Глава 5. Крыша

      Осенний ветер выл за окнами Фаррингемской школы для мальчиков, срывая пожелтевшие листья с деревьев. Роза, закутавшись в одеяло, сидела на кровати, разговаривая с Микки и Джейком по телефону.       — Роза, мне не хочется об этом говорить, но тебе придётся кое-что сделать, — сказал Микки после минутного разговора.       — Что? — спросила она, выпрямившись, словно уже готовая приступить к работе.       — Нужно, чтобы ты установила передатчик на самую высшую току на крыше.       Роза опешила.       — Зачем? — удивилась она.       — Нужно поймать молнию.       Роза застонала, подняв голову к потолку. А ведь она как раз думала, как же хорошо, что не придётся этого делать. Вот накаркала, не иначе. И как ей объяснить своё резкое желание полазить по крышам, если её кто-то застукает? Она же девушка, чёрт возьми. Роза уже не первый раз плохо думала о том времени, в которое умудрилась попасть. Строгие правила, чопорные люди… Она чувствовала себя здесь чужой. А играть примерную леди было очень сложно.       — Зачем? — повторила она.       — Боюсь, того электричества не хватает, чтобы толком зарядить передатчик. Он теряет заряд быстрее, чем заряжает. Нужен заряд помощнее. Одного попадания должно хватить. В теории. Не обязательно делать это сегодня. Заряда ещё должно хватить минимум на неделю-две. Но я бы не затягивал. К тому же, холодает. После ты молнию можешь и не застукать.       — А если не хватит?       — Залезешь во второй раз? — сказал Микки. — Ты же сама знаешь, как обычно работает вся эта инопланетная техника.       — Как лотерея, — заговорили они в один голос.       — Именно, — продолжил он. — Так что будем надеяться на правильность расчётов, и держать за тебя кулачки.       — Но… молния? Сейчас же не гроза!       — Будет. Тех данных, что ты уже собрала достаточно, чтобы по крайней мере предсказать погоду, — услышала она ответ Джейка. — По прогнозам, ночью ожидается сильная гроза. И ещё через несколько дней. Тебе решать. Но тебе нужно подняться на крышу и прикрепить передатчик. Это единственный шанс.       — Хорошо. Я сделаю это сегодня. Лучше не рисковать.       — Удачи тебе. До связи.       — До связи.       Положив трубку, Роза огляделась. Сейчас была глубокая ночь и не было шанса лучше. За окном было темно, что всё же намекало на приближение грозы. Она быстро поднялась и переоделась в удобную одежду — старые штаны и майку, которые надёжно прятала под всеми платьями. Она знала, что в этом мире такое поведение неприемлемо, но сейчас ей было не до приличий. Она смотрела на синюю кожаную куртку и размышляла, как сильно та будет сдавливать её движения, если она её наденет. На улице было холодно, но с другой стороны, если она собралась лазить по старому поместью, лучше, чтобы её движения ничего не сковывало.       Схватив передатчик, спрятанный под половицами, Роза тихо открыла своё большое окно и выглянула. Ей повезло, что её комната с библиотекой находились на втором этаже. Но ей нужно было подняться на крышу. Влажную, осеннюю крышу. Не мешала бы подстраховка. Она могла бы использовать постельное бельё, перевязать его и попробовать закрепить за что-нибудь, но оно было бы не таким удобным, как верёвка.       Верёвка, которая как раз должна находиться где-нибудь на первом этаже в помещении слуг.       Она выглянула из библиотеки. Коридор был пуст. Школа спала. Лишь лунный свет, проникавший сквозь высокие окна, рисовал причудливые тени на стенах. Роза глубоко вздохнула и вышла. Каждый шаг был выверен, каждое движение — бесшумным. Она кралась по лестницам, стараясь не наступать на скрипучие половицы.       На первом этаже царила ещё большая тишина. Казалось, даже воздух застыл в ожидании. Роза нашла нужную дверь — невзрачную, деревянную, с облупившейся краской. Кладовая. Она прислушалась. Ни звука.       Дверь оказалась заперта. Роза вздохнула. Конечно. Но она была готова. Вспомнив уроки капитана Джека Харкнесса, она достала из волос заколку. Память о тех днях, о приключениях, о Докторе, была одновременно сладкой и горькой. Она скучала по ним, по всему, что было. Но особенно по Доктору.       Заколка ловко скользнула в замочную скважину. Роза сосредоточилась, чувствуя, как механизм поддаётся. Щелчок. Дверь открылась.       Внутри кладовой пахло сыростью и старым деревом. Тусклый лунный свет едва проникал сквозь маленькое окошко, но Розе этого было достаточно. Она на ощупь пробиралась между ящиками и бочками, пока не наткнулась на то, что искала — толстый моток верёвки, грубо свитый из пеньки.              — Вот и ты, — прошептала Роза, чувствуя, как облегчение разливается по телу. Она подхватила верёвку и уже собиралась уходить, когда услышала тихий шорох.       Роза замерла, прижавшись к стене за грудой мешков с углём. Шаги становились всё громче, и вот уже в щель между дверью и косяком пробился тусклый свет фонаря. Она затаила дыхание, молясь, чтобы её не заметили.       Смотритель, кряхтя, прошёл мимо, его фонарь скользнул по мешкам, но, к счастью, не задержался на них. Роза почувствовала, как пот струится по спине. Когда шаги стихли вдали, она выдохнула с облегчением.       Схватив верёвку, она пулей вылетела из склада и, прижимаясь к стенам, вернулась в свою комнату на втором этаже. Комната, обычно такая маленькая и уютная, сейчас казалась тесной и душной.       Передатчик, собранный из инопланетных деталей и современный передовых технологий, лежал на кровати, словно бомба замедленного действия. Роза взяла его в руки, чувствуя лёгкое покалывание от его будущей участи и маленький фонарик, на всякий случай. Луна была практически закрыта тучами, и вслепую гулять по осенней крыше была плохая идея. Единственное, о чём она сейчас молилась, это чтобы никто не заметил свет на крыше.       Привязав один конец верёвки к ножке кровати, она выбросила другой в окно. Верёвка, словно змея, скользнула вниз, к темной земле. Теперь самое сложное — забраться на крышу.       Роза знала, что крыша Фаррингемской школы — это лабиринт черепицы, дымоходов и острых углов. Ночью она становилась ещё более опасной. Но отступать было нельзя.       Она закрепила на конце верёвки самодельный крюк из согнутой кочерги и, прицелившись, забросила его вверх. Крюк с глухим стуком ударился о что-то твёрдое и зацепился. Роза осторожно потянула верёвку, проверяя надёжность крепления.       Сделав глубокий вдох, она начала подниматься. Верёвка врезалась в ладони, но Роза не обращала на это внимания. Она карабкалась вверх, дюйм за дюймом, чувствуя, как напрягаются мышцы.       Наконец, она добралась до края крыши. Зацепившись руками за водосточную трубу, она подтянулась и перевалилась через край. Холодный ветер обдул её лицо, принося с собой запах дождя.       Крыша была скользкой от росы. Роза осторожно поползла к самой высокой точке, где, по её расчётам, должна была ударить молния.       Установив передатчик, она постаралась закрепить его понадёжней. Роза отступила назад, любуясь своей работой. В темноте передатчик казался почти незаметным, но она знала, что он там, готовый принять энергию небес.       Теперь оставалось только спуститься и ждать грозы…       Неожиданно она услышала чей-то голос.       — Кто там? Покажись!       Роза замерла. Она знала этот голос. Это был Джон Смит. Почему он не спал? Судя по тому, что он смог её услышать, он тоже был у окна второго этажа. Либо он вышел прогуляться, либо его апартаменты тоже находились на верхнем этаже и он просто решил подышать свежим ветерком.       Роза размышляла, что ей делать. Показаться она точно не могла. Но если она просто сбежит, учитель поднимет шум, ища хулигана, который додумался лазить по крышам среди ночи. Это тоже была плохой перспективой.       — Немедленно покажись, иначе я зову смотрителя!       Вздохнув, Роза высунулась на край крыши, стараясь не делать резких движений, откуда как-раз звучал мужской голос, легла на живот и чуть высунулась вперёд, посмотрев вниз.       — Это я, — неуверенно ответила Роза. — Привет.       В свете своего фонаря она увидела мистера Смита, стоящего у открытого окна. Он был в ночной рубашке, взъерошенный и обеспокоенный.       — Мисс Георгин? Что вы делаете на крыше в такое время? — спросил он, нахмурившись.       — Я… я просто… любовалась звёздами, — выпалила Роза первое, что пришло в голову.       Мистер Смит недоверчиво посмотрел на неё.       — Звёздами? В такую погоду? Не важно. Спускайтесь немедленно. Там опасно!       Роза вздохнула. Она знала, что ей не поверят. Но как объяснить, что она делала на крыше?       — Уже спускаюсь, — сказала она, выключая фонарик и проверяя своё крепление. Высунув ноги за край крыши и сделав несколько движений, чтобы открепить крюк, Роза закрепила его на новом месте и стала медленно опускаться вниз.       В этот момент внизу послышались голоса. Кто-то вышел на улицу, чтобы выяснить, что происходит. Роза похолодела. Если её увидят, её точно выгонят из школы.       — Джон, мне нужно спрятаться! Пожалуйста! — прошептала она, глядя на него умоляющими глазами.       Мистер Смит на мгновение заколебался. Он был строгим учителем, но в глазах Розы он увидел искренний страх.       — Быстро, сюда! — прошептал он, отступая от окна.       Роза, не раздумывая, перекинула ногу и, стараясь не смотреть вниз, прыгнула. Мистер Смит, готовый её поймать, вытянул руки, но Роза ловко перепрыгнула через окно и приземлилась на ноги, избежав его объятий.       Джон с минуту смотрел на неё, не находя слов. Его взгляд скользил по её телу, словно он хотел проверить её на наличие травм. Что в темноте было довольно не просто.       — Вы в своём уме? Вы могли разбиться! — прошептал мистер Смит. Его голос дрожал от гнева и испуга.       — Простите, — прошептала Роза, опустив голову.       — Что вы вообще делали на крыше, мисс Георгин? И даже не думайте снова врать про звёзды. И почему вы одеты так неподобающе? — продолжал он, указывая на её штаны и майку.       Роза молчала. Она не могла рассказать ему правду. Он бы не поверил. Он бы подумал, что она сумасшедшая. К тому же, объяснить крышу ещё пол беды. Как объяснить, почему она решила надеть такую открытую одежду явно не из этого времени было куда сложнее. Хорошо хоть, что вокруг царил мрак и он не мог рассмотреть её прикид.       — Я… Я не могу вам сказать, — прошептала она.       Мистер Смит вздохнул. Он был явно расстроен и обеспокоен.       — Мисс Георгин, вы должны понять. Я очень за вас испугался. Больше никогда так не делайте. Это было очень опасно.       Роза посмотрела на него. В его глазах она увидела не только гнев, но и искреннюю заботу. В глазах как у того, кого она очень любила.       — Мне очень жаль. Я не хотела причинить вам беспокойство. И я больше так не буду.       Она знала, что это звучит неубедительно, но это было все, что она могла сказать. Она надеялась, что он поверит ей хотя бы немного. И надеялась, что он не выдаст её. Правда умолчала, что ей всё-таки придётся ещё раз подниматься наверх, чтобы забрать передатчик. Знать ему об этом было ни к чему.       Мистер Смит пристально смотрел на Розу, пытаясь разгадать её тайну. В его взгляде читалось смятение и, как ни странно, какое-то смутное узнавание. Словно он видел её раньше, но не мог вспомнить где и когда, как тогда, когда она встретилась с ним во второй раз, лицом к лицу. Этот взгляд заставил Розу поёжиться.       Внезапно раздался первый тихий раскат грома. Гроза приближалась. Скоро в коридорах совсем не будет света, что замедлит её возвращение к себе.       — Гроза начинается, — прошептала она. — Мне нужно возвращаться.       Мистер Смит тоже посмотрел в окно.       — Да. Если кто-то увидит вас в моей комнате, у вас будут большие неприятности.       Он подошёл к двери и приоткрыл её, выглядывая в коридор.       — Чисто. Идёмте.       Он провёл Розу по тёмному коридору к её комнате. У двери он остановился.       — Мисс Георгин, я не знаю, что вы скрываете, но я надеюсь, что вы мне когда-нибудь расскажете. А пока, пожалуйста, будьте осторожны. И больше не лазайте на крышу.       С этими словами он ушёл, оставив Розу одну. Зайдя внутрь библиотеки, она прислонилась к двери, чувствуя, как дрожат колени. Она была так близка к провалу. Если бы мистер Смит выдал её, всё было бы кончено.       Она подошла к окну и посмотрела на небо. Гроза разыгралась не на шутку. Молнии сверкали одна за другой, освещая школу и окрестности. Роза молилась, чтобы одна из них попала в передатчик.       Теперь нужно было избавить от улик и подготовиться снимать передатчик, как только закончиться гроза.       

***

      Джон вошёл в библиотеку, предвкушая их ежедневный вечерний час с мисс Смит. Он всегда с нетерпением ждал этих встреч. Но сейчас его больше волновало ночное происшествие, и он горел желанием добиться ответа от Георгин. Он знал, что в ней есть что-то необычное, что-то, что отличало её от остальных. Но лазанье по крышам? Это было уже слишком.       Однако, вместо привычного приветствия, его встретили три встревоженных лица. Трое учеников, тех самых хулиганов, склонившись над одним из столов, жестами призывали его к тишине.       — Ш-ш-ш! — прошипел Марк. — Мистер Смит, пожалуйста, тише!       Джон нахмурился.       — Что здесь происходит? Где мисс Георгин?       Марк указал на стол. Джон подошёл ближе и замер.       Георгин мирно спала, склонив голову на раскрытую книгу. Ее светлые волосы, обычно собранные в пучок, выбились и рассыпались по плечам. На щеке виднелся лёгкий след от чернил.       Джон невольно улыбнулся. Она выглядела такой беззащитной и умиротворённой.       — Она уснула, сэр, — прошептал другой ученик, худенький мальчик Бен. — Мы пытались её разбудить, но безуспешно.       — Да, она отмахивалась от нас, — добавил Лиам, понизив голос до шёпота. — Просила дать ей ещё пять минут. И назвала меня мамой.       Джон усмехнулся и покачал головой, глядя на спящую девушку.       — Мне кажется, она просто очень устала, — сказал Марк. — Она вчера допоздна работала над каталогом новых книг.       Джон присел на корточки рядом с Георгин и осторожно убрал прядь волос с её лица. Она выглядела измученной, но в то же время такой красивой.       Георгин во сне слегка пошевелилась и пробормотала что-то невнятное. Джон наклонился ближе, пытаясь расслышать.       — …Передатчик… Почти готово…       Джон нахмурился. Передатчик? Что она имела в виду? Потом он вспомнил их вторую встречу и странный аппарат в книге. Георгин сказала, что она что-то собирала им. Джон практически и забыл о нём. Могла ли она говорить об этой машине?       По спине мужчины пробежал холодный пот. Она сказала, что почти готово. Означает ли это, что как только её миссия будет завершена, она вернётся обратно? Джону очень не хотелось с ней расставаться.       Но, возможно, она говорила о другом. Ей просто могло что-то сниться.       Джон посмотрел на учеников. Они тоже выглядели озадаченными.       — Мистер Смит, — прошептал Марк. — Что нам делать?       Джон на мгновение задумался. Он чувствовал, что должен разбудить её, и наконец-то узнать, что происходит. Но вид её спящего лица, такого уязвимого и безмятежного, заставил его колебаться. Он не хотел нарушать её покой.       — Давайте дадим ей ещё немного поспать, — тихо сказал Джон. — Она явно нуждается в отдыхе. Мы можем пока почитать сами.       Ученики переглянулись, но послушно кивнули. Они знали, что мистер Смит, несмотря на свою рассеянность и любовь к истории, был человеком справедливым, хоть и суровым временами.       Джон встал и жестом показал им на другой стол. Они тихонько перешли туда, открыли книги и принялись читать. Джон же остался стоять рядом с Георгин, наблюдая за её спящим лицом.       Он чувствовал, как в нём нарастает беспокойство. Что-то здесь было не так. Лазанье по крышам, таинственный передатчик, её странное поведение… Всё это складывалось в какую-то загадку, которую он отчаянно хотел разгадать.       Особенно, если это было как-то связанно с её уходом.       Внезапно Георгин резко села, широко раскрыв глаза. Она выглядела дезориентированной и испуганной.       — Что… что случилось? — пробормотала она, оглядываясь по сторонам.       Джон тут же наклонился к ней.       — Вы уснули, мисс Георгин. Всё в порядке. Вы просто устали.       Мисс Смит посмотрела на него, словно не узнавая. Потом её взгляд сфокусировался, и она облегчённо вздохнула.       — Джон, — сказала она, немного смущённо улыбаясь. — Простите. Я, кажется, задремала.       — Не стоит извиняться, — ответил Джон, присаживаясь за соседний стул. — Вы заслужили отдых. Всё-таки ночные прогулки по крышам очень выматывают.       Георгин замерла. Ее глаза расширились, и она нервно облизнула губы.       — Как я и говорила. Я… я просто смотрела на звезды. Ночь была очень ясной.       Джон приподнял бровь. Ночь была далека от ясной, да и он поймал её с поличным и проводил обратно в комнату при свете молний. Видимо, она ещё не до конца проснулась, раз говорила столь очевидную ложь. Трудна на подъём, — понял Джон. Эта её часть также казалась ему умилительной.       Георгин несколько раз моргнула. Он видел, как с каждой секундой она всё больше просыпалась, и во взгляде появлялась осознанность.       — Точно… — прошептала она, зажмурившись и сжав пальцами переносицу. Но затем, вздохнув и посмотрев в глаза Джона, Георгин призналась. — Помните, я рассказывала про свой… инструмент? — зашептала она. Джон кивнул. — Так вот, чтобы собрать больше электрических волн, мне необходимо было закрепить его на крыше.       — Это было очень опасно, — нахмурился он.       — Знаю, — вздохнула она. — Но у меня не было выбора. Если я хочу вернуться, я обязана собрать все данные.       Джон замер. Значит, его догадка подтвердилась. Как только её… передатчик закончит работу, она вернётся.       — Вернуться, — повторил он. — И как надолго вы планируете здесь остаться?       Георгин посмотрела на него и мягко улыбнулась, словно знала, о чём он думал.       — На месяц, — ответила она. — Не более.       Джон надеялся, что боль, что он почувствовал после её слов, не отразилась на его лице.