Глава 3. Бунтарь

Часть 1 На второй день экзамена пошёл дождь. Не ливень, а мелкая противная морось, от которой одежда становится мокрой, но не насквозь, а так — липко и мерзко. Мы сидели в палатке, разбитой у подножия холма. Внутри было тесно: шесть человек, рюкзаки, карты, фляги с водой. Судо занимал половину пространства своими локтями. — Я так больше не могу, — простонал Ике. — Холодно, сыро, жрать хочется. — Жрать тебе всегда хочется, — буркнул Судо. — А вот и нет! Иногда мне хочется спать. — Заткнитесь оба, — Хорикита сидела у входа, всматриваясь в карту. — Сегодня три точки. Лесная, речная и центральная. Если мы возьмём хотя бы две, выйдем на второе место. — А если три? — спросил Ямаучи. — Если три — будем первыми. Но это вряд ли. Сакаянаги не спит. Рьюэн тоже. — И Куроки, — добавил Широ. Он сидел с закрытыми глазами, но я знал, что он не спит. Широ всегда выглядел расслабленным перед бурей. — Его отряд растёт. Вчера к нему присоединились ещё трое из класса С. — Предатели, — фыркнул Судо. — Или те, кому надоело быть пешками, — возразил Широ. Я молчал. Смотрел на дождь. — Аянокоджи-кун, ты что думаешь? — спросила Хорикита. — Думаю, что Куроки не хочет выигрывать. — В смысле? — Если бы он хотел победить, он бы собрал сильнейших. Но он собирает слабых. Тех, кому нечего терять. Зачем? — Чтобы потом предать? — предположил Ике. — Нет, — я покачал головой. — Он хочет, чтобы они сами поняли, что они сильные. И тогда они пойдут за ним не из страха — из веры. — Звучит как проповедь, — скривился Судо. — Потому что это проповедь. Он создаёт культ. Тишина. — И поэтому он опасен, — закончил я. Часть 2 Лесная точка оказалась на вершине холма. Мы поднимались в гору по раскисшей тропе, то и дело поскальзываясь. Судо тащил на себе рюкзак Ямаучи — тот задыхался после первых ста метров. — Слабак, — буркнул Судо, но рюкзак не бросил. Наверху нас ждала не точка, а развилка. Три тропы. Три таблички. «Левая — для умных. Правая — для сильных. Прямая — для доверчивых.» — Что за бред? — возмутился Ике. — Задание, — сказал я. — Выбрать путь. — Какой выберем? — Не знаю, — честно ответил я. Хорикита подошла к левой тропе. — Умные просчитывают риски. Это наш вариант. — А сильные? — Судо кивнул на правую. — Силой тут не возьмёшь, — возразил Широ. — Мы не знаем, что там. — Прямая? — Ямаучи испуганно посмотрел на тропу, уходящую в густой лес. — Доверчивых там съедят. — Тогда левая, — решила Хорикита. — Стой, — я поднял руку. — А если это ловушка? Создатели экзамена знают, что умные выберут левую. Значит, там может быть самое трудное задание. — А если они знают, что мы знаем? — возразил Широ. — Тогда они рассчитывают на это. — Бесконечная рекурсия, — усмехнулась Хорикита. — Аянокоджи-кун, ты переигрываешь. — Может быть, — я вздохнул. — Идём прямой. — Доверчивой? — Ике побледнел. — Иногда доверие — единственный способ не сойти с ума. Мы пошли прямо. Лес сомкнулся за нами. Прямая тропа привела к поляне. Посреди поляны стоял старик. Не учитель, нет. Обычный старик в дождевике, с длинной седой бородой. Он сидел на пеньке и чистил рыбу. — Здравствуйте, — сказала Хорикита. Старик поднял голову. Посмотрел на нас мутными глазами. — Жетоны нужны? — Да. — Задание простое. Ответьте на вопрос. — Какой? — спросил Судо. — Что такое свобода? Мы замерли. — Это… — начал Ике. — Не надо, — перебил старик. — Пусть каждый ответит сам. Но вслух скажет только один. От имени всех. Он посмотрел на меня. — Ты, парень. Что такое свобода? Я хотел сказать что-то банальное. «Свобода — это когда никто не указывает, что делать». Но слова застряли в горле. Свобода. Куроки сказал, что я не свободен. Широ сказал, что свобода — это выбирать правила. А я? Что для меня свобода? — Свобода, — сказал я медленно, — это когда боль от выбора становится радостью. Старик усмехнулся. — Хороший ответ. Неправильный, но хороший. Он бросил нам мешочек с жетонами. — Идите. И запомните: свобода не в ответах. Она в вопросах. Мы ушли. На поляне снова остался только старик и его рыба. Часть 3 К обеду дождь кончился. Выглянуло солнце, и лес сразу стал другим — золотым, пахнущим мокрой хвоей. — Нам нужна речная точка, — Хорикита сверилась с картой. — Час ходьбы на юг. Если успеем до трёх, сможем взять. — А что там? — спросил Ямаучи. — Не знаю. Но Рьюэн уже там. — Откуда информация? — Я видела его отряд на развилке. Они пошли направо. — Сильные, — вспомнил я. — Значит, на реке физическое испытание. Река оказалась быстрой и холодной. Через неё был перекинут бревно — скользкое, мокрое. На другом берегу стоял Рьюэн с Альбертом и Ибуки. Они уже перешли. — Припозднились, — бросил Рьюэн, даже не обернувшись. — Задание? — крикнула Хорикита. — Перейти бревно с грузом. Не упасть в воду. Груз — жетоны. Упадёшь — потеряешь. Он указал на кучу камней у своих ног. Камни — это жетоны. Много жетонов. — Сколько раз можно пробовать? — спросил Широ. — Один. Каждый отряд — одна попытка. — Нечестно, — возмутился Ике. — Вы уже знаете, где находится... — Это не английский, — Рьюэн наконец повернулся. — Это жизнь. Не нравится — уходите. Хорикита посмотрела на меня. — Кто пойдёт? — Я, — сказал я. — Нет, — возразил Судо. — Ты лёгкий, но у тебя хреновое равновесие. Я пойду. Я тяжёлый. Меня ветром не сдует. — А если упадёшь, мы потеряем жетоны. — Не упаду. Он взял мешок с жетонами и ступил на бревно. Первый шаг — устойчиво. Второй — бревно качнулось. Третий — Судо замер, раскинув руки. — Не смотри вниз! — крикнул Ямаучи. — Не ори, — огрызнулся Судо. Он сделал ещё три шага. Дрожа, но держась. Потом ещё пять. И вот он уже на середине. Ближе к концу, чем к началу. — Давай, Кен! — заорал Ике. Судо сделал последний шаг и спрыгнул на берег. Мешок с жетонами был цел. — Получилось, — выдохнул он, поднимая руку с победным жестом. — Не расслабляйся, — Рьюэн усмехнулся. — Это была только разминка. Он указал наверх. На скалу, нависавшую над рекой. — Следующее задание — туда. И там нет бревна. Часть 4 Скала оказалась отвесной. — Мы не альпинисты, — сказал Широ. — Это и не нужно, — ответил волонтёр наверху. — Есть трос. Задача — подняться по тросу, не сорваться. — Руками? — Руками и ногами. Как получится. Судо потёр ладони. — Моя очередь. — Нет, — я остановил его. — Ты устал после бревна. Пусть Ике. — Я?! — Ике побледнел. — Я боюсь высоты! — Значит, будешь осторожен. Ике посмотрел на меня. Потом на трос. Потом снова на меня. — Ты псих, Аянокоджи. — Возможно. Лезь. Ике полез. Медленно, неуклюже, натужно дыша. Но он лез. — Не смотри вниз! — крикнул Ямаучи снова. — Заткнись! — огрызнулся Ике, но всё же отвёл взгляд от пропасти. Он добрался до середины. Пальцы скользили по мокрому тросу. — Я не могу, — прошептал он. — Можешь, — сказал я тихо, но он услышал. — Ты уже на полпути. Вниз так же страшно, как вверх. Выбирай. Ике замер. Весь мир замер вместе с ним. Потом он дёрнулся. Рванул вверх — резко, отчаянно, словно за ним гнались демоны. И через тридцать секунд он был наверху. — Я сделал это, — сказал он, глядя на свои трясущиеся руки. — Я реально сделал это. — Молодец, — бросил Рьюэн без энтузиазма. Он уже стоял наверху со своим отрядом. — Теперь главное, — сказал он. — Центральная точка. Там мы и встретимся. Он посмотрел на меня. — Если, конечно, вы туда доберётесь. Часть 5 Центральная точка находилась в старом амфитеатре. Каменные ступени, заросшие травой. Сцена — деревянный настил, сколоченный на скорую руку. Вокруг — лес. И тишина. Мы пришли последними. Сакаянаги уже сидела на верхних рядах, её отряд — внизу. Рьюэн стоял у сцены, скрестив руки. Ичиносе нервно оглядывалась. И Куроки. Он сидел в центре амфитеатра, на самой нижней ступени. Один. — Финал, — объявила Тачибана. — У вас будет три испытания. Каждое — на выбор. Победитель получает сто жетонов и право на одно желание без аукциона. — Одно желание? — переспросила Ичиносе. — Да. Прямо сейчас. Здесь и сейчас. Замолчали все. — Первое испытание, — Тачибана указала на деревянный щит с тремя секциями. — Сила. Ловкость. Интеллект. Каждый отряд выбирает одно. Участвовать может один человек. — Я, — вызвался Судо. — Сила. — Я, — сказала Хорикита. — Интеллект. — А ловкость? — спросил Широ. — Я, — сказал Ике. — После троса я ничего не боюсь. Он улыбнулся. Криво, но искренне. Испытание силы: Судо против Альберта. Они тащили канат. Альберт — огромный, как скала. Судо — меньше, но злее. — Начали! Канат натянулся. Альберт шагнул вперёд, и Судо проскользил по земле. — Давай, Кен! — заорал Ямаучи. Судо упёрся ногами. Рванул — и Альберт покачнулся. Они стояли друг против друга, жилы на шеях вздулись. Потом Судо зарычал. Рванул ещё раз — и перетянул. Альберт упал на колени. — Победитель — Судо! — объявила Тачибана. Судо выпрямился, тяжело дыша. — Я же говорил, — прохрипел он. — Не упаду. Испытание интеллекта: Хорикита против Канзаки. Им дали шахматную задачу — мат в три хода. Канзаки думал минуту. Хорикита — пятнадцать секунд. — Мат, — сказала она. — Неверно, — возразил Канзаки. — Верно. Смотри. Она показала. Канзаки побледнел. — Я не заметил… — Поэтому я выиграла, — отрезала Хорикита. Испытание ловкости: Ике против неизвестного парня из класса В. Нужно было пройти по канату над ямой с водой. Ике прошёл. Упал на последнем метре, но прошёл. — Засчитывается, — сказала Тачибана. — Касание воды — не дисквалификация. Ике вылез мокрый, счастливый и злой одновременно. — Я же говорил, что ничего не боюсь, — сказал он, отплёвываясь. Мы выиграли два испытания из трёх. Ичиносе — одно. Рьюэн — ноль. Сакаянаги — ноль. Куроки не участвовал вообще. — Финальное испытание, — объявила Тачибана. — Отряд против отряда. Битва за флаг. Она показала на шест с красным флагом в центре амфитеатра. — Чей отряд удержит флаг пятнадцать минут — победил. — Правила? — спросил Рьюэн. — Никаких травм. Всё остальное — разрешено. Рьюэн усмехнулся. — Наконец-то веселье. Часть 6 Битва началась через пять минут. Амфитеатр превратился в поле боя. Отряды сбились в кучу, толкались, отбирали друг у друга флаг. Кто-то кричал, кто-то смеялся, кто-то матерился. — Держать строй! — командовала Хорикита. — Судо — в центр, прикрывай флаг. Ике, Ямаучи — по бокам. Широ — на подхвате. — А ты? — спросил я. — А я буду смотреть. Она отошла к краю, скрестив руки на груди. — Хорикита! — возмутился Судо. — Ты что? — Я командую. А командующий не должен марать руки. Я усмехнулся. Она была права. Бой шёл пятнадцать минут. Судо отбил три атаки. Ике и Ямаучи вытащили флаг из кучи-малы дважды. Широ ловко перехватывал жетоны у противников, которые пытались их украсть. Я действовал как тень. Не вмешивался, но подсказывал — шёпотом, коротко. — Судо, левее. Ике, отходи. Ямаучи, не зевай. Мы выстояли. Когда Тачибана объявила конец, флаг был у нас. — Победитель — отряд класса D! Мы не поверили сначала. А потом Ике заорал, Судо подхватил, и все загалдели. — Мы выиграли! — Ямаучи прыгал вокруг флага. — Мы выиграли, — тихо повторила Хорикита. Она посмотрела на меня. Улыбнулась. Первый раз за всё время. Не усмешка, не кривая гримаса — улыбка. — Неплохо, Аянокоджи-кун, — сказала она. — Взаимно. Куроки подошёл ко мне, когда толпа расходилась. — Поздравляю, — сказал он. — Ты не участвовал. — Я наблюдал. И понял кое-что. — Что? — Ты не хочешь побеждать. Ты хочешь, чтобы побеждали твои друзья. Это и есть твоя слабость, Киетака. — И твоя сила? — Моя сила в том, что у меня нет друзей, — он улыбнулся. — Мне не на кого отвлекаться. Он ушёл. А я остался стоять с флагом в руках. Флаг пах потом и травой. Тяжёлый. Чужой. Но почему-то я не хотел его отпускать.