12. Идеальная.

Пока друзья рассуждали о её чрезмерной взрослости, не характерной в таком возрасте, Гермиона и сама начала задаваться вопросом, что заставило её так рано отбросить в сторону детство. Ведь, если задуматься, девочка не должна быть такой хладнокровной и предусмотрительной в свои двенадцать лет. Ей следует вести себя легко и беззаботно, пугаться странной настойчивости незнакомых людей, капризничать и, собственно, жить на полную катушку. Но уж точно не плести свои интриги и пытаться переиграть всех в их же паутине. Ответ нашёлся довольно быстро: Грейнджер старалась оправдывать ожидания родителей. И ещё, конечно же, своё дело сделали нелёгкие отношения со сверстниками. Здесь у волшебницы было только два варианта: повзрослеть задолго до нормы, чтобы сберечь себя, или бояться всего на свете, отдавшись на растерзание толпе. Она выбрала первое. Семья всегда очень сильно влияла на её поведение. Чета Грейнджер пыталась показать своей дочери всю глубину происходящего, будь то даже ставшая привычной очередная травля со стороны одноклассников. Родители учили её во всём находить свои подоплёки, ни в коем случае не думать поверхностно и, что главное, прощать. Её воспитывали быть идеальной. Никогда не пренебрегать чувствами других, даже если они ни во что не ставят твои, олицетворять собой добро и не позволять себе лишние эмоции. Неудивительно, что при всём при этом она поступила на Слизерин. Её семья очень походила на семьи чистокровных волшебников, которых с самого рождения приучали быть теми, кем хотят видеть их родственники. Гермиона являлась истинной дочерью своих родителей, за исключением одного «но»: она была крайне злопамятной. Жизнь сделала её такой. Она не могла с чистым сердцем исполнять заветы мамы и папы, так как гордость постоянно высовывала свою голову наружу. Гермиона не терпела, когда с ней игрались и ни во что её не ставили. Именно этот факт в итоге определил то, кем она стала. Настоящей собой. Потому как не умела иначе. Ей это нравилось. То, что она не была наивной девочкой, пусть ей всего двенадцать, то, что она умела быть рассудительной, когда все остальные слепо поддавались эмоциям. И пускай внезапные слёзы из-за оскорбления показывали её детскую ранимость, чувствительность, болезненность, Гермиона продолжала не уделять этому какого-то особого внимания. В конце концов, она всегда может вылить эмоции в магию. Кончики пальцев слизеринки опалило тьмой, но она этого не заметила.