Глава 7

Башня Мстителей была не слишком огромной, она не затмевала соседние небоскрёбы ни своей высотой, ни шириной, но всё равно производила впечатление. Это здание с гладкими линиями и светящейся буквой А словно заявляло: здесь наши герои. Если бы не совместные усилия службы безопасности Старк Индастриз и Щ.И.Т., в фойе Башни круглосуточно бы крутились репортёры. Даже избавленные от навязчивого внимания журналистов, они соблюдали осторожность, входя через парадные двери здания. Войти внутрь всей командой на пару с Питером было бы слишком заметно. Не нужно быть гением, чтобы подумать о Человеке-Пауке, увидев шесть членов команды в компании избитого подростка. Наташа уже совершила эту ошибку днём раньше, вступившись за Питера перед мужчиной возле газетного киоска. Она не собиралась допускать повторения ситуации. Стив вошёл первым, отвлекая основное внимание на свои широкие плечи. Брюс и Питер подождали несколько минут, тщательно отсчитывая секунды, и медленно вошли внутрь. Питер низко опустил голову, на нём снова была толстовка с капюшоном и шапка-бини, а ещё толстые солнцезащитные очки, которые на самом деле не были ему нужны. Секретарь – Мэнди, с волевым характером и слабостью к Питеру, – выглянула из-за стойки регистрации. Она встретилась с ним взглядом, тревожно нахмурившись. Питер кивнул и беззвучно произнёс «я в порядке». Мэнди мягко улыбнулась в ответ. Они добрались до центра вестибюля. Костыли Питера издавали различимый стук, стук по полированному полу. Группа стажёров, всего на несколько лет старше Питера, вывалились из лифта, оживлённо переговариваясь. Их внимание переключилось на Брюса, затем на сгорбленную фигуру, крепко сжимающую рукав учёного… – Мне плевать, даже если мне придётся лететь туда в броне Железного человека! – Тони стремительно вошёл через стеклянные двери, размахивая руками. Он громко говорил по прикреплённой к уху Bluetooth-гарнитуре. Тони был гораздо более известен, чем Брюс, здесь, в собственном здании, поэтому все взгляды тут же обратились на него. – Просто организуй мне эту встречу. Я встречусь с ними, хотят они того или нет! Двери частного лифта распахнулись перед ними, и Брюс поспешил завести Питера внутрь. Лифт закрылся и вестибюль скрылся из виду. Питер громко выдохнул с облегчением. – Хочешь пойти в свои комнаты? – спросил Брюс, пока лифт плавно поднимался наверх. – Может, ко мне? Или в общую зону? – Общая зона подойдёт, – ответил Питер, сняв толстовку и шапку, позволив своим буйным волосам вырваться на свободу. – Умираю с голоду. Сэм, Наташа и Клинт уже ждали их в гостиной, радостно поприветствовав Питера, когда он вышел из лифта. – Добро пожаловать, – сказала Наташа. На ней был свитер с открытыми плечами и вчерашние солнцезащитные очки. Они выглядели нелепо в помещении, но никто это не прокомментировал, и Питер был благодарен за понимание. – Я пережил поездку в лифте, – саркастически ответил Питер, немного смущаясь, – ура! – Впечатляющее достижение! – согласился Клинт. Питеру всё ещё было сложно смотреть на него по сравнению с остальными, они не так часто встречались, за исключением разве что Тора и Стива. Но у него получилось сосредоточиться на знакомом лице Сэма и на Брюсе рядом с ним, он немного расслабился. Следующий лифт доставил Тони. Мужчина вышел с торжествующей улыбкой. – Наш план сработал идеально. Все были слишком сосредоточены на бойскауте и вашем покорном слуге. Мы должны отпраздновать! Как на счёт выпить? – Может, завтрак? – предложил Сэм. – Ладно-ладно, – засмеялся Тони, – пусть будет завтрак. Но лучше бы ему быть отпадным, Уилсон. – Не сомневайся. Я приготовлю побольше, – с сомнением добавил Сэм, глядя на Питера. Питер не знал, из-за стресса или из-за того факта, что его доступ к еде был ограничен между атаками и выздоровлением, но он похудел. Заметно похудел. После того присоединения к Мстителям, Питер набрал вес. Не слишком много, – не с его метаболизмом, – но его ключицы перестали казаться такими тревожно острыми, а живот перестал быть таким вогнутым. Было сложно не набрать вес в Башне, учитывая огромное количество еды, которое Тони всегда держал под рукой, и то, как Сэм насильно кормил друзей. Но теперь Питер снова вернулся к прежней худобе. Все упорные старания Сэма растворились как дым. – Я могу приготовить блинчики или вафли, – продолжил Сокол, направляясь прямиком на кухню. – Или тот омлет, который так понравился Клинту. Может, немного фруктов и несколько сэндвичей?.. – Хочу вафли, – объявил Тони, последовав за ним. Наташа и Клинт тоже не заставили себя ждать. – Не тебе решать, – парировал Сэм. Брюс собирался пойти за ними, но Питер остался неподвижен. Его взгляд замер на проходе между гостиной и кухней. За огромным окном от пола до потолка было нежно-голубое небо и суетящийся внизу город, которому никто не угрожал. Кухня была где-то на периферии его зрения. Остальные Мстители суетливо прошли мимо барной стойки, открывая шкафы, доставая ингредиенты и включая плиту. Питер не мог заставить себя сделать ни единого шага. Брюс остановился и оглянулся. Что бы он ни увидел на лице Питера, оно заставило его спешно вернуться к нему. Учёный мягко оттянул его прочь, придерживая за локоть. Край кухни исчез из виду. – Сделай глубокий вдох, – попросил его Брюс. Питер резко вдохнул, не осознавая, что не дышал всё это время. – Я просто… – беспомощно начал Питер. Он не мог объяснить, почему гладкие мраморные столешницы, корзина с фруктами и ряд высоких стульев у барной стойки вызвали у него такую реакцию, почему он застыл. Брюс провёл большим пальцем по мягкой внутренней стороне локтя Питера, и не заставил его ничего объяснять. Там, в кухне, Тони и Сэм всё ещё обсуждали варианты завтрака. Питер слышал звук разбиваемых на сковороду яиц и тихое шипение бекона, брошенного на разогретую поверхность. Наташа стояла возле окна, изучая Питера своим проницательным взглядом. Такая интенсивность вызвала у парня инстинктивное желание снова вжаться в Брюса, но в её взгляде не было жёсткости, только мягкая забота, и ни намёка на отравляющее влияние газа. – Я бы предпочла доставку, – громко сказала Наташа. Вся кухня погрузилась в тишину. – Я не стану завтракать едой на вынос, я же не дикарь, – усмехнулся Тони. – И не студент, – сказал Сэм. Питер всё ещё не мог их видеть, и не испытывал ни малейшего желания подходить ближе. – Я так и сказал, – ответил Тони. Я студент, мог бы сказать Питер в ответ. В другой ситуации, он мог бы даже притвориться, что оскорблён. Отпустить какую-нибудь дурацкую шутку о невероятно высоких стандартах Тони, о серебряных ложках и красоте жирной пиццы и крепкого кофе на завтрак. Но у Питера пересохло в горле, и небольшое расстояние между ним и кухней причиняло почти физическую боль, заставляя его чувствовать себя на грани. – Доставка звучит отлично, – подал голос Брюс. – И ты, Брюс? – нахмурился Тони, выскользнув из кухни. – Я почти уговорил Сэма приготовить нам роскошный завтрак, а вы с Романофф решили всадить мне нож в спину?.. На лице Питера, должно быть, было что-то такое, что заставило Тони растерять весь энтузиазм, остановившись возле Наташи. – Джарвис, – сказал он, – можешь найти какое-нибудь круглосуточное заведение? Может быть пиццу, или китайскую еду. И чтобы там был огромный выбор выпечки. – Сию секунду, сэр. Клинт тоже вышел из кухни. Он обнял Наташу со спины и сказал: – Пицца на завтрак? Чёрт возьми, я в деле. – Но как же завтрак Сэма?.. – попытался возразить Питер, но его голос был слишком слабым. Над правдоподобностью ещё стоило поработать. – Не волнуйся об этом, Питер, – легко отмахнулся Сэм. Но Питера это не успокоило. Его затошнило от мысли о яйцах, разбитых в миску с мукой и сахаром, и о порезанных фруктах. Он почувствовал себя больным, зная, что отказывался от еды, приготовленной Сэмом. Он заставлял друзей уйти из кухни и есть вредную еду на вынос вместо роскошных домашних блюд. Питер чувствовал себя эгоистичным, отвратительным, словно он требовал больше, чем заслуживал. – Но ты же уже начал готовить, – привёл Питер ещё один аргумент. – Ерунда, так я хотя бы смогу посидеть и насладиться утром в хорошей компании, – ответил Сэм, прежде чем пройти мимо них, устроиться на диване и широко улыбнуться. Питер мог бы поверить его беззаботности, но он прекрасно знал, как друг любил готовить. Питер позволил Брюсу отвести себя в гостиную. Учёный сел в одно из кресел-мешков, и Питер приземлился рядом с ним, вытянув загипсованную ногу вперёд. Клинт занял место на диване, Наташа села рядом с ним. Их руки слегка соприкасались. Тони выбрал свободное кресло. Джарвис включил на фоне что-то ненавязчивое, лёгкие гитарные переливы заполняли тишину между ними. Они напоминали ту «инди-чушь», на которую Тони постоянно жаловался Питеру. На плоском экране играл беззвучный эпизод Друзей. Питер ещё глубже погрузился в кресло-мешок и завернулся в толстовку, глядя, как остальные болтали между собой. Сэм и Брюс обсуждали новые кресла, которые они хотели добавить в гостиную, Тони перебивал их своим ворчанием об эстетике комнаты, Клинт настаивал на покупке новых пледов, а Наташа равнодушно пожимала плечами, будто не интересовалась перестановками, хотя Питеру показалось, что её заинтересовало подвесное кресло-кокон, про которое рассказал Брюс. Ей всегда нравилось сворачиваться в креслах или на диванах, обязательно с книгой на коленях и лучами солнца на лице. – Мы могли бы подвесить его у окна, – предложила она. Тони преувеличенно вздохнул, но смягчился: – Ладно, уговорила, заказывай, что хочешь. – Эти кресла-мешки тоже пора заменить, – сказал Брюс, хмуро глядя на потертые углы своего квадратного кресла. – Ткань износилась. – Я видел детские модели с рисунками Мстителей, если хочешь, могу потянуть за кое-какие ниточки… – предложил Тони. Питер заговорил впервые с тех пор, как они разместились в гостиной, его голос был охрипшим и немного нерешительным: – Мне нравится эта поношенность. Они удобные. – Тогда оставим эти, – просто согласился Брюс, никто не стал возражать, и Мстители перешли к спору о достоинствах мебели в лифте. Еду на вынос доставляли партиями. Сначала привезли пиццу, – коробки разложили на журнальном столике, Клинт сразу же потянулся за куском, – за ней последовала китайская еда. Не обращая внимания на свои потеющие ладони и странное чувство в желудке, Питер наполнил тарелку жареным рисом и курицей в медовом маринаде, добавив туда же кусок пиццы. Он не осознавал, насколько был голоден, пока не приступил к еде. Наташа и Сэм смеялись над Клинтом, который уронил пиццу на джинсы, и пытался оттереть сыр со своего носа. Тони вышел из гостиной, вернувшись с держателями с кофе через несколько минут. – Кофе тоже доставили? – спросил Брюс с лёгкой улыбкой, поблагодарив Тони за протянутый ему стакан, на котором было написано его имя. – Конечно. Если уж заказывать завтрак, то делать это как надо, – Тони передал Сэму ещё один стакан. – О, боже, – пробормотал Сэм, делая первый глоток. Наташа пила свой, напевая что-то себе под нос. Удовлетворённый стон Клинта был почти неприличным. – Именно поэтому я выбрал доставку, – победно улыбнулся Тони, передавая Брюсу последний стакан. Учёный тут же протянул его Питеру. На стаканчике было написано его имя, а у кофе был яркий вкус лесного ореха и шоколада, богатый кофейный аромат обволакивал рот приятный послевкусием. Обычно Питер пил то, что предлагали, – будь то дешёвый растворимый кофе без молока, или искусно сваренный самим Тони кофе с сахаром и сливками, но в глубине души он предпочитал именно сладкий напиток. Он чувствовал себя ужасно избалованным, и в то же время очень благодарным. Кто-то принёс вафли со свежими фруктами и взбитыми сливками. А ещё коробку с блинчиками и несколько пакетов с пончиками. – Как мы это всё съедим? – спросил Питер и отрезал кусочек вафли, добавив туда засахаренную клубнику. – Сейчас мы вряд ли всё осилим, – ответил Сэм, сворачивая руками блинчик, – но кто-то точно проголодается позже. Оставим это на обед. Или ужин. Или на перекус после тренировки. Питер мысленно согласился; еда в Башне никогда не задерживалась надолго. Тем не менее, когда ещё три курьера вышли из лифта, нагруженные коробками, ситуация показалась ему ещё более абсурдной. – Слишком много еды, – повторил Питер. – Слишком. Зачем нам столько? Тони пожал плечами, заплатил курьерам чаевые и передал коробки Клинту. – Как я уже сказал, я предпочитаю выкладываться по полной. Всё или ничего. – Я бы предпочёл ничего, – пропыхтел Клинт, сгибаясь под тяжестью коробок. Одна из них почти упала, но Наташа словила её и поставила на ковёр. На журнальном столике не осталось свободного места. Возле кресла-мешка Питера скопилось уже несколько пустых тарелок, но, когда Брюс аккуратно разложил на тарелке выбранную им выпечку и протянул ему тарелку, он принял её без возражений. Питер никогда не отказывался от бесплатной еды. Ни разу. Тони и Клинт затеяли перепалку из-за последних спринг-роллов. Наташа с Сэмом плечом к плечу исследовали содержимое коробок с выпечкой с одинаковыми улыбками. Брюс откинулся в кресле, сложив руки на животе и сыто зажмурившись. Питер прикрыл глаза, не переставая жевать датскую булочку с вишней. Он протянул руку и осторожно прикоснулся к ладони Брюса. Питера окутала тёплая волна радости, когда пальцы Брюса тут же обхватили его собственные. Он осилил булочку только на половину, а тарелка с выпечкой балансировала на его бедре, когда болтовня вокруг начала становиться тише. Сытый и согретый теплом ладони Брюса, Питер задремал.

***

Когда Питер проснулся, вокруг было тихо. Фоновая музыка затихла, а телевизор был выключен. Помещение освещалось только солнечным светом из огромного окна. Питер сонно моргнул. Тарелка с выпечкой всё ещё стояла у него на бедре, но несмотря на это он чувствовал себя очень комфортно. Брюс дремал рядом с ним. Очки съехали набок, его поза выглядела неудобной, но, казалось, он не собирался просыпаться. Он не чувствовал себя таким расслабленным уже несколько недель. Задетый кем-то бумажный стаканчик упал с журнального столика, и кофе вылился на ковёр. – О, чёрт. Питер протёр глаза и сощурился на свои ноги, запутавшиеся в ногах Брюса. Над журнальным столиком склонился Стив, сжимающий в руке мусорный мешок. Питер напрягся. Окружавший его пузырь тихого и безопасного счастья лопнул. – Извини, – прошептал Стив. – Я просто убираюсь. Спи дальше. Но дрёма уже покинула Питера, его мышцы словно задеревенели от страха. Он замер, наблюдая, как Стив промокал пролитое тряпкой. Его сердце оглушительно колотилось, пока Стив смахивал пустые кофейные стаканчики в мусорный мешок, заворачивал оставшиеся куски пиццы и вытирал со стола капли пролитого кленового сиропа. Когда Стив потянулся, чтобы забрать коробки из-под пиццы в сантиметрах от ноги Питера, инстинктивной реакцией парня было увеличить расстояние между ними. Он отполз за кресло-мешок, спотыкаясь о собственный гипс. Глаза Стива расширились от удивления. Питер отошёл ещё дальше. – Питер, – встревоженно сказал капитан, – я… мне очень жаль, я думал, что у нас всё в порядке. Я думал, тебе стало лучше. Питер едва сумел подавить это ужасное ощущение в горле, чтобы ответить: – Я тоже так думал. Брюс начал просыпаться, когда Питер случайно задел его ногой. Кулаки Питера были крепко сжаты, а Стив всё смотрел на него этими грустными, полными сожаления глазами, и Питер просто… просто… Он был в порядке всего несколько минут назад. Лучше, чем в порядке. Он был счастлив. Эта сцена была знакома Питеру: он ел до отключки на этих самых креслах-мешках, засыпал под болтовню Мстителей на фоне, а потом просыпался рядом с кем-то, кто тихо читал или чистил оружие рядом. Стив часто приходил, чтобы забрать остатки еды до того, как всё испортится. Питер и раньше просыпался рядом со Стивом, держащим мусорный пакет или чистящее средство с виноватой улыбкой. И раньше Питер был в порядке. Он был в порядке рядом с пятью Мстителями. Он не паниковал, как сейчас. Не спотыкался на каждом крошечном шаге, который пытался сделать вперёд к выздоровлению. – Стив? – пробормотал Брюс хриплым ото сна голосом. – Питер? Что происходит?.. Стив растерянно переводил взгляд с Брюса на Питера, в его глазах был океан вины, словно он чувствовал, что должен был сделать что-то, чтобы помочь, но не знал, что именно. – Мне так жаль, – сказал Стив. – Всё в порядке, – быстро ответил Питер тихим задыхающимся голосом. Брюс окончательно проснулся, прогоняя остатки сна. Учёный пошатнулся, вставая на ноги. Он удивлённо посмотрел на выпечку, которую рассыпал Питер, когда вскочил на ноги. – Пит, – начал Брюс, но парень просто… просто не хотел разбираться с этим прямо сейчас. Только не со Стивом, стоящим рядом, всё ещё похожим на побитую собаку. Только не с этой глупой паникой, разлившейся у него в груди. – Нет, – перебил Питер, – нет. Он покачал головой, один раз, два, словно пытался вытряхнуть воду из ушей, а потом позволил страху увести его прочь из гостиной обратно в свои комнаты.

***

Питер решил справляться с ситуацией, как и с любой другой проблемой: он забрался в постель, включил Нетфликс и притворился, что его не существует. Полсезона Вселенной Стивена спустя, Питер перестал чувствовать, что задыхается. Он чувствовал такую слабость в теле, будто паника высосала все его суперсилы. К тому времени, как на экране появился Ляпис Лазурит, пальцы Питера начали гудеть, а мысли отправились в свободное блуждание. Он справился с этим, достав веб-шутеры и свой рваный костюм, и принялся за работу. За окном стемнело. Питер не собирался выходить из комнаты, чтобы разобраться с оставленным внизу беспорядком, хотя, наверное, стоило бы. Он серьёзно относился к своим обязанностями, но в душе был интровертом. Иногда ему нужно было замкнуться в себе, как сейчас. Ноутбук оповестил его о новом сообщение. Плашка уведомления появилась над сияющим лицом мультяшного Стивена. Несмотря на то, что Брюс находился всего в нескольких этажах от Питера, сообщение было именно от него. На экране появилась простая схема Башни Мстителей. Этажи были аккуратно помечены для удобства чтения. Вокруг комнат Мстителей были размещены яркие цветные точки с прикреплёнными стикерами, – за огнетушителем на лестнице был перцовый баллончик. Мощный электрошокер был расположен в кухонном шкафу за пластиковыми стаканами. В одном из горшков с растением кто-то спрятал многофункциональный нож. Питер уставился на карту широко раскрытыми глазами. – Наташа реально не шутила, – пробормотал он себе под нос. – Почему она позволила Брюсу начинить наш дом оружием? – Полагаю, этот жест был вызван желанием помочь вам почувствовать себя в безопасности, мистер Паркер, – раздался голос Джарвиса. К его чести, Питер всего лишь немного вздрогнул. – Если вам некомфортно, агент Романофф и доктор Беннер готовы убрать всё оружие. Он внимательно изучил карту. – Я… я не знаю, что и думать. Питер знал, что не воспользуется ни единой из спрятанных вещей, но ответственность за это знание легла ему на плечи тяжёлым грузом. Чем дольше он сидел, свернувшись калачиком у изголовья кровати, тем сильнее у него сводило живот. Питер машинально вытащил телефон и набрал номер Тора. Бог грома поднял трубку после третьего гудка. Его голос был невнятным и дезориентированным со сна. – Алло? – Тор? – Питер смотрел на тёмные окна, он совсем потерял счёт времени. Ему не стоило звонить, не стоило будить друга… Но следующая фраза Тора прозвучала гораздо бодрее. – Питер! Я не ждал твоего звонка. – Знаю, я не должен был звонить без предупреждения. Я не хотел тебя разбудить… – Питер нервно теребил одеяло. – Нет-нет, не переживай, я просто дремал, – врал Тор неубедительно, но Питер оценил его попытку. – Что заставило тебя искать моей компании в столь поздний час? Меня это, конечно же, не беспокоит. Я всегда отвечу на твой призыв, независимо от времени суток. Питер ничего не ответил. Не смог даже выдавить из себя смешок. Свет ноутбука причинял боль, слишком яркий в тёмной комнате. – Что случилось, Питер? – обеспокоенно спросил Тор. Питер нервно облизал губы. – Прозвучит так глупо, но… В смысле, я знаю, что причинять кому-то боль – это неправильно. Конечно, это неправильно, особенно если этот человек тебе дорог. – Если ты говоришь про мои действия под воздействием газа несколько дней назад… – голос Тора был невероятно печален. – Нет-нет! – поспешил перебить его Питер. Ему следовало догадаться, что друг воспримет его слова на свой счёт. – Я не об этом! – … потому что я действительно был неправ, ты должен знать. Никто не должен причинять тебе боль, друг мой. – Именно поэтому я тебе и звоню. Сейчас, после всего, что случилось, мне… тяжело находить рядом со Мстителями, – Питер свернулся в клубок и начал рассказывать ему, как Наташа попросила Брюса спрятать оружие по всей Башне и отправить Питеру карту. Парень поджал ноги и опёрся подбородком о колени. – Наташа, как всегда, очень проницательна и умна, – подытожил Тор, когда Питер закончил говорить. – Я благодарен, что она наш друг. – Но правильно ли это? – настойчиво спросил Питер. – В-владеть такой информацией? Знать, что в нашем доме есть оружие, которое я могу применить против кого-то из вас? – Но ты не применишь, – мягко ответил Тор. Он слишком хорошо знал Питера. – Но я мог бы! Такая вероятность есть! – После всего, что произошло, – голос Тора звучал негромко, почти тихо; Питер слышал приглушённые звуки на фоне, ему представилось, как Тор стоит на низком балконе Джейн, глядя на яркое сияние Башни на фоне городского пейзажа, и расстояние между ними стало казаться не таким большим, – ты заслуживаешь эту небольшую уступку. Возможность, которую даровала тебе Наташа, – не напасть на своих друзей, а защитить себя. Ты жаждешь чувство безопасности. Не злобы. Не насилия. – Безопасности… – эхом отозвался Питер. Он перевёл взгляд с экрана ноутбука на огромного плюшевого медведя, несуразный подарок от Тони. Всмотревшись в окно, он не разглядел квартиру Джейн среди множества зданий, хотя и пытался. – Так… всё в порядке? Что я теперь знаю… такое. – Думаю, да, – честно ответил Тор. – Мне кажется, ты должен разрешить себе это, Питер. На другом конце провода раздались голоса и звон столовых приборов. – Привет, Питер! – прокричала Джейн на заднем плане. – Ей тоже привет, – улыбнулся Питер, пока Тор передавал его слова девушке. Питеру нравилась Дарси, и, хотя он видел Джейн всего несколько раз, в основном мимоходом, она ему тоже нравилась. – Джейн принесла мне полуночный перекус, – поделился Тор. – Вчерашние фетучини. – Привет, Пит! – раздался голос Дарси на фоне. – Не думай, что мы такие милашки, я просто хотела доесть пасту, но Джейн настояла, чтобы я поделилась с её бойфрендом. Такой отстой. – Скажи Дарси, что я рад её слышать, – попросил Питер. Он не смог сдержать улыбку, отбросив мысль о пасте, сочном беконе и сливочном соусе, из-за которой его желудок сжался. – Я совсем забыл про ужин… – Воину нужна пища! – возмутился Тор. – Тебе следует немедленно поесть, друг мой. Восстановить свои силы. – Хорошо, хорошо, – Питер поднялся на ноги. Он не хотел покидать безопасность своих комнат, но теперь был вынужден это сделать. По крайней мере, на какое-то время. Он не мог вечно прятаться за мультиками и швейными приложениями. – Хочешь, чтобы я остался с тобой на связи, Питер? – Со мной всё будет в порядке, – ответил парень. – Спокойной ночи, Тор. И спасибо тебе. Спасибо, что выслушал. – Всё для тебя, друг мой. В любое время. Спокойной ночи, Питер, – ответил Тор тихим рокочущим голосом, прежде чем повесить трубку.

***

Когда Питер вышел из лифта, он услышал тихий звук работающего телевизора. Парень заколебался, обдумывая возможность отступить, но в комнате был только Брюс. – Питер? – пробормотал учёный. – Я тебя разбудил? – тихо спросил Питер, тихо ступая по ковру. – Я пришёл сюда, потому что не мог заснуть, так что всё в порядке. Ты в норме? Сэм выглянул из-за дивана. – Эй, Пит. Ты как? Я слышал, что произошло… Сэм показался так неожиданно, то сердце Питера пропустило удар. У него на секунду перехватило дыхание, но он заставил себя разжать кулаки, сделать глубокий вдох и расслабиться. Сэм. Всего лишь Сэм – Я в порядке, – ответил Питер. – Правда. Вот, выбрался за ночным перекусом. Брюс резко сел, ударившись ногой о журнальный столик. Он вскрикнул, схватившись за стопу, и сказал сквозь стиснутые зубы: – Чёрт, чёрт, я собирался принести тебе ужин, но я забыл! Сэм с Питером замерли. В искажённом свете телевизора лицо Брюса казалось бледным, мешки под глазами сильно выделялись, но зелёных проблесков не было. Давать ему кое-какие поблажки уже превратилось в привычку и стало второй натурой всех Мстителей, – давать Брюсу побольше пространства, вмешиваться и успокаивать его, когда эмоции учёного угрожали разбудить Халка. Питер подумал, что именно это команда делала для него сейчас. Давали ему поблажки. Следили за тем, чтобы его эмоции не будили травматичные воспоминания. От этой мысли ему стало немного неловко. – Всё хорошо, – наконец ответил Питер, – я и сам не осознавал, что голоден. – В холодильнике много еды, – предложил Сэм, искоса поглядывая на Брюса. – Спасибо, – Питер сделал несколько шагов в сторону кухни и остановился. – Эм. Брюс, казалось, осознал проблему Питера всего на мгновение позже парня. – Садись, Пит, я пойду тебе что-нибудь разогрею. Есть пожелания? – Что угодно, лишь бы не попробованное Клинтом, – слабо пошутил Питер, садясь на противоположный от Сэма край дивана. Парень задумался, прикусив губу. – М-может тех утренних датских булочек? Которые с вишней. Если ещё что-то осталось… Питер чувствовал себя немного неловко, словно просил слишком многого. – Вишнёвые булочки, сию минуту, – легко отозвался Брюс. Сэм лениво переключал каналы, пытаясь найти что-то стоящее в два часа ночи. Он пролистал повторы шоу девяностых и новости на иностранном языке. На экране появился повтор вчерашнего ток-шоу, и Сэм заколебался, решая, переключать ли дальше. Одна из женщин на экране поджала губы и сказала: – Просто, я считаю, что ситуация была плохо урегулирована; они должны были быть профессионалами, этого даже не должно было произойти… – А произошло дважды, – согласилась другая женщина, молодая и темноволосая, – хотя не должно было случиться вовсе. – Думаю, в первую очередь им стоило убедиться, что ситуация полностью взята под контроль, – добавил мужчина справа. Эти люди сидели на мягкой мебели, имитирующей домашнюю обстановку гостиной. Но они выглядели слишком серьёзными, отличаясь от компании друзей, беседующих за кофе. – Они должны были немедленно задержать всех виновных. У них же есть ресурсы, не так ли? Они же позиционируют себя как лучшие из лучших. Единственный человек, который казался раздражённым и не согласным с мнением коллег, – пожилой мужчина с маленькими глазами и скрещенными на груди руками. – Вы вините команду? Это Человеку-Пауку не стоило появляться на поле битвы. Мы все видели кадры сразу после того, как он покинул Башню… С чего он вообще решил, что может просто присоединиться к сражению всего через два дня после того, как он так сильно пострадал? Если он знал, что так струсит… – Эм, – резко выпрямился Сэм. До него только сейчас дошло, что так эмоционально обсуждали участники шоу. – … и подвергнет риску жизнь и благополучие не только Мстителей, но и гражданских… Сэм вдавил большой палец в пульт. Экран телевизора погас, обрывая возражение мужчины. Питер вскочил на ноги, пошатнувшись. Сэм выглядел встревоженным и виноватым, готовым в любую секунду начать извиняться. Но Питер покачал головой. Он прижал руку к груди, словно пытаясь ослабить ком парализующей тревоги, засевший в его лёгких. – Все говорят об этом? – спросил он. Ток-шоу не было похоже на местечковую передачу. Обстановка студии казалось знакомой, напоминая одно из известных во всей стране шоу. – Обо мне? Вся страна… Брюс тут же оказался рядом с ним. Он прибежал из кухни, в одной руке сжимая половинку апельсина, а в другой – нож, с которого капал сок. – Питер… Питер отшатнулся, споткнувшись о журнальный столик. Он ударился головой о ковёр, в тихой комнате раздался глухой звук удара. – Питер! – воскликнули Брюс и Сэм одновременно. Они дёрнулись, чтобы помочь ему, но Питер не обратил внимания на падение. Он справлялся и с худшим, его кости были крепче, чем у них обоих, а суперсилы давали ему выносливость даже в те моменты, когда всё внутри сжималось. Питер вскинул руку в защитном жесте, чтобы остановить их приближение. – Убери, – выдавил Питер, – у-убери нож, пожалуйста. Прошу, Брюс. Брюс в ужасе распахнул глаза, выглядя таким же обеспокоенным, как и Сэм, и бросился обратно на кухню. Когда он вернулся, Сэм всё ещё находился в нескольких метрах от Питера, опасаясь подойти ближе. Питер закрыл глаза там же, где упал, и начал глубоко дышать. Он выглядел слегка напуганным и очень расстроенным, заставляя себя восстановить сбитое дыхание исключительно силой воли. – Прости меня, я должен был подумать и не нести сюда нож… – сказал Брюс, как только Питер открыл глаза. Это была не его вина. Брюс даже не знал; Питер ничего ему не рассказал. Команда была ни при чём. Может, им стоило знать, что Питер не мог войти на кухню, и что Стиву лучше не подходить к нему слишком близко, пока он спал и был беззащитен. Он не должен был удивляться, что люди обсуждали Человека-Паука и Мстителей на национальном телевидении, особенно после того, как он увидел фотографии себя и Тора на первых полосах. Но он удивился. Паззл у него в голове так и не сложился. Всё было не так из-за простых недопониманий. – Нам нужно поговорить, – решил Питер, приподнимаясь на локтях. – Всем нам.

***

Брюс, казалось, был не в восторге от перспективы откровенного сложного разговора, но он готов был пойти на это ради Питера. Сэм, в свою очередь, выглядел довольным. Он знал, как общение и честность могли помочь двигаться дальше и преодолеть травму. Они сдвинули мебель, – прижали диван к стене, свалили кресла-мешки в угол, отодвинули журнальный столик и кресла к телевизору. Джарвис оповестил остальных, они начали медленно спускаться из своих комнат и рассаживаться на указанные места, образуя кривой круг, как школьники в младших классах. Брюс сел рядом с Питером, а Наташа исчезла на кухне, помогая Сэму принести в гостиную подносы с кофе. Им всем нужен был кофеин – им предстояла очередная бессонная ночь. Было немного странно сидеть в кругу супергероев, некоторые из них были полусонные и в пижамах, другие были в джинсах и с фиолетовыми кругами под глазами. Остатки выпечки свалили на поднос в середине, и Питер сразу утащил себе три булочки. Стив поёрзал, заняв своё место. – Питер, ты уверен, что я должен быть здесь?.. – Да, – ответил Питер, хотя его горло немного сдавило при виде широких плеч капитана. – Мы все должны быть здесь. – Я уйду, если тебя это беспокоит… Наташа сунула Стиву в руки кружку с кофе, затем наклонилась и одела ему на лицо солнцезащитные очки. Они были похожи на те, которые она носила, когда забирала его возле газетного киоска, только немного больше и темнее, с толстой синей полосой сверху. – Эм, – недоуменно выдавил Стив. Очки на нём выглядели нелепо. Наташа выпрямилась и достала из кармана вязаного кардигана свою пару очков, глядя на Питера с немым вопросом. – Ты не против? – застенчиво уточнил Питер. – Конечно, нет, – сказала она и надела очки. – У меня есть ещё несколько пар, если хочешь, я могу сходить за ними. – Нет, всё в порядке, – успокоил её парень. – Ты получил карту Башни, которую сделал Брюс? Мысли о карте, полной ярких разноцветных точек, обозначающих спрятанное оружие, всё ещё беспокоили Питера. Глядя на молча наблюдающих за их диалогом друзей, на Стива, возящегося с очками, на Клинта, который возвышался над ним, выбирая себе пончик, Питер вспомнил, что за тумбой телевизора в нескольких метрах от него спрятан электрошокер. Ещё один находился в вентиляционном отверстии слева от него. Питер не стал бы использовать это оружие, но знание о нём помогало ему чувствовать себя спокойнее. – Получил, – ответил Питер. – Спасибо тебе. – Я один ничего не понимаю? – спросил Тони. Он всё ещё был одет в потрёпанные джинсы, на левом предплечье было пятно от машинного масла. – Это какой-то секретный разговор? Ты учишь Питера тайному шпионскому языку, Романофф? – Ой, да заткнись, – закатила глаза Наташа и бросила в него эклер, который попал ему прямо в лицо. Миллиардер, не моргнув глазом впился в эклер зубами, пачкая бородку глазурью. Наконец, они все расселись на ковре в гостиной. Питер остро чувствовал отсутствие Тора, желая, чтобы он присутствовал, но понимая, что не смог бы с этим справиться. Пока нет. Ему требовалась вся его концентрация, чтобы просто сидеть здесь, в окружении друзей, контролировать своё дыхание и пытаться ослабить сковывавший его тугой ком страха. – Хочешь начать? – спросил Брюс. – Или хочешь, чтобы я начал? Питер поёрзал. Мало того, что сидеть на полу с гипсом было неудобно, так ещё и любопытные ожидающие взгляды не облегчали ситуацию. Ему было неловко, он очень нервничал, но понимал, что им нужно было это сделать. Питер знал, что им всем необходимо было поговорить. – Я очень боюсь, что это всё не сработает, – наконец признался Питер. Он не отрывал взгляда от своего кофе, бездумно водя пальцами по ободку кружки. – Даже без угроз Щ.И.Т., мне страшно, что мы не… не сможем работать вместе как команда… как друзья. Питер перевёл дыхание. Он был немного неуклюж в своих словах, но Мстители терпеливо ждали. Давали ему возможность закончить свою мысль. – Я хочу, чтобы всё вернулось на круги своя. Я хочу продолжить жить в Башне, проводить время с вами всеми, в конечном итоге, вернуться к борьбе с преступностью, но я так волнуюсь, что этого не произойдёт. Только не с тем, как мы продвигаемся. – Мы все этого хотим, – мягко и осторожно сказал Стив. Он привык брать инициативу на себя в таких вещах, направлять разговоры в нужное русло, руководить планированием миссий. Но после того, как он довёл Питера до панической атаки, он, казалось, боялся ошибиться и снова навредить ему. – Чем мы можем тебе помочь, Питер? – В том-то и дело, я не знаю, – шумно выдохнул Питер. – Не хочу говорить очевидные вещи, – сказал Тони, – но что мы здесь делаем, если у нас нет плана? Питер пожал плечами, чувствуя себя немного неловко. – Я просто знаю, что нам стоит, типа, обсудить всё или что-то вроде того, но, кроме этого, я не… – Общение, – согласился Сэм. – Да, да, ты прав, Питер. Думаю, нам нужно говорить друг с другом, чтобы справиться с этим. – Мы в этом не слишком-то хороши, – отметил Клинт, и все рассмеялись. Да, никто из них не был хорош в откровенных разговорах и обсуждениях своих страхов. До Мстителей, у всех у них были проблемы с доверием. – Это потребует некоторых усилий и сотрудничества, – продолжил Сэм, – но мы сможем всё преодолеть. Питер, тебе нужно говорить нам, когда отойти, а когда ты не против провести время вместе. Говори нам о том, что тебя пугает. – Может, просто не берите в руки большие кухонные ножи, когда я рядом, ладно? – Питер постарался улыбнуться Брюсу и Сэму, давая понять, что он пошутил. Он хотел их подразнить, но, судя по испуганным взглядам остальной команды, шутка не удалась. – Э-э, я имею в виду… – Кухонные ножи? – задохнулся Стив. – Я?.. – Нет, нет! – отчаянно замахал руками Питер. – Ну, ты этого не делал, но… – Боже мой, – вмешался Клинт. Он выглядел так, словно боролся с тошнотой. – Мы… я?.. – Клинт… – Питер надеялся, что лучник не станет настаивать; эта поздняя встреча должна была помочь им оставить всё позади, помочь забыть об ужасных вещах, а не вспоминать о них снова. – Я должен знать, – твёрдо сказал Клинт. Он посмотрел на Наташу, надеясь на её помощь, но она только покачала головой, отказываясь разглашать какую-либо информацию. – Ребята, Питер, мне нужно знать. – Эй, мужик, не дави на него, – встрял Сэм. – Я должен знать! – Это был ты, – сказал Тони. Все обернулись к нему, напуганные и сбитые с толку, но Тони не сводил сочувствующего взгляда с Клинта. – Мне жаль, Клинт, но ты ударил его ножом. Дважды. Клинт издал сдавленный звук, и Питер сорвался: – Тони! Какого хрена?.. – Он должен знать, – ответил Тони. Питер покачал головой, чувствуя себя преданным, и попытался подняться на ноги. Гипс и неуверенная хватка Брюса на его руке удержали его на месте. – Отпусти меня, Брюс, – резко сказал Питер. – Мы должны были оставить всё позади, а не ворошить прошлое и искать виноватых. Клинт отвёл взгляд от разъярённого парня, казалось, они поменялись местами. Питеру сразу стало немного не по себе. Члены его команды тоже пережили что-то ужасное. Особенно Клинт, учитывая его прошлое. Он знал, каково это, когда что-то потустороннее, будь то магия Локи или газ, лишали его контроля и заставляли делать страшные вещи. Питер сдулся, словно вся энергия покинула его. – Кто ещё знает? – устало и настороженно спросил он. – Кто ещё видел записи? – Я, – виновато признался Брюс, но Питер отмахнулся; он уже знал это. – Я видела, – сказала Наташа. – Да, – добавил Тони, – я тоже. – Это всё? – спросил Питер, глядя на команду. Наташа кивнула. – Щ.И.Т. показал записи Брюсу и мне. Клинт тоже увидел бы, но он свалил, как только пришёл в себя. А Тони… – Джарвис помог мне откопать записи, – пожал плечами Тони. – Я бы хотел извиниться за это, мистер Паркер, – добавил Джарвис. Тони выглядел оскорблённым. Питеру удалось сохранить ровное дыхание. Он изучал узор ковра и терзал пирожное дрожащими пальцами. – Ладно, значит, только трое. Ладно. Это не так уж и плохо. – Неужели, было бы так плохо, если бы и остальные знали? – спросил Сэм. – Я не хочу, чтобы вы видели это. Я просто… хочу, чтобы вы обо всём забыли. – Им нужно знать хотя бы что-то, – сказала Наташа. Она почти ничего не говорила с тех пор, как пришла, но её взгляд был твёрдым и оценивающим; она внимательно следила за ситуацией с самого начала разговора, готовая в любой момент вмешаться, если Питеру понадобилась бы её помощь. – Что-то – это сколько? – неохотно спросил Питер. – Достаточно, чтобы понимать твои границы. С кем тебе комфортнее всего, а к кому тебе ещё нужно привыкнуть, – Питер кивнул. Ладно. Хорошо, он мог это сделать. – Я хорошо себя чувствую рядом с Сэмом, – начал он, – с Тони тоже нормально. Я почти не видел вас во время… эм. Наташа тогда… ну, ты и так видела, что произошло, но мне достаточно комфортно рядом с тобой. Особенно, когда ты носишь очки и задаёшь мне вопросы. Я чувствую контроль над ситуацией, – Питер бросил на неё быстрый взгляд. Она легко улыбалась, её плечи были расслаблены, казалось, что она была довольна. – С Брюсом всё хорошо, конечно. Даже лучше. Просто отлично, – Брюс положил руку на колено Питера, согревая его сквозь джинсы. – Но, эм. С Клинтом немного сложнее. Но если рядом есть другие люди, то мне лучше. Мне не нужно так сильно концентрироваться на ком-то одном. И Стив… Стив перехватил грустный извиняющийся взгляд Питера. – Я всё понимаю, Питер. Ничего страшного, если ты не можешь находиться рядом со мной. – Могу! – возразил парень, потому что это был Стив, его лидер, его друг. Ему нравился Стив. – Сейчас мы рядом! Просто… Может быть, не подкрадывайся ко мне, особенно если я отвлёкся, или сплю, или когда я один. Может, лучше, когда я с кем-то ещё? И, эм… – Я вообще-то не против солнечных очков – легко улыбнулся Стив. – Тебе идёт, – подбодрил его Тони. – Прости, – пробормотал Питер. Он чувствовал себя так, словно навязывался и просил слишком многого. Он знал, что друзья на многое закрывали глаза, – например, на Брюса с Халком, или на Тони несколько месяцев назад, когда он пытался справиться со своим алкоголизмом, – но Питеру казалось, будто он заставлял их нянчиться с ним. Может, потому что он присоединился к команде позже всех. Может, из-за своего возраста. А может, Питер просто был таким человеком, обречённым на неуверенность в себе и неловкость в обществе других людей. – Не извиняйся, – Сэм положил руку ему на второе колено. Взгляд Наташи из-за очков был напряжённым и внимательным. – Почему ты извиняешься? Питер неуютно поёрзал, но всё же признался: – Мне кажется, что я… что я навязываюсь вам, ребята… – они все попытались немедленно переубедить его, перебивая друг друга. – Я не должен заставлять вас делать это всё, – перебил их Питер, окинув рукой комнату, намекая на отодвинутую мебель и батареи кружек с кофе. – Вы все должны спать, а не пытаться разобраться с моими проблемами у себя дома. – Ты тоже часть этого дома, – напомнил Сэм. – И ты бы сделал то же самое для любого из нас, правда? – Да, конечно, – прикусил губу Питер. – Мы команда, – сказал Стив. – Мы заботимся друг о друге. – И мы будем напоминать тебе об этом, пока ты не запомнишь, – добавил Сэм. Даже в городе, который никогда не спал, третий час ночи был тих и безмолвен. Питеру казалось, что кто-то вырвал этот момент из времени. Снаружи было темно. Все проблемы были далеко. Его команда была рядом. Под остывающий кофе и остатки выпечки они обсудили границы и триггеры. Они говорили о том, как справляться с чувством вины, как преодолеть чувство паники и механизм замещения. Небо снаружи оставалось тёмным и беззвёздным, они говорили до хрипоты. Кофе закончился, а веки Питера начали наливаться тяжестью от усталости. Питер узнал много нового о происходящем; он понял, насколько публичным и безжалостным был инцидент в Башне. Репортёры и операторы сумели снять то, как Питера вывозили на каталке, в костюме и с окровавленным неузнаваемым лицом. Друзья рассказали ему о том огромном количестве сплетен и пересуд, которые начали циркулировать после этого. Рассказали о том, как справлялся Дейви, он остался без отца, но выздоравливал и был в безопасности со своей скорбящей матерью. Когда снаружи начало светать, чары развеялись. Тихая серьёзность их разговора в лучах восходящего солнца казалась странной, почти неуместной. Стив собрался встать, чтобы собрать пустые стаканы, но замер, бросив на Питера осторожный взгляд. – Я разберусь, – сказал Сэм. – Тони, ты моешь посуду. Тони выглядел таким оскорблённым из-за приказов в собственном доме, что Питер не смог сдержать смех. Миллиардер не стал спорить, молча встал и послушно последовал за Сэмом на кухню, ворча на ходу. Долгая ночь лишила их сил. Питер чувствовал себя вымотанным, и в то же время более спокойным. Словно он мог со всем справиться и всё преодолеть. – Что на завтрак? – громко спросил он. – Я бы предложил выпечку, но она таинственным образом закончилась, – крикнул Тони с кухни. – Я всё ещё голоден, – смущённо признался Питер. – Я тоже, – согласно кивнул Стив. – Ага, я бы тоже поел, – пожал плечами Клинт. Тони издал достаточно громкий беспомощный стон, его было слышно даже сквозь шум бегущей воды и звона посуды. – Вы стервятники, в Башне скоро не останется еды! – Предлагаю послать Клинта в Макдональдс, – ухмыльнулась Наташа, на что Клинт отреагировал обиженным фырканьем. – Я хочу ещё кофе, а ещё картофельных оладий. – А для меня блинчики, пожалуйста, – добавил Брюс, а Стив спросил: – Они ещё продают эти лепёшки с яйцом и сыром? – Буррито! С колбаской! – крикнул Сэм с кухни. – Ладно, составлю список, – закатил глаза Клинт и поднялся на ноги. Он засуетился в поисках телефона, и Стив подскочил, чтобы ему помочь. Наташа откинулась на локти с такой подозрительной улыбкой, что Питер подумал, что она точно знала, где телефон. Сэм и Тони суетились на кухне и непринуждённо болтали, занимаясь посудой. – Ты в порядке? Ночь была долгая, – наклонился к Питеру Брюс. Питер позволил себе свернуться калачиком и положить голову на плечо учёного, Брюс не отстранился от прикосновения. – Думаю, да, – ответил Питер. Он вытянул ноги, коснувшись здоровой ногой Наташи. Она отвернулась от роящегося в карманах Клинта и улыбнулась Питеру, искренне и ободряюще. – Но мне страшно хочется МакМаффинов, и если Клинт не поторопиться… Наташа бросила в Клинта подушкой, привлекая его внимание, а потом швырнула ему телефон. Лучник с лёгкостью его словил. – Вали уже, – приказала она. – Но список… – Я отправлю наши требования смской. – Ваши требования? Стив направил Клинта к лифту, собираясь пойти вместе с ним, чтобы помочь с пакетами. За ними закрылись двери лифта, и Питер остался с отдалёнными звуками мытья посуды, щекотным дыханием Брюса на его макушке и улыбающейся Наташей, ласково пинающей его здоровую ногу. Питер чувствовал себя так, словно его затянуло в безумный марафон, его ноги с трудом выдерживали изнуряющий темп, лёгкие горели, а грудь тяжело вздымалась. Но расстояние перед ним наконец-то начало сокращаться, а финишная прямая была уже где-то рядом.