Глава четвертая: Первая встреча

За семь лет Мейнхард успел много чего учудить. Деньги он положил на процентный счет в банке Вима Вивальди. В Новиграде, однажды, повстречался с эльфами и помог им захватить одну крепость. Повстречался с легендарным Геральтом из Ривии. Стал любимчиком в Оксенфуртских борделях, ибо платил щедро, а трахал знатно. Встретился ему и опасный катакан, который оставил шрам на всю грудь в виде пяти длинных глубоких полос, но Мейнхард смог восстановиться. Охота на людей стала все чаще, благо заказы были, в основном, от властей и стражи. Другие же он проворачивал тихо, без свидетелей, благодаря чему убийцей не прослыл. Мейнхард также познакомился и сдружился с Йорветом – главой самого большого отряда Скоя’Таэлей. Пару раз посетил Туссент. Изолированность города очень благотворно сказывается на популяции чудовищ, а потому работы там было всегда много. Спустя семь лет вольная дорога снова привела его в Аэрдин, в знакомое герцогство. Получив награду за головы двадцати утопцев, он обернулся и увидел двух стражников, весьма недоброжелательных к нему. Они не стали его бить или заключать, а просто попросили проследовать за ними. Что ж… выбор у него был невелик. В это же время маленькая девочка шести лет с белыми, как самый чистый, девственный снег, волосами склонилась над книгой истории эльфов, сидя около окна. Это была леди Лираэль – дочь герцога Тивана и герцогини Имири. Её появление на свет стало шоком для всех – ребенок-альбинос с белоснежными волосами и ярко-красными глазами. С самого рождения ее жизнь была отмечена страхами и суевериями. Мать, что так ждала появления своего дитя, испугалась ее внешности так сильно, что сразу посчитала родную дочь демоном, а отец видел в ней лишь проклятье, которое могло разрушить его репутацию. И чтобы хоть как-то исправить свое положение, Тиван призывал к себе чародеев, алхимиков, шаманов. Огромное количество опытов и ритуалов пришлось вытерпеть младенцу, но все было тщетно. В какой-то момент герцог так отчаялся, что уже приглашал всех, кто говорил, что может исправить болезнь его ребенка. Он уже даже не разбирался, кто приходил, а из-за этого попадались и шарлатаны. Конечно, такие эксперименты над организмом не могли не оставить последствий. В семье ее чаще всего называли «дитя» или «отродье». Лираэль росла в изоляции, но все еще оставалась леди. Её обучали танцам, пению, этикету, игре хотя бы на одном музыкальном инструменте. Её держали в дальних покоях замка, подальше от глаз высокопоставленных лиц. Её единственными друзьями были книги, которые она тайком брала из библиотеки по ночам, и старый садовник Мерил, который рассказывал ей сказки о далеких землях и героях. Она мечтала однажды увидеть мир за стенами замка, но знала, что это невозможно, ведь альбинизм делал ее изгоем даже в собственной семье. Когда Лираэль подросла, её начали выпускать из покоев, но только под строгим присмотром. Она быстро поняла, что мир за стенами замка ещё более жесток. Дети придворных смеялись над ней, называя её "призраком" и "уродом". Взрослые шептались за её спиной, крестились, когда она проходила мимо, и называли её "ведьмовским отродьем". Её отец, чтобы избежать скандала, запретил ей появляться на публике, что только усилило её чувство одиночества. Несмотря на всё это, Лираэль пыталась найти своё место. Она изучала историю, философию, языки, надеясь, что однажды сможет доказать свою ценность. Но каждый раз, когда она пыталась проявить себя, её останавливали. "Ты не можешь быть лицом нашей семьи", — говорил ей отец. "Ты должна оставаться в тени". Всего пару недель назад ей исполнилось шесть лет. Она снова могла выйти погулять в сад, но только на час и под присмотром Мерила. Без стука, словно к себе домой, в покои Лираэль зашла молодая служанка: -Собирайся, дитя. У тебя всего час- Маленькая леди подбежала к шкафу и накинула на себя довольно большой красный шарф. Он укрывал ее шею и плечи, но также мог сыграть функцию капюшона, укрывая нежную кожу от опасных солнечных лучей. Служанка окинула взглядом уже готовую Лираэль, которая стояла перед ней, молча прошла вперед, сопровождая в сад. Уже в саду ее встретил Мерил. Тот самый садовник, которого Мейнхард видел в первый раз. Сейчас он стал старше, но работа в саду все еще приносила ему радость. -Лира! Как я рад тебя видеть!- Глаза девочки загорелись, на лице появилась улыбка. Служанка уже ушла, не желая находиться рядом с отродьем. Лира подбежала к Мерилу с объятиями, а он же подхватил ее, обнимая, и покружил. Только он давал малышке ту любовь и поддержку, что отказывались давать родители. -Ну что, погуляем по саду? Я тебе все покажу- -Да, да, да!!! Мерил посадил леди к себе на плечо, и они пошли вдоль прекрасных кустов, к коим он относился с такой нежностью, что любая девушка была бы удивлена. Гуляя так по саду, Лира замечает стражу, что ведет перед собой загадочного мужчину в большом коричневом плаще и мечом за спиной. Она слегка дергает Мерила за волосы, как бы прося его остановиться. Он останавливается и смотрит за ее взглядом. В глазах девочки читается детский восторг: -Мерил, Мерил! А кто это? Он похож на воина… Это правда воин? А он сильный? А он много путешествует? А пойдем поговорим с ним, Мерил, пожалуйста!! Глазки девочки стали напоминать глаза котенка и буквально молили сделать так, как хочет она. Мерил же нахмурился: -Не думаю, что это хорошая идея, Лира…- -Ну пожалуйста! Я очень хочу задать ему вопросы! Мерил шумно вздыхает, снимает Лиру с плеча, и они вместе идут в замок, в который уже зашли стражники и ведьмак. Девочка чуть бежит, чтобы нагнать довольно высокого садовника. Её любопытство хлещет через край. Мейнхард слышит шаги Лираэль и останавливается, отклоняясь от маршрута и вызывая недоумение стражников. Как только Лира подошла, он опустился на колено и снял капюшон, показав леди два больших, сияющим оранжевым, глаза, а также лицо, покрытое шрамами, но выглядящее все также прекрасно. Он ласково улыбнулся и его лицо стало добрым: -Привет. Не бойся, не кусаюсь. Как тебя зовут? Лираэль испугалась лишь немного, но это не укрылось от ведьмака. Но любопытство было ее основным качеством. Она все равно потянулась к подбородку ведьмака и тыкнула в шрам. -Меня зовут Лираэль! А что это, маска такая? Или это ранка и она скоро заживет? А зачем вы приехали? -Я Мейнхард. Нееет, это не заживет, никогда. Эти дяди хотят, чтобы я поговорил с твоим папой Мейнхард чуть изучающее оглядел лицо Лираэль, что привело к небольшой паузе. -Ты не такая, как все, Лираэль. Тебя боятся, да? У меня вот тоже глазки не такие, и меня тоже боятся. Люди вообще не любят всех, кто не похож на них. Он аккуратно отводит ручку Лиры от своего лица. -Ну ладно. Мне пора Поднимается и идет дальше. Лира же подбегает к нему и дергает за плащ. -А зачем вам к папе? А можно с вами? У меня еще стооолько вопросов!!! Лираэль смотрит на Мейнхарда щенячьими глазками, ведь в этом замке, да что в замке, в этом городе нет людей, которые бы не боялись ее и относились так ласково. Мерил же вновь хмурится, но все равно держится Лиры, как бы оберегая ее. Будто чует, к чему все ведет. -Ну пойдем) Как только Мейнхард тянет руку к Лире, ему кричит стража: -Руки прочь от государевой дочери, нелюдь!- Мейнхард оборачивается, пожимает плечами и идет дальше, но медленно, чтобы Лира поспевала за ним. А она показывает стражнику язык и хватается за ногу ведьмака. Одной рукой держится за нее, а другой тянется к руке Мейнхарда: -Ручку мне дай… Стражник звереет от такого поступка и, развернувшись, начинает подходить к ним: -Ах ты мелкое отродье… да как ты- Злобный взгляд Мейнхарда устремляется в стражника и тот сразу останавливается. Недовольная гримаса ведьмака быстро дает понять, что следует остановиться. Стражник не желает испытывать судьбу и отступает, понимая, что если Мейнхард достанет меч, то он явно проиграет. После чего ведьмак возвращает взгляд к девочке и протягивает ей руку. Мерил выходит чуть вперед их: -Обойдемся без ваших правил, господа. У леди сегодня прогулка и время еще идет. Она может трогать что хочет и кого хочет. Вам это не решать- Оборачивается к Мейнхарду и говорит: -Прошу прощения. Люди в наше время совсем… ну, вы понимаете- Рубиновые глаза благодарно смотрят на Мерила. Лира отцепляется от ноги ведьмака и тянет другую ручку к садовнику. Тот сразу ее дает. И такой троицей они продолжают путь в тронный зал. -Какие у тебя еще вопросы? -А ты видел эльфов? А драконов? А лес Брокилон? А в Цинтре был? А видел бооольших волков? А зайчиков? А красивые поляны? А ты правда умеешь пользоваться своими мечами? А маленькими? А из лука стрелять умеешь? А готовить еду? А ты много путешествуешь? А почему эта шутчка на лице никогда не заживет? А у тебя таких много? А ты видел хороших чародеев? Поток вопросов лился бесконечно. Лира хотела узнать сразу все: от чего-то простого до устройства мира. Стражники злобно пыхтели, потому что ненавидели ее вопросы, а Мерил шел рядом и глупо улыбался, понимая, какую ошибку совершил Мейнхард. А он же мило и беззаботно откидывается от ее вопросов: -Видел. И их тоже. Был там. И там был. Есть такие, но не встречал. На зайцев часто охочусь. Конечно, их легко найти. Правда, лучше всех. И ими тоже. Не очень искусно, но да. Умею. Нуу… есть такие раны, которые пусть и заживают, но после них остаются шрамы. Очень много. Да, видел. Такие есть, просто судить надо по-своему. А меж тем наши герои дошли до тронного зала, где восседал герцог. Тиван грозно зыркнул на свою дочь. Она испугалась и попятилась, отпустив обе руки. Мерил подошел к ней, взял на руки и отвернул ее лицо к своему плечу. Слегка поклонившись герцогу, он пошел прочь. У входа он отпустил Лиру и хотел повести ее обратно в сад, но она не пошла. Садовник смиренно вздохнул, а герцог обратился к Мейнхарду: -И снова ты здесь, Ведьмак. Что ж, это мне даже на руку. Полагаю, ты уже знаком с Лираэль- -Более-менее, весьма тонкая натура -Помнишь тот случай 7 лет назад?- Маленькая головушка чуть мелькает в проеме, прислушивается. Благо Тиван говорит громко. -Я хочу, чтобы ты забрал это проклятье из нашего дома! Забери свое право неожиданности!- Удивленный вздох слышится за дверью зала. На глазах Лиры проступают слезы. -Как прикажешь, государь И не успел еще ведьмак договорить, как маленькие ножки уже бежали к трону. Добежав до отца, девочка падает на колени и рассекает их, что сразу видно на ее белой коже. Она подползает к отцу, пока слезы застилают ей глаза: -Нет, папа, пожалуйста! Не отдавай меня! Я изменюсь, правда! Только не отдавай! Я все сделаю!! Пожалуйста! Отец грубо отпихивает ее ногой. Лира падает, но продолжает плакать, умоляя: -Пожалуйста! Я стану лучше! Папа, пожалуйста! Никто не посмел дернуться. Даже Мерил. Он знает, что его действия не одобрят, но видно, как он нервничает, пока Лира захлебывается в своих слезах. Мейнхард достает белый платочек, подходит к Лире. Сев около нее, аккуратно вытирает ее коленки от крови. -Нельзя так с ребенком. Он поднимает зареванную Лираэль на руки и уходит. Сделав несколько шагов, он оборачивается: -И эти люди называют меня нелюдем…Принесите ее вещи в мою комнату в «Веселой пчелке», а на рассвете наш след уже простынет. Мейнхард обернулся обратно к выходу и пошел дальше. Перейдя на шепот, он нежно погладил Лиру по волосам и сказал: -Не плачь, Лираэль, я тебя не обижу. Я такой же, как и ты. И больше не дам тебя в обиду.