Часть 22

Глава 21

Каким бы милым ни было их общение, даже ему потихоньку пришёл конец. Если медведь хотел успеть вернуться к своим делам, ему стоило уже уехать, он, итак, очень сильно задержался в храме. – Я знаю, что это всё очень непросто, – сказал он, поглаживая её волосы. – Но теперь я должен уехать. У меня есть дела, которые нужно закончить, а ты, надеюсь, сможешь сама справиться, но, если нет... – тяжело вздохнув, ребенка погладили по спине, обнимая. – то я всегда жду тебя дома. Пиши мне письма, пожалуйста. Я буду рад от тебя хоть какую-то весточку получить. Гроу кивнула, сжимая родителя крепче. Её глаза могли быть полны слёз, но она понимала, что его выбор не был лёгким. Он хотел бы для неё лучшего и пытался предоставить его всеми способами, которые имел. Даже, если это означало убрать его самого из жизни ведьмочки полностью. – Я понимаю, пап. Будь осторожен, – прошептали ему, стараясь не показывать свою грусть. Просить пирата остаться было бессмысленным. У него была своя жизнь и девушка ни в коем случае не могла её у него отбирать. – Обещаю писать. Бэннет приподнял её лицо, чтобы посмотреть в глаза, и улыбнулся. Его сердце было тяжёлым, но он знал, что это прощание могло быть вовсе не временным. – Может ещё приеду к тебе, увидеться. – на это улыбнулись. – Может. –  расстроенно кивнула, отпуская папу. Бэннет развернулся и пошёл к лошади, которая несколько расстроенно ждала его у здания. Официантка стояла и смотрела отцу вслед, пока он не скрылся за горизонтом. Каким бы грустным не было это прощание – порой стоило отпустить того, кого искренне любишь. Понимание этого лишь ухудшало ситуацию, ведь что-то подсказывало глубоко внутри, что весёлого мишку дама может и вовсе не увидит больше. – Ой, опять эти женские сопли. – Гюрен, что наблюдал за уездом Бэннета, лишь фыркнул, смотря на Гроу. Было уже очень поздно. Где-то десять вечера, как раз, когда стоило бы идти мыться. – Тьфу. Взрослая же баба? – А мне кажется, это очень мило. – тихонько проговорила стоящая рядом Дороти. Кажется, она ходила с Гюреном чаще остальных, в прочем, именно потому считалась одной из его любимых наложниц. – Наверное тяжело отпускать тех, кто тебе дорог. Особенно в её случае. – ... – на это гвардеец чуть подумал и хмыкнул. – Всё равно хрень, тьфу. Мог бы чем-то нормальным заняться, а нет же, на женские сопли смотрю. Мерзость. – от Дороти отошли, после указывая ей на баню. – Я туда. Тебя тоже жду. – ему закивали. – Буду через пару минут после тебя. ~ – кокетливо поиграв с распущенными волосами, девушка наблюдала как генерал скрылся в множестве ступенек, после обеспокоенно отпуская свою прическу. Дороти знала о Гроу не много. В самом деле, когда не знаешь человека так хорошо, с какой-то стороны становится всё равно на то, как он чувствует себя, но в случае до? Нет, ей и на других, совершенно незнакомых, было часто не плевать, а тут ещё и ведьмочка, которой наложница была обязана жизнью, даже, если сама спасшая её не считала подобным образом! Ко всему, официантка не казалась похожей на того, кто будет плакать без причины и даже сейчас она стояла, лишь периодически прижимая рукав к глазам, что словно сдерживало накатывающий плач. Девушка не могла уйти, она просто... – Гроу, тебе нужна помощь? – всё-таки подойдя к объекту своего беспокойства, та увидела красное от нервов лицо, с обеспокоенным взглядом, однако, что первое, что второе, быстро исчезли, как только от темы отвлеклись. – Нет. Нет, спасибо большое, До. – на неё продолжали смотреть. – Правда, не нужно. Мне грустно, да, но так бывает, при том у всех нас. Лучше иди вон, развлекайся. Не жди меня, у тебя и у самой есть занятия. – тяжело вздохнув, наложница подошла и всё-таки обняла ведьмочку, после чуть отстраняясь, смотря в глаза. – Ты тоже тут долго не стой. Простудишься. И, м, постарайся слишком не печалиться об этом, хорошо? Лекари могут сварить тебе настойки, они хорошо помогают. – после по плечам похлопали. – Я завтра обязательно проверю тебя. Я волнуюсь о тебе, Гроу. – Не нужно. – сухо отрезали даме, аккуратно убирая её руки с плеч. – Я не тот человек, о котором нужно беспокоиться. °°° Шангорис! О, замечательный день в таком же замечательном месте, день, когда Реншу выбирался из своего офиса и читал проповеди! Гроу ещё не успела их выслушать, хотя всё намеревалась. Интересно же, что он рассказывает? Да и находится рядом было очень приятно, спокойно, что ли, отчего желание побыть в одной комнате возникало чаще, чем, наверное, стоило бы. Зритель был совершенно не против, что там, даже вчера, когда Гроу пришла очень расстроенная, всё равно сидел с ней в одном помещении и пытался подбодрить. Девушка сразу предупредила его, что в подобном состоянии она будет ещё несколько часов и для неё это нормально, однако старший Цзин всё равно не отступил и продолжил её смешить, рассказывая всякие глупости. Это действительно сделало легче и в самом деле, было очень приятно, что её просто понимали, не задавая лишних вопросов. От мечтательных размышлений по поводу мужчины девушку отвлёк кот. Совершенно неожиданная встреча! Хоть Гроу и слышала о том, что в храме котов много, к ней никто из них не подходил. Как и любые другие животные, они опасались её из-за того же запаха, что отличал её от всех остальных. Кошки были к этому чуть менее привередливы, они быстрее привыкали к новым знакомым, а вот собаки ведьм вовсе не любили. Не сказать, что они будут рычать на Гроу, если та прикормит их, однако подходить к ней они тоже не будут, а если и будут – с опаской. Это было удобно, ведь в тех же лесах можно было не бояться и спокойно ходить хоть ночью! Однако в обычной жизни, где тебя не окружает лес – всё заканчивалось на том, что тебя боялись, и собаки, и кошки, что было даже грустным. Этот конкретный представитель вида кошачьих, стоял около одной из колонн и смотрел на женщину. Судя по всему, давно на неё поглядывал, но лишь сейчас решил подойти. Хвост несколько нервно качался, волочась пушистой шерстью по полу, считалось, что чем больше хвост – тем лучше кот защищает от духов, поэтому у многих котов хвосты были даже слишком пушистые. Этот был не самым примечательным, однако всё равно заметным. В самом деле, когда-то Гроу заинтересовалась тем, как отличаются такие как Мин-Су от таких, как обычные коты и выяснилось, что эти виды, считай, не делят ничего общего. Внешность – да, но особенности эти развились у них не из-за смеси с животным, а из-за того, в каких условиях они жили. Так, например «медведи» изначально появились в более холодных регионах, а «кошки» - в более тёплых. Наверное, раннее с животными конфликтовали за еду, но сейчас, что люди жили отдельно и добывали еду иначе, что животные. Внешние схожести позволяли называть ту же Мин-Су кошкой, но, если так подумать, сходство со стоящим сейчас перед ведьмой у неё было такое же, как и у Реншу, последний, может, даже и больше на кота похож. «Мяу», послышалось со стороны. Животное уже разлеглось на мраморном полу, теперь смотря на женщину, что стояла над ним, удивлённо глядя на кота. Осмотревшись, убедилась, что никого рядом нет. Значит, кот обращался к ней? Нет, это было даже странным. Обычно коты обходили её седьмой дорогой, а этот сам пришёл! Не найдя, что сказать на такое, ведьма села, ожидая, пока пушистик начнёт убегать, но этого так и не случилось, тот и сам полез ей под руку, прося, что бы его погладили. – Хм, ну ладно. – решив не слишком обижаться на подобное действие, Гроу начала чесать то голову кота, то, хоть и очень аккуратно, живот. Новый знакомый замурчал. – Ты не будешь убегать? – тот просто продолжил издавать приятный звук. – Забавно. – улыбнувшись, тихонько посмеялась. Оказывается, коты очень мягкие. Официантка почему-то была уверена, что шерсть у них более грубая. – О, ты с Соном познакомилась? – дрогнув, на подошедшую глянули. Незнакомая женщина, она встречалась раньше, точно наложница, только вот... Чья? – С кем? – та усмехнулась. – Сон-Сон. – на лежащего указали аккуратными ногтями, – Кота зовут Сон-Сон. – тот повернул голову на кличку, но не заметив ничего вкусного, просто вернулся к наслаждению от почёсываний. – Чего ты такая удивлённая? Никогда котов не видела, что ли? – Видела, просто обычно они убегали. – с этими словами ноги выпрямили, теперь стоя прямо. Не планируя возвращаться к пушистому другу, его оставили одного, но он был этому не рад, вскоре начав тереться о ноги ведьмочки. – У меня очень странные отношения с животными. Я им не нравлюсь. – М, бывает. Меня собаки не любят. У всех своё. – пожав плечами, пышногрудая красотка добавила. – Ты не могла бы пойти со мной? Дороти сейчас занята, но она хотела поговорить с тобой о чём-то, но мне кажется, говорить об этом в общем зале – такая себе идея. – на это кивнули. – Если это важно, то хорошо. – чуть не споткнувшись, на животное тихонько выругались, после поднимая его на руки. К удивлению, Гроу, то не попыталось сбежать, а просто осталось сидеть в холодных конечностях, тихонько мурча от удовольствия. – Сон-Сон говоришь. Да, Сон-Сон. – подтвердив имя, приезжую повели за собой. Обычно Гроу не ходила в незнакомые места с теми, кого не знает, но в данном случае опасаться ей было особенно нечего. Она всегда могла сбежать, а не привыкшие к такому люди никогда не успевали сориентироваться до того, как исчезнувшая перед их глазами девушка сбегала. – Это любимый кот господина Реншу, кстати. – а это уже интересно. Видя явную заинтересованность, замахала рукой. – Да-да, у старшего господина тоже есть любимые животные. Даже странно, что ты никогда не задумывалась над этим! Обычно их здесь куча! Или ты хочешь сказать, что тебя не познакомили ни с одним питомцем? Какая глупость! – уже проходя мимо сада, дама заметила, – Хотя вынуждена признать, сейчас тут удивительно пустынно. Обычно тут много котов ходит. – официантка этого никогда не видела. Её это не удивляло. – Частично дело в том, что я ведьма. – дело было в основном в этом. – Глупости! – возразили ей. – У всех ведьм кого я знаю есть питомцы! В храме живут в основном с котами, но и собаки есть в качестве домашних любимцев! – тут к девушке подошли, теперь идя с ней рядом. – Тот факт, что ты ведьма совершенно не влияет на это! Думаю, ты просто не самый хороший человек, раз не нравишься животным! – чуть фыркнув, красотка больше не хотела разговаривать и просто пошла чуть быстрее. Гроулин тихонько направилась за ней, продолжая гладить довольного Сона. Ведьмаки были совершенно иными, оттого и не воспринимались животными так, как ими воспринималась Гроу. Вовсе не было удивительным, что это вылилось именно в такую условность, ведь от храмовских представителей не пахло гнилью и болезнями. Это и вся причина того, что их любили куда больше. В голове идущей была сейчас совершенно другая мысль. Эта наложница была красивой. Очень. Однако, лицом уступала. Его оценили бы, наверное, на пятёрку, за то грудь была на все девять! Упругая, наливная, чем-то похожа на настоящую дыню, в самом деле, чисто за этот параметр эту женщину продали бы очень дорого. Может так и было. Линбургжанка, стоит сказать, вовсе не задумывалась над тем, что не все наложницы – проданы. В храме было много женщин и не слишком задумываясь об этом, ведьма даже на секунду не могла предположить, что кто-то учился на роль наложницы и, что уж тем более, наложницами хотели становится и быть. В её глазах это была до безумия неблагодарная работа! Не учитывала она только, что не всем приходилось работать с пьяными, старыми и отвратительными мужиками. – Я её привела! – ведьмочку запустили, после позволяя ей самой закрыть двери. Внутри сидело пять девушек, включая ту, что привела Гроу. Все из них были восхитительными. Не в том плане, что люди из них были бы замечательными, какие из них были люди судить стоящая не могла вовсе, за то товар... Товар был бы очень хороший. Пока приведшая её внутрь что-то обсуждала со своими подругами, словно решая, что делать, ведь Дороти ещё не пришла, Гроу так и стояла около двери, не заходя, но и не отходя от ручки. Она смотрела на этих женщин, и её голова всё сильнее погружалась в мысли, которые звучали бы странно, даже, если знать их контекст. Аккуратные руки, часть из женщин имела на них небольшие шрамы, но это не что-то, что нельзя было бы закрыть или замазать на время продажи, все из них пахли как положено, значит здоровы. У большинства были более чем выдающиеся физические данные. Трое из них обладали такой же большой и красивой грудью, одна была на семёрку, но остальные на девять. Пару пунктов сняли бы за родинки, которые были рассыпаны по груди. Не выпирающие (за это сняли бы ещё больше баллов), те напоминали скорее узор, однако тело должно было быть идеально чистым, и с минимальным количеством лишних родинок, веснушек или, тем более, ран. У других тело красиво контрастировало с привычной фигурой груши, напоминая скорее песочные часы. Даже так, соотношение груди с талией и пятой точкой были очень даже равномерные, идеально переливаясь из одной красивой формы, в другую. У двоих из них на лицах были родинки. За это снимали по несколько баллов, в зависимости от размера и формы, но родинок было не много и часть была очень маленькой. Никто из них не был ниже семёрки в общей оценке. Кожа у всех была чистая, без прыщей, пропорции лица ровные и аккуратные, а зубы, по крайней мере те, что были замечены – белые и аккуратно подпиленные, что бы не было слишком неприятных клыков. Наверное, из всех них, всё-таки, третья по счёту была на твёрдую девять. Ла-я-Ли была на десять, если учитывать храмовские стандарты, но даже так – подобных женщин продали бы очень и очень дорого. Несколько «обменных», если не с десяток. Сложно сказать, отличались ли они скромным параметром, но это не то, что нельзя было бы исправить, не оставь их в трюме без еды, воды и света на день-два. – Гроу, верно? – лишь сейчас дама подняла на них чуть более живой взгляд. Всё время до этого он оставался каким-то холодным. Женщина даже не моргала, думая о том, о чём думала. – С чего ты решила, что тебе можно ходить с Гюреном, а? Ты что, норм приличия не знаешь?! Или тебе, особенной, повторять нужно? – женщины встали, теперь подходя достаточно плотным кругом к Гроу. Стоящая около двери чуть отошла, что бы её ни прижали к стене и по итогу её просто держали в полукруге, теперь смотря с явной ненавистью. Сон-Сон спрыгнул, тихонько убегая на диванчик и усаживаясь уже там, пока официантка смотрела на подошедших с некоторым интересом. Сколько бы они ни кричали на неё, она всё думала над тем, сколько же денег можно было бы выручить за эти туши... Уж явно не одну обменную. Может пять? – Ты вообще слушаешь, что мы тебе говорим?! – нет, стоящая совершенно их не слушала и даже не слышала. Она думала о другом. – Тебе нужно замазать этот шрам. Ничего критического, но ценность портит. – чуть монотонно выдали женщинам, продолжая смотреть на них без особых эмоций на лице. – Что? – удивлённо переспросили у Гроу, после доставая зеркальце и оценивая особенность. – Что, прям настолько заметен? – Нет, не настолько. Но я бы посоветовала тебе его замазать. Никто не хочет видеть женщин, которые уже были кем-то использованы. – наложница задумалась, пока другая не взмахнула руками, начав громко возмущаться. – Ты что, совсем с ума сошла?! Какая «ценность»?! Не тебе об этом говорить, ты, блядь подзаборная! – ей на это пожали плечами. – Я бы предпочла термин «сука безграмотная», но это уже как тебе хочется. – и не таким обзывали. – Да хоть червь подколодный, ты кем себя возомнила?! Ты думаешь, тебе можно гулять с кем попало?! Не учили на других мужиков не базариться?! – нет, всё-таки краткости не хватало, это нужно бы подтянуть. – Гюрен тебе не ровня! – Да причём тут Гюрен, – чуть недовольно пробурчали большегрузной красавице, – Я с этим алкоголиком даже в лицо не виделась особо. Удивительно как он вообще на ногах стоит. – та, стоит сказать, даже остановилась на секунду. Гюрен не был таким уж алкоголиком. – Алкоголиком? – подумав над этим, наложница всё равно решила закончить свою тираду. – В любом случае! Как ты смеешь спать с чужим мужиком?! Ты что думаешь, что можешь просто выбрать себе «покровителя» и спать с ним?! Да будет тебе известно, что ты такая не одна и нужно спрашивать об этом у тех, кто уже находится на этой должности! – Да я- – но дверь в комнату открылась и туда зашли двое. Лисси и Дороти. Судя по всему, они не так давно были с Гюреном. Об этом свидетельствовал характерный запах одеколона, которым Гюрен душился, когда не был на тренировках. – О! Ты уже тут! – Лисси достаточно громко хлопнула в ладоши. – Разошлись! Чё вы окружили её как охотники лису в лесопосадке?! Разошлись! – часть отошла, самые недовольные остались, указывая на Гроу. – Она спит с Гюреном! Тебе, из всех нас, нужно быть об этом обеспокоенной! – Лисси фыркнула. – Или мне напомнить тебе, откуда ты пришла? – Тебе тоже, вообще-то! Или мне напомнить, как кое-кто чуть не укусил Гюрену- – зашедшая в комнату Дороти быстро прервала ругающихся. – Гроу! – девушка выглядела искренне счастливой. – Ты всё-таки пришла! О, я так рада тебя видеть! – подбежав, стоящую обняли, совершенно не спрашивая на то разрешения. Официантка не отреагировала на это вовсе, она думала о другом. – Тебя здесь не обижали? – Нет, нет. – пробурчали той. – Думаю просто. – О, о чём? О папе? – всё ещё обеспокоенная состоянием Гроулин, юная красавица искренне думала, что ведьма находится в таком состоянии, ибо расстроена из-за отца. Это было вовсе не так. О тех переживаниях потихоньку забыли. Далеко не в первый раз они уже не виделись годами. Приехал и на том спасибо. – Да нет, о ценах думаю, – на неё глянули заинтересовано, после наблюдая за тем, как оставшиеся девушки тоже подошли, их волновало совершенно другое. – Так она не спит с ним? – белокурая девушка закивала отрицательно, смотря на свою смуглую подругу. – Нет! Она с Гюреном не спит! Они в принципе фактически не общаются. – на это возразили. – Но я видела, как она не так давно гуляла с ним вечером! Часов в десять! – на говорившую посмотрели чуть озадачено, разводя руки в стороны. – Ну, на прошлой неделе, во Врангил, вроде? – Не может быть. – встряла четвёртая. – Я в этот вечер с ним в бане была. Мы до двух там сидели с девяти. – той закивали. – Но, тогда кто это был? – настоящая загадка! – Реншу! – Дороти возразили. – Не может быть! Реншу не гуляет с женщинами таким образом! – после девушки переглянулись между собой. Это не мог быть Реншу, но никакой другой министр не сидел в храме в десять часов вечера! Кроме, разве что, Гюрена, но даже он был с одной из стоящих сейчас в комнате. Соответственно, никого кроме Реншу и не оставалось! Но это ведь не может быть он, верно? – О чём ты думаешь? – Лисси толкнула официантку бредом, явно куда сильнее интересуясь её отдалённым состоянием, чем уже давно привычными сплетнями и та тихо проговорила. – Не знаю, за сколько этих женщин продали, но их явно продали слишком дёшево. С такими-то формами ... – озадаченная женщина цвета шоколада перевела взгляд на Дороти. – Это был комплимент. – заверили её, мило улыбнувшись. – Она хочет сказать, что вы очень красивые. – Да? – стоящая кивнула, всё ещё находясь в раздумьях. Как-то странно она своё мнение выражала. – Ну, допустим. Так, а вы? Чего смотрите? Что случилось то? Или хрен чей-то увидели, а он не оплачивает? – Она гуляла с Реншу! – воскликнули девушкам. – Ты можешь себе это представить, Лисси?! Это же какое событие! Этот важный тип к себе никого и на лишний метр не подпустит! – Она ещё и из Линбурга! Из той, ёбнутой части, представляешь? – и без того прикрытую дверь теперь окончательно закрыли, смотря на Гроулин с некоторым восторгом. Ну не могла она соединять в себе всё, что было ранее перечислено! В прочем ничего не запрещало ей этого делать, не так ли? °°° Из комнат наверху доносилось гудение, словно подтверждая название «роя», коим именовали верхнюю часть здания, однако и из большого, подвального зала тоже доносился шум. Он был не так заметен со стороны, толстые, хорошо изолированные стены даже не позволяли звуку проходить, но достаточно сильный запах парфюма выдавал чьё-то присутствие здесь. Внизу было много комнат и двери в подвале не отличались таким уж большим разнообразием, хотя всё равно несли какой-никакой шарм своей степенью изношенности. Девочки уже успели расспросить, и Дороти, и всех остальных сидящих в комнате, даже случайно зашедшая уборщица не осталась незамеченной и тоже была вынуждена дать свой комментарий по теме «какая женщина интересна Реншу». Так, например, по мнению двух из дам, Гроу не смогла заставить себя запомнить ещё и их имена, Реншу была нужна кто-то настолько же хорошая во внешних и умственных данных, как он сам. Однако, на это было своё противоречие. – Но что по поводу Ла-я-Лей? – возразила Дороти. – Ла-я-Лей тоже была с Реншу в отношениях, но ведь они так и не сошлись! – на это согласно закивали. – О, кстати, – всё время, что ведьмочка сидела на диване, у неё в руках крутился Сон-Сон. В конце концов и вовсе заснул, довольно укладываясь на коленях. Как выяснилось, кот это был тот ещё привереда и очень уж выборочно выбирал себе тех, кто ему нравился. Из фаворитов у него был разве что Реншу и парочка из постоянных верующих, к остальным он подходил редко и не слишком долго рядом находился, то и дело убегая по своим, безумно важным, кошачьим делам. – А кто такая эта Ла-я-Лей? – на Гроу глянули с удивлением. – Ну, просто всё, что я о ней знаю, - она няня Лю Сяня, она, вроде бы как, была с Реншу в отношениях и я, вроде бы как, ей не нравлюсь. Знать бы ещё только почему. – С чего ты решила, что не нравишься ей? – подпиливая собственные ногти пилочкой уточнила Лисси. – А, она всегда возмущается на меня и в принципе старается игнорировать. Может я, конечно, чего-то не понимаю? – ей закивали отрицательно. – Нет-нет, – возразила третья из наложниц, – всё ты правильно поняла. Но это всё-таки так странно! Ла-я-Лей очень приветливая с новенькими! Может ты успела ей чем-то не угодить? – Наверное. Я помню, она очень обиделась, когда я назвала её Ла-я-Ли, – на неё глянули с большим удивлением. – что? Что-то не так? – Ла-я-Лей очень настойчиво просила никого не называть её «Ла-я-Ли», вроде бы как, «Ла-я-Ли» это её настоящее имя, но никто не знает точно. – Лисси слушала всю историю чуть менее внимательно, но всё равно внимала вполне осознанно. Она знала о всём происходящем не очень много, но наслышана была более чем достаточно. Все-таки сначала всё узнавала от Дороти, а потом и сама в храм пришла. В самом деле, первой фавориткой у Гюрена была Дороти, до неё была ещё одна дама, кажется пятая по счёту в комнате, но её опустили в ранге и теперь она была не настолько в фаворитах. Сама же белокурая красавица и привела Лисси в храм, или же, вернее, обратила внимание Гюрена на неё. Ему та понравилась, даже очень. Девушки были подругами, так что отлично понимали, что делают. Вдвоём услуги они тоже иногда оказывали, называя это «шоколадно-ванильное суфле». Часть из живущих находили это отвратительным, а вот Гроу даже оценила такой, стоит отметить, романтический подход к названиям услуг. В Линбурге их вообще никак особенно не называли. – А откуда ты вообще узнала, что её зовут Ла-я-Ли? – похлопав белыми ресницами уточнила вторая из сидящих. – Да Реншу обмолвился случайно, пока в каретах ехали. Лю Сянь ругался с ним, не хотел назад садиться. – пожав плечами, добавила. – А Реншу ему «садись, чем быстрее сядешь, тем быстрее увидишь Ла-я-Ли.» А Лю Сянь ему «Её зовут Ла-я-Лей». Они не ругались на этот счёт, Реншу просто заверил его, что лучше знает. – Гроу не помнила точно, заверял ли он его, но была бы не удивлена, скажи всё-таки Реншу что-то в духе «поверь мне, я лучше знаю». – А! Ну, это многое объясняет. – Лисси посмеялась. – В те немногочисленные моменты, что я Реншу видела, он всегда называл меня так, как меня зовут в документах. – задумавшись, добавила. – Правда я никогда не видела его без бумаг в руках. Он, наверное, разве, что на проповедях без них сидит. – она была не то, что бы совсем не права. – В общем я плохо понимаю почему он просто не назовёт меня по псевдониму, он у меня куда легче имени, однако нет же, говорит, каждый раз. – А как тебя зовут? – заинтересовано уточнила ведьмочка. – Ла-Ри Ви-Зури. – проговорила Лисси. – Родители дали мне двойное имя в надежде, что это принесёт мне удачу в жизни. – подняв руку в небо, убедилась, что подпилила ногти ровно и вернула их к пилочке. – Стоит отметить, я даже не самая невезучая. Я с трудом сдала экзамены на наложницу, но сейчас я здесь, а не в третьесортном борделе на отшибе страны. – после на Гроу посмотрели, словно думая. – Извини. – Мне нет на что обижаться. – заверили её. – У нас это даже борделем официально не было, а это ещё хуже. – ей кивнули положительно. – Кстати, Лисси, могу я с тобой лично минутку поговорить? У меня есть важная информация для тебя. – та кивнула. – Не уходите на долго! – возразили девушкам сидящие. – Дороти всегда рассказывала нам о том, как было в Линбурге, но теперь, когда мы послушали тебя у нас есть столько вопросов! – им кивнули. – Обещаю ответить на все, но сначала важная информация. – встав, Сон-Сон недовольно заурчал, вскоре тоже поднимаясь и уходя за двумя девушками, идущими к выходу. Они решили поговорить в коридоре. Там их меньше людей услышит. – Лисси, слушай, я понимаю, что это прозвучит странно, но у меня есть чёткое подозрение, что ты чем-то болеешь там, внизу. – пальцами указали вниз, пытаясь намекнуть на паховую область. – Я понимаю, это звучит странно, по тебе этого совершенно не видно, но у меня есть на это подозрения. – тихо проговорили женщине, держа дверь закрытой при помощи спины. С другой стороны о неё обиженно царапался Сон-Сон, не желая оставаться в комнате с неприятными ему людьми. – Прежде чем ты скажешь мне, что я ничего не знаю и та ещё сука, что вообще подозреваю тебя в подобном, хочу сказать, что я просто беспокоюсь о твоём здоровье. Болезни могут раздражаться лишь сильнее, если ты будешь продолжать разносить их, вступая в половые контакты. – Хм, часто посылали к чертовой матери, после таких комментариев? – ей кивнули положительно. – Да. Но я серьезно. Если тебе стыдно, я могу попробовать договориться, что бы лекари- – шоколадная красавица мило улыбнулась ей и махнула рукой. – Они знают. Я болею чем-то очень странным, «Бактериальный Ваги-что-то там». – Бактериальный Вагиноз, вот чем она болела. Не удивительно теперь, что пахло оно как водоросли. – Я потихоньку лечусь, не беспокойся. Спасибо за волнение. – тяжело вздохнув, заметила. – Я получила его достаточно давно, ещё когда просто работала в борделе. Скрывать нет особого смысла, да и Гюрен знает. – посмеявшись, добавила. – А как ты узнала, кстати? От меня воняет? – Э, нет. – да. Именно так Гроу и узнала, правда наложница имела в виду не этот запах. – Просто... Не знаю. Было у меня такое ощущение. Ты чуть скованно ходишь, словно болит. –  Оно жжёт немного, если я не слежу, но уже лучше. – Гроу оттащили от двери, тихонько шепча на ухо. Стоит сказать, грудь у Ла-Ри была очень даже мягкая, от неё, как и от всей дамы в принципе пахло мужским парфюмом, но он ей очень подходил. – Я чаще предоставляю услуги другого плана, хи-хи. – В женском организме вроде как проходов целых три. – заметила ей Гроу. – В прочем, - – Четыре, если считать рот. – посмеявшись, девушки услышали, как кто-то спускался по лестнице. Где-то в этот же момент, дверь приоткрылась и из неё выглянул кот, почти тут же возвращаюсь к протиранию ног женщины. Больше около двери никого не было, та и захлопнулась, пряча разнообразный запах, что доносился от наложниц внутри. – Да, я о том же. В любом случае, спасибо за беспокойство, дорогая. Ещё раз извини, что я так наехала на тебя, когда только познакомились. – А нет, не волнуйся, я не обижаюсь. – ведьмочка улыбнулась ей шире. Она в каком-то смысле привыкла находить себя в женской груди, порой, правда, та была раскрыта наружу. В любом из случаев, очень мягкая. – На меня и похуже ругались, всё хорошо. Ты беспокоишься о своем месте и заработке, я всё понимаю. – Эй! – Гюрен возмущённо поставил руки в бока. – Отойди от моей женщины, ты! – стоит заметить, что со стороны эта сцена выглядела очень уж интересно. Официантка не обнимала черноволосую красавицу, а вот та очень даже хорошо вцепилась в достаточно миниатюрный, по сравнению с её формами, объект. В прочем, иначе они и не могли обниматься. Габариты слишком разные. – Гюрен, не начинай. – Лисси лишь сейчас махнула рукой и отпустила ведьмочку, та лишь стряхнула с себя немногочисленную пыль и запах, спокойно вставая рядом. По ней было хорошо видно, что она ничего не планировала начинать и уж тем более делать. – Ты ведь прекрасно знаешь, что я не заинтересована в женщинах в таком смысле. ~ – Ну не знаю, обнимались вы очень женственно, если ты понимаешь о чём я. – сложив руки на груди, тот цыкнул, лишь после смотря на Гроу. – А ты вообще чё тут делаешь? Решила женщин моих посчитать? – Мне кажется, твой кошелёк справляется с этим лучше меня. – на это Ви-Зури даже усмехнулась, наблюдая за недовольными фырками со стороны. – Ой, ой, такая умная, ха-ха! – саркастически заметили ей, после слыша знакомые шаги брата. Реншу ходил совершенно бесшумно. Может какой-то звук от его шагов и был, но в и без того тихом помещении расслышать его было нельзя. – Лучше бы ты себе женщин искать перестала. Как не вижу тебя, всегда тебя кто-то очень интересно обнимает! – А тебе завидно? – стоящий сзади Реншу улыбнулся. Он находил этот диалог забавным, ведь не видел, как женщины обнимали друг друга. – Он просто обижен, что ему за это нужно платить. – Лисси рассмеялась, пока Гюрен недовольно закатил глаза ещё дальше, словно это было возможно. – Закончили этот разговор. – хмуро проговорили компании. Зритель, что стоял позади, заметил тем временем кота и улыбнулся. – Пошли. – волосы у Реншу были собраны, будто он что-то делать собрался и заметившая это красавица, удивлённо рассматривала такую причёску, словно никогда в жизни не видела, как Реншу меняет положение своих волос. – А куда вы идёте? – мило поинтересовались у братьев, на что младший Цзин обиженно цыкнул. – А тебя ебёт? – за это даже получил небольшой щелбан в затылок. – Ну, ебали меня явно больше вашего. – совершенно безразлично заметили Гюрену, что окончательно заставило Лисси сдать позиции и рассмеяться на полную громкость. Она даже покраснела от этого, с трудом сдерживая смех и хлопая Гроу по плечу. – ДА ТЫ- – однако младшего просто чуть толкнули вперёд. Проповедник улыбнулся ему, далее серьёзно смотря на официантку. – На тренировку. – видя закономерный вопрос, добавил. – Мы вечером об этом поговорим. – Ладненько. – мило улыбнулись ему, кивая. Ведьмочку более чем устраивал такой вариант развития этого диалога. – Хороших занятий. – Да, – к ведьме подошли, взяв её за щёки и сжав их, совершенно неожиданное действие, но и Реншу казался недовольным. – но что бы больше я от тебя таких слов не слышал. Ты меня поняла? – на это лишь чмокнули губами воздух. – Вот и замечательно. Надеюсь, больше от тебя такого не услышу. Договорились? – Да. – с этими словами, вылезший волос аккуратно заправили в причёску Реншу. Чаще всего, он просто собирал волосы в гульку, когда делал что-то, однако сейчас те были собраны высоко, так же как это делал Гюрен. Гроулин он, в прочем, в любом виде нравился. Явно заметив подобное одобрение со стороны, до этого хмурый собеседник довольно улыбнулся, явно не в состоянии сдерживать себя более. Обижаться на неё слишком сильно зритель не мог, да и не хотел. Его серьёзное выражение очень быстро ушло, когда спёртый воздух чмокнули, словно намекая на то, что сделали бы и с ним, не стой здесь так много людей; Реншу и сам сделал неправильно, не стоило так ведьмочку брать за щеки перед лишним человеком, но они достаточно быстро разобрались с этой ситуацией и все остались при своём, кроме Гюрена, который обиженно фыркнул, после ругаясь о чем-то со своим родственником. Сон-Сон довольно продолжал тереться о ноги Гроу, пока Лисси тихонько не проговорила. – Никогда бы в жизни не поверила, не увидь я это сама. – смотря то на Реншу, то на официантку, усмехнулась. – Не волнуйся, я никому не скажу. Он тот ещё недовольный хмырь, думаю тебе не так легко и без лишнего внимания со стороны. – это было не совсем так, но Ла-Ри знать об этом было не положено. – В любом случае, пошли назад, а то эти нас силой внутрь заберут. – ей кивнули, после открывая дверь и заходя туда. – И всё-таки так странно видеть Реншу без его хвоста. – на это лишь пожали плечами. Ведьмочка его очень часто и без него видела. – Я даже начала думать, что он просто не может заплетать ничего другого! Рада знать, что ошибалась. ... Девочки! – выдержав паузу, к тем обратились, тут же встречаясь с радостными взглядами. – Мы вернулись. Чья там была сегодня очередь к Гюрену? Можете готовиться, он явно будет сегодня надолго. ~ – Ой-й, – Дороти выглядела уставшей и даже глаза закатила. – Опять?! – это заставило дам рассмеяться. Все-таки очень забавным было это всё. После ещё нескольких переговоров на тему того, что Дороти даже устала заниматься тем, чем занимается и рада была бы хоть пару ночей подряд нормально выспаться, Гроу всё-таки вернулась к дивану, после ощущая, как на неё вновь запрыгнул Сон-Сон. Тот прилип к ведьме, как смола, и совершенно не хотел отлипать, в прочем, та была вовсе не против. Ей нравилось находиться рядом с животным, ведь чаще всего они не подпускали её к себе и на пару метров. – Так значит Дороти не врала, когда рассказывала обо всём, что происходило в Линбурге? – усевшись поудобнее уточнили у ведьмы, теперь смотря на неё с неподдельным интересом. Всем из них хотелось узнать, что же именно является правдивым из показанных историй, многие казались им преувеличенными, однако, вероятнее всего, молодая красавица преуменьшала их. – Я не знаю, что она вам рассказывала, поэтому не могу ни подтвердить, ни опровергнуть. – гладя кота по шерсти, девушка мило улыбнулась сидящим. Те переглянулись и начали шептаться. Кажется, они спрашивали друг у друга, как им стоит поступить. – Вы можете спросить у меня то, что вас сильнее всего интересует, а я отвечу. Подходит? – Да! – улыбнулись, явно собравшись с вопросами, – Дороти рассказывала нам о том, что её продали в рабство, – именно это они и сделали. – но разве это правда? Разве людей продают в рабство? Разве это можно сделать в здравом уме? Кто вообще решил продавать женщин?! – Гроу хотела уже ответить, но тут вопросов добавили. – А продают только женщин, или ещё мужчин? А с какого возраста? – выдержав секундную паузу, добавили ещё. – Зачем их вообще продают? Разве у человека есть цена? Кто вообще оценивает людей? – девушек пришлось останавливать. – Стойте! Я забуду, что вы спросили! – строго проговорили им, заставив неловко кивнуть. – Кхм-кхм, да, продают! Тут Дороти не соврала. Ко всему, продают не только женщин и мужчин, но и детей. – видя несколько озадаченное выражение, добавила. – Нет, не в приёмные семьи. Дороти было девять, когда её продали. Её ведь не в приёмную семью продали, а куда? – В бордель. – тихонько промямлили женщине в ответ, получив закономерный кивок и некоторую улыбку. Это напоминало скорее обучение новеньких, которое чаще всего производили особенно строптивым. Те тоже кричали и ругались, но побыв без базовых удобств жизни несколько дней тоже смирялись и слушали, что им рассказывал, что Наррон, что, со временем, Гроу. – Именно. И оттуда, моя дорогая, ты знаешь, что различий между тем, что есть здесь сейчас и тем, что всегда было в борделе – нет. Разве что платят больше. – вздохнув, добавила. – С другой стороны, может даже и хорошо, что люди ведут себя одинаково. В разных манерах поведения так сложно разбираться. – безусловно, хотя наложниц и обидело, что их сравнивают с проститутками из борделя, однако возразить они тоже не могли. Гроулин говорила много странных вещей, да и её последний комментарий относился и не к девушкам вовсе, скорее к посетителям, а эти и правда были слишком уж одинаковыми. В прочем сами дамы тоже, к их же сожалению, отдельными моралями не отличались и были, разве, что более образованными, оттого брезговали многим вещам, о которых Гроу даже и не думала в силу того, что привыкла жить с ним рука об руку, если, не туша в душу. – Ам, но ведь с Дороти ничего такого не сделали? Она просто помогала им! – возразила третья наложница, чуть неловко улыбнувшись на несколько помутневшее лицо сидящей с ними женщины. – Верно, Дороти? – Да, я просто помогала им и носила вещи, они не заставляли меня ничего делать! – мило кивнула всем До. – Женщины там были очень милыми и хорошо помогали мне! А потом, когда я подросла, я тоже начала подрабатывать и зарабатывать на жизнь. ~ – ведьма глянула на неё с некоторой степенью непонимания, словно не улавливая суть. – Но так повезло тебе. Это же не значит, что так повезло всем детям и женщинам, которых продавали. – спустя минуту размышлений, добавила. – В самом деле, удивительно, что тебе так повезло. Обычно они оказывались там же, откуда вышли. – видя пустой взгляд, направленный на пол, юная красавица решила уточнить. – А где они оказывались? – не отрывая глаз с пола, женщина тяжело вздохнула. – В трюме. – дальнейших объяснений не получили. Видя, что их и не будет, если судить по несколько странному взгляду в пустоту, тему решили перевести. – Кхм! А как вы «продавали» женщин? С чего ты думаешь, что их «продавали»? – четвертую даму перебили, не давая ответить. – Какие были критерии для продажи?! Меня бы вот, к примеру, продали? – загорелая кожа красиво контрастировала с белым кимоно, что игриво приоткрывало плечи. Это была одна из тех наложниц, что была на твёрдую восемь, если не девять. Её бы не то, что продали, её бы с руками и ногами забрали, даже, если бы они были чужие. – Конечно. – оценивающий взгляд быстро соскочил на всех остальных и тяжело вздохнув, официантка приняла более уверенное положение, садясь. – Могу рассказать конкретно, как именно происходит отбор. Хотите? – ей оживлённо закивали. – Что ж, смотрите: отбирают нечто более близкое к стандарту. Стандартом считается, кстати, та самая Ла-я-Лей. Она имеет фигуру в форме груши, или, скорее, приближенную к ней, чистую кожу, длинные и густые волосы, голубые глаза, хотя, в самом деле, важнее не цвет а их форма и, тоже важно, хоть и не необходимо, она обладает не самым высоким ростом. – на секунду подняв руки в воздух, ведьма привыкла жестикулировать при рассказе, обвела руками нужные формы, продолжив рассказ. – Рост –это не так важно, ты можешь быть хоть высокой, хоть низкой, хотя женщины ниже ста пятидесяти... Двух, – явно пытаясь вспомнить точную цифру себе тихонько промямлили числа, словно пытаясь уловить правильное чувство на языке и продолжили. – трёх? Да, ста пятидесяти трёх, не принимаются. Мужчины, когда продают их, имеют схожие критерии, однако им нельзя быть ниже ста пятидесяти шести. Прежде чем вы спросите, цвет глаз не особо важен. Голубые считаются красивыми, но далеко не у всех они есть. Куда важнее, что бы цвет красиво вливался в общую картину внешности, чем что бы он был исключительно голубой. – То есть если, например, у меня карие глаза, но так же карие волосы, то это не некрасиво? – ей кивнули, правда по диагонали, что было несколько странным даже для официантки. – Ну, да, в общем. Не некрасиво, да. – кивнув, тяжело вздохнула. – Загорелая кожа, да и, в самом деле, любая кожа считается красивой, как только она чистая. Какие-либо родинки считаются уродством и это я молчу про бородавки. – А веснушки? – у самой женщины были веснушки, потому они и спрашивали. – Кажется, у вас здесь такая же логика, –вспоминая то, что ей рассказывал Наррон, Гроулин начала крутить собственную кисть по часовой стрелке, словно это помогало ей лучше думать. Свободной рукой она гладила Сон-Сона, который недовольно цеплял за руку, как только его переставали почёсывать. – веснушки считаются знаком того, что бог проявил к тебе немилость и пометил тебя таким образом, что бы к тебе не подходили лишний раз. – действительно существующее поверье, оно потихоньку сходило на «нет», правда происходило это настолько медленно, что вторая волна «нелюбви» к веснушкам начинала накатывать всё сильнее. – Так что мое лицо, к примеру, ни за что в жизни не продали бы. Это слишком невыгодно. У меня достаточно грязная кожа, куча родинок, притом не симметричных и ещё и веснушки, как украшение ко всему из этого. Хоть брови густые и на том хорошо. – А что, если лицом не удалась, то не продавали? – на это даже тихонько прыснули со смеху. – Ах, если бы! Продавали конечно! Если у тебя выдающиеся формы, то на лицо никто не смотрит, моя дорогая. Кожу можно отбелить, родинки выпалить и даже зубы можно подпилить, если очень уж захочется! Главное желание, ну, и по возможности наличие нужных инструментов, хотя мы и без них справлялись. – несколько неловко улыбнувшись, вторая из наложниц кашлянула и уточнила. – А «выдающиеся» это какие? – ей улыбнулись. – Твои. – видя несколько смущённое выражение лица, ей улыбнулись шире. – Фигура должна быть гармоничной. Условно, у тебя должна быть чёткая фигура, например груша. Маленькая грудь, но большие, округлые бёдра. Или песочные часы, однако они должны быть хорошо заметны. Видите, мою фигуру? – им указали на собственное тело. – У меня, теоретически, фигура песочных часов, но моя грудь слишком маленькая и моя задница тоже не достаточно большая, что бы привлечь внимание. – выдержав паузу, добавила. – Если у вас большая исключительно грудь, то как и с бёдрами, это подойдёт. Главное, что бы все это смотрелось органично. – Тогда почему тебя не продали? – поинтересовалась Лисси. – Твои волосы выглядят здоровыми, ты как раз невысокая, у тебя есть фигура, может и не самая выдающаяся на фоне нас, и, может, в лице дело, но ты сама сказала, что это не так важно! – О, это забавная история. – той широко улыбнулись. – Видишь ли, меня хотели продать, когда мне исполнилось тринадцать. Меня хотели продать как ребёнка, но как на зло у меня начала расти грудь, поэтому за него меня уже не могли продать. Потом меня хотели продать за моё лицо, но у меня появились веснушки, да и родинки начали активно появляться к шестнадцати, плюс прыщи, соответственно кожа была очень грязной, – улыбка приняла скорее отвращённый вид, пока ведьма договаривала последние слова. – А когда я доросла до двадцати двух, меня хотели отдать в бордель, но ни лицом, ни фигурой я не вышла. Слишком маленькая грудь, даже не третий с половиной размер, слишком маленькая задница, слишком много веснушек и тем более родинок. Я не нужна в бордельном бизнесе ведь моя продажа будет стоит меньше, чем покупка хорошего бокала пива в жаркий день. – А зачем им было продавать тебя как «ребёнка»? Разве это имеет смысл? Кто в здравом уме будет заинтересован в подобном? До продали в качестве помощницы, но и то, это была ошибка! – ошибкой было то, что Дороти продали. Изначально её хотели отдать на органы, если бы Гроу не заметила, что её структура лица выглядит очень наивной и детской, что уж явно могло понравиться потенциальным покупателям. – Ошибкой было то, что Дороти продали. Её хотели отдать на органы, но этого не сделали. – выдержав паузу, пожала плечами. – У неё была очень неплохая структура лица, которая даже сейчас выглядит достаточно наивно. Это могло понравиться тем, кто решил бы её купить. – Она была ребенком! Кому в здравом уме могут нравиться дети?! – на этот вопрос девушка даже задумалась, но после пожала плечами. Кажется, наложницы не услышали первую её фразу, или просто не захотели её слышать. Повторять в любом случае никто не станет. – Не знаю, в прочем, никто и не говорил, что людей продавали здоровым людям. – решив перевести тему, добавила. – Возвращаясь к теме волос, у меня они пушистые, но не очень хорошие. Я за ними, правда, особо и не следила, но это не суть важно. – А откуда ты знаешь все это? – мило поинтересовалась первая из сидящих. Многие из них плохо понимали о чём девушка им говорит и это было хорошо заметно. – Ты помогала им? – Да, к сожалению. – пожав плечами, добавила. – Мой дядя занимался этим, в основной своей массе и он включал меня в процесс. Понимаете ли, как женщина, я выглядела куда более убедительно рядом с маленькими детьми и у меня из рук их забирали куда охотнее чем из рук, их плачущих матерей. Я по началу плохо понимала, что происходит, потом, приблизительно к шестнадцати, осознала, что происходит и отказалась участвовать. – И он прекратил? – До выглядела обнадёженно, но Гроулин лишь посмеялась. – Ну что? Может твой дядя прекратил, ведь ты отказалась? Может он понял, что был неправ? – Нет конечно, – улыбнулись красавице, после потирая собственные пальцы. – он бы этого никогда не понял, ведь он считает, что прав. До, ты не задумывалась, что мужчина, что решил продавать маленьких детей в руки странных, старых мужиков, у которых за спиной огромное количество убийств и изнасилований – вряд ли сожалеет о том, что делает? Он отлично знал кто эти люди. И пока об этом не знала я, я даже была рада помочь ему найти кому-то мужа, жену или родителя. Однако потом я узнала кто они. Изменил ли что-то мой отказ от работы с ним? Нет. Меня всего лишь попытались убрать с дороги, когда я встала ему на пути. – Почему ты не попыталась рассказать об этом кому-то? – возразила Лисси. – Я уверена, гвардия помогла бы тебе! Продажа людей незаконна, я уверена, что они помогли бы прекратить это! – Как? – на ту глянули, улыбнувшись. – У меня нет документов, у меня нет фактического имени или должности. Кто послушает меня? Никто. Я могла сбежать в лес, но даже так, я не смогла бы прожить там слишком долго, меня бы нашли и вернули назад, в независимости от того, где бы я оказалась. – Ну, ты могла бы обратиться к кому-то? Насколько я знаю, Ин-Вин, он носит сюда почту, однако живёт рядом с вами! Он бы точно сообщил! – ведьма сначала улыбнулась, потом хихикнув. – Ну-ну, расскажи мне об этом. – видя чуть обиженное выражение лица, отметила. – Он ходил в нашу таверну. Там находится огромное количество таких же женщин, как и я. Недостаточно уродливых, что бы сломать им лица, но недостаточно красивых, что бы продать. Обычных, если хочешь. – хрустнув пальцами на руке, наложницам добавили. – В самом деле, было бы лучше, будь они уродливыми, так к ним никто не подходил бы, ведь уродство, хоть и в худшую сторону, всё равно спасает тебя от того, что бы тебя пытались обманывать или использовать. Ты, итак, никому не нравишься, но уродливым людям об этом хотя бы не лгут. – Ты не уродливая, не говори такого про себя! – всё время сидящая тихо, шестая по счёту наложница выглядела искренне расстроенной. Она совершенно не понимала, что значат все эти слова и почему Гроу так спокойно говорит о них, но её всё равно всё это расстраивало. Было что-то грустное в том, с каким безразличием проговаривали все эти странные вещи. – Я уверена, что тебя нашли бы симпатичной! – А я думаю, что ты преувеличиваешь! – встряла третья. – Та же. До попала к нам после того, как её «продали». Думаю, всё что ты рассказываешь преувеличено. Ты просто слишком боялась собственного дядю! Все эти женщины просто отправлялись учиться на наложниц после, а ты скучала, ведь успевала провести с ними достаточно времени, что бы привязаться. В этом нет ничего такого, но тебе не нужно выдумывать такие глупости! – Разве на наложниц учатся? – официантка казалась этому искренне озадаченной. Она слышала об этом от Наррона, да, но никогда этого не видела. – Ну конечно! Все из нас, кроме разве что Лисси, должны были изучить правила этикета и порядок проведения множества церемоний! Мы знаем очень многие вещи и должны уметь развлекать нашего господина! Наложницей быть очень трудно и это берёт большое количество ума и настойчивости! – выдержав паузу, добавила. – Лицо тоже очень важно, нас учат правилам макияжа и ухода за собой, но даже с твоим лицом из тебя получилась бы отличная девушка! Можно ведь брать умом, а не только смазливым личиком! – Нет, спасибо. – проговорили даме. – Я ценю попытку беспокойства, но я отлично знаю, что это не для меня. Я обычная женщина и это единственное, в чём я уверена точно. – Ты не «обычная», все мы по-своему уникальны! – не унималась та. – У всех из нас есть вещи, которые для нас важнее всего! Все люди уникальны по-своему и, может быть, ты не подходишь под «стандарт», но ты достаточно милая девушка. Ты говоришь, что ты выглядишь ужасно, но это ведь не так! Ты, может, не подходишь под стандарты храма, но это ведь не отменяет всего остального, что у тебя есть, верно? – красавицы мило кивнули. Это была действительно хорошая фраза, только вот гладящая кота, вовсе не отреагировала на неё так, как стоило бы. – Может быть, – кивнули той. – однако у меня ничего нет. Я умею хорошо читать ценю людской жизни, но даже ценность самой себя мне найти не дано. Вместе с тем я никогда не думала над тем, куда отправляются те, кого мы продавали. – выдержав паузу, которая показалась даже слишком долгой, девушка добавила. – Дороти –это скорее исключение из правил, чем норма. Я, честно говоря, удивлена, что она всё ещё не умерла. – хмыкнув, словно это могло помочь согнать неловкость из комнаты, приезжая улыбнулась и перевела тему. – А чему учат наложниц? Где? – О, это я тебе сейчас расскажу! – вторая из дам оживилась, словно разрушая тяжёлую корку, которой покрылись их мысли за это время. Они не могли полностью осознать то, что девушка рассказывала им и наверное, это было даже к лучшему. Она не желала им понимать того, что она говорила. Наложницы учились в отдельном здании, что находилось рядом с университетом. На них учились, и мужчины, и женщины, ведь министрами были и те и другие. На становление наложницей или наложником нужно было сдавать экзамен, который сдать могли вовсе не все! Так, знать нужно было культуру, историю, обычаи, большое количество танцев и песен, уметь играть на нескольких музыкальных инструментах и по возможности петь. Конечно, я отбирали красивых, однако не было таких строгих рамок, коими клеймила всех Гроулин. Считалось, что все красивы по-своему и даже Гроу могли бы взять в обучение, правда, наверное, ей бы усилено рассказывали бы о значении макияжа. Всё-таки такое большое количество родинок было не самым лёгким фактором и их рекомендовали бы подкрашивать, как и морщинки, рекомендуя создавать эффект лёгкости и воздушности. Ведьма была слишком далека от всего этого, слушая долгие и даже восторженные рассказы, она безусловно внимала то, что ей говорили, было интересно и даже приятно видеть, что кто-то честно хотел быть наложницей. Хотел нравиться кому-то, уметь что-то, воспринимать что-то, иметь возможность жить жизнь без особых забот! И хоть забавным было то, что куда легче было тем из наложниц, что были девственницами, всё равно никто не отменял того факта, что, даже не будучи полностью «чистой» и правильной, ты всё равно могла, или мог, сдать экзамен и начать жить с кем-нибудь из министров. Девственность не решала твою ценность окончательно, за то болезни – очень даже. Оно и понятно, кто хотел бы видеть рядом с собой больного человека? Ради этого можно было бы взять и такую как Гроу. Ради неё не нужно стараться. Она обычная и вовсе не вызывает восхищённых вздохов.