Глава 21. Тень над Бейкон Хилз

Осень в Бейкон‑Хилзе всегда была особенной: золотые листья кружились в воздухе, улицы пахли дождём и свежеиспечённым хлебом из местной пекарни. Мы с Питером только начали привыкать к новому статусу — муж и жена. Но пока не решались рассказать остальным. Каждое утро начиналось с его улыбки, чашки кофе на двоих и планов на будущее. Вот и в этот раз я ночевала у него.  — Может, съездим куда‑нибудь на выходные? — Питер обнял меня со спины, пока я разглядывала календарь на стене. — В горы, например. Ты говорила, там в октябре особенно красиво. — Звучит идеально, — я повернулась к нему, целуя в подбородок. — Только давай возьмём палатку. Хочу снова спать под звёздами… с тобой. Мы смеялись, строили планы, выбирали цвета для детской комнаты — да, мы уже думали и об этом. Мир казался таким ясным, таким правильным. Пока не раздался тот звонок. Телефон зазвонил поздним вечером. Я узнала голос Дерека — он задыхался, говорил сбивчиво, и с каждым словом земля уходила из‑под ног: — Белла… Пейдж… авария. Она… её больше нет. В голове зазвучал её смех — звонкий, заразительный. Я вспомнила, как она помогала мне выбирать платье для венчания, как шептала: «Он идеальный для тебя». А теперь её нет. Просто нет. Похороны прошли под серым осенним небом. Дерек стоял у могилы, сгорбившись, будто внезапно постарев на десять лет. Он был парнем Пейдж, её опорой — и теперь остался один. Я подошла к нему, обняла, но слова утешения застревали в горле. Что сказать, когда боль такая огромная? Именно тогда я впервые увидела Кейт Арджент. Она подошла к Дереку, положила руку ему на плечо и тихо сказала: — Соболезную. Пейдж была удивительной. Дерек поднял глаза — и что‑то в его взгляде изменилось. Боль не ушла, но в ней появилось… узнавание? Он кивнул ей, губы дрогнули в слабой благодарности. Между ними словно протянулась невидимая нить — тонкая, но ощутимая. Питер стоял рядом со мной, наблюдая за этой сценой. Когда Кейт отошла, он тихо сказал Дереку: — Будь осторожен. В этой семье что‑то не так. — Что ты имеешь в виду? — Дерек нахмурился. — Просто… присматривайся. Ардженты здесь не просто так. И Кейт… она не так проста, как кажется. Я сжала руку Питера, чувствуя, как внутри зарождается тревога. — О чём ты? — Пока не знаю, — он посмотрел на меня серьёзно. — Но чутье подсказывает: за этой вежливостью что‑то скрывается. Возвращаясь домой, я оглядывалась на кладбище, где ещё оставались Дерек и Кейт — они о чём‑то говорили, и Дерек впервые за день чуть заметно улыбнулся. А я думала о Пейдж, о её смехе, который больше никогда не прозвучит, и о том, как быстро счастье может смениться горем. Вечером мы с Питером сидели на кухне. Дождь стучал в окно, а я всё перебирала в памяти моменты с Пейдж: как мы прятались от грозы в её комнате, как мечтали о будущем, как она радовалась за меня, когда я рассказала о свадьбе. — Мне страшно, — призналась я, прижимаясь к Питеру. — Сначала Пейдж… а теперь эти слова про Арджентов. Что‑то надвигается, я чувствую. — Я рядом, — он обнял меня крепче. — Что бы ни случилось, мы справимся. Вместе. Я кивнула, но тревога не уходила. Осень в Бейкон‑Хилзе перестала быть уютной. Она стала похожа на предупреждение — на тень, упавшую на наш город. И на наши жизни.