Бог Амбиций

- Рядом с тобой я не тот, кем хочу быть! - в голосе Гейла гнев мешается с отчаянием и отвращением - гремучая смесь. Пальцы Иссарам скользят по плечу Гейла успокаивающе, почти нежно, и эти прикосновения странно контрастируют с ее хищной улыбкой. Он хочет отшатнуться, отбросить ее руку, но почему-то медлит. - Со мной ты сильнее. Свободнее. - Ее голос подобен патоке, сладкому, тягучему меду с горчинкой, которая то ли портит вкус, то ли оттеняет его. - Вместе мы способны на все. И Гейл подчиняется. - Рядом с тобой я не тот, кем хочу быть, - еле слышно шепчет Гейл в непроглядную темноту затянутого проклятьем неба. Эта тьма поглощает весь свет, кроме жадного сияния ее глаз, все звуки, кроме его тяжелого, сбитого дыхания, когда Исса ведет языком по очертаниям сферы на груди Гейла. К ней тени льнут, ластятся, как кошки к любимой хозяйке. И тьма, скапливающаяся в душе у Гейла, тоже тянется к Иссарам, ненадолго облегчая его собственную ношу. - Вместе мы непобедимы, - мурчит она тихо ему на ухо, ее губы мажут осторожно по чувствительной коже, и каждое прикосновение взрывается волной жара где-то в груди. И Гейл молчит. Рядом с тобой я не тот, кем хочу быть, - отстраненно думает Гейл, но больше по привычке, пустой бессмысленный ритуал, давно потерявший смысл. Кем именно он хочет быть? Что важнее, кем он может быть без нее? Иссарам протягивает ему тяжелый фолиант Анналов Карсуса, и улыбка у нее жестокая, торжествующая, манящая, и кажется, нет такой силы, которая ей не покорится, такого поворота судьбы, который она не обратит себе на пользу, такого разума, который не поддастся ее ошеломляющему напору. Она есть хаос, магия и смерть, и мир сминается и падает к ее ногам, когда она того требует. Ибо для той, что считает весь мир жертвенным алтарем своего бога, нет никаких границ, никаких сомнений и никаких правил, есть только она сама и безграничные амбиции ее Отца. Амбиции, которые погубят весь мир, если им не сможет противостоять другая, более мощная сила. И Гейл принимает фолиант из ее рук.