Глава 4

      Они собрались в «аквариуме» — стеклянной лаборатории в центре мостика, где располагался главный тактический стол.       Брюс Бэннер, казалось, немного расслабился, когда оказался в своей стихии — среди данных и гипотез. Стив Роджерс стоял у стола, скрестив руки, и выглядел как солдат на брифинге. Тор, все еще в своих доспехах, мрачно наблюдал за всем со стороны. Наташа и Колсон работали за периферийными терминалами.       — Он умеет расположить к себе, — пробормотал Брюс, глядя на экран, где в прямом эфире транслировалось, как Фьюри покидает камеру Локи. Стив Роджерс нахмурился. — Локи определенно волынку тянет. Зачем? Тор, что он задумал?       Тор, до этого молчавший, тяжело вздохнул. Взгляды всех обратились к нему.       — У него есть армия, — сказал Тор. Его голос был низким, полным разочарования. — Их зовут Читаури. Они не из Асгарда и не из одного из Девяти Миров. Их мир далёк. Он намерен пойти с ней против вас. Они захватят для него Землю. А за это он отдаст им Тессеракт.       Стив стиснул зубы.       — Армия. Из космоса.       — Тогда им надо как-то сюда попасть, — тут же включился Брюс, подходя к главному столу. — Им надо построить портал. Теперь ясно, зачем ему нужен Селвиг.       — Селвиг? — Тор поднял голову.       — Да. Эрик Селвиг, это астрофизик, — пояснил Брюс.       — Он друг, — в голосе Тора прозвучала боль. Наташа, до этого молча изучавшая данные на планшете, подняла глаза.       — Локи наложил на него заклятие. Как и на одного из наших лучших агентов.       — Всё равно неясно, — вмешался Стив, возвращаясь к тактике. — Почему Локи сдался? Он же не может управлять армией отсюда, из клетки.       — Не стоит зацикливаться на Локи, — сказал Брюс, качая головой. — У этого парня в мозгу тараканы, от него несёт безумием.       — Изволь выбирать слова! — Тор резко шагнул к нему, его голос загремел. — Локи не прав во многом, но он всё ещё асгардец. И он мой брат!       — И он убил восемьдесят человек за два дня, — холодно вставила Наташа, не поднимая глаз от планшета. Тор замер. Его гнев испарился, сменившись тяжелой виной.       — …Сводный брат, — тихо поправил он.       — Дело здесь, похоже, в технике, — сказал Брюс, пытаясь разрядить обстановку и вернуть разговор к фактам.       Он указал на экран.       — Иридий. Зачем им нужен Иридий?       В этот момент двери лаборатории с шипением открылись, и вошел Тони Старк, а за ним — Фил Колсон.       — Как стабилизатор! — бодро бросил Старк, направляясь прямо к Брюсу Бэннеру. — Говорю, выбери выходные, и слетаем в Портленд. Спасибо. Хлопнув Колсона по плечу.       — Да, но сейчас… Любовь.       — Фил? — Старк мельком взглянул на экран Колсона, где была фотография Стива Роджерса времён войны.       — Я… просто смотрю, — смутился Колсон.       Старк отмахнулся.       — Портал с помощью Иридия не саморазрушается, как в Нью-Мексико. Никаких обид, крепыш, — он кивнул Тору, — у тебя была фора. Он также позволит порталу открыться шире и держаться так долго, как нужно Локи.       Старк подошел к одному из терминалов и начал что-то быстро печатать.       — Поднять бизань-мачту! Распустить топсели! — пробормотал он. — А он… в «Галагу» играет.       Он указал на одного из агентов на нижнем ярусе мостика.       — Думал, мы не заметим. Заметили. Как Фьюри слева видит?       Мария Хилл, стоявшая на мостике, нахмурилась.       — Головой крутит.       — Ужасно сложно, — пропел Старк. — А все прочие материалы агент Бартон достанет без труда. И ещё… им обязательно надо найти мощный источник энергии высокой плотности. Чтобы раскрутить куб.       — И когда вы успели стать экспертом в астрофизике Тессеракта? — сухо спросила Хилл.       — Вчера, — не оборачиваясь, ответил Старк. — Папка с заметками Селвига. Документы по теории извлечения. До меня их никто не читал? Кстати… — он оглядел лабораторию, — а где Сайтама?       Наташа подняла голову от своего терминала.       — Он в лаборатории содержания, этажом ниже. Сказал, что хочет присмотреть за… «вещицей».       — Значит, Локи нужен какой-то особый источник? — спросил Стив, пытаясь уследить за мыслью.       Брюс кивнул.       — Он должен разогреть куб до ста двадцати миллионов Кельвинов, чтобы преодолеть кулоновский барьер.       — Если… — вклинился Старк, — Селвиг не придумал, как ещё стабилизировать квантовый туннельный эффект.       — Да, — глаза Брюса загорелись, он нашел родственную душу. — Тогда для слияния тяжёлых ионов ему подойдёт любой реактор на планете.       — Наконец-то! — воскликнул Старк. — Хоть кто-то говорит по-человечески!       Стив выглядел потерянным.       — Я не понял, он о чём?       — Рад познакомиться, доктор Бэннер. — Старк подошёл к Брюсу и с энтузиазмом потряс его руку. — Ваша работа о столкновении антиэлектронов просто прекрасна. И я тащусь, как вы умеете, теряя контроль, становиться огромным зелёным монстром.       — Спасибо, — неловко ответил Брюс.       Вошел Ник Фьюри.       — Доктор Бэннер здесь с одной целью. Он должен отследить Куб. Я думал, вы поможете ему.       — Я бы начал с его секиры, — сказал Стив. — Может, она и волшебная, но мне она напомнила оружие ГИДРЫ, которое я видел на войне.       — Этого я не знаю, — ответил Фьюри. — Но её мощь, очевидно, зависит от Куба. И я хочу знать, как Локи использовал её для превращения двух умнейших людей в своих… летучих обезьян.       — Обезьян? — не понял Тор.       Стив кивнул.       — Я понял. Я знаю, откуда это.       Старк закатил глаза.       — Поиграем, доктор? — спросил он Брюса.       — Сюда, сэр? — Брюс указал на свой терминал.       Лаборатория содержания скипетра.       Комната была меньше, тише и стерильнее, чем главный мостик. В центре, в специальном аналитическом контейнере, тускло светился скипетр Локи.       Сайтама сидел на лабораторном стуле в паре метров от него, просто… разглядывая. Когда Старк и Брюс вошли, он даже не повернул головы.       — Неплохая работа няньки, Лы… — начал было Старк, но осёкся, вспомнив предупреждение в лесу. — Сай. Рад, что ты не дремлешь. Не тронул ничего?       — Оно скучное, — ответил Сайтама, не отрывая взгляда от камня. — Просто светится. Но…       — Дай-ка посмотреть. — Брюс подошёл к стойке и поднёс к скипетру ручной анализатор. — Да… Гамма-излучение определённо то же, что и у Селвига в записях о Тессаракте. Но оно… искажено. Модулировано.       — Это не магия, это технология, — сказал Старк, надевая специальные очки и разглядывая корпус. — Явно инопланетное. Похоже на компьютер. Камень — это источник питания, как миниатюрный дуговой реактор. Защитная оболочка, похоже, из уру или чего-то…       — Почему оно не молчит? — вдруг спросил Сайтама.       Старк и Брюс замолчали.       — Что ты сказал? — спросил Брюс.       Сайтама наконец повернулся к ним. Его лицо было серьёзным, но в нём не было угрозы — только чистое любопытство, то самое, которое он почти утратил. То, что возвращалось к нему после месяцев терапии и попыток жить нормальной жизнью.       — Оно не магическое, — повторил он, кивая на скипетр. — Наташа сказала, что оно «контролирует разум». Но это не так. Это… как батарейка. Очень сложная. И внутри… — Он прищурился, словно вглядываясь во что-то невидимое, — внутри что-то думает.       Старк и Брюс переглянулись. Это было новое, неожиданное данное.       — Что значит «думает»? — тихо спросил Брюс.       Сайтама пожал плечами.       — Оно… живое. И злое. Как тот рогатый, только… концентрированное. Оно шепчет. Предлагает. Хочет, чтобы его взяли.       — Любопытно. Думаю, в будущем я смогу стащить это у Фьюри, чтобы поколдовать над ним, — ехидно добавив, Старк похлопал по плечу Бэннера.       Тони Старк и Брюс Бэннер вернулись к работе, склонившись над голографическими проекциями данных со скипетра.              Сайтама снова сел на стул и углубился в чтение заметок Эрика Селвига. Он мало что понимал в квантовой физике, но его цепляли рисунки на полях — спирали, схемы миров, похожие на то, что он видел в той самой лаборатории доктора Кусено.       Вскоре в лабораторию вернулся Стив Роджерс, и комната снова наполнилась напряжением.       — Да, — сказал Брюс, протирая очки. — Гамма-излучение точно такое же, как у Селвига в записках о Тессеракте. Но на их обработку уйдут недели.       — Если обойти их мейнфрейм и задействовать напрямую весь кластер, то можно найти где-то… шестьсот терафлопов, — быстро проговорил Тони, его пальцы летали по виртуальной клавиатуре.       Брюс усмехнулся.       — Хех. А у меня с собой только зубная щётка.       — Хех, — ответил Тони. — Знаете, наведайтесь как-нибудь в башню Старка. Там наверху десять этажей лабораторий. Залюбуетесь. Это сказка.       — Спасибо. — Брюс тут же стал серьёзным. — Но когда я последний раз был в Нью-Йорке, я чуть не снёс Гарлем.       — Ну-у, обещаю идеальные условия. Ни стрессов. Ни сюрпризов. — Тони ткнул Брюса в бок электрошокером малой мощности, который он держал в руке.       — Аууу! — вскрикнул Брюс, отскакивая.       Стив, наблюдавший за этим, не выдержал.       — Эй! Ты спятил?       — Не совсем, — невинно ответил Тони, убирая шокер. — Ты правда контролируешь его? В чём секрет? Мягкий джаз? Бой на бонгах, вагон травки?       — Для тебя всё шуточки? — Стив был в ярости.       — Вот это лучшее, — хмыкнул Тони.       — Угроза безопасности обитателей корабля — не шутка. Не обижайтесь, док, — сказал Стив, глядя на Брюса.       — Э-э-э, это ничего, — пробормотал Брюс. — Я бы не ступил на борт, если бы пугался колющих вещей.       — Не горбись, великан. Ходи гордо! — ободрил его Тони.       — Занялись бы делом, мистер Старк, — отрезал Стив.       — А я, по-твоему, не занят? — Старк мгновенно завелся. — Почему Фьюри созвал нас сейчас? Почему так поздно? И что он ещё не сказал? Я не решу уравнение, не зная всех переменных.       — Думаешь, Фьюри что-то скрывает? — спросил Стив.       — Он шпион. Капитан, он истинный шпион. Секреты внутри секретов. У него… — Тони указал на свой глаз, — глаз шпиона. Или это его тоже бесит, да?       — Я лишь хочу завершить работу… — начал Брюс, пытаясь их успокоить.       — Бэннер? Доктор? — Стив заметил, как изменилось лицо Брюса.       — Ну-у… «Подарить человечеству огонёк». Локи так сказал Фьюри про Куб, — медленно проговорил Брюс.       — Я слышал, — кивнул Стив.       — Думал, он имел в виду тебя. — Брюс посмотрел на Старка. — Даже если Бартон не сказал Локи о башне Старка, о ней столько в новостях…       — Башня Старка? — Стив нахмурился. — Тот большой уродливый… высотка в Нью-Йорке?       Брюс кивнул.       — Её питает дуговой реактор. Совершенный источник энергии. Эта башня сколько на нём живёт? Год?       — Пока это прототип, — тут же встрял Тони. — Сегодня — единственная в мире установка, генерирующая чистую энергию. Он это хочет сказать.       — Так почему Щ.И.Т. не привлёк его к работе с Тессерактом? — спросил Брюс, и его голос стал жестче. — И вообще, как энергетика у них оказалась на первом месте?       — Я, возможно, смогу узнать это, — сказал Тони с самодовольной ухмылкой. — Как только моя мудрая программа закончит взламывать защищенный архив Щ.И.Т.а.       Стив замер.       — Прости? Ты сказал…       — ДЖАРВИС запустил её, когда я взошел на мостик, — объяснил Тони, как нечто само собой разумеющееся. — Через пару часов я узнаю все грязные тайны Щ.И.Т.а, как бы их ни прятали. Пожуешь? — Он протянул Стиву пачку с черникой.       — И ты удивлён, почему тебя не привлекли сразу? — в голосе Стива звенел лёд.       — Интеллектуальная развед-организация боится интеллекта? Как-то это… не круто.       — Локи хочет вбить клин между нами, — отчеканил Стив. — Он стремится развязать войну. Стоит нам разобщиться, он сотрёт нас в порошок. Есть приказы. Нужно следовать им.       — Приказы не в моём стиле, — фыркнул Тони.       — Для тебя главное — стиль?       — Напомни-ка, кто из нас в лаборатории одет в костюм с побрякушками и вряд ли здесь нужен?       Брюс Бэннер посмотрел на Стива с почти извиняющимся видом.       — Стив, ты же не отрицаешь, что всё это немного странно.       Стив оглядел их всех — миллиардера-анархиста, нервного ученого, бога-пришельца.       — Найдите Куб, — бросил он и вышел из лаборатории.       Тони проводил его взглядом.       — И это парень, о котором без умолку говорил мой отец. Может, его зря разморозили?       — Что же вы за болтуны? — Голос Сайтамы заставил их обоих вздрогнуть. Он всё это время сидел в углу и читал. Он опустил бумаги Селвига и потёр виски. — Почитать не дали нормально.       — Извини, Соня, — сказал Тони без особого раскаяния. — Больше не повторится. Наверное.       — А Стив прав насчет Локи, — сказал Брюс, возвращаясь к работе, чтобы скрыть неловкость. — Он нас обскакивает.       Тони подошёл к Брюсу.       — Он носится, как койот с динамитной шашкой. Сам и подорвется. И я хочу это видеть.       — А я лучше из газет узнаю, — пробормотал Брюс.       — Ага. Или будь в костюме, как мы.       — Ты знаешь, я не ношу бронекостюмы. Я обнажен. Как нерв. Это кошмар.       Тони на мгновение стал серьёзным.       — У меня в груди засела шрапнель, которая каждую секунду рвётся к моему сердцу. Её останавливает этот кружок света. Он стал частью меня. Не только броней. Это ужасная привилегия.       — Но ты её контролируешь? — тихо спросил Брюс.       — Я научился.       — Это другое.       — Эй. — Тони подошёл совсем близко. — Я в курсе, что с тобой случилось. С твоей дозой облучения не живут.       — Хочешь сказать, что Халк… «Другой парень»… спас мне жизнь? Мило. Интересное мнение. Спас, чтобы что?       — Скоро узнаем.       — Боюсь, тебе не понравится, — сказал Брюс, отворачиваясь.       — А тебе… может.       Сайтама молча перелистнул страницу. Он перестал вникать в текст. Он просто слушал. Он понял, что хоть они и отличаются от обычных людей, у каждого из них была своя, по-настоящему дерьмовая жизнь. Один заперт в броне из-за шрапнели. Другой стал монстром из-за эксперимента. Он… просто был заперт. В своей силе. Впервые за долгое время он почувствовал не раздражение от чужих проблем, а что-то вроде… понимания.       Дверь лаборатории тихо открылась. Тони и Брюс, погруженные в свои мысли, не сразу заметили. Вошла Наташа. Она проигнорировала их и подошла прямо к Сайтаме. Он поднял на нее глаза.       — Мне нужно, чтобы ты пошёл со мной, — тихо сказала она.       — Я занят. — Он кивнул на бумаги.       — Я иду к Локи.       Сайтама отложил бумаги. Его заинтересовало не имя, а тот факт, что она пришла за ним.       — Зачем?       — Он не боится ни меня, ни Фьюри. Его всё это забавляет, — сказала она ровным голосом. — Но тебя… он не понимает. Я видела, как он смотрел на тебя в Квинджете. И в коридоре. Я хочу, чтобы он нервничал.       Сайтама вздохнул. Это снова звучало как работа.       — Я не «пугало».       — Я знаю. — Её взгляд был твердым. — Я хочу, чтобы ты просто… постоял. Посмотрел. Ты хорошо умеешь смотреть. Это часть сделки. Ты поможешь разобраться с этим, чтобы вернуться к своей тихой жизни.       Сайтама смотрел на нее секунду. Это было лучше, чем сидеть здесь и слушать споры Старка о технологиях, которые он не понимал. И ему, по правде, было немного любопытно посмотреть на бога в клетке.       — Ладно. — Он встал. — Но если он начнёт свои театральные монологи, я уйду.       — Договорились.       Они вышли, оставив Тони и Брюса в недоумении.       — Они… на свидание пошли? — спросил Тони.       — Не думаю, Тони, — ответил Брюс, возвращаясь к монитору.       Отсек содержания, Геликарриер Щ.И.Т.а. Несколько минут спустя.       Отсек с камерой Локи был самым тихим местом на корабле. Дежурный агент у панели управления кивнул Наташе, явно получив от неё предварительный приказ.       — Мне нужно пять минут. Без записи, — тихо сказала она. Агент колебался. — Мэм, директор Фьюри…       — …будет благодарен, если мы получим данные до того, как он взорвет корабль. Пять минут.       Агент кивнул и, бросив нервный взгляд на Сайтаму, отошел к дальнему выходу.       Сайтама не стал подходить к панели управления. Он отошел в самый тёмный угол отсека, прислонился к стене и сунул руки в карманы. Он был тенью, наблюдающей за другой тенью.       Наташа сделала глубокий вдох и шагнула на узкий мостик, ведущий к камере. Мостик втянулся за ней. Она осталась одна перед стеклянной стеной.       Локи сидел на койке, спиной к ней, и читал.       — Со мной прислали поговорить, — сказал он, не оборачиваясь. Его голос был полон скучающего высокомерия.       — Я пришла поговорить, — ответила Наташа.       — Ты прислана убийцей, чтобы напугать другого убийцу.       — Я пришла, чтобы узнать, что ты сделал с агентом Бартоном.       — Я расширил ему сознание. — Локи встал и медленно повернулся. Его взгляд скользнул по Наташе и тут же устремился в тёмный угол за стеклом, где стоял Сайтама. Улыбка на его лице стала шире.       — А-а-а, — протянул он. — Ты привела его. Свою цепную собаку. Думаешь, его присутствие меня пугает? Это… мило.       Сайтама в углу едва заметно нахмурился.       Наташа продолжила, стараясь следовать своему плану: «Я пришла… от лица Бартона. Выяснить, можно ли его спасти».       Локи рассмеялся, снова глядя на неё.       — Спасти? Милая, твой друг ушел навсегда. Я выжег его изнутри и заполнил собой.       — Это не…       — Я знаю тебя, Наташа Романофф. — Локи подошёл вплотную к стеклу. — Ты притворяешься одной из них, но я-то вижу. Весь этот красный… в твоём гроссбухе. Дочь Дрейкова. Сан-Паулу. Пожар в больнице…       Наташа пошатнулась. Это был точный удар. Её дыхание сбилось.       — Ты не можешь…       — Я могу! — рявкнул Локи, ударив ладонью по стеклу. — Я могу вытащить это наружу! Я могу заставить твоего драгоценного Бартона убить тебя! Медленно! Вырезая всё, что ты…       — Она не чудовище, — раздался ровный голос Сайтамы. Спустившись из комнаты наблюдения, он подошел к отсеку содержания. Локи замер. Его триумф испарился. Он медленно повернул голову, глядя на Сайтаму. — Она просто шпион, — продолжил Сайтама, его голос был лишён эмоций. — А ты… ты просто болтун.       На лице Локи отразилась гамма эмоций — от шока до ярости. Но сильнее всего было… любопытство.       — А ты? — прошипел он. — Ты что, человек? — Он рассмеялся. — Я видел твой разум, когда ты коснулся меня в лесу. Пусто. Холодно. Ты сжёг целый мир, не так ли? Уничтожил всё, что любил, всё, что ненавидел, пока не осталась… только эта тупая, жгучая скука.       Наташа замерла. Что он сказал? Сайтама не изменился в лице, но его глаза опасно сузились. Он сделал шаг к стеклу, подойдя ближе к Наташе.       — Ты не знаешь, что ты видел, — сказал он.       — О, я знаю! — Локи был в экстазе. Он нашёл кнопку. — Ты ищешь равного! Ты ищешь того, кто не сломается от твоего прикосновения! И ты отчаянно надеешься, что я им окажусь. Или, может быть… он?       Наташа похолодела, но её лицо осталось непроницаемым.       — Он… он говорит о Бэннере.       — БИНГО! — закричал Локи, вскидывая руки. — Вы думаете, мой план — это вы? Что я хочу править этим кораблем? Я — бог! Мне не нужен этот железный гроб! — Он указал пальцем на Сайтаму через стекло. — Я здесь не для того, чтобы править. Я здесь, чтобы посмотреть шоу. Я выпущу Зверя. Я сломаю его хрупкий разум. И он придёт. Он придёт за тобой, дитя Дрейкова. Он придёт за всеми вами. И тогда… — Его голос упал до экстатического шёпота, глаза впились в Сайтаму, — тогда ты перестанешь скучать. Ты наконец-то сможешь ударить. Я даю тебе то, чего ты жаждешь. Я дарю тебе… развлечение. Неудержимая сила против непробиваемого объекта. Халк против… Ничто.       Наташа не попятилась. Она выдержала его безумный, торжествующий взгляд. Мостик начал опускаться.       — План ясен, — холодно констатировала она, проходя мимо Сайтамы. — Он не просто сеет хаос. Он натравливает «монстров». Цель — Бэннер.       Сайтама молча смотрел на Локи. Локи смотрел на него, улыбаясь во весь рот.       — Значит, зелёный, — сказал Сайтама.       — Скоро, — пропел Локи. — Очень скоро.       — Хорошо, — ответил Сайтама. — Я устал ждать.       Он развернулся и вышел из отсека. Наташа же в это время просчитывала новые, смертельно опасные переменные.       Лаборатория Геликарриера, Щ.И.Т.       Воздух в главной лаборатории Геликарриера был тяжёлым и спёртым. Он пах озоном, горячей пылью и переработанным кислородом. Спор уже шёл, когда они вошли.       Тони Старк стоял, скрестив руки на груди, и насмешливо смотрел на Ника Фьюри. Стив Роджерс, прямой, как стальной стержень, казался моральным упреком во плоти. Доктор Брюс Бэннер нервно протирал очки, стараясь держаться как можно дальше от центра конфликта.       — …пока вы не объясните мне, что такое «Фаза 2»! — донеслось до них требование Роджерса, когда гидравлическая дверь с шипением открылась.       Тор вошел первым, его красный плащ тяжело колыхнулся. Он всё ещё кипел от унижения после стычки на вершине горы. Наташа Романофф вошла следом, её взгляд был холодным, аналитическим; она мгновенно оценила температуру в комнате.       Сайтама вошёл последним.       Он остановился у входа, темная фигура на фоне стерильного белого света коридора. Шум спора был для него просто фоном, раздражающим, но привычным. С момента пробуждения Тессеракта мир наполнился этим низкочастотным гулом — диссонансом, который царапал его восприятие.       Но здесь, в этой лаборатории, был и другой звук.       Он исходил не от Тессеракта, который Фьюри изучал на главном экране. Он исходил от скипетра, покоившегося в высокотехнологичной колыбели. Это была иная частота. Не пространственный гул куба, а что-то острое, ядовитое, похожее на шёпот. Оно не просто звучало — оно внушало. Оно поощряло раздражение, раздувало гордыню, подтачивало сомнения.       Это делало воздух в комнате ещё более удушливым.       Наташа сделала несколько шагов вперёд, её голос ровно и профессионально разрезал напряжение. Она обратилась к Бэннеру, который заметно нервничал:       — Вы здесь не из-за моих красивых глаз, не так ли, Доктор?       Бэннер вздрогнул, его пальцы сжались.       — Даа, я никуда не уеду, — он невесело усмехнулся. — Зря вы занервничали. Я хочу знать. Почему Щ.И.Т. использует Тессеракт в разработках оружия массового поражения?       Взгляд Фьюри переместился с Бэннера на массивную фигуру Тора. Он указал на асгардца:       — Из-за него.       Тор отреагировал так, словно его ударили.       — Меня?       — В прошлом году, — Фьюри не отступил, его единственный глаз сверлил бога, — на Землю явился некто, чей уровень силы превосходит всё, что мы видели. Он стёр с лица земли целый городок. Мы поняли не только, что мы не одни, но и то, что мы безнадёжно беззащитны.       — Говорите о контроле, а сами устроили хаос! — прорычал Тор, делая шаг к директору.       — Таков уж его метод, — вмешался Брюс Бэннер, и в его голосе прозвучала нервная, почти истерическая нотка. Он обвел рукой присутствующих. — Мы что, уже команда? Нет-нет. Мы химическая смесь, что порождает хаос. Мы… — он горько рассмеялся, — мы — часовая бомба.       Фьюри шагнул к нему, его кожаный плащ скрипнул.       — Вам лучше, — прошипел он, — лучше держаться в стороне.       Это стало сигналом.       — А почему мы вообще должны его слушать? — вклинился Старк, подходя к Стиву. — Он же просто ходячая «Капсула времени». Он нам не капитан.       — Зато ты, я вижу, образец для подражания? — немедленно парировал Стив, поворачиваясь к нему. — Только и можешь, что красоваться. Ты не из тех, кто ляжет на колючую проволоку, чтобы другие прошли.       — Я бы её перерезал, — съязвил Тони.       — Вечно у тебя есть ответ… Ты не герой. Ты просто напыщенный, эгоистичный…       — Большой человек в броне. А без неё ты кто?       — Гений, миллиардер, плейбой, филантроп.       Тор, стоявший между ними, громко и снисходительно рассмеялся над их перепалкой, словно наблюдал за ссорой детей.       Спор разгорался, голоса становились громче, обвинения — острее. Каждый в комнате поддавался давлению, их худшие черты вылезали наружу.       Все, кроме двоих.       Наташа стояла неподвижно, её глаза переходили от одного «героя» к другому. Она регистрировала их слабости, их поведение. Она была профессионалом, окруженным любителями.       Сайтама же не слушал их вовсе. Он подошёл к скипетру.       Высокочастотный шёпот усиливался. Он видел, как голубой камень внутри мерцает в такт их учащённым пульсам. Он чувствовал, как эта вещь питается их гневом.       — Он странно светится, — произнёс Сайтама.       Его голос не был громким, но он прозвучал так неожиданно, что спор мгновенно затих. Все повернулись к нему.       Брюс Бэннер, стоявший ближе всех, медленно перевёл взгляд на скипетр. Он словно был в трансе. Его рука потянулась и взяла оружие Локи. Металл холодил ладонь. Шёпот в голове превратился в крик.       — Хотите знать мой секрет, агент Романофф? — Бэннер повернулся к ней, его глаза дико блестели. — Как я остаюсь спокойным?       Сайтама наблюдал за ним без тени эмоций. Он видел, как дрожит рука доктора, как напряглись мышцы на его шее. Он узнавал это состояние — неминуемый срыв, точка невозврата. Он сделал полшага в сторону, занимая позицию между Бэннером и Наташей.       — Хочешь проверить? — тихо спросил он.       Вопрос прозвучал не как угроза. Он прозвучал как констатация факта. Как предложение закончить это прямо здесь.       Воздух в лаборатории застыл. Смех Тора, сарказм Старка, праведность Стива — всё испарилось. Остался только Брюс Бэннер, держащий в руках артефакт немыслимой силы, и человек, который только что предложил ему выпустить Халка.       — Доктор Бэннер! — крикнул Стив, делая шаг вперёд. — Опустите скипетр!       Словно ледяная вода окатила Брюса. Команда Роджерса пробилась сквозь туман влияния. Брюс моргнул. Он посмотрел на скипетр в своей руке, затем на напряженные лица вокруг. На Сайтаму, который смотрел не на него, а сквозь него, готовый к удару.       — О… — прошептал Бэннер, осознавая, что только что чуть не сделал. — Боже.       В тот же миг Геликарриер содрогнулся.       Оглушительный взрыв ударил в корпус корабля со стороны левого борта. Металл заскрежетал. Вся лаборатория резко накренилась. Колбы, мониторы и оборудование полетели на пол. Люди посыпались друг на друга.       Аварийные сигналы взвыли, заливая всё красным, пульсирующим светом.       Первой вернулась гравитация.       Ударная волна швырнула их в разные стороны. Пол лаборатории провалился, превратившись в зияющую дыру из искорёженного металла и рваных кабелей.       Наташа Романофф и Брюс Бэннер рухнули вниз, в полумрак технических палуб. Падение было жёстким. Наташа вскрикнула, когда массивный стальной швеллер, сорванный со своего места, приземлился ей на ногу, пригвоздив её к полу. Боль была острой, обжигающей, но адреналин мгновенно её приглушил.       Вокруг них шипел пар, сыпались искры. Красный аварийный свет заливал всё апокалиптическим сиянием.       — Мы в порядке, — выдохнула она, пытаясь сдвинуть трубу. Металл не поддавался. — Мы в порядке, верно?       Она посмотрела на Брюса. Он лежал в нескольких метрах, среди обломков, и тяжело дышал. Его глаза были закрыты, лицо искажено болью. Но это была не только физическая боль.       — Доктор? Брюс! — её голос стал тверже, она узнала эти признаки. — Сопротивляйтесь. Это как раз то, чего хочет Локи. Все будет хорошо, послушайте.       Бэннер застонал. Это был низкий, гортанный звук, в котором человеческого оставалось всё меньше.       Из-за угла, спотыкаясь, выбежали два инженера в комбинезонах.       — Ранены? — крикнул один, заметив их.       — Уходите! Назад! — приказала Наташа, властным жестом веля им уйти. Они замерли, но подчинились, исчезая в коридоре. Они не могли здесь помочь.       Она снова повернулась к Брюсу, который уже садился, сжимая виски.       — Все будет хорошо. Слышите? — она говорила быстро, отчаянно пытаясь удержать его. — Я клянусь своей жизнью, что вытащу вас отсюда.       Брюс медленно поднял на нее взгляд. Его глаза уже начинали зеленеть. Он усмехнулся, и в этой усмешке не было ничего от доктора.       — Жизнью?..       Трансформация была мгновенной и ужасающей. Рёв разорвал воздух — первобытный вопль чистой ярости. Кости ломались и срастались, мышцы рвали ткань. Через секунду на месте Брюса Бэннера стоял Халк.       Он ударил кулаком по полу, и палуба содрогнулась.       Наташа, собрав все силы, выдернула ногу из-под трубы, игнорируя вспышку боли. Она вскочила, отступая, выхватывая пистолет. Она предостерегающе уставилась на монстра.       Халк взревел снова, готовясь к прыжку.       В этот момент что-то тёмное пробило искорёженный потолок над ними и бесшумно приземлилось между ней и Халком.       Сайтама.       Он стоял спиной к ней, его тёмный плащ даже не колыхнулся от приземления. Он просто стоял, слегка наклонив голову, словно прислушиваясь к реву монстра. Вся ярость Халка, казалось, разбивалась о его неподвижную спину.       — Отойди, — его голос был спокойным, лишённым всякого напряжения. Он обратился к Наташе, не оборачиваясь. — Я его успокою.       Халк замер. Он смотрел на эту фигуру. Он узнал её.       — Ты, — прорычал Халк, в его голосе смешались ненависть и сомнение. — УБРАТЬСЯ!       Он нанёс удар — сокрушительный, способный пробить танк.       Сайтама просто поднял руку и поймал гигантский зелёный кулак в свою ладонь.       Раздался не хлопок. Раздался грохот, подобный взрыву вакуумной бомбы. Ударная волна, отраженная от ладони Сайтамы, ударила обратно в Халка и во все стороны. Наташу швырнуло на переборку. Оставшиеся стёкла в отсеке разлетелись в пыль.       Халк отшатнулся, тряся рукой. Он смотрел на свою ладонь, потом на Сайтаму. Тот не сдвинулся ни на дюйм.       — Ты очень шумишь, — сказал Сайтама. Он говорил так, будто отчитывал соседа за громкую музыку. — Это мешает.       — РААААА! — Халк атаковал снова, обеими руками.       Сайтама уклонился от первого удара, отвёл второй, а затем просто толкнул монстра в грудь двумя пальцами.       Халк, весивший больше тонны, отлетел назад, как пушинка, и проломил собой три технических переборки, прежде чем остановиться.       Наташа, тяжело дыша, смотрела на это, её разум отказывался обрабатывать увиденное. Это была не драка. Это было усмирение.       Верхние палубы и двигатели       Выше, в самом сердце хаоса, Стив Роджерс и Тони Старк боролись за жизнь корабля.       — Старк, двигатель номер три не отвечает! — крикнул Стив в коммуникатор, уворачиваясь от снопа искр. Ветер выл в пробоине.       — Я вижу, Кэп! — донеслось в ответ. — Похоже, наши новые друзья-террористы знают, куда бить. Я пытаюсь перенаправить энергию, но эта посудина слишком тяжела!       Они работали в отчаянном тандеме: Роджерс физически пытался удержать разрушающиеся конструкции, пока Старк в своем костюме сновал между турбинами, пытаясь перезапустить умирающий двигатель.       Тюремный блок       Тор не думал о двигателях. Взрыв отделил его от остальных, и его инстинкт вел его только в одно место. Он мчался по коридорам, расталкивая бегущих агентов. Локи.       Он ворвался в тюремный блок. Камера была цела. Локи стоял внутри, спиной к нему, и смотрел в стену.       — Локи! — взревел Тор.       Фигура медленно обернулась. Это был не Локи. Это был сам Тор. Иллюзия ухмыльнулась ему.       — Ты вечно будешь на это покупаться?       Тор ударил Мьёльниром в стекло, но молот отскочил.       — Что ты наделал?!       — Я? — рассмеялся Локи, его настоящий голос раздался из-за спины Тора. Бог грома обернулся и увидел брата, стоящего у пульта управления. — Я просто показал им то, что они и так знали. А теперь…       В этот момент в отсек ворвался Фил Колсон. Он увидел оперативника Щ.И.Т.а, стоящего рядом с Локи, и, не колеблясь, выстрелил в него из транквилизатора. Агент упал.       — Агент Колсон, — ухмыльнулся Локи. — Вы упустили свой шанс.       — Нет, не упустил. — Колсон поднял массивное оружие — то самое, собранное на базе Разрушителя. Фаза 2. Он выстрелил.       Но Локи был уже не там. Иллюзия развеялась, и бог обмана оказался за спиной Колсона, пронзая его своим скипетром насквозь.       Тор взревел от ярости, ударив в стекло камеры.       — Люди считают нас бессмертными, — прошептал Локи, глядя, как Колсон падает. — Стоит проверить.       Он нажал кнопку на панели. Люк под камерой Тора открылся.       — НЕ-Е-ЕТ!       Тор, бог грома, с криком вылетел из Геликарриера и полетел к земле с высоты в девять тысяч метров.       Технические палубы       Халк поднялся из обломков. Он смотрел на Сайтаму. Ярости больше не было. Только первобытный ужас.       — Ты… — прорычал он. — Уходи…       Сайтама проигнорировал его. Он посмотрел в потолок, в ту сторону, где находился тюремный блок. Диссонанс, исходящий от скипетра, стал острее.       — Источник шума ушёл. Вон тот, — он кивнул в сторону.       Халк, сбитый с толку, но благодарный за любую цель, которая не была этим человеком, взревел и прыгнул. Он проломил потолок, устремляясь прочь от Сайтамы, оставляя за собой след из разрушений.       Сайтама, наконец, повернулся к Наташе, которая прислонилась к стене, зажимая раненую ногу. Он подошёл к ней. Она невольно напряглась. Он был страшнее Халка.       Он просто посмотрел на её ногу, потом ей в глаза.       — Сможешь ходить?       Этот простой, почти бытовой вопрос в центре всего этого ада был самым странным, что она слышала за сегодня.       — Да, — выдавила она. — Да. Я…       — Хорошо.       Он развернулся и пошёл к пролому, через который улетел Халк, очевидно, направляясь за ним.       Наташа на секунду закрыла глаза, переводя дух. Агент Романофф взяла верх. Она проверила коммуникатор. Тишина. Она двинулась по коридору. У неё была своя цель.       Она нашла Клинта Бартона в одном из узлов связи. Он как раз перезагружал системы навигации, подчиняясь воле Локи.       — Клинт, — позвала она.       Он обернулся, его глаза были холодными и пустыми. Бой был жарким. Они оба знали приемы друг друга. Это была не драка, а жестокий, отточенный балет. Она уклонялась от его ножа, он блокировал её удары. Наконец, она смогла повалить его и с силой ударить головой о металлическую консоль.       Удар был рассчитан. Клинт обмяк. Она прислонила его к стене, тяжело дыша.       Тюремный блок       Ник Фьюри прибыл слишком поздно. Он опустился на колени рядом с Филом Колсоном, который лежал в луже собственной крови.       — Простите, босс, — прохрипел Колсон, пытаясь улыбнуться. Кровь пузырилась у него на губах. — Наш бог смылся.       — Не отключайся. — Фьюри зажал рану, его руки были в крови. — Глаза не закрывай! Медиков!       — Не-ет… я в отставке, сэр…       — Я её не приму, агент!       — Всё хорошо, босс, — прошептал Фил. Его взгляд затуманился. — Это бы не сработало… если бы у них не было… за что…       Его рука разжалась.       Фьюри замер, глядя на своего лучшего агента. Он молчал несколько секунд. Затем поднял свой коммуникатор.       — Агент Колсон мёртв.       Помехи. Затем голос агента Хилл: «Медицинская группа ушла к вам, сэр».       Фьюри посмотрел на безжизненное лицо Фила.       — Они уже здесь. Подтвердили.       Заброшенный склад, Квинс, Нью-Йорк       Падение Халка пробило три этажа ветхого склада. Он приземлился в подвале, среди гор гниющей ветоши и бетонной крошки.       Сайтама приземлился секундой позже, на край зияющей дыры. Он смотрел вниз.       В центре кратера, окутанный паром, исходящим от его тела, лежал Брюс Бэннер. Обнаженный, дрожащий, скрюченный. Зелёный цвет ушёл, оставив после себя бледную, измученную плоть. Первобытный рёв ярости, который был слышен даже сквозь грохот двигателей Геликарриера, исчез.       Осталась только тишина и хриплое дыхание человека.       Сайтама спрыгнул вниз. Он не подходил близко. Он просто наблюдал, как существо, способное сражаться с богами, сжалось до размеров обычного, сломленного человека. Он не чувствовал ни жалости, ни удовлетворения. Только констатацию факта: работа выполнена. Монстр успокоился.       Сверху донесся скрип. Старый охранник, привлеченный шумом, с дрожащими руками светил фонариком в дыру.       — Эй! Кто там? Я звоню копам!       Сайтама посмотрел на Бэннера, который начал тихо стонать, приходя в себя. Потом посмотрел на охранника. Ещё один.       — Думаю. Дальше сам справишься, — тихо сказал он бессознательному телу.       Он слегка согнул колени и в одно мгновение вылетел сквозь дыру в крыше, не оставив после себя ни звука, ни следа. Охранник, ослеплённый пылью, лишь моргнул, решив, что ему всё это привиделось.       Геликарриер Щ.И.Т., Медицинский отсек       Геликарриер выровнялся. Он хромал, один из двигателей был мёртв, но он держался в воздухе.       В стерильной комнате Клинт Бартон сидел на койке, опустив голову. Наташа Романофф стояла напротив, скрестив руки. Между ними лежали его лук и колчан.       — Он открыл мне разум, — глухо сказал Клинт. Он провёл рукой по лицу. — Я видел всё, что делал. Каждого агента, которого я… Я просто нажимал на курок, Ната. И ничего не мог поделать.       — Как я узнаю, что это ты? — её голос был ровным, без эмоций. Это был протокол.       Клинт поднял на нее глаза. В них больше не было стеклянной пустоты. Только вина и холодная, привычная усталость.       — Ты ударила меня головой об консоль достаточно сильно. Промыло мозги, — он криво усмехнулся. — Ты знаешь мои секреты. Знаешь, где я прятал запасной нож в Будапеште. Знаешь, что я…       — Достаточно, — прервала она. Тест был пройден. — Нам нужно двигаться.       Капитанский мостик, Геликарриер       Стив Роджерс стоял у разбитого иллюминатора, глядя на проплывающие внизу облака. Ветер рвал тишину. Корабль содрогался, но летел. Тони Старк, сняв шлем, стоял у тактического стола, глядя в пустоту.       Потеря Колсона ощущалась как дыра в самом корабле.       Стив подошел к перилам рядом со Старком.       — Он был женат?       Тони не сразу ответил.       — Нет. Была одна. Артистка, кажется. Виолончелистка.       Стив кивнул, глядя вдаль.       — Мне жаль. Хороший был парень.       — Он был идиотом, — резко ответил Тони.       Стив повернулся, его взгляд стал жестким.       — Почему? Потому что верил?       — Потому что брал Локи один! — Тони ударил ладонью по столу. — У него не было ни единого шанса.       — Он делал свою работу, — твёрдо сказал Стив.       — Локи не из его лиги! — голос Старка сорвался. — Он мог подождать. Он мог…       — Иногда не выкрутиться, Тони, — тихо прервал его Стив.       Тони замолчал. Он с вызовом посмотрел на Капитана.       — Точно. Слышал об этом.       — Ты впервые теряешь солдата? — в голосе Стива не было упрёка, только усталая констатация.       Это взорвало Тони.       — МЫ. НЕ. СОЛДАТЫ! — прорычал он, взглядом сверля Стива. — И я не буду плясать под дудку Фьюри. Он использовал смерть Колсона, чтобы нас мотивировать. Он лгал нам с самого начала.       — И я бы не стал, — неожиданно спокойно согласился Стив. — Его руки в крови, как и у Локи. Но сегодня нам нужно забыть об этом. Сделать то, что необходимо.       Он отвернулся от Тони, глядя на тактическую карту.       — Локи нужен источник энергии. Если составить список потенциальных целей…       — На меня полез, — глухо сказал Тони.       Стив посмотрел на него.       — Это не главное.       — Нет. Главное! — Тони обошёл стол, его мозг заработал с бешеной скоростью. — Для Локи это главное. Он задел каждого за живое. Тебя, Тора, Бэннера, Романофф… кроме Сайтамы. Зачем? Почему его он обошёл?       — Хочет нас поссорить, — просто ответил Стив.       — Да. Разделяй и властвуй. Круто, но… — Тони остановился, его глаза расширились от внезапного озарения. — Он не достигнет цели, если не избавится от нас. Это ему нужно. Он хочет разбить нас, чтобы все это видели. Ему нужны зрители.       — Верно, — подхватил Стив. — Как тогда, в Штутгарте.       — Да! — воскликнул Тони. — То была репетиция. Сегодня премьера, и Локи на ней — примадонна. Ему нужны цветы. Нужны парады. Нужен монумент до небес, чтобы его имя было… Сукин сын.       Он посмотрел на Стива. Их разногласия испарились перед лицом общей цели.       Позже. Коридор у ангара.       Стив шел быстрым шагом. Он увидел Наташу, выходящую из медотсека. В этот момент из душевой, примыкающей к комнате отдыха, вышел Клинт. Он вытирал полотенцем мокрые волосы, но уже был одет в тактическое снаряжение.       — Нам пора, — бросил Стив.       Наташа вопросительно подняла бровь.       — Куда пора?       — Расскажу по дороге. — Стив не останавливался. — Летать умеешь на джете?       — Я умею. — Клинт шагнул вперёд, его голос был твёрд.       Стив окинул его взглядом.       — Есть костюм?       — Есть.       — Тогда одевайся.       Стив уже направлялся к ближайшему Квинджету. Наташа и Клинт пошли за ним.       — Вы нашли Сайтаму? — спросила Наташа. Вопрос, который висел в воздухе. Их непредсказуемый, самый мощный актив.       Стив, не оборачиваясь, ответил:       — Тони засек его в Нью-Йорке. Он в своём жилище, как мне заверил Тони.       Он зашагал в сторону джета, оставляя Наташу наедине с этой мыслью. В самый решающий момент их «Призрак Гарлема» просто ушел домой.