Часть 2

      По мере того, как боль проходит сквозь тело, опустошая каждую клеточку организма, Фумико приходит в себя. Шум в ушах стихает, сменяясь на крики сестры, а зрение начинает видеть дальше — в фокус попадёт не только неровный шрам на лице и разные глаза.       Шуджи что-то говорит ей, легонько встряхивая тело, но Фуми не в силах отвести глаз от родной души. Забавно. Она и думать не смела, кто станет ее сопутствующей душой. Страх уходит, уступая место злости на жизнь. Разве она мало терпела? Мало страдала? А как же ее мечты, стремления? Ее будущее?       Розовые очки разбиваются, не щадя глаз за стеклами.       Фумико отталкивает брата и тот смиренно отходит в сторону, все еще смотря на нее с беспокойством. Мияко сразу же прижимается к сестре, задавая тонну вопросов, ответы на которые не приходят в голову.       — Прикольно. Так это твоя «душа»? — насмешливо произносит Харучие. — Учи язык жестов, друг, он тебе понадобится.       — Свали отсюда, — шипит на него Шуджи.       Он отходит в сторону, приподняв руки. Коконой и Риндо тихо обсуждают ситуацию, смотря со стороны на бесплатный спектакль. Кажется, что тихий переулок застыл.       — Уведи мальчиков домой, — просит Фуми сестру.       — И оставить тебя тут одну? Нет!       — Уведи. Мальчиков. Домой. Немедленно, — строже показывает она. Ее выражение лица не терпит возражений или отказов.       Бросив возмутительный взгляд на Шуджи и уничтожающий на Какучо, Мияко двинулась к близнецам, который раздвинул рот наблюдали за сценой. Кай хватался за брата со слезами на глазах, в то время как второй, Сай, крепко держал его руку и грозно, по-мальчишески, смотрел на Бонтен.       — Фумико, — словно он пробует ее имя на вкус. Сладко.       И мир сразу же становится теплее, ярче, прекраснее, когда имя девушки срывается с языка «души». Фуми не желает этих чувств, только не к такому, как он, только не сейчас. Ей хочется убежать от теплоты внутри, вырвать силой свое сердце и растоптать за такую слабость. Каким Богам помолиться, чтобы они изменили ее родственную душу?       Фуми яростно мотает головой, обхватывая себя руками. Она поднимает глаза вверх и смотрит на него. Он не вписывается в понятие «красивый» — туда больше подходят Риндо и Шуджи, но не он. На каждый товар есть свой покупатель. Хоть Фумико и не заходила в отдел с «душами», ей все равно продали, только вот серую, местами черную «душу».       Избегать. Я должна бегать от него, как можно дольше. Найти новую квартиру, сменить работы, мальчикам найти новую школу. Расточительство. Эгоистично, Фуми, называй вещи своими именами.       Слезы катятся по лицу, когда она осторожно отступает назад, ближе к дому. Никто не пытается ее остановить, что радует девушку, хоть и немного. Шуджи разве что пытается что-то ей сказать, но шум в ушах заглушает его голос. И хорошо, что заглушает, она не намерена слушать его оправдания — это уж, Фуми сохранит при себе. Она бы назвала это остатками гордости и самоуважения.       — Давай поговорим, — снова подает голос Какучо.       И на этот раз, Фуми срывается на бег. Долго ли бежать будет от ласкающего мозг голоса?       

***

      Свет, льющийся из окон Бонтена, освещает улицу. Санзу за рулем громко напевает песенку, чем раздражает всех в салоне. Всю поездку Шуджи не сводил глаз с Какучо, пока тот обдумывал все события. У него есть родственная душа. И от этой мысли ему хочется улыбнуться. Он долго о ней мечтал, представлял их жизнь и будущее, в грезах парень был счастлив — но на деле…       Фумико. Спрашивать у Шуджи, как пишется ее имя, не было смысла — не сказал бы. Так что Хитто поручил это дело своему помощнику. Ожидания скребут по мозгу, пальцы чешутся. Узнать о ней все: сколько лет, чем зарабатывает, любимая еда, главная мечта.       — Она всегда была…такой? — спрашивает Хитто, когда они вышли из машины.       Риндо, Коконой и Харучие уже зашли в здание, так что на улице только он и Шуджи. Недовольный Шуджи. Только вот Хитто понять не может почему. У него есть власть, деньги, он не славится красотой, но в тоже время пользуется популярностью у девушек. Какучо — хороший вариант для любой девушки. Мечта любой свекрови.       — Пошел ты. Не смей к ней подходить, Каку.       — Не я ее выбрал и не она меня, Шу. Ты знаешь, что «души» разорвать невозможно и ты прекрасно осведомлен в том, что мы будем искать друг друга. Лекарства нет.       Ханма молчит, но не сводит глаз с парня. И что, что он не был рядом несколько лет? От этого братом не перестал быть. Он присылал им деньги, разве этого недостаточно? И не важно, что Фумико ни разу не воспользовалась картой, оставленной им.       — Какой «такой»? Неправильной? Дефектной? Какой? У ее болезни есть термин — немота. И да, она с рождения не говорит, — он опускает голову вниз, ведя внутренний диалог. Ему много нужно сказать своей сестре, извиниться хотя бы. — Она до жути ранимая. Просто…позаботься о ней, ладно? Хотя, сомневаюсь, что она приблизится к тебе. Фуми ненавидит преступный мир и всю эту грязь.       Ханма, бросив взгляд на друга, пошел в сторону здания.       Холодный ветер проникает под пиджак, вызывая тонну мурашек по спине. С минуту Какучо смотрит на здание, людей вокруг, машины, а после разворачивается к парку. Пройдет его — и будет около своего дома. Хитто любит этот парк, ведь здесь шумно, много разных людей, а на праздники и фестивали — невозможно пройти. Лавочки выкрашены в приятный белый, который на солнечном свету становится перламутровым. Дети веселятся на площадке, обустроенной под каждый возраст. Небольшие ларьки, киоски, тележки с едой стоят на каждом углу, маня своими запахами и вкусами. Он маленького озера, тянущегося вдоль деревьев, тянет освежающим холодом и землистым запахом, вперемешку с чем-то, что напоминает парню про аптеки.       Дома тоже холодно. Холодно и одиноко. Бежевые стены давят голову своей яркостью. Тишина перекатывается из комнаты в комнату, как добродушный сосед, показывая, что парень не один в этой квартире. Здесь еще и пустота — ее-то можно почувствовать.       Наспех сделав себе чашку ромашкового чая, Какучо садится за стол. Анкета незнакомки в его руке, подобна магическому артефакту, потому что, открою он ее — познает что-то сокровенное. Он бегает глазами по строкам, изучает информацию и долго смотрит на фотографию черноволосой дамы, с которой он связан. Она привлекательная, может милая, но далеко не красивая. Таких называю «средненькая» или «это наша подруга». Схватившись взглядом за ее глаза, парень много думает.       — Разве я недостоин любви? — спрашивает он у своего соседа — пустоты.       Мало кто любил Хитто. Изана разве что, только другой любовью, дружеской. Девушки видели в нем ресурс, а Бонтен — хорошего игрока и ценного человека. Матери и отца у него нет, братьев и сестер — тоже. Так кто его должен был любить? Только он сам.       Некоторые факты из жизни Фумико напрягают парня. Из-за связи ему прямо сейчас хочется побежать к ней и защитить, но он сидит на месте. Какучо умный парень и целеустремленный, так что он точно найдет способ сблизится с «душой». Уж слишком сильно он желает быть любимым и благо, что есть родственные души.