Часть 22. Интерлюдия Херры

      Херра посмотрела на Бледного Короля с лёгкой долей разочарования.       Он же должен быть Высшим существом! Но даже смешно, насколько легко было помыкать им и выводить его из себя. Поначалу она отнеслась к нему с осмотрительностью, переросшей позже в презрение. Король предпринял несколько слабых попыток заявить права на территории Глубинного гнезда, что были с лёгкостью предотвращены Херрой и её подданными. А после тот просто сдался, и, в самом деле, это было довольно жалко.       Непростой союз, заключенный между ними, лишь помог ей дополнительно укрепиться в мысли, насколько же её недавний противник оказался «обычным». Несомненно, его магические способности были поразительны! Он, вероятно, был способен разрушить Глубинное гнездо до самого основания, имей на то желание. Но Король бы этого не сделал, Херра знала, что не сделал бы, ведь не имел воли, что нивелировало любую его «потенциальную» силу.       Она не могла сказать, что сейчас они были друзьями, и была уверена, что Король придерживался того же мнения. Дружба подразумевает доверие и, что ж… хоть малейшую симпатию с обеих сторон. Они были союзниками: он желал, чтобы инфекция исчезла из его королевства, Херра же хотела, чтобы её наследница росла в мире без страха перед Лучезарностью и её гневом, нависшим над всем и вся.       Сделка заключена, её судьба — печать, но это не означало, что она собиралась отказать от той малости свободы и жизни, что ей осталась.       Насколько ей было известно, другие Грезящие придерживались схожей точки зрения, стараясь максимально использовать оставшееся у них время, прежде чем обратятся в не более чем замки на двери святилища. Её отношения с Королём сложились в хрупкое мирное соглашение, порождённое необходимостью, но Херра обнаружила, что жуки, разделявшие с ней судьбу, начинали ей нравиться всё больше и больше.       Лурьен был раздражающе верен Королю, но дразнить его и спорить с ним было достаточно весело. Их постоянные разногласия превратились в не более чем игру, а комментарии, брошенные в любую из сторон, стали и близко не такими едкими, как в первые дни знакомства.       С Мономоной было ещё веселее. Она обладала потрясающим умом и, что ещё более интересно, совершенно не заботилась о мнении Короля. Сколь Мономона была богата знаниями, столь же ей не доставало благоразумия. Казалось, в её разуме оставалось место лишь только научным изысканиям. Чувства такта и инстинкт самосохранения быстро забывались, как правило, под гнётом её навязчивой страсти к исследованию.       За время многочисленных собраний Грезящих, они трое успели завязать крепкую дружбу, пусть Лурьен бы не признал подобное. Херра же наслаждалась этими встречами и в какой-то момент даже сама организовала несколько, хотя бы ради того, чтобы, используя официальный предлог, отвлечь двух других от работы.       Всё это было к тому, что она чувствовала себя обязанной ради этой расцветающей дружбы использовать свои весьма специфические ресурсы, чтобы следить за Королём и продвижением его плана. Таким образом можно было оставаться полностью уверенной, что он не обведёт их троих вокруг пальца.       Херра в некоторой степени верила, что Король сдержит своё слово, но Глубинное гнездо учило своих детей не доверяться вслепую. Ткач просто хотела «ударить труп лишний раз» просто для верности, так сказать.       Она следила за Королём при помощи своей шпионской сети и убедилась, что другие Грезящие также проинформированы о продвижении плана, прежде чем он назначил собрание и рассказал всё лично. Всё было сделано как обещано, но Херра сохраняла здоровую подозрительность, высматривая любой намёк на неприятности.       Это случилось на одном из уроков, где Хорнет обучалась мастерству ткача.       Они находились в одной их частных комнат в скрытом сооружении, немного удалённом от сердца Глубинного гнезда. Земля содрогнулась, опрокидывая инструменты и мебель, с перекрытий посыпались мелкие камни. Херра притянула дочь к себе и укрыла их обеих наспех сделанным барьером из шёлка, пока дрожь не утихла.       В этом, возможно, следовало увидеть предупреждение. Не прошло и нескольких часов, как группа её шпионов вернулась, сообщив, что появились сосуды. Не один, а два. Король решил взять замену, в тот момент она не сомневалась. В конце концов, довольно здраво — иметь запасной вариант. Просто на тот случай, если сосуд, на котором зиждился такой важный план, потерпит неудачу или каким-то образом умрёт.       В тот момент Херра была отвлечена тяжёлым напоминанием, что время, отведённое ей, подходит к концу.       Она легко поняла намерения Короля, получив приглашение из дворца. Встреча была лишь формальностью. У неё, конечно, были совершенно иные планы.       То, что Хорнет нашла сосуды раньше неё, были лишь счастливым совпадением, доставившим, к счастью, немалый стресс Королю.       Вспоминая об этом, Херра не могла сказать, почувствовала ли тогда нечто неладное с одним из сосудов. Она пригласила их сегодня, чтобы проверить правдивость заверений Короля и, дополнительным бонусом, позволить своей дочери поиграть с её поддельными братьями. Её ненаигранная озабоченность странным поведением Пустоты сработала прекрасным отвлекающим манёвром, маскирующим её истинные мотивы.       Они более не были просто мелочью.       Её шпионы вернулись в полнейшей растерянности. Они вбежали в комнату нервные и обеспокоенные и рассказали в точности то, что видели. Её подчинённым отлично было известно, что лучше ей не лгать, да и сама Херра видела, как плещется страх в их широко раскрытых глазах. Что-то напугало шпионов, посланных следить за сосудами, а напугать до такой степени жителей Глубинного гнезда было, мягко говоря, довольно затруднительно.       Если верить их рассказам, то сложно было вменить её подчинённым в вину подобную слабость.       Существо, способное повелевать Пустотой, для борьбы с инфекцией, не иначе! Херра постучала когтем по столу, прокручивая в голове новую информацию. Знал ли сам Король о том, что создал? Возможно, он сделал это намеренно, не-сосуд, очевидно, был способен справиться с чумой… Но зачем? Если план «Полый рыцарь» прошёл лучше, чем ожидалось, почему бы не рассказать об этом жукам, играющим в этом самом плане ключевую роль?       Нет, каким бы невероятным это не казалось, всемогущий Король Халлоунеста на самом деле не знал, что выпустил из Бездны. Пустота непредсказуема, и не таким уж большим допущением станет предположение, что у неё есть какие-то способы скрыться.       Не-сосуд обладал исключительной мощью, что могло быть одним из проявлений недавнего странного поведения Пустоты… или, как подозревала Херра, было причиной самих странных феноменов.       Как бы то ни было, нечто зловещее, имеющее силу повелевать Пустотой, замаскировалось под сосуд и скрылось даже от Высшего существа, тесно связанного со знаниями и душами. Чем бы оно ни было, Херра не хотела с этим связываться. Она гордилась, что была грозным воином, но ни у одного смертного жука не было и шанса против чего-то подобного.       Это была основная причина, по которой она не собиралась тут же рассказывать об инциденте Королю или своим коллегам-Грезящим. Пока что, во всяком случае… Была и другая, выворачивающая её разум наизнанку, отчасти от замешательства, отчасти от беспокойства.       Неважно, чем являлся этот не-сосуд, какие у него были силы или намерения.       Оно спасло её дочь.       Оно… нет… он помог её дочери без каких-либо очевидных мотивов. Жители Глубинного гнезда не оставляют долги неоплаченными, поэтому Херра решила придержать все свои догадки при себе. Возможно, она просто выжидала момент, чтобы увидеть следующие действия этого не-сосуда, но если он не намеревался вредить её семье…       Что плохого, в том, чтобы просто пронаблюдать, как всё обернётся?