Глава 13

Новым домом для Ноля оказалась маленькая деревня. Он вспомнил, что Пятнадцатый рассказывал ему о том, как они сжигали деревню, и он подумал, похожа ли эта деревня на ту с войны. Дом, который ему предоставили, был не в самом лучшем состоянии, но для Ноля это не было важно. Он был одноэтажным с чердаком, на который Ноль даже не залезал. Пятнадцатый отдал ему половину запасов своего Хроноса. Перед тем, как попрощаться, Пятнадцатый сказал: — Два года. И у меня тоже два года. Вот столько нам остается. Два года. А сколько это — два года? Ноль не понимал времени. Он видел время наперед, мог предсказывать действия противников, но он все равно не знал, что такое время. Но он не считал, что это должно было его волновать. Физическая смерть все равно неизбежна, а настоящая смерть не придет никогда. Ноль прошелся по всей деревне. По пути он встречал много людей. Большинство из них гостеприимно улыбалось при виде пришельца, расспрашивая его, откуда он и чем занимается. Ноль улыбался в ответ и просто кивал на их вопросы, никогда не давая на них ответов. А на тех, кто не улыбался и даже сторонился его, он смотрел с привычной отстраненностью. Пятнадцать спрашивал его, чем он хотел заниматься. Пятнадцать говорил ему, что у него будет новая жизнь. И вроде Ноль сбежал от той жизни, которая стесняла его, но он не чувствовал, что-то сильно изменилось. Он больше не выполнял задания Психотерапевта, теперь он был в новой стране — вот, что изменилось. Это ли покой, которого он так хотел? Он доедал овощное рагу, которым его угостил маленький мальчик из соседнего дома. Он посмотрел в окно; его дом был на возвышении, и оттуда он мог видеть деревню, над которой восходило солнце. Не доев завтрак, он снял с волос резинку и лег в кровать. Пока он ничего не понял, он будет просто существовать. Потому что Пятнадцать так хотел.

***

Ноль вколол Хронос. Два года, два года. Он задавался вопросом: “Сколько я уже пробыл здесь?” Он спал то днем, то ночью, и все дни слились как бы в один — никак не разделялись и все походили один на другой, и ему было незачем разделять “вчера” и “завтра”. Он услышал стук в дверь. Ноль встал и открыл дверь. Что-то громко застучало в груди, когда он увидел Пятнадцатого, и стало почему-то тревожно. Пятнадцать смотрел так, как будто это была привычная встреча. Ноль не знал, что говорить, но даже если бы знал, то не смог бы выдавить и слова из-за стоящего в горле кома. — Как у тебя дела? — наконец, заговорил Пятнадцать. — Дела? — переспросил Ноль, будто бы не уловив смысл вопроса. Пятнадцать прошел дальше в комнату и огляделся. Он глубоко вздохнул. — Я так и знал, что ты не сможешь обустроиться. Когда Ноль озадаченно на него посмотрел, Пятнадцать указал пальцем на беспорядок: на разбросанные упаковки, на грязь на полу и стенах. Он начал объяснять ему, что в комнате нужно хотя бы немного убираться, подметать, выбрасывать мусор. Он говорил это раздраженно, но быстро смягчился, посмотрев на него с сочувствием. — Ничего страшного, я тебе помогу и все объясню. Я буду с тобой. Ноль слегка пошатнулся. — Но ты хотел остаться, чтобы мстить. Нолю показалось, что Пятнадцать слабо улыбнулся. — Я много думал. Я ни к чему не приду, если даже отомщу. Мне это не даст покоя. Я все равно скоро умру. Я ответственен за твою жизнь, и я лучше я посвящу эти оставшиеся полтора года с тобой. Это будет мое раскаяние.