хотел помочь малышу. Ради такого приключения можно даже пропустить рыбалку. Согревшись и поев, щенок завозился, устраиваясь поспать. — Давай отнесем его в дровник, там сухо, мало кто ходит и тихо, нам ведь ещё заниматься, я обещал пап… шифу, — исправился Цзюсяо. — Только ему нужно что-то мягкое и тёплое. И обязательно проверить его. А то проснётся в незнакомом месте и испугается! А потом пойдём тренироваться. Мастер Чжоу обещал тоже пойти с нами. Пришлось бежать к одному из старших слуг, выпрашивая что-то, что подойдёт как подстилка, затем устраивать щенка. К выходу Цзышу из купальни дети порядком набегались, но всем своим видом выражали готовность к тренировке. — Ну что, идём на площадку? Цзюсяо, покажи, что у тебя не получается. Цзюсяо серьёзно кивнул и повёл гостя и нового друга на площадку. Там тренировались старшие с шестами, нунчаками, цепами и копьями. — Время малышни утром, сейчас тренируются взрослые, — достаточно грубо рыкнул парень в форме дашисюна. — В обязанности взрослых входит помогать младшим, — строго сказал Цзышу. — А я слышал, что дашисюн всё время занят. По праву ли он зовётся дашисюном? — У меня под началом почти три десятка шиди, мне некогда отвлекаться на постоянные дёргания младшего только потому, что он — сын мастера. Мастер говорит, мы все равны, без исключений — Значит, ты должен уделять внимание всем, а не игнорировать шиди только потому что он сын мастера! — Цзышу с трудом сдерживал гнев. Он не помнил этого ученика. В это время кто-то из учеников неудачно повернулся, не удержал шест, и он полетел в сторону мальчиков. Цзышу отодвинул Цзюсяо себе за спину и поймал шест вытянутой рукой. — Надеюсь, это была случайность, — ледяным тоном заметил он. Судя по тому, как ребёнок съёжился, ожидая удара, сделано это было намеренно. Цинь Хуайчжан прибежал на шум. Цзышу распекал старших учеников. — Почему семилетний шиди не умеет падать? Контролировать окружающее его пространство и уходить от возможной опасности? Почему дашисюн манкирует своими обязанностями? Задача старшего ученика оберегать, защищать, учить и наставлять своих шиди, отвечать на их вопросы, делиться своими знаниями, снимая с плеч наставника груз забот. А не форсить, грубить и маскировать грубыми шутками издевательства! — Я же сказал, малышне не место на площадке, когда тренируются старшие, — ученик принял уверенный вид. Цзюсяо не пойдет жаловаться отцу. — Мы ещё не стали мастерами, не все хорошо управляются с шестами и тренировочными мечами. — Не стали мастерами, говоришь? Мне было почти столько же, сколько тебе, когда я начал отвечать за своих шиди, я мастер и считаю, что площадка для всех! Давай, дашисюн, покажи, чему научился, нападай вместе с друзьями, у меня оружия нет, у вас же любое на выбор. — Воин не нападает на безоружного, — смутился ученик. — Я видел ваш поединок с шифу, я знаю, что вы сильнее. — А почему тогда ты обижаешь своими нападками шиди? Они же учатся у вас всему, как утята, каждое твоё движение, действие, слово влияет на их воспитание и восприятие мира, они же впитывают всё. Сегодня ты занят и отмахнулся, завтра малыш не так провёл связку, но его не поправили, через пару лет он не сумел увернуться от стрелы или копья на состязании, так как его не обучили этому. А ещё через пару лет не сумел отбиться от нападения. Что ты будешь говорить его родителям над могилой? Что он был недостаточно усерден, или что у тебя не было времени возиться с малышом? — Я всё показал, если он не может повторить, это не моя вина. Надо больше тренироваться. — Когда и где? Площадка ведь занята, — строго сказал тихо подошедший Цинь Хуайчжан. — Остальные же как-то справляются! — дерзко ответил ученик. Если он сейчас потеряет уважение своих шиди, то восстановить позиции будет очень трудно. — Я не проверял уроки у младших последнее время, Бу Синцзи, ты заверил меня, что они под твоей ответственностью, но, похоже зря. Цзюсяо, немедленно приведи своих шиди в возрасте от шести до девяти лет, скажешь, зачем я их зову, накажу! — Да, шифу, — Цзюсяо кивнул и убежал. Бу Синцзи побледнел. Восемь мальчишек прибежали на площадку, уважительно поприветствовав наставника и его гостя. Они встали в ряд, бросая опасливые взгляды на старших. — Дети, я был немного занят последнее время, но сегодня Цзюсяо сказал, что у него не получается переход цикады, покажите мне его. Старшие ученики под тяжелым взглядом Цзышу давно отставили и отложили свое тренировочное оружие, освободив место. Привычно выстроившись в два ряда, дети послушно постарались продемонстрировать приём, который не получился ни у кого. Всем не хватало понимания как именно одно движение переходит в другое. — Чжэнь Янь, может быть, ты покажешь? — спросил Цинь Хуайчжан. Он немного тянул время, не зная, как наказать старшего ученика. Раньше он никогда не сталкивался с таким саботажем. Чжэнь Янь серьёзно кивнул и, встав в стойку, продемонстрировал переход так, как объяснял отец. Используя вместо сложного движения и глубокого нырка перекат богомола, он выполнил упражнение и поклонился. — Простите своего младшего, мастер Цинь, он неуклюж и недостаточно гибок. — Ты прекрасно справился с заданием, гибкость можно натренировать, главное — ты понял принцип и используешь навыки. Дети — две сотни повторений упражнения, но перед этим разогрев и разминка; если у вас есть вопросы, прошу обратиться к мастеру Чжоу. Бу Синцзи, за мной, — строго велел Цинь Хуайчжан. — Все слышали мастера? — Цзышу посмотрел на старших. Ученики понуро собрали шесты и освободили площадку, но не уходили далеко. Всем хотелось понаблюдать за новым мастером. Цзышу показал комплекс упражнений для разминки, разогрелся вместе с детьми и начал последовательно демонстрировать связку за связкой, то и дело подмечая ошибки, которые совершали дети, а старшие халатно не обращали внимания. Указав каждому ребёнку, где он ошибся, Цзышу показал верное упражнение, связку или перекат. Убедившись, что мальчики поняли, он задал каждому по полсотни повторений там, где они делали ошибки, наблюдая и поправляя, если была такая необходимость. Дети закончили упражнения и отправились вместе со старшими на ужин. Чжэнь Янь проверил щенка, тот только проснулся и явно обрадовался своему посетителю. — Папа сказал, если ты не против, ты можешь жить со мной, — сказал Цзюсяо. Чжэнь Янь просиял.