12

      До конца учебного года оставались считанные дни. Учительница, загруженная бумажной волокитой, разрешила ученикам посмотреть фильм на проекторе. Не многие с интересом следили за сюжетом. Большинство учеников в нервном томлении смотрели на часы, отчитывая минуты до конца урока.       Мэгги и Лена тихонько о чем-то перешёптывались. Артур периодически клевал носом. Последние несколько дней его тревожили мысли о чуди, и он совсем не высыпался. Парень попросил лесников вылечить его недавно приобретённый синяк. Гематома почти прошла, но болевые ощущения остались.       Одноклассник, сидящий за последней партой, с самого начала урока выглядел бледным и, уронив голову на парту, держался за живот. Внезапно он поднял руку и попросился срочно выйти. Не дождавшись разрешения учительницы, парень вылетел из класса и даже не закрыл за собой дверь. Из коридора раздавались звуки его поспешных шагов. Одноклассники тихонько засмеялись. Учительница негодуя встала, закрыла дверь и вернулась к работе. Вскоре выйти попросился другой ученик, а за тем ещё двое. Мэгги посмотрела на часы и злорадно ухмыльнулась. В класс внезапно ворвалась учительница из соседнего кабинета.       – У нас ЧП, – сказала она, окинув детей встревоженным взглядом.       – Что такое?       – Не знаю даже как объяснить…, – растерянно ответила женщина.       Учительница вышла в коридор. Из классов уже высыпали ученики. Рекреацию наполнил тревожный гомон. Слышались смех и вскрики. Мимо неё в сторону туалета пронёсся ученик старших классов. Женщина почувствовала зловоние, шлейфом тянувшееся за ним. Он залетел в туалет, откуда чуть ли не хором прокричали: «Занято!». Женщины в недоумении посмотрели друг на друга.       В школе началась паника. Туалеты на двух верхних этажах были переполнены жертвами внезапной диареи. Те, кто успел добежать, испражнялись на унитазе. От неудобной позы затекали ноги. Уже стало плевать на брезгливость. Приходилось прислоняться пятой точкой к холодному ободку унитаза. Стульчак в большинстве случаев отсутствовал. А кто-то даже не успел добежать до уборной, низвергнув содержимое своей прямой кишки прямо на пол в коридоре. Несчастные старались не смотреть друг на друга, но деться от происходящего было некуда. Повсюду распространился едкий неприятный запах, стоны, вопли отчаяния, звуки испражнений. Некоторых от всего происходящего начало тошнить, что ещё больше усугубило ситуацию.       Учителям было дано распоряжение прекратить уроки, вызвать скорую и эвакуировать детей. Высыпавшие из школы подростки переговаривались и показывали друг другу видео и фото, на которых успели запечатлеть горемычных сверстников. Лена и Артур медленно спускались по крыльцу с ужасом смотря друг на друга. Жертвы этой мерзкой внезапной напасти оказались совсем не случайны. Парни, которые издевались над Артуром, девушки, вечно задирающие Лену и те, кто издевался над Мэгги. Они оглянулись и увидели подругу, с торжествующим видом стоящую посреди хаоса. Она спустилась к ним и с блаженством вздохнула, словно после тяжелого рабочего дня.       – Это ты сделала? – спросила Артур, хотя уже знал ответ.       – Угу, – кивнула она, деловито поставив руки на пояс.       – Но зачем?       – В смысле? – удивилась Мэгги. – Ты не рад?       – Не знаю, – пожал плечами он. – У Соколова конечно было смешное лицо, когда он выбегал из класса, но тебе не кажется, что это уже слишком?       Мэгги нахмурилась и посмотрела на Лену. Бегающий взгляд девушки говорил о том, что она скорее напугана, чем довольна этой – по мнению юной ведьмы – искромётной выходкой.       – Тааак, – недовольно протянула она, – я не поняла, вы что совершенно не рады?       – Я…я.., – замялась Лена, – честно не знаю, что сказать, – и уткнулась в телефон.       – Ну и ладно, неблагодарные, – театрально хмыкнула Мэгги. – А мне вот нравится! Получилось просто суперски! Ладно, пошли отсюда.       Ребята направились в калитке, протискиваясь сквозь бурлящую обсуждениями толпу на школьном дворе.       – Я надеюсь это временно? – спросил Артур.       – Конечно. Помучаются пару часов и завтра будут, как новенькие. Ну, почти.       – Так вот что за список ты делала..., – догадался парень.       Как только они завернули за угол и скрылись на аллее заброшенного парка, Мэгги достала пачку сигарет.       – В проклятье был лимит людей, – разъясняла она, щёлкая пальцами в попытках высечь из них искру. – Поэтому пришлось выбирать худших из худших, – заявила подруга так буднично, будто проворачивала такое каждый день.       – И сколько их там всего? – спросила Лена.       – Пятнадцать, – ответила Мэгги. Сигарета наконец затлела. Девушка деловито выдохнула сизый дым.       – О, Господи! Пятнадцать?! – заверещал Артур. – Борис тебя убьёт, – он начал ходить из стороны в сторону, обкусывая пальцы.       – Ничего он мне не сделает, я не в общине и его правилам не подчиняюсь.       – Так много? – вздохнул Артур, схватившись за голову.       – Наших обидчиков намного больше, друг мой.       – Ты долбанутая? – послышался грозный рык. Из-за деревьев показался рассвирепевший Марк. – Ты чё устроила?       Он подошёл к Мэгги в плотную и, громко сопя склонился над ней. Он даже не обратил внимание на Лену, которая пыталась осторожно отодвинуть его от подруги. Артур замер в ожидании чего-то ужасного. Он уже прокручивал в голове сцену драки между разъяренным оборотнем и неуправляемой ведьмой, совершенно не понимая, как их разнимать.       – Отвали от меня, – девушка прошипела заклятье, и Марку в лицо ударил сильный поток воздуха.       Оборотень отошёл.       – Ты правда думаешь, что это смешно? – раздражённо спросил он. – Ха-ха, они обосрались, как забавно!       – Это была не забава, – возразила Мэгги, – это была месть.       – Какая нахрен месть? – пышущий гневом парень отошёл от ребят в сторону, выдохнул и снова повернулся к Мэгги. – То, что ты сделала, нарушает все правила. Может ты скоро ещё и убивать начнёшь из мести?       – Хочешь сказать они ни в чём не виноваты? Все они буллили нас! – нахмурилась девушка.       – Можешь другим заливать про свою благородную цель, – скривился Марк. – Ты сделала это, потому что тебе нравится создавать хаос вокруг и проблемы для других! И ты сама виновата в том, что тебя задирают. Ты вечно привлекаешь к себе внимание и строишь из себя какого-то фрика, хотя на самом деле обычная девчонка, которой не хватает внимания!       – Марк…, – испуганно произнесла Лена, понимая, что вновь оказалась меж двух огней.       – А, что я не прав? – он посмотрел на всех присутствующих, ожидая согласия.       – Ясно, – вздохнула Мэгги, – ты бесчувственный кусок говна, если не понимаешь мою мотивацию.       Она докурила сигарету, положила окурок в полупустую пачку и выдохнув сказала:       – Может Лена виновата в том, что она красивая? Может Артур виноват в том, что он худой, неуклюжий и слишком добрый, чтобы дать сдачи? – юная ведьма прожигала Марка взглядом и ему впервые стало не по себе от разговора с ней. – Я наказала этих ублюдков в первую очередь за то, что они обидели самых близких мне людей. Мне хотелось, чтобы эти твари испытали чувство стыда, такое же как мы, когда они унижали нас.       – Вы знали? – Марк посмотрел на растерянных Лену и Артура.       – Они не причём, – ответила Мэгги.       – Твоё колдовство могло выйти из-под контроля.       – Только не надо меня отчитывать. Или напомнить тебе, как ты чуть прямо в школе не обратился, когда увидел, как наш одноклассник стоит к Лене «слишком» близко? Я владею своей силой намного лучше, чем ты контролируешь обращение, – Мэгги посмотрела на его удивлённое лицо и ухмыльнулась. – Тебе не понять, потому что ты типичный сын маминой подруги. Ты сильный, популярный, все тебя любят и уважают. Ты не знаешь, что такое быть слабым. В нашем провинциальном посёлке все живут по первобытным понятиям, где всё решает физическая сила. У тебя она есть, а у меня есть только колдовство. Почему бы его не использовать?       – А может быть меня любят и уважают, потому что я нормально отношусь к людям? – нахмурился Марк. – Вместо того, чтобы строить из себя непонятно кого и плеваться ядом в каждого прохожего. Если тебя кто-то обижал, почему не сказала мне?       – И ты бы что-то сделал? – фыркнула Мэгги.       – Конечно, мы ведь друзья, – спокойно ответил Марк.       Мэгги застыла. Конечно, она знала, что друзья обязательно помогли бы ей, даже Марк. Но юная ведьма была слишком гордой, чтобы просить о помощи. Как она может считать себя наследницей великой силы потомков Яги, если не способна самостоятельно справиться со школьными задирами?       – Сама же только что сказала, у меня есть сила, – парень строго посмотрел на неё. – Уж усмирить глумливых шакалов я бы точно смог.       – И чем же твой способ отличается от моего? То же самое насилие, которое, кстати, очень порицает твой отец.       – Не факт, что я сразу бы полез драться. И это уж точно не создало бы всеобщей паники, – злость в голосе Марка сменилась усталой претензией.       – Я нуждаюсь не в защите, а в правосудии. Всё, я устала объяснять очевидные вещи. Постойте, обсудите меня, поругайте, заодно решите, как именно вы сообщите об этом Борису, – Мэгги развернулась и оставив друзей в недоумении ушла прочь.       Дорога через заброшенный парк обычно являлась коротким путём до дома. Мэгги быстро шла по асфальту, испещрённому трещинами, сквозь которые пробивалась трава. Дойдя до ограды, она достала сигареты. Седой дым медленно поднимался вверх и бликовал на солнце. Девушка расхаживала под берёзой из стороны в сторону. Ей казалось, произошедшее обрадует друзей так же, как и её. Восторг от удачно проделанного проклятья совсем улетучился. Мэгги вышла из парка и направилась к дому лесников.       ***       – Ну, ты устроила конечно, – смеялся Антон, когда они сидели на кухне и пили чай.       – Я надеюсь, хотя бы ты меня поймёшь, – Мэгги отхлебнула из кружки и скосила взгляд на друга.       – Лена и Артур отреагировали не так как ты хотела? – хитро улыбнулся он, – пришла за моим одобрением?       – Да, – нахмурилась девушка. – Вдобавок Марк опять начал мне мозг выносить. Что тоже скажешь: «Самосуд – не выход»? – она сердито посмотрела на приятеля.       – Нет, я считаю, это невероятно уморительно, – хихикал Антон. – Жаль, я этого не видел, – вздохнул он. – Но ты же понимаешь, что это всё забудется, как только они закончат школу и разъедутся от сюда по универам?       – Да, но в данный момент они унижены и это греет мне душу, – злорадствовала Мэгги. – К тому же мне кажется это собьёт с них спесь, – она перебирала пальцами, держась за кружку. Кольца бились о керамику, наполняя кухню звоном.       – Я согласен, что можно применять силу к людям, если нет другого выхода, – Антон задумчиво разглядывал узоры на заварнике. – Просто иногда, особенно в какие-то эмоциональные моменты, она пугает меня. Ты чувствуешь свою мощь, но вместе с этим теряешь контроль и уже дар управляет тобой, а не наоборот.       – Ты намекаешь на то, что я могла сделать это на эмоциях и угробить пятнадцать человек?       – Да, – кивнул парень, оторвавшись от узоров, и перевёл серьёзный взгляд на подругу.       – Почти всё колдовство потомков Яги завязано на заклятьях. Пока оно не сказано, ничего не произойдёт. Моя сила не может выйти из-под контроля.       – Но ты могла сделать что-то не так во время ритуала.       – Ты такой мудрый, – натянуто улыбнулась она, – аж тошно.       – К тому же проклятье отразилось и на тебе, – Антон взял Мэгги за руку, задрав рукав рубашки. Всё предплечье покрывали синяки. – Вылечить?       – Не надо, – девушка отдёрнула руку и поспешно прикрыла свои увечья. – Это не больно.       После недолгой беседы Антон сообщил, что хочет сходить в лес и пригласил Мэгги с собой. Она не могла не согласиться, предчувствуя увлекательную прогулку. Парень всегда рассказывал или показывал что-нибудь интересное. Хоть Антон был младше на год, ей всегда казалось, что он намного старше. Её удивляло как хорошо он разбирается в людях и взаимоотношениях, хотя большую часть времени общается с растениями.       Ребята шли в приятном молчании. Иногда Антон останавливался около цветков с жёлтыми лепестками, записывая что-то в блокнот. Он следил за лесом со всей серьёзностью. Вёл журналы и таблицы учета. У него была огромная книга с рисунками и подробнейшим описанием всех сверхъестественных созданий и растений, которые обитали в Пропащино. Друг говорил, что хотел бы стать учёным, но Мэгги видела в нём талантливого иллюстратора.       Лесная чаща была неподвижной, глухой, заповедной. Сюда, возможно, никогда не заходили обычные люди. Хотелось дышать полной грудью, таким чистым был здесь воздух. Внезапно ребята наткнулись на яму посреди замшелой поляны. Антон нахмурился, подошёл к ней и, присев на корточки, запустил пальцы в мох.       – Нежить? – спросила Мэгги, с интересом рассматривая могилу.       – Да.       – Почему леший разрешает им колдовать в своём лесу?       – Они делают это не здесь. Где-то за территорией. Мертвецы сами приходят на их зов, – Антон посмотрел на след, тянущийся от ямы. – Этого призвали совсем недавно, – заключил он. – Хорошо, что они хотя бы не с кладбища их призывают. Пошли отсюда.       – Часто ты такие находишь? – спросила Мэгги, закурив. Прогулка с лесником по непроходимым чащам всегда была комфортной. По его приказу деревья и кусты сразу же расступались.       – Нет. Пока всего три.       – А что с ними происходит после? Когда они уже больше им не нужны?       – Не знаю.       Ребята решили отдохнуть на поляне, образовавшейся на месте выворота старых елей. Антон сел на замшелое бревно и глубоко вдохнул запах хвои и мокрой древесины.       – Мертвецы опасны. Почему леший их не убивает, пока они здесь, на территории леса? И откуда вообще они здесь? – Мэгги села рядом и сразу же подскочила. Бревно оказалось сырым.       – Ну, во-первых, – Антон снял камуфляжную куртку и постелил на ствол, приглашая подругу сесть, – в лесу пропадает много людей. Все они, чьи тела не нашли, лежат здесь. Во-вторых, лешему плевать. Его не беспокоят судьбы людей. Мертвецы не приносят никакого вреда лесу. Он не видит в них угрозы.       – Все хранители такие безразличные? – нахмурилась девушка.       – Да.       Антон сполз с бревна на мягкий влажный мох. Ветер слегка колыхал верхушки елей. Их мохнатые лапы резали солнечные лучи на золотые пластины.       – Хранители, боги, другая нечисть живут в другой системе координат, – Антон достал из кармана пачку арахиса и захрустел. – У них совсем другие ценности.       – Почему некоторые хранители остались здесь, а не ушли в Лукоморье?       – Не знаю. Может там больше конкуренция?       – Я в последнее время часто думаю вот о чём, – Мэгги задумчиво всматривалась в узоры сигаретного дыма. – На Земле полно других народов и у всех разные верования, совсем не похожие на наши. Нам достоверно известно, что наши боги и нечисть пришли из Лукоморья. Следов других богов и прочих мифических тварей там нет. Но Лукоморье – это всего лишь один континент. Возможно в том мире есть и другие, просто до них ещё никто не добрался. Так вот. Я всё думаю, все ли боги из мира Лукоморья и, например, просто находятся на других материках? Или же они вообще из других подобных миров?       – Ну, это ты была в Лукоморье, – с ноткой зависти сказал Антон, – тебе лучше знать. Вообще сейчас трудно понять каких богов люди выдумали, а какие правда существовали. Вот знали бы мы какую-нибудь другую нечисть, не славянскую и около того, – мечтательно улыбнулся парень, – можно было бы у них спросить. А так это всё просто схоластика.       – Неужели силу можно получить только от богов или хранителей? – нахмурилась Мэгги. – Может есть какой-то ещё способ? – девушка затушила окурок и положила его в пачку. – Вдруг раньше на Земле были целые расы, владеющие тем или иным даром, независимо от божественного вмешательства. Но потом просто ассимилировались, как многие из нас.       – Если бы была целая раса с суперсилой, – возразил Антон, – то это бы явно дало им эволюционное преимущество над обычными людьми и скорее всего сейчас она была бы господствующей.       – Но нечисть теряет силу. Вот и они так же ослабли.       – Нечисть ослабла, потому что боги вымерли.       Каждый раз, когда кто-то произносил это, внутри Мэгги всё съёживалось. О богах уже давно никто ничего не слышал, но каждый из мира нечисти был их частью. Осознание их гибели всегда отдавалось глухой пустотой внутри.       – Я вот как думаю, – продолжал парень, – люди обычные, они не владеют никакими сверх силами. Боги – материальные существа из другого мира, может планеты. Конечно, в те времена не было никакого научного подхода. Напомнить тебе, как ацтеки приняли конкистадоров за богов, потому что те были белокожие и на лошадях? Этого хватило, чтобы увидеть в них божественное. Что говорить о существах из другой вселенной. Возможно, они были похожи на нас, ведь их часто изображают антропоморфными, хотя не всегда. Может древние люди просто не могли изобразить их иначе. Возможно было несколько миров с такими существами. От сюда и разные боги у разных народов. А может они все из одного, но были очень сильно разделены территориально. Правду мы никогда не узнаем, потому что их больше нет.       – Ты хочешь сказать, что боги были типа какой-то инопланетной сверх развитой цивилизацией и пришли сюда, чтобы….чтобы что?       – Не обязательно сверх развитой. В Лукоморье же немного другие законы физики. Судя по всему, законы того мира позволяют каким-то образом проникать в другие. Так называемые боги научились это делать. Причём, возможно, это не какая-то технология, а просто умение. Потомки Яги же умеют и вам для этого не нужна какая-нибудь портальная пушка, как в Рике и Морти. А мы все – ГМО, – Антон запрокинул голову, высыпая остатки арахиса. – Я думаю, что колдовство – своеобразный мутаген. Нас грубо говоря облучили, что-то изменилось в нашей ДНК и вот я могу разговаривать с растениями, а ты насылать на людей понос.       Мэгги задумалась о своём клане. Потомки Яги активно занимались изучением колдовства. О том, как оно влияет на живые организмы, написан не один трактат. Теория о его мутагенности одна из сотни других, таких же сложных и трудноусвояемых. Мэгги осознала, что не сможет сейчас сформулировать для друга достойный ответ, ведь одна половина подобных научных трудов квинтэссенция схоластики и казуистики, а другую она просто не поняла. Задумчиво посмотрев на кроны елей, девушка спросила:       – Так для чего всё-таки они пришли сюда, в наш обычный скучный мир?       – А кто ж их знает, – пожал плечами лесник. – Может это получилось случайно. Люди их боялись, поклонялись, приносили жертвы. Кому такое не понравится? Может и не было никакой великой цели и предназначения. Поигрались и сгинули. Кто-то же раскурочивает муравейники для забавы, а потом и след простыл. А муравьишки вообще-то старались, строили.       – Ты всё как-то слишком приземляешь, – поморщилась Мэгги. – В твоей теории не остаётся ничего загадочного и волшебного.       – Ой, да загадок как раз дофига. И жизни не хватит, чтобы разобраться.       – А может быть и не надо? Пусть этот мир остаётся непостижимым и невероятным, – мечтательно улыбнулась девушка.       – Я не хочу слепо верить. Я хочу знать, – важно заявил лесник.       – Да ну тебя, – Мэгги шутливо толкнула друга в плечо, – ты портишь всю магическую романтику.