Глава 2 Метка

Элера действовала быстро. Она знала: каждая минута важна. Сначала остановить кровь. Потом — вытащить его. Здесь, в лесу, даже деревья могли стать опасными, если почуют смерть. Из сумки за плечами она вытащила травы: кровохлёбку, золототысячник, сушёные лепестки календулы. Знала, какие из них промывают раны, какие — вытягивают жар, какие — запечатывают боль. Она смочила платок отваром, промыла лицо мужчины, проверила пульс. Он был слабым, но ровным. Надежда тлела. Когда она расстегнула его рубашку, чтобы промыть рану на боку, её взгляд зацепился за странное пятно на коже — чуть выше сердца, ближе к ключице. Тонкое, будто выжженное в кожу, клеймо. Не просто шрам. Символ. Круг, пересечённый тремя кривыми линиями, похожими на когти. Вокруг — едва различимые письмена, не из людского алфавита. Элера замерла. — Этого я не знаю, — прошептала она. Кошка зашипела, а сова взмахнула крыльями, беспокойно кружа над их головами. Мужчина зашевелился, застонал. Его губы едва шевелились. — …не… дайте… им… — пробормотал он. — Кому? — Элера приблизила ухо к его губам, но он уже потерял сознание вновь. Вздохнув, она прижала руку к его ране, прошептала заклинание, старое, родовое — его учили её бабушка и мать. Слова разлетались в воздухе, словно пыльца, впитывались в кожу. Рана медленно затягивалась. — Кто ты такой? — тихо спросила она, но ответом был лишь треск ветвей и настороженная тишина. Она не могла оставить его здесь. Лес не примет чужака, если он умрёт. А если он жив — возможно, лесу придётся его принять. Она положила ладонь ему на грудь и прошептала: — Я отведу тебя домой, незнакомец. Но если ты несёшь беду… знай, лес защищает меня. И он — не добр к врагам.