Глава 3 (продолжение). Ты не забыл, кто тут мразь?

Жара с крыши, казалось, плавила не только асфальт, но и нервы. Город под ними умирал в агонии, но на крыше супермаркета — жизнь кипела по-своему: остро, токсично и на грани драки. Мерл выкуривал третью сигарету подряд. Его майка прилипла к спине, лоб блестел, но рот, как всегда, не знал отдыха. Он расхаживал по крыше, как петух в курятнике, выискивая, кого бы ещё поддеть. — Всё это чёртово безумие, — в голосе Мерла звучала то ли бравада, то ли бред. — У нас тут латиносы, негры, баба с пистолетом, пацан в бейсболке... Давайте уже радугу соберём, чтоб мертвяки ржали, пока нас жрут. Ти-Дог напрягся. — Что ты сказал? — Я сказал, ты тут всё портишь, брат, — Мерл выдохнул дым прямо ему в лицо. — Не пойми меня неправильно. У меня даже был чёрный друг. Один. Когда мне было семь. Он сожрал мой бутерброд. — Ты, сукин сын, — Ти-Дог шагнул вперёд, кулаки сжались. Джейк уже переместился ближе, выверено, хищно — как только Мерл произнёс слово “негр” с особым акцентом. — Ну давай, — провоцировал тот. — Ударь меня. Покажи, кто тут "репрессированный". А потом мы все тут полетаем с крыши. Рейчел встала, глядя на происходящее с ледяным спокойствием. Её рука уже была на ноже. Не потому что она собиралась кого-то убивать. А потому что привыкла быть готовой. — Заткнись, — сказал Ти-Дог, глядя Мерлу прямо в глаза. — А если нет? — Мерл ухмыльнулся, повернувшись на круг, театрально раскинув руки. — Кто тут главный? Этот коп? Этот гопник? Или вот эта леди-доктор с лицом принцессы и голосом drill sergeant? — Ещё одно слово, — Джейк шагнул ближе, — и ты узнаешь, каково это — разговаривать без передних зубов. Мерл повернулся к нему. — Ой, мамочки, военный. Я трясусь. Папаша из НКВД, спасающий маленьких принцессок. Рейчел сдвинула брови. — Ты сдохнешь, Мерл, не потому что мертвецы доберутся до тебя, а потому что когда-нибудь рот твой скажет что-то не тому человеку. Ти-Дог не выдержал — сжал кулак и врезал. Мерл отлетел назад, ударился о балку. Вскинулся — и схватился за винтовку. — Вот теперь ты облажался, брат! — Опусти ствол, — рыкнул Джейк. — Или что? Рик резко встал между ними. — Хватит! Мы не убиваем друг друга. Не из-за дерьмового языка и эго. Он не стоит того. Ни один из вас. Пауза. Он всё ещё держал винтовку, дыхание резкое, глаза бешеные. Ти-Дог вытер кровь с губ, а Джейк сжал кулаки так, что костяшки побелели. Рейчел не сводила с Мерла взгляда — без эмоций, но с готовностью. Как хирург перед операцией: либо спасёт, либо отпустит. Рик вышел вперёд. Он долго молчал, оценивал, взвешивал. Потом резко, по-коповски, приказал: — Опусти оружие. Сейчас же. — Да пошёл ты, шерифишка, — Мерл вскинул винтовку, — ты тут никто и звать тебя никак. Всё произошло быстро. Рик, с тренированной точностью, ударил его дубинкой по руке. Винтовка выпала, Мерл пошатнулся — и тут же получил подножку от Джейка, улетев на задницу рядом с вентиляционной трубой. Прежде чем тот успел подняться, Рик оказался сверху. — Рейчел, — бросил Рик, — наручники! Она молча подала их — сняла с пояса, металлические, блестящие. Старые, надёжные, как и всё, что она держала в своём снаряжении. Щелчок. Один браслет на запястье. Щелчок — второй на трубе. Мерл захрипел, начал рваться. — Эй, какого хрена?! Ты не можешь...! — Только что смог, — сухо ответил Рик. — Ты угрожал группе, направил оружие. Ты опасен. Добро пожаловать в изоляцию. — Снимите это немедленно! — заорал Мерл, дёргаясь. — Урод с бейсболкой, негр, баба и какой-то командир — да кто вы вообще?! — Те, кто хочет остаться в живых, — Рейчел подошла ближе, наклонилась к его уху и тихо прошептала, — …и те, кто не даст тебе развалить группу. — Ты, ублюдок, поплатишься! Я выберусь, слышишь?! Вы все сдохнете! — Мы уже в аду, Мерл, — Ти-Дог усмехнулся. — Так что попробуй не опаздывать. Джейк задержался на секунду, глядя на Мерла. Тот плевался, дёргался, орал. Но Джейк просто пожал плечами и ушёл прочь. — Ты его реально оставишь? — спросил кто-то из группы. Рик кивнул. — Нам пора уходить. Мерл сделал свой выбор. Где-то внизу, за бортиком крыши, уже слышались стоны ходячих, которые приближались, будто учуяли новую жертву. Мерл не замолкал. Его голос — злобный, каркающий — затихал, пока группа уходила с крыши, один за другим. Только Рейчел на секунду оглянулась. — Ты всегда был выбором, Мерл. Никогда — необходимостью. Небо над Атлантой темнело — не от заката, а от копоти, гари и того самого напряжения, которое висело в воздухе, как грозовая туча, готовая шарахнуть молнией. — Поторопитесь! — крикнул Рик, подавая знак спускаться с крыши. — Гленн нашёл выход — через подвал, в канализацию. Там можно обойти улицу и выбраться к грузовику. Рейчел ловко спрыгнула вниз, следом Джейк — приземлился с точностью, как будто тренировался сбегать с крыш по утрам. Остальные двинулись следом. На крыше остались Ти-Дог и Мерл. — Ты пожалеешь об этом! — захлёбывался злобой прикованный Мерл, лицо красное, слюна у рта. — Я выберусь, сука! Я тебя найду! Ти-Дог задержался. Он не был мстительным, не был кровожадным. Он просто устал. Устал от расизма, от токсичных людей, от того, что мир рушится, а мразь всё равно выживает. Он бросил взгляд на наручники, потом — на замок, потом — на ключ, висящий у него на шее. Медленно снял цепочку. — Я бы мог тебя оставить, — сказал он, подойдя ближе. — Но я не такой, как ты. Мерл усмехнулся: — Вот именно, ты "лучше". Вот и докажи это. Ти-Дог поднёс ключ к замку… но не успел вставить. Грохот. Где-то внизу зацепился за край металла. Он дёрнулся — нога поскользнулась на пролитом масле, которое капало с какой-то коробки, и... — Чёрт! Ключ выскользнул из руки и, сверкая в лучах заходящего солнца, полетел — как замедленно, как в кино — вниз, прямиком в решётку ливнёвки. Звякнул. И исчез. — Нет-нет-нет! — выдохнул Ти-Дог и бросился вперёд, но было поздно. Он заглянул в решётку — лишь отблеск металла и тьма внизу. — Оооо, ты чёртов гений, — Мерл рванулся в наручниках. — Ты серьёзно?! Ты уронил КЛЮЧ?! Какой же ты, мать твою, идиот! — Это был несчастный случай! — огрызнулся Ти-Дог. — Я… чёрт… чёрт! — Несчастный случай?! Я тут теперь как крыса, мать твою, на цепи! — Мерл взвыл. Ти-Дог резко развернулся и пошёл к люку, ведущему вниз, но остановился. — Знаешь… я хотел тебя отпустить. Правда хотел. Он не обернулся. — Но, может быть, так будет даже лучше. И ушёл. Мерл остался. Прикованный. Один. Только небо, крики ходячих внизу — и его бешеное, лающее эхо.