Часть 29

Глава 28

Кухня была в самом деле огромным массивом. Казалось бы, одна комната, даже без каких-либо разделителей на коридоры, или двери, а именно это и показывало размер того, насколько много людей обслуживали при храмовской кухне. Даже странно, что на всю эту работу было нужно всего-то пять лекарей, с другой стороны, они лишь дегустировали еду и помогали её раздавать. Однако, что интересно, на самой кухне не работали, не имея доступа к кастрюлям и чашкам. Часто приносили специи, как выяснилось, почти весь базилик, мята, чебрец и вовсе выращивались лекарями в их районе, однако это Гроулин видела и сама. Двух визитов к этим жёлто-зеленым ребятам оказалось достаточно, что бы чётко быть уверенной в том, что они действительно были теми, кто поставлял почти все специи на храмовские кухни. Почему? Потому, что никому другому повара вовсе не доверяли. Забавным было видеть такое за ними, ведь даже в Линбурге об этом так сильно не беспокоились. Однако, когда ведьма задумалась над этим: даже имело смысл! В старом городе, сколько бы ты не пытался, если захотят, всё равно до тебя доберутся. Нет смысла бежать или прятаться, ты так или иначе умрёшь. Здесь? Нет. Здесь было не так. Вероятно, это и стало причиной такого беспокойства и даже паранойи. Забавно, с другой стороны, даже грустно. – Так, мне этот поднос забирать? – вежливо переспросили у стоящих рядом лекарей. – А-а, – прозвучал один из них, тыкая на тот, что женщина и хотела забрать. – этот! Этот твой. – ему улыбнулись, уже желая взять нужную вещь, но руку приостановили. – Как первый день то проходит? Не нервничаешь? – кивнул. – Ну чего ты так смотришь? Я хочу быть уверен. Мы хотим. – Да, обычно носильщики не такие спокойные! – подтвердил один из поваров, что направлялся в соседнюю дверь. – А ты вот, ужин вчера отнесла, завтрак с утра, – откашлялся. – хотя я бы рекомендовал тебе не опаздывать. Конечно, пять минут –это не страшно, но виноваты в твоём опоздании будут кто? Мы! – Причём здесь повара к опозданию того, кто несёт еду, особенно если он пришёл позже? – сегодня с утра девушка задержалась с Реншу немного, ведь тот, казалось, выспался чуть хуже чем обычно. Он пытался сказать, что всё хорошо, но ему не поверили, всё равно обнимая и уверяя, что все будет хорошо. Кажется, ему от этого стало легче. – А господин Великий Советник об этом откуда знает? Не с тобой же он сидит весь день, в конце концов! – возразили ей. – Может и с ней, кто знает? – посмеялась жена мужчины, что вызвало лишь закатывание глаз у Гроу. – Ну ладно тебе, Гроушка! – дама была чуть ли не единственной, кто её так называл, не пытаясь обидеть, и об этом стоило помнить. – Не обижайся, – мужа толкнули в бок. – а ты тоже, великий умник, иди относи еду министрам. Господин Великий Советник к тебе только при смерти придёт, а министры и сейчас могут по голове настучать! – на это лишь усмехнулись, кивая и направляясь к нужной столовой. Их, всё-таки было две. Одна для "простого народа", или же "для всех", где ела и приезжая, до поры до времени, а вторая - "приёмная", или "министерская". Там ели в период приёмов, торжеств, или просто определенной, часто, чисто министерской компанией. Как ведьме успели рассказать, пока собирали на поднос завтрак, ранее и Реншу там ел, но потом перестал это делать, начиная есть исключительно в собственном кабинете. Никто из работающих на кухне не обращался к мужчине по имени, или даже фамилии. Все без исключения называли его "господин Великий Советник", словно боясь даже вспоминать его лик вне молитв или проповедей. – Вы всё собрали, я могу идти? – уже подняв серебряную конструкцию, лишний раз уточнили у женщины, что лишь кивнула на это. – Да, можешь не беспокоиться об этом. Суп из утки, булочка с вишней и зелёный чай с ... – задумалась, после махая рукой, – в отличии от супа, его готовила не я, но там от головы что-то в него положили, чебрец, вроде. – улыбнулась шире. – Кстати, а ты не знаешь, с чего это господин Великий Советник заладил просить две тарелки? – А с чего ты спрашиваешь? – уже направляясь к выходу в сопровождении заинтересованной дамы, уточнили у неё. – О, да так! Сказать честно, я бы даже подумала, что это он на тебя засматриваться решил, – хихикнула, – но у него и сначала года была какая-то тенденция порой заказывать две порции. – задумалась. – Может мы ему мало насыпаем, как думаешь? Он не злиться на слишком маленькие порции? – Я жалоб не слышала, но обещаю, если хоть какие-то будут - первым делом вам сообщу. – на это быстро и согласно закивали головой. – О, это было бы чудесно! А то видеть их в журнале будет тем ещё неприятным сюрпризом! – чуть поморщилась, – Ещё хуже, если он лично скажет. – стоит сказать, кухонные войска совершенно не желали даже слышать ничего от проповедника, кроме как его пожелания к десертам, или, изредка, предложение к рецептам блюд. Последнее было скорее страшным сном, который, благо, не притворялся в реальность зрителем, но готовящих даже сама мысль об этом тревожила. – Так, из столовой я тебя провела, удачной прогулки, – добавила шёпотом. – и аккуратнее там. Я держу за тебя кулачки! – на это лишь улыбнулись, кивая и направляясь к кабинету. Реншу был прав – ей действительно сопереживали, пытаясь поддерживать и вечно желая удачи, словно зритель съесть её мог! Глупость, но вспоминая его слова: если его не боится она, то это не значит, что его не боятся все остальные. Наложницы Гюрена вот, явно побаивались. Дама даже заметила их в столовой, однако девочки сделали вид, что не увидели её, хотя рассматривали спину с той прилежностью, что лишь глупый не догадается - завалят вопросами, как только смогут. Хорошо, что в одежде всегда была спрятана маленькая коробочка табака на такой случай, в прочем, сама одежда тоже хорошо заменяла бы его, если бы не ругающаяся Лин-Лин и Мин-Су, что были совершенно не довольны покусанной тканью на краях кимоно. От этого приходилось возвращаться к табаку, ведь ничего другого не было, а жевать что-то хотелось всегда. Нервы, как оказывается, у тех, кто не боялся, смерти за каждым углом были крепче, чем у ведьмы, но что уж она могла сделать? Лишь смириться и идти по белому мрамору. За небольшим заборчиком, что вёл в сад, опять шёл дождь. Небольшие капельки приносили свежесть в залы, однако прочувствовать это, не будучи до этого в жарком и душном помещении кухни, было нельзя. Работающие на ней ощущались тёплыми, да и пахло от них чем-то сладким, порой хлебом или вовсе хмелем, если они решали побаловать себя вечером, после того как вся еда была уже отнесена и роздана. Ведьма не застала этого вчера, лишь отнесла поднос к зрителю, откуда его забрала Кхи-Со, ведь она должна была обсудить что-то с поварами, что бы точно решить вещи, которые Гроу знать было не обязательно. По крайней мере, так сказала лекарь. Что ж, ладно! Сегодня с утра все прошло "как нужно": пришла, чуть опоздав, забрала поднос, принесла, хотя от кухни и до выхода из столовой Гроу провожала та же повариха, что и сейчас, поела, правда не одна, а вместе со своим возлюбленным, после всё убрала и отнесла подносы назад. Так, теоретически, должны были проходить эти "относы" и график был очень даже удобен! Если правильно всё рассчитать, то можно даже успевать на оба урока Лю Сяня, что само по себе было достаточно милым. Малыш уж точно будет рад. Еду нужно было забирать раньше, чем её выносили и выставляли для людей, что бы поесть, однако, это не мешало жителям сидеть в столовых, общаясь и шутя друг с другом, когда у них было свободное время. Милая картина, которую более увидеть можно будет лишь недолго, в промежутках между проносами подноса по комнатам. Не то, что бы ведьма и раньше наблюдала её так уж часто, но заметить это самой для себя всё равно было не плохим. Всё-таки, по знакомому пути нужно будет идти ещё сорок минут, порой кивая в приветствие дежурным лекарям, что охраняли залы. Они, в каком-то смысле, сохраняли белое величие колонн, хотя если на них решили бы напасть - не несли бы совершенно никакой практической пользы в качестве защиты. Они не слишком подходили для этого, но, правда, не на это и тренировались. Гвардейцы же, тренировались на это отлично, от того хорошо контрастировали с чуть пухлыми ребятами, тоже неся караул по углам и закоулочкам. И не заметишь их, пока не узнаешь, что они там стоят. Возможно, однако, что в этом и был весь смысл, что было даже забавно. Старые двери кабинета всё ещё казались тяжёлыми. Оставалось надеяться, что Реншу сейчас будет в хорошем настроении. С утра всё было, вроде бы как, нормально, но как бы ведьме ни хотелось этого признавать, – ревность была ему совершенно не свойственна. Что такого могло случиться, что столь спокойный мужчина начнет ревновать её? Вернее, она понимала причину, сама бы забеспокоилась, но ведь у зрителя даже не было никаких конкретных претензий! Он просто был нервным, словно боялся, что случится что-то, чего он изменить не мог. Знакомо, даже слишком... Но ведь у этого должна быть причина, не так ли? Хотя, может ведьма опять себя накручивает – сколько раз уже происходит такое, и она всегда оказывается не права! Никто никому не изменил, никто никого не убил. Не то, что бы её мысли мешали кому-то кроме неё самой, но в данном случае они могут мешать Реншу. Держащая поднос вовсе не хотела, что бы это произошло! Даже вспоминать об этом глупо. Поговорили, решили, что всё в порядке, никто ни на кого не обиделся, спать вчера легли вместе, вино отложили на другой день, а цветы и вовсе поставили в вазу. Те действительно были красивыми, хотя советник и пообещал, что подарит ей букет куда лучше этого, дабы собственное "эго" успокоить. Глупость, однако убедить "ревнивца" в этом было совершено невозможным. Если не спорить об этом слишком сильно, - забудет. Работающий хорошо запоминал вещи, которые пообещал, или поставил на спор, таким уж был Реншу и его нрав, что, наверное, не слишком нравилось подружкам, за то уж точно забавляло Гюрена, что был совсем не лучше собственного брата. Тяжёлые двери скрипели, пряча за собой недовольные, громкие крики. Теоретически, обед начался уже как пять минут назад, так что стоило бы уже принести голодному человеку пищу. Даже странно, что он ещё с кем-то разговаривал. – Перестаньте повышать на меня голос, господин Тайшо, иначе, помяните моё слово, вас заберёт мор. – зашедшая в кабинет не могла ничего сказать. Впервые за всё это время, она слышала, что бы Реншу говорил с кем-то таким тоном! Эта реакция была настолько хорошо заметна на её лице, что если бы хоть кто-то из сидящих обратил на него внимание, то понял бы, что здесь что-то не так. Впервые за всё время зритель выглядел по настоящему злым. Эта эмоция выражалась очень своеобразно, ведь когда мужчина играл злобу –это можно было по нему сказать. От того Гроу и не обижалась, что он кричит на неё, ведь злое, раздосадованное выражение очень быстро смывалось минутными объятиями, а вот эта злость - настоящая, хоть и не выглядит таковой. Реншу совсем переставал моргать, когда злился, он пилил взглядом и даже ничего не говорил, кроме редких, порой выверенных фраз, словно боялся сказать что-то не то, или сорваться на человека. Ведьме всегда казалось это немного пугающим, ведь если человек может себя сдерживать подобным образом –значит он уже прекрасно знает, чем заканчивается его обида и она никогда не заканчивается ничем хорошим. – Мессия помилуй, Йорикиши! Тебе самому не кажется это странным?! Почему из всех четырёх ста семидесяти двух городов именно мой является проблемой?! – Йорикиши? С чего этот странный министр вообще называл его так? Глупости. Всё же, к чему крик? Бедный Реншу, у него уж точно будет болеть голова после всего этого, и это то при условии, что он не выспался сегодня! Бедняга. – Пятьсот один. – спокойно проговорили сидящему, не меняя холодной и малость безразличной интонации. – Шестьдесят два региона сдающие отчётность, пятьсот один город, шесть городов имеющих большую налоговую категорию в следствии ресурсов или возможностей, что они имеют и четыре столицы, господин Тайшо. Четыре столицы, к резидентам которых вы не относитесь, господин Тайшо. – А это здесь причём? – всё ещё раздражённо проговорили сидящему, чуть махая руками и складывая их на кресле. Исходя из расслабленных движений, министр уж точно был знаком с Реншу, или, по крайней мере с тем, кого этот человек представлял на месте мужчины, что приводило к несколько резким вопросам, что никогда не были желательны, особенно при разговорах с теми, кто стоит выше над тобой. – Притом, господин Тайшо, что из всех резидентов, лишь ваш город не отправил мне отчётность во время. – на него глянули недоверчиво. – Не все из них ещё пришли, но многие уже отписали мне причину и лишь вы медлите. – Я написал тебе отчётность! – возразили ему, вставая с кресла и махая руками. Достаточно старый мужчина, ухоженной наружности, со стороны и не скажешь, что настолько крикливый. – Пшеница? Рис? Продукты питания? – бумагу, прошитую нитками, спокойно протянули возмущённому, что открыл листы, смотря в них. – Я не вижу заполненности в этих категориях. – Это не моя ответственность. – теперь уже на министра смотрели безразлично. – Я не обязан писать отчёт. – Меня не волнует, что вы обязаны, господин Тайшо. Мне нужен отчёт.  – спокойно говорили, лишь изредка покачивая головой. Руки лежали на столе, сложенные в замок, лишь изредка расходясь, притом, с той лёгкостью, словно это был далеко не первый раз, когда такие ссоры в принципе происходили. – Почему ты не спрашиваешь об этом у Хирото? Этот новенький возомнил себя главным и совершенно ничего не делает, а виноват - я?! Йорикиши, ты же знаешь, как это работает! Почему ты обвиняешь меня в такой идиотии, старина? – нервно посмеялся, видя, что сидящий до сих пор не моргал. Это, кажется, напрягало даже министра. Гроу беспокоило лишь то, что у мужчины могут пересохнуть глаза. – Потому, что господин Рэйган уже отдал мне все отчёты, господин Тайшо. – наконец-то закрыл веки, чуть потерев их пальцами, после потягиваясь за бумагой, что лежала на столе. – Единственное, что он мне не отправил – план на ближайшие три месяца, по среднестатистической норме продуктового расхода населения, что он сделать не может, ведь министр природных ресурсов и охраны окружающей среды господин Тайшо, отказался предоставить ему протоколы связанные с этим, что вы и сами можете увидеть вот на этом листе бумаги. – его взяли, начав читать. – Вы ведь прекрасно знаете, что в ваши обязанности входит составление протоколов о том, какие урожаи были собраны в этом году. – чуть помедлил. – Я бы мог подождать ещё немного, как сделал в прошлом, однако, как мне докладывали вы же, господин Тайшо, в периоды Зениса были заметны резкие колебания в количестве живой скотины на душу населения. – на него смотрели чуть нервно. – Вы прекрасно знаете, к чему я веду. – Да ну, – министр замялся, потихоньку садясь в кресло. – ты же не думаешь, что- – Я не думаю, господин Тайшо, я знаю. И вы тоже знаете, о чём я. – помедлил, чуть наклоняясь вперёд, теперь смотря прямо в глаза сидящего напротив. – Если в ближайшие пару недель я не получу от вас отчёт, то мои небольшие предостережения могут стать реальностью. – ПФ! – нервно рассмеялся сидящий, махая рукой. – Ну да, конечно! Старина, не выдумывай! За месяц отправлю. – Две недели. – повторили ему монотонным, безразличным тоном. – Тьфу ты, заладил, две недели, две недели. За месяц сделаю, обещаю! – на это зритель лишь вздохнул и откинулся в кресле. – Помяните мои слова. – на это лишь ещё раз махнули рукой, поднимаясь и уже желая уйти. – Так, ты- святая мессия! – испуганно дёрнулся уходящий, хватаясь за сердце. – Ты! И давно ты здесь стояла?! – Ну, минут семь точно. – тихо проговорили, улыбнувшись и немного кивая, продолжая вжиматься в стену. – Дрянная девчонка, ты, что, не знаешь, что к господину Великому Советнику нельзя заходить без разрешения?! – это прервал уже Реншу. Он не выглядел удивлённым, скорее его монотонное лицо выразило облегчение, что заметить было почти нельзя. – В самом деле, она пришла вовремя. У меня уже как пятнадцать минут обед. – на него удивлённо посмотрели, и проповедник улыбнулся, махая рукой. – Покиньте помещение пожалуйста, господин Тайшо. Названный хотел возмутиться, но почему-то не стал этого делать, оглянувшись на Гроу и недовольно фыркнув что-то невнятное постепенно удалился, возмущённо закрывая дверь. Ведьма лишь неловко улыбнулась на это, после слушая, как замок защёлкнулся сам по себе. – Я тебя даже не заметил. – честно проговорили девушке, расслабив лицо и начав складывать бумаги, что бы освободить место на столе. – О, не удивительно, ты был так занят разговорами о работе, – понимающе кивнули, ставя поднос на стол и начиная потихоньку раскладывать пряности, пока хмурое лицо рядом откладывало все бумажные принадлежности со стола. – и чего он только раньше не ушёл? – Господин Тайшо очень любит появляться за полчаса до моего перерыва и отнимать мое время дурацкими вопросами. – вздохнули на это. – Он хороший министр, свою работу в обычном режиме исполняет исправно, но слишком уж любит сваливать всё на других, да и к изменениям в планах относится чуть халатно. – махнул рукой. – Но это не суть важно. Чаще всего ему делают втык другие министры, это был скорее вопиющий случай. – на это кивнули. – Всё ясно. – уже расставила тарелки. – Ты себя хорошо чувствуешь? Голова не болит? – А тебя это волнует? – чуть озадачено поинтересовались у женщины, что вызвало у неё небольшое удивление, аккомпонируемое пожиманием плеч. – Ну, … Конечно? Ты ведь ещё с утра не выспался, а тут ещё и этот с его кричалками! – села на быльцу кресла, начав обеспокоенно говорить, чуть тараторя. Так происходило часто, когда она была возбуждена или нервничала. – Я вообще, когда услышала, как он с тобой разговаривает, сразу подумала, что он жутко странный человек! У тебя же на лице написано, что ты устал! Ну к чему эти скандалы? – Я думаю, что там это только для тебя написано. – усмехнулся. – Иначе со мной ругались бы намного реже. – Ну, не знаю…я же вижу? Значит написано! А это в свою очередь значит, что я беспокоюсь! И я буду беспокоиться, пока ты не выспишься. – села в кресло, чуть вздыхая и смотря на мужчину, что чуть озадачено смотрел на тарелки, словно не улавливая в них что-то. – Вообще странный этот господин Тайшо, называет тебя «Йорикиши», почему-то. К чему это, кстати? – этот вопрос достаточно оперативно вывел Реншу из транса, и он даже кашлянул. – Кхм, – задумался, после чуть мрачная. – в самом деле, я сейчас не готов тебе говорить, но, чуть позже – – Не страшно! Мне не критично. – замахала руками. – Можешь сказать вечером, или завтра, или потом, или вообще не говорить! Это не столь важно. – зрителя этот ответ, кажется, не устроил, отчего он даже на спинку кресла откинулся, потирая лоб. – Нет, Гроу, так тоже нельзя. – выставил руку. – Я делаю неправильно, что не рассказываю тебе некоторые вещи сразу, я понимаю это, но и ты не должна просто игнорировать собственные вопросы! Это как минимум невежливо, по отношению к самой себе! – вздохнул. – В прочем, я понимаю. Ты не хочешь меня злить, верно? – Ну, ты выглядишь раздражённым. – честно признались ему, кивая. – Мг, прости, – уже хотел извиняться Реншу. – просто работа, и- – Нет-нет, всё в порядке, не волнуйся! Мне это правда не критично. Просто я нахожу это странным и … Ну, сам понимаешь. – кивнули. – Да, – отведя глаза в сторону, вздохнула, после махая руками и указывая на тарелки. – Сегодня у нас суп из утки и зелёный чай с какой-то настойкой от головы. – Твоя рекомендация? – глянул на неё Реншу. – Чай? – на это неловко улыбнулись. – Ну, есть такое немного, да. Я чуть подёргала лекарей. Они долго не соглашались, а потом решили, что ты и правда какой-то «раздражительный», поэтому налили тебе настойку из чебреца, или что-то такое… – Не важно, – перебили её. – я другое имел в виду. Тарелки ты подбирала? – Гроу удивлённо посмотрела на них. – Нет, не я. А что с ними? – миски были обрамлены красной каёмкой, с которой как бы свисал длинный, чуть извивающийся в волне дракон. Было странным, что в этот раз тарелки были такими, ведь вчера и даже с утра они были синими. Отличались тем, что изображали на себе небольшой, простой орнамент в виде листьев, что именно это были за листья, было не ясно, скорее просто узор, отображающий их. Зрителю почти всегда подавали еду в них, за исключением праздников, правда, сегодня, вроде бы как, никакого праздника не было. – Они красные. – чуть недоверчиво проговорили, следя за поведением ведьмы. – А, ну, да? Честно говоря, это странно. – сидя в кресле, оглядывала ёмкости, – Насколько мне сказали повара, эти тарелки выдают только на праздники, но ведь сегодня нет праздников, верно? – задумавшись, добавила. – Да и с утра выдавали синие… – видя лицо зрителя, неловко улыбнулась, пожимая плечами. – Мне выдают закрытый поднос, просто уведомляя, что там стоит. Повара запрещают мне ставить тарелки самой, ведь «я могу их отравить во время подачи». – посмеялась, – Они меня даже по столовой провожают, словно я могу что-то подсыпать пока иду, – далее смотря в сторону. – что, в самом деле логичное беспокойство, но мы ведь не в Линбурге? – выдержав паузу, добавила. – Хотя даже в Линбурге так не делают, обычно травят спиртом или табаком. – Ладно. Не суть. – отмахнулся, тяжело вздыхая и беря в руки палочки. Он достаточно долго ел суп, постепенно вылавливая содержимое и поглощая его, правда, чаще всего любил поговорить во время этого процесса, но не в этот раз. Был слишком о чем-то задуман, и ведьма не считала нужным его отвлекать. Она не понимала причину таких вопросов, но само их наличие показывало раздражительность. Бедный Реншу, ему стоило больше отдыхать, или, может, ему стоило выпить чаю? Что бы это ни было, ведьме совершенно не нравилось видеть его в таком виде! Чай, наверное, всё-таки был глупостью, но он уж точно помогал от головных болей, что женщина поняла и сама! Все эти вечные перепады давления (так ей объясняли лекари) слишком сильно влияли на организм, и приезжая плохо себя чувствовала. Чай помогал от мигреней. А Реншу? Ведьма старалась чаще быть рядом, что бы минимизировать их, однако это всё равно не отменяло того факта, что рано или поздно Реншу находился в таком состоянии, в котором сидел сейчас. Бедный… Гроулин бы всё отдала, что бы он перестал так страдать из-за вещей, которые она не понимает. Всё-таки, он старался делать её жизнь лучше, даже, если не всегда мог это полноценно объяснить. – Ты куда? – девушка уже потихоньку убирала тарелки на поднос, глядя на мужчину. – Ну, тарелки назад отнести? Это всё-таки моя работа, не так ли? – улыбаясь, пустую ёмкость забрали и у доевшего, после подвигая к нему чайник и отставляя поднос на пол. – Тебе налить чаю? – тот посмотрел на неё какое-то время, после махнул головой и взял чашки, начав сам наливать жидкость в них. Чай пах чем-то странным, однако сладким. Опять пытались замаскировать запах настойки сахаром и у них это выходило неплохо, однако теперь, слыша этот специфический запах сахарной пудры, можно было быстро догадаться, что в напитке что-то есть. – Тебе может нужна помощь? – обеспокоенно проговорили проповеднику, бегая по его лицу глазами. Он казался таким расстроенным и… – Ты выглядишь уставшим. Я знаю, что говорила уже, я просто- – Гроу, – на него перевели взгляд, обеспокоенно смотря на человека, что сидел перед ней. – ты можешь пообещать мне кое-что? – О, конечно! – закивали ему, правда, почти тут же замялись. – Ну вернее, я не могу обещать тебе прямо всё на свете, это вне моих полномочий, но- – подобное объяснение вызвало у Реншу небольшой смешок, и он улыбнулся. – О, не волнуйся, я знаю. Думаю, мою просьбу ты выполнить сможешь. – видя вопросительный взгляд, объяснился. – Ты не могла бы… Рассказывать мне о ваших разговорах с девочками? Не важно, где, на кухне, в бане, в библиотеке… – То есть, фактически делать то же самое, что я делаю сейчас? – подняли бровь, наблюдая за тем, как советник замер на секунду, задумавшись и кивая, выражая искреннее удивление. – А, ну… Ну, да. – ему кивнули положительно, вызывая некоторое недопонимание в голове сидящего напротив собеседника. – И мне не нужно объяснять тебе «зачем»? Ты как-то слишком просто соглашаешься. – Ну, я, итак, это делаю, так что не то, что бы это как-то пересекало мои рамки «морали». – пожала плечами. – Их в принципе пересечь сложно. Да и ко всему, с кем ещё мне это обсудить? С девочками? – на это пожали плечами. – Ой, не выдумывай! Им лишнего слова сказать нельзя, раздуют всё в сплетню. – цыкнула. – Это может удобно и даже очень интересно, но ты лучше меня знаешь, что это начинает раздражать. – Им просто заняться больше нечем. Пусть развлекаются. – улыбнулись на это, глядя в сторону. – Да пусть, пусть. Я не против, конечно. Сама не лучше, – на это сидящие заулыбались. – даже хуже, ведь делаю вид, что мне это не нравится. – Не правда. – возразил Реншу, помогая отставлять чайник на поднос. – Я слышал достаточно, что бы сказать, что тебя не считают скучной. Тебе рассказывают много сплетен, рассчитывая, что ты не будешь никому рассказывать. – на это ведьмочка хитро улыбнулась, закрывая поднос крышкой и чуть наклоняясь, чмокнув Реншу в нос. – Не буду, особенно никому, правда, Реншу? – тот выставил руки в воздух, улыбаясь даже хитрее. Он часто начинал напоминать кота в эти моменты. – Конечно-конечно! Даже представить не могу, кому бы ты могла рассказать! – посмеявшись, вздохнул. – Ты на урок к Лю Сяню? – Вечером, но сейчас нет. Я хочу сходить в библиотеку после того, как отнесу это на кухню. – на поднос кивнули, поднимая его на руки. – Потом обед, а потом да, пойду к Лю Сяню. – мужчине кивнули. – Твой воспитанник очень по тебе скучает. – Правда? – на это утвердительно махнули головой. – Конечно! Он всегда спрашивает, когда ты будешь свободен, что бы его увидеть, но я всегда объясняю ему, что у тебя работа. – услышав вздох, пожала плечами. – Не волнуйся, он умный мальчик, ко всему, я стараюсь занимать его, когда есть возможность. – Спасибо. – но на благодарности лишь отмахнулись. – Глупости какие, не за что! А теперь давай, позже поговорим, а то на меня опять будут ругаться, что я опаздываю. – нежелательное прощание всё-таки закончили, закрывая за собой дверь. Около кабинета уже ошивалась парочка человек, вероятно, желающих поговорить с Реншу, но пока что их занимала гвардия. Мальчишки всегда ответственно относились к этой части работы. °°° Отнеся поднос с остатками трапезы на кухню и аккуратно разместив его на большом дубовом столе, который уже начал наполняться посудой, дама ещё раз взглянула на обстановку, вздохнув с лёгким раздражением. Казалось, что даже стены комнаты давили этот момент. Всё происходящее казалось одновременно рутинным и необоснованно сложным, как будто этот день специально был создан, чтобы испытывать её терпение. Собравшись с мыслями, Гроу достаточно резко развернулась и решительно направилась в сторону библиотеки. Шла быстро, стараясь вытеснить раздражение из головы, но всё же не могла удержаться от того, чтобы не пробурчать под нос несколько недовольных слов: – Дурацкий Реншу, и ничего с ним, чёрт возьми, непонятно! – быстрый шаг порой заставлял лекарей обернуться, но многие из них, как и гвардейцы, лишь пожимали плечами, не зная, что им делать. – Это у него не так, это у него не то... Тьфу. – уже поднимаясь по лестнице, девушка начала думать. Злость была удивительно редким явлением, хотя даже и это - не злость, скорее раздражение. Почему о нём ничего не понятно? Только ведьма успокоила собственные мысли, как тут же вспомнила о том, что она редко называла вещи "дурацкими". Дурацкими могли быть книги, в которых были написаны глупости, дурацкими были цветы, что распустились в неудачное время. В самом деле, вещи, которые не были виноваты в том, что они такие, какие есть и были "дурацкими"! Всё остальное, как, к примеру, странные действия, которые не имеют почти никакой практической пользы, будь то искусная одежда или маникюр, были "глупыми", а вот несуразные вещи, приводящие к катастрофе, были "безобразными". Конечно, можно было подобрать и куда более грубые слова, но здесь никто особенно не ругался, потому женщина тоже старалась этого не делать. Будь то из собственных хороших побуждений, или потому, что не хотела выделяться: не суть. Важнее было другое - ситуация, происходящая с именем Реншу могла быть проблемой. Притом большой. Так уж вышло, что в жизни стоит знать всё о человеке, с которым ты видишься чаще, чем два раза в день. Даже, если он мертв. Если это будет что-то незначительное, как, к примеру, любимый цвет, любимое животное или любимое число человека: эта информация может подождать. Её можно подобрать из бесед, или просто наблюдая за субъектом, что будет после подвержен манипуляции. С именами так не выйдет. Ни имена, ни фамилии забывать нельзя, ведь мало того, что они важны любому индивиду, как часть их индивидуальности, так ещё и могут быть использованы в личных целях тех, с кем ты дело иметь не хочешь. Так, Гроу была обязана узнать, что же это за ерунда происходит с именем проповедника, ведь оно менялось каждый раз, как кто-то называл его. Самое настоящее безобразие, вот что это такое! Спрашивать об этом у самого "неизвестного никого" было и вовсе нельзя. Какой здравый человек скрывающий свою личность скажет тебе об этом? Да, он мог клясться, что не станет врать ей, но ведьма тоже говорила такое многим родителям. Печально было видеть их лица, когда приходилось лгать о том, что официантка не знает, куда подевались их маленькие, сжавшиеся трупы. Библиотека всё ещё была удивительно огромным залом в глазах ведьмы, размеры которого сложно было уловить, ведь от них порой даже рябило в глазах. Не удивительно, что именно это был городской архив! Сложно даже сосчитать, сколько полочек, категорий и бумажек было сложено в одном месте, даже странно, как все из них ещё не разваливались от собственной важности и ценности, что была возложена и написана в них. Однако, подобное вовсе не мешало ведьме быстро идти, что бы начать рыться в них, в попытке выискать нужный альбом. Вынести из библиотеки было ничего нельзя, но это ведь не мешает искать что-то внутри самой библиотеки, верно? Вроде бы как, путь к отмеченной в голове категории был относительно простым. Полчаса вперёд, после чуть вправо и пятнадцать минут туда же, полка слева, третья, может четвёртая, снизу. Важнее то, что там хранилось множество альбомов, все из которых имели специфическую каёмку, что явно намекала о одном происхождении их. Эта же каёмка могла легко помочь найти нужный справочник. Казалось бы, зачем? Фамилия Сэки хорошо отпечаталась в голове, однако функция у нахождения этого альбома была совершенно другой: распределение. Эти странные тетради с непонятными картинками внутри (название которых всё ещё не запомнилось до конца) были поставлены в специфическое место, при специфических условиях и пронаблюдав то, как они были поставлены, можно было легко понять, как в принципе работает система. Искать иголку в стоге сена может и было забавным, в самом деле, именно так ещё маленькую Гроулин развлекал старик Йорас, однако, это малоэффективно, если информация действительно нужна. Плюс, что-то внутри подсказывало, что никто особенно не будет рад, если мало знакомая всем женщина, может и работающая теперь на "важной" должности, начнёт рыться в бумагах и старых архивах без какого-либо разрешения или пользы для кого-то из вне. Сказать, что это нужно Реншу - не вариант, об этом доложат ему. Сказать, что это нужно кому-то из девочек? Маловероятно, они и сами бы нашли нужную информацию, притом куда быстрее и без шустро шагающей по мрамору Гроу... Гюрен? Тоже нет. Может кто-то из лекарей? Вряд ли. Мин-Су? Тоже нет. Эта болтушка не стала бы проверять информацию дважды, это понять было ещё проще, чем случайно пустить сплетню о самом себе. – Гроу! – так к ней обращались те, кто её уже знал, или те, кто успел узнать о ней не слишком много, но достаточно, что бы окликнутая посчитала нужным своё внимание на них обратить. Её имя - уже больше информации, чем нужно. Не важно кому, не важно когда. Может Реншу был исключением, но даже он узнал её имя от дяди. Само по себе необычное дело. – Гроу, что ты делаешь? – Э-э-э... Ищу книжку? – улыбнулись, разворачиваясь и складывая руки вместе около груди. Чёрт побери, она даже половину пути не прошла! Это плохо. Она даже не знала, что находится в этой секции, что бы уверено соврать о том, что именно она искала. – Правда? Какую же? – старик библиотекарь. Второй раз, когда дама видела его в лицо, первый, когда видела так близко. Достаточно очаровательный, однако слишком уж тихий. Такие люди всегда знали слишком много, ведь редко разговаривали, чаще прислушиваясь к разговорам окружающих их людей и вникая в книги, или другие источники информации. Будучи библиотекарем, этот конкретный индивид был и вовсе проблемным куском материала, ведь по словам поварят прочитал всю существующую информацию, что находилась в библиотеке, а это было... Мягко говоря трудной задачей. – Ты так уверенно бежишь куда-то, что я даже начал интересоваться! – О, ну что вы, я не бегу! Я просто иду. – замахала руками. – Не подумайте ничего такого! – добавила, спустя паузу. – Или здесь нельзя бегать? – Можно, но ты не ответила на мой вопрос. Какую книгу ты ищешь? – на это неловко улыбнулись, чуть качаясь на месте и лишь спустя пару секунд выдавливая из себя ответ, словно он был неправильным. – Выпускной альбом? – мужчина улыбнулся, посмеиваясь. – О, рад видеть, что ты не пытаешься лгать. – забавно, видимо он на это рассчитывал. – Но всё же, зачем он тебе? Тебе кто-то важный понадобился? – Да я... Так, на Реншу посмотреть хотела? – частично правда! Она ведь действительно хотела посмотреть на него совсем немного, что бы после сравнить с другими и уловить то, как конкретно работают категории, но, только вот библиотекарь казался вовсе этим не удовлетворён. Даже глаза закатил, словно подчёркивая морщинистость своего лица. Человек он был бледный, ведь и сам почти никогда не выходил на солнце. – Ещё одна. – ещё одна? – То этой нужно найти что-то про "министра", то этой про „возлюбленного“, а то вообще лекарю "Господина Великого Советника" видите ли, понадобилось найти! – лекарю? Зачем он лекарю? – Да-да, не смотри на меня так, – усмехнулся Сирасаки, переводя глаза на искренне удивлённую Гроу. – такие прецеденты тоже были. Я ценю порыв к изучению и познанию нового, но вы, девочки, совершенно не соблюдаете этикет библиотечной картографии! – что значили эти слова было понять трудно, особенно потому, что говорил мужчина медленно и растяжно, словно читал какую-то книгу, слова из которой ему было трудно сказать. – Не могу сказать, что мальчики сильно уж лучше, но они сюда, чаще всего, просто не лезут. – действительно, один из способов избежать гнева библиотекаря. – И, как девочке, вы позволите мне продолжить мой путь к альбому? – мило улыбаясь переспросили у человека и тот лишь хмыкнул, после подходя и потихоньку подбирая Гроу под руку, после таща за собой. Он был её куда ниже, ко всему ходил с достаточно большой и увесистой палкой, которая, кажется, помогала ему носить большие книги. – Как девочке, я может и позволю, а вот как женщине, которая теперь работает вместе с Главным Министром - нет. – наклонил её чуть к себе, смеясь. – Должна же ты в порядке бумажных дел разбираться, а? – Ну, – неловко пожали плечами, клонясь к шустрому, хоть и горбатому от старости дедушке. – наверное? – Кайдан. – видимо это было его имя. – Гроу. – неловко улыбнулась на это, продолжая путь. Может это и не самая приятная ситуация в мире, но она могла быть полезной. Господин Сирасаки хотя бы не ругался на неё и не пытался обидеть тем, что она чего-то не знает, как делали все другие! Если уж он соизволит её чему-то обучить, женщина будет только рада. Лишние знания никогда не бывают не нужными, в самом деле, узнавая что-то, ты только открываешь себе больше возможностей познать мир. Так, заходя в относительно большую комнату, что находилась около ступенек, девушка вновь оглянулась, рассматривая всё такие же большие и массивные полки, в которых стояли коробки, лежали свитки и аккуратным рядочком стояли книги, перебранные, кажется, в алфавитном порядке. Пахло пылью, единственное окно, что находилось в комнате - закрыто плотными, красными шторами, сквозь которые с огромным трудом пробивался свет. Ведьма уже была здесь однажды, когда ходила с девочками в "школьные классы", которые здесь тоже были, однако за стенкой. Их было двое и ни один из них не напоминал ведьме ни поле, ни церковь. В прочем школа не была церковью, так что это недопонимание - на ней и исключительно на ней. – Так зачем тебе был нужен Господин Великий Советник? – уже садясь в плетёное из бамбука кресло, которое было обтянуто шёлком, старик улыбнулся, беря в руки какой-то из справочников. Их у него было даже слишком много, хотя, глядя на объем макулатуры, не удивительно, что это требовалось. – Да мне просто интересно было, – честно проговорили мужчине, что глянул на неё и кивнул к креслу. – Не стой над духом, сядь. – задание послушно выполнили, явно не желая спорить со старшими. – Что интересно - похвально. А что именно тебя интересовало? Может тебе не нужно перерывать библиотеку ради этого? Я, может, помогу? – на это ведьмочка неловко улыбнулась и закивала. Конечно, она не считала это надёжным источником информации. При всём уважении к сидящему перед ней, у него были свои предвзятости и раз уж он не дал ей зайти в библиотеку, значит он будет не слишком надёжным источником информации и попытается что-то скрыть. Выслушать его, однако, будет всё равно полезным. – О, конечно! Вы не могли бы рассказать мне немного про него? – наклонила голову. – А то мне все говорят, что он такой страшный человек, а я как к нему захожу, то он уставший и не более того. – Хм, – читающий усмехнулся, словно ведьма подтвердила что-то, о чём он, итак, думал. Это не очень хорошо, по крайней мере, ей так казалось. – ну смотри, говорят, что Господин Великий Советник прожил уже несколько тысячелетий, и никто не знает точно, когда и где он появился. Некоторые верят, что он был благословлён нашим милостивым богом Сандерой-Идиана-Шангом, или, возможно, заключил с ним древний пакт, который даровал ему бессмертие в обмен на вечное служение богу. Свитки гласят, что знания Великого Господина Советника охватывают тысячи лет, он видел взлёты и падения наших простых человеческих сердец, был свидетелем очищения мира от тьмы. – на это лишь кивнули, не найдя что сказать. Хорошо было то, что идея с несколько странными идеями Уми-у-Лай сходилась, плохо то, что звучала она даже более безумно, чем все истории до того. Бессмертных людей не бывает и Реншу тому наилучший пример. Будь он бессмертен, не отдавал бы себя постоянной работе и знал бы, что иногда стоит отдыхать. – Как ты знаешь, никто не осмеливается оспаривать его решения, ведь его мудрость неподвластна пониманию обычных смертных. Никакое решение не принимается без его одобрения, а его советы неизменно приводят к успеху, как бы ни казались странными или непонятными его рекомендации. – он мог четыре раза говорить ей, что ему не нужно спать больше, но растущие мешки под глазами говорили о другом. – Но, знаешь несмотря на своё бессмертие, он выглядит как человек среднего возраста, с теми чертами лица, которые будут причины человеку, с которым он говорит. Он может быть как стариком, так и молодым юношей, это зависит от того, с кем тебе в этот момент приятнее разговаривать. – чуть откинулся в кресле, продолжая монолог. Вещающий не отрывал глаз от ведьмы, словно выискивая что-то в её реакции, однако было в его манере рассказывать что-то особенное. Как бы не он учил Реншу проповедовать раньше, слишком уж похожа была манера говорить. – Его глаза сияют, в них можно увидеть всю вселенную, если осмелишься смотреть достаточно долго. И, знаешь, подобно великому богу-дракону, окружённый ореолом таинственности, он носит одеяния, украшенные древними символами и рунами, которые, как говорят, защищают его и связывают с высшими силами ещё больше. – усмехнулся, – ну, или нам так легче это понимать. Всё же он тень, стоящая за троном. В его присутствии время будто замедляется, слова и мысли обретают особую значимость, ведь иначе не может быть с тем, чьё присутствие оказывает успокаивающее воздействие, но одновременно внушает трепет, ведь никто не знает, что он может знать или видеть. Ещё говорят, что он способен разговаривать с духами, видеть будущее и управлять стихиями. Ему нет смысла врать, ведь он будет знать, что ты лжёшь, как бы сильно ты не пытался что-то ему доказать. Некоторые так же утверждают, что его сила настолько велика, что он может не только влиять на мир людей, но и вмешиваться в то, как бежит время. Иначе сложно объяснить, как множество очевидцев видели его на улицах столиц и городов. – безобразие какое-то, а не история. Он зритель, конечно, он мог читать мысли! А все эти "очевидцы" просто путали его братьев с ним и винить их в этом нельзя, но неужели нужно строить целый культ вокруг подобного?! Недолгая пауза была прервана чуть забавной, тихой фразой, что одёрнула недовольную Гроу. – Веришь мне? – Да! – всё-таки человека слушали, даже, если не слишком внимательно, как могло показаться со стороны. – Конечно верю, как же тут не видеть очевидного перед глазами? – Молодец, – похвалили её, после вновь наклоняясь к книгам и, переворачивая пару страниц, молвили. – врать у тебя хорошо получается. – подняв глаза, увидел перед собой улыбающееся личико, которое явно всё ещё делало вид, что не понимает, о чём он. – Расслабься. – но она не успокоилась и лишь наклонила голову, словно спрашивая "о чём вы?". – Ещё что-то, что вы могли бы мне рассказать? – библиотекарь лишь хихикнул и выглянув на дверь, убеждаясь, что все из них закрыты, достаточно тихо проговорил, даже прикрывая рот ладонью со стороны окна, что вело в библиотеку. – Не волнуйся, ты правда можешь расслабиться. Я знаю, что Реншу, что его отца. – посмотрел чуть укоризненно. – И думаешь знал ли бы я, что это был его отец, если бы верил в то, что сам тебе только что рассказывал? – Ай-яй-яй...~ – чуть шутливо покачали головой, снимая с лица глупое выражение, что явно чуть обрадовало старого мага. – Как же нехорошо врать, господин Сирасаки. – Ты не лучше. – пожал плечами, встречаясь со справедливым покачиванием головы. – Ты ведь совсем не глупая женщина, правда? – ей не дали возразить. – Не начинай. Я сам давно работаю здесь и твои тактики заметил сразу. – сложил руки вместе. – Я ничего тебе не сказал, ибо какая лгунья в здравом уме признается, что лжёт, правда? Глупая может и сказала бы, но никакая дурочка не стала бы лгать о том, о чём лжёшь ты. – Я не настолько умная, как вам кажется. Я просто много молчу. – виновато отвели глаза в сторону, встречаясь даже с некоторым возмущением. – Порой молчание, - самое важное знание, что может быть нужным. – разложил руки на столе. – Ко всему, если бы ты действительно была такой уж дурной, как рассказываешь, то давно бы вляпалась в проблемы, или про тебя бы уже пустили какие-нибудь неприятные слухи. – вновь откинулся в кресле, потягиваясь своим посохом за какой-то стопкой из книг на полу. – Честно говоря, я даже был впечатлён, когда узнал, что этого не случилось, а ты ещё и проработала с Гюреном месяц к ряду. Даже обученные в академии могли вляпаться в неприятности, а ты вон, без образования и то выкрутилась. – Я просто редко спорю с господином Сэки. – старик посмеялся, уже поставив на стол пару толстых книг. – Оно и видно. Его наложницы о тебе тоже очень хорошо отзываются, хотя ты чуть и расстроила госпожу Мацумото... – видя непонимание, уточнил. – Айко. – это сопровождалось кивком. – Да, но это ничего. Она просто была чуть опечалена, это не составит тебе никаких проблем, особенно теперь, когда ты работаешь вместе с советником. Все же, возвращаясь к тому, с чего мы начали: что ты хотела узнать о нём? – Вы проверяли меня? – честно спросили у мужчины и тот даже посмеялся. – А ты говоришь "дурочка". – на это виновато отвели взгляд. – Не бойся, никому не буду рассказывать, но ты приходи, если не знаешь, как поступить. – Я хотела узнать по поводу фамилии Реншу. Я видела, что его фамилия такая же, как у Гюрена, но её никто не использует. Более того, очень странно, что её в принципе сменили. – библиотекарь заинтересовано наблюдал, после кивнул. – Вот как, значит. И как ты планировала узнать? – на это чуть оживились, решая объяснить. – Я хотела посмотреть, как конкретно работают местные категории, поискать людей по их фамилиям, что бы разобраться как именно сложены справочники по полочкам, что бы потом найти людей с фамилией, что мне нужна и отсортировать всех, кто подходит под описание и нынешнее место работы. – сидящий покачал головой, даже несколько впечатлённо и хихикнул. – Вообще, я должен отговаривать людей от занятия такими, в самом деле, глупыми вещами, но ты не отступишься, это я и сам вижу. – посмеялся, после хлопая по большой книжке на столе. – Вот тебе справочник. Здесь находятся все регламенты и правила, что тебе будут нужны, если ты сама решишь работать библиотекарем. – кивнул. – Я не думаю, что ты решишь работать на моём месте, но я более чем уверен, что в библиотеке видеть я тебя буду часто. – развёл руками в сторону. – К сожалению, я не смогу просто отдавать тебе книги, как ты помнишь, даже твоя подруга, госпожа Аояма(это была фамилия Уми-у-Лай, о чём Гроу была в курсе), должна проходить процедуру оформления, но, если ты выучишь все, что написано здесь, – по книге ещё раз похлопали, – и сможешь сдать мне небольшой экзамен, то я даже разрешу тебе ходить по библиотеке самой, без моего разрешения. Идёт? – Гроу не нашла слов, лишь быстро закивала головой, чуть оживлённо, прижав руки к коленям. – Рад, что мы с тобой схожи. Как будешь готова сдавать экзамен, - приходи. Буду ждать. – Обязательно. – учебник взяли, он был достаточно тяжёлым. – А- – Ха-ха, молодец! – похвалил, чуть укоризненно махая указательным пальцем, – Но нет, это моя книга. На неё регламент не устанавливается. Я сам буду виноват если потеряю, хотя мне этот справочник уже и не слишком нужен. Я его вон, в более удобном виде себе давненько переписал. – махая на полки, безразлично кивнул. – А, ну ладно тогда. Но, всё-таки, можно ещё кое-что спросить? – старик посмеялся. – Ну спрашивай уже, раз на мои условия согласилась. – чуть безразлично махнули рукой, улыбаясь. – А кто был это лекарь, который интересовался по поводу Реншу? – господин Сирасаки задумался на секунду и кашлянул, после говоря: – М-м, если мне не изменяет память, то это была мадам Мори. – пожевав собственную щёку, добавил. – Ей слишком уж не нравился Главный министр и она хотела узнать о нём побольше. Ничего не нашла, правда я и не посчитал нужным помочь. – А почему вы решили мне помогать? – тот пожал плечами. – Ты мне нравишься. Вот и решил. – оскалил зубы немного. – Плюс, за тобой интересно наблюдать. С лекарями всё не так весело, да и я, тот ещё старый маразматик. Мне по возрасту приложено. – на это пожали плечами, после поднимаясь на ноги. Кажется, "маразм" это была болезнь. По крайней мере ведьмаки говорили похожее слово про кого-то из живущих при храме. Старый человек, но точно не библиотекарь, кто-то другой. – Не буду вам возражать, господин Сирасаки. Спасибо большое и за книги, и за всё. – ей кивнули, наблюдая как она потихоньку выходила из кабинета, окликнув лишь у выхода. – Да-а, и, м! Пока не ушла! – к нему повернулись, удивлённо смотря на говорящего. – Сэки это женская фамилия, но это тебе так, – подмигнул, махая рукой на прощание и поднимаясь со своего места. – пища для раздумий на потом. А теперь иди, скоро обед. Опоздаешь поднос носить. – кивнули. И то правда. °°° Действительно, пища для размышлений оказалась весьма хорошей. Женская фамилия? Эта мысль продолжала крутиться в голове, вызывая множество вопросов. Как странно, почему у мужчин женская фамилия? Это казалось чем-то совершенно необычным и выходящим за рамки нормального. Конечно, в самой по себе женской фамилии не было ничего предосудительного или неправильного, но в данном контексте это выглядело так, словно нарушался какой-то установленный порядок вещей. Снова и снова возвращалась к этому вопросу, прокручивая его в голове, как бы пытаясь найти недостающий кусочек пахла, в разбросанной куче мусора. Женские фамилии, как правило, принадлежали женщинам, и именно это распределение казалось естественным. Но почему именно у этих двух было иначе? Возможно, в этой культуре всё было устроено по-другому? Может быть, здесь существовал какой-то иной порядок или традиция, которых она пока не знала? Хорошо, что теперь у неё был справочник, его было запланировано начать учить сегодня же, что бы быстрее разобраться с этой проблемой, ведь медлить было нельзя, да и ведьмочке было интересно. С другой стороны, если предположить, что такая практика была здесь нормой, почему же тогда господин Сирасаки, что явно знал больше, чем какая-то там Гроу, решил обратить на это внимание? Значит, ситуация была ненормальной и стоила того, чтобы её обсудить или по крайней мере заметить. Что-то явно не складывалось в голове, и это «что-то» вызывало настороженность. Может это намёк? Может какой-то план? Тактика? Способ запутать человека, что решил разобраться? Странно... И чем больше девушка об этом думала, тем больше вопросов у неё возникало. Так или иначе, было очевидно одно: эта странность, - явно имела значение и не могла быть случайностью. Нужно было быстрее взяться за книгу, выискать ответы, и тогда всё точно встанет на свои места. – Я не хочу это делать, я устал! – обиженно пробурчал Лю Сянь, кажется, стукая по столу кулачками. Двери потихоньку открывали, заглядывая внутрь. – Может персик сможет поднять твоё настроение? – незнакомый голос заставил Гроу напрячься. Она только зашла в помещение и почти тут же застала какого-то незнакомого мужчину, что глянул на неё озадачено и неловко улыбнулся, уже пытаясь спрятать, стоит сказать, очень красивый на вид фрукт, обратно. – Ой- – Тётя Гроу! – это заставило ребенка оживиться и подбежать, обнимая свою знакомую. – Ты всё-таки пришла! Я скучал! Я скучал! – мальчика обняли в ответ, аккуратно гладя по голове. – Я тоже соскучилась. – мило проговорили ему, чуть приподнимая, правда и не слишком сильно, почти сразу же ставя на пол. Всё-таки он был не самым лёгким. – Тогда почему ты не пришла с утра?! Я ждал тебя! – ему улыбнулись, совершенно игнорируя искренне озадаченного мужчину, что так и сидел на своём месте. – Потому, что я говорила с твоим папой. – на это удивлённо вздохнули, далее оттягивая девушку дальше к столу, словно прося её сесть. – Папа Реншу? Как он?! У него всё хорошо?! – на это закивали, заставляя мальчика сесть первым, после присаживаясь рядом. – Да, да, у него все хорошо, – Лю Сяня погладили по голове. – он очень скучает по тебе, солнышко. Беспокоился, как ты. – Я хорошо! А у него точно всё хорошо? Он себя хорошо чувствует? – на эти вопросы спокойно кивали. – О, это хорошо! Я волновался! Я совсем не видел его в последнее время, и- – задумался, после вновь вскакивая. – Я сейчас вернусь! Жди тут! – на это кивнули, после переводя глаза на искренне удивлённого пухляша, что так и сидел, поправляя собственные усы. Они у него были, стоит сказать, роскошные. Наверное, на них уходило много времени по утрам, что бы заставить их стоять таким образом. – ... А я и не знал, что у Лю Сяня есть мама. – на это замечание даже чуть возмущённо махнули головой. – Я не его мама. Я ничья мама. – последнее было сказано даже чуть расстроенным тоном, правда по куда более мрачным причинам, чем просто отсутствие ребенка или возможности его зачать. – О, простите, если это была неприятная ремарка! – на махания руками ничего не сказали, лишь задержав чужие кисти и ложа их на стол. Теплые, чуть шершавые, явно работающий человек, это хорошо. – Всё в порядке. Вам не стоит беспокоится. – улыбнулась. – По поводу персиков тоже. Выглядят вкусно! – человек улыбнулся шире, тут же начав метушить, вытаскивая несколько из-за пазухи. – О, ну хоть вы нормальная! Святая мессия, эти нянечки просто духу мне не дают! Это нельзя, то нельзя! Но ведь и так тоже нельзя! Ребёнку нужно хоть что-то, что не было промыто по сотне-тысяч раз! Это же просто возмутительно! – после сочный, розоватый фрукт протянули девушке. – И вы тоже берите. – Нянечки просто беспокоятся о его здоровье, не более того. – чуть расстроено проговорили мужчине, получая такое же кивание. – Спасибо. – Да знаю, знаю. Ничего плохого не делают, но всё же. Лю Сянь чувствовал бы себя куда лучше, если бы мог выйти на улицу. – после тяжело вздохнув, после глядя на мальчика, который подошёл к нему, протянул сочный плод. – Ешь. Хоть твоя тётя нормальная. – Её зовут Гроу! – забрав персик, человеку показали язык и тот, усмехнувшись, лишь пожал плечами, разворачиваясь назад к девушке, которой протянули свёрнутый листочек бумаги. – Отдай это папе Реншу пожалуйста! – почти тут же осёкся. – Но не читай! Это исключительно папе Реншу! – Хорошо, хорошо, не буду. Давай положу его на стол, вот тут, – отложила. – так ты будешь уверен, что я его не читаю. – на это уверено кивнули, после всё-таки кусая сладость. Ведьма тоже укусила мякоть. Хороший персик, такие же завозили в храм, может купил там же, а может просто сорт тот же. – Сами выращивали? – Заметно? – вот как? Забавно. – Сорт тот же, что в храм завозят, моя супруга просто настоящая волшебница в садоводческом деле и святая мессия, какие только дары природы мы не видим круглый год! – что ж, из этого монолога было понятно две вещи: безымянный любил фрукты, овощи и свою жену. Очень похвально. – Рада слышать, что вам нравится, господин...? – попытались намекнуть на имя, ведь, хоть ребенок и казался более чем спокоен по отношению ко всему происходящему, ведьма этого незнакомца видела впервые. Обычно не успевала на его уроки, ведь сидела у Гюрена на смене. – О, Томо! Меня зовут Томо. – кивнул, вытирая свои усы от сока. – Томо Сэйген, если простите. А вы Гроу, верно? – на это закивали. – Необычное имя, хочу сказать, но, как я понял, вы не местная, да? – на согласие посмеялся. – По вам и не скажешь, знаете! А по сидящему напротив можно было сказать точно, что тот, кто давал ему имя - отлично знал, что делает. Этот пухлый, улыбчивый мужчина с раскидистыми усами действительно не отвечал никаком другому имени, кроме как "Томо". Было в нём что-то домашнее, милое и по-своему уютное. Может фрукты, а может и то, как он разговаривал. Будучи вторым учителем Лю Сяня, тот редко учил его чему-то конкретному, чаще разжёвывая тот ком информации, что успел навалить Кайто за первые два часа. Конечно, малыш уже ничего не хотел делать, но именно поэтому более мягкий и приятный в подходе мужчина подходил на роль вечернего рассказчика куда лучше, однако и он не всегда справлялся. Вот и сейчас, капризы снова начинали раздражать: – Не хочу я делать! Не буду! Это скучно! – преподаватель тяжело вздохнул, но вмешалась уже Гроу. – Лю Сянь! Это что такое?! – тот посмотрел на неё обижено. – Ты как себя ведёшь? Тебе вон, даже персик выдали, а ты? – Он всегда их приносит! – возразили женщине, и та сложила руки на груди. – И что, ты не должен быть благодарен за то, что тебе их приносят? Я, кстати, так и не услышала от тебя "спасибо"! – златовласый фыркнул. – Спасибо. – однако Томо лишь удивлённо смотрел на Гроулин, что, кстати, совершенно игнорировала его сейчас, говоря исключительно к ребёнку. – Нет, это уже не считается. "Спасибо" нужно говорить сразу. Я ведь говорю "спасибо", верно? Почему ты не говоришь? – но ребёнок лишь брыкнулся. – Потому, что он, итак, их принесёт. Он обязан их принести! – однако за это тут же получил подзатыльник, хоть и не слишком сильный. – Ай! – Сколько раз я говорила тебе, что никто никому ничего не "должен"? – на неё начали смотреть даже виновато. – Сколько? М? – ... Много. – пробурчали на это. – И почему же ты тогда меня не слушаешь? – прижав руки к собственным коленям, опущенная вниз голова виновато промямлила. Он даже говорить начал тише. – Потому что я забыл... – глаза подняли, встречаясь с достаточно строгим выражением лица на собеседнице. – Извини, пожалуйста. – Я на тебя не злюсь и не обижаюсь. – спокойно приговорили, тяжело вздыхая и гладя ребёнка по спине. – Но ты ведь умный мальчик, правда? – на это кивнули. – Умный, – пальцы аккуратно поправили по голове. – так вот, я взрослая, я знаю, почему нужно говорить "спасибо", и "пожалуйста". Как ты думаешь, почему это нужно делать? – Потому, что так правильно? – на это улыбнулись, пожимая плечами. – Не всегда правильно. Не бывает полностью правильных решений, но ты можешь сказать и так. Говорить "спасибо" и "пожалуйста" нужно потому, что это, во-первых, весело, а во-вторых, поднимает настроение. – прервала себя, не давая возразить. – И ты можешь мне сказать, "а почему я должен поднимать кому-то настроение"? и знаешь, это правильный вопрос! Только вот, господин Сэйген ведь поднял его тебе, правда? Он дал тебе персик. Так вот и ты должен выразить свою благодарность и признательность простым словом "спасибо". Это ведь не так сложно, как вырастить новый персик, правда? – на это кивнули улыбаясь. – Вот. Поэтому всегда нужно говорить "спасибо" и "пожалуйста". В этот раз, я думаю, господин Сэйген простит тебе эту маленькую оплошность, но впредь всегда говори эти простые благодарности, угу? – Хорошо! – официантку обняли, слушая чуть тяжёлый вздох и ощущая, как его обняли в ответ. – Всё равно прости, если я тебя расстроил... – А, ничего страшного. Я не обижаюсь на такие глупости. – безразлично махнула головой, после легонько чмокнув мальчика в макушку, после глядя на стол, где лежала задача. – А что за задача у тебя, кстати? Расскажешь? – А, да! – отлипнув, ткнул пальцем в книжку. – Смотри, в стране есть три министра, каждый из которых отвечает за свой торговый путь: Министр Ли отвечает за восточный торговый путь, Министр Хару отвечает за западный торговый путь, а Министр Синь отвечает за северный торговый путь. – вдохнул воздуха. – Каждый торговый путь приносит в казну определённое количество монет в зависимости от того, сколько караванов проходит по этому пути! В прошлом месяце по восточному торговому пути прошло пятнадцать караванов, по-западному –двенадцать караванов, а по северному –девять. – поднял палец вверх. – Каждый караван приносит следующий доход: восточный - сто двадцать монет, западный, сто пятьдесят, а северный - что восемьдесят! – не удержавшись, добавил. – Мне кажется, что северный лучше всего справился, но не суть. Министр Синь попросил перераспределить часть прибыли с восточного и западного, на северный путь, чтобы он приносил не меньше двух тысяч монет в следующем месяце. Министр Ли согласился передать десять процентов прибыли восточного пути, а министр Хару –пять процентов прибыли западного пути. – перевернул страницу. – Вопросы следующие: сколько монет принес каждый торговый путь в прошлом месяце? Сколько монет в итоге получит северный путь после перераспределения и сколько монет останется у восточного и западного путей после перераспределения? – вздохнув ещё раз, глянул на Гроу, лицо которой выражало искреннее непонимание. – Что думаешь? – на него глянули обеспокоенно, после промямлив. – Я боюсь, что мне не стоит говорить то, что я думаю на самом деле. – но ребёнок лишь обеспокоенно замахал руками. – О, не бойся! Это не сложная задача! – девушка неловко улыбнулась, мельком глянув на Томо, что виновато улыбнулся, понимая, что ведьма совершенно не прикидывается. – Правда? – Лю Сянь кивнул. – Да! Смотри, я тебе объясню! –  сел активнее, открывая свою тетрадь и хватая в руки ручку. Почерк у него был достаточно аккуратный, особенно для того, кто не писал карандашом. – Сначала нужно посчитать, сколько монет принес каждый торговый путь, так получается, что восточный путь принёс... – сел писать рядом цифры, проговаривая их в воздух. – пятнадцать умножить на сто двадцать будет тысяча восемьсот монет. Западный путь, тогда, двенадцать на сто пятьдесят, тоже тысяча восемьсот монет. А северный путь, девять, умножить на сто восемьдесят, будет тысяча шестьсот двести... монет. – Сэйген покашлял, и ребёнок глянул на него, после издавая тихое "ой". – Не тысяча шестьсот двести, а тысяча шестьсот двадцать. Прости. – он глянул на свою тётю, лицо которой не стало понятливее. В самом деле, её эмоции трудно было описать одним словом. Там было всё, от восхищения, до окончательной потери рассудка. – Понятно? – ... Не очень. Но ты считай, я по ходу пойму. – тот кивнул. Он казался искренне оживлённым. – Дальше мы должны считать перераспределение прибыли! Десять процентов от прибыли восточного пути, это будет тысяча восемьсот умножить на ... – задумался. – одну десятую! Это будет сто восемьдесят монет. Пять процентов от прибыли западного пути, это будет тысяча восемьсот умножить на одну двадцатую, что будет девяносто... – записав, показал это Гроу, далее продолжая говорить. – Итого, "добавлено" к северному пути, сто восемьдесят плюс девяносто - двести семьдесят монет, а северный путь в следующем месяце принесёт тысяча шестьсот двадцать плюс двести семьдесят, это будет тысяча восемьсот девяносто монет, но если он должен принести не меньше 2000 монет, то перераспределение должно быть пересмотрено... Ну, или увеличено. – пожал плечами. – Не знаю уж, как он там себе это считал. – А что по поводу третьего вопроса? – мило поинтересовался преподаватель, на что мальчик уже хотел отмахнуться. – Это не так важно. – но мужчина пригрозил ему пальцем: – Ну не скажи, твоей тёте вот интересно, правда, Гроу? – та, хоть и вообще не поняла, что именно от неё хотели, всё равно согласно кивнула, улыбнувшись. – Да! Мне интересно. – подумав немного, голубоглазик пробурчал. – Ну ладно, нам ещё нужно посчитать оставшиеся монеты у восточного и западного путей. Восточный путь после перераспределения получит… Тысяча восемьсот минус сто восемьдесят, это будет тысяча шестьсот двадцать, а западный путь после перераспределения получит тысяча восемьсот минус девяносто, - тысяча семьсот десять монет. Вот сколько будет у них. … Монет. – закончил свои расчёты мальчик, получая довольные хлопки в ладоши. – Какой ты молодец! И к чему был такой скандал, ты ведь всё так хорошо знаешь! – но златовласик уже поднялся со своего места, потягиваясь. – Самому решать не интересно! – господин Сэйген уточнил, зыркнув на Гроу. – А объяснять тёте Гроу интересно? – на это получили довольный кивок. – О, вот как! – на женщину глянули с чуть большим интересом и чуть прищурившись, спросили: – Ты ведь отдыхать, да? – на это тихо угукнули. – Не будешь против, если я с твоей тётей быстро поговорим за дверью? – Нет, только если потом вернётесь! – учитель кивнул, вставая и кивая к двери. – Обещаю, вернёмся. – после сказал тише. – Пойдёмте. – ему кивнули, направляясь за дверь и после сталкиваясь с человеком лицом к лицу. – У вас не очень с математикой, да? – Видно? – неловко пожали плечами. Стоит сказать, его темная кожа хорошо контрастировала со светло-синим, почти серым цветом одежды. – Да, не очень хорошо... Я бы сказала ужасно. – Если хотите, я- – но ему замахали руками. – Не нужно. Я умею считать, арифметику в общем выучила и больше мне не нужно. Всё это "умножить" мне ни к чему. – Томо уточнил. – Но ведь с умножением быстрее! А что, если вам будет нужно быстро посчитать? – ему улыбнулись, возразив. – Поверьте, если вам нужно что-то "быстро“, то считать вы будете в последнюю очередь. – на это несколько закономерно кивнули, улыбаясь. – Ну, знаете, из женщин получаются отличные финансисты, но я не стану спорить, вы выглядите так, словно знаете, о чём говорите. – хмыкнул. – Но вы будете слишком против, если я попрошу вас делать вид, что вы хоть что-то понимаете? – получив отрицательный ответ, посветлел. – Я буду вам подсказывать, что у него спросить, а вы спрашивайте, хорошо? Он так, смотрю, куда охотнее учится. – Конечно. Буду только рада помочь. – поклонившись, мужчина махнул рукой. – А куда вы? – Я должен был сделать с ним только это. Всё остальное он уже сделал. – вот как... – Да и я просто хочу остальные персики отнести, испортятся. Я ещё вернусь. – Как скажете. – пожав плечами, быстро спряталась внутрь комнаты, встречаясь взглядом с Лю Сянем, что дописывал что-то на листик, который нужно было отдать Реншу. – Ты что делаешь? – Ой! – тот улыбнулся. – Да я вспомнил, что забыл сказать, – глянул вниз, после вверх, словно думая, хочет ли он делиться, а после чуть деловито дополняя. – Ла-я-Лей очень интересовалась твоим кимоно! Она всё спрашивала, не знаю ли я откуда оно у тебя взялось! – фыркнул. – Я не знаю! И вообще, почему я должен знать? Но теперь мне и самому интересно, поэтому я спрошу! – И потом ей скажешь? – но на это отмахнулись. – Нет, не скажу. Она меня обидела! И вообще, не буду я с ней об этом разговаривать! Пусть с подружками своими общается. – неприятненько. – Лю Сянь, нельзя так говорить про старших, – тяжело вздохнув, кивнула, после садясь рядом с мальчишкой. – я могу это сейчас позволить, но только один раз, ладно?