Часть 19

Глава 18

Стоя в комнате ведьмаков, женщина с некоторым трудом вставила колёсики на своё место. Хорошо было, что меньшее, что было придавлено колёсиком побольше, дама поставила первым. Так, ставить большое колесо не предоставлялось трудным, ведь руки могли легко надавить на диск и вжать его на место. С иглой было труднее, парочке мужчин пришлось помочь, ведь Гроу физически не могла её вставить как нужно, слишком уж плотным было дерево. Механизм не был сломан сам по себе. Починить его, строит сказать, Гроу бы совершенно не смогла, а вот вставить иглу и два диска, которые она видела раньше – более чем. – Вот. Теперь должен работать! – она успела попросить мужчин принести и масло для смазки, так что за пару минут большое колесо более чем задорно начало крутиться, приводя в действие незамысловатый механизм. Первым в работу станка вступило бы вытягивание. Пара гладких валков захватывала пучок волокон, осторожно вытягивая их. Волокна вытягивались и выравнивались, готовясь к следующему этапу. Затем вступал в игру механизм скручивания. В центре всего действия находилось веретено, которое вращалось, издавая некоторый грохот, однако стук был жутко монотонный и даже несколько привычный. Каждый оборот веретена был точно рассчитан, чтобы обеспечить идеальную степень скручивания, придавая нити необходимую прочность и гибкость. Параллельно с этим механизм подачи контролировал поток волокон, обеспечивая их равномерное поступление к веретену. Он работал незаметно, но без него весь процесс мог бы быть нарушен! Наконец, готовая нить проходила через направляющие, которые аккуратно укладывали её на бобину. Механизм наматывания следил за тем, чтобы нить ложилась ровно и без перегибов, создавая идеально намотанные бобины, готовые к дальнейшему использованию. Это была та часть механизма, что была чуть сломана, однако по починке, крутилось всё как нужно, оставляя лишь необходимость в самой шерсти, которая в будущем и станет нитями. Команда по исправлению станка смотрела на красоту даже чуть заворожённо, словно никогда ранее не видела, как работал этот, в самом деле ничем не примечательный, аппарат. Махханаи, наверное, первые, кто его придумал, но уж явно не последние, кто сделал. – Ну ничего себе! Вы что, таки починили бобину? – старая женщина, стоит признать, выглядящая для своего старого возраста просто восхитительно, тоже наблюдала за процессом и чуть удивлённо подошла к машине, смотря на Гроу. – Это ты её починила? – А? Да нет, на такое мозгов не дали, – Гроу, стоит признать, была не слишком хороша в том, что нужно было чинить. Она даже вышивать не умела, за то зашить что-то, хоть и не очень аккуратно, могла. – там просто колёсиков не было и иглы. А так все работало. Не знаю даже, нужно ли было масло, но мой папа всегда его туда капал, когда собирал что-то наново, так что я подумала, что это замечательная идея. – Более чем, – улыбнулась старушка, продолжая смотреть на новенькую с некоторой степенью подозрения. – а вы новенькая, да? – на неё глянули и кивнули. Старушка была ниже Гроу сантиметров на пять, отчего той приходилось смотреть на неё сверху вниз. – Да, я не так давно приехала. – судя по хитрому взгляду, добавила. – Если вы пытаетесь понять, про меня ли говорили лекари – то да, про меня. – глаза женщины, кажется, блеснули чем-то ярким и она улыбнулась шире, позволяя элегантным морщинам принять миловидную форму. – Так вы лесная ведьма! То-то я думаю вы этот станок знаете! – его знали много, где, но вероятно, именно такой внешний вид он действительно имел только у лесных ведьм. И то, не всё было так, те же металлические цилиндры были сделаны из камня. – Ой, это же замечательно, что вы к нам приехали! Ну наконец-то будет хоть кто-то, с кем можно поговорить! – подобное оживление не предвещало ничего хорошего. – Нет! – возмутилась ей Ао-И. – Это моя подруга! Она застрянет там с вами, вы же ей подышать даже не дадите своими вопросами! – кто бы говорил, ведьмочка даже глянула на ведьмачку в этот момент, явно не будучи уверенной, серьёзно ли девушка, или просто шутит. – Ао-И, ты вообще не спорь со старшими! – многие несколько неловко отошли, они явно не хотели спросить со старой дамой и, стоит признать, Гроу давно уже заучила, что женщины с дорогими, изящно подобранными украшениями, которые они носят на показ, - одни из самых опасных. Наррон научил её этому, да и сама Гроу в том убедилась знатно. Потому и не хотела видеться с Ла-я-Ли. Та всегда носила на себе восхитительные побрякушки. – Или мне напомнить тебе о твоём парне, который куда-то случайно делся? Научись держать язык за зубами! – Ну бабушка! – бабушка? В Линбурге так матери выглядели. После двадцати пяти уже у многих виднелись яркие морщины, а к тридцати большинство напоминало старых людей, что мужчины, что женщины. Гроу генетически в этом плане повезло, но даже она выглядела на свой возраст, что ведьмам было не свойственно и проявлялось обычно от слишком большого количества стресса. – Я же просила тебя не упоминать об этом! И мы с ним, вообще-то, помирились! – Ао-И стукнула ножкой и обиженно ушла. – Что вы так на меня смотрите, дорогая? – мило поинтересовалась у неё старушка. – Что-то не так? – Я думала вы её мама! – искренне удивлённо сообщили женщине, приложив руку к своей груди. – Честно! – Ах, дорогая, не стоит! – женщину это явно позабавило, и она рассмеялась, махая рукой. – Мне уже много лет, я очень старая. – вытерев несуществующую слезу, ведьмочке кивнули. – Пойдём, я уже знаю, с кем тебя нужно познакомить. – взяв ту под руку, повели, по дороге указывая рукой вокруг, словно там было что-то, чего ранее не было. – Моё имя Ирана. – идущая рядом неловко улыбнулась. – Запомни его. – Ха-ха, – неловко посмеялись той. – могу вас расстроить. Я за последнюю неделю узнала больше имён, чем за всю жизнь слышала. Уже начинаю путать кто есть кто. – кажется, идущую рядом это чуть задело. – Я постараюсь, конечно. – Ну уж постарайся, нельзя так не уважать старших, знаешь ли! – ту провели к одной из дальних комнат, явно желая поговорить с новенькой в "особой" компании. – Но ничего, я думаю мы готовы потерпеть, пока ты запомнишь, могу понять, что бывает трудно на новом месте. – убедившись, что её ногти выглядят безупречно, почему они красные Гроулин тоже не понимала, – Хотя эта же Мин-Су такая нахалка! Совершенно не уважает старших, ещё и кокетничает! Ах, была бы в ней хоть бы минимальная совесть! – с новенькой зашли в комнату. Красиво обставленная, она содержала в себе ещё несколько дам. Не все были старыми, но все из них, стоит сказать, выглядели просто безупречно. – Дамы, знакомьтесь, это Гроу. – те кивнули. – Здравствуйте. – Гроу тоже им кивнула. Сложно было что-то ещё сделать, ведь девушка совершенно не понимала, зачем её вообще позвали сюда. Непонятные ей дамы хотят от неё непонятно что. Звучит само по себе подозрительно, однако мадам, что привела её, была более чем похожа на бабушку Ао-И. Даже манера походки была схожа, правда, где тогда мама знакомой ведьмачки? – Ну? – начала одна из женщин. На неё уставились чуть озадачено. – Ты из Линбу́рга приехала? – она тоже ставила ударение на "у", что стоящую даже взбесило немного. – Да что же вы все на "у" ударение ставите?! – обиженно взмахнули руками, разводя их в сторону. Часть женщин уже начала тихонько цыкать, но официантку это вовсе не волновало. – Нет, я приехала из Ли́нбурга! И я всё ещё не понимаю, в чём проблема этого слова и почему все из вас, до единого, пытаются рассказать мне, что я из Линбу́рга. Это просто возмутительно! – Ай-яй-яй! – строго проговорила одна из сидящих, вставая и подходя к даме, после легонько ударяя её по подбородку веером, заставляя выпрямиться. Гроу, стоит сказать, почти всегда горбилась. Да, не слишком, но всё же. – Хамишь, а ещё и горбишься! Как тебе не стыдно?! Девушке не подобает подобное поведение! – Извините, конечно, – возмутилась на это Гроу, – но я вас совершенно не знаю, что, во-первых, а во-вторых, это тоже не вежливо, бить меня веером по подбородку. – женщина хмыкнула, но всё-таки отошла, начав махать тем перед своим лицом. Какой смысл был в этом, если веер не создавал воздуха? Да и жарко вовсе не было, разве что душно. – Ну, допустим. – улыбнулись той, хитро щуря глаза. – Мы слышали, что ты уже знакома с Реншу. – другие закивали. – Но чем же ты таким заинтересовала его, что бы он решил привезти тебя сюда? Нам интересно. ~ – так вот зачем её позвали! Послушать о жизни захотели! Глупое решение, даже слишком. Да и вообще, почему их так волнует Реншу? – Ну, я из Линбурга. – ударение даже усилили, наблюдая, как ей указали на сидение, на которое без вопросов сели. – Чем я его заинтересовала я, честно, не знаю. Это тайна даже для меня. Я самая обычная девушка и, более того, не думаю, что подхожу ему. Особенно по статусу... – даже несколько расстроенно отметили дамам, на что те вдруг искренне довольно ей заговорили. – О, ну хоть не горделивая! Уже хорошо! – начала одна. – Тебе стоит поработать над своими манерами, если даже такая как Ла-я-Лей не подошла ему, значит он очень уж придирчив к своим пассиям! – заверила её другая. – И у тебя, моя дорогая, внешне шансов нет совершенно! Ты выглядишь просто ужасно! Взять только эти веснушки? Или эти ужасные мешки под глазами! – на это согласно закивали, поддакнув на это заявление. – Так что брать тебе придется манерами и умом! – кажется, ведьму это совершенно не беспокоило, но женщины не остановились. – Подумай сама, если даже такая красотка как Ла-я-Лей не смогла завоевать его! – вцепились они за неё, конечно, мертвой хваткой, хотя даме даже лишнего слова вставить не давали, так что женщина просто сидела и слушала. – Как это сможешь сделать ты? У тебя ни лица, ни фигуры, ни манер! Наверное, и навыков, положенных женщине нет! Танцевать умеешь? Нет, конечно! А вышивать? Не умеешь конечно! Будет хорошо, если ты умеешь читать! – громкий смех разнёсся по комнате. – Ой, хотя вы видели его? Он ведь такой серьёзный! Ему нужна девушка, которая исполняет роль жены идеально! Не зря же он меняет девушек каждый год! А чем же его могла бы зацепить такая замарашка, как ты? Ни фигуры, ни натуры! М? ~ – эти разговоры, или, скорее, обсуждение молчащих, продолжались долго. Не меняясь ни в чём, от интонации до смысла, беседовали женщины часа два, лишь после разрешив Гроулин уйти. Она не была обижена или тем более расстроена, хотя лишний раз убедила саму себя, что не подходит для Реншу. Её много раз называли всеми возможными словами, начиная от "маленькой шлюхи" и заканчивая "не достойной жизни тварью" и это если брать те, которые не были слишком уж неприятными.  Ничего критического в этом не было, за исключением того, что с проповедником спят они в одной кровати и совершенно не ясно, когда же это всё закончится и он решит её сменить, как сменил всех любовниц до того! Ведьме было всё равно, что эти дамы считают правильным или нет, они не играли совершенно никакой роли в её глазах, тогда как Реншу - более чем. Даже, если сама идущая ещё не определилась, какую именно. Быть любовницей у Гроу не выйдет, при всём её уважении к происходящему, они не понимала всех правил и устоев и совершенно не хотела разбираться в этом. Будь ей шестнадцать или, может, девятнадцать, она бы ещё разбиралась, интересовалась и хотела бы быть кем-то, что для Реншу, что для всех вокруг. Но сейчас? Сейчас она хотела быть собой. Она не собиралась меняться ради людей, которые вероятнее всего бросят её так же, как и собственный дядя, буквально продавший её за какую-то бумажку. Воспоминания об этом резко нахлынули, и почему-то такая обида ударила в грудь! Нет, далеко не первый раз Наррон поступал подло и неправильно, и, стоит признать, Реншу был совершенно неплохим человеком, но ведь старик не знал этого. Откуда ему было это знать? Он был готов отдать её, даже несмотря на то, что не знал о Реншу ничего! С отцом ведьма ещё поговорит. Он обещал, что приедет и если решит нарушить обещание, то не будет особого смысла продолжать удерживать контакты и при случае можно будет воспользоваться советом. До и действительно уйти в бордель. Мало что изменится в жизни ведьмочки, в прочем, она никогда не ожидала от жизни ничего хорошего. Устала ждать, пришлось делать самой и даже так почти ничего не получалось. Пройдя огромный коридор ещё раз, к кабинету зрителя подошли, лишний раз обходя сад. Так приехавшая и не зашла в него. Когда захотела сделать это вчера – её вновь забрали к разговору, так что она решила, что не пойдет туда без повода, если её оттуда всё так отталкивает. Да, конечно, через сад было быстрее, но за то по коридорам безопаснее. Ко всему, глаза несколько болели от солнца, хотя, если выход на тот же рынок позволит уйти от болтающих без толку старушек – Гроулин была готова это сделать. Но сейчас, она подошла к двери кабинета. Ей хотелось поговорить с Реншу, во-первых, о его братьях, во-вторых, извиниться, что она проспала сегодня аж до одиннадцати дня! Непозволительная наглость! Ну и, может быть, она соскучилась немного. Всё-таки было немного неприятно, что её называли так, как называли и хоть Реншу и не был Бэннетом – больше попросить о маленькой поддержке в виде объятий было некого. Особенно, если отец не приедет. Нужно хотя бы понимать, как Реншу относится к ней, что бы попрощаться до того, как их отношения окончательно испортятся. Конечно, эти слова никоим образом не меняют саму даму и тем более её поведение и отношения со всеми вокруг, однако всё равно – небольшая боль в груди была и её хотелось снять. Стук в плотные двери раздался некоторым гулом. Однако, ни к чему не привел. Внутри ничего не было слышно, хотя с такой-то плотностью дверей и самой по себе хорошей плотностью стен в этом конкретном помещении – не удивительно, что звуки банально не проникали. Оттого подождав минуты две, в них постучали ещё раз, а когда и это не привело совершенно ни к каком результату, в них заглянули. – Выйдите. – грубо, но справедливо. В комнате был кто-то ещё, кроме Реншу. Вероятно, в этом и было дело. Отвлекать от какой-никакой работы было неправильным, всё-таки они там наверняка уж по делу, а ведьмочка так – отвлекает. Спустя минут десять, казавшиеся удивительно долгими, из комнаты всё-таки вышел какой-то мужчина. Судя по изящной одежде – тоже не бедный. Может министр? Гроу слышала о министрах, у них тоже было много любовниц, хоть и не так много, как у Гюрена, в прочем это их не определяло. Вышедший из кабинета был буквально бледен. Хуже призрака, если говорить точным, испуганно глядя на стоящую рядом. Он, видимо, не знал, что она новенькая, потому не стал фыркать. Хотя, может просто не фыркал на таких, как Гроу. – Что там случилось? – поинтересовались у него, заметив, что тот обеспокоенно дёрнулся, смотря на собеседницу. – Да откуда же я должен был знать, что эти формуляры нужно заполнять иначе? – словно стоящая понимала в чём проблема, тот продолжил панически говорить, махая неизвестной бумажкой в воздухе. – Ну откуда же я должен бы знать, что в этом квартале там семьдесят, а не пятьдесят как в прошлых?! – резко замерев, белый как мука, оглянулся, смотря на дверь. Та была закрыта. Выдохнув с явной долей облегчения, мужчина кивнул и промямлив что-то невнятное, удалился. Он ещё долго ругался под нос, пока ведьма наблюдала ним, а после он утратил её интерес, как только скрылся за колонами. – Можно? – в дверь заглянули, после заходя. Теперь её не выгоняли, потому, закрыв за собой дверь, девушка глянула перед собой. Там стоял Реншу. Он выглядел несколько злым, сидя и что-то недовольно выписывая на бумаге. – Можно-можно. – несколько безразлично отметили тому, кто пришел, даже не поднимая взгляда. – Что вам нужно? – если бы Гроу ещё сама знала, что ей нужно! Поговорить, наверное? – Поговорить? – это, кажется, разозлило Реншу. – Вы все приходите «поговорить». Что-то более конкретное есть? – даже несмотря на то, что взгляд ещё не подняли, Гроу кивнула отрицательно. – Нет. Нет. – зритель пожал плечами. – Тогда я не знаю, о чём нам с вами «поговорить». Вы можете быть свободны. – Гроу решила, пока что, не уходить. Она не была уверена, что они поняли друг друга правильно, он ведь даже на неё не посмотрел! И потом, зная Реншу, ещё извиняться начнёт, что не понял, что это она, так что лучшее просто остаться так. – Я не ясно говорю, или у вас проблемы со слухом? – всё с той же монотонностью повторили фигуре, которая стояла у двери. – Вы двадцатый человек за день, вам правда так нравится тратить моё время? – лишь сейчас поднял голову, теперь смотря на женское лицо, несколько озадачено смотрящее на него в ответ. Стоит признать, глаза у мужчины были в самом деле ледяные. Они буквально кололись, когда он смотрел с подобным недовольством на человека, которого ещё не успел нормально рассмотреть. Хмурое выражение лишь подчёркивалось такими же бровями и, стоит признать, более чем строгими чертами лица. Вся его фигура выглядела словно стена, которая так и рискует навалиться на тебя, если ты сделаешь не то, что она хочет, а в комбинации с достаточно резкими и прямолинейными высказываниями? Да, теперь понятно, почему его сравнивали со злым псом! Однако, подобное сравнение в голове не прожило долго, рассмотрев фигуру, Реншу вдруг сменил свое выражение, мило улыбнувшись. Он буквально обмяк, словно сама грубая одежда резко легла на него одеялом, перестав стоять таким твёрдым колом. – Гроу! – даже его лицо резко стало намного мягче, он словно расплылся в радости, при виде ведьмочки. Хмурое лицо последней не могло держать свою хмурость дольше, особенно видя, как мило ей начали улыбаться. – Тебе что-то нужно? – он выглядел таким счастливым! Будто не он секунду назад смотрел на неё так, словно решил убить, если она не выйдет из его кабинета. – Ты на долго? Хочешь о чем-то поговорить? – Ну, на минут пятнадцать. – зритель улыбнулся лишь шире, когда за спиной послышался звук замка, который закрылся, захлопывая дверь в комнату. Официантка даже дрогнула, после смотря на Реншу испуганно. Она не хотела оставаться с мужчиной в одной комнате! По крайней мере в таком виде! Что значит он просто закрыл дверь?! Что он собирается делать? Кажется, видя эти волнения, Реншу чуть обеспокоенно уточнил. – Я не собираюсь ничего делать, не волнуйся. Я закрыл дверь лишь потому, что не хочу, что бы меня отвлекали от разговоров с тобой. – ведьмочка продолжала чуть напугано смотреть, на что Реншу понимающе кивнул. Послышался скрип двери. Ах да, там же есть ещё одна дверь! Она ведёт в комнату, и она открыта! Значит, её как минимум не закрыли с ним наедине. – Если тебе совсем некомфортно, я могу открыть и ту дверь. Я понимаю, что тебя это может напрягать. – Реншу был бы очень счастлив просто крепко обнять Гроу и прижимать к себе, буквально в любое время дня и ночи, однако он понимал, что она выросла в месте, где мужчинам доверять... Сложно. Оттого сдерживал себя, не желая пугать даму или напрягать её. Дверь он закрыл лишь оттого, что хотел побыть со своей возлюбленной (хоть и не признавался в этом себе) наедине. Понял о том, что ей это не понравилось почти сразу и теперь пытался исправить положение. – Нет ... Нет. – поправили зрителя. – Всё нормально. Просто, предупреждай меня, пожалуйста. Если собираешься закрыть двери. Мне не нравится, когда их закрывают за моей спиной. – буквально притом. Зритель кивнул. – Договорились. – Могу открыть и закрыть повторно. – на это улыбнулись и махнули головой отрицательно. – Нет, не стоит. – уже подойдя, девушка увидела искренне обеспокоенного зрителя. Он, кажется, чувствовал себя виноватым, что заставил стоящую перед ним нервничать. – Я пришла поговорить немного. И, м, если позволишь, – на неё посмотрели с ещё большим интересом, – обняться. Я чувствую себя несколько некомфортно из-за некоторых разговоров и мне бы хотелось как-то успокоить себя. – несмотря на мужчину, та продолжила оправдываться, даже отвернувшись от него, Гроулин было чуть стыдно признавать, что ему, что самой себе, что ей тоже бывает нужна нежность и понимание, притом даже по таким глупостям. – Я понимаю, что ты занят, работаешь, а я тут прихожу со своими дурацкими нежностями без причины. Ещё и прошу тебя о таких глупых вещах! Но, дело в том, что ты единственный человек, которому я могу подобное сказать, и ты до сих пор единственный, кого я знаю здесь лучше всего, и кто мог бы понять меня, понимаешь...? – однако Реншу уже не было не месте, он куда-то исчез, заставив ведьму искренне удивлённо уставиться на кресло, в котором он сидел минуту назад. Не прошло и отведённого времени, как её аккуратно обняли, со спины. Знакомые руки. – Всё в порядке. Я совершенно не против. Работа не будет ждать долго, но пол часика я готов тебе выделить. Ко всему, я ведь тебя сюда привёз, мне и разбираться с проблемами, что у тебя возникают. – к зрителю повернулись, улыбнувшись. Его крепко обняли, ощутив, как чуть нервно дрожащие конечности крепко прижали к себе, погладив рукой по спине. Проповедник был таким тёплым... Его обняли в ответ. Всё-таки приятно было, что её не послали куда-подальше. °°° Спустя небольшую кучу разговоров и очень большое количество времени, девушка вышла в коридор. Разговор с Реншу, что состоялся раньше, был очень даже милым. Стоит признать, ведьмочке было с ним очень комфортно, и она очень даже оценила беспокойство о том, что он сделал ей неприятно своим жестом. Да, её всё ещё подёргивало от одной лишь мысли остаться в закрытой комнате с мужчиной, когда у неё нет ключа от этой комнаты, однако извинения и искренняя попытка наладить всё сделали ситуацию чуть лучше. Конечно, ведьма могла замаскироваться иллюзией и это даже сработает! Это работало всегда и на всех ведь хоть в иллюзиях и были небольшие проблемы, заметить их могли разве что зрители, с которыми дама таких фокусов, конечно, не проворачивала. В прочем сейчас её это не волновало совершенно, хотя в голове и зрел тихий план подшутить на Реншу немного. Всё-таки ведьмочке было интересно увидеть его реакцию на искренне вызывающее поведение, а вести себя так сама по себе Гроу хоть и могла, но не хотела. Оттого, могла просто заменить себя иллюзией, которую, к слову, видел бы только Реншу. Очень удобно, а главное, совершенно не вызывает подозрений, если кто-то ещё подойдёт! Звучит как замечательный план для шутки, осталось её только придумать или, хотя бы, подвести к ней! Вместе с тем зритель подтвердил сомнения новенькой по поводу собственной родословной. Да, действительно, в храме живёт несколько его братьев и даже парочка сестёр. Он не назвал точное количество, в прочем, Гроулин и не считала нужным спрашивать это. Убедилась лишь, что, если увидит кого-то похожего на мужчину – можно с девяносто процентным шансом считать, что это его брат. Это даже позабавило спросившую, ведь подтвердило её теорию по поводу «любовниц». Часть из женщин ходили с кем-то похожим на Реншу, но это был не совсем он. У одного глаза зелёные, другой загорелый, у третьего вообще нос другой! Более аккуратный, к слову. Гроу, правда, было всё равно какой у человека нос, ей то, и её собственный не нравился, в прочем и щёки свои она не очень любила. Лицо у неё было из-за них достаточно круглое, и приходилось жутко приторно подбирать причёски. Благо, привычная ей «гулька», которую девушка носила, прокалывая шпилькой, отлично помогала в сохранении, не очень аккуратной, но практической внешности. И удобной, и, в одночасье, не слишком неряшливой.

«– Хм, а как всё-таки было бы забавно, сделай себе кто-нибудь гарем из всех братьев Реншу. Так ведь и в любви утонуть не сложно. – лицо чуть смутилось, заставив губы сжаться, – Не то, что бы Реншу был настолько красивым, хотя, он более чем симпатичный, тут отрицать очевидное будет глупым. – теперь поднялись ещё брови, а глаза начали несколько мечтательно бегать по окружению. Ничего не улавливали, просто бегали, словно не видя всей красоты расписного потолка, что был над ними. – Ещё и, наверное, с либидо у него всё хорошо, смотря на его братцев, будет странно, если окажется, что он один такой особенный. – подумав над этим ещё немного, лицо снова чуть смутилось. – В прочем, я могу сколько угодно делать вид, что не замечаю, что всё там в порядке. Зря Мин-Су мне эту ночнушку дала. Она ведь не прикрывает ничего. С другой стороны, хотя бы проверила то, что меня в каком-то смысле интересовало. – глаза метнулись уже в другую сторону. – Интересно, а почему меня это интересовало? Разве это важно? Он ведь бросит меня в какой-то момент и отправит назад. Хотя, на такой случай есть и бордель. Я и без того фактически в нём работала, думаю. До будет очень рада оказать мне такую маленькую услугу. Хотя, вряд ли я буду пользоваться большими спросом в любом числе. – в ноги глянули, чуть обиженно осматривая собственное тело. – У меня ни подходящей фигуры, ни лица стройного, ни волос белых, даже глаза не голубые! Серые, пропади они пропадом. – эти размышления прервали сплетни, на которые почти тут же обратили внимание.»

Правда, сколько бы Гроу не обманывала себя тем, что ей всё равно, кто и что думает, в глубине души она всё ещё переживала. Ей, в самом деле, было даже несколько обидно за то, как к ней обращались. Она ещё не успела им ничего сделать и, в самом деле, даже пыталась помочь, однако всё девушки первым делом интересовались тем, не будет ли она краситься или менять свою внешность и это даже расстраивало. Всё-таки она никогда не любила себя, как это было принято здесь, но к своему лицу уже привыкла и перестала считать его таким же уродливым, как было когда-то. А теперь эти комплексы возвращались, с ещё большей силой, чем до того. Неужели она и правда не нравится никому из них? Неужели она и правда настолько ужасна? – Говорю вам! –уже знакомая бабушка говорила достаточно громко, опираясь об одну из стен лазарета. Гроу стояла за стеной кладовой и увидеть её со стороны было невозможно. – Она совершенно не подходит! Это ведь глупо! Или вы совершенно не понимаете, что такое стандарт?! Храм столетиями вырабатывал его, оттачивал, что бы лишь лучшие из лучших были на месте возлюбленных великих господинов! А тут эта замарашка объявляется и, видите ли, живёт тут! Даже служанки при храме замазывают свои веснушки! –именно об этом дама и говорила. Именно об этом она и думала. – Да ну вас! –о, а это уже одна из служанок какой-то из любовниц Гюрена. Гроу плохо понимала их систему, всё-таки виделась с ними лишь однажды, а «любовницы» Реншу и вовсе не состояли нигде настолько долго, что бы к ним их приставили, да и сам проповедник этого не делал. Так что общей системы ведьма ещё не поняла. Кажется, там были какие-то любимые, и не очень наложницы, а у них были служанки, и вот именно эти служанки сейчас с бабушками и спорили, правда какой в этом смысл понять было сложно. Может просто спорят? Для души. – Нормальная она девушка! Очень даже милая. Да, может внешне ей и не повезло, но вы, что, забыли, что она сюда сама и не приехала? –на это фыркнули. – Ой, не начинай! Любую приведённую можно было хотя бы спасти! Подкладки под одежду, специальные фасоны, косметика, в конце концов! – закатили глаза. – А эту даже отбеливающий крем не спасёт! Кожа загорелая, как у крестьянки! – Она приехала из Линбурга! – эти ставили ударения правильно. – Там никого кроме крестьян и нет! Удивительно вообще, что она читать умеет, а вы! – Это глупо! Господин Реншу уж явно мог подобрать кого-то получше?! – на это закатили глаза, тыкая пальцами. – Так почему же не выбрал? Может он сам будет выбирать кого привозить?! – от любовниц Гюрена она этого ожидала в последнюю очередь, хотя увиденные ею раньше дамы показались очень даже милыми. – И вообще! Гроу замечательная девушка и она старается! Вы относитесь к ней слишком грубо! Более того, глупо ожидать от неё невозможного! – Но ведь даже Ла-я-Лей не подошла ему! – продолжили возмущаться старые девы, всё ещё цепляясь за знакомое имя, хотя бы теперь можно было быть уверенной, что они не только её лично ею донимают. – А она была первой! Она была самой лучшей! Она была самой красивой, и талантливой, и до сих пор остаётся такой! Но даже она не подошла Реншу! Так почему же вы защищаете эту замарашку?! – Да какое нам дело до вашей Ла-я-Лей? – возмутилась вторая сторона конфликта. – Ла-я-Лей даже на кухне не помогает! От Лю Сяня не отходит, бедный мальчик от неё даже продохнуть не может! – Она заботиться о нём! Она выполняет свою работу! Как вы имеете говорить о ней подобные гадости! И тем более задевать светлый дух великого Сандеры-Идиана-Шанга! – что это ещё за имя такое? Очень интересно! – Что это мы в коридоре делаем? – знакомый голос заставил буквально на месте подпрыгнуть. Реншу! Что он тот тут делает? Как только лицо повернули, тот стоял буквально сзади, мило улыбаясь своей возлюбленной. Он не выглядел злым, скорее уставшим, но девушка находила в этом своё очарование и Реншу казался ей милым даже, когда работал. – ...Ам, подслушиваем? – неловко улыбнулись спросившему, на что он хихикнул. – Мне нужно было бы тебя осудить, но я такой же. – ведьмочка не была удивлена и даже улыбнулась по-настоящему, всё-таки очень забавно, что даже Реншу признаёт в себе такие недостатки. – Ты в баню шла? –кивнули положительно. – Тогда пойдём, я проведу тебя. Кстати, как прошел остаток дня? – с этими словами пошли вперёд. Выйдя буквально на шаг, двоицу было уже отлично видно стоящим в коридоре и, хоть Гроу этого не заметила, ведь отвечала на вопрос, на неё успели указать пальцем, заставив старушек удивлённо смотреть на них. – Ой, да в общем нормально! Чуть расстроилась, мне все про мои веснушки рассказывают, говорят, что они лишние. А я не понимаю, что мне делать с этим! Может подкрасить? Как думаешь? – пока ничего не ответили, добавила. – Я когда-то пробовала пользоваться косметикой, правда, мне жутко не нравится ощущение, но, если это позволит людям успокоиться, я готова потереть! – Не нужно. – на старушек строго глянули, явно намекая, что он всё слышал и готов поспорить. – Во-первых тебе не нужно делать то, что тебе некомфортно или не нравится, а во-вторых, мне очень нравятся твои веснушки. – ведьмочке глянули в глаза. – Да, я знаю, тут они считаются некрасивыми и всё такое, но не знаю. Мне кажется, они тебе очень идут. – он уже поднял руку, явно желая приобнять идущую, но опустил её. – Как-то так. – Ты хочешь обняться? – на зрителя глянули более чем серьезно. Двоица уже успела зайти за угол, хотя за ними теперь и немного следили, желая понять, почему же они прогуливаются вдвоем. Ведьмочка же не видела этого. В её взгляде сейчас был только Реншу, неловко кивающий на её вопрос. Ему явно было стыдно за такое, но Гроу его отлично понимала. – Ох, ну хорошо. Можешь говорить, если хочешь. Я буду только рада. – с этими словами, зрителя прижали к себе, к его искреннему удивлению, стоит сказать. – Ты очень мягкий и даже тёплый. А ещё от тебя одеколоном пахнет. – Рад, что ты заметила. – посмеялись девушке, обнимая её в ответ. – Стараюсь использовать тот, что тебе понравился. – видя непонимание, добавил. – Ну, ты ещё по приезду сказала... – на это кивнули, издав забавный звук. – Аа-аа... Вот оно что! Ничего себе ты, голова! Я бы даже не подумала об этом! – Реншу и не хотел, что бы она о таком думала. Она, итак, была очень красивой в его глазах. Ей не нужно было ничего особенного менять, кроме привычек, которые были сформированы условиями. Их меняли лишь сменой последних и на это нужно было время. Так что, пока что он хотел, что бы она здесь освоилась. А дальше? Дальше можно будет что-нибудь и решить. – Но ладно, пойдем. Нам ещё в баню нужно успеть, а то закроется! – ей кивнули положительно. – Да, это может. – улыбнувшись, с собеседницей продолжили идти добавив. – Но, если тебе не сложно, обнимай меня чаще. – ему искренне улыбнулись, кивнув. – С превеликим удовольствием, Реншу. – ей тоже мило улыбнулись.