Carmen Dei 1: Россказни глухого барда

      В воздухе стоял тяжёлый запах прокисшего пива и мочи. Капри пятилась по переулку, сжимая гитару словно оружие.              — Отвалите! — прорычала она, наставляя свою драгоценность на скинхедов, что надвигались на неё. На всех них были чертовы значки партии лейбористов, но все знали, кто они на самом деле.              — Что тут делает цыганка вроде тебя? Думаешь, можешь играть в нашем баре? — спросил один из нацистских ублюдков, доставая нож и медленно подступая к Капри.              — У нас свободная страна, — плюнула она в ответ, но это вызвало лишь хохот у головорезов.              — Свободная — для высшей расы. Не для таких, как ты, — захихикал средний панк. По волосатой шее, нескольким подбородкам и приплюснутому носу с огромными глазами было ясно: единственное, что его семья когда-либо любила, — это своих же братьев и сестёр.              — Меня ждёт моя подруга! Если она увидит, что я не пришла, — вас всех порешат! У нас в фургоне пистолет! — соврала Капри. Она отступила ещё на шаг и чуть не споткнулась, налетев на кучу тряпья на земле.              И тут, к её удивлению, тряпьё застонало. Часть мусора осыпалась, и оно поднялось, а пустые бутылки из-под вина покатились в стороны.              — Ох, голова… Удар был сильнее, чем я думал.              — Берегись! — прошипела Капри, чувствуя, как внутри всё обрывается. Отлично. Теперь ещё и бомжа от них защищать.              Тряпьё встало — и оказалось куда чище и опрятнее, чем она думала. Одежда была добротной, хоть и поношенной, с дорожной пылью, но явно ручной работы. Зелёная шапочка с поникшим цветком, свисающий бант на белой с коричневыми и зелёными вставками тунике, зелёные штаны и белые чулки — всё выглядело так, будто сошло с картинок её друзей.              А сама незнакомка оказалась с двумя тёмными косами, кончики которых были окрашены в голубовато-зелёный, сверкающими зелёными глазами и довольно милым личиком, честно говоря. На поясе светился зелёный камень, а в руках она сжимала лиру — ни больше ни меньше.              — Просто держись за мной. Не бойся, я не дам этим уродам нас достать, — прорычала Капри, переступая и стараясь держать свою драгоценную гитару нацеленной на скинхедов.              — Эй, гляньте, какая красотка, — осклабился правый урод, облизнув губы и продемонстрировав неполный набор зубов.              — Почему бы тебе не бросить эту цыганку и не повеселиться с нами, девочка?              — Девочка? — рассмеялась незнакомка и пробежалась пальцами по струнам своего инструмента. — Неужели вы меня не узнаёте? Я же самый знаменитый бард во всём Мондштадте — ну, по крайней мере, мне так хочется думать.              — Какой нахрен Мондштадт? — прорычал левый. Струны ответили диссонансным звоном. — Погоди… ты что, парень?              — Не важно, парень или девчонка. Он красивый, а когда его губы обхватят твой…              — Господа, господа! — перебил незнакомец. — Я не осуждаю ваши вкусы, но разве не кажется вам, что вы слишком настойчивы? По её позе я бы сказал, что эта дама совершенно не заинтересована в ваших ухаживаниях. — Он демонстративно зажал нос и скорчил рожицу. — А из-за вашего запаха — я тоже не заинтересован.              — Она не дама, она чёртова цыганская сука! А ты заткнись и встань на сторону своей расы, если не хочешь проблем! — прорычал центральный.              — Хм. — Незнакомец вздохнул и повернулся к Капри. — Ну, я бы не хотел, чтобы коллега-музыкант повредила инструмент, так что позволь мне заняться этими тремя?              — Эм, я не думаю… — начала Капри, но незнакомец весело пробежался по струнам и грациозно прошелся между ней и нацистами.              — Ну что ж, мальчики, раз вы настаиваете на игре — я смогу справиться с вами тремя разом. Вы же большие сильные мужчины, верно? Сможете справиться с маленьким мной?              С рыком центральный бросился вперёд, неуклюже махнув ножом в лицо противнику. Тот легко откинулся назад и в сторону. Каким-то образом ноги урода запутались — и он рухнул на землю, а незнакомец отшатнулся в сторону.              — Хихи, упс! Какой я неуклюжий! Ну, думаю, вы не станете…              — Пошёл ты, педик! — прорычал правый и замахнулся, пока его дружок вытаскивал пистолет.              — Берегись! У него… — крикнула Капри, но то, что произошло дальше, было слишком странно, чтобы поверить.              Ветер снова усилился, и жирная старая обёртка от фастфуда залепила стрелку лицо. Тот выстрелил наугад — пуля рикошетом попала ему же в ногу. Он рухнул на землю рядом. Последний урод шагнул вперёд, размахивая кулаками, а незнакомец отступал, изображая испуг.              — Ха! Я трахну и тебя, и эту цыганскую суку! — прорычал он.              — Боже мой, что случилось с дружелюбными жителями Мондштадта! Если бы Джинн услышала, тебе бы сильно досталось! — рассмеялся незнакомец.              — Какого хрена ты несешь… УУУФ!              Урод снова широко замахнулся, незнакомец легко уклонился, оставив его в неустойчивом положении. В этот момент нога незнакомца резко взлетела вверх — прямо между ног противника. Тот сложился, как дешёвый пластиковый стул, и осел на землю, подвывая вместе с остальными.              — Ох, кажется, вы ранены. Давайте помогу, — сказал незнакомец, срывая куртку с корчившегося от боли и ловко перевязывая рану. — Вот так. Надеюсь, вы все извлекли полезный урок. Пойдём, новая подруга! Приключения ждут!              Капри осторожно переступила через стонущих идиотов, держа гитару высоко и в безопасности. Троица просто валялась и ныла, а она поспешила догнать незнакомца, который уже вышел на дорогу и оглядывался.              — Хм, не помню этого места. Видимо, мне досталось от Розалины сильнее, чем я думал. Ну, это точно не Мондштадт, — пробормотал он, глядя вверх на мерцающий уличный фонарь.              — Эм, нет, это Мюнхен. Никогда не слышала о Мондштадте, — ответила Капри, ещё раз оглянувшись, чтобы убедиться, что их не преследуют. — Спасибо, что спас меня. Моя напарница заболела, и… ну… меня загнали в угол. Я Капри Лакатос.              — Не за что, не за что! Можешь звать меня Венти — самый знаменитый бард во всех землях! — с этими словами он расцвёл в цветущем поклоне, подмигнул и озорно ухмыльнулся.              — Ты… не местный, да? Работаешь в шоу или что-то такое? — спросила Капри, хмурясь. Она была почти уверена, что Венти — парень, но, честно говоря, разобрать было непросто.              — О, куда бы я ни пошёл, самое грандиозное шоу всегда со мной! Я знаю каждую песню, каждый стих, каждую историю, что несёт ветер! — гордо заявил Венти, перебирая струны лиры в такт словам.              Мимо с рёвом пронёсся автомобиль, обдав их брызгами холодной воды из лужи. Венти замер, провожая машину взглядом, слегка приоткрыв рот. Потом медленно закрыл его, опустил лиру и приложил руку ко лбу.              — Эй, ты в порядке? — спросила Капри, подбегая ближе. — Ты сказал, что тебя ударили? По голове?              — Да, кажется, да, — пробормотал Венти, морщась от боли. — Эм… ты видела, как только что промчалась эта повозка без лошадей, верно? Мне не привиделось?              — Тебе точно по голове прилетело, — вздохнула Капри. Она глянула на бар слева и скривилась. Возвращаться туда ей совсем не хотелось, но… — Пойдём. Надеюсь, у тебя не сотрясение, если что — вызовем скорую.              Венти позволил Капри провести себя в бар — довольно сомнительное заведение, но в нем неплохо платили за игру. Бармен увидел её и поднял бровь, но ничего не сказал, когда она усадила Венти за стойку. Незнакомец оглядывался по сторонам, широко раскрыв глаза, слегка приоткрыв рот.              — Что будете? — буркнул бармен.              — Мне… мне нужно выпить, — ответил Венти, закрыв глаза, словно от боли.              — Просто воды, — сказала Капри бармену.              — Нет, что-то покрепче. Два пива, — Венти поднял два пальца.              — Я возьму воду, — вздохнула Капри.              Венти приоткрыл один глаз и снова озорно ухмыльнулся.              — Я беру два пива. Не знаю, что возьмёшь ты.              — Ха-ха, — закатила глаза Капри, но бармен Стефан просто кивнул.              — Какое? У нас вот это на разлив, — он указал на широкую доску, потом на бутылки за стойкой. — И это тоже.              — Как человек с деньгами и вкусом… беру самое дешёвое, — сказал Венти, хлопая ресницами. Ну, по крайней мере, Капри теперь была почти уверена, что Венти — парень.              Бармен хмыкнул, налил пол-литра и поставил перед Венти. Тот опустошил кружку с поразительной скоростью, и Капри покачала головой.              — Если тебе правда больно, не стоит так пить.              — Чушь! Когда болит — лучше всего напиться и забыть! — рассмеялся Венти. — Ещё одно!              Взяв третью кружку, Венти оглядел помещение, прищурив глаза. Он немного посмотрел на телевизор — там шёл вечерний выпуск новостей: местные сюжеты и прогноз погоды.              — Значит, ближайшие дни будут дождливыми и холодноватыми, — заметил Венти, отпивая пиво.              — Осень. Всегда так, — буркнул Стефан. Бар почти опустел — люди разбежались, как только запахло дракой. Капри подумала вернуться и доиграть, но никому это не было нужно, и Стефан не возражал.              — Ах, но зимой холодно, ветер дует — нужно запасаться дровами, верно? — задумчиво сказал Венти.              — Если живёшь как деревенщина — может, и нужно, — фыркнул Стефан. — Я пользуюсь газом, как нормальные люди.              — Цены растут — Красные Перчатки захватили часть скважин, — покачала головой Капри. — Бензин нынче слишком дорогой.              — Правда? Сколько сейчас? — спросил Венти.              — Последний раз проверяла — почти 2 марки за литр. Газ тоже. У меня в этом месяце счёт на 93 марки вышел, — пробормотал Стефан. — Надо что-то делать с ценами. Слишком дорого.              — Прямо хочется иметь пиро Глаз бога, да? — вздохнул Венти, качая головой.              Капри и Стефан оба нахмурились.              — Чего?              — Ну, знаете, способ самому создавать тепло, — небрежно махнул рукой Венти. Он достал свой зелёный шарик и положил на стойку. — Вот как это, только красное.              — Что это? — нахмурилась Капри, разглядывая штуку.              Стефан же побледнел и отступил на шаг.              — Я не хочу проблем. Это же тинкертех, да?              — Нет-нет, просто анемо Глаз бога! — рассмеялся Венти.              — Похоже на то, что носят те электрические кейпы, — неуверенно сказал Стефан.              — Нет, те фиолетовые. И вообще, это не тинкертех. Просто штука, которая даёт им силы или что-то вроде того, — покачала головой Капри. Она пригляделась внимательнее: внутри шарика кружились вихри, будто ветер там и правда дул. — Это что-то типа лавовой лампы?              — Ах, просто нечто прекрасное, созданное, чтобы любоваться, как и я сам! — рассмеялся Венти и заставил шарик исчезнуть. На миг Капри показалось, что он выглядит довольно встревоженным.              — Ты правда неважно выглядишь. Может, скорую вызвать? — неуверенно спросила Капри. — Или такси? Сможешь добраться домой?              — Я… ну, я остановился в "Доле Ангелов", но, думаю, ты не знаешь, где это, верно? — спросил Венти с лёгкой улыбкой.              — "Доля Ангелов"? Это что, церковь? — спросила Капри.              Стефан фыркнул — похоже, решил, что Венти не кейп.              — Только дураки теперь ходят в церкви. Они бесполезны теперь, когда Кёльн лежит в руинах.              — Некоторым молитва помогает почувствовать себя лучше, и кто знает — вдруг боги слушают, — пожал плечами Венти.              — Боги? Ты что, из этих язычников? — вздохнула Капри, закатывая глаза. — Или ещё хуже — из этих японских шизиков.              — Бог мёртв, и уже давно. Если хотим спастись — надо быть сильными. Вернуть свою землю, — прорычал Стефан.              Капри метнула в него злой взгляд.              — А, вот поэтому тут эти уроды и тусовались?              Стефан пожал плечами.              — Пьют, болтают. Деньги платят. Босс не думал нанимать цыганку. Мне-то всё равно. Музыка у тебя была хорошая, но…              — Пошёл ты! — прорычала Капри. — Отдай мои деньги.              Стефан уставился на неё.              — Ты отыграла только половину ночи. Получишь половину.              — Да пошёл ты, плати полностью и радуйся, что я не звоню в полицию! — Капри вскочила, сверля его взглядом. Этот гад явно собирался прикарманить её честный заработок!              Стефан уставился на неё, взгляд метнулся к двери — и глаза расширились.              — СУКА!              Раздался выстрел. Капри бросилась на пол, Стефан нырнул за стойку. Она мельком увидела тех двоих уродов из переулка: один с толстой повязкой на ноге держал пистолет, второй сжимал окровавленный обломок доски и выглядел готовым убивать.              Но они не успели войти до конца. Венти взмыл в воздух на порыве ветра, в руках у него появился изящный лук. Он выстрелил стрелой — в месте попадания в стену возник вихрь, который засосал обоих нацистов и прижал к стене. Пистолет снова выстрелил, но пуля угодила второму прямо в зад — тот заорал от боли, а Капри смотрела на это в полном ошеломлении.              — Видимо, некоторые учатся медленно, — вздохнул Венти, подлетая к двум прижатым уродам. Он щёлкнул пальцами — пистолет вылетел из руки и оказался у него. Венти с любопытством осмотрел его, пожал плечами и сунул в карман. — Ну, раз это наша вторая встреча, вам придётся вздремнуть подольше. Спокойной ночи!              Оба урода с размаху врезались головами в потолок и рухнули на пол бесчувственной кучей. Капри осталась лежать, сердце колотилось в груди. Венти казался целым, но… кейпы в Мюнхене не пользовались хорошей репутацией, особенно среди её народа.              — Думаю, на сегодня хватит выпивки, — сказал Венти, качая головой. Он достал пару кошельков, открыл их и нахмурился. — Странно. Ни одной моры. А это что? — он вытащил дебетовую карту и повертел её. — Можно ли этой штукой расплатиться?              — Не надо платить, просто уходите! — крикнул Стефан из-за стойки. — Пожалуйста, без драк! Мне не нужны такие проблемы на смене!              — Значит, это лучшее пиво в мире! — рассмеялся Венти. Он подошёл и протянул руку Капри. — Ты не ранена?              — Э… нормально, спасибо, — ответила она, медленно поднимаясь. Она глянула на бесчувственных уродов, потом на Венти. — Не любишь наци, да?              — Боюсь, я не очень понимаю, что такое наци, но если у них такие манеры, как у этих двоих, мы вряд ли подружимся, — пожал плечами Венти и подмигнул.              Капри прищурилась.              — Как можно не знать, кто такие нацисты?              — Ну, я не совсем отсюда. Многое тут для меня в новинку. Ах, но ночь ещё только началась! Пойдём, я уверен, мы найдём другое заведение без такой сомнительной компании! — И он весело пробежался по струнам лиры, заставив Капри покачать головой.              — Ладно, пошли. Но сначала. — Она подошла к стойке и уставилась на съёжившегося Стефана. — Деньги?              Тот вытащил конверт из кассы и сунул ей.              — Бери и вали! Не возвращайся! Мне не нужны проблемы!              Когда они вышли из бара, Капри проверила конверт. Ей недодали десять марок, но возвращаться и спорить она не собиралась. Она глянула на Венти — тот с любопытством разглядывал деньги.              — Что?              — Так вот это… — Венти вытащил пачку купюр из кошельков и поднял. — Это… марки, да? Хм, странно, похоже на обычную бумагу.              Капри промолчала. Она не хотела грубить кейпу, но…              — Эээ… это шутка?              — Хихи, боюсь, я правда не очень понимаю, как тут всё устроено! — сказал Венти, почёсывая затылок. — Ну, спасибо за выпивку! Пойду найду уютный переулок для сна. Не в первый раз!              Венти повернулся уходить, и Капри вздохнула. Она была идиоткой. Полной идиоткой. Ни за что не стоило этого делать.              — Эй… эм… я не особо богата, но… если тебе нужно тёплое место переночевать… и ты не против, что Наоми храпит… можешь остаться в моём фургоне.              — О, это звучит куда лучше переулка! Веди, мисс Капри!              Вздохнув, Капри закинула чехол с гитарой за спину и повела Венти тёмными улицами к месту, где стоял её фургон. Она натянула капюшон и опустила голову, пряча лицо от случайных прохожих, но Венти шёл с высоко поднятой головой, с интересом оглядываясь и улыбаясь всем встречным, отчего большинство шарахалось в стороны.              — Ну, времена, конечно, не самые дружелюбные, но все вокруг такие угрюмые. Неужели случилось что-то плохое? — заметил Венти.              Капри фыркнула.              — Откуда ты такой жизнерадостный взялся?              — Из далёкой страны под названием Мондштадт. Это земля Свободы, где всегда дуют вольные ветра, — ответил Венти, пробежавшись пальцами по струнам лиры. Играл он действительно здорово.              — Значит, ты из Америки? — закатила глаза Капри. — Страна свободных, дом толстяков.              — Хм, нет, никогда не слышал о такой стране! Это ведь земля Мюнхена, верно? — Венти задрал голову, разглядывая уличный фонарь. — Ого, это же электро, да? Интересно. Я видел такое в механизмах из Кэнри'а. Слышала о таком?              — Слушай, я слышала о куче стран, но ни о каком Мондштадте, ни о Кэнри'а, ни о чём подобном. Мы в городе Мюнхен, в Баварии, на территории Германии, — снова нахмурилась Капри. — Как можно этого не знать?              Венти скорчил глупую рожицу и постучал себя костяшками по голове.              — Хихи! Какой я рассеянный! Ну, пока Фатуи не появились — я в безопасности! Интересно, как там Итэр и Паймон…              — Фатуи? Это какая-то банда кейпов? Ты же кейп, да? — спросила Капри. Он, очевидно, был кейпом.              — У меня очень изящный плащ, если позволите заметить! — Венти крутанулся, демонстрируя зелёно-белый плащ. — Но, кажется, ты имеешь в виду что-то другое? Прошу прощения, но не могли бы вы объяснить бедному маленькому мне?              — У тебя… есть силы, верно? — нахмурилась Капри. — То, что ты сделал с ветром, и этот лук… куда он делся?              — А, это? Да ничего необычного! Ты же видела мой Глаз бога, правда? — Венти приподнял зелёный шарик. — Конечно, я могу призывать ветра, но я всего лишь бард. А лук? Пфф, эта старая штука? Я просто прячу его на крайний случай. Предпочитаю решать проблемы песней и хорошим разговором!              — Эм… — Капри снова моргнула. — Ты… похоже, ты действительно сильно ударился головой.              — Ах, это не первый раз! Просто небольшая стычка с Фатуи, — ответил Венти, но при этом внимательно следил за реакцией Капри.              — Я о них не слышала, но если это что-то связанное с кейпами — я пас. Я обычный человек, — покачала головой она. — Ладно, мой фургон тут рядом.              Она припарковалась на пустыре, где стояло ещё несколько фургонов и палаток, над общей душевой и туалетом, подключённым к городской канализации, был натянут тент. Большинство соседей — путешественники или беженцы.              Она постучала в заднюю дверь.              — Наоми? И со мной гость…              Изнутри раздался чих.              — Всё нормально, заходи…              Капри открыла дверь и жестом пригласила внутрь.              — Добро пожаловать в наши хоромы.              Венти заглянул внутрь. Наоми помахала с матраса над отсеком для хранения — там лежал её барабанный набор и остальные вещи. Лицо бледное, раскрасневшееся, потное, рыжие кудряшки растрепались вокруг головы.              — Э… привет. Извини, я не в форме. Меня зовут Наоми. А тебя?              — Я Венти! Бард экстра-класса! Случайно познакомился с мисс Капри, когда какие-то грубые люди жестоко прервали мой сон в переулке, а она отважно защищала меня своей гитарой!              Капри закатила глаза, а Наоми ахнула.              — Совсем не так всё было. Хотя… что ты вообще делал в том переулке?              — Честно, я и сам всё меньше понимаю, — признался Венти и пожал плечами с улыбкой. — Мне так жаль, что ты болеешь. Вот, у меня есть средство, ставшее знаменитым благодаря сестре Марии! Давайте я его быстренько приготовлю для вас.              — Всё нормально, у нас есть лекарство от простуды, — сказала Капри, но Венти уже достал чашку и какие-то травы из-под плаща.              — У вас случайно нет плиты? Я заварю сладкий чай из сесилий — сказал Венти.              Наоми с любопытством посмотрела и кивнула, указав на походную плиту.              — Конечно, я не против чая и послушать твою историю.              — Тебе спать надо, — проворчала Капри, но всё же достала плиту, поставила и зажгла. Через минуту у Венти уже кипел отвар. Она вытащила два складных стула — один для Венти, другой для себя, хотя Наоми спустилась и прижалась к ней на одном. Капри бросила на Венти предупреждающий взгляд, мол, попробуй только что-то сказать, но тот либо не понял намёка, либо действительно оказался приличным человеком.              Венти развлекал Наоми сильно приукрашенной и очень комичной версией вечерних событий: Капри он выставил этаким отважным фехтовальщиком, которая одолела грубиянов умом и хитростью, а себя — пьяным бродягой, который просто оказался рядом.              — Всё было не так, — вздохнула Капри, когда история закончилась. — Слушай, Наоми, он кейп. Он мне жизнь спас, и… ну… тебе же нужно где-то ночевать, да?              — Кейп? — глаза Наоми расширились. — То есть ты не из Гессельшафта? Тогда из Мейстеров?              — Хм, я не слышал о них. Это какие-то гильдии? — с любопытством спросил Венти.              Наоми моргнула и посмотрела на Капри. Та вздохнула и пожала плечами.              — Он правда ничего не знает. Думаю, он ввязался в драку с кейпами из группы, которую он назвал Фатуи и сильно получил по голове.              — Они из Снежной, — уточнил Венти. Вернее, попытался — название ничего не значило для слушательниц. — Хм. И об этом вы не слышали. А что насчёт Ли Юэ? Фонтейна? Инадзумы?              — Я слышала про Инадзума-но-Химэ, — медленно сказала Наоми.              — О ком? — нахмурилась Капри.              — Ну, принцесса Японии? — подсказала Наоми. — Её еще называют Принцессой Молний.              — А, точно, подопечная Райдэн, — пожала плечами Капри.              Глаза Венти вдруг загорелись.              — Ах, значит, вы знаете, где Инадзума! Ну, Мондштадт не так уж далеко — несколько недель плавания на северо-запад.              — Эм, Инадзума — это не место, — снова нахмурилась Капри. — По крайней мере, я о таком не слышала.              — Правда? Но вы же знаете Сёгун Райдэн, Электро Архонте, — сказал Венти, снимая закипевший чайник с плитки и разливая по трём кружкам, которые Капри поставила.              — Спасибо, — вздохнула Наоми, беря кружку и вдыхая аромат. — Ммм, приятно пахнет. Ну, все знают, кто такая Райдэн…              — Стерва, — пробормотала Капри, получив локтем от Наоми.              — …но я никогда не слышала об Электро Архонте, — закончила Наоми.              Капри покачала головой.              — Нет, это Райдэн. Она иногда так себя называет, и ещё кучей других имён. Она чокнутая, думает, что богиня.              — Но… Райдэн — богиня, — сказал Венти, теперь явно сбитый с толку, отпивая из кружки травяной чай. — Хотя как можно знать о ней, но не знать её родину, Инадзуму… я немного в замешательстве. Говорить, что Райдэн не богиня, — это всё равно что сказать, будто Рекс Ляпис или даже Барбатос — не боги.              — Это что, Король Рока или какой-то остров? — спросила Капри. — О таких богах я слышу впервые.              — Ну, я думаю, он восьмой дух из Малого Ключа Соломона, — задумчиво сказала Наоми. — Герцог ада, если память не изменяет.              Венти вдруг поперхнулся чаем, закашлялся и зафыркал. Наоми хотела было постучать его по спине, но он поднял руку, останавливая её.              — Извините, просто поперхнулся. Но… Барбатос — демон? Серьёзно, это уже слишком. Я слышал, как Архонта Ветра называют озорным духом или ленивым богом, но демоном — никогда.              — Эм… ну… у меня в юности был бунтарский период, я увлекалась демонологией. Это… это очень расстроило родителей… они позвали раввина, и… сожгли мои книги, — призналась Наоми.              — Бунтарский период? Твои родители выгнали тебя из дома и до сих пор не разговаривают, — фыркнула Капри.              Наоми покраснела и отвела взгляд.              — Ну… я всё равно их люблю, просто… они не были в восторге, когда узнали, что мы вместе…              — Ах, родители не одобрили ваш брак? — спросил Венти.              Капри и Наоми уставились на него, разинув рты.              — Ты… понимаешь, что мы обе девушки, да? — медленно спросила Капри.              Венти пожал плечами.              — В глазах лорда Барбатоса каждый волен любить, кого пожелает! Я сам обвенчал несколько счастливых пар из дам!              — Ну чёрт, вдруг этот бог не такой уж плохой, может, нам стоит уверовать, — пробормотала Капри, и Наоми легонько ткнула её локтем.              — Нет. Раввин Гольдштейн говорит, что всё нормально, просто родители у меня более традиционные. Поэтому они переехали в Израиль, а я осталась. Но я всё равно хожу в синагогу каждую субботу. И ты со мной ходишь.              — Только потому, что ты заставляешь, — проворчала Капри, но покраснела.              — Интересно, согласился бы раввин нас обвенчать? — задумалась Наоми и пожала плечами. — Ладно, главное — что у нас в сердце.              — Хэй, по виду тебе явно стало лучше, — сказала Капри, оглядывая Наоми. Она приложила ладонь ко лбу подруги и кивнула. — Температура спала.              — Ах, я добавил чуточку анемо в чай — в благодарность! Сразу поднимает на ноги! — весело сказал Венти.              Капри побледнела, но Наоми поблагодарила и снова отпила чаю.              Потом они легли спать. Венти пришлось откинуть пассажирское кресло в фургоне, а Капри с Наоми забрались на матрас в задней части.              — Он мне нравится, — тихо сказала Наоми, когда они лежали рядом. — Кажется, добрый.              — Он, наверное, нас слышит, — пробормотала Капри в волосы Наоми. — Но да. Он совсем не такой, как прочие кейпы.              — Он музыкант. Очень хорошо играет на этой лире. Нам бы не помешал ещё один участник группы, — предложила Наоми.              Капри вздохнула.              — Может быть. Посмотрим. От кейпов одни неприятности.              — Но Венти же герой... наверное. Думаю, всё будет хорошо, — ответила Наоми, зевнула, прижалась ближе и тихо захрапела.              Капри ещё немного полежала, но в конце концов тоже задремала. Проснулись они уже ближе к полудню — Венти всё ещё храпел. Наоми встала первой и приготовила простой завтрак: овсянку и кофе.              — Сколько ты вчера заработала? Мне сегодня нужно сходить за продуктами, если хватит денег.              — Меньше, чем хотелось бы. Слишком мало заказов, — вздохнула Капри, передавая деньги.              — Ах! Доброе утро, прекрасные дамы! — сказал Венти, выходя из фургона и потягиваясь. Каким-то образом, несмотря на тесноту, он выглядел слишком хорошо после сна в тесном фургоне. Капри и Наоми обе были растрёпанными: Капри просто натянула капюшон, а Наоми надела шапку.              — Доброе утро! Садись завтракать! — сказала Наоми, указывая на овсянку. — Я сделала побольше.              — Спасибо! Хм, а это что? — Венти понюхал кружку кофе, которую ему протянула Капри.              — Кофе. Серьёзно? Ты никогда не слышал о кофе? — спросила Капри, начиная раздражаться.              — Ах! Пил его в Сумеру, но прошло уже много лет с тех пор, как я туда забредал. Думаю, в Мондштадте тоже есть кофейни, но я предпочитаю пиво. Впрочем, это кажется идеальным напитком, чтобы взбодриться!              Они поели и немного поболтали, после чего Венти достал кошельки. Оказалось, это были кошельки вчерашних мудаков из бара — Венти "забрал их, чтобы преподать ценный урок".              — Воровство — это плохо, но… — Наоми прикусила губу, а потом выпалила: — но пусть эти ублюдки пойдут нахрен!              — Мамы рядом нет, можешь ругаться, — рассмеялась Капри. — Но да, пошли они. Чёрт, неплохой улов. Тут около пятисот марок. Карточки продадим — у меня есть знакомый.              — Капри! — возмутилась Наоми.              — Что? Это же нацисты, Наоми. Как ты и сказала. Пошли они.              — Вы обе, похоже, очень сильно не любите этих... эм, нацистов? Это значит, что они плохие люди? Вы смотрите на меня, будто у меня вторая голова выросла, — сказал Венти.              Наоми медленно закрыла рот и покачала головой.              — Эм, Венти… я думала, ты уже понял, но… я еврейка. Моя бабушка потеряла первого мужа в Дахау, и у меня пропали несколько дальних родственников. А Капри…              — Они не просто так звали меня цыганкой. Думала, ты поймёшь по фамилии. И да, во время Холокоста я тоже потеряла родных, — кивнула Капри, начиная злиться. — Окей, по началу твоё поведение было милым, но это уже...              — Хм. — Венти вдруг взмыл в воздух, скрестив ноги и подперев подбородок рукой. Наоми и Капри обе замерли.              — Ой, извините! Не хотел вас напугать. — Венти опустился обратно и покачал головой. — Хм. Это же не Тейват, верно?              Обе женщины молча покачали головами.              — Я так и думал. Интересно. Итэр упоминал путешествия в другие миры, и я давно знал, что они существуют. Всё же… — Венти рассмеялся, почёсывая затылок. — Вам, наверное, трудно поверить, но я думаю, что я пришелец из совершенно другого мира! Похоже, мне предстоит многому научиться. Это явно причиняет вам боль, но я правда не понимаю, что вы имеете в виду под Холокостом. Я думал что это что-то, что некоторые называли Катаклизмом — когда Кэнри'а уничтожили. Но… похоже, для вас это значит гораздо больше. Так что, пожалуйста, расскажите мне свою историю.              Капри несколько раз моргнула, потом долго посмотрела на Наоми.              — Эм… я даже не знаю, с чего начать…              — Ты… ты кейп из другого мира? — спросила Наоми, слегка ошарашенная. — Я не…              — У меня идея! — Венти вскочил, хлопнул в ладоши и заулыбался. — Это, видимо, тяжело для вас, так что как насчёт такого? Где ближайшая библиотека? Я всегда любил читать. Не как люди из Академии, конечно, но хорошую книгу иногда почитать обожаю.              — …Я могу показать, — вызвалась Капри, качая головой. — Недалеко.              — Я тоже пойду, — согласилась Наоми, вставая и складывая стул. Они быстро собрали вещи, заперли фургон и пошли на автобусную остановку, которая Венти явно заворожила. Он буквально сиял от восторга, когда ехал в автобусе, жадно глядя в окно и комментируя, какой быстрый этот мучительно медленный транспорт.              До библиотеки добрались быстро. Венти сразу схватил несколько стопок книг — одна из них была про Холокост. Он начал листать, но вдруг замер, увидев первую фотографию, и лицо его исказилось от ужаса.              — Аушвиц, — тихо сказала Наоми, и слёзы выступили на глазах. — Столько…              — Как… кто… — голос Венти стал хриплым, в глазах стояли слёзы. Он вдруг пробормотал что-то, потом провёл ладонями над книгой. Страницы быстро-быстро перелистывались, хотя он несколько раз замирал на фотографиях, явно не в силах осознать увиденное.              — Тебе действительно стоит прочитать, — твёрдо сказала Капри.              — Я это и делаю, — прорычал Венти, но в его голосе было что-то… неправильное. Капри откинулась на спинку стула, а Венти снова вытянул руки над книгой — страницы затрепетали на ветру, перелистываясь сами. Потом книги полетели с полок, закружились вокруг Венти вихрем. Глаза его загорелись синим, лицо исказилось холодной яростью. Капри и Наоми в ужасе вцепились друг в друга, когда Венти издал низкий рык.              Затем книги обрушились на стол. Венти опустил голову в ладони и тихо заплакал.              — Мои люди… мои дети… что с вами случилось?              — Венти? — робко позвала Наоми, протягивая руку.              Вдруг комната потемнела, а от Венти начало исходить тёплое зелёное сияние. Он поднял голову — за спиной медленно расправлялись крылья, он вырос в размерах, одежда растаяла, превратившись в белое одеяние. Он медленно поднялся в воздух.              Наоми мгновенно потянула Капри за собой, заставила опустить голову к полу и, стоя на коленях рядом, запинаясь, пробормотала:              — Dabber ki somea abdeka!              — Встань, Наоми. Ты не моя служанка, а подруга. Теперь. Я хочу, чтобы ты рассказала мне точно, почему эти нацистские ублюдки до сих пор разгуливают по улицам Германии.              Наоми и Капри нерешительно подняли головы — и увидели лицо плачущего ангела. Потом Венти встрепнулся, сияние угасло, воздух вокруг снова стал обычным.              — Простите, простите. Просто… давно я так не злился. Уже лет пятьсот. — Венти откашлялся и улыбнулся. — Не могли бы вы просто забыть, что только что видели?              Капри молча покачала головой, а Наоми поспешно кивнула.              — Ну, хотя бы одна из вас умеет врать с невозмутимым лицом, — вздохнул Венти. — Теперь. Пожалуйста, объясните мне. Потому что, очевидно, боги этих земель либо спят, либо они ничем не лучше этих ублюдков.              Наоми заговорила первой — робко и благоговейно.              — Эм… ну… я не могу судить о замыслах Господа, но… всё началось примерно пять лет назад с политической партии под названием Партия земельной и социально-трудовой реформы, и Гессельшафта…