Визит того, кто прийти не мог

Сон обещал быть недолгим — ещё пять часов, и «Титан», пройдя все предстартовые процедуры, прыгнет в неведомое. Справедливости ради, настоящее неведомое начиналось лишь спустя девять секторов, но по регламенту Диане полагалось быть на капитанском мостике во время старта. Пренебрегать долгом она не хотела — если на корабле нужна дисциплина, следует подавать пример первой. Из-за напряжения и предчувствия кратковременности сна — дрёма Дианы была лёгкой и прозрачной. В какой-то момент она встала, чтобы попить воды… и обнаружила у входа чужака. Тень в чёрном. Скрестившую руки. Оторопев, Диана отпрыгнула, попыталась найти оружие — но его в нужном отсеке не оказалось. Цепенея, дрожа — она наблюдала, как гость выступает из тени на свет потолочной лампы. — Я же говорил, что мы теперь всегда будем вместе. — Пухлые, но лишённые красок жизни губы Шинзона растянулись в улыбке. — ты задолжала мне кое-что. Не забыла? — он надвигался, расставив руки — как бы радушно, но в то же время мешая обогнуть его. — Ты мёртв! Мёртв! — взвизгнула Диана, осыпая злодея ударами. — В твоей голове — никогда, — приподняв брови, поцокал языком Шинзон, — Иногда приятно осознавать, — он облизнул губы, толкая Диану на ложе, — что у меня на утехи в запасе… вечность… Он наполз, вклинивая колено между её бёдер, его руки поползли по её телу, мощные, как две гладкие состоящие из одних мускулов анаконды, забираясь под ночнушку, задирая её бесстыдно — выше колен, выше бёдер, до груди, заставляя корчиться в бессмысленных попытках вырваться под насильником — голой и беззащитной. Губы замкнули рот Дианы — и это породило волшебство, волна дрожи прошла по её телу сверху вниз, словно искорки неги, отключая напряжение, делая тело вялым и ватным. Диана косилась в сторону, как пленённое связанное животное, лишённая возможности сказать хоть слово — муж спал рядом беспробудно, как будто ничего не происходило. — Это МОЯ брачная ночь, — молвил Шинзон, касаюясь губами её лица, — мы не будем тревожить его. Ты же не хочешь… чтобы я сделал с ним что-то плохое? — он крутанул в пальцах невесть откуда взявшийся нож, — Молчи, — враг замкнул ей рот предупредительно вытянутым пальцем. На Шинзоне был не его чёрный парадный костюм, а что-то вроде бело-коричневого халата. От борьбы Дианы он разошелся, так что на ней оказалось голое тело. Это должно было бы подстегнуть её сопротивление, но парализовало, ошарашило и одурманило. Словно чужая воля вела её. Обычной цивильной и целомудренной — да, бетазоидкам свойственно целомудрие, вопреки непристойным слухам — Диане хотелось вырваться из этого кошмара. Другой, пребывающей в полусне — было любопытно, чем это кончится. Ведь ясно же, что всё происходит не по-настоящему… Не может такого быть, чтобы мёртвый генерал приходил к ней в каюту на чужом корабле и насиловал прямо под носом у спящего жениха. Отчего-то у Дианы было ощущение, что это повторяется уже не первый раз. — Ты права, — промурлыкал Шинзон — его губы сползали по щеке и шее Дианы, рассыпая по её коже всё ту же огненную вьюгу мурашек — это было странно… неестественно… обычные поцелуи мужа не вызывали такого эффекта — они были тёплые, «биологические» и по-своему неидеальные. Здесь же… — …Умница, — подтвердил Шинзон, гладя её по тёмным с рыжиной волосам. — Я заряжаю тебя извне. Два телепата поймут друг друга, м? Ну, ты — неполноценный телепат, скажи спасибо своей мамочке. Так что — тут я на коне, — его руки властно лежали на её сосках, слегка щекоча и зажимая ареолы, отчего её ноги сами собой «разъезжались» под весом тела вклинивающегося между ними Шинзона. — Откуда ты взялся? — спросила Диана одурманенно глядя на того, кого она должна была бы ненавидеть лютой ненавистью и бояться до икоты, но сейчас, в полугрёзе — ей просто не хватало сил. — Мне надоедает объяснять это каждый раз. Возможно… — его язык коснулся ключицы Дианы, оставляя вкусную дорожку до её уха. Шинзон улыбался своей вкрадчивой холодной улыбкой. — лучше будет оставлять тебе память… — он склонился и прикусил её сосок, заставив дёрнуться и затрепетать под ним, как морская звезда. В её лоне — горело и пульсировало, и вместе с ним пульсировала мысль: «где же член?» Но Шинзон не собирался отпускать её чересчур легко. Перевернув её так, что зад задрался, а голова упёрлась в койку, искусственный ромулианец принялся поглаживать Диану по спине и ягодицам, лишая её остатков воли и мускульной силы, заставляя вздрагивать и приникать грудью к ложу. — Всё началось с твоих волос. Твоя команда извращённо поняла мой прямой и по-ремулански честный комплимент, — рука скользнула по крестцу и между ляжек Дианы, пробравшись к её животу сзади между ног — хотя Шинзон лишь слегка щекотал нежную кожу, Диана от самой этой позы ощущала, что принадлежит неземному любовнику на 200%. — Видишь ли, у нас не принято танцевать и реверансить, — другая рука Шинзона легла сверху — теперь Диана была как бы замкнута между ними, спереди и сзади, с захватом через самое нежное место. — В шахтах — жестокая жизнь, нужно успеть вырвать у неё кусочек счастья. Так что мы прямо говорим… даме… о симпатиях, — он куснул Диану за ягодицу, не забывая легонько гладить её спереди и сзади. Слово «дама» он произнёс так, словно на ходу подобрал приличную замену чему-то иному («самка»?), — Я сначала даже не понял, что вас задело… — Диана не поверила, ощутив прикосновение губ близко к своему нежному, — А когда Виксаис объяснил мне… я обиделся, — от дыхания, направленного в лоно, глаза Дианы закатились — она чувствовала, что плавится и исчезает. — Я решил сделать тебя своим drshas, — он использовал незнакомое Диане слово, похлопав её по крестцу. — Не мог бы ты не болтать, а просто взять меня, — язык Дианы говорил словно сам по себе, она никогда не смогла бы поверить, что способна сказать такие слова своему врагу. — Никогда не устаю ждать, пока ты этого сама не скажешь, — Шинзон наполз и пристроился сзади — Диана ощутила, как её «заполняет» и вздохнула-выдохнула с облегчением. — Держи свою «вкусняшку». — Шинзон начал двигаться, почти неощутимо из-за изобилия смазки и онемения раздутых набухших слизистых. Диана простонала, от груди, тихонько подмахивая в ответ. Ей было стыдно, но не очень — как будто ту половину разума, которая отвечает за социалку, урезали. — Когда мы умираем — а умираем мы на Ремусе часто — нам хотелось бы жить… точнее, продолжаться. Телепатия даёт в этом плане преимущество. Можно загрузить свою личность, сознание… в уязвимый, не иммунный к этому Сосуд. Конечно, — Шинзон навалился на Диану, сделав контакт плотнее и шепча ей почти в ухо, — копия — это не «я», тот Шинзон умер… как, ты говорила, он умер? Ты со своим половинчатым даром — была отличной кандидаткой. Чтобы превратить тебя в мою маленькую месть… Его толчки ускорялись, глаза Дианы лезли из орбит, ноги разъезжались, груди покачивались, касаясь нижней частью простыни, шлёпала плоть о плоть, в каюте пахло похотью… Это был самый совершенный секс из всех, какие только могли быть. Секс, который может быть… только внутри сознания? — Тебя нет? — почти страдающе выдохнула она. Вместо ответа Шинзон схватил её за бёдра и натянул, вздрагивая — Диана уловила исходящую от него оргазматическую волну и её организм против воли отозвался сам, благодатными вспышками, облегчающими сводящее с ума похотливое перенапряжение. — Понимай как хочешь, — Шинзон вышел, похлопав её ещё раз по ягодице. — Можешь считать, что я — везде. — И что у тебя в планах сейчас? Мщение? — вскинулась вслед Диана, вспомнив о долге — расследовать, изучать, спасать своих. — О, и это тоже, — отозвался Шинзон, разворачиваясь и накидывая свой помпезный императорский халат. — Но не в первую очередь. В конце концов, я гнался за здоровым телом… теперь проблема не стоит… так что данный деликатес можно подавать… холодным, — он подмигнул и вышел, разблокировав ладонью дверь отсека. Вся его фигура выглядела такой материальной, такой плотской, что поверить в её иллюзорность казалось невозможным. «Я сошла с ума», — подумала Диана. Откинувшись на бок и отставив колено, Диана трогала себя внизу и ощущала густую сперму под пальцами — это тоже не напоминало плод воображения… Тяжко выдохнув, она повернулась на живот и уткнулась лицом в возвышение-подголовник. Голая, пахнущая сексом… не своим… Что же теперь делать? Надо было расспросить подробнее своего ментального сожителя, что он собирается делать, но ошеломление помешало мыслить внятно. К следующему разу надо подготовить вопросы… подгото… В этот миг Диана мгновенно забыла, о чём только что думала, и всё, что произошло в последние полчаса.