27

      Все члены семьи Рубцовых сидели за столом. После нескольких часов горячих обсуждений и перепалок Борису удалось добиться всеобщего примирения. Пустить всё на самотёк и наблюдать за тем, как домочадцы сердито переглядываются, он не мог. В это трудное и опасное время их семья должна быть дружна, как никогда. Только Ясколка в своей привычной манере отказалась рассказывать о том, что её тревожит. Но, кажется, удалось расположить её к диалогу в будущем, когда она будет готова.       У Марка никогда не было проблем с родителями. Он безмерно любил их и уважал. Бесстрашная воительница Ольга одновременно с этим была нежной и любящей матерью. Во время нападения волков-оборотней женщина закрыла сына своим телом, получив серьёзное ранение, из-за которого больше не могла иметь детей. Она пожертвовала собой не раздумывая. Так поступила бы любая мать, но это не значит, что такое нельзя считать подвигом. Сверстники точно начали бы глумиться, если бы узнали, как Марку льстит, когда его сравнивают с отцом. Конечно, не в той манере, как это делала Мэгги, а когда говорили, что он такой же надёжный, сильный и великодушный.       Впервые в жизни он серьёзно поругался с ними. К собственному удивлению Марка, это его почти не волновало. Облегчение от применения оказалось мимолётным. В глубине души он всё ещё злился, ведь родители скорее всего не сочувствовали его потере, а радовались. Марк любил Лену и ему было больно. Вскоре должно начаться собрание общины. Парень понимал, что должен быть собранным, ведь обсуждение предстоит серьёзное. Однако ни о чём больше не мог думать, кроме Лены, которая будет находится с ним в одном помещении, при этом больше не являясь его девушкой. Все уже наверняка знают об их разрыве и от этого становилось ещё паршивее, ведь получается и друзья, и родители оказались правы. На него буду искоса смотреть, как на дурака, который весь последний год только и делал, что убеждал всех в том, что они никогда не расстанутся.       Марк очнулся от раздумий, осознав, что стоит по среди своей комнаты. Борис послал его за стульями. Он и не помнил, когда в последний раз так глубоко проваливался в мысли.       – Марк.       Парень обернулся. В комнату вошёл отец, прикрыв за собой дверь.       – Я хочу кое-что тебе сказать. Прости нас, – сказал Борис, посмотрев на сына, брови которого удивлённо взметнулись вверх. – Мы не должны были лезть в твою жизнь. Кого любить и с кем встречаться – это твоё личное дело.       – Мама, так не считает, – обиженно заметил Марк, хотя ему очень не хотелось показывать своё раздражение, особенно отцу.       – С ней мы ещё об этом поговорим. Потом.       – Ладно, пап, я всё прекрасно понимаю, – вздохнул парень. – Род в любом случае не принял бы мой выбор. Наверное, так и правда легче. Тебе ли не знать.       – Именно поэтому я советую тебе бороться за любовь.       – Что? – ошарашенно спросил Марк.       – Я люблю твою маму и совершенно очевидно, что с Оксаной бы у нас ничего не вышло. Но я бы хотел понять это сам. Не потому что на меня надавили родители и род. Не потому что меня поставили в безвыходное положение, прислав невесту, которую я никогда до этого не видел, – Борис подошёл к Марку и положил ему руку на плечо. – Мне не хочется, чтобы мой сын проходил через такое. Но ты должен понимать, что защищать свою любовь будет непросто. Ты должен будешь нести ответственность за свой выбор всю оставшуюся жизнь. А самое главное, что она должна быть готова нести её вместе с тобой. Ты готов на всё ради этой девушки?       – Да, – не раздумывая ответил Марк.       – Тогда пойми, что отношения – это работа. В первую очередь над самим собой. Вы поругались и расстались. И что ты делаешь? – нахмурился отец. – Сидишь и распускаешь нюни. Ты должен пойти к ней и всё обсудить. Что ты морщишься? – усмехнулся Борис. – А ты думал, отношения – это только поцелуи и прогулки под звёздами? Нет это один огромный диалог о ваших чувствах длинною в жизнь.       – Хорошо, я понял, – просиял парень и ринулся к двери.       – Куда ты?       – К ней.       – Погоди, Ромэо, – засмеялся Борис, – у нас вообще-то собрание общины, обсуждение насущных проблем. Ты не забыл?       – А, ну да точно, – придурковато улыбнулся Марк.       – Поговоришь с ней, когда решим все дела с чудью. Дай ей немного побыть одной. И…, – Борис серьёзно посмотрел на сына, – маме лучше пока не знать об этом разговоре.       – Понял, – улыбнулся тот.       ***       Представители всех родов общины вновь собрались за одним столом. Воздух с каждой минутой становился всё тяжелее от напряжения. Все негромко переговаривались и удивлённо косились на Диму, который стоял в углу. Марк старался не смотреть на Лену, которая с самого появления не смотрела никуда, кроме пола. Мэгги тоже была поникшей. Обычно собрания вызывали у неё бурный интерес и возбуждение, но сейчас юная ведьма сидела смирно, уткнувшись в телефон. Она была напряжена, потому что думала, что все собрались обсудить не только чудь, но и её недавнюю выходку. Артур сидел рядом с ней, не выражая никакого интереса к происходящему. Под глазами залегли серые тени. Он до сих пор лунатил и качество его сна оставляло желать лучшего.       Борис встал. Голоса стихли. Прекратилась возня.       – Начинаем собрание, – гулко сказал он. – С недавних пор мы решили объединиться с потомками Яги, – мужчина кивнул в сторону Димы. – Мы хотим забыть старые обиды и направить силы против общего врага. Передаю слово.       Колдун оттолкнулся от стены и подошёл к столу.       – Хорошо, что я раньше не ходил на эти ваши собрания. От этой пафосности меня чуть вывернуло, – ухмыльнулся он.       – Говори по делу, – нахмурился Борис, еле сдерживая улыбку. Он скучал по его колкостям.       – Мой дотошный клан любит всё записывать, – колдун разложил на столе несколько потрёпанных временем листов. Все вытянули шеи, с интересом их разглядывая. – Перед вами, естественно, не оригинал. Эти документы сделаны в 1889 году, но события, о которых в них говориться, произошли в девятом веке. Был некий чудской народ, – Дима начал расхаживать по кухне. – Как именно тогда называлось их племя хрен знает. Умели воскрешать нежить, чем доставали всех своих соседей. Под их гнётом было не одно поселение беззащитных людей. Род…ммм, – Дима нагнулся к столу, чтобы подсмотреть название, – Сурь также был в их числе. И вот людям это надоело. Они собрались, вознесли молитвы своему богу, принесли кучу жертв и попросили дать им такой оберег, который остановит проклятых некромантов. И это сработало. Говорится, что к ним с неба упал дубовый идол. Этот идол в радиусе нескольких сотен километров лишал чудь силы. Причем, если на защищённой земле оказывался чудинец, которому было уже непростительно много лет, то он тут же умирал. К идолу потянулся народ. Простое сурьское поселение превратилось в процветающий город, а его жители из охотников-собирателей в воинов. Они стали отлавливать чудинских некромантов и затаскивать их на территорию своего города. Одни умирали, другие становились рабами.       – А можно ближе к делу, – раздражённо выкрикнула Оксана.       – Потерпи ещё немного. Сейчас будет самое интересное, – улыбнулся Дима. – Так вот. Чуди это всё не нравилось. Они обратились к потомкам Яги, чтобы те уничтожили злополучный оберег. Мои древние собратья согласились. И если с горем пополам выкрасть его получилось, то с уничтожением возникла проблемка. Идол-то божественный. Таким вещам не страшны ни огонь, ни вода, ни топор, ни проклятья, ни время. Потомки Яги решили, что лучше его спрятать, и не нашли места лучше, чем Лукоморье.       – Сложность в том, что ты не знаешь, где именно он находится? – спросил Савелий Иванович.       – Нет, о местоположении там как раз сказано.       – А идол этот вообще сработает? – Марина Львовна скептично подняла бровь. – Боги умерли. Где гарантия, что он всё ещё обладает силой?       – После того, как что-либо наделяют силой бога, оно продолжает работать вне зависимости от судьбы своего создателя.       – В чём же тогда подвох? – Антон с нетерпением посмотрел на колдуна.       – Во-первых на входе в пещеру, где спрятан идол, есть заклятье, которое не выпускает оттуда никого, кто туда зашел. Но с этим мы легко справимся, открыв портал. Есть и другая проблема. Люди были очень предусмотрительны и поэтому попросили сделать идол только для человеческого племени. Чудинцы доставали не только людей, но и нечисть. Кому не захочется владеть таким мощным оберегом? Отобрать его у людей было проще пареной репы. В общем, ни нечисть, ни колдуны не могут до него дотронуться. Поэтому нам понадобится твоя помощь, Артур.       Все взгляды устремились на единственного человека в комнате. Он не сразу понял, что речь идёт о нём. Его глаза округлились, бешено заколотилось сердце, а по телу пробежала неприятная судорога.       – Яяя?       – Да.       – Но...но..но ваши же предки как-то его украли, – парень задрожал. – Точно нужен человек?       – Я не знаю, как они это сделали, – сказал Дима, нахмурено смотря на бумаги, – возможно, использовали какое-то заклятье, но я о таком не слышал. А может быть для них это сделали люди, которым они заплатили или заставили. К сожалению, у нас не так много времени, чтобы разбираться в деталях.       – Не..нет. Не может быть. Я в Лукоморье? – испуганный взгляд Артура запрыгал от одного лица к другому в поисках поддержки. – Но…у вас что нет никаких заклинаний левитации или чего-нибудь такого?       – Нет, но даже если бы было, думаю на идол не действуют чары.       – Я не могу.       – Конечно, мы дадим тебе время подумать над этим, – сказал Борис.       – Но, Борис Романович, – Артур обернулся, с надеждой посмотрев на главу общины, – я не смогу. Как я? Как я там один.       – Естественно, ты не пойдёшь один, – попытался успокоить его Дима. – С тобой буду я и Мэгги. Это путешествие не должно быть опасным.       – Не бойся. С тобой ничего не случится, – Мэгги взяла его за руку и улыбнулась.       – Нет, нет, не, не, – Артур неуклюже встал из-за стола и попятился спиной к выходу, – я просто человек. Я и так луначу, а теперь ещё какие-то идолы. Я не знаю…Я не смогу, – он быстро обулся и выбежал на улицу.       Мэгги поднялась, чтобы догнать, но Дима остановил её.       – Пусть подумает. Сам.       ***       Благодаря оберегу потомков Яги, сны Артура стали спокойнее. Они всё ещё были жуткими, но теперь казались смазанными, замедленными и приглушёнными. Парень даже начал к этому привыкать и старался бороться со своим страхом. Его сны становились короче. После кошмаров даже удавалось нормально поспать, без нового приступа лунатизма. Артуру казалось, что это явный прогресс, но в этот раз что-то пошло не так. Вокруг сновали скользкие земноводные и уродливые насекомые. Они царапали тонкими лапками кожу и облизывали его, оставляя мерзкие мокрые следы. Во сне Артур осознал, что, видимо, из-за всех этих переживаний по поводу Лукоморья забыл оберег. Он сжался в комок, опустив голову между коленей. Парень старался убедить себя, что это не по-настоящему, что ему срочно нужно очнуться. Но какие бы усилия воли он не прилагал, кошмар не кончался. Среди глумливого гомона отвратительных созданий послышался голос. Тихий, еле уловимый, но явно выделяющийся из общей картины кошмара. Тонкая, нежная песня струилась и несла свет. Артур с трудом поднялся и пошёл на звук. Он расталкивал тварей локтями, пытаясь не реагировать на их слюнявые языки и укусы. Ещё чуть-чуть и он выберется из этой давки. Парень вытянул руку и, ощутив свободное пространство, потянулся вперед. Живность не спешила отпускать его и противно шипела: «Не пустим. Не пустим». Артур напрягся из последних сил и его вытолкнуло на свободу. Он почувствовал, как падает, и тут же очнулся. Парень дёрнулся. Рядом кто-то сидел и гладил его по голове. Перевернувшись на спину, он увидел Ясколку.       – Наконец-то, – облегчённо выдохнула она, отдёрнув руку.       – Что ты делаешь? – спросил Артур.       Он ещё толком не опомнился от сна, поэтому смотрел на Ясю так пристально и внимательно, что заставило девушку смущённо отвернуться. Она кашлянула и отодвинулась от него.       – Ты шёл, как обычно, потом упал и начал корчится. Это выглядело...жутко, – сморщилась девушка. – Я подумала, что тебе поможет такое. Ну, типа знаешь, – пожала плечами Ясколка, – как в фильмах.       – Фильмы не врут получается, – улыбнулся лунатик.       Прошла почти неделя с того момента, как они договорились о взаимной помощи. У Артура стало меньше царапин и выглядел он после своих ночных похождений гораздо чище. Медведица не давала ему зайти далеко, поэтому он больше не брал с собой никаких дополнительных вещей, кроме фонарика. С того дня она всего лишь раз потеряла контроль над своим обращением. Артуру пришлось сбежать с семейного ужина, чтобы помочь ей. Впрочем, он был этому рад. После того, как Артур просыпался, они вместе шли домой. Парень всегда начинал по пути какой-нибудь пустяковый разговор. Так он успокаивал себя после кошмаров. Ясколка участвовала в диалоге не охотно, но не то, чтобы совсем без интереса.       Артур сел. Воспоминания о слюнявых языках и щекотании мерзких лапок заставили его вздрогнуть. Ясколка сидела рядом с ним, вытянув босые ноги. На ней была футболка и легинсы. За спиной висел потрёпанный рюкзак.       – Тебе не холодно? – спросил Артур, поёжившись от промозглого утреннего воздуха.       – Опять хочешь отдать мне свою кофту?       – Честно говоря, нет, – ответил парень, натягивая капюшон.       – Я привыкла. Мне нравится ощущать холод, мокрую траву, запах земли, – Яся задумчиво посмотрела на верхушки деревьев. – В лесу мне очень спокойно.       Артур искренне не понимал, как может быть с покойно там, где водятся дикие звери и нечисть, но Ясколке-медведице, наверняка нигде не было страшно. Парень с интересом разглядывал её. Девушка была такой задумчиво-загадочной, что он просто не мог оторвать глаз.       – Ты сегодня долго, – сказала она.       – Кажется, я забыл оберег, – ответил Артур, отведя взгляд в сторону.       Ему хотелось спросить пользуется ли она его подарком, но что-то подсказывало, что не стоит. Яся порой очень бурно реагировала на самые банальные вещи, а Артур и так был в невероятном напряжении после сна. Девушка вытащила из рюкзака обувь.       – Ты пойдешь? – спросила она, с силой впихивая пятку в кроссовок.       – Куда? А…, – Артур удручённо вздохнул. – А у меня есть выбор?       – Есть.       – Без этого идола мы не выгоним чудь. При этом ещё и без потерь обойдёмся. Мне не хочется, чтобы кто-нибудь пострадал, сражаясь с ними, – парень согнул ноги и уткнулся подбородком в колени.       – Мне кажется тебе не стоит бояться. Дима знает, что делает.       – Просто мои сны только-только стали спокойнее. А теперь опять…       – Ты очень смелый, Артур, – сказала Яся, внимательно посмотрев на него. Даже в сумерках её глаза не теряли своей невероятной голубизны.       – Хм, – парень смущённо отвернулся, – я думал, ты скажешь, что я наоборот трус и должен был согласиться не раздумывая.       – С чего ты взял? – возмутилась она. – Все знают, что в Лукоморье опасно. Твой страх абсолютно нормален. Я уверена, что у тебя всё получится. Но всё же будь осторожен и…обязательно возвращайся, – белоснежные щёки девушки тронул румянец. – А то, кто мне будет помогать сдерживать зверя? – добавила она, сурово посмотрев на него.       – Это почти похоже на признание в любви, – улыбнулся Артур, ощущая, как горят уши.       – Придурок, – усмехнулась Яся, легонько толкнув его.       Сквозь кроны пробивались лучи солнца. Щебетали утренние птицы. Густой туман постепенно рассеивался, оседая на ветви прозрачными бусинами. Идя по мокрому мху, Артур осознал, что готов. Он обязательно постарается всем помочь. Возможно, это закалит его и поможет справиться с собственными кошмарами.