Часть 2

      Надо думать, к настоящему времени Гарри Поттер выжил из ума: усыновить потенциального Тёмного Лорда —едва ли это разумная идея. Но что ещё оставалось человеку, не имеющего ни единого знакомого в сейчас? Только одно —предотвратить будущее.       На самом деле, знакомых он имел, и много,—другое дело, что они сами с ним не знакомы, а почти все и вовсе даже малого совершеннолетия не достигли.       Правда, с усыновлением пришлось обождать,—ребёнка надо привести в дом, а в тогдашнее время Гарри даже имени не имел, что уж говорить о собственном жилище. Перебиваться заказами из Лютного было мерзко, но нужно—для сдачи СОВ и ЖАБА нужно было изучить нынешнюю программу, а иначе как покупной учебников за все курсы этого не сделать.       В своей памяти аврор Поттер не сомневался, напротив, опасался упомянуть лишнюю информацию, так что на самих экзаменах речь и ответы приходилось сильно фильтровать, ибо обычный для него факт—открытие для них. Историю и прорицания Гарри, дракклы, снова завалил.       С Авроратом Поттер церемонился меньше: за несколько месяцев поверхностно просмотрел теоретический курс и требования к практике. В своём времени он всё ещё действующий глава Аврората, потому завалить эти экзамены было бы личным позором для него. Со сдачей проблем, ожидаемо, не возникло, и он официально стал аврором.       Вместе с тем Поттер наконец усыновил Тома Риддла. Несмотря на то, что ему тогда было всего 8 лет, его репутация уже желала лучшего.       —Я.. не хочу вас отговаривать, но должна предупредить,—неуверенно говорила воспитательница.       —О чём же?—уже зная ответ поинтересовался Теперь‐Уже‐Аброн. Он был немного разочарован тем, что не успел—пришел слишком поздно, и теперь план Перевоспитание‐Не‐Совсем‐Хорошего‐Мальчика будет усложнён.       —Том.. необычный мальчик. Несомненно, он делает успехи в учёбе, но его уже пытались усыновить несколько раз, и всегда возвращали. Говорили, тарелки летают, вещи сами по себе пропадают. Да и он не пытался идти на контакт, несмотря на все попытки. Я не думаю, что они лгут. Ну, про первое.. Я и сама подобное замечала. Ещё дети на него жаловались. Один из них, не буду говорить имя, как‐то раз рассорился с ним. На следующий день его кролик оказался подвешенным на ригеле в общем зале. Едва ли Том смог бы туда добраться. Он умный ребёнок, но очень.. странный. Буд‐то не принадлежит этому миру.       "В этом он мире, этом, только не на той стороне Барьера. Ну, если не понимать магглловские и магические части Британии как отдельные"       —Что ж, я вас услышал. А сейчас, пожалуй, я хотел бы сам пообщаться с мальчиком,—не изменившись в лице попросил Гарри.       Том был у себя в комнате: другие дети опасались его и не горели желанием проводить с ним свободное время. Да и ему с ними явно было бы скучно.       —Здравствуй, Том, мы можем войти? Этот мужчина хотел бы поговорить с тобой,—женщина отступила открыв обзор на Аброна, а он, в свою очередь, попытался улыбнуться будущему убийце и психопату. Улыбка, видно, вышла больно неестественной, ибо Риддл нахмурился, а воспитательница поспешила отойти.       —Конечно, Миссис Коул.—Поттер зашёл в комнату и незаинтересовано её оглядел. Все было так же, как почти двадцать лет назад в воспоминаниях Дамблдора. Большой платяной шкаф слева от входа, кровать напротив, стол перед окном между ними.       —Здравствуй. Ты ведь Том, верно?       —Да, мистер..—с прищуром ответил Риддл.       —Гарри Аброн. Рад с тобой познакомиться. Как тебе здесь?       —Неплохо, сэр.       —Вот как? Миссис Коул упоминала, что ты не очень ладишь с другими детьми.       —Они.. многого не понимают.       "Так и говори: "Я—гений магии, они—магглы". Ребёнок, таких как ты пол Британии. Но пока лучше о его отличии от местных не говорить."       —Вот оно что. Скажи, Том, ты бы хотел, что бы я тебя усыновил?—прямо спросил Аброн, жалея, что возле него Хоря или Гермионы. Уж они точно смогли бы найти правильные слова. Ну, если бы Малфой не кинул сходу в Риддла чем-то фамильным и по‐Хорчьи подлым.       —Я был бы не против. Однако меня уже усыновляли, и каждый раз возвращали. Простите, но я не думаю, что с вами что-то изменится.       —Не беспокойся, ты останешся со мной.       На следующий день Аброн шёл с Томом на руках по улицам Лондона. Изначально Риддл отказывался от такой чести, но Гарри просто проигнорировал его замечания и поднял, усадив на предплечье и забрав чемодан в другую руку.       "Я без понятия, Риддл, что ты решишь учудить, но предпочту иметь тебя под рукой от греха подальше. Ну, или на руке."       Пройдя пешком пару кварталов и завернув в переулок, Поттер всё таки спустил Тома с рук, чему тот было несомненно рад. Чуть погодя когда ребёнок отряхнётся, Гарри вручил ему его багаж и наказал взяться за его руку.       —Ни в коем случае не отпускай меня, понял? Не смотря ни на что,—Риддл нахмурился, но кивнул. В следующий миг его буд‐то скрутило в водовороте, а земля буквально ушла из под ног. Уже собравшийся вырваться с хватки опекуна, он вспомнил о его приказе.       Всё закончилось так же внезапно, как и началось. Страдая от головокружения, он схватился за мантию (странный, но по мнению Риддла красивый прикид опекуна) и почувствовал утешительное поглаживание по спине.       —Ты как? Всё в порядке? Не тошнит? Стоять можешь?—кажется, для Аброна подобная реакция была в порядке вещей, ибо вопросы выходили из него едва ли не по уставу. Сам он после этого аттракциона (на ум приходило словосочетание "американские горки") стоял крепостью, только и присел на корточки, что бы Тому было удобнее на него опираться. Отдышавшись, Риддл всё таки ответил:       —Всё нормально, —спохватившись, он отпустил мантию опекуна, позволив ему вытынуться в немалый рост.       —Хорошо. Тогда как насчёт осмотреться, где мы?—усмехнулся Гарри.       Риддл обернулся и ахнул: в небольшой прорези между домами был виден высокий горный пейзаж. Кажется, это была площадь. Возле домов ходили люди, в центре стояла красивая Рождественская ёлка, чуть поодаль квадратом были расставлены разномасные ларьки ярмарка.       —Как? Как мы здесь.. Что это было?—Том отступил на несколько шагов, что бы было удобней смотреть на Аброна, и с забавным выражением лица уставился на него.       —Предлагаю для начала зайти домой. Прошу, прочитай это,—он протянул бумажку, где раздутым, резким почерком был написан адрес: площадь Гриффиндора, дом номер 31. Он спрятал записку, и Том внезапно осознал, что не способен вспомнить то, что только что прочитал. Это странно—такого никогда с ним не случалось.       Убедившись, что его подопечный действительно способен самостоятельно стоять и передвигаться, Поттер вновь забрал у него из рук чемодан и, Опустив ладонь на его плечё, повёл прочь из переулка.

***

      За почти три года он активно проявлял себя хорошим работником, быстрее чем медленно, но верно продвигаясь по карьерной лестнице. Цели вводить реформы в систему работы мракоборцев Гарри не имел, но в конце концов не выдержал и надал рекомендацию о выделении маркоборцам не такие дрянные амулеты и по француженке на человека.       Письмо полетело вместе с прошением об отставке и просьбой о рекомендации на место преподавателя ЗОТИ. После сдачи СОВ и ЖАБА Гарри с профессором Вилкост вели активную переписку. Как она сама это называла, "консультация и оценка". Оценка была хорошей, так что, в конце концов, Галатея представила Поттера,—вообще-то, представляла она его как Аброна,—своим преемником на должность, заверяя в его компетентности.       Памятные письмо от Лаурена (фамилия нынешнего главы Аврората) тоже помогло в принятии на должность.       Вновь оказаться в Хогвартсе, целом, старом Хогвартсе, было примерно так же, как и на первом курсе—волшебно. Гарри буд‐то вернулся в студенческие годы: вот‐вот везде снова будут дети разных возрастов в одинаковых мантиях, Пивз вездесуще будет доставать неприятности, а местный завхоз традиционно продолжит запугивать учеников отработками.       К слизеринцам, между тем, все так же относились сомнительно, но скорее из-за развивающихся событий в Европе и давней истории с Салазаром, чем из-за когда‐то обучающегося там Вообще‐То‐Не‐Тёмного волшебника и Лорда Волдеморта.       Степенно шествуя по старинным коридорам в сопровождении Диппета и Дамблдора, Гарри внезапно ощутил желание узнать историю этого места. Послушать не занудное чтение Бинса из учебника ("История—наука про факты, мисс Грейнджер, и мифам здесь не место"), а захватывающие истории минувшего, с личностями, что имели лицо и характер, и событиями, что удивляют своим развитием.       В студенческие годы едва ли это его заботило: из курса в курс полумертвый Лорд пытался вернуться самому и избавиться от него. До малого совершеннолетия его завораживал только тот Хогвартс, который был в "сейчас", на заставляя задумываться о старости замка и его прошлом, а после и вовсе не вызывал восторга, став чем‐то обыденным.       В настоящее время его отношения к Школе Чародейства и Волшебства было иным. Сама школа была иная, что говорить. Потолок Большого Зала лишь недавно вновь смог изобразить небо, Выручай Комната уже двадцать лет не открывала свои двери нуждающимся, а отреставрированные коридоры никогда больше не услышат криков боли и не увидят чужих смертей. Из хорошего только последний пункт, в остальном же Гарри больше не мог назвать Хогвартс своим домом.       Резко остановившись посередине прохода, он поочереди обернулся на заместителя и директора:       —Прошу прощения, не могли бы вы рассказать мне что-нибудь о Хогвартсе? Ранее мне доводилось слышать лишь сухие факты, из разряда "военный объект", "крепость" и "основатели". Хотелось бы услышать истории Хогвартса ещё и как о месте, где обучались все гениальные маги и изобретатели Британии. За пеленой их достижений как‐то забывается, что они тоже были детьми в лодках,—Аброн сам удивлялся своей неожиданной способности плавно сформулировать вопрос и его причину. Кажется, в аспекте чтения речей он уже перегнал Скримджера, ибо фраза не звучала как приказ, а как вполне культурная просьба.       Удивлённо переглянувшись с Армандо по другую сторону от Гарри, Альбус благосклонно кивнул головой.       —Конечно. Вероятно, вам, Генри, доводилось слышать о создателе вредноскопа Эдгаре Струглере?—Диппет заинтересовано улыбнулся.       —Что-то знакомое, но не припоминаю. И, пожалуйста, обращайтесь ко мне Гарри,—все трое вновь начали продвигаться вперёд по коридору.       —Если позволите,—хмыкнул директор.—Более двухста лет назад мне довелось преподавать Чары одному юноше с Рейвенкло. Юноша был упёрт и самоуверен, но, что таить, умён. Во время войны якобинов, в 1715 году, первое из двух сильнейших восстаний, его семья поддерживала возвращение династии Стюардов на трон, как и значительная часть чистокровных. Однако он поддерживал текущую власть, в результате чего рассорился с семьёй. Каждое утро слушать громофоны от его отца было и забавно, и страшно.       —Удивлён, что магам вприцнипе не было плевать на политические распри маггловского мира,—осматривая старые не обожённые гобелены на стенах комментировал Аброн.       —Тогда только приняли Статут о секретности, и Палата Лордов всё ещё частично ориентировалась на события в немагической части Британии. Мы едва‐едва перестали зависеть от экономической ситуации в маггловском мире, а потому не могли игнорировать события за Барьером.       —О.. Даже как‐то странно осознавать, что когда-то Соединенное Королевство было едино. Забывается на фоне разницы в развитии.       —Да, в начале этого века магглы действительно резко продвинулись в разного рода технологиях. Чего только стоят самолёты—удивительное изобритение, как по мне,—с упоминанием простаков неожиданно подал голос и Альбус, до того заинтересованно слушая Армандо вместе с Гарри.       —Вернёмся к повествованию. Эта парочка арок, где сейчас висят картины, со второго курса была облюбована Эдгаром и его сторонниками. Это не самый популярный коридор, так что..

***

      С памятного разговора прошёл год, и с того времени Поттер не единожды спрашивал у взрослых обитателей замка о истории Хогвартса и его людях. Вести рассказы для него повелось днём за обедом, ибо на завтраке и ужине он отсуствовал (в конце концов, он не для того усновил Риддла, что бы пренебрегать им), и иногда это переростало в целые дисскусии между профессорами, которые слушали даже занятые подготовкой к СОВ и ЖАБА пятикурсники и семикурсники.       По собственной оценке, Гарри является неплохим учителем и коллегой, ибо едино относился к всяким студентам и профессорам. Отзывы о себе как о строгом или скучном преподавателе слышать тоже не приходилось. Ни о какой методичке для учителей в магическом мире и речи быть не могло, поэтому Аброн вспоминал Люпина и его методы чтения лекций. Выходило неплохо, вопросы если и были, то из любопытства, а не из непонимания.       Правда, иногда ему приходилось вспоминать и злосчастные уроки у Снейпа, выпрямляться с руками на груди и очень конкретно описывать, что он думает об очередном чистокровном умнике, который решил на практическом занятии испытать фамильную дрянь на маглокровном или более слабом студенте. Впечатление оказывало нужное, отчего подобные инциденты быстро прекратились, а сам Гарри проникся уважением к зельевару.       Ученики, в свою очередь, прониклись уважением к нему,—особенно когда он продержал Левикорпусом одного из чистокровных отпрысков половину урока. Откопав информацию о около егерском прошлом профессора, сторонники чистой крови быстро приструнились и с того времени не выпускали преподавателя из поля зрения— Мордред знает, чем выходец из Лютного можем тебя огреть, и насколько ты будешь жизнеспособен после этого.       Поттер же подобные изменения не заметил. Или сделал вид, что не заметил—остальные так и не решили.

***

      Кафе Фортескью, это, пожалуй, лучшее, что можно найти в Косом переулке по мнению Аброна. Ещё лет пятнадцать назад за первое место в рейтинге мог побороться магазин "Всё для квидича", однако после покупки уже устаревшей модели "Молния" Гарри лишь изредка заходил туда для обновления набора за уходом.       Тем не менее, сперва им с Томом нужно наведаться к Олливандеру. Поттер хотел знать наверняка, что именно получит Риддл—едва ли палочка влияет на будущее человека, однако в своё время Тисовая сестрица послужила для убийства бесчисленного количества людей, и Аброн предпочёл бы не видеть её в руках своего подопечного.       Сам же он, с попаданием в прошлое, предпочёл носить палочку из остролиста—целую, родную, тёплую!—как запасную в криплении на рукаве. Новую же из дуба с волосом единорога ("11 дюймов, сэр, идеальна для Протего и других щитов") он носил на поясе, на всеобщее обозрение колдуя ею. Колдовала она сносно, но, по мнению Поттера, до палочки из остролиста не дотягивает, а каждое прикосновение к её рукояте отзывалось фантомным жжением в ладони.       Старый колокольчик над дверью зазвенел, оповестив о посетителях, и Риддл зашёл в лавку вместе с опекуном.       Помещение встретило их тишиной и запахом пыли, а из-за полок с футлярами место напоминало скорее покинутый склад, чем самый уважаем магазин палочек на всём острове.       —Так‐так, дуб, сердцевина волос единорога, 11 дюймов.. Да это же Гарри Аброн! Рад тебя видеть, мой друг, как твоя палочка? Хорошо ли служит? Мне доводилось слышать о твоих успехах в Аврорате,—после подобных заданий ко мне обычно визитируют мракоборцы, но ты за 7 лет ни разу меня не посетил,—мужчина лет 30 с каштановыми волосами¹ был довольно привлекателен, однако быстрая речь и резкие движения глаз создавали впечатление сходящего с ума человека.       Том инстинктивно отступил к родителю,—лавочник ему не нравился,—а тот, напротив, направился ближе к прилавку.       —Здравствуй, Олливандер, рад тебя видеть. Палочка хороша, жалоб нет, хотя со.. старой, гм, фамильной, не сравнится, ты уж прости. Я отправляю своего сына в Хогвартс, потому, будь добр, подбери ему палочку,—Том с сомнением обернулся на Гарри, пока тот снимал руку с его плеча плеча и подталкивал в сторону продавца.       —А как же, а как же,—он закивал, вышел, достал сантиметр и начал измерять Риддла: рост, руки, ноги, высоту и даже окружность головы.       "Уж не для гроба ли он мерки снимает? И для костюма мне в него заодно.."—посетила по‐своему страшная мысль юношу.       Олливандер повернул его и теперь измерял всё тоже со спины, а Том в свою очередь смог увидеть развеселившееся выражение лица опекуна. Риддл нахмурился, поднял подбородок и расправил плечи, от чего родитель в открытую начал прыскать, в попытках сдержать смех.       Создатель палочек, казалось, не замечал немую перепалку, что‐то воодушивлённо воскликнул и направился к стелажам, почти в самую даль около стены. Уже спустя дюжину секунд он поставил на прилавок футляр и внимание Тома было притянуто тем, что лежало в нём.       Тонкая палочка, с гладкой бежевой поверхностью, где на самом кончике виделись черные точки. Рукоять палочки напоминала кость, но отчего‐то Тому, обычно не жалующего ничего, напоминающее ему о смерти, она не показалась жуткой.       —Тис, сердцевина перо феникса, 13 с половиной дюймов. Палочка, созданная для великих дел, мой юный друг. Возьми её, попробуй сделать пару взмахов,—Риддлу не нравилось, когда ему что‐либо наказывают, но любопытство и неприсущее ему нетерпение взяли верх, потому он не припирался.       Взяв в руки палочку, он ощутил единство с ней, уверенность, что это именно та. Сделав пас для Левиосы, он уверенно проговорил заклинание и футляр взлетел вместе с крышкой.       Олливандер довольно хмыкнул и посмотрел на Аброн, на что он пожал плечами. По какой-то причине он не казался довольным, но причины не комментировал.       —Да, это ваша палочка. Дивное дело: обычно феникс даёт лишь одно перо в год на мои роботы, но в тот даровал два. Я создал сестринские палочки, из тиса и остролиста, но лет семь назад вторая сама по себе раскололась пополам. Думаю, выбранный ею хозяин ушёл из жизни раньше, чем смог получить её. Однако, надо сказать, такого у меня ни до, ни после не случалось,—завороженный собственным колдовством Том почти прослушал всё, что говорил лавочник, а вот его родитель, напротив, услышал всё и хмурился с каждый словом сильнее. Наконец, он вздохнул и подошёл к Риддлу.       —Как тебе? Она хорошо тебя слушается, как по мне.       —Это та палочка, Гарри, я уверен.       —Я, Гарри, тоже уверен, что это его палочка,—засмеялся Олливандер, на что Поттер хмыкнул.       —Сколько с меня, в таком случае?       —7 галлеонов, Гарри. Наша цена не менялась с принятия Статута, будь уверен.       —Прошу. Том, дальше ты сам, верно?—посмотрел на подопечного Аброн, и он кивнул в ответ.—В таком случае, я пойду, удачи.

***

      Ава лежала на августовской поджаренной траве и листала взятый у матери модный журнал. Обложка с надписью "Vogue" и изображением женщины на боку² была обращенна к солнцу и грозила выгореть, если её продержать так лишние часы. Глаза, прикрытие тенью от страниц, с интересом разглядывали наряды и дам в этих нарядах, а руки неизбежно затекали каждую пару минут от того, как их держали к верху.       Чёрная тень внезапно накрыла Аву едва ли не полностью, и она несвоевременно заметила мужчину, стоявшего во дворе её дома.       —Здравствуй, юная мисс. Ты ведь Ава Кендэльсон, верно?—он наклонился корпусом вперёд, отчего его длинные волосы соскользнули со спины на плечи. Спохватившись, Ава быстро встала, отряхнулась и попыталась спокойно ответить:       —Добрый день. Да, вы не ошиблись. Чем я могу помочь?       —Мне нужно переговорить с тобой и твоей матерью. Будь добра, проведи меня в ваш дом.       —А вы кто?—девочка насторожилась.       "Пять баллов от Шизоглаза для твоего факультета, юная мисс, за то, что не потеряла бдительность. Но он бы ещё снял десяток просто из-за того, что ты не отправила меня восвояси сразу же."       —Гарри Аброн. Мой сын Том Риддл учился с тобой, если не ошибаюсь?—услышав имя бывшего одноклассника, Ава энергично кивнула и внезапно поняла, что уже видела этого Аброна раньше.—В любом случае, нам нужно будем поговорить.       —Милая? Кто это с тобой?—со спины послышался обеспокоенный голос. Поттер вздохнул, радуясь, что теперь можно будет провести конструктивный диалог со взрослым человеком.       —Здравствуйте, Миссис Кендэльсон. Помните меня? Наши дети учились вместе.       —Добрый день, Мистер Аброн. Что‐то случилось с Томом? Чем я могу помочь?       —Нет, мадам, с Томом всё в порядке. Боюсь, я к вам не со светским визитом. Не могли бы мы поговорить в доме?       —Ох, что же это я. Конечно, проходите. Ава, ты тоже иди домой.       —Благодарю,—усевшись на диване и приняв чашку чая сказал Гарри.       —Итак, пожалуй, начну. Прошу вас не волноваться от того, что я вам скажу.       —Обычно такое не успокаивает,—улыбнулась Иви.       —Действительно, —согласился Поттер.—Боюсь, я не мастер подготовчих речей, поэтому скажу прямо. Полагаю, вы замечали, что вашу дочь нельзя назвать обычным ребёнком. Миссис Кендэльсон, ваша дочь—маг. Ведьма, если угодно.       Послышался звон разбитой посуды, и Иви прижала сидящую рядом Аву к себе.       —Я.. Я не отдам её, куда бы вы её не забрали. Я не дам её убить. Она никому не причиняла вреда, вы не можете отнять её у меня,—Гарри хмыкнул, но, судя по напрягшимся матери с дочерью, его жест был воспринят иначе, чем он подразумевал. Он показательно медленно достал палочку из крепления на поясе и направил её на разбитую кружку.       —Репаро, —так же медленно поднял уже целую посуду и вновь направил палочку вниз: —Эванеско. Я, Миссис Кендэльсон, являюсь профессором Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, и с минуты на минуты к вам должна прилетель сова с приглашением к учёбе.       —Сова? В центре Лондона? Днём? Да что вы несёте, вы..—Поттер вновь улыбнулся и Иви резко замолчала.       "Да что ж такое то? Не может же у меня быть такая страшная рожа. Утром смотрел в зеркало, нос есть, волосы тоже, даже глаза не красные, а зелёные."       —Вы сказали, что Ава никому не причиняла вреда, однако если она потеряет контроль над своими эмоциями и своей магией, не зная, как остановить воздействие заклятия.. что тогда вы будете делать?       —..Этого не произойдёт.       —И посуда у вас от её плохого настроения тоже не билась?—сказал он с полной убеждённостью, что билась.       —..Откуда вы знаете?! Вы следили за нашим домом?—на лице к матери откровенно читалась паника, а девочка стала очень странно смотреть на чашку на столе, что ещё пару минут назад была разбита.       —Я пришёл не убивать вашу дочь и не укорять её в несуществующие грехах,—проигнорировал вопросы Аброн. —Я пришёл сюда, как профессор, который в случае поступления Авы будет её обучать. Обучать, Иви, а не пытать, и уж точно я не собираюсь отправлять твою дочь в маггловскую.. в лабораторию, в общем. Просто школа, где уйма таких, как она.       —Маггловскую?—услышав незнакомое слово подала голос Ава, перестав сверлить чашку.       —Так маги называют людей без магии. Вы, Миссис Кендэльсон, маггла, для понимания,—внезапно послышался стук в окно, и Иви ахнула, увидев за ним бурую сову с письмом.

¹: Олливандеру сыграл Джон Хёрт, поэтому за основу внешности молодого Олливандера я взял, как ни странно, молодые фото актёра

²: Вроде это должно быть: https://images.app.goo.gl/HhMWa7abxyk2Awut9