Двуликость и поражение

Твоя победа — мой промах. Я ликую — это твой крах.

***

      На душе было тяжело. Тягостное чувство поглощало изнутри, захватывая и поражая. Вынуждая сердце заходиться волнующимся стуком и испытывать горечь. Безвыходность, а точнее отсутствие вариантов, разочаровывало Алису, несмотря на то, что она была безмерно благодарна за спасение её жизни в очередной раз. Девушка задумалась. Оказалось, что её знаний было недостаточно, хотя уверенности в самом начале миссии было хоть отбавляй. Обложавшись раз, она поняла цену проигрыша. Но и как играть по-честному она не знала. Теперь для всех она официально мертва, исходя из слов Тал Тала. Поверит ли в это регент или ему до этого нет дела? А вот императрице она почему-то понравилась, оттого она не оставит это в покое. Алиса вспомнила и Талахая, который помог ей устроиться к императрице. И Тан Ке Ши, которого шатенка не знала как характеризовать, кроме как собственного убийцу.       "Всё семейство их кажется до жути безумным. Каждый замешан в чём-то, что если раскрывать, можно сойти с ума."       Вспомнив пристрастие Танашири к темной магии из собственного изучения в лаборатории, она пока откинула это в дальний ящик.       "Рано ещё."       Но вот братья не давали ей покоя.       "Талахай, он такой странный. Даже больше, чем его брат. Младший наследник, хм. Выходит, если регент отдаст «поводья» власти, то это будет первый наследник. А точнее Тан Ке Ши."       Девушка вздохнула. Тело слегка побаливало от ломоты, но её состояние было явно лучше, чем прежде.       "Талахаю, получается, не светит ничего. Сестра — императрица поднебесной. Брат в будущем станет регентом и так же будет править. А что он? Какая у него роль? Военачальник? Вся армия подчиняется Тан Ке Ши, канцлеру, Баяну и что-то Тал Талу даже. Ну и малая часть императору. Талахаю тоже принадлежит часть армии, и то она подчиняется ещё и Тан Ке Ши.. Что за безликий человек..."       Поток сил от таких размышлений нахлынул на Алису, так что девушка попробовала найти купальню, про которую говорил Тал Тал.       "Он словно игрок без карт. Да ещё и чертовски знакомый. Или мне кажется? Я ведь его никогда в жизни не видела до, а только его брата. Тан Ке Ши правда ни капли не похож на Талахая. Танашири может слегка. Хм.."       Алиса встала с кровати и, тихо отворив дверь, пошла прямо по коридору.       "Но тогда почему он кажется мне знакомым? Прям даже словно мы виделись раньше. Будь Тан Ке Ши и Талахай схожи внешне, я бы поверила что это из-за моей «встречи» с Тан Ке Ши, когда он меня убил. А так..."       Девушка отворила дверь и заметила действительно очень даже уютную комнатку, схожую на ту, что было на острове Чи Джу До, в самом начале её миссии.       "Как всё запутанно. А даже если опустить их семью в этом веке, остается ещё множество загадок. Даже почему меня убил Тан Ке Ши в моем времени? Всё ещё не разгадала, а хотелось бы. И как с этим может быть связана моя прошлая жизнь? Эх.."       Принеся немного воды, Алиса разделась и, сложив одежду на край, залезла в горячую воду. Наслаждение охватило тело шатенки, и та ощутила расслабление. Взмокшее тело от стресса вновь нуждалось в уходе, которым Алиса часто пренебрегала. — Какие у меня цели теперь? Что я преследую...? Ненавижу неопределенности! — разговаривая сама с собой, негромко произнесла Алиса.       Нелюбовь к неопределенностям у неё с детства, неумение проигрывать и отпускать контроль, множество детских травм в совокупности и оказало такое влияние на девушку. — Значится... Мой артефакт — это клятва, ну если собрать всё, что происходило до, то вывод вырисовывается сам. Но её ищут и Тал Тал с Баяном, и сыновья канцлера, и Ван Ю, а раз Ван Ю то и Нян... Нехилая кучка соперников, — поникше подвела итог Алиса с вымученной полуулыбкой.       На трезвую и отдохнувшую голову думалось легче. Так что не теряя времени, Алиса поспешила разобраться во всем, что навалилось на неё. — С клятвой поняла, искать её надо, но как? Тут даже подсказок никаких нет. Значит мне нужен союзник? Да и кто я теперь? И что за бредовые сны мне снятся, пока я в отключке валяюсь? — Алиса сетовала, ведь искренне не понимала. — Да и с Тал Талом нужно поговорить, не могу больше держать это в себе, он должен знать. Может, мы сможем найти клятву вместе? Да и на каких правах только я останусь, и как? Раз он объявит, что я мертва... Нужно же что-то придумать?.. Ну не казнили, уже жизнь прекрасна...       Алиса лежала в воде, пока кожа приобретала алый оттенок. Девушка давно не позволяла себе так отдыхать, в стрессе бегая за печатью. Она не выглядела ухоженной, хоть и была красивой, и это било по ней. Хотелось хоть на самую малость выглядеть лучше. Только ли для себя? Тут уже она затруднилась ответить. — А что я испытываю к Тал Талу? Он, кажется, единственный, кто поймёт меня, поддержит, подаст руку и спасёт. Кому я могу доверять...       Доверие, дивное чувство, что Алисе довелось испытать. Она чувствовала такое лишь дважды. Наставник и Тал Тал. Две самые ценные персоны в её и без того неспокойной жизни, где каждый раз у неё приключения на пятую точку. — Мне кажется, я бы даже хотела быть вместе... А хочет ли он того же? Или это средневековье и мне нельзя никому верить? А что делать, если я не могу верить уже даже себе... Чувство дежавю наталкивает на противоречивые чувства...       Алиса затруднилась ответить, ведь оказалась в ловушке собственного сознания. Она чувствовала будто была и той девушкой из сна тоже, как будто прожила явно больше своих двух десятков лет. Словно не первая жизнь. Или иначе как она объяснит, то чувство, что терзает её во дворце. Лица странные, как будто маски, знакомые ей, на неизвестных людях. Всё они такие родные и чужие одновременно. Но больше всего её смущало одно. — Талахай. Он всегда оказывается там, где и я. Попадается на глаза чаще брата, хотя я и служила у его сестрицы, — поразительно знакомый, но лицо будто стерли из памяти насильно. А воспоминания пробивают путь. Догадки были ложкой меда в бочке дёгтя, и Алиса не имела права на ошибку. — А Тан Ке Ши... Может ли он быть марионеткой, так же как и император в руках канцлера? Бред какой-то...       Алиса вынула мокрую, красную левую кисть из воды, не желая выходить из горячущей «ванны», и провела по лицу. Множество веток и развилок, и всё между собою связано. Но как и кто и с чем?       Девушка поспешила одеться, всё так же в одежду Тал Тала, да и особо против она не была. Прошлась обратно в покои генерала и легла на кровать. Думала о доме. Где её дом и найдет ли она такое место? Или дом — это не стены, а люди? Значит ли это, что она обрела дом? Думала о жизни до. О наставнике. Лицо наставника помнила смутно, из-за того, что долго не видела? Неужто скучает? Хотя кажется, будто они виделись совсем недавно. Думала о его словах и подловленном враньё наставника. Забавно, он никогда не раскрывал ей своего имени. Ну да, он там почти самый главный, если не самый, конфиденциальность и все прочее... Тогда раз такой занятой он человек, почему она была возле него всё это время? Так проникся сочувствием?       Девушка грезила тем, что умела читать людей, да уже поняла, что это далеко не так. Её знаний о людях было мало, катастрофически мало, потому и разбираться в них она досконально не могла. В голову полезли давно забытые фигуры. Ён Би Су, они закончили на странной ноте и больше никогда не виделись. Будто что-то тоскливое на душе. Скучает ли бывший вождь по ней? Тут же мысль сменилась недоумением, вспомнилась лаборатория. Всё то казалось призрачным сном, а происходящее тут — реальностью. Хотя, в общем-то, наоборот. Вспомнила лицо той девушки во сне и эту фразу про клятву... — Кому не дать найти клятву? — шепотом обратилась шатенка к себе.       Мысли роились в голове, не давая покоя, так что она продолжила тянуть мысленную жвачку. Она задумалась о наставнике вновь. Её раздумья периодически её же и подводили. Шатенка терялась в том что есть правда, а что лишь догадка. Мутно, кажется, она задумывалась, что кто-то лазил в её голове. От этой мысли Алиса заулыбалась, подтверждая, насколько же это бредово звучит. Размышления на то, что она не одна в Юани, тоже периодически не давали покоя. Да и её знакомые не вели себя так, как раньше. Нян к примеру... Или императрица... Алиса задумывалась об изменениях, что произошли в её жизни, но как будто что-то вечно ускользало. Не хватало маленького кусочка, последнего пазла, дабы картина слилась воедино. Незаметно девушка погрузилась в сон...

***

— Тал Тал, ты же понимаешь, что наврать канцлеру — прямая смерть! — воскликнул Баян, обращаясь к Тал Талу, шагающему немного позади него. — Знаю, но нам придётся так сказать. Подхватила чуму, упала где-то в коридоре, а гвардейцы вынесли тело. Я уже договорился с Дон Хёном, — задумчиво ответил генерал, подводя к чему-то, что сказать ему будет сложно. — Аа, тот хорошо выслужившийся солдат, ему можно доверять, а Тал Тал? — Баян со скептицизмом поглядел на погруженного в свои мысли племянника. — Да, можно,— генерал замолчал, его лицо вновь напоминало маску, которую проглядеть сложно. Словно взвешивал, предлагать или нет. — Но что дальше, Тал Тал? Мы её вечно держать взаперти не сможем... — проговорил Баян, на что Тал Тал смерил его расплывчатым взглядом и приложил палец к губам. — Да да, буду я тише... — А что вы предлагаете, дядя? — Что предлагаю, Тал Тал? — с долей злости в голосе прошипел Баян. — У тебя два варианта. Помочь ей сбежать из столицы, но она же помрёт без семьи. И второй... Кхм, взять её в жёны.

***

      Алиса ворочалась, сон нагрянул и затянул в свои объятья, вот только девушка им рада не была...       Меня словно заставляли проживать ужасные моменты прошлого снова и снова.       Кровь кипела от подкрадывавшегося безумия, и её шипение складывалось в слова... в шёпот. — Теперь Тал Тал тебя не спасёт. Сможешь спастись сама? Хитрая лиса, охмурила военачальника империи и решила, что на этом ты сможешь победить? Ты слишком много вспомнила, уже поздно!       Вдруг среди всего шума, я расслышала отчётливый голос, но, обернувшись, никого не увидела. Сознание рисовало образы, смешивая страхи с действительностью.       Стены пульсировали, жар жёг кожу шатенки, всё плыло. — Где тебя прячет Тал Тал? Где?!!!       Но в этот раз голос обращался не к Алисе. Перед глазами спала кровавая пелена, место сложно было охарактеризовать словами. Фигуры знакомых ей людей мерещились и то и дело вспыхивали красным оттенком в белом тумане.       В один миг я оказалась во дворце. Снова не моё обличие. Или это, наоборот, моё? У меня случилось дежавю. Быть такого не может. Я стояла на мосту, подолы одеяния развевались ветром, но холода я не ощущала. Внезапно передо мной появился Тал Тал. Тело разрывало на части, а я могла лишь смотреть в глаза генерала, которые были так знакомы и в тоже время так далеки.       Алиса всматривалась в лицо эфемерного образа, и что-то ей казалось подозрительным. Что-то было не так. Только её посетили эти мысли, дымка начала рассеиваться. Перед ней стоял её наставник.       Алиса ошатнулась, ноги поскользили по мосту, но девушка оказалась схвачена за руку, прежде чем отправиться в по виду ледяной пруд.       Он сжал меня, притягивая ближе, в его взгляде мелькнуло сожаление. Горькое, обжигающее, но лишь на секунду. Я вдруг, сама того не ожидая, произнесла: — Ты ведь со мной, наставник?       Но в его глазах я встретила холод. Тут же пожалела, что задала этот вопрос.       Привычка прислушиваться к своим эмоциям в этот раз не сработала — от чего-то чувства сменялись с бешеной скоростью. — Ты ведь со мной, да? Со мной, в прошлом? Преследуешь меня по пятам, да?       Слова вылетали из моих уст, я их не контролировала. Я ощутила очень горький вкус настойки, которую Тал Тал мне накануне дал. До нетрезвого мозга дошло. Готу кола. Влияет на кровообращения и память. Женьшень. Улучшает концентрацию внимания. Донник. Разжижает кровь. Ко мне начала возвращаться память. Отрезки, что казались ненастоящими, начали иметь смысл. Слова и воспоминания складывались в тот самый пазл. В миг я поняла, что живу не то что не двадцать, но и не сорок лет. — Тал Тал, сука! Что ты наделал, мать его!       Вокруг поплыло, тело пронизывала боль, как и во время собственной смерти Алисы, только не переставала ныть в области сердца. Больше не было видно ни наставника, ни Тал Тала, ни других фигур. Лишь слышны отрезки, которые случались раньше или, наоборот, ещё никогда не были ведомы для Алисы. Белый дым сменился на красный, начало жечь лёгкие, голова, казалось, взорвётся, но наконец она стала трезвой. Словно проснулась от долгого сна, вязкого и затягивающего. Девушка в едва стоящем состоянии подошла к пруду. В отражении на неё глядела не неизвестная ей девушка. Она узнала в этом обличии себя.       Вода пошла рябью, теперь перед ней стояла Алиса. Или Мэрген? — Кто ты? Почему ты это я? А я это ты? Кто мы? — голос сочился всем спектром чувств. От боли до радости, от ликующего до душераздирающего чувства.       Чья-то мысль, будто не принадлежавшая ей, больно уколола. — Он запер меня у тебя в голове. Забытая, покрытая годами, увековеченная в твоих воспоминаниях. — Кто он? — Лживый трус! Он вырезал всех, и меня. Тебя и меня, дважды! — Кто он? — Он уничтожил всех, кто стоял на его пути, но не ожидал, что ты попадешь ему на глаза ещё раз! — Кто он?!!       Голос стоящей на мосту девушки громом прогремел вокруг. Больно отозвавшись в голове, в сердце и по всему телу. А дальше монотонный шум нарушал безмолвие и давил на сознание. Алиса больше не смогла пошевелиться. Тело замерло, сердце стучало слишком громко. Она слышала сердцебиение в висках. Кто-то положил руку на плечо, но Алиса не смогла повернуться и посмотреть, кто был. — Тал Тал... Если бы не он, не раскрытая им тайна, мне бы не пришлось убить мою возлюбленную! Но он решил раскрыть и твой секрет, любопытно, да? Скажешь ему спасибо... В загробном мире!       Молвил голос, и боль по всему телу растеклась ужасающе быстро. Алиса только смогла истошно закричать, пока по венам текла адская боль.       

***

— Откуда вы знаете, что она мертва?— послышался голос императрицы. — Гвардеец, Дон Хён может подтвердить что нашёл и сжёг тело, больной чумой служанки, — уверенным, но сухим голосом говорил Тал Тал. — Она не болела чумой! — противилась императрица.       Талахай поглядывал на сестрицу, которая «почему-то» быстро привязалась к служанке. Тан Ке Ши молча стоял позади отца. Регент же внимательно слушал речь Тал Тала. Баян нервозно стоял спереди племянника, но говорил генерал. — Дело с этой служанкой меня абсолютно не волнует, мертва так мертва. Если тело сожгли, значит, зараза не пойдёт дальше во дворец, — молвил наконец регент, абсолютно игнорируя причитания императрицы. Талахай прожигал взглядом Тал Тала, пока тот уже молча ждал вердикта канцлера. — Баян? Ты свободен, а Тал Тал задержись.       Баян кивнув покинул комнату, чуя что-то неладное. Но был вынужден пойти по коридору дальше, направляясь к себе домой. — Тан Ке Ши, идём, — регент окинул взглядом две оставшиеся фигуры в комнате и вышел со старшим наследником. — Хочу поговорить с тобой, — начал Талахай, оглядывая то комнату, то Тал Тала. — О чём же? — на лице генерала нельзя было развидеть ничего. Ни злости, ни радости, ни грусти. — Мне показалось, ты неровно дышал в сторону погибшей служанки, но так ли это? — ухмылка растягивалась на лице младшего наследника. — Это не имеет значения. Она мертва, — сухо отрезал Тал Тал, пряча под этим нервозность.       Напряжение витало в комнате. От чего-то генералу нестерпимо захотелось оказаться радом с шатенкой. Обнять, успокоить. Сказать, что он рядом... — Тал Тал, ты убил её? Раскрыл её тайну? — глядя на изумлённо лицо племянника Баяна, проговорил Талахай. — Какое тебе дело? — прошипел Тал Тал, чувствуя неведомую опасность. — Она не умерла от чумы, а главный в кешиктане не мог быть на женской половине императрицы, — голос Талахая сочился ядом, но причины Тал Тал понять не мог. — Ты придумал это. Как она умерла?       Тал Тал удивился лишь на секунду. По виду, Мэрген и в правду имела проблемы в взаимоотношениях с семьёй регента. — А какое тебе дело? — позабыв о манерах, в ответ тихо ответил Тал Тал. — Она тебе нравится, да? Нравилась точнее...— Талахай улыбнулся, но нет, скорее скалился. — Хочешь сказать я лгу? Ты убил её? — Тал Тал ощущал витающюю опасность в воздухе. Это напрягло.       В ответ Талахай рассмеялся. — Кто я такой? Ни полномочий, ни наследия, ни призвания, ни власти, ни любви, даже время ополчилось против меня! — улыбка не сходила с его лица. — Я её убил? А убил ли я её, Тал Тал? И убил ли её ты? Душегуб?.. Мы ещё не квиты, рано! Тал Тал, сука! Что ты наделал, мать его!!       Тал Тал опешил и сделал шаг назад. Паника охватила тело, но сдаваться он был не готов. — Алиса оказалась проворной сукой! И ты играешь или играл под её дудку, ты выглядел куда разумнее, нежели на самом деле! — голос набрал обороты и тон, Талахай смеялся с безумием в глазах. — Почему у меня не вышло забраться тебе в подкорку мозга, почему не вышло нарушить воспоминания? Почему ты не поддаешься?!       Тал Тал начал отходить, но Талахай с неведомой силой и скоростью оказался опасно близко. Обнажив меч, он нанес всего один удар. Фирменный. Семейный. В сердце. — Чёртов лжец! Жива она, я это чувствую. Будь она мертва, я бы это первым ощутил! Тал Тал лжец, но хитрый и очень пронырливый, такой же, как и Баян. Где ты бродишь и кто тебя прячет, Алиса...? Я найду тебя, и тогда вы все у меня попляшете. Простой смерти тебе мало, я обязательно что-то придумаю. Живучая, ишь какая... Планы она посмела мне испортить. Месть — это блюдо, которое подаётся холодным. А моё будет ледяным. Так что ей лучше выдать себя, пока я не стал играть по-грязному. А, хотя, это не имеет значения. Я добьюсь своей цели, а какой ценой — уже не важно!!       Тал Тал в оцепенении глянул на одеяние, которое пропиталось кровью. Боль прожигала, а отчаяние захватило тело. Он смотрел на обезумевшего младшего наследника и умирал.... Не успел, не защитил, не смог. Мэрген теперь одна...