Правильная сторона

Лидия шагнула ближе к Тьяго, её глаза сверкали хищным интересом. — Ты всё такой же слабый, как и раньше, — её голос был ядовитым, наполненным презрением. — Ничего не изменилось, да? Тьяго стиснул зубы, но ничего не сказал. Я видел, как его плечи напряглись, как он заставил себя не отступить, но его дыхание стало глубже, тяжелее. Лидия усмехнулась. — Ну же, скажи что-нибудь. Или ты до сих пор боишься? Она сделала ещё один шаг, а затем резко замахнулась. И я закричал. — Не трогай его! Мой голос прорезал воздух, заставив её замереть на долю секунды. Я рванулся вперёд, насколько позволяли ограничения. — Если хочешь избить кого-то, бери меня! Но Тьяго не трогай! Я знал, что поступил бы так с любым учеником. Любой учитель в Голубом Рифе сделал бы то же самое. Но в этот момент это было больше, чем просто защита ученика. Это был мой племянник. Лидия замерла, её взгляд стал холодным, жестким, но не удивлённым. Лилиан, стоявшая рядом, усмехнулась, как будто находя всю сцену забавной. — Какая преданность, — тихо сказала она. — Ты действительно веришь в свою роль наставника? Я стиснул зубы, глядя на неё. — Это не просто роль. Я чувствовал взгляд Девида. Одобрение, но вместе с тем — сочувствие. Он понимал, что я не мог поступить иначе. Но также понимал, что я только что показал свою слабость перед ними. Элла стояла неподвижно, её глаза метались между мной и Тьяго. Я видел, как её пальцы дрогнули, как она едва заметно сжала их, будто пыталась удержаться. Она уже поняла, насколько всё плохо. Но могла ли она что-то сделать? Я смотрел на Тьяго. Он всё ещё не говорил ни слова, но его взгляд встретился с моим. И в его глазах мелькнула тень… надежды. Я выдохнул. Это ещё не конец. Я всё ещё здесь. И пока я здесь, я не позволю им сломать его. Ни его. Ни кого-либо ещё. Я поклялся себе. Я не позволю им сломать Девида. Я не позволю им сломать Тьяго. Если они попробуют — сломать они смогут только меня. Я посмотрел на Девида. Он встретил мой взгляд, и мне не пришлось говорить. Он понял меня без слов. Незаметно, осторожно, он снова превратил небольшую часть тела, так, чтобы никто не заметил. И на этот раз он говорил с Эллой. Я не знал, что именно он ей передавал, но догадывался. Просил помощи. Просил сделать хоть что-то. Она стояла неподвижно, её глаза метались между нами, между Лидией и Лилиан, между Тьяго и тем хаосом, в который она была втянута. Она уже знала, что её мать сошла с ума. Она понимала, что всё это зашло слишком далеко. Но могла ли она помочь? Леннокс скучающе склонила голову набок, но я видел, как её взгляд задержался на Элле. Лидия продолжала держаться уверенно, властно, будто всё происходящее её совершенно не касалось. А Лилиан смотрела на нас с лёгкой усмешкой. — Ты всё ещё надеешься, Фаррин? — её голос был спокойным, но от него шёл холод. Я встретил её взгляд. — Надежда — это единственное, что у меня есть. Она усмехнулась. — Тогда берегись. Мы умеем её уничтожать. Я не дрогнул. Я знал, что они собираются сделать. Они продолжат давление. Они будут ждать, пока кто-то из нас сломается. Но я не позволю им этого. Ни с Девидом. Ни с Тьяго. Ни с собой. И если Элла действительно поняла, насколько всё плохо, возможно, у нас есть шанс. Но хватит ли ей смелости, чтобы что-то сделать? Это всё ещё был вопрос без ответа... --- Дверь открылась, и внутрь шагнул Эндрю Миллинг. За ним вошла Ребекка Янгблад, её движения были плавными, грациозными, но в глазах блестела холодная жестокость. Лилиан и Лидия ушли, оставив их наедине с нами. Элла осталась. Я видел, как она напряглась, как её пальцы сжались, но она не двинулась с места. Миллинг замедлил шаг, окинув нас изучающим взглядом. Он был опасен. Не просто потому, что был сильнее других. А потому, что у него была история. Он устроил день мести против людей. Тысячи оборотней, нападающих на людей по всей Америке. Никто не смог остановить его вовремя. Совет оборотней забрал его человеческий облик, лишил его права быть среди людей. Но он вернул его. Как — никто точно не знал. Но он сумел. И теперь стоял перед нами, оценивая ситуацию, решая, что будет дальше. Янгблад скользнула взглядом по Тьяго, по Девиду, затем по мне. — Они выглядят плохо, — произнесла она лениво. — Но всё ещё держатся. Миллинг усмехнулся. — Значит, недостаточно сильно их били. Я стиснул зубы, чувствуя, как внутри всё сжимается. Они здесь не для переговоров. Они не просто хотят продемонстрировать власть. Им нужно либо продолжить пытки, либо довести дело до конца. Я видел это в их глазах. Но чего они хотят больше? Пролить ещё больше крови? Или закончить нас раз и навсегда? Элла дышала тяжело, но продолжала стоять неподвижно. Янгблад перевела взгляд на неё. — Ты всё ещё не решила, на чьей стороне? Элла не ответила сразу. Её губы дрогнули, но голос не прозвучал. Миллинг усмехнулся. — Она не решит. Потому что знает, что выбора у неё нет. Я перевёл взгляд на неё, но она так и не посмотрела в мою сторону. Она боялась. Она знала, что её мать потеряла рассудок. Но что-то останавливало её от действий. Янгблад сделала шаг вперёд, затем кивнула Миллингу. — Ну что, продолжаем? Он слегка повернул голову, изучая нас. — Возможно. Но сначала… Я задержал дыхание, чувствуя, что сейчас он скажет что-то действительно важное. — Мне интересно, кто сломается первым. Я закрыл глаза на мгновение. Нас ждала самая сложная часть. Им больше не нужно было просто играть. Теперь они собирались уничтожить нас. Шаг за шагом. Но я не позволю им забрать Девида. Я не позволю им забрать Тьяго. Если кто-то сломается, это буду я. Но не они. Ни за что. Я напрягся, ощущая, как воздух в комнате стал тяжелее. Миллинг и Янгблад стояли перед нами, словно хищники, ожидающие удобного момента. Я знал, что если я не попробую остановить их сейчас, всё станет только хуже. Я глубоко вдохнул, собирая всю силу голоса. — Именем Совета, я приказываю вам остановиться. Мои слова прозвучали чётко, твёрдо, но ответ был предсказуем. Миллинг усмехнулся. — Совет? — его голос был пропитан презрением. — Думаешь, нас это волнует? Янгблад скрестила руки, её ухмылка была опасной. — Ты всё ещё веришь, что твой статус что-то значит здесь? Я стиснул зубы, но не отвёл взгляда. — Ты знаешь, что если меня не найдут, Совет начнёт искать. Миллинг покачал головой, словно развлекаясь. — А если не найдёт? Я молчал, удерживая ровное дыхание, зная, что любое слово может быть использовано против меня. А затем дверь снова открылась. Элла. Я проследил за её взглядом, но она не посмотрела на меня. Она сделала короткий вдох, затем быстро повернулась и вышла из комнаты. Я задержал дыхание. Она ушла. Но куда? Что она собиралась делать? Янгблад усмехнулась, наблюдая за ней. — Она сбежала? Миллинг не выглядел обеспокоенным. — Нет, она просто пытается разобраться, что ей делать. Я перевёл взгляд на дверь, надеясь. Если хоть капля её здравомыслия осталась, она позовёт на помощь. Если она действительно понимает, насколько всё зашло далеко, она предпримет хоть какие-то действия. Но я знал, что надежда — это риск. И если я ошибся в ней, то нам придётся действовать иначе. Потому что никто не придёт. Если только она решит, что пора. Если только она выберет сторону. Но вопрос всё ещё оставался открытым. Выберет ли она правильную? --- Миллинг медленно шагал по комнате, словно наслаждаясь моментом. — Девид, конечно, главный в Совете, — заговорил он лениво, будто рассуждая вслух. — Он обладает властью, его исчезновение вызовет хаос. Янгблад стояла рядом, скрестив руки, её взгляд был изучающим. — А Тьяго? — продолжил Миллинг. — Просто подросток. Но важный, потому что Лидия хочет его сломать. Я напрягся, но молчал, удерживая ровное выражение лица. — Два заложника, два ключевых игрока, — Миллинг сделал небольшой паузу, затем повернул голову ко мне. — А ты, Фаррин… Он усмехнулся, подходя ближе. — Учитель Голубого Рифа. Председатель Совета. Да, персона значимая. Янгблад усмехнулась, её глаза сверкнули. — Но менее важная, чем Девид и Тьяго. Я стиснул зубы, но ничего не сказал. Миллинг медленно кивнул, будто подтверждая их слова. — Потому мы убираем их. Дверь открылась, и Девида с Тьяго вывели. Я успел встретиться с ними взглядами, прежде чем их увели. А затем дверь снова закрылась. Я остался один. Янгблад сделала шаг, окидывая меня пристальным взглядом. — Теперь можно заняться тобой. Миллинг усмехнулся, присаживаясь передо мной. — Пытки, Фаррин. Все только для тебя. Янгблад наклонила голову набок. — С чего начнём? Миллинг задумался, затем усмехнулся. — С моральных. Я глубоко вдохнул, чувствуя, как атмосфера вокруг стала ещё напряжённее. Они собирались сломать меня. Но если они думали, что это будет просто, они ошибались. Я не позволю им. Ни сейчас. Ни потом. Как бы сильно они ни старались. Как бы далеко ни зашли. Я буду стоять до конца.