Глава 13

Юля шла по школьному коридору, засунув руки в карманы худи. У раздевалки её ждала Рита — подпирала стену, тихонечка потягивала подик и что-то листала в телефоне. Заметив Юлю, она лениво подняла голову: — О, привет. Думала, не придешь уже. — А куда я денусь? — Юля достала сигарету, но Ритина рука тут же шлёпнула её по пальцам. — Не тут. Светка Петровна уже два раза ловила — теперь физрук под камерами дежурит. Они двинулись к дальнему туалету — тому, что рядом с кабинетом химии, где камеры сломались ещё в прошлом году. — Короче, спасибо что не кинула,— сказала Рита, выпуская клуб пара. Юля приподняла бровь: — А разве ты не с кем-то ещё должна была дежурить? — Должна. Но похуй. Наташка Баранова заболела. — Рита фыркнула. — Она и так последние недели в школу не выходит. У неё отец умер, она одна осталась. — Жёстко... — Да. Хотела с Илюхой сбежать, но не получилось. Юля замерла с сигаретой у губ: — С каким Илюхой? — С Кудиновым, — Рита усмехнулась. — Со вторым сыном мэра. Он, кстати, норм, милый. С нами учится, но сейчас на домашнее перешёл. Юля медленно выдохнула дым, переваривая информацию. — Они деньги у отца Кудиныша спиздили, — Рита потушила сигарету о подоконник. — Хотели умотать из города. Но их схватили уже за двести километров. Только потому, что тогда вся суета с Раулем началась — про них вообще забыли на три дня. — А ты откуда это знаешь? — Анжелка рассказала. Её ж батя с Кудиновым дружит, он кстати его мэром и сделал. Юля нахмурилась. Всё это звучало как сюжет дешёвого сериала, но почему-то именно здесь, в этой дыре, такие истории оказывались правдой. Они докурили и пошли в кабинет — убираться. — Юля вытирала пыль с подоконника, когда Рита неожиданно заговорила снова: — Мел до сих пор в коме. Голос её был ровным, но Юля уловила что-то подспудное — как будто Рите было больно даже произносить это вслух. — Ты... переживаешь? — осторожно спросила Юля. Рита резко бросила тряпку в ведро: — Да хуй его знает. Просто... он был последний, кто хотя бы пытался быть нормальным. Все остальные — или трусы, или ублюдки. Юля присмотрелась к ней. Рита избегала её взгляда, но в её глазах стояло что-то, что Юля раньше не замечала. — Ты его любишь? — спросила она прямо. Рита замерла. Потом резко рассмеялась: — Бля, ну и вопросы! Да какая разница? Если бы Рауль схватил меня, а не Анжелу, Мел бы точно так же не заступился. — Не знаю, — Юля пожала плечами. Юля посмотрела на Риту, потом неожиданно ухмыльнулась: — Будь я парнем — душу бы продала, только чтобы быть с тобой. Рита фыркнула и швырнула в неё мокрой тряпкой. Юля засмеялась, отпрыгнула, но тут же запустила в ответ скомканной бумагой. — Да пошла ты! — Сама пошла! Они смеялись, бросаясь друг в друга тряпками. — Уборка закончилась уже затемно. Школа опустела, только дежурный охранник лениво клевал носом у входа, когда Юля и Рита вышли во двор. — Бля, сиги кончились, — Юля потрясла пустой пачкой, затем смяла её и зашвырнула в урну. Рита закусила губу, оглядываясь по сторонам, потом резко дернула Юлю за рукав: — Пошли ко мне. У меня есть пачка, поделюсь. — Ты уверена? А твоя мать? — Она в ночную смену, — Рита махнула рукой. — До утра не вернется. Они шли через пустынные дворы, переговариваясь о пустяках — о дурацких заданиях по литературе, о новом клипе какого-то рэпера, о том, как физрук вчера опять орал на десятый класс. Квартира Риты оказалась маленькой, но уютной. На кухне горел желтый свет, пахло жареной картошкой и дешевым освежителем воздуха. Рита швырнула сумку на диван и полезла в тумбочку: — Вот, держи, — протянула она Юле почти полную пачку «LM». — Завтра схожу с Кисой в ларёк, ему там всегда продают. Куплю себе новую, и тебе возьму. — Спасибо, — Юля прикурила, глубоко затянулась. — Я тебе отдам денежку. — Сочтемся, — Рита фыркнула, садясь рядом. — Не парься. — Юля шла домой через пустырь за школой, сжимая в кармане новую пачку сигарет от Риты. Сумерки сгущались, и она ускорила шаг — в этих районах после темноты лучше не болтаться. И тут услышала голоса. — Этого ничего не было бы! — хрипел незнакомец в чёрной куртке. Киса. — Мел бы не лежал в коме, если бы ты не вызвал Рауля на дуэль! Хэнк стоял к ней спиной. По напряжённым плечам было видно — он на пределе. — Ну убей меня, — хрипло сказал он. — Что я теперь могу сделать? — Ты спалил наше место, — не унимался Киса, делая шаг ближе. — Ты предал. Ты даже к Мелу в больницу ни разу не пришёл! Хэнк развернулся, глаза горели. — Думаешь, мне легко?! — взорвался он. Они сцепились взглядом. В следующую секунду Киса рванул вперёд и ударил. Удар пришёлся в челюсть. Хэнк не уклонился, принял его на себя, с силой качнувшись назад. — Ну давай! — прорычал он, вытирая кровь с губ. Они вцепились друг в друга, как звери. Юля не выдержала. — Эй! — выкрикнула она, выскочив из укрытия и замахав дезодорантом. — А ну прекратили! Пшик. Киса замер. Потом медленно повернулся к ней. — Ты что, с ума сошла?!.. Это же дезодорант! — Именно, — упрямо ответила Юля, делая ещё пару пшиков прямо ему в лицо. Киса закашлялся, отмахнулся и отошёл на шаг, потом плюнул. — Сука, ты чё совсем ёбнутая!— кричал он. Он развернулся и исчез в темноте. Юля стояла с дрожащими руками, стиснув дезик. Хэнк сидел на корточках, тяжело дыша. — Ты совсем, блин, ненормальная? — поднял он голову. Взгляд покрасневших глаз впился в неё. — Кто тебя просил?! Зачем ты вообще сюда полезла. —Просто шла мимо. Кто знал, что тут батл за жизнь. Она полезла в рюкзак, достала тампон и потянулась к его лицу чтобы остановить кровь. — Дай. Хэнк отшвырнул руку. — Не суйся. Это не твоё дело. — Ты ничего не перепутал. Я вообще-то помогаю. — Тебе вообще нельзя тут быть! — Так объясни! — крикнула она в ответ. — Кто этот Киса? Какие-то дуэли, предательства, чё за бред-то? Хэнк замер, кулаки дрожали. — Всё, — сказал он резко. Один короткий жест — и разговор окончен. — Ой, иди на хуй! Юля мотнула головой и развернулась, чтобы уйти. Но вдруг за спиной — его голос, тише: — Подожди. Уже темно. Провожу. Оля просто, не разворачиваясь показала ему фак. Но не смотря на это Хэнк пошел за ней. Они шли молча. Шаги по асфальту, редкий лай где-то вдали. На повороте Хэнк неожиданно сказал: — Мел... он был хорошим. Лучшим из нас. Юля ничего не ответила. Ей не нужно было знать, кто такие "мы". Они свернули с шоссе на тропинку вдоль гаражей. Молчание между ними сгущалось, но уже не было напряженным — просто усталым, как после долгого дня. Юля вдруг хмыкнула, будто разговаривала сама с собой. — Ну и что, у тебя хоть нормальное имя есть? Или так и будешь Хэнком ходить? Он пожал плечами, делая вид, что это неважно, но потом всё же пробормотал: — Борис. Юля резко остановилась и уставилась на него с преувеличенным недоверием: — Серьёзно? Ты Хэнк, крутой мачо, а на самом деле... Борис? Пфф... — Её лицо вдруг расплылось в широкой ухмылке. — Ха-ха-ха-ха! Борька… Хэнк — теперь уже Борис — скривился, но в уголках его губ дрогнула тень улыбки. — Только попробуй при ком-нибудь так назвать. — Ой, боюсь-боюсь, — фыркнула Юля, но неожиданно добавила тише: — Ладно, Боря... Спасибо, что проводил. И Юля убежала в подъезд. — Юля открыла дверь квартиры и сразу почувствовала запах разогретых макарон с сосисками. — Голодная? — из кухни раздался голос Ольги. — Да, — коротко бросила Юля, скидывая рюкзак в прихожей. Ольга появилась в дверном проеме, вытирая руки полотенцем. — А что за парень тебя провожал? — спросила она, стараясь звучать нейтрально. Юля резко подняла голову: — Ты что, пасёшь меня? — Не переживай, — Ольга покачала головой, — я просто курила на балконе, увидела. Друг новый? — Да нет, — Юля пожала плечами, отводя взгляд, — так, просто... В этот момент из комнаты вылетел Рома, размахивая игрушечным мечом: — Мам, а папа сказал, что привезёт мне настоящий меч! Ольга нахмурилась: — Ты вообще иди умывайся, тебе уже спать пора. Когда Рома скрылся в ванной, Юля неожиданно спросила: — Ты уже знаешь, что Максим приедет? Ольга замерла с тарелкой в руках: — Да, знаю. Только не знаю, вечером или днём. — Вечером, — сказала Юля. — А почему он мне не позвонил? — Он хотел сделать якобы сюрприз, — Юля покрутила вилкой в макаронах, избегая маминого взгляда. — Я собиралась тебя предупредить, знаю, как ты не любишь такое... Но Рома, как всегда, оказался шустрее. Ольга поставила тарелку на стол с чуть большим усилием, чем нужно: — Да, не люблю. Они ели молча, каждая погруженная в свои мысли. За окном темнело, и где-то в этом городе, возможно, уже ехал поезд, который привезёт в их жизнь ещё одну порцию неожиданностей.