Глава 27: Герой и монстр

♦ ♣ ♠ ♥

Ин Хо лежал рядом с Хеджин, чувствуя напряжение каждой клеткой тела. Он слегка повернул голову к ней и тихо прошептал: — Ни в коем случае не поднимайся. Поняла? Хеджин быстро молча кивнула, в её глазах был страх и решимость. Ин Хо почти незаметно улыбнулся и добавил: — Умница. В тот же миг раздался громкий гудок из громкоговорителя. Огромные металлические двери зала начали открываться. В помещение ворвался вооружённый отряд солдат-Треугольников, ведомый Квадратом с пистолетом в руке. В зале хаос не прекращался. Даже при включённом свете некоторые игроки с яростью и отчаянием продолжали драку. Солдаты быстро рассыпались по залу, занимая позиции. Один из Треугольников поднял MP5 вверх и дал громкую очередь в потолок. Грохот выстрелов заставил всех замереть. — Руки вверх! Оружие на пол! Всем назад! — яростно кричали солдаты, наступая и оттесняя игроков. Игроки панически бросали бутылки и вилки, поднимая руки вверх. Страх мгновенно вытеснил агрессию, и они попятились назад, формируя хаотичную, испуганную толпу. Когда солдаты установили контроль над ситуацией, несколько Треугольников двинулись проверять тела игроков, лежащих на полу, используя специальный сканер. Один за другим они равнодушно проверяли мёртвых, двигаясь с холодной механической точностью. Солдат-Треугольник приблизился к лежащей на полу Хеджин. Сердце её замерло, она напряглась всем телом, задерживая дыхание и притворяясь мёртвой. Солдат, холодно и без эмоций, направил сканер ей за ухо, почти коснувшись её кожи. И в тот же миг, словно молния, Ин Хо вскочил с пола и навалился на солдата, сжимая его шею в железном захвате. Он нанёс хлёсткий удар в шею, солдат хрипло застонал, и его тело мгновенно обмякло. Треугольник потерял сознание. Тут же вся команда сопротивления «Х» словно ожила из смертельного сна, мгновенно бросаясь на ближайших солдат. В зале вновь вспыхнул хаос. Игроки отчаянно пытались вырвать оружие из рук ошеломлённых Треугольников, завязались яростные потасовки и борьба. Не теряя ни секунды, Ин Хо выхватил MP5 из рук лежащего солдата, почувствовав тяжесть оружия и прилив адреналина. В это мгновение солдат, которого удерживал Ки Хун, вырвался из хватки. Его глаза сверкнули безжалостной ненавистью, он быстро развернулся, направляя оружие прямо в голову Ки Хуна. Ин Хо среагировал инстинктивно. Он вскинул оружие и без колебаний выстрелил, пуля точно вошла в голову солдата, тело мгновенно рухнуло. Зал вновь наполнился грохотом выстрелов, криками и воплями. Солдаты начали стрелять, пытаясь вернуть контроль. Ин Хо двигался быстро и уверенно, перемещаясь к опрокинутой кровати, укрываясь за её металлическим каркасом. Он открыл подавляющий огонь, направляя очереди точно над головами солдат. Хеджин инстинктивно поползла в сторону Ин Хо, прижимаясь к полу и стараясь быть максимально незаметной. Её дыхание было прерывистым, сердце колотилось безумно быстро. Ин Хо, не прекращая стрельбу, бросил взгляд на Хеджин позади себя. Его взгляд был жёстким, но полным беспокойства. — Лежи и не высовывайся! — приказал он ей резко, поворачиваясь обратно к противнику и продолжая стрелять короткими очередями. Ки Хун, завладев оружием павшего солдата, также начал стрелять, прикрывая команду. Игроки «Х», оказавшись с оружием в руках, хаотично стреляли по солдатам. Солдаты начали отступать, пытаясь хоть как-то держать строй и отстреливаться на бегу. Но в открытом пространстве они были обречены. С каждым мгновением зал всё больше напоминал поле боя, где остатки солдат в отчаянии теснились к выходу. Ин Хо наблюдал за этим, чувствуя, как внутри нарастает холодная тревога. Он понимал, что команда Ки Хуна выиграла этот бой. Ещё немного — и его солдаты падут под огнём игроков. Он не мог позволить такому случиться. Он поднял глаза вверх, к камере наблюдения в углу зала. Незаметным жестом отдал отчётливый приказ: «Командуй отступать.» Пару секунд спустя по залу пронёсся резкий голос из громкоговорителей: — Отступление! Отступление! Всем солдатам покинуть зал! Солдаты рванули к выходу. Металлические двери начали смыкаться, сужая пространство для побега. Солдаты, почти сбиваясь в кучу, протискивались через узкую щель, едва не затаптывая друг друга. Последние отчаянно оглядывались, стреляя наугад, но всё же успели выскользнуть наружу. Все — кроме одного. Это был Квадрат. Он слишком медлил, прикрывая остальных, и теперь дверь захлопнулась прямо перед его лицом с глухим металлическим лязгом. Он ударил ладонью по двери, беспомощно закричал, с ужасом и отчаянием осознавая, что остался один. Секунду спустя он резко развернулся, прижавшись спиной к двери, готовясь принять свою смерть. — Прекратить огонь! Прекратить огонь! — закричал Ки Хун, вскидывая руки, пытаясь остановить игроков. Ин Хо напряжённо следил за разворачивающейся перед ним сценой. Он уже мысленно перебирал возможные сценарии, когда вдруг его слух уловил тихий, едва различимый голос Хеджин. — Ён Иль… Этот тихий зов резанул его сознание. Он медленно, с холодным предчувствием беды повернулся, и его сердце болезненно сжалось от увиденной картины. В паре метрах позади него стояла Хеджин — её глаза широко распахнуты, лицо побледнело. За её спиной возвышался тот самый Треугольник, которого Ин Хо недавно обезвредил, специально не убивая, потому что это был его солдат. Сейчас же этот самый солдат держал остро наточенный нож, прижатый к шее Хеджин. Лезвие слегка касалось кожи, и от малейшего движения могла пойти кровь. Ин Хо застыл, в груди поднялась холодная волна бешеной ярости. Рука крепко сжала оружие, пальцы побелели от напряжения. — Отпусти её. — произнёс Ин Хо. В его голосе была такая мощь, такой скрытый гнев, что солдат непроизвольно дёрнулся и дрожащими руками ещё сильнее прижал нож к горлу девушки. — Нет! Не подходи! Или я убью её! — голос его сорвался на крик, полон отчаяния и страха. Ки Хун приблизился к Ин Хо медленно, направив оружие на солдата, пытаясь сохранить контроль и разумность ситуации. Его голос звучал успокаивающе, пытаясь избежать крови: — Послушай меня, парень. Никто больше не должен умереть. Просто отпусти её. Мы не хотим тебя убивать. Треугольник нервно мотнул головой, отчаянно озираясь по сторонам, пытаясь оценить свои шансы: — Нет! Я не дурак, вы пристрелите меня сразу же, как я её отпущу! ВСЕМ НАЗАД! Ин Хо сделал медленный шаг вперёд, прицел оружия намертво застыл на голове солдата, но тот отчаянно прятался за Хеджин. Взгляд Ин Хо был холодным, неумолимым, голос звучал ровно и без эмоций: — Ты совершаешь ошибку. Отпусти девушку. Немедленно. Треугольник начал пятиться, осторожно двигаясь к стене позади, не давая зайти к нему с флангов. Ин Хо, не отводя холодного взгляда, медленно приближался к нему, сохраняя максимальное спокойствие внешне, хотя внутри бушевала безжалостная буря ярости. — Последний шанс. — голос Ин Хо стал ещё холоднее, взгляд пронзал солдата насквозь, — Отпусти её. — Пошёл к чёрту! — отчаянно закричал солдат. Хеджин замерла, пытаясь контролировать дрожь в теле. Она смотрела прямо в глаза Ин Хо. В её взгляде читался немой вопрос: «Что делать?» Ин Хо едва заметно показал взглядом на собственный локоть. Хеджин мгновенно вспомнила приём самообороны, которому он учил её ещё в начале Игр. На секунду она замешкалась, сомневаясь, справится ли, но увидела в глазах Ин Хо твёрдую уверенность. Он коротко кивнул. Сердце Хеджин замерло, страх на мгновение сменился решимостью. В следующее мгновение девушка резко ударила локтем назад, прямо в ребро солдату, а другой рукой отвела от себя его уже ослабевшую руку с ножом. Солдат вскрикнул от неожиданности и боли. Ин Хо не медлил ни секунды — выстрел прогремел мгновенно, и пуля с хирургической точностью пробила плечо солдата. Нож со звоном упал на пол. — А-а-а-а! — треугольник упал на колено, болезненно крича и хватаясь за раненое плечо. Ки Хун подбежал к Хеджин, проверяя её шею, не ранена ли она: — Ты в порядке? Он тебя не задел? Она судорожно кивнула, глаза её были всё ещё полны ужаса и шока. Её взгляд устремился на Ин Хо, сердце забилось быстрее, когда она поняла, что происходит. В это время Фронтмен медленно, устрашающе приближался к солдату, взгляд его был жесток и неумолим, выражение лица окаменело. Внутри него бушевала ярость — дикая, необузданная, жаждущая наказания. Он остановился прямо перед солдатом, нависнув над ним словно ангел смерти, его взгляд был полон презрения и холодной ярости. Солдат поднял на него голову, его глаза были наполнены ужасом и мольбой, он почти рыдал: — Нет… Пощади, умоляю… Ин Хо безразлично переключил режим огня на одиночный выстрел. Этот звук щелчка был словно приговор. Затем медленно поднял оружие, прицелившись прямо в голову солдату. — Я дал тебе шанс. Но ты его упустил. — холодно и безжалостно прошипел Ин Хо, палец его начал давить на спуск. Ки Хун резко вскинул голову, он явно хотел что-то сказать, но замолчал, понимая, что тот сейчас находится за пределами любых слов, эмоций и убеждений. В глазах Фронтмена не было ни малейшего сострадания. Только ярость и холодная, жестокая решимость наказать того, кто посмел угрожать его женщине. Ин Хо нажал на спусковой крючок. Прогремел выстрел. Голова солдата резко откинулась назад, тело безжизненно рухнуло на пол. Ин Хо стоял, тяжело дыша, глядя на мёртвое тело, охваченный гневом и мрачным удовлетворением одновременно. Его руки слегка подрагивали. Он обернулся к Хеджин и Ки Хуну. Глаза его были холодны, но в них читалась глубокая усталость и скрытая боль. Хеджин медленно шагнула к Ин Хо. Её ноги казались ватными, тяжёлыми от всего ужаса этой ночи, сердце до сих пор билось так, будто готово было разорваться. Она смотрела на него, и в её глазах отражалась целая буря чувств — облегчение, нежность, боль, страх. Она подошла совсем близко и, не говоря ни слова, осторожно, но крепко обняла его, прижавшись всем телом, словно ища защиты от всего мира. Её руки крепко обхватили его спину, пальцы вцепились в ткань футболки. Она уткнулась лицом в его шею. Ин Хо мгновенно откликнулся на её прикосновение, словно только и ждал этого момента. Его руки мягко и бережно сомкнулись на её хрупкой фигуре, притягивая ещё ближе, прижимая к себе так, будто он хотел укрыть её от всего, что могло причинить ей боль. — Всё уже позади. — тихо прошептал он ей, его голос звучал с хрипотцой. Дыхание Хеджин стало чуть более спокойным, она постепенно расслабилась в его объятиях. Ин Хо невольно закрыл глаза, на мгновение позволяя себе просто почувствовать её рядом, забыть обо всём. Его губы коснулись её виска — нежно, осторожно, едва ощутимо, но в этом простом жесте была вся его душа, вся та любовь, которую он уже не мог скрывать даже от самого себя. Взгляд Ин Хо встретился с глазами Ки Хуна. Лицо того было серьёзным. Ки Хун коротко, но отчётливо кивнул ему, признавая, что сейчас самое правильное — дать им это мгновение уединения, пусть короткое, но столь необходимое обоим. Он развернулся и тихо отошёл в сторону. Оставшись вдвоём, Хеджин тихо, едва слышно прошептала ему на ухо: — Спасибо, что спас меня… Снова. — её голос дрожал. Он погладил её по спине, успокаивая, даря ей ощущение безопасности и защищённости, стараясь передать без слов то, что не мог выразить вслух. Хеджин почувствовала, как по её щеке скатилась одна горячая слеза.

♦ ♣ ♠ ♥

Внезапно тишину в зале прорезал резкий крик: — Какие же вы твари! — голос игрока 047 звучал надрывно, полон отчаяния и злобы. Все взгляды мгновенно устремились на него. 047 стоял среди хаоса, его тело содрогалось от ярости, руки дрожали, но оружие он держал крепко. — Посмотрите вокруг! — продолжил он, резко вскинув руку, сжимая захваченный автомат. Он с отчаянием оглянулся по сторонам, показывая свободной рукой на тела убитых, на кровь, растекающуюся по полу. Трупы лежали в неестественных позах, в глазах застыли ужас и боль, кровь ярко блестела под безжалостным светом ламп. Эта сцена была отвратительной и жестокой до тошноты. — Разве так ведут себя люди? Вы хуже животных! — срываясь на крик, повторил он, готовый в любой момент нажать на спуск и расстрелять толпу "О", — Вы заслуживаете смерти за то, что натворили! Хеджин замерла, всё тело напряглось от ужаса происходящего. Ки Хун мгновенно бросился к 047, выставив руку вперёд: — Стой! Не надо! — прокричал он, — Опусти оружие! Игрок 047 повернул к нему взгляд, в котором смешались ярость, недоумение и боль. Он тряхнул головой, будто не веря услышанному: — Ты разве не видишь, что они сделали?! — Он снова ткнул оружием в сторону трупов. — Ты видишь это? Видел этих людей в крови? Они все погибли из-за этих мразей! Эти звери не заслуживают жить! Ки Хун сделал ещё шаг ближе, его голос стал увереннее и жёстче: — Послушай меня. Мы не для этого забрали оружие. Если мы сейчас убьём их, то чем будем лучше тех ублюдков в масках? Чем будем лучше тех, кто заставляет нас играть в эти жестокие игры? Наступила напряжённая тишина. Ки Хун и 047 смотрели друг на друга, словно сражаясь взглядом. Остальные игроки замерли, не решаясь вмешиваться. Ин Хо молча смотрел на Ки Хуна, внешне оставаясь непроницаемым, но внутри него бушевала буря. Он слышал слова Ки Хуна. В голове Ин Хо прозвучал горький, циничный ответ: «Ты всё ещё не понял, Ки Хун? Ты так наивен. Ты слишком веришь в людей. Посмотри вокруг. Человечность исчезает в первый же миг, как только на кону оказываются деньги.» Ин Хо глубоко вздохнул. Тем временем, Ки Хун сделал ещё один шаг ближе к 047, и его голос стал твёрже: — Опусти оружие. Пожалуйста... Игрок 047 смотрел на него широко раскрытыми глазами, грудь его тяжело вздымалась, оружие дрожало в его руках. Он выдохнул и отступил, в его глазах блестели слёзы. Хеджин осматривала зал. Её взгляд скользил по мёртвым телам, по кровавым пятнам, по испуганным лицам выживших. Картина была невыносимой. Она тихо, почти шёпотом, спросила Ин Хо: — Как люди могут дойти до такого? — голос её дрожал, был наполнен ужасом и печалью. Ин Хо посмотрел на неё, его глаза были холодными, но на мгновение в них мелькнула едва заметная тень горечи и сожаления. Он тихо ответил: — Люди всегда такими были. Просто не каждый это признаёт, пока не оказывается в ситуации, когда терять уже нечего. Хеджин вздрогнула от его слов и инстинктивно сжала его руку. Она перевела взгляд на Ки Хуна, который стоял, удерживая игрока 047 от роковой ошибки. В её сердце боролись ужас и желание верить, что где-то глубоко внутри люди всё ещё могут быть лучше этого кошмара. Хеджин тихо прошептала, словно самой себе: — Должен же быть другой путь... Ин Хо также тихо ответил: — Возможно... Но его никто не нашёл. Он слегка сжал её руку в жесте поддержки и успокоения, но внутри себя продолжал горько думать: «Людям всегда нужны деньги, власть, влияние. И ради этого они переступят через всё — даже через собственную человечность».

♦ ♣ ♠ ♥

      Ки Хун резко повернулся к залу, глаза его горели решимостью. Он набрал воздуха в лёгкие и громко прокричал: — Люди! Не надо бояться! Всё кончено! Мы не причиним вам вреда! Рядом с ним встал Чон Бэ, который широко развёл руки, успокаивая жестом, и тоже громко крикнул: — Всё закончилось! Можете выходить! Никто вас не тронет! Сначала ничего не происходило. Но постепенно игроки начали осторожно вылезать из своих укрытий, бросая тревожные взгляды на тех, кто держал оружие. Хеджин внимательно осмотрела зал, пытаясь найти глазами знакомые лица. Внезапно она увидела, как из-под кровати медленно выбирается Чжун Хи. Девушка была бледна, её лицо покрыто следами слёз, но она была цела. Ей помогал подняться игрок 333, осторожно поддерживая её под локоть. Глаза Хеджин встретились с глазами Чжун Хи. На секунду обе замерли, всматриваясь друг в друга, а затем обменялись горькими, полными облегчения улыбками. В этих улыбках была благодарность за то, что они обе уцелели, и грусть от осознания, что многим другим это не удалось. Ин Хо мягко дотронулся до талии Хеджин, чуть подталкивая, побуждая идти с ним. Они медленно подошли к Ки Хуну. Ин Хо негромко и устало спросил: — Какой у нас план? Ки Хун на мгновение замолчал, словно собираясь с мыслями, его взгляд медленно обвёл зал, оценивая обстановку. Наконец он решительно ответил: — Для начала нам нужно собрать оружие и патроны. Всё, что можно использовать. Хеджин кивнула, не дожидаясь дополнительных указаний. Она развернулась и пошла к ближайшему телу Треугольника. Остальные участники сопротивления тоже начали осторожно расходиться по залу, собирая оружие и патроны. Хеджин подошла к телу солдата, лицо которого было скрыто маской. Тот лежал с раскинутыми руками. Она опустилась на корточки и принялась вытаскивать обоймы из карманов. Пальцы двигались машинально. «Не думай. Просто делай.» — она заставляла себя сосредоточиться лишь на механическом действии, стараясь не думать о том, что это был когда-то живой человек. Собрав магазины, она встала и направилась к следующему телу. Хеджин опустилась рядом с ним на одно колено и вновь начала ощупывать карманы. Внезапно солдат, лежащий перед ней, слабо дернулся и тихо, хрипло выдохнул: — Помоги мне… Хеджин вздрогнула, сердце пропустило удар от неожиданности и испуга. Мужчина ещё был жив, из его бока сочилась тёмная, густая кровь, образуя под ним липкую лужу. Она замерла на мгновение, глядя на него с широко раскрытыми глазами, потом медленно протянула руку и сняла с него маску. Под маской оказалась чёрная балаклава с прорезью для глаз. Солдат снова тихо простонал, его голос был слабым, полным отчаяния: — Помоги… — снова прошептал он. — Пожалуйста. У меня… У меня семья. Маленький ребёнок… Я не хочу умирать… Он с огромным усилием слабо провёл рукой по своей груди, словно что-то пытаясь показать. Хеджин внимательно проследила за его движением и осторожно открыла карман на его форме. Её пальцы нащупали что-то тонкое. Она вытащила предмет и в удивлении замерла — в её руках оказалась фотография. На фотографии была молодая девушка с ребенком на руках. Они улыбались, их глаза светились счастьем и надеждой на будущее. Сердце Хеджин сжалось, дыхание перехватило от тяжести осознания происходящего. Она перевернула фотографию. На обороте аккуратным, нежным почерком была сделана надпись: «Любимому мужу и папе. Мы тебя ждём.» Она сглотнула комок, застрявший в горле. Жестокая реальность Игр снова обрушилась на неё. Солдат, чуть приподняв голову, снова прохрипел, с отчаянием, с надеждой, глядя на неё: — Пожалуйста… помоги… — снова прохрипел он, его глаза были полны мольбы. — Я просто выполнял приказ… Она молча посмотрела на него. Её лицо застыло, перестало выражать эмоции. Она перевела взгляд на его окровавленную форму, на оружие, лежащее рядом. И вспомнила. Вспомнила крики. Расстрелянных игроков. Молитвы о пощаде, которые солдаты игнорировали. Вспомнила, как этот отряд заходил в зал с поднятыми стволами. Хеджин медленно повернула голову к нему, её глаза наполнились холодом, голос звучал низко: — А сколько людей умоляло тебя о помощи, когда ты расстреливал их? — в её голосе была сталь, — Скольким ты помог? Он судорожно сглотнул, в его глазах читался страх. Он лишь беспомощно смотрел на неё, не в силах ничего сказать. Хеджин посмотрела на фотографию ещё раз… сжала губы и осторожно вложила фотографию солдату в ладонь. Потом мягко зажала его пальцы в кулак вокруг фотографии. — Мне очень жаль… твою семью. — сказала она твёрдо, глядя ему в глаза, — Но не тебя. Она медленно поднялась, забрала патроны и отошла к следующему телу, не оглядываясь назад. Она шла дальше, разум яростно пытался отбросить прочь воспоминание об этом солдате и его фотографии. В душе бушевал безжалостный вихрь — сострадание и ненависть. Хеджин снова глубоко вдохнула и продолжила обыскивать тела солдат, стараясь не думать о том, кем они были раньше.

♦ ♣ ♠ ♥

      Игроки сопротивления выстроились в ряд. За их спинами был главный вход — те самые массивные двери, через которые раньше входили и выходили солдаты в розовых комбинезонах. Ки Хун шагнул вперед к игрокам зала. Его взгляд был суров, решителен, словно он готовился вести воинов в битву. Он медленно обвёл всех взглядом, стараясь поймать глаза каждого. — Сейчас мы поднимемся наверх, к контрольному пункту, — начал Ки Хун громко и отчётливо. — Там находятся те, кто заставил нас убивать друг друга. Мы захватим их и потребуем свершения правосудия! Мы заставим их ответить за всё! Игроки начали перешёптываться, обмениваться взглядами. — Кто умеет обращаться с оружием — присоединяйтесь! — решительно добавил Ки Хун. Несколько игроков, подумав, начали подходить к лежащему на полу оружию. Отряд сопротивления постепенно пополнялся. Хеджин решительно шагнула вперёд и протянула руку к лежащему на полу MP5, но тут же почувствовала, как чьи-то пальцы крепко и властно сомкнулись на её запястье. — Нет. — резко произнёс Ин Хо, его голос был напряжённым. В его глазах горело беспокойство, а пальцы болезненно сжимали её руку, — Ты никуда не пойдёшь. Хеджин резко повернулась к нему, в её взгляде сверкнул вызов и упорство: — Я хочу помочь, Ён Иль. Я не собираюсь просто сидеть и ждать. Он стиснул зубы, его лицо стало ещё более суровым. Ему не нравилось её упрямство. Сейчас ему не нравилось вообще всё, что могло поставить её в опасность. Ин Хо сделал шаг к ней, не отпуская её запястья. — Ты умеешь обращаться с оружием? Ты хоть раз стреляла? — спросил он жёстко, глядя прямо в её глаза. Хеджин на мгновение замешкалась, сердце болезненно сжалось от осознания собственной беспомощности. Она отвела взгляд в сторону: — Нет, — признала она нехотя, — Но… Я не хочу быть бесполезной. Я хочу хоть чем-то помочь. Ин Хо резко вдохнул, на мгновение отвернувшись, словно собирался с мыслями. Затем без слов потянул её за собой к стене, где лежала перевёрнутая кровать, которая давала немного уединения от толпы игроков. Он резко прижал её спиной к холодной стене. — Послушай меня, — тихо и жёстко сказал он, склоняясь близко к её лицу, — Ты поможешь, если останешься в безопасности. Просто останься здесь. Его голос надломился на последних словах, а взгляд стал почти умоляющим, хотя Ин Хо явно не собирался показывать свою слабость. Хеджин продолжила с сомнением в голосе: — Почему ты уверен, что здесь безопасно? Почему солдаты не нападут на тех, кто остался? Он резко выдохнул, глаза потемнели. Ин Хо не хотел отвечать на эти вопросы. Он не мог сказать ей правду. Не давая ей возможности задать ещё один вопрос, он резко, почти отчаянно накрыл её губы своими, словно хотел заглушить ими её голос. Его поцелуй был грубым, страстным, требовательным. Он прижал её к холодной стене, руки властно обхватили её талию, притягивая ещё ближе. Губы двигались настойчиво, словно жадно пытаясь запомнить вкус её губ. Хеджин задохнулась от неожиданности, но почти сразу ответила на поцелуй с таким же отчаянием. Она тихо застонала ему в губы, тело инстинктивно выгнулось к нему, её пальцы судорожно вцепились в его футболку, притягивая его к себе ближе. Его губы скользнули вниз к её шее, горячо и властно целуя нежную кожу, оставляя на ней ощутимые следы. — Ён Иль… — её голос был дрожащим, полным желания и страха одновременно. Она задрожала, запрокинув голову, её пальцы зарылись в его волосы, слегка потянув их в ответ на эти дерзкие, обжигающие прикосновения. Он прошептал между поцелуями, его голос был хриплым, срывающимся от эмоций: — Я не могу позволить тебе пострадать. Не смогу. Слышишь? Его губы прошлись вверх по её шее, до чувствительной мочки уха, дыхание обожгло кожу: — Ты нужна мне целой и невредимой… Она вздрогнула и почти шёпотом ответила, её голос дрожал от напряжения и беспомощности: — Я не могу просто ждать, когда ты снова рискуешь жизнью… Ин Хо остановился, отстранившись совсем немного, чтобы заглянуть в её глаза. В его взгляде смешались боль, нежность и мрачная решимость. Он медленно коснулся её щеки, нежно погладил большим пальцем линию скулы: — Просто доверься мне, Хеджин. Я прошу тебя. Она горько усмехнулась, её глаза наполнились тревогой и едва сдерживаемыми слезами: — Довериться тебе… — прошептала она, но её взгляд стал мягче. — Хорошо… Я останусь здесь. Но только пообещай мне… Её голос сорвался на тихий шёпот, полный страха и надежды: — Пообещай, что вернёшься живым. Он приблизился снова, нежно коснувшись её губ своими, на этот раз мягко, почти бережно, и затем прижался лбом к её лбу, закрывая глаза. Его голос звучал тихо, твёрдо: — Я обещаю, что вытащу тебя отсюда. А потом… — он улыбнулся чуть грустно, словно позволяя себе на секунду помечтать о будущем, — Я обещал тебе свидание, помнишь? С самым вкусным кукси в чёртовом Сеуле. Она тихо рассмеялась, сквозь слёзы, которые наконец прорвались из глаз, погладив пальцами его щёку. И прежде, чем Хеджин успела что-то сказать, он прижал её губы своими — медленно, глубоко, словно закрепляя сказанное. Внезапно их прервал резкий, нервный зов: — Ён Иль! — голос Чон Бэ звучал настойчиво и взволнованно. Ин Хо резко повернул голову, взгляд его вновь стал серьёзным. Он увидел Ки Хуна и Квадрата, уже вышедших за дверь, за ними следовали Дэ Хо и другие игроки. Чон Бэ стоял у двери, нетерпеливо смотря в сторону Ин Хо. — Мне пора. — сказал он тихо, но твёрдо, глядя Хеджин в глаза. Она не смогла ответить сразу, сердце болезненно сжалось. Вместо слов она осторожно наклонилась и нежно поцеловала его в щёку, стараясь вложить в этот простой жест все свои чувства. — Я буду ждать тебя здесь. — тихо произнесла она, её голос чуть заметно дрожал. Ин Хо задержал на ней взгляд, полный невыразимой боли и нежности, затем быстро развернулся и побежал к Чон Бэ. Чон Бэ встретил его взволнованным взглядом: — Готов? Ин Хо просто прошёл мимо. Голос его прозвучал холодно и решительно: — Идём. Он быстрым, уверенным шагом двинулся по коридору догоняя остальных. Лицо его вновь стало холодным и бесстрастным, будто все эмоции остались в том зале вместе с Хеджин. С каждым шагом Ин Хо сильнее осознавал, что заигрался. Он дал Ки Хуну слишком много свободы, а себе позволил увлечься эмоциями, которые пробуждала в нём Хеджин. Ин Хо ускорил шаг, взгляд стал ледяным, безжалостным. Он снова превращался в того, кем был — в человека в чёрной маске. Его рука крепко сжала MP5, и он уверенно пошел по лестнице наверх к Ки Хуну, готовый исполнить свою последнюю роль в этой кровавой пьесе.

♦ ♣ ♠ ♥

      Отряд сопротивления медленно продвигался по розовой лестнице, ведущей вверх, к контрольному пункту. На пролетах всё ещё стоял запах пороха и крови — совсем недавно здесь гремела короткая, но ожесточённая перестрелка с солдатами. Стены были усеяны дырками от пуль, по полу валялись стреляные гильзы. Однако вопреки ожиданиям, противник оказался малочисленным. Слишком малочисленным. Ки Хун двигался впереди отряда, плечи напряжены, взгляд сосредоточен, пистолет направлен в спину молодого парня-Квадрата. Позади него следовал Ин Хо. Внешне он казался таким же, как остальные — сосредоточенным, настороженным, готовым к бою. Но внутри него горел гнев и раздражение, которые усиливались с каждой разбитой камерой. Игрок 120, высокая девушка, двигалась стремительно, выцеливая камеры меткими, одиночными выстрелами. Очередной глухой звук разбитого стекла заставил Ин Хо стиснуть зубы от едва сдерживаемой ярости. «Проклятье. — мысленно зарычал он, глаза его сузились от раздражения. — Хватит бить камеры!» Он отчаянно пытался сохранить внешнее спокойствие, чтобы не вызвать подозрений у других, но каждая уничтоженная камера лишала его возможности дать сигнал, указать своим людям на планируемый маршрут отряда. Вопрос, который раз за разом гневно звучал у него в голове: «Где, чёрт побери, все остальные солдаты?! Почему никто не встречает?! Что за идиоты!» Он знал протокол, знал, как должны действовать солдаты в случае побега игроков, и это тревожное молчание и отсутствие подкрепления казались не просто странными. От этой неопределённости его охватывала тревога. Он не любил терять контроль, не любил быть в неведении. Это сводило его с ума. Но сейчас, в окружении игроков, он не мог дать волю чувствам и раскрыть себя. Отряд сопротивления продвигался по яркому и неестественно сюрреалистичному лабиринту лестниц и коридоров, окрашенных в вызывающие розовые, бирюзовые и жёлтые цвета. За очередным поворотом, открылся длинный прямой коридор. Ин Хо замер. Он точно знал это место: это была дорога к зоне администрации. Ки Хун вдруг резко остановился, его дыхание было тяжёлым, злость отчётливо читалась на его лице. Он грубо схватил Квадрата за капюшон и с силой развернул к себе, заставив того вздрогнуть от неожиданности. — Сколько нам ещё идти?! — жёстко прорычал Ки Хун, пристально глядя прямо в глаза солдату. — Ты просто водишь нас за нос! Глаза Квадрата расширились от страха. Его голос был слабым и дрожащим: — Нет-нет! Я клянусь, мы почти пришли! За той дверью начинается зона администрации! Квадрат в панике сглотнул и затрясся, пот струился по его лбу. Его руки дрожали, когда он потянулся в карман за маской с белым квадратом. — Вам нужна маска, чтобы открыть дверь. Ин Хо стоял чуть позади Ки Хуна, его лицо было бесстрастным, но внутри всё кипело от ярости. Он пристально смотрел на солдата из-за плеча Ки Хуна, его челюсти были сжаты так, что желваки ходили ходуном. В его глазах была холодная угроза, и солдат вдруг поднял голову и встретился взглядом с Ин Хо. Глаза Квадрата мгновенно расширились от шока и ужаса. Он узнал лицо, глаза, взгляд — это был Ведущий. Ин Хо понял это мгновенно и мысленно обратился к солдату: «Скажешь хоть слово — ты труп.» Но в следующее мгновение раздался громкий выстрел. Голова Квадрата резко дёрнулась в сторону, и из виска брызнула яркая алая кровь. Ин Хо инстинктивно отреагировал схватив Ки Хуна за воротник толстовки "456" и рывком утянув за ближайшую стену, спасая его от града пуль, внезапно хлынувших с противоположной стороны помещения. — Ложись! — закричал Ин Хо, прижимая Ки Хуна к стене и вскидывая оружие, открывая ответный огонь. Но стреляя нарочно мимо солдат. Игроки сопротивления в панике начали искать укрытия, пригибаясь и стреляя наугад. Стены вокруг них начали покрываться сколами и следами от пуль, осыпая их мелкими осколками штукатурки и пыли. Ин Хо быстро выглянул из-за стены и с удовлетворением отметил, что солдаты заняли идеальную позицию: они держали верхние площадки, стреляя вниз под углом, превращая коридор, в котором оказалась группа Ки Хуна, в настоящую смертельную ловушку. Ки Хун, тяжело дыша, прижался к стене: — Всем держать позицию! — рявкнул он, перекрикивая свистящие вокруг пули и оглушительный грохот автоматов. — Мы с Чон Бэ идём в зону администрации! Держите солдат! Ин Хо коротко кивнул, стиснув зубы от напряжения и внутренней ярости. Ки Хун вместе с Чон Бэ быстро рванули вперёд, пригибаясь и исчезая за углом коридора. Пули с грохотом продолжали врезаться в стены, выбивая глубокие щербины и рассыпая вокруг каменную пыль. Ин Хо прижался спиной к стене, стараясь не высовываться из укрытия. Он глубоко дышал, пытаясь понять, как выбраться отсюда живым и не раскрыть себя. Его размышления прервал внезапный вопль, полный боли и ужаса. Совсем рядом, буквально в метре от него, игрок рухнул на пол, схватившись за предплечье, из которого быстро текла тёмно-красная кровь. — А-а-а! Чёрт! — в отчаянии закричал игрок, глядя на рану широко раскрытыми от ужаса глазами. — Кто-нибудь, помогите! Вздохнув, Ин Хо принял решение. Он быстро подполз к раненому, пригибаясь к полу, чтобы не стать мишенью для своих же солдат. Игрок смотрел на него с надеждой и ужасом одновременно. — Помоги, умоляю, я не хочу умирать… — прошептал парень, задыхаясь от боли. — Покажи руку! — властно приказал Ин Хо, хватая игрока за плечо и осторожно разворачивая его руку к себе, оценивая степень ранения. Рана была серьёзной. Пуля прошла сквозь ткани предплечья, порвав артерию. Кровь текла толчками, обильно стекая по руке. Резко выдохнув от раздражения, Ин Хо схватил нижний край своей футболки и оторвал длинную полоску ткани, которую можно было использовать как импровизированный жгут. — Это должно помочь. — быстро сказал он, уже плотно скручивая ткань. Игрок смотрел на него с надеждой и страхом одновременно, губы дрожали. — Слушай меня. — Ин Хо держал ткань наготове, глядя игроку прямо в глаза, — Сейчас будет очень больно, но иначе не остановить кровотечение. Ты понял? Игрок судорожно кивнул, его глаза наполнились слезами, но он мужественно сжал зубы и ответил: — Делай, что надо. Ин Хо резко и жёстко затянул ткань выше раны, создавая максимально сильное давление на повреждённую артерию. Игрок заорал так, будто из него вырвали душу: — А-А-А-А-А-А-А-А-А! — его тело содрогнулось, он сжал зубы, глаза закатились от мучительной боли. — Всё, сейчас кровь замедлится. — чётко и уверенно сказал Ин Хо, закрепляя ткань узлом, его пальцы были в крови, но руки действовали с холодной решимостью. Игрок слабо кивнул, его лицо исказилось в болезненной гримасе, но кровотечение значительно замедлилось. По рации внезапно раздался крик Чон Бэ: — Мы возле комнаты управления! Пришлите подкрепление, быстрее! Нам нужна помощь! Ин Хо резко повернулся, мгновенно оценивая ситуацию. Он крикнул, стараясь перекрыть шум боя: — Вы слышали?! Им нужна помощь! Кто со мной?! Трое игроков одновременно подняли головы и решительно кивнули: — Я иду! — Я тоже! — И я с вами! Ин Хо кивнул им, чувствуя, как в груди нарастает странное, мрачное удовлетворение. Эта битва должна была закончиться именно по его сценарию. — Тогда за мной! — резко приказал он, не оглядываясь, направляясь к выходу из-под огня и ведя за собой трёх игроков к зоне администрации, где Ки Хун и Чон Бэ ждали поддержки. Ин Хо вёл игроков по коридору к зоне управления, в голове прокручивая одну единственную мысль: «Твоя революция захлебнётся кровью, Ки Хун. Ты слишком далеко зашёл.»

♦ ♣ ♠ ♥

      Хеджин сидела рядом с Чжун Хи, спиной опираясь о холодный металлический каркас кровати. Они молчали, и тишина эта была даже страшнее, чем далёкие, приглушённые звуки перестрелки. Лицо Хеджин было бледным, а руки нервно теребили край рукава толстовки с номером "001". Чжун Хи тихо, почти шёпотом, произнесла: — Выстрелов… стало меньше. Слышишь? Хеджин вздрогнула, её взгляд поднялся и встретился с напряжёнными, полными страха глазами Чжун Хи: — Это значит, что они побеждают… или… Она не договорила. Внезапно в зал ворвался Де Хо — лицо его было искажено паникой, дыхание сбито, глаза широко раскрыты и полны ужаса. Его форма была испачкана пылью и кровью, а руки дрожали так, что он едва мог удержать оружие. Он быстро подбежал к одному из мёртвых солдат и начал яростно, в полном отчаянии, обыскивать его форму. Руки скользили по телу солдата, лихорадочно пытаясь найти что-то важное. Хеджин вскочила. Она подбежала к нему, опускаясь рядом на колени, её голос прозвучал резко и тревожно: — Де Хо, что случилось? Он поднял на неё глаза, на секунду замерев, словно пытаясь вспомнить, как говорить: — Н-нужны патроны… У нас закончились… Их слиш… слишком много! Нам конец, если мы не найдём патроны! Он поднял дрожащую руку и указал на скрытый карман на бедре у убитого солдата: — Вот здесь, в этих карманах… дополнительные обоймы. Хеджин быстро кивнула: — Поняла! Она мгновенно побежала к ближайшему трупу солдата и начала быстро обшаривать его форму. Она наконец нащупала магазин и вытащила его. Другие игроки команды «Х», увидев происходящее, начали быстро подниматься и присоединяться к ним. Теперь уже несколько человек судорожно обшаривали тела солдат, пытаясь найти заветные боеприпасы.

♦ ♣ ♠ ♥

      Ин Хо с тремя игроками пробирался по узкому, тёмному коридору. Наконец, группа добралась до Ки Хуна и Чон Бэ. — Нам здесь не пробиться, Ён Иль, — резко выкрикнул Ки Хун, перекрывая шум стрельбы, — Они слишком хорошо укрепились на лестнице. Ин Хо быстро осмотрел пространство, оценил ситуацию и, не колеблясь, сказал уверенно: — Оставайтесь здесь. Мы обойдём их с тыла и выбьем с лестницы. Ки Хун коротко кивнул. Ин Хо собирался развернуться, как вдруг что-то остановило его. Ки Хун крепко сжал плечо Ин Хо. Ин Хо замер на мгновение, обернувшись, поражённый этим жестом. Ки Хун вытащил из кармана запасной магазин и молча протянул его Ин Хо. В глазах его было что-то глубокое, отчаянное, почти братское. Он смотрел прямо в лицо Ин Хо — смотрел с такой неподдельной верой, с такой непоколебимой уверенностью. — Возьми. Тебе понадобится. — произнёс Ки Хун спокойно, но твёрдо. Ин Хо застыл, глядя на протянутую обойму. В голове проносились мысли холодные и циничные: «Ты серьёзно, Ки Хун? Я столько раз практически выдавал себя, столько раз выступал против тебя, а ты всё ещё веришь мне? Ты и правда настолько наивен?» Он поднял взгляд и встретился глазами с Ки Хуном. В этих глазах была такая бесконечная вера, такая искренняя решимость, что Ин Хо на мгновение почувствовал укол вины, что-то похожее на совесть. — Ты уверен? — спросил Ин Хо с лёгкой хрипотцой в голосе, будто проверяя Ки Хуна на прочность. Ки Хун кивнул твёрдо, почти спокойно: — Абсолютно. Ин Хо медленно, с тяжёлым выдохом, взял обойму из рук Ки Хуна и тихо произнёс: — Спасибо. Это простое слово было произнесено так, будто он только что принял на себя тяжкий груз. Ки Хун коротко улыбнулся ему — это была улыбка доверия и надежды, которая заставила что-то неприятно сжаться в груди Ин Хо. Ин Хо отвернулся, внутренне проклиная себя за секундную слабость, и быстро дал знак рукой своим трем товарищам: — За мной. Игроки коротко кивнули, готовые двигаться дальше. Ин Хо быстро двинулся по коридору, оставляя Ки Хуна и Чон Бэ позади.

♦ ♣ ♠ ♥

      Тем временем Хеджин напряжённо наблюдала, как Де Хо, только что выбежавший за дверь, резко вернулся назад. Он метнулся в тень кроватей к стене, тяжело дыша и отчаянно озираясь, словно видел кошмар наяву. Сердце Хеджин сжалось от тревоги, и она быстро бросилась к нему. — Де Хо! Что случилось?! — резко спросила она, подбегая к парню и хватая его за плечо, пытаясь поймать его взгляд. — Я не могу... Я... Я просто не могу… — он дрожал всем телом, лицо побледнело, а в глазах застыл чистый ужас. Хеджин сжала зубы от досады и резко выругалась себе под нос. — Де Хо, послушай меня, — сказала она жёстко, заставляя его посмотреть на неё. — Как мне добраться до Ён Иля и Ки Хуна? Где они сейчас? Де Хо попытался вдохнуть, и его голос зазвучал чуть увереннее, хотя дрожь не проходила: — Камеры… по пути все разбиты. По лестницам наверх…, по гильзам найдёшь… Хеджин быстро кивнула и без колебаний схватила толстовку, наполненную обоймами, и побежала к выходу. Она выбежала в коридор. Страх был подавлен отчаянной решимостью. Хеджин бежала по узкому коридору, ориентируясь на разбитые камеры. Под ногами уже начали появляться пустые гильзы. Значит, она движется верно. Преодолев лестничный пролёт, она резко повернула за угол, но сердце мгновенно замерло — в нескольких метрах перед ней стоял Треугольник, в руках у него блестело оружие. — Чёрт! — выдохнула она, мгновенно отскакивая назад за угол. Через секунду в коридоре раздался резкий звук автоматной очереди, пули ударились о стену, осколки штукатурки обожгли её щёку. Она отчаянно пыталась сообразить, что делать дальше, когда позади услышала тихие шаги. Она резко развернулась. За её спиной стоял ещё один Треугольник, молча, бесстрастно направивший на неё ствол: — Бросай! Бросай всё на пол! Руки вверх! Хеджин застыла, всё её тело парализовало страхом и безысходностью. Медленно, подчинившись приказу, она разжала пальцы, толстовка упала на пол с тихим стуком магазинов. Руки медленно поднялись вверх. Она чувствовала, как подступают слёзы ярости и отчаяния. Её окружали двое, пути назад не было. Хеджин закрыла глаза, пытаясь хоть как-то приготовиться к неизбежному выстрелу. Один из солдат, стоящий перед ней, уже взял прицел, но внезапно другой резко его остановил, схватив за ствол: — Стой, придурок! — прошипел он своему напарнику тихо, сдавленно. — Ты хоть понимаешь, кто это? Хочешь пулю в лоб от него получить? Хеджин не открывала глаз, дыхание перехватило от страха и растерянности. Но прежде чем она успела что-то понять или предпринять, ей в затылок прилетел удар. Перед глазами всё потемнело, сознание погрузилось в черноту.

♦ ♣ ♠ ♥

      Ин Хо осторожно выглянул из-за угла вверх по узкой, тускло освещённой лестнице. Сверху отчётливо слышались выстрелы солдат, которые держали Ки Хуна с Чон Бэ в ловушке. Позади Ин Хо стояли трое игроков, напряжённо ожидающих указаний. Ин Хо коротко повернулся и сделал чёткий жест рукой, направляя их вперёд по лестнице. Они молча подчинились, осторожно шагая вперёд. Ин Хо замер на мгновение, наблюдая за ними. Внутри него бушевала буря противоречий: он чувствовал холодное облегчение от того, что всё наконец вернётся под контроль, но вместе с ним – неприятный укол сожаления, словно это решение навсегда отделяло его от той другой части себя. Сжав зубы и резко выдохнув, он поднял ствол, прицелился точно в спины ничего не подозревающих игроков. Палец медленно опустился на спусковой крючок. И в следующее мгновение — нажал на спуск. Пули с хладнокровной точностью вошли в тела двух игроков впереди. Тела дёрнулись от пуль, повалились на ступени, заливая их кровью. Третий игрок рядом с Ин Хо мгновенно застыл в шоке, не веря собственным глазам. Ин Хо тут же резко развернул ствол к последнему игроку, стоящему рядом. Глухой металлический щелчок. MP5 заклинило. — Чёрт! — выругался Ин Хо вполголоса. Игрок, до этого замерший в полном шоке, внезапно понял, что происходит. Его лицо исказилось яростью, он начал лихорадочно поднимать ствол, целясь прямо в Ин Хо. Адреналин хлынул в вены Ин Хо с новой силой. Он молниеносно бросился вперёд, вцепившись руками в оружие игрока, яростно пытаясь вырвать из его рук. Раздались хаотичные выстрелы в потолок и стены, пули рассыпались градом вокруг, крошась о бетон и рикошетя в разные стороны. — Ах ты, ублюдок! — яростно прохрипел игрок, дёргая оружие к себе. В яростной схватке они потеряли равновесие, рухнув вниз по ступеням. Удар о бетон выбил воздух из лёгких обоих. Оружие покатилось вниз по лестнице, глухо стуча по ступеням. Игрок тут же попытался подняться и дотянуться до лежащего на ступенях MP5, но Ин Хо действовал быстрее. Он мгновенно бросился вперёд, перехватив противника и повалив его обратно на пол. Вцепившись пальцами в одежду игрока, он нанёс резкий, жестокий удар кулаком по лицу противника. Игрок застонал от боли, но не сдавался, ответив резким ударом в грудь Ин Хо, заставляя того на секунду потерять дыхание. Боль взорвалась в груди Ин Хо, но он не собирался отступать. Игрок с ненавистью в глазах прокричал: — Ты за это заплатишь, предатель! Ин Хо усмехнулся: — Сильно сомневаюсь. — он резко схватил противника за воротник и нанёс ему ещё один, мощный удар, разбивая ему губу. Игрок в отчаянии замахнулся снова, попадая кулаком в челюсть Ин Хо. Голова его откинулась назад от силы удара, и на миг сознание стало мутным. Но Ин Хо встряхнулся, отчаянно пытаясь сохранить контроль и преимущество в схватке. Игрок яростно схватил его за горло, пытаясь душить, и прорычал: — Сколько тебе заплатили за это, тварь?! Ин Хо, выкручивая руку противнику, жестоко и горько ответил: — Нисколько. Глаза игрока широко раскрылись от ужаса осознания: — Ты… Ты один из них… Ин Хо, не скрывая циничной улыбки, резко и отчётливо произнёс, дав волю тому, что он так долго скрывал: — Больше, чем один из них. Я их возглавляю. Игрок замер в шоке и отчаянии. Собрав остатки сил, он резко оттолкнул Ин Хо и рванулся к лежащей рядом рации. Ин Хо бросился следом. Они сцепились снова. Ин Хо жёстко перехватил его запястье и резко, с диким хрустом выкрутил руку назад. Игрок вскрикнул от боли, затем его лицо с силой впечаталось в стену, ломая нос, кровь хлынула, забрызгав бетон. Игрок обессиленно сполз по стене. Ин Хо вскочил и подбежал к брошенному MP5, схватив его и развернувшись, направил оружие на беспомощно сидящего противника. Тот, тяжело дыша, прислонился спиной к стене, его глаза горели ненавистью. Ин Хо нажал на спуск, но снова ничего не произошло — патроны кончились. Игрок с болезненным презрением процедил сквозь окровавленные зубы: — Ты сатанинское отродье… Ин Хо, тяжело дыша, холодно усмехнулся: — Тогда уж сам Сатана. Достал из кармана запасной магазин, который ему доверчиво дал Ки Хун. Щелчок вставляемой обоймы прозвучал как приговор. Игрок, чувствуя приближение смерти, собрал последние силы и выплюнул слова, полные ненависти: — Иди к чёрту, мудак. Гори в аду. Ин Хо тихо, холодно произнёс: — Ты разве не заметил? Мы и так уже в аду. Прогремел выстрел. Пуля точно вошла в грудь противника. Игрок вздрогнул, глаза широко раскрылись от боли. Из лежащей на ступенях рации раздавался тревожный голос Ки Хуна: — Ён Иль! Ён Иль, что случилось?! Ты слышишь меня?! Ин Хо медленно подошёл к рации и поднял её. Он молчал, глядя на тяжело дышащего игрока, чья грудь разрывалась от прерывистых, хриплых вздохов. В голове Ин Хо царила пустота. Он медленно опустился на корточки рядом с умирающим и включил кнопку рации. Голос его был полон ложного сожаления, тщательно выверенной скорби и безысходности: — Прости, Ки Хун... Всё кончено. Нас победили. В ответ из рации донёсся отчаянный крик Ки Хуна: — Ён Иль! Ты что такое говоришь?! Ты цел?! Отвечай! Но Ин Хо медленно протянул рацию умирающему игроку, предлагая тому сказать последние слова. Игрок попытался вдохнуть, но его дыхание превратилось лишь в хрип, захлёбывающийся кровью, в глазах появилась паника и отчаяние от того, что он не мог выдавить из себя ни слова. Ин Хо смотрел на него с холодным безразличием, чувствуя, как последние осколки его маски Ён Иля рассыпаются. — Ён Иль, прошу! Отзовись! Что с тобой?! Ён Иль! — продолжал кричать Ки Хун в рации. Ин Хо равнодушно поднял оружие, чувствуя странное, пугающее облегчение. Палец сжал спусковой крючок, и без малейших колебаний он выстрелил снова. Выстрел прогремел глухо, окончательно прерывая мучения игрока. В эту секунду, вместе с телом умирающего игрока, умер и Ён Иль — роль, которую Ин Хо слишком долго играл, роль человека, в которого ему почти удалось поверить. Глубоко вдохнув он развернулся к лестнице, его лицо было холодно и спокойно, глаза смотрели вперёд без тени сожаления. Пора вернуться туда, где его место. Ин Хо медленно поднимался по лестнице, его шаги звучали ровно и уверенно, словно ничего из того, что он только что совершил, не могло повлиять на него. На верхней ступени его уже ждал заместитель — офицер в маске с чётким белым квадратом. — 456-го и 390-го не убивать, — холодно и безразлично произнёс Ин Хо, не глядя на подчинённого. — Пока я не дам другого распоряжения. Заместитель коротко отдал приказ по рации, его голос был сухим и чётким. Они молча направились по коридору к главному лифту. Зайдя в лифт, Ин Хо нажал кнопку нужного этажа. Над дверьми сработал сканер и просканировал маску Офицера. Двери закрылись. Заместитель явно нервничал, скользя взглядом в сторону Ин Хо, словно хотел оправдаться или что-то объяснить. — Это была очень халатная работа, — нарушил молчание Ин Хо, его голос звучал спокойно, но в нём ощущалась ледяная угроза. — Эти люди не должны были даже приблизиться к центру управления. Офицер открыл рот, собираясь что-то ответить, но слова застыли на губах, когда Ин Хо резко и бесстрастно вложил ему в руки MP5, демонстративно показывая своё отношение и давая понять, что обсуждать здесь нечего. Лифт издал тихий металлический дзынь, возвещая о прибытии на этаж. Двери разъехались в стороны, открывая перед ними чёрный коридор. Ин Хо вышел из лифта и холодным голосом приказал офицеру: — Жди меня внизу. Офицер коротко кивнул, не посмев возразить, и без лишних вопросов нажал на кнопку, уезжая обратно. Металлические двери сомкнулись перед Ин Хо с лёгким гулом, оставляя его одного в абсолютной тишине. Он развернулся и направился по коридору. Зашёл в комнату с гардеробом и открыл шкаф. На плечиках вешалки висел его костюм. Он взял его в руки и на мгновение замер, пальцы инстинктивно сжали ткань. Одежда пахла холодной властью и одиночеством. Он резко стянул с себя штаны игрока, отбросил их в сторону и натянул классические брюки. Вновь надел на ноги строгие кожаные туфли. Оставил на себе разорванную и окровавленную футболку "001". Поверх неё он накинул свой плащ, привычно застегнув его. Вещь, которая всегда была ему второй кожей, защищая от любых эмоций. Его взгляд упал на чёрную геометрическую маску, спокойно лежащую на комоде. Он медленно взял её в руки. Маска скрывала его, даря анонимность. Ин Хо поднял её и аккуратно закрепил на лице, затягивая ремни на затылке. Теперь он снова стал тем, кем был всегда — Фронтменом. Безжалостным, холодным лидером Игр. Он повернулся к зеркалу, оценивая своё отражение. Глаза были скрыты за чёрными геометрическими гранями, но под ними всё ещё тлел огонь злобы, усталости и тяжести. Он видел в зеркале себя прежнего — властного, холодного, уверенного. Комфорт привычной сущности возвращался к нему. Он поднял капюшон, скрывая последние следы сомнений и слабости. Теперь он был полностью готов. Ин Хо взял с комода свой пистолет, проверил обойму. Там оставался всего один патрон, но этого ему было более чем достаточно. Один выстрел, чтобы всё закончить. Фронтмен развернулся и уверенным шагом направился к лифту, возвращаясь на этаж, с которого недавно ушёл. Сейчас он вернётся туда, где всё должно завершиться.

♦ ♣ ♠ ♥

      Ки Хун и Чон Бэ стояли на коленях перед лестницей, сжимая зубы от боли и поражения. Вокруг царила тишина. Сердце Ки Хуна бешено стучало от беспомощной ярости, пока он напряжённо вслушивался в звук медленно приближающихся шагов. Чёткий, ритмичный стук ботинок отдавался эхом по лестнице, словно гром барабанов. Ки Хун почувствовал, как всё его тело напряглось, когда он поднял голову и увидел, кто спускался к ним. Чёрная фигура, лицо, скрытое холодной геометрической маской. Фронтмен остановился, возвышаясь над пленниками, его тёмный силуэт был воплощением безжалостной власти. — Игрок 456, — произнёс Фронтмен ровным, холодным голосом, искажённым маской, в котором звучало лишь безразличие и превосходство. — Вам понравилось играть в героя? Ки Хун резко поднял голову, глядя в безликое отражение маски с вызовом и ненавистью, шипя сквозь зубы: — Ты... Фронтмен не дал ему продолжить, его голос стал чуть резче: — Это было храбро. Но совершенно безрассудно. Вы действительно решили, что способны бороться с системой? Горстка отчаявшихся людей… — он сделал небольшую паузу, давая словам зависнуть в воздухе, — Это бесполезно. Он медленно присел на корточки прямо перед Ки Хуном, сокращая расстояние до минимума. Ки Хун смотрел в прорези глаз холодной маски с яростной ненавистью и презрением. — Систему, господин Сон, отлаживали годами. Она сильна не только ресурсами, но и людьми, которые верят в неё и которые сами зависят от неё. Систему, которая кормит их, кормит их семьи, обеспечивает комфорт. — он на мгновение замолчал, а затем продолжил, его голос прозвучал чуть тише, опаснее, — Вы не сможете её сломать. Никогда. Ин Хо слегка склонил голову набок, как будто разглядывал Ки Хуна под невидимым ему пристальным взглядом, и продолжил с ледяной насмешкой: — Вы знаете, как пала Римская империя, господин Сон? Её не смогли победить рабы, которые подняли восстание под предводительством Спартака. Не смогли сокрушить её даже враги, которые столетиями пытались взять её крепости и столицы. Империя... разрушилась сама по себе. Изнутри. — голос Фронтмена звучал методично, почти лекционно, словно он говорил не с пленником. — Коррупция, предательство, бесконечная борьба за власть, разврат и алчность медленно, но верно подтачивали основы некогда величайшей цивилизации. И пала она не от руки врага, а от своих же собственных людей. Система, господин Сон, может пасть только тогда, когда гниль разъедает её сердце. Ки Хун горько усмехнулся, в его глазах горело презрение и несломленная решимость, хотя он и находился на краю пропасти: — Вы слишком высокого мнения о себе. Вы не система, вы просто шайка преступников, прячущихся за масками! И рано или поздно вам всем придётся ответить за всё, что вы натворили! Фронтмен замер на мгновение, словно размышляя о сказанном, затем медленно поднялся на ноги. Его взгляд, скрытый за маской, был направлен прямо на Ки Хуна. — Вы ошибаетесь, господин Сон, — холодно произнёс он, глядя вниз, — Мы не преступники. Мы всего лишь исполнители человеческих желаний. Люди сами просят нас дать им шанс, готовы убивать и умирать ради возможности обрести иллюзию свободы и богатства. Мы лишь зеркало, отражающее их истинную сущность. Так что обвинять в этом нас... это лицемерие высшего порядка. Вы сами некогда пришли к нам, по собственной воле, и даже выиграли Игру. Фронтмен отступил на шаг назад, и его голос прозвучал ещё жёстче, словно беспощадный приговор: — Ваша революция завершена. И пусть для вас это будет уроком — нельзя разрушить систему, не став частью этой системы. А теперь... пришло время заплатить цену вашей игры. Он поднялся и направил пистолет прямо в лицо Ки Хуну. В этот момент воздух стал таким густым. Ки Хун не отвёл взгляда, в его глазах сверкала неукротимая решимость и вызов. Фронтмен замер, смотря в решительные глаза Ки Хуна, обдумывая решение: «Нет, я не сделаю из тебя мученика. Ты должен ПОНЯТЬ и ОСОЗНАТЬ весь ужас своего поражения и последствия своего решения.» Секунда напряжения затянулась до бесконечности. Ин Хо медленно навёл пистолет на ногу Чон Бэ: «Заставить Ки Хуна слушать его страдания? Слишком жестоко и примитивно.» Он направил ствол выше, на голову пленника, холодно размышляя: «Убить ли его сразу — как простого заложника?» Вдруг перед его глазами промелькнули воспоминания. Как Чон Бэ дружески улыбался Ён Илю. Даже обнимал, от облегчения, что тот жив, на игре с каруселью. Палец Ин Хо на спусковом крючке слегка дрогнул. Чон Бэ повернулся к Ки Хуну и тихо, почти обречённо произнёс: — Ки Хун… Ин Хо с шумом выдохнул, стараясь подавить сомнения. Пистолет медленно опустился чуть ниже — на грудь Чон Бэ, прямо в сердце. Это будет быстро и менее мучительно. «Прости, Чон Бэ… Но он должен понять.» — подумал Ин Хо, крепче сжимая рукоять пистолета. Он нажал на спуск. Выстрел прогремел резко, оглушительно громко. Пуля вонзилась в грудь Чон Бэ, его тело резко дёрнулось, глаза расширились от боли и шока. Он рухнул на бок, глухо ударившись о пол, его дыхание замерло, а кровь начала стремительно растекаться по бетонному полу. Ки Хун с криком ужаса рванулся к упавшему другу, но был остановлен грубыми руками солдат, мгновенно удержавших его на месте. Он смотрел на тело друга широко раскрытыми глазами, не в силах произнести ни слова. Его глаза наполнились слезами ярости и горечи. Фронтмен опустил пистолет, спокойно глядя на умирающего Чон Бэ, и холодно произнёс, обращаясь к Ки Хуну: — Теперь вы понимаете цену своего решения, господин Сон? Ки Хун рвался вперёд, его лицо было искажено болью и яростью. Он почти вырывался из крепких рук солдата, отчаянно выкрикивая: — Ты заплатишь за это! Слышишь меня? Я доберусь до тебя, тварь! Ин Хо сделал шаг к Ки Хуну. Глаза за маской были холодны. Голос его прозвучал тихо и совершенно спокойно: — Доберитесь, господин Сон. Я на это рассчитываю. Ки Хун дернулся сильнее, ярость затуманила его разум, он попытался рвануться вперёд, к Фронтмену, но солдат с силой прижал его к холодному бетонному полу, не давая ему шанса даже пошевелиться. Ки Хун бессильно рычал, чувствуя себя загнанным зверем. Ин Хо молча поднялся, смотря на него сверху вниз. Затем развернулся и медленно, уверенно пошёл вверх по лестнице. Его шаги звучали глухо. За его спиной остался отчаянный, надрывный крик Ки Хуна, полный беспомощности и горя: — А-а-а-а! Чон Бэ! Этот крик преследовал Ин Хо, словно призрак, но он уже не останавливался. Решение было принято. Приговор исполнен.

♦ ♣ ♠ ♥

      Ин Хо вошёл в просторную комнату управления, освещенную многочисленными экранами. Как только Фронтмен переступил порог, каждый Квадрат моментально замер по стойке смирно. Атмосфера стала напряжённой и молчаливой, ожидающей его приказа. Ин Хо коротко кивнул, его голос прозвучал холодно и чётко, как и полагалось: — Продолжаем. Квадраты, получив команду, сразу же вернулись к работе, быстро перемещаясь между пультами управления, восстанавливая контроль над объектом. Ин Хо медленно подошёл к стене экранов, его взгляд тщательно изучал каждое изображение, каждую фигуру. Он искал только одно лицо — её лицо. Его сердце стучало громче, чем обычно, дыхание слегка участилось, но внешне он оставался абсолютно спокойным. Рука едва заметно дёргалась. Хеджин нигде не было. Ин Хо почувствовал, как ледяная тревога медленно охватывает его, начиная от шеи и спускаясь по позвоночнику вниз. Под маской его лицо напряглось, а губы сжались в тонкую линию. — Где она?.. — тихо, едва слышно пробормотал он, продолжая перебирать кадры. Он снова и снова возвращался к местам в зале, где она могла бы быть. Взгляд его становился всё более тревожным и острым, холод внутри него постепенно переходил в горячее, едва сдерживаемое бешенство. Его кулаки в перчатках сжались так сильно, что костяшки побелели. Хеджин исчезла. И эта мысль была страшнее всего, что он испытал за последние часы.

♦ ♣ ♠ ♥