Часть 4

10 ноября 1998 года.

      Со дня Хэллоуина прошло десять дней. Я мог поклясться на крови, если бы потребовалось, заявив, что это были лучшие дни в моей жизни.       На переменах мы встречались и, забиваясь в самые укромные уголки мрачных коридоров Хогвартса, таяли в объятиях друг друга. Луна была такой очаровательной, такой волнующей… Запах её волос и мягкость кожи буквально сводили с ума. Мне стоило немалых усилий, чтобы вовремя остановиться, отпуская её на занятия. А самому приходилось уединяться в мужской комнате, дабы унять желание, которое вызывала во мне эта девушка. Хотелось, чтобы Луна Лавгуд принадлежала только Драко Малфою и больше никому.       Конечно, Гойл и Забини уже были в курсе наших отношений, как и все остальные. В том числе и Паркинсон. Она ревностно фыркала всякий раз, когда видела нас с Лавгуд вместе. А что касается ребят, то… — Значит, всё-таки Лавгуд? — как-то после занятий с долей иронии поинтересовался у меня Блейз. — Та самая, светловолосая девочка с Когтеврана? — Её зовут Луна, — поспешил поправить его я, набрасывая на плечо сумку с учебниками. — И да, теперь ты довольно часто будешь слышать её имя, так что привыкай. — В ответ друг лишь усмехнулся и, пожав плечами, вместе со мной направился в сторону стадиона для Квиддича.       Что касается Квиддича, к которому я также был весьма неравнодушен, то именно сегодня состоялся матч «Слизерин—Когтевран». В коем я принял непосредственное участие, и в котором мы позорно проиграли со счётом 250:170. Долгое утомительное противостояние завершилось после того, как ловец команды-соперника Лайза Турпин поймала золотой снитч, ухватив его прямо перед моим носом. — Да чёрт тебя дери! — подумал я про себя, когда прозвучал финальный свисток, свидетельствующий об окончании игры. — Меня уделала девчонка.       Коснувшись земли, первой, кого увидел, была Луна. На щеках девушки синей и бронзовой краской были нарисованы полосы. Конечно, ведь это были цвета её факультета. С какой стати ей болеть за нашу команду? Лавгуд радостно подбежала и бросилась мне на шею. — Дра-ако, всё равно горжусь тобой! Ты так отчаянно сражался, но Лайза оказалась чуть проворнее. — Когтевранка нежно поцеловала меня в щёку. — Не расстраивайся! — Ну, что ты, я и не думал, — соврал я, чтобы не огорчать её. Подхватил возлюбленную под бёдра, позволив ей обвить ногами мой торс, и устремился к выходу с поля. — Рад, что вы победили! А мне стоит серьёзно заняться своей физической подготовкой. — Если тебе нужно больше времени для тренировок, то мы могли бы встречаться немного реже, чем обычно. — Только не драматизируй! Для тебя у меня всегда найдётся свободное время. — Почувствовал, как Луна усмехнулась в моё плечо. Крепко обнимая девушку за талию, я понёс её к замку.

***

      Договорившись увидеться с когтевранкой через час у входа в школу, я устремился в подземелья. Гостиная Слизерина одарила меня тишиной, что весьма порадовало. Совершенно не прельщала мысль о том, чтобы с кем-то вести светские беседы, пока моя девушка будет мёрзнуть одна, дожидаясь меня на улице. По-быстрому приняв душ и переодевшись, я захватил с собой сумку с угощениями для Лавгуд и отправился на свидание. Для вечернего променада мы выбрали уже полюбившееся место.       Озеро встретило нас шумом последней сорвавшейся с деревьев листвы и завыванием промозглого ветра, дрожь от которого пробирала до самых пяток. Но нам было всё равно, ведь нас согревала горячая, молодая, наполненная гормонами, кровь.       Набрав сухих веток на лесной опушке и воспользовавшись Инсендио, мы развели на берегу костёр и уселись перед ним. Глядя на то, как вечернее ноябрьское солнце разлиновало сиреневое, покрытое тучами небо ярко-розовыми всполохами, не хотелось думать ни о чём. Только ловить этот прекрасный момент, наслаждаясь покоем и объятиями друг друга. Луна неожиданно заговорила: — Джинни была удивлена, когда узнала о том, что мы теперь вместе. Спрашивала, как после всего того, что случилось со мной в поместье, я могу с тобой так спокойно общаться. — Немного помолчав, она продолжила. — Не понимает, как возможно иметь чувства к человеку, который был на стороне Пожирателей и… Волдеморта.       Я не знал, что мне ответить на эти внезапно вылившиеся из неё откровения. Слова казались излишни. Я никогда не снимал с себя ответственности за всё произошедшее. Наоборот, большая часть моих панических атак происходила по причине того, что я ничего не смог предпринять. В моменты, когда чья-то жизнь висела на волоске, не имел права голоса, будучи марионеткой в чужих руках. Сначала в руках собственных родителей, затем во власти Тёмного Лорда. Луна Лавгуд провела в подвалах нашего мэнора более трёх месяцев и, мне оставалось лишь догадываться, что она переживала в те самые дни. Мы ни разу не обсуждали с ней то время, осторожно обходя стороной эту тему, словно про́клятый дом с приведениями. Но, видимо, пробил час, чтобы набраться смелости и отворить скрипящую мерзкую дверь в наше прошлое. — Мне ужасно жаль, что тебе пришлось это пережить. Клянусь, я бы отдал буквально всё, чтобы вернуться назад в тот день… и вызволить тебя из подземелий, — сказал я, крепче прижимая девушку к себе. — Если бы была возможность, защитил бы тебя и твоего отца от Пожирателей Смерти. Я не спал по несколько ночей, мучаясь от кошмарных видений и раздумывая над тем, как мог бы уничтожить Волдеморта… Иногда я жалею, что не умер от болевого шока в тот вечер, когда получил чёртову Метку. — Я повернулся и, посмотрев в чистейшие невинные глаза Луны, тихо добавил: — Прошу, поверь мне, пожалуйста. Я бы сделал многое, если бы только мог… Прости, что этого так и не случилось.       Она прижалась своим лбом к моему и ласково проговорила, будто вторя моему настрою: — Драко, я давно тебя простила и совершенно не держу зла. Я всегда знала, что у тебя доброе сердце. К тому же… — Лавгуд немного оживилась, погружаясь в занимательный рассказ, — просто не могла упасть духом, когда мистер Олливандер так сильно нуждался в моей поддержке. Мы много разговаривали и смеялись. Ведь юмор так важен для поднятия боевого духа… Он поведал о своём роде, который из столетия в столетие занимался изготовлением волшебных палочек. Члены его семейства по сей день остаются прославленными мастерами своего ремесла... — Она говорила об этом с таким воодушевлением, разглядывая едва проступающие на вечернем небе звёзды. — А ещё мы пели гимн Хогвартса, мистер Олливандер делился со мной воспоминаниями о студенческих буднях и… Представляешь, он тоже учился на факультете Когтевран. Это было так неожиданно для меня!       Несмотря на энергичный тон, её речь успокаивала меня, волной унося подальше от ненавистных обломков памяти. Рядом с этой девушкой мне всегда становилось тихо и безмятежно, от неё буквально веяло лёгкостью, добросердечием, а ещё… сладостью. Зарывшись лицом в её волосы, я уловил едва ощутимый аромат апельсина и ванили. Такая манящая и одновременно убаюкивающая Луна Лавгуд.       Послав к чёрту все возможные тревоги и окончательно потеряв над собой контроль, накрыл её мягкие тёплые губы своими. Не разрывая поцелуя, я откинулся на гладкий валун и усадил Луну к себе на колени. Она целовалась так робко и неумело, будто никогда не делала этого прежде. Скорее всего, так оно и было. А я тем временем изо всех сил пытался вести себя сдержанно. Действовал весьма осторожно, чтобы не напугать её. Очерчивая руками стройные бёдра Лавгуд, я аккуратно массировал их.       С ней мне не хотелось никуда торопиться, наоборот — я мечтал насладиться моментом, впитывая в себя каждую деталь. Неожиданно когтевранка чуть отстранилась и, задыхаясь, прошептала: — А сегодня на завтраке… Джинни зареклась, что если ты посмеешь меня обидеть, то она… наколдует тебе… козлиные рога и две пары копыт в придачу.       Услышав это, я почувствовал, как меня прорывает на дикий смех. Серьёзно. Я едва удержался, чтобы не расхохотаться во весь голос. — Я, конечно, знал, что у Уизли отличное чувство юмора. Но чтобы настолько… — Не переживай, я ответила, что ты уже не тот Драко Малфой, каким был год назад. — Не обращая внимания на мой колкий комментарий в адрес её подруги, продолжала Лавгуд. — Рассказала ей, как мне понравилось танцевать с тобой вальс. Как ты, узнав, что я пропустила завтрак, плетя венок на побережье, принёс мне целую корзину вкусной еды, попросив её на кухне у домовых эльфов. Позаботился обо мне, только чтобы я не голодала. Это было так трогательно, Драко.       Тепло улыбнувшись, я чмокнул Луну в зардевшуюся то ли от холода, то ли от смущения щёку, а затем, придвинув сумку поближе к нам, сказал: — Кстати, о вкусностях… Я принёс тебе кое-что интересное. Надеюсь, ты любишь нугу и марципан. — Вынув несколько шелестящих упаковок, я вручил их девушке. — На днях Блейз выбирался в Хогсмид, и я попросил его оказать мне маленькую услугу, купив для тебя немного сладостей. — Дра-ако, ты меня совсем разбалуешь, — воскликнула она, стискивая меня в объятиях. — Тебе не стоило беспокоиться обо этом. Ощутив, как приток кислорода значительно уменьшился, я умоляюще протянул: — Пощади… Ты меня сейчас задушишь! Я прекрасно помню, как сильно ты любишь всякие лакомства. Мне и захотелось презентовать что-нибудь особое из «Сладкого королевства». Так что отказы не принимаются, Лавгуд!       Мои слова прозвучали настолько исчерпывающе, что Луне оставалось лишь согласиться. А я пожелал вернуться к тому, на чём мы остановились. Хотелось добавить к нашим и без того ежедневным объятиям и поцелуям щепотку ласки и чуткости. Я решился на эксперимент.       Мягко поцеловав девушку в висок, я провёл носом по её щеке. Затем оставил несколько смазанных поцелуев вдоль линии подбородка. Дыханием лаская тёплую нежную кожу, спустился ниже… Ещё ниже. Шаг за шагом. Наконец, отодвинув ворот куртки, я добрался до шеи и, вырисовывая на ней языком мокрую дорожку, переместился на тонкие ключицы, запечатлевая на них прикосновения своих губ.       Вдруг почувствовал, как Лавгуд ухватилась за мои волосы и, зажав их между пальцами, тяжело задышала. На мгновение отстранившись от девушки, я увидел, что на её хорошеньком лице застыла маска полной сосредоточенности, а на искусанных губах выступила кровь. — Тебе настолько неприятно? — хриплым голосом спросил я, пытаясь отдышаться от нахлынувшего возбуждения. — Чего же ты меня сразу не оттолкнула?!       Судорожно замотав головой, когтевранка поспешила оправдаться: — Нет, что ты, Драко?! Нет. Наоборот… Было слишком хорошо, что я еле сдерживалась, чтобы не издать какой-либо звук. — Глупенькая… Издавать звуки в процессе ласки абсолютно нормально. Возбуждение — это реакция организма. Бояться этого не стоит. Если хочется стонать, то стони. Захочешь кричать — кричи. И ничего не бойся! — Прости… Я никогда раньше не целовалась… — стыдливо пробормотала Луна, — ни с кем. — Маленькая Лавгуд совсем неопытная! — Усмехнувшись, я прижал её к себе. — Нет, не так. Моя маленькая Лавгуд. — Немного помолчав, я добавил: — Не переживай. Мы будем разучивать всё постепенно.

***

20 ноября 1998 года.

      Пришли морозы, а вместе с ними и первый снег. Зима медленно завладевала природой, не торопясь наряжала всё вокруг в белые одеяния, рисовала на окнах причудливые кружева. Словно знала, что впереди в её распоряжении три, а может и четыре долгих месяца. Похолодало не только на улице, но и в моей душе…       Кажется, я сильно поторопился, когда написал о самых счастливых днях в своей жизни. Либо меня попросту сглазили. Ведь с того вечера, что мы с Луной провели на берегу в объятиях друг друга, она практически перестала общаться со мной. Постоянно отказываясь от прогулок и встреч, девушка бесконечно ссылалась на участие в делах различной степени важности.       Неделей ранее...

***

Четверг.

— Привет, Драко! Прости, но сегодня я не смогу, уже пообещала помочь профессору Спраут пересадить имбирь в ящики побольше.

***

Пятница.

— Извини, пожалуйста, но Невилл так сильно умолял сходить с ним в Хогсмид и выбрать подарок для Ханны. Ты ведь помнишь, что они встречаются? Так вот у меня язык не повернулся, чтобы отказать ему. — А мне, значит, повернулся… — скрестив руки на груди, разочарованно ответил я. — Что? — Непонимающе переспросила Лавгуд. — Нет, ничего… Передавай от меня привет Лонгботтому. Он явный счастливчик, раз удостоился твоего внимания. — Ты ведь не обижаешься? — Конечно, нет! Всё великолепно! Удачно провести время!       Она улыбнулась и, едва ощутимо приобняв меня, поспешила вниз по лестнице, к колонне, у которой её уже ждал гриффиндорец.

***

Суббота.

      Мы-таки хлебнули через край с Блейзом и Грегом, о чём так давно мечтали. А достигнуть поставленной цели нам помогли две бутылки коварного односолодового огневиски, каким-то непостижимым образом нашедшие дорогу в наши подземелья. Шучу, конечно. Их принёс Забини и предложил нам культурно отметить конец недели. Сначала я отказывался, но… После первого стакана меня расслабило. Завершив второй, я значительно повеселел и даже умудрился травить какие-то пошлые шутки, не пойми откуда взявшиеся в моей голове. Окончание третьего заставили меня забыть о Луне. А после четвёртого стакана я, возможно, уже не помнил ни себя, ни своего имени. Был ли пятый, оставалось только догадываться…

***

Воскресенье.

      Весь день промучившись с жутким похмельем, я только к вечеру соизволил принять душ и подняться в Большой зал на ужин. Лавгуд, впрочем, как и всегда, сидела за столом Гриффиндора и что-то весело обсуждала с Невиллом и Парвати. Меня она не замечала… Да и сам я не особо хотел появляться перед ней в таком виде.

***

Понедельник.

      Мы столкнулись в коридоре. Она как раз выходила из класса Зельеварения. — Какие люди! — приветливо улыбнулся я, подойдя к ней и приобняв за талию. — Может прогуляемся сегодня после уроков? — Ох, я после уроков отправляюсь с Невиллом и Ханной в совятню. Мы будем чистить клетки. — Разве это не должны делать домовики? Или ты снова решила от меня удрать? — Драко, я всего лишь хочу быть полезной, — спокойно ответила Луна, переминаясь с ноги на ногу. Было видно, как нелегко ей даётся этот разговор. — Ну, а я всего лишь хочу побыть со своей любимой девушкой наедине. — Мы обязательно проведём с тобой время, только в другой день. Обещаю. — Хочешь, я пойду с вами? — Убрав за её ухо выбившуюся прядь волос, предложил я. — Не стоит, мы с ребятами справимся. Спасибо за предложение, Драко.       Так хотелось высказать ей всё, что думаю об этих бесконечных оправданиях и отговорках… Но вместо этого я наклонился и оставил на её щеке мягкий поцелуй. — Хорошо. Только, пожалуйста, будь осторожна.

***

Вторник.

      Тренировка по Квиддичу. Весь день я провел на стадионе в составе сборной Слизерина, а это значило одно: в Хогвартс вернулся около восьми вечера и, сбросив с себя экипировку, завалился в постель.

***

Среда.

      Подловив девушку в перерыве между занятиями, я крепко схватил её за руку и потащил за собой в тихое укромное место, где бы нам никто не смог помешать. — Драко, куда мы идём? — спросила Луна, испуганно озираясь по сторонам. — Хочу побыть с тобой. — Почти срываясь на бег, я лавировал по коридорам, стараясь не столкнуться со снующими во все стороны студентами. Когтевранка еле поспевала за мной. — Но я обещала Джинни, что… — Послушай… — резко останавливаясь и разворачивая её к себе, проговорил я. Лавгуд, словно тряпичная кукла, врезалась в мою грудь. — Ты безотказна абсолютно для всех, кроме меня. Почему?       Луна молча облокотилась на стоявшую позади неё массивную колонну, за которой мы сумели укрыться от назойливых глаз. Глубоко дыша, она пыталась привести в норму своё маленькое, колотящееся с бешеной скоростью, сердце. Наблюдая за тем, как девушка медленно приходила в себя, я нервно поглядел на часы и, скрестив на груди руки, стал ждать. Наконец девушка тихо ответила, смотря прямо перед собой: — Нет, это совсем не так! — Может, я тебя чем-то обидел? Так ты не стесняйся, говори прямо. Возможно, я должен извиниться, просто не знаю, за что?! — Нет… — Когтевранка перевела взгляд на меня и продолжила: — Нет, это я должна извиниться перед тобой, Драко. Я действительно веду себя ужасно эгоистично по отношению к тебе… Прости…       Сказать, что в этот момент я был, мягко говоря, удивлён — это не сказать ничего. Я был уверен, что она придумает очередное оправдание, дабы я оставил её в покое. Однако, Луна сумела поразить меня до глубины души. — Оставь свои извинения, Лавгуд, — усмехнулся я, приходя в себя от её непредсказуемости. — Мне они совершенно ни к чему… А вот если ты не прочь оказать мне маленькую услугу, то я буду рад. Нет, я… я буду несказанно счастлив! — Что мне нужно сделать? — сосредоточенно заглянув мне в глаза, спросила девушка.       Её серьёзное выражение лица заставило меня позабыть о том, что я вообще-то был зол и собирался устроить разбор полётов. Едва сдерживая не вовремя подступивший смех, я запрокинул голову назад и крепко зажмурился, дабы не казаться идиотом. В конце концов меня начало отпускать, и я ответил с озабоченным видом: — Ничего особенного… Все лишь добыть мне ростки ядовитой тентакулы и спорыши. — Но… ты же знаешь, что тентакула запрещена Министерством магии, Драко. — Моя идея повергла её в явное замешательство. Ну, что ж… шах и мат, госпожа Лавгуд! — Купилась? Это была шутка. Всего-то безобидное свидание. В Хогсмиде. В пятницу вечером. Что скажешь, Лавгуд?       Она с облегчением выдохнула и, засмеявшись, поднялась на носочки и поцеловала меня в краешек губ. — Скажу, что это невероятно мило, Драко! И ещё, что я согласна!

***

Четверг.

      Этот день пронёсся мимо меня с быстротой золотого снитча. Первую половину дня я провёл на занятиях, а вторую — на тренировке по Квиддичу. Утомлённый зноем зимнего солнца и пронизывающим до костей ледяным ветром, около семи часов вечера я завалился в гостиную Слизерина. Прокручивая в голове мечты о горячем душе и бодрящем травяном чае, совсем не заметил, как в полумраке налетел на сидящую в кресле Пэнси. — Ох, Драко! — нервно выдохнула она, теребя пальцами корешок какой-то толстенной книги, которую, по всей видимости, она даже не открывала. — Как ты меня напугал! — Не поверишь, но ты меня тоже! — не изменяя своей привычной манере общения, съязвил я. — Ааа... что ты тут делаешь? — Очевидно, что пришёл с тренировки.       Девушка медленно кивнула и, опустив свои тёмно-зелёные глаза, откинулась на спинку кресла. Огненные, поигрывающие в камине, всполохи озарили её печальное лицо. — Не почти за дерзость... Ну, а чем же здесь занимаешься ты? — Я читала... — В потёмках? — ехидно усмехнувшись, уточнил я. — Да, — будто не желая вступать со мной в полемику, коротко ответила она. — Зрение испортить не боишься? Очки тебе явно не пойдут! — Перестань, Драко! Я правда читала, просто... мне захотелось отдохнуть. Я загасила повсюду свет, оставив лишь огонь в камине, и сама не заметила, как вздремнула.       Я глубоко вздохнул, совсем не понимая, зачем слушаю этот вздор. Разговор был более, чем бессмысленным. На самом деле мне было абсолютно наплевать, что она делала и вообще, как предпочитала проводить свой досуг. Я намеревался принять душ и отдохнуть, поэтому поспешил в спальню, чтобы сбросить с себя экипировку и захватить банное полотенце. — Ладно, поступай как знаешь. А я тороплюсь... — Постой! — прозвучало тихим субтоном.       Закатив глаза, я повернулся и недовольно спросил: — Чего ещё? — Может, завтра вечером вместе прогуляемся в Хогсмид? — пролепетала Пэнси, направив на меня свои блестящие, словно пуговицы, зрачки. — Мы могли бы пройтись по торговым лавкам, затем посетить «Сладкое королевство», а на обратном пути заглянуть в «Три метлы». — На завтра у меня уже есть планы. — Значит, ты мне отказываешь? — Это значит, что я буду занят, Паркинсон! Сходи с кем-нибудь другим, — дойдя до спальни и открыв дверь, раздражённо бросил я. — Но... — Я не расслышал её дальнейших аргументов. Послышался скрип петель. За ним прозвучал хлопок, сигнализировавший об окончании нашей беседы.

***

Пятница.

      Дождавшись окончания занятий, я подкараулил Луну у входа в башню факультета Когтевран. Придя туда чуть раньше, я скинул с плеча сумку с учебниками и, опустившись на ступени, принялся ждать свою возлюбленную.       Мимо проходили компании студентов, которые с нескрываемым удивлением озирались на меня, словно на какой-то диковинный предмет. Кого-то из них я видел впервые, а какие-то были мне до боли знакомы. Например, Лайза Турпин, которая на прошлом матче вырвала победу практически у меня из рук. Так сильно хотелось показать ей неприличный жест, однако, тот самый напускной аристократизм, который так любили все Малфои, не дал мне этого сделать. Всё-таки опускаться до такого не комильфо даже падшей знати вроде меня.       Наконец вдалеке замаячил худенький низкорослый силуэт моей Лавгуд. Образ спешащей на всех парах когтевранки, державшей в руке портфель с нацепленными на него значками и брелоками, заставил позабыть обо всём на свете. Казалось, она несла в себе свет, который был способен убедить даже самого угрюмого человека сбросить с себя маску грусти и улыбнуться. — Дра-ако, какой приятный сюрприз! — завидев меня, воскликнула девушка. — Не ожидала увидеть тебя прямо здесь. — Совы доставили меня прямо к подножью твоей башни, о, несравненная принцесса Луна! — Поднявшись на ноги, я поклонился и, гордо вскинув подбородок, взял её за руку и оставил на ней лёгкий воздушный поцелуй.       Она звонко рассмеялась и, подойдя ещё ближе, заключила меня в свои хрупкие объятия. — Ну, раз я принцесса, тогда ты будешь моим принцем. — Безусловно! А ещё я пришёл напомнить тебе, что сегодня вечером мы отправляемся на прогулку в Хогсмид. — Я и не забывала об этом, — немного отстранившись, ответила Луна и одарила меня своей искренней улыбкой. — Мне самой очень хочется провести с тобой время. — Мне тоже. Ведь за эту неделю я ужасно по тебе соскучился, Лавгуд! — С этими словами я приник к её губам в нежном поцелуе. — По твоим румяным щекам. — Бормотал я, не разрывая близости. — По твоим сладким, словно карамель, губам. По озорному носу. Но самое главное, я скучал по твоим прекрасным глазам. Не совру, если скажу, что в них отражается целая вечность.       Засмущавшись, девушка глубоко вздохнула, обдавая меня теплотой своего дыхания. И снова я почувствовал это мучительное желание... Было абсолютно всё равно, что в этот самый момент рядом с нами проходили ученики и преподаватели. Одни шептались, другие молчали, строго пронзая нас своими полными отборного порицания взглядами, а третьи просто делали вид, что не замечали парочку студентов, сошедших с ума от эмоций и чувств. Не хотелось прекращать эти объятия, эти ласки, но... Разум подсказывал мне, что пора было остановиться и убраться отсюда подальше. — Буду... ждать тебя... — прошептал я, ловя её чарующий взор и задыхаясь от нахлынувших снежной лавиной ощущений. Стараясь в мыслях угомонить надрывно колотящееся сердце, я прислонился лбом ко лбу когтевранки. — У Часовой башни ровно в пять. Не опаздывай, малышка Лавгуд. — Я приду, обещаю... — одними губами прошептала она.

***

      Встретившись в назначенное время в условленном месте, мы отправились в Хогсмид. Предстояло преодолеть получасовой путь через Запретный лес, который в застилающих округу сумерках казался ещё более таинственным. Розовые лучи закатного солнца пробивались к нам сквозь чёрные стволы деревьев, рикошетом отражаясь от толщи белого снега. — Как здесь красиво! — восторженно вздыхая, пропела Луна. Раскинув руки в стороны, она запрокинула голову и неспешно закружилась вокруг своей оси. — Мы с тобой словно в сказке, Драко! — Да, погодка сегодня хороша, — отметил я, потерев замёрзшие кисти рук, после чего сунул их в карманы пальто, — правда, холодновато. Ты, кстати, не замёрзла? — Нет, мне тепло. А вот тебе не мешало бы надеть перчатки. Как же мы будем играть в снежки?! — Да вот не смог их найти. Наверное, потерялись. — Пожав плечами, я виновато улыбнулся, глядя в озорные глаза когтевранки. — Так что сегодня без снежков. — Тогда я свяжу тебе новые, — хитро усмехнулась Лавгуд и, присев на корточки, принялась лепить из снега шарики. — А пока подумай, какого цвета ты хочешь себе перчатки? — Поднявшись, она медленно, точно лисица, заприметившая зайца, двинулась в мою сторону. — Голубые? Красные? — Розовые с поросячьими пятачками, — решил подыграть ей я, совсем не подозревая о том, что произойдёт через пару мгновений. — Если ты так настаиваешь, то именно такие тебе и свяжу! — Я приму от тебя всё, что угодно. Лишь бы это было сделано твоими руками. — Да? Тогда ты сам напросился! — С этими словами Луна начала забрасывать меня снежками.       Едва успев увернуться, я наклонился и, наспех соорудив такой же снежный комочек, бросил в неё в ответ. — Ну, всё, Лавгуд, это война! — А что? Ты же сам сказал, что примешь от меня всё, что сделано моими руками. Так вот, эти снежки я лепила специально для тебя. — Я совсем не это имел в виду! — крикнул я, уворачиваясь от очередного снаряда. — Поздно! — сквозь смех ответила девушка, продолжая закидывать меня ледяными комьями. — Теперь не отвертишься! — Но... Я ведь могу применить тяжёлую артиллерию, Лавгуд! — Какую же? — У меня припасено отличное оружие! — поиграв бровями для убедительности, ухмыльнулся я. Бегло окинул себя взглядом: моё чёрное вигоневое пальто теперь напоминало халат, усыпанный белым горохом. Да и чёрт с ним! — Эй, магией пользоваться нечестно! — На синем пуховике когтевранки также виднелись мокрые отпечатки снега. — А кто сказал, что это магия? Тут она точно бессильна. — Тогда что же это?!       Не ответив, я подбежал к Луне и крепко стиснул её в объятиях, после чего мы дружно рухнули в снег. Покрывая лицо девушки горячими поцелуями, я совсем позабыл о том, что несколько минут назад зяб от холода. А она заливалась смехом, сначала делая вид, что отбивается от меня. Но буквально через мгновение уже таяла от моих прикосновений. Сливаясь в чувственном поцелуе, мы не ощущали ни пропитавшейся ледяной влагой одежды, ни темнеющих над нами небес, ни щиплющего щёки мороза. — Я же говорил, что у меня свои методы борьбы со злом, — пробормотал я прямо в её губы, — а ты мне не верила...       Когда мы наконец отстранились друг друга, солнце уже скрылось за горизонтом. Я помог Лавгуд подняться на ноги, стряхивая с неё налипший снег, затем, оглядевшись, тревожно заявил: — Надо поторапливаться... Обратно поедем на повозке. В такую тьму шастать по лесу небезопасно. — Торопливо очистив своё пальто, я протянул девушке руку. Она лишь молча кивнула и ухватилась за меня. Мы продолжили свой слегка затянувшийся путь до Хогсмида.

***

      Благополучно добравшись до бара «Три метлы», мы выбрали самое укромное место — столик в углу рядом с окном — и, повесив верхнюю одежду на вешалку, уселись друг напротив друга. Конечно, в пятницу вечером было довольно шумно из-за количество собравшихся здесь волшебников, ведьм, а также студентов. На столах были расставлены бокалы с налитой в них цветной водой, в которой плавали свечи, создавая невероятно чарующий эффект. В воздухе витали различные ароматы: жареного, солёного, копчёного, вдобавок спиртного, смешавшегося с чем-то пряным и сладким. — Фух, ну и народу! — усмехнулся я, неловко проводя рукой по волосам и оглядывая посетителей. — Не думал, что здесь окажется добрая половина Хогвартса... — Да ну, сегодня же пятница! Все отдыхают, — пожала плечиками Луна, зачарованно разглядывая креативный подсвечник. — Очень даже весело. — Ну, если так, то я спокоен. Главное, чтобы ты была довольна.       К нам подошла мадам Розмерта: увидев меня, она кивнула головой и дежурно улыбнулась, протягивая замусоленное, расписанное на крафтовой бумаге, меню. — Добрый вечер, мадам Розмерта! — весело поприветствовала её Лавгуд. — Как ваши дела? — Добрый вечер, дорогая! Рада тебя видеть, — дружески приобняв её, ответила женщина. — Как видишь, сегодня у меня много гостей, так что долго болтать с вами не смогу. А ну-ка, расскажи мне по-быстренькому, как вы поживаете? Как отец? — Ой, у папы всё хорошо! Он почти восстановился от прошлых переживаний и сейчас активно занимается развитием журнала. Хочет внедрить новые колонки и рьяно выискивает талантливых корреспондентов и журналистов, чтобы они помогли ему продвинуть «Придиру» на новый уровень. — Это великолепно, солнышко! Желаю, чтобы дела у него шли в гору! — улыбнулась пухлая розовощёкая Розмерта. — Обязательно передавай ему от меня большой привет! — Хорошо, я передам! А мы с ним, в свою очередь, с радостью пригласим вас на интервью. — О, это так чудесно. Буду только рада! — А мы с Драко гуляли и решили, почему бы нам не зайти, перекусить! — воскликнула Луна, переводя на меня взор. Владелица бара последовала её примеру: изумлённо посмотрела в мою сторону и протянула, немного замешкавшись: — Очень мило, что вы решили заглянуть к нам, мистер Малфой. Надеюсь, у вас... всё в порядке. — Было видно, что она говорила совсем не то, что у неё вертелось на языке. Я решил, сказать всё, как есть, желая продемонстрировать умение читать между строк: — Благодарю, мадам Розмерта! Вы, как всегда, весьма любезны, — с некоторым ехидством ответил ей я, поглядывая на меню, параллельно перелистывая мятые замусоленные страницы. — У меня всё стабильно. Как, собственно, у моего отца, который вот уже полгода как пребывает в Азкабане, так и у моей матери, которая, не находя себе места, решила покинуть туманную Британию, не назвав своего нового адреса даже единственному сыну. — Сам не знаю почему, но проговаривая это, мне хотелось вбить каждое слово в стену, будто ржавые гвозди. Только бы выпустить из себя внезапно нахлынувшую злость. — Очень печально, мистер Малфой. Драко! — Женщина с сожалением похлопала меня по плечу. — Мне искренне жаль, что так сложилась их судьба... Прошу меня простить, но я вынуждена идти обслуживать других посетителей. Вернусь к вам через пять минут. — Ещё раз окинув нас своими ярко-зелёными глазами, она развернулась и направилась к активно размахивающему руками старику, у которого на столе сидела огромная пятнистая жаба. Бедолага так перебрал с выпивкой, что ему было трудно сформулировать заказ.       Проводив Розмерту взглядом, Лавгуд повернула голову ко мне и тихо спросила: — Зачем же ты так, Драко? Она ведь правда переживает... — Не переживает, — отложив меню и закинув ногу на ногу, протянул я, — никто не будет переживать о Пожирателях Смерти, Лавгуд. Не будь так наивна... Все слишком сильно ждали расправы над слугами Тёмного Лорда. Кому-то удалось сбежать, а кому-то... — Прошу, не злись на них. Ты ведь понимаешь, что прошло совсем немного времени. Рана затягивается, но не так скоро. — Она потянулась через стол и сжала мою ладонь. — Всё будет хорошо.       Я посмотрел на когтевранку и слегка прыснул. Глядя на эту девушку, невозможно было не улыбаться. Очаровательное лицо, разметавшиеся по плечам светлые пряди волос, тёплые губы, которые хотелось зацеловать до боли. — Кхм... Лавгуд, то есть Луна, давай сменим тему. Не хочу, чтобы этот вечер омрачали разговоры о прошлом. — Конечно, — встрепенулась она, закивав головой, — о чём ты хочешь поговорить? — Ну, а что бы тебе хотелось обо мне узнать?       Девушка задумалась и уже собиралась что-то спросить, как к нашему столику вернулась Мадам Розмерта: — Мои дорогие, готова принять ваш заказ! Уже определились? — Выбирай, — кивнул я, пододвигая к Лавгуд список напитков и блюд, — что твоей душе угодно! — Я буду яблочный штрудель с ванильным мороженым и имбирный чай. — Прекрасный выбор, моя девочка! — сделав пометку в маленьком, одетом в коричневую кожаную обложку, блокноте, женщина добродушно обратилась ко мне. —  А что будет молодой человек? — Баранью ногу с запечённым картофелем и двойную порцию глинтвейна, пожалуйста. — Вежливо улыбнувшись, я вернул ей меню и скрестил руки на груди, облокотившись на спинку стула. — Ох, у вас превосходный вкус! Красное вино идеально подходит к мясным блюдам, — воскликнула Розмерта, снова что-то начиркав в своей книжонке, а после звонко захлопнув её, сунула в карман передника. — Буквально десять минут и всё будет готово! Уютного вам вечера!       Ретировавшись, она оставила после себя аромат жареных гренок и чеснока. А мы с Лавгуд остались сидеть в безмолвной тишине, растворившейся в потоке бранного крика и радостного галдежа посетителей «Трёх мётел». С интересом приглядывая за девушкой, я нервно крутил фамильный перстень на безымянном пальце правой руки. Когтевранка делала вид, что заворожено рассматривает замысловатые узоры на деревянной, грубо отёсанной крышке стола, водя по ним кончиком ногтя. Поняв, что молчание несколько затянулось, я предпринял попытку разговорить её. — До того, как пришла мадам Розмерта, ты меня хотела о чём-то спросить?! — Да, мне хотелось поговорить о маглах. Как так получилось, что они тебя заинтересовали? — Я много читал о них. — Задумчиво потерев подбородок, я прикинул, когда примерно во мне проснулось данное увлечение. — Этим летом, сидя в Мэноре и практически никуда из него не вылезая, я начал изучать мир маглов. И так пристрастился, что узнал о них буквально всё вдоль и поперёк. — Усмехнулся, будто с головой погружаясь в те дни. — Но никакая книга не способна описать этот мир для тебя лучше твоих собственных глаз. Хотелось окунуться с головой в их жизнь, прочувствовать на себе их изобретения, пообщаться с ними. Сделав несколько вылазок в Лондон, я всё больше открывал для себя другую реальность. Реальность простых людей.       Луна нашла рассказ весьма занимательным, и потому, опершись локтями о стол, принялась внимательно меня слушать. — Я прокатился по Лондонской подземке, сходил в кинотеатр. Даже купил себе наручные часы. — С этими словами я закатал рукав свитера и продемонстрировал Лавгуд свою левую руку. — Увидел, что почти у каждого второго магла на руке была эта штуковина. А дальше я стал выбираться туда чаще! Затем ещё чаще! И, наконец, набрёл на тату-студию, где познакомился с парнем по имени Макс. Я тебе уже рассказывал, что он сделал мне эту татуировку. Мы очень много разговаривали. Он говорил о своей жизни, о своей любимой девушке и своей собаке. И ещё о своей маленькой съёмной квартирке на окраине Лондона и, конечно, о своих планах, мечтах и целях.       Прервав ненадолго моё повествование, мадам Розмерта принесла огромный, заставленный напитками и блюдами поднос и, пожелав «Приятного аппетита!», побежала обслуживать других гостей своего бара. От тарелок исходил невероятный аромат свежеприготовленной еды, а бокалы, таившие в себе сладость напитков, испускали горячий обжигающий пар. Знатно проголодавшись, мы с нетерпением набросились на лакомства. — А Макс знает о том, что ты волшебник? — нарезая штрудель на тонкие кусочки, уточнила Луна. — Если да, то как он отреагировал? — Нет. Конечно, нет. Я бы ни в коем случае не хотел бы ему рассказывать о своём настоящем происхождении... Наврал, что приехал из Ирландии, на пару недель, погостить у своих дальних родственников, — поиграв бровями, ответил я. — Ай-яй-яй, Драко, как нехорошо обманывать друзей! — Девушка беззлобно погрозила пальчиком. — Я знаю, но... мне к этому не привыкать, так что... решил оставить свою настоящую личность под грифом «Совершенно секретно». — Позволь задать нескромный вопрос: где тебе удалось раздобыть магловские деньги? — А это самое интересное, — усмехнулся я, принявшись ножом и вилкой отделять мясо от кости, — их совершенно спокойно можно обменять в «Гринготтс». Правда, в моём случае пришлось слегка попотеть: пройти проверку личности, поставить свою подпись в нескольких бумагах, так как почти все счета моей семьи оказались арестованы, а средства с них списали и отправили на благотворительность и восстановление зданий, разрушенных Пожирателями. Так что это не так трудно, как могло бы показаться на первый взгляд. — Как здорово! Я бы тоже хотела провести время в мире маглов. Прогуляться среди простых людей, пойти в кинотеатр... Я слышала, что они бывают под открытым небом. — Ну, к сожалению, я в таком ни разу не бывал. Но почему бы нам с тобой не сходить туда, когда наступят тёплые времена? — подмигнул я, делая большой глоток приятного согревающего не только горло, но и душу напитка. — Заранее приглашаю тебя на свидание в кинотеатр под открытым небом. Что скажешь, Лавгуд? — Я заранее и с радостью принимаю твоё предложение, — ответила когтевранка, одаривая меня своей лучезарной улыбкой. Я протянул ей свою раскрытую ладонь, а она вложила в неё свою маленькую изящную кисть. Мы скрепили наше условие рукопожатием. — Тогда договорились! Ещё я познакомлю тебя с Максом. Уверен, тебе он обязательно понравится. Этот добродушный парень просто обожает всё креативное, нестандартное... Вам будет, что обсудить!       Так мы сидели за вечерней трапезой и рассказывали друг другу разные истории. С Луной мне было так спокойно и хорошо. Она буквально лечила моё сердце своими прикосновениями и улыбкой. Совсем не хотелось выпускать из рук её прелестные пальчики. Чуть захмелев, я подался вперёд и поднес их к губам, оставляя на каждом нежный, проникновенный поцелуй. — Драко, перестань, пожалуйста. На нас же все смотрят, — приглушённо сказала девушка, оглядываясь на присутствующих. Её хорошенькое лицо покрылось ярким, словно закат, румянцем. — Не стесняйся, малышка! Им до нас нет никакого дела... — Я понимал, что во всём виновата магия пол-литра отличного хогсмидского глинтвейна, который я уже успел приговорить к тому времени. Коснувшись пальцами её порозовевшей щеки, я продолжил: — Ты изумительна, Лавгуд! — накручивая на указательный палец длинный светлый локон, промурлыкал я когтевранке почти в самое ухо, чтобы никто не услышал.       В ответ девушка слегка улыбнулась и, опустив голову вниз, тихо прошептала: — Раньше ты был обо мне совершенно иного мнения, Драко. — Злость и отчаяние делают человека слепым, он перестаёт замечать всё самое прекрасное, что его окружает. — Чистейшая, мать её, правда, которую я осознал только сейчас.       Проведя чудесные часы в «Трёх мётлах» в обществе друг друга, мы сами не заметили, как настало время возвращаться назад в Хогвартс. Расплатившись с мадам Розмертой и поблагодарив её за вкусный ужин и гостеприимство, я помог Луне надеть её пуховик, после чего оделся сам.       Добредя до станции «Хогсмид» и заметив у платформы одинокую повозку, попросили сидящего на ней старика отвезти нас до школы. В награду за это я предложил ему пять галлеонов, и тот сразу же согласился.       Пока за окном мелькали заснеженные деревья и сугробы, Лавгуд уснула у меня на коленях, а я всю дорогу старался не делать резких движений, дабы не разбудить её. Каждый раз чертыхался про себя, когда колёса нашего транспортного средства встречались с очередной кочкой.       Однако, ничто не могло испортить мои впечатления о нашем сегодняшнем свидании. Возможно, водитель, увидев мою растянутую до самых ушей улыбку, подумал, что я какой-то идиот, но... Так оно на самом деле и было. Да! Наверное, я и был идиотом. Влюблённым идиотом, если быть точнее.