Глава 8

Неделя прошла медленно, почти нехотя, но всё же прошла. Шумиха в СМИ постепенно сошла на нет. Синяки исчезли, Питеру сняли гипс, – спасибо регенерации, – и он перестал чувствовать себя так, будто ходил на цыпочках вокруг команды. Все по-прежнему были осторожны, не вторгались в его личное пространство и не подкрадывались, но напряжение между ними спало. Питер начал чувствовать себя комфортнее рядом с ними. Иногда он бывал немного не в себе, иногда ощущал приступы тревожности, его всё ещё заставали врасплох лица друзей или их нависающие фигуры на периферии, а ещё начались кошмары, жестокие и реалистичные, но… Но Питеру стало лучше. Вроде бы. Он был почти уверен, что добился прогресса. Он мог поддерживать разговор, шутить и забывать, что когда-то боялся, хоть и ненадолго. Его товарищи по команде тоже считали, что ему стало лучше, потому что впервые с тех пор, как всё случилось, они собрались отправиться на улицу вместе. Идея принадлежала Стиву, Брюс поддержал его, ссылаясь на восполнение дефицита витамина D и вред затворничества. Деревья теряли листву, тропинка под ногами была усыпана хрустящим великолепием всех оттенков оранжевого и коричневого. Они шли медленнее, чем прогуливающиеся вокруг семьи, но Питер наслаждался каждой минутой прогулки. Приятно было бесцельно бродить снаружи, наслаждаться чистым небом, счастливыми ньюйоркцами и раскидистыми деревьями, после всего времени, проведённого взаперти. Мстители препирались где-то впереди. Тони стоял в центре разворачивающегося спора, выразительно размахивая руками в сторону Стива. Все они выглядели немного нелепо в разных по форме солнцезащитных очках и со стаканчиками кофе в руках. Наташа решила, что они со Стивом будут носить очки в Башне в присутствии Питера, и другие Мстители немедленно присоединились к этой идее. Тони заказал гору очков. Стив выглядел обречённым в очках, которые купил ему Тони, – линзы были в форме двух гитар, стилизованных в цвета американского флага. Клинт присвоил себе пару ярко-фиолетовых очков со шторками. – Рад видеть, что Наташа и Сэм не потеряли своей крутости, – сказал Клинт, в очках и с холодным мокко в стакане, махнув рукой в сторону друзей. Брюс выглядел так, словно всё вокруг испытывало его терпение, Наташа и Сэм улыбались, оба были в тёмных очках и кожаных куртках с чёрным кофе без сахара в руках. – Смирись, чувак, – ответил Питер, – мы никогда не станем настолько же крутыми. – Не лишай меня надежды, Паркер. Парк закончился оживлённой улицей, и они сразу же потеряли остальных. – Десять баксов на то, что Тони потащил их искать какой-нибудь возмутительно роскошный ресторан, – предположил Клинт. – Десять баксов на то, что это они потащили его в какую-нибудь хипстерскую дыру, от которой даже мне станет плохо. Глаза Клинта расширились. – Десять баксов на то, что Стив отвезёт их в Denny’s, просто чтобы постебаться. Притворится, что это какой-то магазин с деликатесами, или что-то в этом роде. – Боже, я бы заплатил за такое зрелище! – подавился смехом Питер. – Десять баксов на то, что Тони будет всю дорогу жаловаться на паршивую еду, франшизы и санитарные стандарты, но в итоге ему понравится больше всех, – Клинт и Питер обменялись знающими улыбками; ужин в ресторане всей командой обычно был испытанием, но крайне весёлым. Сближающим, катастрофическим и очень занятным испытанием. Сигнал паучьего чутья заставил Питера резко замереть. Улыбка сползла с его лица, все чувства обострились. Мстители пропали из виду. У него был только безоружный Клинт, грызущий кубик льда и не обращающий ни на что внимание, и предупреждение об опасности, опасности, опасности, пульсирующее у него за глазами. – Питер? – Клинт заметил его напряжённые плечи. – У тебя же не начинается паническая атака, да? Но Питер его не слушал. Он остро ощущал присутствие лучника, – его тёплое и уязвимое тело рядом. – Потому что Наташа скинет меня с крыши Башни, если я облажаюсь, а Сэм ей поможет… По улице промчался бронированный фургон, оставляя за собой след из разъярённых гудящих водителей. Боковая дверь машины распахнулась, и человек в броне открыл огонь из вскинутой винтовки. Пули были слишком быстры для человеческого глаза, но Питер, подстёгнутый чутьём и выбросом адреналина, схватил Клинта за руку и убрал его с траектории выстрелов. Гражданские рванули во все стороны как стая потревоженных чаек. Питер затащил Клинта в подземный переход, ведущий к станции метро, даже не остановившись, чтобы перевести дух на лестнице, промчался мимо ничего не подозревающих жителей Нью-Йорка и забежал в ожидающий пассажиров поезд. – Остальные… – начал Клинт, облокачиваясь на разрисованное граффити окно и пытаясь отдышаться. – Они будут в порядке, – ответил Питер. Двери закрылись, и поезд начал движение. Колёса завизжали по скрипучим рельсам. Никто не последовал за ними в поезд, паучье чутьё притихло, но Питер всё равно не чувствовал себя в безопасности. Пока ещё нет. Клинт упал на свободное место. – Я так, так рад, что дружу со сверхъестественным паучьим дуэтом. На меня может снова обрушиться вся сила КГБ, но с тобой и Наташей я как за каменной стеной. Питер сел рядом с ним. – Не преувеличивай, – немного застенчиво ответил он, и вдруг нахмурился. – Подожди, снова? Когда?! – Неважно, главное, мы живы. И ребята тоже живы. Предположительно. – Предположительно, – повторил Питер. У него в груди засело бессмысленное беспокойство, хотя он знал, что Мстители были вместе, половина из них обладала суперспособностями, а у другой были невероятные рефлексы и опыт. И всё же, ему не терпелось выбраться из поезда, вернуться в Центральный парк и найти их, чтобы убедиться, что они в безопасности. Клинт толкнул его в плечо. – Отстойно, что эти ублюдки испортили тебе день, Пит. – Как думаешь, они следили за нами? – спросил Питер. Клинт нахмурился; эта версия была правдоподобной. Питер не покидал Башню больше недели. Частично из-за гипса, ощущавшимся как якорь, частично из-за его обеспокоенных друзей. – Возможно, – ответил Клинт. – Мы не узнаем, пока не встретимся с остальными… Их поезд замедлил ход, приближаясь к следующей станции. Двери открылись, поток пассажиров хлынул наружу, на платформе появилась подозрительная фигура, и чутьё Питера заверещало. – Пора валить, – крикнул Питер, схватив Клинта за клетчатую рубашку и потянув за собой подальше от дверей. Питер с лёгкостью пробирался через толпу пассажиров, но лучник не успевал переставлять своими тяжёлыми ботинками, неуклюже врезаясь в людей. – Простите, извините! У-упс, простите! – Беру свои слова назад, – сказал Клинт, когда они задели женщину, которая выронила пакет продуктов из-за столкновения. Помидоры, свекла и целая дыня покатились по полу. Люди недовольно заворчали, уворачиваясь от беглых фруктов и овощей. – Ты не скрытный. Совсем. Ты не достоен звания паука. Наташе было бы за тебя стыдно. Питер переступил через раздавленный багет. – Я скрытный, просто не привык, чтобы меня тормозили неблагодарные товарищи по команде. Женщина, окружённая испорченными продуктами, замахала на них кулаком, держа в руках пустой пакет и яростно крича. Питер не говорил по-испански, но он понимал, когда его оскорбляли. Или, когда ему угрожали. В этот раз, кажется, было и то, и другое. Клинт, очевидно, владел языком, потому что он поморщился. – Это всё ты виноват, парень. Десять баллов с Гриффиндора. – Эй, я вообще-то когтевранец, – бросил на него оскорблённый взгляд Питер. – Ну конечно, ты же такой ботан. – Дай угадаю, а ты точно с Пуффендуя. – Эй, ты имеешь что-то против Пуффендуя?! Один из людей в вагоне посмотрел мимо препирающихся Клинта и Питера, мимо разъярённой испанки, и побледнел. – Это ПИСТОЛЕТ? – закричал он. Реакция окружающих последовала незамедлительно. Весь вагон взорвался паникой, люди закричали, бросаясь врассыпную, кто-то нырял под сиденья, кто-то прижимался к дверям, в надежде, на спасение. Там, где раньше была толпа людей, запертых в поезде как сардины в банке, образовалось открытое пространство. Сталкер Питера в тёмном пальто, развевающемся до колен, оказался внутри вагона. Он поднял пистолет. Питер пригнулся и перекатился, пули просвистели у него над головой, паучье чутьё предупреждало его об опасности. Рядом вскрикнул Клинт. – Клинт! – лучник упал, как марионетка с подрезанными нитями, из ран на животе сочилась кровь. – Нет, чёрт! Паникующие люди в вагоне старались убраться как можно дальше, стрелок снова вскинул оружие. Он целился в голову Питера. Старый поезд трясся, подъезжая к следующей станции. Питер перекинул Клинта через плечо, подражая пожарным-спасателям. Он почувствовал на себе влагу, пропитавшую свитер Клинта, и именно это гротескное напоминание о состоянии друга заставило его задрожать. Пуля врезалась в окно рядом с ними, за ней последовала вторая. Пластиковое стекло покрылось паутиной трещин. Двери вагона открылись, и толпы перепуганных людей рванули наружу. Все они толкались, пихались и кричали. Они вывались на платформу, пугая тех, кто ждал посадки. Питер проскользнул в толпу. Он пригнулся, быстро двигаясь и стараясь быть как можно более незаметным с бессознательным Мстителем на плече. – Выйди из Башни, – пробормотал Питер себе под нос, передразнивая друзей. – Будет весело. Не думай о геройствах! Питер проталкивался через толпу, активно работая локтями. Он взлетел по ступенькам на улицу. Солнечный свет казался неправильным после искусственного освещения подземки. Всего полчаса назад Питер пил кофе с огромным количеством сливок и смеялся в парке, полном семей. А сейчас дыхание Клинта было прерывистым и судорожным, он не двигался, не отпускал дурацких шуточек, и его кровь капала Питеру на плечо. – Не бери веб-шутеры, – продолжил Питер, злясь на себя. – Они тебе не понадобятся! За ним был хвост; стрелок из поезда не отступил, у фургона было много времени, чтобы доехать сюда. Впереди появилась фигура, с блестящей на солнце лысиной. Руки в перчатках сняли с предохранителя пистолет. Питер промчался через тротуар, перепрыгнул через скамейку и ударил нового стрелка в челюсть ногой. Его паучье чутьё взвизгнуло – мужчина поднял пистолет, и Питер выбил его свободной рукой. Окружающие их пешеходы открыто таращились. Питер поудобнее перехватил Клинта и проигнорировал чужие взгляды. Его друг был без сознания и истекал кровью, и Питер был намерен доставить его в безопасное место даже ценой своей жизни. Дальше по улице промчалась полицейская машина с включённой сиреной. Чутьё парня толкнуло его с ярко-освещённой улицы в пустой маленький переулок, полный теней. Раздался ещё один визг шин. Питер оглянулся и быстро пожалел об этом; у входа в переулок стояли вооружённые до зубов наёмники. – С вами, конечно, весело, – сказал парень, – но давайте в следующий раз я буду искать, а вы – прятаться? – пули врезались в соседний мусорный контейнер. – Ладушки, может тогда в классики? Джуманджи? Вы же не пристрелите нас за партией в Монополию? Питер мастерски взобрался по стене переулка, работая ладонями, ступнями и коленями по кирпичу. Легче лёгкого. Он пересёк крышу коротким марш-броском. Перепрыгнул на соседний жилой дом, пробежал, ещё раз прыгнул. Клинт за его спиной молчал и не подавал признаков жизни. Питер понимал, что они слишком отдалились от Башни. А количество покрывающей их обоих крови исключало вариант с квартирой тёти Мэй. – Мгм… – прокряхтел Клинт. – Что?.. – Ты самая унылая Спящая Красавица в мире, – сообщил ему Питер. – Слишком много крови, слишком мало блондинистых локонов. Я должен отдать тебя дракону на съедение. Очевидно, Клинт был недостаточно в себе, чтобы что-то понять, поэтому он только простонал что-то в ответ и прижался горячим лбом к позвоночнику Питера. – Эй, не засыпай! – слегка запаниковал Питер. Ладно, не слегка. Всплеск адреналина не выветрился, скорее наоборот, даже усилился: ощущения под кожей обострились, ноги словно пружинили, он двигался быстрее, был сильнее. Клинт казался почти невесомым. – Мы почти возле больницы, хорошо? Клинт? Клинт! Лучник обмяк у него на плече, и Питер ощутил подступающее чувство страха, угрожающее с минуты на минуту поглотить его целиком. Высота зданий стала слишком неоднородной, чтобы продолжать прыгать с крыши на крышу. У Питера не осталось выбора, он спрыгнул с выступа и тяжело приземлился на мусорный контейнер. Метал смялся под его ногами, боль пронзила позвоночник, но он не обратил на это внимания. Он пробежал ещё один квартал под обеспокоенными взглядами прохожих. Рядом снова раздались выстрелы. В любой другой день Питер с лёгкостью оторвался бы от преследователей, но сейчас, без веб-шутеров и с Клинтом на плече, он чувствовал себя невероятно уязвимо. Питер оглянулся. На него был нацелен пистолет, палец мужчины был на курке, а паучье чутьё надрывалось. Наташа выбежала из-за угла словно ангел возмездия и сбила с ног ближайшего нападавшего. Стрелок упал, и Чёрная Вдова вскочила на ноги, её кудряшки упруго подпрыгнули, а в кулаке был спрятан окровавленный нож. – Нат! – с облегчением воскликнул Питер. – Питер, – она осмотрела его на наличие травм. Её взгляд задержался на неподвижном Клинте у него на плече. Из-за угла, откуда пришла Наташа, появилось ещё несколько человек, и она набросилась на них, словно смертоносный рыжеволосый смерч. Стрелки оказались на земле до того, как успели добраться до Питера. Больше не было взведённых пистолетов, не было пуль, рикошетивших от асфальта в двух шагах от него. Присутствие Наташи внушало ему чувство безопасности. Клинт попытался вырваться из его хватки. Он посмотрел на Питера мутным взглядом и попытался оттолкнуть парня. – Клинт, ты ранен, не двигайся, – попытался успокоить его Питер, но мужчина продолжил бороться, слабо пиная его ногами в грудь. – Клинт… Клинт, это я! Питер! Мимо них промчался фургон с оторванной дверью и помятым бампером. Его преследовал Железный Человек. – Питер, забирай Клинта и вали отсюда! – крикнула Наташа, перекрикивая звуки выстрелов. Она достала оружие и приняла расслабленную позу, её выражение лица стало холодным и напряжённым. Солнечные очки давно были сбиты в пылу сражения. – Мы слишком далеко от больницы, – дыхание Клинта было неровным. Ему нужна была медицинская помощь, как можно скорее. Перед Питером тяжело приземлился Железный Человек. Водитель фургона ускорился и выкрутил руль прямо на бордюр, намереваясь сбить Питера вместе с его ценной ношей, но Тони словил машину за кузов и отбросил его назад. Шины взвизгнули по асфальту. – Вдова права, – сказал Тони механизированным голосом. – Немедленно уберитесь с улицы. Найдите безопасное место. Питер перевёл взгляд с одного Мстителя на другого. Его мысли были приглушены остаточной паникой и остатками адреналина, которые мешали собраться. – Но… Двое мужчин выскочили из фургона с автоматами наперевес. Наташа в ту же секунду бросилась на них. – ИДИ! – крикнули Тони и Наташа одновременно. И Питер побежал.

***

Ноги Питера принесли его туда, где он никогда раньше не был лично. Он видел это место мимолётом (Тор, летящий за Питером, взволнованно указал сюда пальцем и крикнул: «Смотри, где обитает моя леди! Привет, Джейн! Надеюсь, ты меня слышишь!») и запомнил адрес, но никогда до этого не приходил. Он даже не был уверен, что ему будут здесь рады. Питер заколотил по двери кулаком, пытаясь перевести дыхание. Его травмы почти зажили – остались лишь безобидные синяки, и покраснения на скулах и лодыжке, – но он не сражался и не патрулировал уже несколько недель. Он скучал по всему этому, хотя сейчас его лёгкие горели. Он был не в форме. Стив и Наташа, его вечно недовольные тренеры, убили бы его за одышку при других обстоятельствах. Дверь открылась. В дверном проёме показался Тор, большой, светловолосый и очень удивлённый. Колени Питера начали дрожать под двойным весом. – Нам нужна твоя помощь, – сказал Питер. – Пожалуйста, помоги.

***

Питер сидел на стене в гостиной. Он прижимался к поверхности спиной и ступнями, сложив руки на коленях. Он едва двигался и почти не дышал, пытаясь расслышать что-то в комнате позади него. Тор сразу же отнёс Клинта в спальню, из кухни вышла Дарси – с кружкой кофе и всё ещё одетая в пижаму, – и сразу же последовала за асгардцем. Брюс добрался до них вскоре после их прибытия. Он только бросил на Питера быстрый обеспокоенный взгляд, и пошёл в комнату к Клинту, зажав под мышкой медицинские принадлежности. Питеру отчаянно нужно было хоть что-то – болезненный стон или, может быть, чьё-то радостное приветствие вернувшегося в сознание Клинта. Что-то кроме тихого звона медицинских инструментов и едва слышного бормотания Брюса. Он слушал так внимательно и сосредоточенно, что пропустил звук приближающихся шагов в коридоре, в квартиру ворвались ещё три члена его команды. Питер резко поднял голову, все мышцы его тела напряглись. Он был готов к атаке. – Питер, – выдохнул Стив, – ты в порядке. Где Клинт? Питер кивнул головой в сторону двери справа. Тревожный лепет Питера Паркера остался в том парке, когда начали свистеть пули. Для шуток и бравады Человека-Паука он был слишком взвинчен, напряжён и серьёзен, поэтому предпочёл промолчать. Стив, кажется, понял его состояние. – Скажи мне, Клинт в порядке? – сказал Стив, его интонация подсказывала, что это была не просьба. Питер пожал плечами. – А ты? Ты цел? Питер неуверенно кивнул. – Я столько раз видел, как он делает это, но мне всё равно жутко, – поделился Тони. Он хмуро смотрел на Питера, бросающего вызов гравитации. Его волосы вспотели и были в беспорядке после битвы, он выглядел вымотанным. Измождённым. Наташа протиснулась мимо друзей, Питер заметил, что она держалась по-другому, – шпионка была напряжена, всё ещё на взводе после угрозы, с которой они столкнулись. Готовая отразить любую атаку. Наташа остановилась на пороге, оценив состояние Питера твёрдым взглядом. На ней всё ещё не было солнцезащитных очков, а причёска слегка растрепалась. Её выражение лица всё ещё было холодным и отстранённым, как всегда, во время битв или на утомительных пресс-конференциях. Как тогда, в Башне. – Ты в порядке, – сказала Наташа. Это был не совсем вопрос. – Я в порядке, – согласился Питер. Это была не совсем неправда. – А Клинт? Питер кивнул головой в сторону комнаты рядом с собой. – Он там. Наташа деловито кивнула и скрылась внутри комнаты. После небольшой заминки Стив и Тони последовал за ней. Питер отклеился от стены и сполз вниз, обняв руками колени и чувствуя себя очень маленьким. Он посмотрел на дверь квартиры и начал ждать.

***

Наконец, Дарси вышла из спальни. Её мягкая голубая пижама была испачкана кровью, взъерошенные волосы были собраны в неаккуратный хвост. Она выглядела измотанной, но всё равно улыбнулась, увидев Питера. – Эй, дружок, – сказала она, сползая вниз по стене и сворачиваясь рядом с ним. Её, казалось, не смущала засыхающая кровь на одежде. – Как ты тут, держишься? – Я? Это же ты вся в крови, – ответил Питер, выдавив из себя слабую улыбку. Дарси изучающе посмотрела на него и мягко сказала: – Питер, на тебе в три раза больше крови. Питер удивлённо моргнул, посмотрел на себя и сглотнул комок в горле. Его одежда была безвозвратно испорчена. Зелёный цвет свитера был едва различим под грязно-красным цветом засохшей крови. Его джинсы были в кровавых отпечатках рук Клинта. Задело даже кроссовки, кровь забрызгала шнурки. – О, – выдавил Питер. – Я… я даже не заметил. – Пойдём, – она помогла ему встать, придержав его за руку. – Давай приведём тебя в порядок. Дарси отвела его в ванную комнату, выложенную плиткой нежно-голубого цвета. Она взяла одежду из комнаты Джейн, разложила её на шкафчике и подтолкнула Питера в сторону душа. – Может, ты хочешь пойти в душ первой? – предложил Питер. Дарси шлёпнула его по предплечью. – Это ты пробежал с одного конца Нью-Йорка на другой, держа этого грустного лучника на плече. Ты потный и весь в крови, и мне не по себе. Я думала, что не способна на эти странные материнские чувства, пока не встретила тебя. – Меня? – недоумённо повторил Питер. – Тебя, – махнула она рукой. – Ты как маленький истощённый щеночек с печальной причёской. – Я выше тебя, – нахмурился парень. – И как мои волосы могут быть печальными? – Прими душ, Паркер, – повторила Дарси, многозначительно показав на занавеску душа. – И надень что-нибудь тёплое, иначе я сама запихну тебя в свитер. – На мне уже есть один свитер. – Душ! Дарси захлопнула за собой дверь. Растерянный Питер методично разделся и забрался в душ. Стоять под струями воды и смотреть, как вода под ногами окрашивается в красный, было очень странно. Это был не первый раз, – его души после патрулей частенько заканчивались оттиранием засохшей крови с кожи. Но чаще всего это была его кровь. Реже, кровь незнакомцев. Питер тяжело сглотнул и сжал в руке кусок мыла. Он старался не думать о том, какое количество крови он смывал с кожи, горла, ключиц и с волос. Он старался не думать о Клинте, истекающем кровью на простынях Дарси. Его одежду было не спасти. Даже футболка, которую он носил под свитером, была пропитана кровью. Одежда, которую ему одолжили, была старой и неподходящей по размеру, но очень удобной и тёплой. – Я принял душ, – сообщил Питер Дарси. Она успела переодеться, и отреагировала шутливыми аплодисментами. – Тогда принимай награду! – она протянула ему кружку кофе и тарелку сэндвичей, когда он подошёл ближе, бесшумно ступая ногами в носках по деревянному полу. Питер посмотрел на сэндвичи, немного кривые и сплюснутые, а затем перевёл взгляд на Дарси. – Твои попытки накормить меня связаны с тем, что я похож на щенка? – Немного, да. Одежда, которую она раздобыла, ему совсем не подходила. Кофта, очевидно, принадлежала Дарси или Джейн, потому что заканчивалась в районе его пупка. Спортивные штаны точно были Тора, поэтому он туго затянул завязки и подвернул штанины. Дарси махнула рукой на его торчащие бедренные кости. – Ты только посмотри на себя, – продолжила она, тыча в него пальцем. – Как кто-то может не захотеть одеть тебя потеплее и накормить? Ты как милая бродяжка, у которой можно пересчитать все рёбра. – Прошу, хватит сравнивать меня с собаками, – устало ответил Питер. Он взял сэндвич, проигнорировав своё задетое эго. Он был голоден и не собирался отказываться от бесплатной еды. Дверь в комнату Дарси скрипнула, Тор выглянул наружу. Он выглядел нервным, почти робким. – Питер? Клинт очнулся, – сказал он. Питер едва не уронил сэндвич в спешке, бросившись в сторону комнаты. Широкие плечи Тора заслонили почти весь дверной проём, но Питер был ниже, и определённо тоньше, поэтому он легко протиснулся мимо друга. Их руки соприкоснулись. Тор выглядел удивлённым, будто прикосновение Питера обожгло его. Питер не обратил на это внимания. Его взгляд был прикован к Клинту, лежащему на подушках Дарси под натянутой до подбородка простынёй. – Эй, малыш, – сказал Клинт. Он звучал таким уставшим, его голос был надломлен, а кожа была тревожно бесцветна. Тем не менее, он умудрился улыбнуться Питеру. – Выглядишь дерьмово. – Я выгляжу дерьмово? – засмеялся Питер, присаживаясь к другу на кровать. – На себя посмотри, старик. – Ты залил кровью все мои простыни, – сказала Дарси, тоже проскользнув в комнату. – Худший гость на свете. – Как грубо с твоей стороны, – сказала Наташа Клинту, ломко улыбаясь. Она присела на корточки с другой стороны кровати, оказавшись между Клинтом и стеной. – Уж прости, – добродушно фыркнул Клинт. – Обещаю больше так не делать. – Ладно, прощаю, – царственно кивнула Дарси. Она попыталась вручить сэндвич Брюсу, но учёный покачал головой, показав им свои окровавленные руки. Он вышел из комнаты, чтобы умыться, и Тор взял несколько сэндвичей вместо него. Глаза Клинта были расфокусированы, он вяло моргал, с трудом оставаясь в бодрствующем состоянии. Из-под одеяла виднелись свежие бинты, которые стремительно наливались кровью, – от этого зрелища Питеру стало плохо. От беспокойства или чувства вины, он и сам не знал. – Эй, перестань, – Клинт пихнул его в бедро. – Перестать что? – Перестань смотреть так, будто кто-то убил твою любимую собаку. Я в порядке. Это всего лишь несколько пуль. – Ты не должен был пострадать, – пробормотал Питер, сжав руки в кулаки. – Это не твоя вина, парень, – сказал Клинт, потому что прекрасно знал Питера. – Ты спас мне жизнь. Если бы ты не вытащил меня оттуда… – Я должен был тебя оттолкнуть, – не согласился Питер. – У меня есть суперсилы, Клинт. Какой, к чёрту, смысл от чутья и рефлексов, если я не смог защитить тебя от пуль? Питер думал об этом снова и снова последние несколько часов. Ему стоило взять с собой костюм, тогда он смог бы отвлечь внимание стрелков от Клинта и гражданских. В поезде было так много людей, десятки беззащитных человек, каждого из которых могла убить случайная пуля. Питер должен был сразиться со стрелком лицом к лицу, а не убегать. Клинт залепил ему подзатыльник. – Эй! – громко воскликнул Питер. Ему было не особенно больно, лучник ослаб от потери крови, но всё же. – Клинт, – нахмурился Тор в дверном проёме, – стоит ли бить Питера в свете всего, что он пережил из-за нас? – Наверное, нет, – ответил Клинт, посмотрев на Питера, – но этому придурку нужно понять, что он ни в чём не виноват. Ты винишь нас за то, что мы попались этим психам и выбили из тебя всё дерьмо? – Клинт! – предупреждающе рыкнул Тор. Нападение на Башню было деликатной темой, но Клинту всегда не доставало такта. Питеру нравилась такая прямолинейность. Она была искренней в своём жестоком, достойном восхищения смысле. – Ты винишь нас? – надавил Клинт. – Нет, – честно ответил Питер. – А я не виню тебя ни в чём, что произошло сегодня, – сказал Клинт и перевёл взгляд на Наташу. – Это и тебя касается, Нат. Шпионка смерила его равнодушным взглядом. Когда Клинт снова посмотрел на Питера, ему пришлось сдержаться, чтобы не поёжиться. Он готов был начать спорить, в груди скопился адреналин, а тело жаждало драки, которая так и не состоялась. – Питер, – устало повторил Клинт. – Ладно, – парень сдался, потому что Клинт чуть не истёк кровью меньше часа назад. Питер знал, когда стоило отступить. Клинт прищурился. – Мне снова тебя ударить? – Я не виноват, – машинально повторил Питер. Клинт смерил его подозрительным взглядом, но принял этот ответ. – Хорошо. Не будь идиотом и не кори себя, хорошо? – Клинт снова покосился на подругу. Он слишком хорошо знал свою команду. – Ты тоже, Нат. Наташа показала ему средний палец.

***

Брюс порекомендовал пока не перемещать Клинта, а Мстители не собирались его оставлять, поэтому Тони и Сэм прибыли с горой спальных мешков и подушек. Сэм неловко споткнулся при приземлении. – Мы, наверное, попадём во все новости, да? Тони поднял лицевой щиток. – Два Мстителя летят по городу со спальными мешками? Да, точно будем в новостях. Они застелили деревянные полы спальниками и заказали пиццу. Все посмеялись над жалобами Клинта на свой полезный салат. – Твоему телу нужна любая помощь, а салат очень полезный, – Брюс говорил мягко, но тянущийся сыр с гавайской пиццы у него в руках не помог успокоить лучника. – Да иди ты, – хрипло огрызнулся Клинт. Наташа встала со своего места рядом с Клинтом, чтобы сходить в гостиную и взять еду, поздоровалась с Мстителями и вела себя так, словно не прислушивалась к каждому шороху, доносящемуся из комнаты Клинта. Она казалась хрупкой, в каждой линии её тела сквозило напряжение. Но Клинт был в порядке. Пули не задели жизненно важных органов. Лучник сидел на кровати, он был бледным и измученным, голос хрипел, но он был в порядке, просто сильно раздражён. (– В кои-то веки у нас командная ночёвка, а я не могу ей насладиться, – проворчал Клинт. Тор, сидящий у него на кровати, торжественно похлопал его по колену). Адреналин медленно, но неминуемо покинул тело Питера. Он наконец-то отпустил всю эту сдерживаемую энергию, окончательно поверив, что угроза действительно миновала. Питер чувствовал себя полностью опустошённым. Уставший и слабый, он занял место на мягком полу. Его друзья всё ещё тихо разговаривали, несмотря на поздний час, на столе оставалось немного пиццы, но глаза Питера наливались тяжестью. У него дрожали руки, тремор был слабый, но непрекращающийся. Он не мог заставить себя заговорить, не мог приблизиться к друзьям. Пол был твёрдым даже через импровизированную подстилку. Питер едва обратил на это внимание.

***

Питер был в своей спальне в квартире тёти Мэй. Она тихонько постучала в дверь и ласково улыбнулась, входя в комнату. – Питер, у тебя гости, – сказала она. Она отошла от проёма, открывая широкоплечую фигуру Стива, стоящего в их крохотном коридоре. – Эй, чувак, – поздоровался Питер, откладывая домашнее задание. Он улыбнулся другу. Питер встал и протянул ему руку, но блондин шагнул вперёд, занимая почти всё свободное пространство комнаты. Губы Стива остались сжатыми в тонкую линию, а глаза горели так яростно, что Питер отшатнулся, рухнув на кровать. – Стив? Стив, что ты?.. Капитан оказался рядом с ним. На нём. Его руки сжались на горле Питера. Питер чувствовал себя как в клетке. Стив был тяжелее, выше и сильнее, а кровать под ним была жёсткой. Капитан застыл всего в нескольких сантиметрах от его лица. Жёсткие руки перекрыли ему доступ к воздуху. – Стив, – попытался позвать Питер, но голос пропал. Он не мог говорить. Не мог кричать. Голосовые связки словно отказали. Питер постарался вырваться. Его руки были бесполезны, а ноги не двигались. Он наклонил голову, но за ними наблюдала не тётя Мэй, а Наташа, её выражение лица было ещё более холодным, чем у Стива. Она плотно прикрыла дверь. Заперла её на замок с оглушительным щелчком. Спальня как будто уменьшилась в размерах. – Питер! Пит! – с другой стороны комнаты на полу истекал кровью Клинт. Его кожа была бледная и липкая, он тянул трясущуюся руку в сторону Питера. – Клинт, – беззвучно выдавил Питер. Он пытался сопротивляться, пытался вырваться из хватки Стива, – ему нужно было добраться до Клинта, помочь ему, пока он не истёк кровью до смерти, но он не мог даже пошевелиться. Кровь Клинта лилась на пол ручьём. Стив бил его по лицу, ещё сильнее прижимая к кровати. Силы Питера иссякли, голоса не было, он не мог издать ни единого звука… Питер проснулся, отчаянно хватая воздух ртом. Он весь вспотел и тяжело дышал, его трясло. Питер прижал руку ко рту, чтобы не издать ни звука. В комнате вокруг него было темно и тихо, не считая негромкого храпа его друзей и отдалённых звуков города, который никогда не спал. Питер сел, подтянув колени к груди. Он постарался отвлечься на спящих на полу друзей. Свет на балконе был включён, пробиваясь сквозь французские двери и заливая комнату мягким искусственным освещением. – Питер, – прошептал Тор. Он почти подпрыгнул от неожиданности. Тор выглянул с балкона, аккуратно придерживая дверь. Питер тяжело сглотнул. – Да? – прошептал он в ответ. – Я приготовил горячий шоколад, хочешь? Дарси одолжила мне этих маленьких маршмелонсов. Питер выпутался из своих мокрых одеял и пробрался между спящих Мстителей. Он бесшумно скользнул в балконную дверь и прикрыл её за собой, прежде чем внимательно посмотреть на Тора. – Марш-что? Тор показал на пакетик маршмеллоу. – Маршмелонсы. Для горячего шоколада. На тёмном небе не было видно звёзд, а город был тихим как никогда. До Питера донеслись отдалённые звуки – гудки машин, ветер, спорящие соседи снизу. Всё это очень успокаивало. Свежий ночной воздух остудил клаустрофобию, зудящую у него под кожей. Тор протянул ему кружку горячего напитка. Питер благодарно ему улыбнулся. – Так что на счёт машмелонсов? – повторил Тор. – На вкус они восхитительны. Голубые глаза тепло смотрели на Питера, но ком у него в груди не спешил исчезать. Кошмар оставил его в растрёпанных чувствах. – Предлагаю обмен, – ответил Питер, взяв с маленького стола на балконе солнцезащитные очки и протянув их Тору. – Меняю их на очки. Тор взял очки. Они были массивные, квадратной формы и с крепкой оправой. Питеру они понравились. Он бросил в свой напиток горсть зефирок, глядя на то, как они начали медленно тонуть. Тор молчал, стоя рядом. Город тоже был безмолвен. Обстановка была очень приятной. – Мне говорили, что мидгардцы находят утешение в разговорах о своих травмах, – наконец нарушил Тор долгое молчание. – А асгардцы нет? – фыркнул Питер в свою полупустую кружку. Тор легко усмехнулся. Ему нравилось убеждать других в том, что асгардцы были закалённой в боях расой, которая не связывалась с мелочами, вроде сантиментов и эмоций. Питер смотрел глубже. Тор был одним из самых эмоционально открытых его знакомых. – Желаешь поговорить об этом? – спросил Тор. Питер молча смотрел, как остатки маршмеллоу кружатся у него в кружке. – Мне постоянно снятся кошмары, – наконец признался он. – У тебя всегда были кошмары. С тех пор, как мы познакомились. – Эти о… о команде. Как они атакуют меня, – громко выдохнул Питер. Тор молча поставил кружку на балконный карниз. – Ох, – только и выдавил он. – Они не всегда про это. Иногда я как будто заперт в маленьком месте, а вокруг меня рушатся стены. Иногда они про того маленького мальчика, Дейви, и его отца. Эти сны просто… – Питер зажмурился. – Я чувствую себя беспомощным, там всегда есть люди, которых я не могу защитить, и друзья, с которыми я не могу сражаться. – Такие, как мы, – мрачно сказал Тор. – Да, вы, – согласился Питер. Они снова погрузились в тишину. Их друзья всё ещё спали после вчерашнего дня, наполненного адреналином и опасностью. Присутствие Тора рядом, казалось, приглушило тревогу, которая угрожала поглотить Питера с головой. Он избегал асгардца почти неделю, лишь обмениваясь с ним телефонными звонками и сообщениями, но даже без личных встреч у него всё равно пересыхало во рту каждый раз, когда он видел фотографию друга на стене своей комнаты. Поэтому успокаивающий эффект от его присутствия сегодня казался Питеру необычным. – Я скучал по вам всем, – признался Тор. – Я люблю Джейн, но я скучал по своей команде. Не смотря на очки, Питер видел, что друг не сводил взгляда с какой-то точки городского пейзажа. Он проследил за его взглядом и понял, что этой точкой была Башня Мстителей. Питер мог различить яркую букву А даже с такого расстояния. Прошлая неделя была очень долгой. Питер задался вопросом, сколько времени Тор проводил на этом балконе. – Мне жаль, – ответил Питер вместо того, чтобы сказать «я тоже скучал». Он не хотел лгать другу. – Всё в порядке, – ответил Тор. – Хочешь вернуться внутрь и попробовать ещё поспать? – Нет, – решил Питер. Он сел на холодный пол балкона, прислонившись спиной к дверям. Спустя мгновение Тор сел рядом с ним. Их колени легко соприкоснулись. – Давай посидим вот так.

***

Джейн пришла спустя несколько часов после восхода солнца, держа в руках пакеты с продуктами. Она поприветствовала Тора поцелуем, прежде чем переступить порог квартиры. Тор подхватил её тяжёлые сумки одной рукой, другой – помог ей снять пальто. Джейн прошла по квартире с приветливой, слегка вымотанной улыбкой. Мстители радостно её поприветствовали. Стив поблагодарил её за то, что она позволила им остаться у себя дома, а Тони начал закидывать её вопросами о какой-то конференции и её последних научных изысканиях. Брюс у него за плечом вёл себя более сдержанно, но ему тоже не терпелось услышать ответы. Наташа молча пожала ей руку в благодарность, выглядя устало и приветливо. Дарси крепко обняла Джейн. Объятье от Сэма было более сдержанное, но такое же тёплое. Она не заметила Питера, который сидел на полу коридора, прижав ноги к груди. Девушка чуть не споткнулась об него по пути в ванную. – О, – воскликнула она. – Извини, я тебя не заметила. – Всё в порядке, – быстро ответил Питер, ещё сильнее притянув ноги к груди. Он хорошо умел втискиваться в ограниченные пространства. – Это я виноват. – Он часто так делает, не обращай внимания, – заметила Дарси, проходя мимо. – Он постоянно сидит в коридорах. А ещё винит себя во всём подряд, – Джейн бросила на Дарси предупреждающий взгляд, и та сдалась, подняв руки и оставив их в покое. – Я Джейн, – девушка опустилась на пол рядом с ним. – Питер, – представился он в ответ. – Хотя, ты, наверное, и так в курсе, эм… – Человек-Паук? Да, я знаю. Тор много о тебе рассказывал. – Правда? – удивился Питер. Джейн легко рассмеялась. – О, да. Он рассказывал обо всех Мстителях. Но о тебе больше всех, – она закусила губу, внезапно смутившись, словно ей не стоило этого говорить. Будто, она боялась, что он замкнётся в себе после этих слов. Питер прочистил горло; её неловкость была заразительна. – Здорово. – Мне нужно, э-эм… – Джейн указала в сторону гостиной, где были её парень и лучшая подруга. Питер кивнул, и она ушла. Когда Питер переместился на балкон и утроился на перилах, свесив ноги через край, Джейн снова нашла его. – Я на секунду забыла, что ты супергерой, который не умрёт, если свалится, – сказала она. – Нет, я бы умер, – легко ответил Питер. Он покачал ногами, как маленький ребёнок, ему нравилась пропасть под ногами, отделяющая его от крошечных машинок внизу. Из-за неё все проблемы казались далёкими и незначительными. Она запнулась. – Но у тебя же есть паутина, чтобы не разбиться? – Мои веб-шутеры остались в Башне. Обычно, я всегда беру их с собой, но в этот раз Стив настоял. Он слишком хорошо меня знает. Я бы точно улизнул и вернулся на улицы. – Ладно, – медленно ответила Джейн, – если у тебя нет шутеров, может, тогда тебе стоит спуститься? Питер поёрзал на месте, засмеявшись над паникующим выражением лица Джейн. – Я бы умер, если бы упал, – согласился Питер, – но я не упаду. Даже без шутеров, у меня есть рефлексы, хорошее равновесие и способность прилипать к стенам. Никто, кроме разве что Тора, не смог бы скинуть меня отсюда. Джейн продолжила волноваться, поэтому Питер вздохнул и вернулся на балкон. – Спасибо, – сказала она и протянула ему маффин, в качестве награды за хорошее поведение. – Почему все пытаются меня накормить? – задал риторический вопрос Питер. Джейн подняла руки в защитном жесте. – Эй, я просто направлялась сюда, поэтому Наташа попросила меня передать его тебе. – Наташа попросила? – Ты правда так удивлён? Питер подумал о своих друзьях. Он вспомнил обо всех маленьких подарках, которые медленно накапливались в его комнатах всю последнюю неделю, – новые охранные схемы, маленькие пластиковые фигурки из коробок хлопьев, сэндвичи и термосы с тёплыми напитками, крошечные экзотические шоколадки, а ещё так много разной еды, серьёзно, все с ума что ли посходили? – Нет, не очень, – наконец определился он. Питер развернул маффин, отломил кусочек и положил его в рот, почувствовав тепло. Выпечка была комнатной температуры, и мысль о подарке от Наташи разлилась у него в груди теплом. – Я посмотрела видео, – резко начала Джейн. – То, которое на YouTube, про нападение на прошлой неделе. Все эти ужасные ловушки, и этот чёртов газ, а Тор… Питер обрадовался, что успел спуститься с перил, иначе он упал бы от удивления. – Кто-то выложил это на YouTube? Джейн поморщилась. – Да, извини, – Питер пожал плечами; он уже привык к навязчивому вниманию СМИ. Джейн нервно облизнула губы и продолжила: – Я посмотрела его, и я видела… Я видела Тора, когда он был… Питер отвёл взгляд. Он чувствовал себя странно, не так, как в присутствии Тора, не так спокойно. Ему было неловко, тревога начала зудеть где-то под кожей. – Я никогда не боялась Тора, – сказала Джейн. – Ни разу. Даже в самом начале, когда он был просто мускулистым психом, которого я переехала своей машиной. Питер осоловело моргнул. У Дарси и Джейн были чертовски странные отношения с Тором. Он не должен был так удивляться. Тор вышел из кухни с несколькими стаканами и полупустой упаковкой апельсинового сока. Они смотрели, как он улыбался, раздавая стаканы друзьям и наполняя их соком. Асгардец обменял свои очки на очки Клинта, его волосы были заплетены в две косы, а улыбка сверкала ярче утреннего солнца. Он явно был в восторге от общения с командой, и не скрывал этого. Тор сиял, глядя на Мстителей, а Мстители не оставались в долгу. Питер облизнул пересохшие губы и признался: – Я боялся. И до сих пор иногда боюсь, даже когда он весь такой радостный и безобидный. – Видео такое жуткое. Это так странно и неправильно, когда он так зол и опасен, но… но я всё ещё не… – Но ты всё ещё не чувствуешь страха, – закончил за неё Питер. У Джейн и Тора была полуметровая разница в росте, а разница в силе и способностях была и того больше. Если у кого-то и были причины, нервничать из-за Тора, так это у Джейн. У Джейн, а не Питера, который всё больше привыкал к Башне и своим друзьям за последнюю неделю. Но вот их локация изменилась, взошло солнце, и что? Питер снова начал бояться и переживать? Это было так несправедливо. – Но я не прошла через всё, что пережил ты, – ответила Джейн. – Но я супергерой, и мне начало становиться лучше… – Исцеление – это долгий процесс. Он не всегда линейный, Питер. Иногда становится лучше, но чаще всего это два шага вперёд, и один назад. Питер нахмурился на свой маффин. – Это полный отстой. Джейн засмеялась, и отломила половину от выпечки у него в руках. – Да, понимаю, но это нормально. – Сейчас всем непросто, – продолжил Питер. – Клинт ранен, а Тор наконец-то увиделся с командой. И они все так рады, что мне стало лучше. Вчера мне было спокойно рядом с Тором. Я был в порядке вчера, хотя никто не носил очки, а сегодня… – Адреналин, – просто ответила Джейн. – Ты ни в чём не виноват. Вчерашний выброс адреналина, который, возможно, ещё не прошёл, и присутствие Тора, которого ты не видел с самого нападения, а если учесть, что здесь такая толпа… Я не удивлена, что ты плохо себя чувствуешь. Джейн немного напоминала Питеру Брюса. Она была не так неуклюжа в общении, но её присутствие успокаивало, она была мягкая, не представляла угрозы, а ещё обладала недюжинными медицинскими познаниями, поэтому к её советам действительно стоило прислушаться. Она нравилась Питеру. Он был рад, что она была его Мстителем-золовкой. Мстителем-свояченицей. Эм, вроде того. – Сэм приготовил яйца! – объявила Дарси, с размаху открыв дверь. В одной руке она держала тарелку с яйцами и беконом, в другой – металлические щипцы. – Кстати, он будет жить с нами, Джейн. Он горяч и умеет готовить! – Эм, – Сэм вышел на балкон вслед за Дарси. – Что? – Ты можешь остаться в моей комнате, – серьёзно предложила ему Дарси. – Эм, – снова повторил Сэм. Дыхание Питера стало прерывистым, он сдавил остатки маффина в кулаке. Джейн подтолкнула его, подбадривая. – Э-э, Сэм, – сказал Питер, глядя куда-то на уровне груди друга, – ты можешь?.. Ты можешь, эм, уйти? Он съёжился, чувствуя неловко, боже, ему не следовало даже открывать рот… – Конечно, – просто ответил мужчина, – Брюс? – Питер отрицательно покачал головой. – Ладно, я скажу остальным, что это бесполётная зона? Питер кивнул. Сэм тихо вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. – Видишь? – сказала Джейн. – Чувствую себя ужасно, – признал Питер. – Они говорили, что я могу просить их о чём угодно, но… – Глупость какая, – вмешалась Дарси. Она спрятала щипцы в карман красного фартука с надписью «Любимый помощник Санты», и взяла ломтик бекона со своей тарелки. Питер тоже подцепил несколько. – Ты не должен чувствовать себя виноватым, дружок. Они же хотят тебе помочь. Когда ты говоришь им, что делать, ты показываешь, что доверяешь им. – Даже если моё доверие выражается в том, что я их отталкиваю? – Временно их отталкиваешь, – поправила его Дарси. Питер нахмурился. – Исцеление – это процесс, – напомнила ему Джейн. – У тебя есть всё время мира, – пожала плечами Дарси. – Не торопись. – Я чувствую, будто слишком спешу, – ответил Питер. – Словно я постоянно куда-то бегу. С тех пор, как мне исполнилось пятнадцать. – Тебе это больше не нужно, – сказала Джейн. – Ты больше не должен спешить, если не хочешь. – Не… не думаю, что я хочу, – ответил Питер. Город шумел, но был не менее прекрасен, чем ночью. Белые облака на небе напоминали пушистое одеяло, окутывающее мегаполис. Утреннее солнце всё ещё было довольно низко. – Я больше не хочу бежать.