Подарок с шипами

***       Найлс разглядывал серебряный браслет в форме змеи, её глаза — два кровавых рубина. «Она носит только золото», — подумал он, но пальцы сжали коробку так, что картон прогнулся. Всю зарплату. Все сбережения. Безумие.       — Для мисс Бэбкок, — бросил он курьеру, не оставляя имени. Звонок монет в кармане куртки напоминал смех. «Она вышвырнет это в окно… или наденет, чтобы дразнить».       Он налил виски в стакан, но вместо горечи на губах ощутил привкус её духов — ядовитых, как белладонна. ***       СиСи разорвала атласную ленту, не глядя на открытку. Внутри, на чёрном бархате, извивалась змея с рубиновыми глазами.       — Кто посмел? — она швырнула коробку на стол, но браслет зацепился за её рукав, холодно обвивая запястье. Телефон зазвонил. Голос Максвелла: "СиСи, ты не пришла на встречу…"       — Мигрень, — оборвала она, срывая браслет. Металл оставил красную полосу, как след от удара плетью.       Внезапно её взгляд упал на клочок бумаги под столом — чек из ювелирного магазина. «N.…» — подпись была оборвана, но почерк… насмешливый, с завитками. Его.       Она замерла, чувствуя, как сердце бьётся в такт давним воспоминаниям: его пальцы на её шее, его смех сквозь «ненавижу». ***       Сон первый       Найлс стоит у её кровати в ливрее, но вместо серебряного подноса в руках — ошейник с шипами.       — Для Вас, мисс Бэбкок. Чтобы мир знал, чья вы сука.       Она просыпается, прижимая ладонь к горлу.       Сон второй.       Они в кабинете Максвелла. Найлс приковывает её браслетом к столу, его губы скользят по внутренней стороне бедра.       — Вы кончите, даже если возненавидите себя за это.       Она кончает со стоном, просыпаясь в поту.       Сон третий.       Она дарит ему тот же браслет. Он смеётся, надевая его, и говорит:       — Змея кусает только тех, кто её достоин.       Проснувшись, она трижды моет руки. ***       Фрэн застала Найлса в кладовой, где он перебирал старые книги, притворяясь занятым.       — Браслет — это мило, — она щёлкнула жвачкой. — Но зачем анонимно? Трусливый рыцарь.       — Это не трусость, — он не поднял глаз. — Это… эксперимент.       — Эксперимент над ней или над собой?       Найлс резко захлопнул книгу:       — Она разорвёт его на части. И мне плевать.       Фрэн ухмыльнулась:       — Ага, поэтому ты пялишься на телефон, как щенок на миску.       Он бросил тряпку в угол:       — Вынести мусор, мисс Файн. Это входит в Ваши обязанности. ***       СиСи надела браслет. Змея обвила запястье, рубины сверкали, как капли крови. В зеркале её отражение казалось чужим — распущенные волосы, никакого макияжа, следы бессонницы под глазами.       — Ты… жалок, — прошипела она себе, но не сняла украшение.       Телефон завибрировал. Максвелл : «Завтра встреча. Будь там».       Она выключила экран, лёжа в ванне, пока вода не стала ледяной. Браслет тяжелел на руке, будто пытался утащить её на дно. ***       Утром СиСи выбросила браслет в сейф, заперла его на ключ и надела перчатки. На работе её ждал Найлс — безупречный, язвительный, с тенью улыбки в уголках губ.       — Вы сегодня сияете, мисс Бэбкок, — он подал ей кофе, пальцы слегка дрожали.       — А Вы… пахнете отчаянием, — она приняла чашку, не касаясь его кожи. Но, когда он ушёл, она прижала ладонь к сейфу, словно сквозь сталь чувствовала жар рубинов.       «Ненависть проще», — повторила она как мантру.       Но в тот вечер, засыпая, она машинально провела пальцем по запястью, ища след от змеи.